Яков Кротов. Богочеловеческая историяРасстройства общения.

Честолюбие

Я необычный человек, может, даже уникум — я страшно честолюбив. А вокруг меня стаи нечестолюбивых, смиренных, скромных людей с титулами, званиями и степенями. Которых у меня нет.

Шутка. На самом деле, говорить «гордый человек», «честолюбец» — всё равно что говорить «человек с грудной клеткой». Все с грудной клеткой! Называть другого честолюбцем — это не просто хейт-спич, это ещё и виртуозное называние себя смиренным. Во многом я упрекал самых разных людей, но в честолюбии — никогда. Это было бы глупо. Я и Путин одинаково честолюбивы, только у меня честолюбие на лице написано, а у Путина хорошо замаскировано.

Правда, будучи мачистом, я не считаю, что женщинам свойственно честолюбие. Это более мужской порок. Но, подозреваю, что честолюбие у женщин всё-таки есть, но в патриархальном обществе, каковым является Россия, оно подавлено в зародыше. Остаётся жажда любви. А у мужчин в патриархальном обществе, наоборот — подавлена жажда любви и развито честолюбие. В нормальном обществе всё равномернее. И тогда от религии спасения идёт постепенно переход к тому, что Бердяев мудро назвал религией творчества.

Это один друг назвал меня честолюбцем. Ну, понятно, бывший. Актуальный, действующий друг никогда такого не скажет. Хотя говорить такое очень полезно — для того, кому говорится.

Обвинять другого в честолюбии — хороший образец пошлости. Пошлость есть апелляция к общему, универсальному, пошлая реплика есть ложь, потому что она претендует быть высказыванием, то есть, чем-то оригинальным, а является анти-высказыванием, чем-то, эксплуатирующим дочеловеческое в человеке, выдающее общее за единичное. Отсюда пошлость эротизма и порнографии — в них нет личного начала. В них только общее. Герой эротического повествования не имеет ни комплексов, ни особенностей характера. Пошлость боится оригинального в человеке и апеллирует к общему, но тем самым создаёт симулякр, потому что в людях общего нет. Общее есть у тараканов, у цветов, у галактик, а у людей нет — каждый человек как образ и подобие Божие, то есть, единственный в своём роде. Бог — печать, каждый оттиск которой уникален. Поэтому честолюбие — смешное свойство. Оно просит меньше того, чем человек заведомо обладает как образ Божий.

Далее

См.: История. - Жизнь. - Вера. - Евангелие. - Христос. - Свобода. - На главную (указатели).