Яков Кротов. Богочеловеческая история. Иисус и Его двойники.

Найдите 2100 различий: история Иисуса сына Ханана, погибшего в 70 году

Иосиф Флавий в «Истории иудейской войны» описывает несчастного еврея, который появился в Иерусалиме за 7 лет до взятия города римлянами и разрушения Храма.

В современном переводе еврея зовут Йехошуа сын Ханана, но это ровно то же, что Иисус.

«Несчастный» этот еврей в самом простом смысле: городской сумасшедший. Правда, жители Иерусалима считали его деревенщиной, но они всех, кроме себя, считали деревенщиной.

Сумасшествие Иисуса Ханансона было нехитрым и безобидным. Он ежедневно совершал круг по городской стене, бродил по улицам и повторял одну-единственную фразу: «Горе тебе, Иерусалим!»

Флавий вкладывает в его уста и нехитрый стишок в стиле древних пророков. Каждая строчка начиналась со слова «беда» — точнее, «голос», но имелся в виду, конечно, звук проклятия:

Глас от востока,
Глас от запада,
Глас от четырех ветров.

Глас над Иерусалимом и над Храмом,
Глас над женихами и над невестами,
Глас надо всем народом!

Переклинило мужика. Безобидно переклинило. Но ведь неприятно? Неприятно. Однажды его доставили к прокуратору Альбину, тот приказал пороть бедолагу «до кости». Не помогло: на все вопросы следовало «Горе тебе, Иерусалим».

Альбин признал несчастного сумасшедшим («одержимым») и отпустил.

Кто-то Иисуса подкармливал, кто-то бил. Люди все разные и на сумасшествие реагируют по-разному.

Иисусу было всё равно: «Никогда он не проклинал тех, кто его бил, а это случалось каждый день, никогда не благословлял тех, кто давал ему есть, и единственным его ответом всякому было все то же зловещее предсказание».

Впрочем, Флавий разнообразит формулу Иисуса: «Горе городу, горе народу, горе Храму». Любопытная последовательность, между прочим, Храм на последнем месте.

Кончилось тем, что за несколько дней до штурма Храма Иисус вдруг прибавил к обычному своему заклинанию: «Горе и мне!». Тут в него попал камень из катапульты. Иисус погиб на месте.

Разумеется, этот рассказ вовсю используется теми, кто считает всякие переклички признаком фальсификации. Тим О’Нил в 2017 году насчитал 21 совпадение между этим Иисусом и Господом Иисусом. Например, оба умирают с громким криком.

Можно было и больше насчитать — например, оба были мужчины, оба были евреи.

Засчитывается даже, что оба цитируют Иеремию. Правда, Йехошуа цитирует Иер. 7:34, а Иисус Иер. 7:11, про Храм как вертеп разбойников, но это такие мелочи. Правда, Ханансон вообще-то не цитирует Иер. 7:34, где говорится о разрушении Израиля в совсем других словах, хотя жених и невеста упоминаются.

Главное, конечно, не сами по себе натяжки. Главное, что 21 совпадение — это лишь кажется «много». Но давайте тогда уж составим список из всего, что делал и говорил Иисус. Выйдет пара тысяч пунктов, как минимум. «Совпадения» — один процент, такая вот пропорция.

И уж совсем «за бортом» оказывается вопрос о том, каким образом приписали Иисусу сыну Ханана воскресение, проповеди, учеников и т.д. и т.п. Ответ известен со времён Каина: люди дураки и подлецы, их легко обмануть, потому что они сами жулики.

Конечно, кроме того фокусника, который разоблачает обманы, уступая просьбам почтеннейшей публики, прячет в цилиндр двух Иисусов и достаёт одного, улыбающегося, живого, подмигивающего девушкам в первом ряду. Цирковому настроению — цирковое воскресение. Правда, обе смерти реальны, обе смерти от стремления одних к безопасности материальной (Римскую империю строили исключительно, чтобы обезопасить город Рим от набегов) и от стремления других к безопасности духовной. Что ж, безопасности в мире всё больше.

Под всем этим — стремление стащить Бога с неба, уравнять Бога с собой, и хотя бы таким образом подняться над собой. Нету Бога — есть я, умный и всезнающий, и уж точно не лезущий на рожон.

Голгофа по-русски и будет Рожон.

Йехошуа бар Ханан не лез на Рожон.

Йехошуа бар Йосеф лез на Рожон, залез и нам велел лезть на Рожон. И кто лезет на Рожон, тот долезет до неба, а кто только бродит и ворчит, что всё плохо кончится, тот плохо и кончит. Но Бог милостив: и несчастных ворчунов спасёт, тем более, что и святым случается ворчать. Бог — в пропорциях.

Главное же: сопоставление истории двух Иисусов обнаруживает главное в Главном Иисусе: Он — разнообразен. Квалификацию историка и качество веры можно проверять по тому, насколько историк или верующий стремятся редуцировать, свести проповедь и жизнь Христа к одной идее, одной заповеди, одному событию, тогда как они в принципе не сводимы, они не воронка с узким сливным отверстием, а мощный насос, шлюз, собирающий всё и вся для переправки в ещё больший простор и разнообразие.

 

См.: Человечество - Человек - Вера - Христос - Свобода - На главную (указатели).