Крестовые походы: три мифа, одна реальность

Существуют один белый и два чёрных мифа о крестовых походах.

Белый миф: крестовые походы это ответ на агрессию сельджуков, в 1077 году захвативших Иерусалим, из-за чего туда стало труднее совершать паломничества. В расширенном варианте белый миф представляет крестовые походы братской помощью христианам Востока и защитой цивилизации от натиска ислама и варварства. Белый миф вдохновляется готтентотской моралью: я имею право посещать свои святыни, где бы они ни находились, и силой защищать это своё право, потому что я верую истинно, а другой (мусульманин, иудей) такого права не имеет, потому что его вера неистинная и вредная, они должны мне уступать.

Чёрный миф в православном варианте: крестовые походы это агрессия католического Запада против православного Востока. Богатства, награбленные крестоносцами при взятии Константинополя, стали «стартовым капиталом» для Запада и подкосили развитие православных стран. В XXI веке этот миф стал активно использоваться военной пропагандой России в антизападнической пропаганде (фильм Тихона Шевкунова «Гибель империи. Византийский урок» вышел в январе 2008 года и оказался пропагандистской подготовкой перед вторжением в Грузию и началом открытого противостояния Западу). (См. вариант мифа у Аксючица, 2018).

Чёрный миф в исламской упаковке: крестовые походы это начало европейского колониализма и империализма, нацеленных прежде всего против ислама, в начале XXI века приведших к вторжению западных войск в Ирак и Афганистан и гибели там сотен тысяч мусульман.

Крестовые походы не были направлены против православия. Православная Византийская империя хотела крестовых походов, ведь в сражении при Манцикерте (армянский город, входивший в империю) сельджуки разгромили армию Византии и взяли в плен басилевса. Византийцы были в постоянных отношениях дружбы и вражды, торговли и войны с городами-государствами Генуей и Венецией, басилевс Алексей Комнин обращался к папе Урбану II за помощью. Крестоносцы в Константинополе присягали на верность Алексею. В 1204 году они взяли этот город штурмом и разорили, но формально они помогали свергнутому басилевсу Исааку Ангелу.

Крестовые походы количественно не могли сравниться с походами тех же сельджуков. Завоевания крестоносцев были очень недолговечными. Империя сельджуков просуществовала намного дольше, полтысячелетия, и захватывала огромное пространство от Малой Азии до Африки.

Тем не менее, крестовые походы свидетельствовали о росте экономики Запада. Крестовые походы, как и любая война, тормозили этот рост, но сами по себе они указывают на XI век как первый век значительного подъёма Европы, появления избыточного населения и ресурсов, достаточных для агрессии. Агрессия завершилась ничем, а подъём экономики продолжился.

Экономика Европы совершила прорыв одновременно с информационной культурой Европы. Резко возросло количество грамотных людей, появились зародыши будущих университетов, качественно новой стала литература (благодаря чему о крестовых походах известно намного больше, чем о войнах предшествующих веков).

В американской традиции «крусейд» (от французского «круасад», восходит к латинскому «крукс» — «крест») — «крестовый поход» это не только военные походы XI-XIII веков, но и любая кампания, проводимая с незаёмным энтузиазмом. «Она ведёт крусейд, чтобы стать членом жюри», борется за членство в жюри. Тут «крестовый поход» означает ровно то же, что «джихад». «Джихад» в употреблении исламофобов это подлый, «с закрытым забралом» поход мусульман против христианского мира. В исламе «джихад» — это внутреннее, духовное, личное усилие на пути к Богу. Лишь в переносном смысле «джихад» относится и к войне.

Для верующего в то, что убитый 20 веков назад еврей — Бог, живой и вдохновляющий, единственно допустимый крестовый поход — это поход с крестом не нашитым на одежду, под которой меч, а просто с верой. Всякое иное использование креста — кощунство и богохульство. Верующий верует в то, что мир не бездушная комбинация случайностей, а творчество Бога, в котором может участвовать и человек — силой не разрушающий, а созидающей, не мечом, а любовью, которая больше боится убить, чем быть убитой.

Le livre de Lancelot du Lac and other Arthurian Romances, Northern France ca. 1275-1300 (Beinecke Rare Book and Manuscript Library, MS 229, fol. 257v)

См.: История. - Исламофобия. - Милитаризм. - Мифы. - Жизнь. - Вера. - Евангелие. - Христос. - Свобода. - Указатели.