Яков Кротов. Богочеловеческая история

1936 год: борьба нацистов с распятиями

Паломничества в Тельгте не случайно начались в 1870 году. Это — ответ на антикатолическую политику Бисмарка. Церковный музей в Тельгте не случайно был организован в 1934 году — это ответ на антицерковную политику Гитлера.

Драма в том, что в лице и Бисмарка, и Гитлера, и Ленина, и Ататюрка, и Муссолини, и Насера, и многих других боролись не с религией, а со Средневековьем. Боролись с тоталитарностью в религиозной шкуре — и часто боролись тоталитарно.

Остаточные формы этой борьбы — попытки сохранить распятия в школах Западной Европы и США. В школах России, несмотря на всю православизацию, распятия и иконы в классах пока не стали общеобязательными. Православие используют очень локально, никто не намерен дать «попам» использовать себя или своих детей. Как и с коммунизмом: коммунистические лозунги использовали, но никто не собирался на практике жить как Кампанелла.

Сегодня с распятиями в школах борются частные лица. Часто — «приезжие». В Италии, к примеру, эмигранты из Швеции — не протестанты, атеисты — отстаивают право своих детей ходить в школы, где нет распятий в классах.

Это — нормально. Ненормально — когда нацисты в 1936 году приказали заменить в школах распятия (у католиков) и портреты Лютера (у протестантов) на свастику и портреты Гитлера. Это была не централизованная мера.

4 ноября 1936 года нацистский наместник Ольденбурга — региона в основном протестантского — распорядился заменить портреты Лютера и распятия. Протестанты повиновались, запротестовали римо-католики Клоппенбурга — небольшого города, католического анклава в Ольденбурге. Разгорелась настоящая буря протестов. В храмах каждый вечер звонили в колокола, проводили специальные богослужения в течение 9 дней подряд. Детей отправляли в школы с распятиями на шее.

В Берлине были потрясены тем, что к протестам присоединились местные нацисты, включая гитлер-югендовцев и Общегерманскую Социалистическую Организацию Женщин. В итоге 25 ноября нацистский фюрер Клоппенбурга созвал граждан на митинг и объявил об отмене приказа. Это было расценено как первая победа Католической Церкви, как свидетельство того, что зло можно победить, выступая единым фронтом.

23 апреля 1941 года «дух Клоппенбурга» (появилось такое выражение) вновь пробудился: министр образования Баварии Адольф Вагнер распорядился до 1 сентября убрать из школ распятия (в Баварии портреты Лютера были так же редки как водка в доме баптиста). Последовало такое «восстание матерей», что через две недели приказ был отменён, причём тайно отменён, что было очень глупо, потому что протесты-то продолжились. В декабре 1941 года штатсгальтер Баварии Франц Эпп писал рейхсканцлеру Ламмерсу: «Хуже всего, что никуда не делись внутренняя опустошённость людей, а с нею появился и фронт психологического сопротивления» («einer geistegen Widerstandsfront»).

Не следует преувеличить размах и успех сопротивления католиков. Во многих землях (и в Австрии) распятия убрали. В том же 1936 году 1600 монахинь-учительниц были уволены из школ, а преподавали они вполне светские предметы, а получали намного меньше обычных учителей (и не претендовали на пенсию). В 1938 году запретили исполнение церковных гимнов школьными хорами. Успешно убрали уроки Закона Божьего из школ. Были закрыты школы при монастырях, а их насчитывалось полторы тысячи. Частные католические школы не тронули, но обложили повышенным налогом, а членам партии посылать детей в такие школы просто запретили.

В феврале 1941 года по Германии поползли слухи о секретной операции по уничтожению «неполноценных» немцев. У этих «неполноценных» были родственники — очень полноценные немцы, и они почему-то возмутились. Но первая демонстрация была не родственников: в городке Асберг, преимущественно католическом, всё население собралось, когда пациентов из местной психиатрической больницы стали грузить в автобусы. «Среди рыдающих были даже члены партии, — писала полиция, — среди общего ропота раздавались комментарии, которые следует классифицировать как безответственные». Все понимали, что везут больных убивать. Хуже того: по Германии пошли анекдоты, где эвтаназии подвергался Гитлер и прочее Политбюро.

Глава гестапо Генрих Мюллер 13 марта 1941 года предложил «принять жесточайшие меры против распространителей таких оскорбительных шутов и слухов». В июле и августе 1941 года епископ Мюнстера Клеменс фон Гален произнёс три проповеди против беззаконий гестапо и эвтаназии. Гален подчёркивал, что неполноценным может быть объявлен и солдат-инвалид, и старик, и любой больной. Немцы сражаются с безбожным большевизмом, а у них в тылу такое безбожие творится!

Проповеди стали печатать и распространять как самиздат. В соборе Мюнстера собирались тысячи людей. Мартин Борман, личный секретарь Гитлера, призвал повесить Галена. Геббельс ответил, что во время войны повесить Галена почти невозможно: «Если мы что-то сделаем с епископом, можно забыть о поддержке жителей Мюнстера».

Гитлер приказал остановить публичные протесты. Тогда от массовых убийств газом нацисты перешли к расстрелам, которые было труднее отследить. С января 1939 года по август 1941 года было убито 70 тысяч «неполноценных» немцев, с августа 1941 до 1943 года, когда программу остановили, ещё 30 тысяч.

В России эти истории мало известны, но часто вспоминают историю 28 февраля 1943 года. когда несколько сотен немок устроили демонстрацию на Розенштрассе в защиту своих мужей-евреев — и не были ни арестованы, ни расстреляны, и мужей освободили — почти тысячу человек. Правда, евреев, у которых не было немецких жён, не освободили, задушили газом.

Означает ли это, что тоталитаризм уязвим? Важнее, хотят ли его уязвить. Протесты в защиту себя и своих не переходят сами собой в новое качество, в протесты за других. Тут такое же недостающее звено как между Гитлером и Ганди.

Фон Гален, безусловно, знал о Шоа. Он ежемесячно пешком совершал паломничество из Мюнстера в Тельгте, шёл 15 километров, чтобы отслужить мессу. А в Тельгте евреи были — и перестали быть, осталась лишь синагога и — с некоторых пор — медные табличные посреди брусчатки с именами тех, кого «забрали». Да и в Мюнстере было в 1938 году евреи — и исчезли в 1941-м, первый транспорт ушёл в Ригу, второй в Варшаву, третий в Терезиенштадт. Но заботились о своих.

Гален вообще был человек очень реакционных взглядов. он в епископы поэтому попал. В 1932 году он выпустил книгу «Чума лаицизма» — против «обмирщения» Церкви. А под обмирщением, секуляризацией понималась утрата власти. Тяжеловесной, чёрной власти понуждать к вере, свету и добру.

Британский историк Джозеф Стерн (1920-1991) писал, что «если бы церкви сопротивлялись убийству евреев так же, как они они сопротивлялись убийству душевнобольных, Окончательного Решения, безусловно, не было бы». Но даже речи об этом не заходило. Самое большее — укрывали евреев, но при этом часто рассматривали это как возможность обратить еврейских детей в католичество. И обращали.

Фотография: 13 декабря 1941 года, погрузка евреев Мюнстера в поезд, который увезёт их в Рижское гетто, где они все и погибнут.

 

См.: История кощунств. - Шоа - История. - Жизнь. - Вера. - Евангелие. - Христос. - Свобода. - На главную (указатели).