Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Лукиан Самосатский

К оглавлению

ДОЛГОВЕЧНЫЕ

Перевод Н. П. Баранова

1. Исполняя веление некоего сна, я приношу тебе в дар, пресветлый Квинтилл, моих «Долговечных». Давно уже я видел этот сон и рассказал о нем друзьям, когда ты давал имя своему второму сыну. Но я не мог сразу понять, что это за «долговечные», которых бог велит мне принести тебе; поэтому я помолился богам, чтобы как можно дольше жили вы — ты сам и твои сыновья, полагая, что это пойдет на пользу всему роду человеческому, а прежде всего мне самому и всем моим домашним: ибо казалось, что и мне бог предрекает что-то хорошее.

2. Поразмыслив, однако, сам с собой, я пришел к мысли, что, давая такое повеление человеку, имеющему дело с наукой, боги, вероятно, побуждают его поднести тебе в дар какое-нибудь произведение своего искусства, наипристойнейшим признав для этой цели нынешний день, когда я дарю тебе вот эти рассказы о людях, достигших глубокой старости, сохранивших душевное здоровье и телесную крепость. Я надеюсь, что двойную пользу извлечешь ты из моих писаний: во-первых, некое благодушие и добрую надежду на то, что и ты сможешь прожить очень долго, а во-вторых, и поучительные примеры, из которых узнаешь, что те, кто наибольшую проявил заботливость о себе как в отношении тела, так и в отношении души, те как раз и достигли глубочайшей старости в сопровождении совершенного здоровья.

3. Итак, прежде всего — Нестор, мудрейший из ахейцев. Гомер повествует, что жизнь Нестора растянулась на три поколения, и изображает его нам человеком, закалившим упражнениями душу и тело. Равно и пророк Тиресий, по словам трагедии, пережил целых шесть поколений. И вполне правдоподобно, что человек, богам себя посвятивший и ведший самую чистую жизнь, прожил весьма долго.

4. И целые роды, как рассказывают, отличались долговечностью благодаря своему образу жизни: например, у египтян — так называемые жрецы-писцы, у ассириян и арабов — истолкователи священных преданий, у индусов — так называемые брахманы, люди, все свое время отдающие непрерывным занятиям философией, наконец, маги, — так называются у персов, парфян, бактров, хорасмиев, ариев, саков, мидян и у многих других варваров — пророки, члены родов, посвятившие себя богам; все они отличаются крепостью тела и долголетием, так как деятельность мага предписывает им самый строгий образ жизни.

5. Существуют даже целые племена долговечных. Так, например, о китайцах рассказывают, будто они живут до трехсот лет, причем одни видят причину такой глубокой старости в воздухе их страны, другие — в почве, иные, однако, усматривают причину в образе их жизни: все это племя, говорят, пьет исключительно воду. И про обитателей Афона передают, что они доживают до ста тридцати лет, также и о халдеях идет молва, как о живущих свыше ста лет. Последние, кстати, употребляют ячменный хлеб — средство сохранить зоркость. И остальные чувства, при их образе жизни, говорят, острее, чем у прочих людей.

6. Впрочем, это все относится к целым родам и племенам долговечных людей, причем этот долгий век объясняют различно: кто почвой, воздухом, кто образом жизни, а кто — разом и тем, и другим. Но мне бы хотелось — и это совсем не трудно — пробудить в тебе вполне законную надежду на долгую жизнь, порассказав о людях, которые повсюду — на всякой земле, под всяким воздухом — достигали глубокой старости, сохраняя свое здоровье надлежащими упражнениями и наиболее отвечающим цели образом жизни.

7. Я разделю мое повествование, сообразуясь прежде всего с занятиями тех, о ком пойдет речь, и в первую очередь, конечно, расскажу тебе о царях и полководцах, а среди Них о нашем божественнейшем самодержце, которого благочестивейшая судьба возвела на высоту высочайшую и тем величайшее оказала благодеяние подвластной ему вселенной. Ибо таким образом, взглянув на долговечных мужей, чье положение и судьба сходны с твоими, ты тем легче проникнешься надеждой на здоровую, длительную старость и вместе постараешься придать своей жизни распорядок, обеспечивающий долголетие и полнейшее здоровье.

8. Нума Помпилий, счастливейший из римских царей, почти все время отдававший на служение богам, прожил, говорят, свыше восьмидесяти лет. Свыше восьмидесяти лет жил, говорят, и Сервий Туллий, тоже царь римский. А Тарквиний, последний римский царь, изгнанный и живший потом в Кумах, достиг, по преданию, возраста свыше девяноста лет, сохранив полностью телесные силы.

9. Это — римские цари. К ним я присоединю сначала и других царей, живших до глубокой старости, а потом и прочих, сообразно привычкам жизни каждого. В заключение я перечислю тебе также остальных римлян, здравствовавших до преклоннейшего возраста, прибавив и тех, кто в других местностях Италии стал известен своим долгоденствием. Моя повесть явится достойным опровержением тех, кто пытается оклеветать воздух этой страны, и тем крепче мы будем надеяться, что исполнятся наши желания, и долгую, сияющую старость узрит властитель земель и морей, ныне уже в преклонных годах царствующий над подвластным ему миром.

10. Итак, Аргантоний, царь Тартесса, жил, говорят, полтораста лет; об этом свидетельствуют историк Геродот и лирик Анакреонт, — впрочем, кое-кто считает это басней. Но вот — Агафокл, сицилийский тиран, скончался девяноста лет, как пишут Демохар и Тимей. Гиерон, тиран сиракузский, девяноста двух лет будучи, скончался от болезни, процарствовав семьдесят лет, — об этом пишут Димитрий из Калатии и другие историки. Атея, царь скифов, пал в битве с Филиппом на реке Истре, в возрасте свыше девяноста лет, сражался на коне в войне с Филиппом в возрасте девяноста лет отроду. Бардулис, царь иллирийцев, как говорят, сражался на коне в войне с Филиппом в возрасте девяноста лет. Тер, царь одрисов, по свидетельству Феопомпа, скончался девяноста двух лет.

11. Антигон Одноглазый, сын Филиппа, царствовавший в Македонии, пал, покрытый множеством ран, сражаясь во Фракии с Селевком и Лисимахом, и скончался восьмидесяти одного года, как сообщает его соратник Иероним. И Лисимах, царь македонский, по словам того же Иеронима, погиб в битве против Селевка, когда ему уже минуло восемьдесят лет. А другой Антигон, сын Димитрия и внук Антигона Одноглазого, — этот сорок четыре года царствовал над македонянами, а всего прожил восемьдесят лет, согласно Мидию и другим историкам. То же можно сказать об Антипатре, сыне Иолая, человеке величайшего могущества, опекуне многих македонских царей: он окончил свои дни, прожив более восьмидесяти лет.

12. Птолемей, сын Лага, счастливейший из царей того времени, был царем Египта, прожил восемьдесят четыре года и еще при жизни, за два года до смерти, передал власть Птолемею-сыну, по прозванию Филадельфу, который и принял отцовское царство, в нарушение прав братьев. Филетер первый приобрел власть над Пергамом, удержал ее, хотя сам был евнухом, и окончил жизнь, достигши восьмидесяти лет. Аттал, прозванный Филадельфом, также царствовавший в Пергаме, — тот самый, к которому явился римский военачальник Сципион, — покинул жизнь восьмидесяти двух лет отроду.

13. Митридат, царь Понта, величаемый «Основателем», во время бегства от Антигона Одноглазого скончался в Понте, прожив восемьдесят четыре года; об этом пишут Иероним и другие историки. Тот же Иероним сообщает, что Ариарат Каппадокийский жил восемьдесят два года; и, пожалуй, мог бы и дольше прожить, да в битве с Пердиккой попал в плен и был посажен на кол.

14. Кир Старший, царь персидский, как явствует из персидских и ассирийских летописей, — с которыми, по-видимому, согласен и Онесикрит, историк Александра, — уже столетним старцем однажды стал осведомляться о каждом из друзей своих и узнал, что большинство из них погибло от руки его сына, Камбиза, причем Камбиз утверждал, что сделано это им по приказанию самого Кира; тогда последний, с одной стороны, видя, что на него самого падает обвинение за жестокость сына, а с другой — обвиняя себя в безумии, — с горя окончил жизнь.

15. Артаксеркс, прозванный «Памятливым», против которого пошел войной брат его Кир, скончался царем персов от недуга в возрасте восьмидесяти шести или, если следовать Динону, девяноста четырех лет отроду.

Другой Артаксеркс, царь персидский, о котором Исидор, историк из Харакса, говорит, что он был царем над предшествующим ему, Исидору, поколением, после девяноста трех лет жизни был вероломно убит собственным братом, коварным Госифром. Синатрук, парфянский царь, возвращенный на царство сакавракскими скифами, когда ему уже минуло восемьдесят лет, принял власть и царствовал еще семь лет. Царь Армении Тигран, с которым воевал Лукулл, умер от болезни восьмидесяти пяти лет.

16. Гиспаусин, царь Харакса и местностей, прилегающих к Красному морю, имел восемьдесят пять лет, когда, заболевши, скончался. Тирей, третий после Гиспаусина царь, умер, тоже от болезни, на девяносто третьем году; а седьмой после Тирея царь Артабаз воцарился, возвращенный парфянами, в возрасте восьмидесяти шести лет. Камнаскир же, царь парфян, прожил целых девяносто шесть лет.

17. Жизнь Массиниссы, царя Мавритании, длилась девяносто лет. Азандр, которого божественный Август сделал из простого князька царем Боспора, насчитывая уже девяносто лет, оказывался не хуже любого молодого и в конном, и в пешем бою. Однако, когда он увидел своих переходящими во время битвы на сторону Скрибония, он отказался от пищи и скончался, прожив девяносто три года. Наконец, Гоэс, царствовавший, по словам Исидора харакского, в его время над оманами Счастливой Аравии, скончался от недуга на сто пятнадцатом году от рождения.

Вот — те цари, о долговечности которых повествуют историки, жившие до нас.

18. А теперь, поскольку среди философов и других ученых мужей также были люди, заботливо соблюдавшие строгий образ жизни и достигшие глубокой старости, отмечу из их числа тех, о ком имеются свидетельства историков, и в первую очередь скажу о философах.

Демокрит из Абдеры умер в возрасте ста четырех лет, отказавшись от пищи.

Музыкант Ксенофил, как говорит Аристоксен, приняв философию Пифагора, прожил в Афинах свыше ста пяти лет.

Солон, Фалес и Питтак, принадлежавшие к числу известных "семи мудрецов", дожили, все трое, до столетнего возраста.

19. Зенон, вождь и основатель стоического учения, достиг девяноста восьми лет; рассказывают, что, входя в народное собрание и споткнувшись, он воскликнул: "Зачем меня зовешь?" Вернувшись домой, Зенон отказался от пищи и так окончил жизнь.

Клеанфу, ученику и преемнику Зенона, было девяносто девять лет, когда у него появился нарост на губе. Клеанф решил умертвить себя голодом, но, как раз получив письма от некоторых друзей, он принял пищу, исполнил то, о чем просили писавшие и, снова отказавшись от пищи, покинул свет.

20. Ксенофан, сын Дексина, ученик Архелая, изучавшего природу, прожил девяносто один год; Ксенократ, ученик Платона, — восемьдесят четыре; Карнеад, вождь Новой Академии, — восемьдесят пять; Хризипп восемьдесят один; Диоген из Селевкии на Тигре, философ-стоик, — восемьдесят восемь; Посидоний из Апамеи в Сирии, гражданин Родоса, философ и вместе составитель исторических сочинений, — восемьдесят четыре; Критолай, перипатетик, — свыше восьмидесяти двух; божественный Платон — восемьдесят один.

21. Афинодор, сын Сандона, родом из Тарса, стоик, бывший учителем божественного императора Августа, добившийся облегчения налогов для жителей Тарса, скончался у себя на родине в возрасте восьмидесяти двух лет, и народ его ежегодно воздает ему почести как герою. Нестор из того же Тарса, стоик, учитель императора Тиберия, прожил девяносто два года; Ксенофонт, сын Грилла, — свыше девяноста лет.

22. Таковы знаменитые философы, известные своей долговечностью. Из историков Ктесибий скончался во время прогулки ста двадцати четырех лет, как сообщает Аполлодор в своей хронике.

Иероним, побывавший не раз на войне, перенесший немало трудов и ран, жил до ста четырех лет, как передает Агафархид в девятой книге своей истории Азии, дивясь этому человеку, который до последнего дня своего оставался живым собеседником, сохранил остроту всех чувств и безукоризненное здоровье. Гелланик с острова Лесбоса достиг восьмидесяти пяти, и Ферекид с Сироса — также восьмидесяти пяти лет; Тимей из Тавромения — девяноста шести. Аристобул из Касандрии прожил, говорят, более девяноста лет; историю же свою начал писать, когда ему минуло уже восемьдесят четыре, о чем он и сам говорит в начале своего труда. Полибий, сын Ликорта, из Мегалополя, возвращаясь верхом из загородной поездки, упал с лошади, после этого заболел и умер, восьмидесяти двух лет. Гипсикрат из Амиза, весьма ученый и разносторонний писатель, скончался в возрасте девяноста двух лет.

23. Из ораторов Горгий, некоторыми называемый софистом, дожил до ста восьми лет и скончался, отказавшись от пищи. Говорят, что на вопрос о причине его глубокой старости и полного обладания всеми органами чувств он ответил: "Это — потому, что я никогда не таскался по чужим пирушкам". Исократ, имея девяносто шесть лет отроду, написал свое сочинение «Панегирик». Когда же ему лишь одного года не хватало до ста, он, узнав, что афиняне разбиты Филиппом в битве при Херонее, горестно произнес стих Еврипида, применив его и к самому себе:

Покинул Кадм навеки свой родной Сидон.

Затем добавил, что Элладу ждет рабство, и покончил с жизнью.

Аполлодор пергамский, оратор, бывший учителем божественного цезаря Августа и воспитателем его, вместе с философом из Тарса, Афинодором, прожил столько же, сколько и этот Афинодор: восемьдесят два года. Потамон, небезызвестный оратор, — девяносто лет.

24. Трагический поэт Софокл скончался девяноста пяти лет: он задохнулся, подавившись ягодой винограда. Под конец жизни собственный сын его Иофонт объявил его слабоумным, но Софокл прочел судьям своего "Эдипа в Колоне" и доказал этим произведением, насколько он — в здравом уме, так что судьи выразили ему свое сверхизумление, сына же самого признали сумасшедшим.

25. Кратин, сочинитель комедий, жил девяносто семь лет и перед самой кончиной поставил свою «Бутылочку», одержал победу и вскоре после этого умер.

26. Также и комик Филимон, подобно Кратину, прожил девяносто семь лет; однажды он спокойно лежал на своем ложе, но вдруг увидел, как осел поедает приготовленные для самого Филимона смоквы; он разразился смехом, кликнул слугу, велел ему, не переставая громко смеяться, подать ослу цельного вина выпить, но задохнулся от смеха и умер. Столько же, то есть девяносто семь лет, прожил, говорят, и комический поэт Эпихарм.

Анакреонт, поэт-лирик, жил восемьдесят пять лет, и Стесихор, тоже лирический поэт, столько же, а Симонид кеосский — свыше девяноста.

27. Из грамматиков — Эратосфен, сын Аглая, киренец, которого можно было бы назвать не только грамматиком, но и поэтом, философом, геометром, — этот Эратосфен прожил восемьдесят два года.

28. Также и про Ликурга, законодателя лакедемонян, пишут, что он жил до восьмидесяти пяти лет.

29. Вот сколько я сумел набрать для тебя царей и ученых. Правда, я обещал перечислить тебе и кое-кого из римлян и вообще из жителей Италии, прославившихся долговечностью, — но их всех, если богам будет угодно, я покажу тебе, совершеннейший мой Квинтилл, в другом сочинении.

 
 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова