Яков Кротов. Богочеловеческая историяИстория в зайцах.

Философия белого кролика или философия чёрного цилиндра?

Юстейн Гордер в своём очерке истории философии для подростков («Мир Софии», 1990 год) сделал сквозным образ белого кролика, которого фокусник извлекает из цилиндра. Философ — это кролик, который удивляется. Большинство людей — неудивляющиеся кролики. Учиться философии означает учиться удивлению или, говоря более философским языком, учиться сомнению.

Образ хороший, но самое главное в образе осталось не только непрояснённым, но, видимо, осталось непонятым самым Гордером. Фокус с Белым Кроликом — удивляет. Точнее, удивлял когда-то, когда первый питекантроп веселил детей, доставая из меховой шляпы саблезубого зайца. Сегодняшние дети (и взрослые) видят цилиндры только у фокусников.

Для нас цилиндр по определению, по умолчанию — это коробка, из которой достают кроликов. Но изначально белые кролики могли быть где угодно, начиная с дыры в земле, куда так любят проваливать Алисы. Только в цилиндрах кролики быть не могут.

Вот что вызывало восторг и удивление. Представим себе, что кролика извлекают из очков. Да, из очков. Или из телефона.

Тем не менее, образ с чёрным цилиндром и белым кроликом остаётся и работает недурно по одной причине — цвет. Из чёрного — белое! Это второй пласт невозможного. Не просто разница размеров, но радикальная нестыковка по цвету.

Философия есть удивление, но это удивительное удивление. Философ видит белое там, где не философ видит чёрное.

В истории философии очень много не философов, анти-философов. Например, Гордер рассказывает о Марксе, Дарвине, Фрейде, считая их философами. Из этих троих, однако, только Маркс претендовал быть философом, а Дарвин и Фрейд притянуты за уши — они вполне белые кролики, которых пытаются запихнуть в чёрный цилиндр и которые отчаянно сопротивляются.

Маркс утверждал — не первый и не последний — что чёрный цилиндр это чёрный цилиндр. Кто думает, будто он белый кролик, тот либо наивен, либо циничен. Наймиты капиталистов — всякие канты и прочая поповщина — убеждают обездоленных, что они белые кролики. Но правда жизни в том, что белых кроликов не существует. Есть ворсинки на чёрном цилиндре. Надо это осознать и быть чёрным цилиндром — самым чёрным и самым цилиндрическим чёрным цилиндром. Надо чистить чёрный цилиндр от всего, что мешает быть здоровой и счастливой чёрной ворсинкой.

Из Дарвина и Фрейда сделали, конечно, выводы, аналогичные марксизму, но сами-то они этих выводов не делали. Дарвин не был философ, Дарвин был учёный. Фрейд был врач, то есть, тоже учёный, только наука, которой он занимался, из молодых и по сей день больше похожа на астрологию, чем на астрономию.

Чёрный цилиндр — отличное прокрустово ложе для определения того, что есть философия, а что — нет. «Житейская мудрость» — это не философия. Между тем, в истории философии именно житейская мудрость занимает огромное место. Достаточно сказать, что и цинизм, и стоицизм, и эпикуреизм (не путать с эпикурейством), — это именно разнообразные формы житейской мудрости. Библейские книги Притч и Премудрости — этимологически вроде бы философия («софия» — «мудрость»), но всё же не философия. Наконец, не будем забывать о конфуцианстве и буддизме, которые есть своеобразные (для европейца), но всё же варианты именно не философии, а житейской мудрости.

Философия не без труда освобождается от этики, а житейская мудрость — софистика — это именно этика. Большинство этиков, увы, недалеки от марксизма, они считают, что белых кроликов нет, что есть лишь цилиндр и скопившаяся в нём пыль, либо — в лучшем случае — что кролики чёрные, поскольку их цвет определяется цилиндром. В самом худшем случае этика заявляется, что я — чёрный цилиндр, а остальные люди — ворсинки. В самом лучшем: что мы все белые кролики и должны учиться жить в чёрном цилиндре, потому что мир есть чёрный цилиндр и с этим надо смириться.

* * *

Как философия соотносится с религией? Одно общее у них есть — удивление. Оно же сомнение. Точнее, должно быть. Удивление и сомнение — не просто отправная точка философии и религии, это рельсы, подводная часть айсберга, оборотная сторона медали. Если удивление и сомнения исчезают, то философия и религия превращаются в скучный вздор. Такое происходит сплошь и рядом. Когда религия заявляет, что человек — это глиняная статуэтка, в которую Бог вдохнул Своё Собственное Дыхание, это утверждение и философское, и религиозное. Бог оказывается Фокусником, человек — в фокусе фокуса.

Дыхание в глиняной статуэтке это точно такая же невозможность как белый кролик в чёрном цилиндре.

Философ и верующий могут быть одним и тем же человеком. Но я-как-философ не разговариваю с Фокусником, а когда я с Фокусником разговариваю — я верующий. Религия начинается там, где человек с удивлением слышит Голос Фокусника.

В современном мире компьютеры быстро вытеснили гончарный круг в качестве метафоры. Не Голем говорящий, а компьютерная программа, которая не подозревает, что она всего лишь программа и считает себя свободным реальным человеком.

Это циническое (и довольно грустное) отношение к миру — не философия, а религия, только очень невесёлая. Религия, в которой Бог — бездушный геймер, развлекающийся в Своё Удовольствие. Кстати, многие «нормальные» верующие грешат именно таким (невольным) отношением к Богу, пытаясь угодить ему не свободой, а покорностью. Но Бог не фраер и не геймер. Если уж сравнивать Его с компьютерщиком, то Бог создал компьютер и в нём создал симуляцию интеллекта и жизни, а затем — вдохнул Себя в эту симуляцию, и симуляция — ожила, вышла из компьютера как белый кролик из чёрного цилиндра. Если ещё точнее — Бог это Фокусник, который впрыгнул в собственный Чёрный Цилиндр, стал Белым Кроликом... Ну, остальное хорошо известно. Не все верят в воскресение Христово, но даже неверующие знают, что делают с чересчур белыми Белыми Кроликами.

См.: Философия - Человечество - Человек - Вера - Христос - Свобода - На главную (указатели).