Ко входуЯков Кротов. Богочеловвеческая историяПомощь
 

ПРЕПОДОБНОГО ОТЦА НАШЕГО

МАКАРИЯ ЕГИПЕТСКОГО

НОВЫЕ ДУХОВНЫЕ БЕСЕДЫ


К оглавлению


 

I

1. – Почему апостол Павел говорит, что язычники, не имеющие закона, сами себе закон (Рим 2, 14)? Не имей они природного закона, как он оказался бы у них?

– Здесь требуется различение. И помрачен внутренний человек и не помрачен, и слеп и отчасти светел, и мертв и по природе жив. Но невозможно никому должным образом войти в жизнь (Мф 18,8; 19,17) иначе как через страшные искушения, через долгое упражнение, через великое смирение. Надлежит нашему телесному сосуду после такого упражнения войти в царство (Мф 19, 24; Ин 3,5), а без упражнения не войдет никто. Как некий кованый сосуд, который мастер, взяв, держит в огне, снова извлекает, кует, опять кладет в огонь, пока тот, сделавшись мягким, не будет сработан сосудом драгоценным и не поступит в услужение господину, или как воск, который отвердевает на холоде, положенный же на огонь и начавший плавиться и мягчеть, принимает образ и совершенное подобие печати – так и сама душа, часто входящая в огонь и искушаемая, нуждающаяся во многих научениях, чтобы суметь запечатлеться совершенным подобием Христа и печатью небесной. Глиняные сосуды (2 Тим. 2, 20) гончар тоже бросает в огонь и в воду, испытывая их таким путем, и одни из них делаются годными к употреблению, другие же раскалываются и гибнут; так и идущие на испытания и упражняющие себя в духовном борении, одно из двух, или побеждают, или падают и погибают, отдаляясь от Бога и отчуждаясь от жизни. Переносящие же испытания и тесноту, в падении подымаясь, при увещевании обращаясь, достигают победы и остаются тверды и неодолимы. Такова испытуемая душа: она то падает, то подымается, строит, обращается, пока не вырвет победу у врага. В видимом мире множество детей одинаково идут в школу, но одни из них выходят бесчинными, другие лицедеями, третьи бесстыдниками, четвертые псарями, пятые грамотеями и знатоками закона. И в обителях одинаково живет много братьев, а по свободной воле одни из них вступают в жизнь, другие – нет. Как дерево, пока оно молодо, слабо и неспособно укорениться в почве, при наступлении засушья вянет и налетевшие ветры расшатывают и вырывают его, если же оно глубоко укоренится в землю, то ни ветры, ни бури не в силах повредить ему, поскольку его корни глубоки и оно крепко, так и братья остаются еще детьми, младенцами, нуждающимися во многих наставлениях, ибо научающиеся Царству Небесному (Мф 13, 52) всегда требуют водительства усовершившихся, пока сами не укоренятся в благодати и не сделаются крепки и непоколебимы.

2. Христиане, победившие страсти и бесов, имеют власть над нечистыми духами (Мф 10, 1) они сыны чертога брачного Христова (9,15) и наследники Божий (Рим 8,17), достигли совершенства Христова, пришли в мужа совершенного, в меру полного возраста (Еф 4,13), и ни мука телесная, ни огненная, ни бесы повредить им не могут; над всем этим они имеют власть, и ядовитые звери подчиняются им. Ибо и сам первый человек (1 Кор 15,45), будучи сотворен владыкой твари, повелевал страстям и демонам, и только после преступления заповеди стал рабом страстей и бесов, огня и меча. Но идущие за Христом силою крещения снова достигают первоначальной меры Адама, делаются повелителями демонов и страстей, ведь и последний враг, смерть, под ноги нового Адама покорился (15, 26-27). Христианин должен поэтому, уклоняясь от стрел зла, искать спасения и вступить в упорную брань. Но кто имеет глаза и зрение безущербные, руками же или ногами немощен, тот будет иметь два телесных члена здравые, остальные же расслабленные, когда христианину все члены надлежит иметь цельные и здравые. Снаряжение и оружие христианства, и смысл, и вся жизнь – вне мира сего, вот почему многие люди не знают, чего ищут. Мирские художники не заботятся о небесном и даже не стараются изучить художество, способное возводить к небу; и хоть часто видишь странствующих или философов, видишь одновременно, что все они от века сего. Но тайна христианства велика (Еф 5, 32), и к ней прикасаются лишь вышедшие из мира. Как если бы стоял град великий, и в том граде все были благородные, все Цари, все богачи, и пришлось бы им уйти одному за другим в некую страну; тогда все жители чужих мест при встрече представлялись бы им варварами и чужеземцами, как и сами они – тем жителям. Лишь увидев друг друга, узнавали бы они единоязычных и сограждан. Поистине они – иного мира, иного града граждане (града святых), иного века (потому что все, кто во Христе, тот новая тварь), иной мудрости, иного духа причастники, иной славы, иного богатства, иного достоинства, иных желаний; иной ум имеют (Христов), суть сыны света, сыны чертога брачного, сыны утешения, сыны завета нового (Евр 6, 4, Кор. 2,16; Лк 16,8; Ин 12, 36; Мф 9, 15; 2 Кор 1,7; Деян 3,25).

3. Однако многим неведомо о нетленном и непреходящем в небесах. Допустим, какой-то человек – царь; разве он не от мира сего? Ритор или философ – не от мира ли сего? А если от мира сего, то он знает здешний язык и причастен здешней мудрости, а все то, что за небом и землею, ему не встречалось, ему неведомо, да и не может быть ведомо на деле и в силе, потому что призрак и обман глаз все видимое. А через что надо пройти, чтобы достичь жизни? Через многие искушения; ибо невозможно никому войти в жизнь (Мф 18, 8; 19, 7), не пройдя сурового пути и мест страшных. Как туман ложится на воздух, так сила сатаны окутала сердце Адама, и на все его произволения лег чад. Есть, конечно, правдолюбцы, которые и в чаду дерзают противиться и бороться, но и они не сразу становятся частями добра, а только через многие искушения, страдания и испытания в борьбе. Такие счастливее не знавших борьбы. Однако многие, когда случилась им малая передышка, возомнили себя возрастающими в благодати, сочли себя достигшими свободы и назвались совершенными, сами будучи незаметно обкрадываемы злом. Поистине ничто не может погубить род христианский, кроме гордыни. Ведь и Адама ввел в грех змий: что-де как боги станете. А ведь все божественное полностью противоположно гордыне, ибо вот признак христианства: кого видишь алчущим, жаждущим, труждающимся, нищим духом, смиренным, ищущим непрестанно ночью и днем, тот стоит в истине; если же кто насытился и уже не нуждается, якобы разбогател, то он в обмане и заблуждении. Как говорит апостол: "Вы уже пресытились, вы уже обогатились" (I Кор 4, 8), добавляя: "Горе вам, богатые мира сего" (Лк 6, 28); горе и мнящим о себе, что мы-де уже есть нечто. Богу слава.

 

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова