Информационная революция под судом скептиков.

Информационная революция, информационный прогресс в основном пришлись на ХХ век. Именно ХХ век — век информации, её количественного и качества роста, свободы её получения и распространения. Мировые войны и кошмары национализма забудутся, это — останется.

ХХ век был, соответственно, и веком скепсиса по отношению к информации. Например, Жак Эллюль и его популярная книга о пропаганде, подчёркивавшая, что фактами легко манипулировать. Казалось бы, что тут удивительного? Почему Эллюль был в таком шоке, почему этот шок так популярен по сей день? Потому что в течение предыдущих двух веков господствовала механистическая вера в силу факта. Факт — научный, позитивистский, механический факт — занял место Библии. И вдруг оказалось, что как Библия не предотвратила крестовых походов и инквизиции, даже была ими использована, так факты не предотвратили Освенцима и Гулага. Эллюль обрушился на людей: они-де недостойны фактов. Так луддиты крушили станки. Ни станки, ни люди не были виноваты.

Не надо было переоценивать факты, не надо было и не надо. Надо просто принять факт ограниченности фактов. Это полный аналог обращения с логикой, в которой долгое время видели панацею от ошибок — и которая не была панацеей, потому что логика это грамматика, не более и не менее.

Неверные факты безусловно делают информацию дезинформацией, но верные факты ещё не гарантируют ни верность информации, ни полноценность общения. Собственно, факт существования общения — как того, частью чего является информация — и есть главный факт, который до сих пор непонятен позитивизму. Информационная революция есть революция не информации как таковой, а революция в общении, в коммуникации. Революция начавшаяся, но далеко не завершённая. Это революция, как и прочие, сосредоточена на человеке как активном участнике коммуникации. Между тем, для Эллюля и многих других человек — пассивный реципиент. Другой человек. «Другой это ад» — другой не умеет, как я, распознавать манипуляцию фактами. Другой дурак, увы, и большинство людей тупые скоты. Так Просвещение оборачивается Презрением. Причём презирают как раз просвещённые.

Страхи информационных луддитов, скепсисов и циников никуда не исчезли. Они лишь расцвели с появлением интернета. Мощное средство коммуникации используется как газета в сортире. Из пушки по воробьям. Обидно!

Нет причин для скепсиса и разочарования. Рациональных причин. Разочарование — следствие иррациональной убеждённости в том, что прогресс быстро и прямолинеен. Убеждённость эта основана на примитивном, оторванном от фактов представлении о человеке как существе простом, наподобие фотоэлемента, существе пассивном. Это не проявление веры в человека, гуманизма, восхищения человеком. Это проявление как раз упрощения человека, примитивизации человека — и восхищения этой примитивностью. Человек намного интереснее представлений о нём «гуманистов». Намного загадочнее, потенциал его неизмеримо мощнее.

Сегодня лишь заря информационной революции. Впереди намного больше, чем позади. Критерий довольно прост: при всём обилии информации, люди читают меньше, чем слушают и смотрят, а пишут меньше, чем читают. Это абсолютно ненормально, это — дикарство и отсталость. Ничего, пройдёт! Если, конечно, не оставлять стараний и сознавать задачу. Только речь — настоящая коммуникация, творческая, а не потребительская. Речь устная, письменная, диалогическая. Никакие музыка, театр, видео и аудио не заменят речи. Да, до мало-мальского приличного владения речью — включая далеко не самое сложное умение, умение опознавать манипуляцию фактами — ещё очень и очень далеко, намного дальше, чем до высадки на Марс. Но если задача понята, она будет решена скорее, чем если эту задачу не сознавать или отрицать.

 

См.: Информационная революция. - История. - Жизнь. - Вера. - Евангелие. - Христос. - Свобода. - Указатели.