Яков Кротов. Богочеловеческая история

Стив Джобс: антикоммуникационный идол коммуникационной эпохи

Заметки на полях книги Айзексона.

Драма Стива Джобса с точки зрения формы, социологии есть обычнейшая драма Церкви. Патриарх — Джобс, священники и диаконы — его сотрудники, миряне — те пользователи, которые восторгались Джобсом, прощали ему любые недостатки, транслировали его речи об «идеальном продукте», им созданным, о том, что он «опередил спрос», «открыл людям, чего люди хотят». Циник скажет, что эта драма универсальна, но историк знает, что ничего универсального в таком сворачивании коммуникации нет. Это вполне локальное явление, далеко не всеобщее. Культ Джобса интересен тем, что тут окукливается, инкапсулируется, утрачивает способность к коммуникации сообщество, посвятившее себя средствам коммуникации. Налицо парадокс, которого нет, к примеру, в культе Маска.

Джобс вещал — но вещание это вовсе не обладало никакой особой силой, вопреки тому, что думали и некоторые участники культа Джобса, и некоторые противники. Поэтому мало кто вещает — невыгодно, прибыли от этого особой не будет. Джобс, правда, разбогател, но одновременно разбогатели сотни богачей, которые не вещали и культ своей личности не создавали. А многие вещавшие и не разбогатели, и канули в Лету безвестно, а ведь некоторые по-настоящему изобретали, но и изобретения их канули в лету либо были переизобретены заново. Культ личности — выигрыш в лотерею, где абсолютное большинство соревнователей проигрывают, причём такой выигрыш, что непонятно, зачем ради него напрягаться и как можно таким призом наслаждаться.

Джобс создал классическое закрытое сообщество, «секту». Гейтс не создал, и не пытался. Играть в гуру, на самом деле, скучно, это патологическое поведение. Как и играть в «последователя гуру». Причины такого патологического поведения разные, объяснять это каким-то одним фактором означает не понимать сложность психики. Самое смешное: пытаться понять механизмы сектообразования, чтобы их использовать, чтобы им подражать. Смешно это, потому что из миллиона потенциальных наполеонов успеха добивается лишь один. Да и успех-то своеобразный.

При этом отдельные элементы патологии есть в каждом человеке. Поэтому борьба с идолопоклонством в себе есть необходимая часть повседневной душевной гигиены. Борьба и с желанием быть гуру, и с желанием повиноваться гуру. Это не лечится социологически. Нет смысла уничтожать иерархические структуры — в политике, в религии, в культуре — чтобы сделать идолопоклонство («сектантство») невозможным. Развращает не иерархизм, развращает власть.

Иерархия связана с биологическим в человеке, прежде всего, с возрастом. Поэтому иерархия возникала и будет возникать в любом, самом крошечном объединении людей. Но должны быть меры против наделения возраста властными полномочиями — если речь идёт о взрослых людях. В этом отношении культ Джобса практически идеален, он безвреден. Это игры взрослых и свободных людей, причём достаточно небольшого, хотя и несколько шумного количества. Большинство пользователей продукции Эппл в этих играх не участвуют. Безвредны ли культы структур, которые имеют влияние — иногда формальное, иногда не очень — на властные органы? Мало где разделение религии и государства совсем уж абсолютно. Интересно, однако, что даже в тоталитарных структурах культ личности — вовсе не обязательный компонент.

В Московской Патриархии не было культа личности ни одного патриарха. Были маленькие культики, создававшиеся чиновниками при жизни начальника, и некоторые культики переживали смерть начальника, но не переживали вымирание этих чиновников. Остаётся самое большее кабинет — как до сих пор сохраняют кабинет патр. Сергия Страгородского. Может, протащут в святцы. Но от сердца, как Джобса — нет. Как раз власть и мешает культу личности. Настоящий культ личности Сталина был не при его жизни, а сформировался лишь в 1970-е — бескорыстный, ректифицированный как спирт и такой же шибающий в нос и щекочущий горло. Этот культ результат не страха и/или интеллектуального и сенсорного голодания, как было при жизни Сталина, а каких-то совершенно других (и разных у разных людей) внутренних процессов.

Возможен ли социум без культа личностей, без закрытых кластеров? Конечно, возможен! Возможно же общество без рабства, без многожёнства, без клерикализма, без монархии и прочих больших и малых извращений. Это не идеальное общество, но вполне реальное. Достигается ли это через запреты? Нет, запреты — следствие, побочный и временный результат, а не причина победы над грехом. Коммуникация — вот главное средство победы над тем, что мешает коммуникации и её извращает. Средство, которое одновременно является и целью. Как, собственно, и должно быть.

*  *  *

Будучи молодым миллионером, Джобс на Хэллоуин оделся Христом. Силиконовая Долина место продвинутое, но всё же это Америка, на него косились. Однако, и к айфону, и к айпаду применили определение «Джизус». Иисусе! Абсолют!! Совершенство!!! В биографии Джобса есть и антоним: «Византийщина». Именно это ругательство, в английском обозначающее вычурность и помпезность, на какой-то стадии проектирования досталось айпаду. Иисус — простота и элегантность, Византийщина — и православие — избыточная усложнённость и аляповатая позолота.

Исторически это неверно. Западное христианство на ранних этапах было вполне византийским, а на поздних порождало такую византийщину, которая Византии и не снилась. Барокко и маньеризм не византийцы изобрели. Рублёвский Спас вполне равновелик макбуку и дзену.

История Джобса — это история поздно раскрывшегося дарования, которое сумело преодолеть искушение ранним богатством. Конечно, читать рассказы о второй, наиболее продуктивной половине его жизни, когда он создал айфон и айпад, скучновато. Интриги особой нет, есть кропотливая работа, причём работа, в сущности, эргономиста — кажется, от эргономики ещё не изобрели название специальности.

Драма жизни Джобса в том, что прилив поднимает не только лодки, но и мусор. Компьютерный бум последней трети ХХ века дал подняться, разбогатеть, прославиться множеству ничтожеств, в том числе, Джобсу. Начинал-то он как ничтожество, и то, что значительная часть рынка персональных компьютер год принадлежала ему, было случайностью, а торжество РС закономерностью.

Трагедия Джобса в другом. В своей второй жизни он был прямой противоположностью собственным идеалам. Он проповедовал творчество, но айфон и айпады — анти-творческие предметы. На это указал сразу же Лев Гроссман в «Тайм»: «Айпад уводит от создания контента к чистому поглощению контента, манипулированию им. Он оглушает вас и превращает в пассивного потребителя чужих шедевров» (Айзексон, 457). Добавление клавиатуры мало что меняет — для творчества лучше тогда макбук. Айпад в принципе заточен под серфинг, не под сочинительство. Доской для серфинга можно писать, но крайне неудобно.

Потребительство против творчества — это ещё один вариант оппозиции «спасение против творчества», которую на сто лет раньше выделил Бердяев. Консерватизм, отсутствие идеализма и прочие проблемы эпохи с 1979 года — это проблемы именно спасения, которое отреклось от творчества. Такое отречение постоянно происходит в истории, и постоянно творческий дух возрождается, так что унывать не надо. Надо просто ударить макбуком по айпаду.

Я айпадом не пользуюсь вообще, а читаю исключительно на пассивном экране, который не портит глаз. И другим советую! Музыку и кино использую пиратские, так что айподы и айтьюнсы прошли мимо меня абсолютно. Думаю, что рано или поздно всё равно восторжествует бесплатная программная среда на всех уровнях, нынешний бардак и взимание денег на пустом месте — это от новизны технологии. Тирады Джобса о заботе о потребителе вызывают горькую улыбку — и его лицензии, как и всех прочих, заканчиваются отказом от претензий любого цвета, запаха и форм. Хуже только новая мода сдачи программ в аренду за большие деньги, обычно прямо связанная с монополизацией рынка и подавлением независимых программеров.

Что до простоты и изощрённости, то это ложное противопоставление. Как сказал Линкольн, когда его спросили издевательски, какой длины должны быть ноги: «Достаточной, чтобы доставать до земли». Иисус — просто или сложен? По Эйнштейну, Бог не прост, но и не замысловат.

 

*  *  *

Сравнение Джобса с Христом, а его «продуктов» с божественным совершенством было вполне традиционным при его жизни. Только вокруг Джобса образовался культ личности. Только айпад «Экономист» поместил на обложку с нимбом и несколько ироничной надписью «the Jesus Tablet», а «Уолл-стрит Джорнал» написал: «Последний раз, когда был такой шум вокруг таблички, на ней были написаны заповеди Божии». «Tablet» — так на английском называют скрижали Синая («табло», «табличка»).

Уолтер Айзексон, написавший биографию Джобса ещё при его жизни, объединил эту биографию со своими книгами о Франклине и Эйнштейне в серию «Великие новаторы». В конце же книги он поместил Джобса в один ряд с Эдисоном и Фордом.

Айзексон противопоставляет культ Джобса (как дельный, позитивный) культу принцессы Дианы. Заявить, что культ Джобса лучше культа матери Терезы, впрочем, Айзексон не решился. Да и все культы одинаково дурны, включая и культ матери Терезы как феномен не церковной жизни, где этот культ имеет чёткие рамки, а как феномен попсовой культуры.

Главный аргумент, которым льстивый биограф — каковым, безусловно, является Айзексон — оправдывает бесчеловечность Джобса, является «продукт». Конечный результат. Остальные бизнесмены жертвуют правдой и людьми ради денег, а Джобс — ради продукта, ради идеального продукта. Впрочем, Айзексон подчёркивает, что жертвовать было вовсе не обязательно и что хамство и жестокость Джобса больше вредили делу, чем помогали. Но что продукт идеален, на этом и он настаивает.

Главная проблема Джобса — языковая. Это проблема новояза, псевдо-речи, демагогии. Язык должен проводить границы, создавать оппозиции «правда/ложь». Тогда начинается общение. Разобщение уничтожает само пространство истинности, оно создаёт мир неверифицируемости.

Когда Джобсу говорили, что он хам, он отвечал: «Зато мои продукты совершенство». Когда ему возражали, что качество его продуктов не исключительное, он отвечал: «Совершенства не существует». Это «ножницы», «ртутная речь». Точно так же большевики оправдывали кошмары, которая порождала (и порождает)  созданная ими система. Репрессии, террор, подавление свобод? Это ради коммунизма, который есть совершенство! Коммунизм нехорош? Идеала не существует!

Можно заметить, что «демократия худшая из политических систем, но остальные ещё хуже» — это формально абсурд, а на самом деле как раз полнокровная, настоящая речь. Просто с юмором. Тем более, что сказана человеком, живущим в монархической стране, где демократия довольно своеобразна.

Второй и последний аргумент Джобса: я делаю не то, что хотят люди, а того, что они даже не смеют хотеть, я опережаю их желания, я открываю им их глубоко затаённые  мечты.

Это очень сильный аргумент. Любой настоящий творец — музыкант, писатель, сапожник, портной, плотник — вызывает восторг: «Боже мой, это именно то, что я бы сам хотел сказать или сделать, но даже не подозревал, что такое возможно!»

Только и тут Джобс не только преувеличивал, но прямо лгал, хуже того, создавал речевую конструкцию, в которой исчезало различение лжи и правды. Ему возражали: «Но люди хотят вовсе не этого!» — а он отвечал «я лучше знаю!» Вновь, это абсолютно тоталитарный дискурс. Человек присваивает себе власть определять не содержание слов, а содержание голов и сердец.

В конечном счёте, всё сводится к спору о свободе. Джобсу говорят: «Мне нужна свобода», он отвечает: «Свобода вздор и опасность, вам нужна безопасность». Безопасность — вот, что составляет и сильную стороны «среды», которую всю жизнь выстраивал Джобс для себя и своих покупателей, и её слабую сторону. Причём, слабые стороны обесценивают сильную. Безопасность, уничтожающая свободу. Запретите порнографию — и у вас не родится Рафаэль. Самый бурный спор Джобса с его, в целом, поклонниками вышел ровно на почве порнографии, когда один из компьютерных гуру издал манифест: «Да, я порочный извращенец и требую не ограничивать мой доступ к порносайтам!»

Существует понятие религиозного интегризма — это реакционное создание, прошедшее стадию фундаментализма и разложившееся до фашистской психологии. «Интегризм» и есть синоним — по смыслу — слова «фашизм», «коллективизм», «тоталитаризм». Цельность. Джобс декларировал, что мир — и мир Эппл — должен быть интегрированным, а не фрагментарным.

Но интегрированный мир есть мир, в котором невозможно общение. Общение требует фрагментарности, потому что «личность» есть фрагмент, более того, «личность» есть уход от монолитности к раздробленности, к разнообразию внутри и вне себя.

В интегрированном мире Джобса невозможно жаловаться. Теодицея, тяжба с Богом, возможна, потому что мир Божий реален и в этом реальном мире работает механизм оценки, претензий, жалобы. В мире Джобса жаловаться может лишь начальник на подчинённого, продавец на покупателя, но никак не наоборот. Пользователю на претензии, не отрицая её справедливости, скажут расслабиться, выдохнуть. Ну их, несовершенства мира, давайте порадуемся жизни! Проблема в том, что Джобс и подобные ему присваивают себе власть решать, когда расслабляться. Своих конкурентов они будут поливать грязью (и поливал Джобс Гейтса) изо всех сил, отрицая расслабление и выдыхание.

Сатанинское копыто, как всегда, вылезало в виде двойного стандарта. Он предлагал другим то, чего не любил сам. Он сам предпочитал мир сугубо фрагментированный, где на его фрагмент никто не смел посягать, никто не смел ему диктовать, как жить. Только он диктовал другим, чего они хотят, но диктовать себе он не позволял. Он щеголял в толстовке, которую пошил лично для него японский дизайнер. Да, он хотел сперва, чтобы в таких же толстовочках ходили все сотрудники Эппл, но тут они взбунтовались, и Джобс донашивал сам всю партию (впрочем, не успел, она была слишком большая). Когда он получил от компании личный самолёт, то продумывал его дизайн лично, а не смиренно принимал готовый продукт из рук производителя. Свою яхту отделывал на свой вкус. Летал и плавал туда, куда хотел, а не куда хотел пилот. Но за другими он такое право отрицал и такую возможность старался не предоставлять. Поэтому, если подросток уткнулся в айпад, то вероятность, что он всего лишь потребляет глупую игру, а не рисует или сочиняет, выше, чем если он уткнулся в аналогичный прибор другого производителя.

Наконец, остаётся ещё маленький вопрос о соотношении затрат и результата, цены и качества. Джобс потому так любил напоминать, что два года работал на Эппл за доллар, что у него комната без мебели, на японский манер, матрас брошен на пол, что вообще-то он был жаден до денег. Как и все люди? Отнюдь, и тут главный обличитель Джобса тихий и дружелюбный Возняк, и не он один. В целом американцы отнюдь не служители жёлтого дьявола, а вот у Джобса страсть к миллиардам, к богатству иррациональному, была. Отсюда и самолёт, и яхта. Как американские телепроповедники — из удачливых — оправдывают свои самолёты тем, что они помогают им молиться, перемещаться, вдохновляться — так, наверное, оправдывал свой самолёт и Джобс. Только к нему таких претензий не предъявляли. Впрочем, скандал (и расследование) вокруг его неимоверных опционов был одним из первых протестов против уродств современного капитализма.

Это — на конце производителя. На конце потребителя проблема в другом: продукция Эппл не так уж хороша. Мы возвращаемся к исходной точке: разговоры о совершенстве — демагогия, которую могут не видеть лишь отчаянные идолопоклонники, которых много в том «интегристском» мире, что создал Джобс. Продукция Эппл не так уж хороша не только в том смысле, что программисту она не подходит. Она не удовлетворяет запросам именно тех, кому как бы предназначается, «рядовых пользователей». За полвека не решена простейшая (для других производителей) проблема масштабирования системного шрифта. Закруглённые уголки окон — изобрели и довели до совершенства, а размер системного шрифта — не осилили. Гордятся тем, что можно у калькулятора менять цвет, размер шрифта, форму клавиш — это вам нужно! А системный шрифт? А это вам не нужно! А давайте-ка я буду определять, что мне нужно, лады?

Классическое «бросание понтов», «оцеживание комаров и проглатывание верблюдов». Если в числителе — свойства продукта, а в знаменателе стоимость (помните дивную метафору Льва Толстого о личности?), то Эппл много проигрывает другим продуктам. Джобс стал производить товар для верхнего слоя среднего класса, не для учителей, а для владельцев школ, но этот товар не удовлетворял и не удовлетворяет как раз их потребности. В огромной степени это платье голого короля. Совершенство, а кто этого не видит, тот дурак. Человек, начинавший с идеализма, от идеализма отрёкся, но не хотел в этом признаваться самому себе.

Айзексон сравнивает Джобса с Эдисоном и с Фордом. Но Эдисон сам изобретал, а Джобс нимало не творец, он торговец. Айзексон утверждает, что Джобс придумал саму идею айфона, но и это неправда, идея была сформулирована помимо него и, видимо, не одним человеком. Форд изобрёл конвейер и машину, которую мог ку пить рабочий, стоявший за этим конвейером — Джобс изобрёл перенос производства в Китай, где рабочий, производящий айфоны за 2 тысячи долларов, не может их купить.

В отличие от Эйнштейна, Джобс не занимался наукой. Вообще. Франклин глубоко изучал электричество, Джобс не изучал ничего. Если бы Джобс жил во времена Франклина или Эйнштейна, Эдисона или Форда, он был нанял их к себе на службу, они были бы забыты, все их достижения он бы приписал себе. Это его фирменный стиль: отвергнуть чужую гениальную идею, а через неделю рассказать о ней как о своей. Творческие люди, которые восхищаются Джобсом и считают себя его подобиями, не понимают, что Джобс именно их унизил бы, растоптал, сделал бы своими безликими работниками.

Да, Джобс хороший «продакт-менеджер». Но «продакт-менеджер» не хотел быть продакт-менеджером, он хотел быть «креативщиком», а вот творцами были другие.

На встрече с Обамой американские миллиардеры требовали хором снижения налогов. Джобс потребовал другого — дать Америке 30 тысяч инженеров, своих или из эмигрантов. Свободы не требовал никто. Никто и не получил.

 

См.: Айзексон. - Человечество - Человек - Вера - Христос - Свобода - На главную (указатели).