Книга Якова Кротова.Московская патриархия.

Март 2007 года: всемирный собор госправославных России

Христос обращался к нормальным людям, но ко Христу обращаются и ненормальные.

Нормально быть нищим. Нормально быть богатым. Нормально быть «нищим духом» — то есть, мыслить, чувствовать и обращаться с ближними вне зависимости от количества денег в кошельке своём либо чужом. Это, конечно, поэтическая норма, которая «нищих духом» может назвать «богатыми духом».

А вот что ненормально: поощрять нищету под предлогом заботы о нищих. Именно эта ненормальность отличала тех, кто правил Россией после большевистской революции. Пока эта ненормальность использовала в качестве идеологии атеизм, всё было нормально. Атеизм устремлён к небесам, он озабочен тем, что Бога нет, а что в кармане у кого-то нет денег, ему безразлично.

С 1991 года российская номенклатура вернулась от атеизма к Православной Церкви.  Союз деспотической власти с верующими в Бога, Который есть источник Свободы, был парадоксом и до революции, и не только в России. Но то, что сто лет назад было парадоксом, сегодня стало подлостью. Ведь дореволюционная светская и церковная номенклатура была не всегда верующей, но всегда — порядочной. Это была элита с определёнными представлениями о своём долге, и её уничтожили те, кто видел корень зла в том, что другие — должны.

Сегодня номенклатура продолжает именно эту традицию: все проблемы решать, обшаривая чужие карманы. Радикально изменилась и страна: никакие изменения пока ещё не приблизили Россию хотя бы к тому уровню экономической и политической свободы, который был в пресловутом 1913-м году. В лучшем случае, произошёл возврат к НЭПу, только нэпманов теперь зовут олигархами и расправляются с ними не так быстро, как в 1920-е. Большевики по-прежнему режут куриц, несущих золотые яйца, но делают это намного медленнее и говорят при этом не о строительстве социализма, а о защите Православия.

Духовный большевизм ярко проявился на «Всемирном русском народном соборе» в марте 2007 года. Во-первых, характерна большевистская подмена: собрание это — не всемирное, а очень провинциальное, не русское, а расистское, не народное, а номенклатурное. И это не собор (соборы с участием мирян в Московской Патриархии запрещены, высшим органом власти сделано совещание архиереев), а совершенно нелегитимное совещание, которое удостоено послания президента. Это одна из тех «общественных организаций», которые всегда в изобилии плодила советская власть, чтобы заполнить пустоту деспотизма. Власть платит деньги, чтобы «общественники» заплатили власти дань уважения.

«Собор» 2007 года превзошёл предыдущие цинизмом. Цинизм этот — большевистский по стилю. Сытые обсуждают проблемы голодных. Люди, высосавшие миллионы (возможно, и миллиарды) и прямо из Кремля, и косвенно — из нэпманов, которые трепещут перед Кремлём, обсуждают, откуда взять деньги для бедняков. Это цинизм шизофренический: люди, которых приветствовал президент России, критикуют российскую власть — то есть, того же самого президента. Такое нормально лишь в ненормальном мире, где власть основана на разрушении и перераспределении обломков. Самая твёрдая опора такой власти — это ворчание её подданных и её правителей. Ворчат — значит, признают, что власть может быть лишь такая. Ворчат — значит, не работают, а повинуются. Ворчат — значит, не видят выхода, потому что смотрят в глаза начальству.

Христианство «православной номенклатуры», конечно, не вполне нормальное, в том смысле, что оно не верует в человеческую свободу, не верует в благодать, а верует в государственное насилие. Революция была победой цинизма и неверия не столько в Бога, сколько в человека — в свободность человека вести переговоры, учиться, делиться, размышлять. И вот «православный собор» просит власть о чём угодно, только не о том, чтобы дать людям свободу организовывать  и вести свой бизнес без руководства номенклатуры. Просят о другом: побольше контроля сверху. В сущности, просят возродить Госплан, при которым хотят быть эдаким Комитетом народного контроля.

На «соборе» вспомнили, что Христос просил молиться о «хлебе насущном». Только Христос просил молиться Отцу Небесному, а не кесарю, не президенту. «Всемирщики» твердили одно: президент, дай, президент, выдели, президент, помилуй. Когда Христос просил молиться о хлебе насущном, Он не имел в виду, что человек должен ограничиваться хлебом. И уж подавно Он не одобряет, когда молятся кесарю: «Давай нам весь хлеб насущный, который выпекают в стране, и распределим его по справедливости!».

Христиане, отравленные ядом большевизма, полагают, что человек может и должен ограничиваться минимумом, что блаженны буквально нищие. Блаженны, потому что у них нет сил даже взбунтоваться, потому что вся их жизнь наполнена и насыщена — выпрашиванием подачек, стоянием в очередях, писанием жалоб власти на власть. Богатые же опасны — ведь они не гнут спину перед деспотией. Христос же учил об опасности богатства, а не богатых. Христос не призывал сажать богачей в тюрьму, чтобы их богатством руководил кесарь и лица, которым кесарь прикажет.

Христианину нормально дочитывать «Отче наш» чуть дальше «хлеба» — просить избавления от лукавства. «Всемирщики» пропитаны лукавством как прах Ленина — консервантами. Митр. Кирилл Гундяев заявил, что в борьбе с нищетой огромный шаг вперёд — закон о «целевом капитале». Между тем, этот закон попросту разрешает благотворительность — только не всем, а избранным, кому власть доверит. В предыдущие годы власть задавила общественные организации, которые от неё не зависели, причём давила законодательством, в котором не было исключений. Должны все общественные организации отчитываться в каждом пожертвованном рубле — кто пожертвовал, когда, при каких обстоятельствах. Значит, и Московская Патриархия должна отчитываться. Теперь, когда все неугодные ликвидированы, для Московской Патриархии и других номенклатурных религиозников сделано исключение: могут по-прежнему не отчитываться. Ей — доверяют, что украденное не будет потрачено на свободу.

Христианство есть вера в то, что между жизнью, реальность, свободой и человеком один посредник — Господь Иисус Христос. Номенклатурное христианство, как и большевизм, есть вера в то, что единственный посредник  — номенклатура.  Все пожертвования — через неё, вся торговля — под её контролем и руководством, больше никому верить нельзя, все обманут, а она — организует учёт, распределение и контроль. Не будет номенклатуры — не будет света и воды, города разрушатся, церкви запустеют, одичавшие обыватели загрызут друг друга, а выживших инородцы с иноверцами обратят в рабство.

Ужасны лукавство и властолюбие тех, кто говорит о Христе, а покланяются кесарю, говорит о борьбе с нищетой, а борется с политической и экономической свободой. Ужас, ужас… Ужаснее, однако, ужас перед конъюктурщиками от Церкви («от Церкви» — в том смысле, что всякий, кто занимается казнокрадством под предлогом борьбы с бедностью, от Церкви отходит). Над «всемирщиками» — и это при отсутствии свободы слова в сегодняшней России — крепко поиздевались в самых холуйских, самых номенклатурных СМИ. Холуй страшен и опасен прежде всего для другого холуя. Государственная казна одна, а бендеров, желающих распилить её ради борьбы с нищетой или помощи детям, — легион. Не стоит радоваться этой грызне вокруг кормушки, — тут не желание правды, а желание перехватить кусок.

Лицемерие православной номенклатуры часто бранят только, чтобы оправдать свой пофигизм: «Если уж люди, специально поставленные быть чистыми…». Если эти врут, значит, нам, «простым людям», сам Бог разрешил красть, лгать, жертвовать всем, ради выживания. Такой низовой цинизм — главная опора и подпитка цинизма верхов.

Нужно не бояться демагогов, не менять клерикальных демагогов на антиклерикальных, а требовать свободы. Не войны с нищетой, а  демилитаризации страны, издыхающей от расходов на «оборону» и «безопасность». Не расширения государства, чтобы оно заполнило все пустоты жизни, а съёживания государства, чтобы жизнь заполняла мир сама. Не благосклонности начальства, а правового государства. А кому правового государства мало — милости просим в Царство Небесное, но только не в то, которое внутри «святой Руси», а которое, как сказал Господь, внутри каждого.  

См. протест госправославных.

 

См.: Человечество - Человек - Вера - Христос - Свобода - На главную (указатели).