Библиотека Якова Кротова

Указатели. - Работы Якова Кротова: http://yakov.works

1 октября 2018 года, понедельник, 5 часов 20 минут UTF (за 27 - 26 - 25 - 21 - 20 - 19 - 18 - 17 - 16 - 14 - 13 - 12 - 11- 10 - 9  сентября)

ОДНО ИЗ ДВУХ? ИЗ ДВУХ ОДНО!

«Ибо Он есть мир наш, соделавший из обоих одно и разрушивший стоявшую посреди преграду, « (Еф. 2:14)

Фотография не очень доходное ремесло, основные деньги профессионалы зарабатывают на детях, причём на детях до 12 лет. И лучше поторопиться, потому что некоторые дети раньше достигают критической отметки, после которой родители перестают платить и занимают позицию «Глаза б мои на него глядели». Так что, когда читаешь рассказ об исцелении девочки 12 лет, то ми-ми-ми, такая нежновозрастная, ещё годик и уже в другой категории, не так жалко… Потому что «другая категория» — это взрослые, это сами по себе гуляющие, непокорные, автономные. На батарейках, а не от сети.

В случае с девочками тут ещё — с точки зрения патриархального общества — хороша разница видна. Свою эякуляцию мы не считаем чем-то рубежным, а чужую менструацию уж так мифологизируем… Не случайно тут переплетены два события: к Иисусу прикасается женщина с геморроем, Иисус прикасается к мёртвой девочке. Геморрой — плохо, нечистая, кровь течёт, а не течёт кровь — тоже плохо, мёртвая. «Она не мёртвая, она спящая», — говорит Иисус. Он что, подстраивается под ханжей? Он строит Воскресение!

Какое чудо большее: воскресение или прекращение геморроя? Больше чудо соединения! Соприкосновение с тем, с кем запрещено соприкасаться. Именно об этом у апостола Павла в месте, которое за литургией предшествует этому рассказу. Из двух — одно! Но это не то «одно», которое нам бы хотелось, не «одно» подчинения, не «одно» людоедское, когда другой не смеет любить сам.

Мы — родители, которые учим любить то, что любим мы, а Бог — родитель, который учит любить то, что лишь я могу любить, не Бог. Показывает, как творить любимое из ничего, как откликаться на любовь.

Мы любое соединение — рождение, брак, дружбу, общность земли и времени — превращаем в обособление от другого, а то и в угнетение. Иисус берёт одно и разламывает — ломает кусок хлеба. Его смерть — разлом внутри Бога. Разлом внутри вечности. Но из нашего соединения — разлом, а из этого разлома — наше единение, срастание перелома. Не «давайте мыслить позитивно, вспоминать хорошее, как мы сделали себе анклав света среди тьмы». Мы вспоминаем как свет — потух, как свет умер, с болью и кровью. Но благодаря этому, говорит Павел, мы имеем доступ к Отцу через Духа. Не доступ в храм, ни гражданство Израиля — единение с Богом. Смерть оборачивается воскресением, разрыв сердца — соединением сердец.

У апостола Павла сказано, что Христос разрушил стену между людьми и Богом «учением» — а в греческом-то «догма». Сказать, что Христос воскрес — догма? Сказать, что нельзя убивать после распятия — догматизм? А распинать и убивать — это такое свободомыслие? Лучше Христова догма, чем человеческое вольнодумие, от которого одни трупы. Наша свобода — напоказ, на площади, а Его догма — в глуши, в дыре, то есть там, где и протекает жизнь всякого обычного человека. По Сеньке и шапка, по грешнику и Спаситель. Берлинскую стену надо было сносить толпой, а стену между человеком и Творцом, между человеком и другим человеком — это вот так вот, в безвестности, без журналистов, не в прямом эфире. Спасение приходит без свидетелей, потому что лишь сам освобождённый может быть свидетелем своей свободы — свидетелем собственной жизнью. Как Иисус засвидетельствовал Отцу с креста, что мы

[По проповеди 19 ноября 2017 года]

Почему быть в Церкви должно быть опаснее, чем быть геем

«Если бы церковь пускала к себе всех, в церкви был бы аншлаг», — эти слова вызвали бурю аплодисментов на одной из конференции по проблемам сексуальных меньшинств, но они выражают позицию и сексуального большинства.

«Сексуальное большинство» — да, собственно, всё человечество — это те, кто хотят быть социальным большинством, а секс для этого большинства дело второстепенное. Хотят чувствовать себя социально приемлемыми. Быть в безопасности от социума, получать от социума не сигналы угрозы, власти, контроля, а сигналы поощрения и обнадёживания. Пусть социум признает мои личные дела моими личными делами, сам в них нос не суёт и другим запрещает! Церковь — часть социума, пусть подчиняется этому правилу.

Вот плата за стремление верующих к социальной власти. Вот плата за доверие к государству, за надежду на государство, «на князей и сынов человеческих». Вот плата за многие века церковно-государственных симфоний, теократий от «вотчины святого Петра» до «благочестиваго семейства». Если признание Церкви — знак социального одобрения, то этот знак должны иметь все члены социума. Если Церковь — государственная, то в неё должны иметь право ходить и участвовать во всех обрядах все люди, без разбора пола, гендера, мировоззрений, да и вероисповеданий. Ну и что, что это мусульманин? Он гражданин, следовательно, имеет право — если захочет — прийти в государственную церковь и причаститься, отслужить мессу, повенчать или быть повенчанным. Мусульманин он или иудей, верный муж или прелюбодей, математик или кулинар, — это его личное дело.

Понятно, что за социальным утверждением в церковной оболочке идут не мусульмане и не математики. Не всем гонимым нужно социальное одобрение, а тем, взгляды которых требуют социального одобрения. Мусульманин или иудей без государственного одобрения обойдётся, а вот гомосексуал или лесбиянка — нет. Точнее, некоторые — даже, судя по всему, большинство — религиозных меньшинств спокойно относятся к положению меньшинства, как и большинство сексуальных меньшинств не ищут социального одобрения. Не потому, что это большинство анархично и не нуждается в социальном одобрении, а потому что хочет совсем другого социума. Не церковного. Ему важно одобрения исламского или иудейского социума. У ЛГБТ такой идеи автономной социальности нет, и это прекрасно, а вот потребность в признании со стороны господствующего социума есть, и это проблема. Проблема не ЛГБТ и не общества, а Церкви. Не будь господствующим социумом! Не господствуй!! Не лезь в парламенты, думы, рады!!! Не заявляй, что ты — символ единства нации, даже если ты такой символ, особенно, если ты такой символ. Избавляйся от слипания с обществом, государством, нацией, географией и всем-всем-всем, что не Бог.

Идея, что Церковь должна пускать к себе всех, есть идея сугубо российская, точнее даже, пост-советская. Если тоталитарное — нео-тоталитарное, лишившее своих граждан большинства свобод — государство в обмен на свободу взяло на себя обязательно всех обеспечивать минимальным пайком, то в этот минимальным паёк должна входить и минимальная религиозная пайка. Если все религии, кроме православной, объявлены ущербными и принадлежность к ним лишь терпится до поры до времени, а нормой объявлено православие, — то извольте всех желающих считать православными, не выставляя дополнительных требований. Как государственная медицина. Скверная, но всеобщая.

Если я хочу прийти к плохому врачу — пусть этот врач не спрашивает меня о моей интимной жизни. Я о ней буду говорить, если захочу, с платным врачом, сексологом или психологом, не с госпопом. А от госцеркви мне нужно одно — прикрытие. У всех есть паспорта, кроме заключённых — и мне выдайте без разговоров правпаспорт, религиозное свидетельство о благонадёжности. Раздавать бесплатно Причастие как раздавали бесплатно георгиевские ленточки.

Это даже не потребительство, не иждивенчество, не мещанство, хотя выглядит это именно так. «Пустите Дуньку в Европу». Хочу жить в гостинице бесплатно, потому что у меня денег нет! Безумие? Нет, отчаяние. Отчаяние обывателя, которого государство задавило задом.

Это совсем-совсем другая проблема, чем у человека, который сперва стал православным, протестантом, католиком, а уже потом обнаружил, что он ещё и Л, или Г, или БТИ. Это проблема человека, который не был верующим — нормальным верующим, в Бога верующим, для которого вера радость и наслаждение, мука и отчаяние. Это проблема гонимого, который стучится подряд по все двери, лишь бы не стать жертвой погрома.

Защитить жертву погрома нужно и можно. Можно и нужно было прятать евреев от нацистов в католических монастырях, хорошо, что это делали. Плохо, что при этом иногда еврейских детей крестили, причём назад уже родителям не отдавали. А тут дети сами просятся, чтобы их покрестили! Дети душой, конечно, не по возрасту. Осторожно! Одни не должны быть детьми, не должны инфантилизироваться, другие не должны инфантилизировать. Вот почему нельзя быть аполитичным — то есть, исповедовать политику конформизма, политику мещанизма. Надо защищать жертв погромов, пока погромы не начались. Для этого надо защищать идеи — идеи свободы, прав человека, толерантности. Защищать те идеи, которые сами потенциальные жертвы не слишком одобряют, они ищут не принципиальной свободы, а свободы только для себя. Но с них спросу нет, а ты — верующий, с тебя спрос максимальный. Они говорят, что не надо откладывать решение частных вопросов до решения глобальных вопросов, поэтому они требуют свободы ЛГБТ, но не требуют вывода российских войск из Украины или Сирии, не требуют свержения кровавой гебни. Они говорят так, а нормальный человек должен говорить, что малое без большого — возможно, но стыдно, что надо иметь иерархию ценностей, стратегическое мышление и т.п.

Когда же Церковь — это просто ничтожно малая группка людей, на которых социум смотрит на безобидных психопатов, тогда вся эта проблематика исчезает. Именно такой видит Церковь Бог, такой Церкви Он хочет. Поэтому Царь Небесный, Утешитель, Дух Святой дышит повсюду, наполняет всех. Чтобы никто не мог сказать, что Бог ставит условие: либо ты в Меня веруешь, либо ты будешь задыхаться. Не задохнётся человек без Бога, достигнет и счастья, и личностной зрелости, и политической зрелости, и социальной признания! Не боись — Дух Божий дан каждому и ни от кого ничего не требует взамен. Гуляй, рванина!

Если же вдруг торкнет, схватит за сердце, пробьёт — и человек встрепенётся и начнёт чудить — ибо отвечать Богу есть, для неверующих, не чудо, а чудаковатость — что ж, «добро пожаловать в клуб». В этот клуб не принимают голосованием, в нём нет членских взносов, и членство в нём не даёт возможности отдохнуть, не повышает в глазах общества, а понижает. Вот какой должна быть Церковь! Пусть Христова Церковь станет Христовой опять! Христовой, а не «национальной», «государственной», «социально значимой». Тогда и посмотрим, многие ли из гонимых, униженных и оскорблённых захотят к своим проблемам добавить ещё и проблему, которой должно быть пребывание в Церкви. Быть геем или лесбиянкой должно быть нормально, не смешно, безопасно, — не то, что быть в Церкви.

 

Я буду очень благодарен и за молитвенную, и за материальную поддержку: можно перевести деньги на счёт в Paypal - на номер сотового телефона.

Почти ежедневно с 1997 года

Фейсбук: https://www.facebook.com/james.krotov. - Почта.

Поиск по сайту через Яндекс:

    

 

Чтобы ежедневно получать обновления этой страницы

введите свой эл. адрес и нажмите кнопку с надписью "Подписка":

Материалы рассылки не подлежат тиражированию, цитированию и использованию без разрешения автора.

Просмотр архивов на groups.google.ru

RSS: http://krotov.info/rss.php

http://twitter.com/#!/Krotobot или по-твиттерному @Krotobot

Мобильная версия

Место библиотеке любезно предоставлено JesusChrist.ru