Яков Кротов. Богочеловеческая историяЦеломудрие. Старость.

Эротичность старости: её распутства, её целомудрие

Рубеж между старостью/нестаростью обычно проводят по потере сексуальности. Старость кажется асексуальной. Это глубоко неверно. Старость стоит перед лицом тех же искушений, срывов, падений, что и нестарость. Речь ведь идёт не о сексе шимпанзе или дельфинов, а о сексуальности людей, у которых главные половые органы — голова и сердце.

Настоящая история «меневцев» это, между прочим, история и сексуальная. Почитаешь мемуары — ой, как всё гладенько. Но сколько же было брачных игрищ! А внебрачных ещё больше. Крепкого однобрачия — пересчитать нетрудно. Покровские, Илюшенко, Архиповы... А разводов легион — и до гибели отца Александра, и после (см. пример, история С.Бычкова).

Я знаю, что существует множество христианских движений, целенаправленно добивающихся целомудренной брачной жизни. Многодетные идеальные семьи. Я не верю в эту идеальность, грешен. Думаю, там просто бури политы жирным слоем глазури. Но я верю, что целомудрие в браке (и вне брака, но это не моя специальность) возможно. Самым опасным моментом и самым страшным грехом я почитаю «кризис среднего возраста», когда 50-летний муж бросает жену ради молоденькой. Сколько я видел таких ситуаций! И очень редко кто-то ставит себя на место брошенной жены.

Разойтись, расстаться — одно. Но воспользоваться асимметричностью патриархального общества — ох... Сказать «подло» не решаюсь, но ничего мягче не могу найти. Сказать ребёнку «мы с мамой больше не любим друг друга, а без любви жить вместе не стоит» — одно, а показать ребёнку, что можно помчаться жевать свежую капусту, поскольку старая подвяла, совсем другое.

Подвид такой подлости — когда разведутся и в священники, а то и в монахи-архиереи, ведь брак может быть не венчан и тем самым, с «канонической точки зрения» фиктивен. Впрочем, хрестоматийный казус с Ридигером был как раз с венчаным браком, но там казус был ничтожен на фоне куда большей, стукаческой гадости.

Проблема в том, что, когда подступает искушение решить очередной кризис очередного возраста, начав всё по новой, бороться с ним практически невозможно. Бороться надо на очень дальних подступах. Вот это и есть аскетика.

В старости всё даже хуже, потому что сексуальные выходы из ситуаций уже перекрыты, а страсти ничуть не слабее. Вот тогда и начинаются такие тиранства, изнасилования, издевательства над окружающими (часто не явные, в глубине души), что содом и гоморра краснеют.

 

 

См.: Сергей Бычков. - История. - Жизнь. - Вера. - Евангелие. - Христос. - Свобода. - Указатели.