Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

 ПСЕВДО-КЕСАРИЙ (ПСЕВДО ЦЕЗАРИУС)

Оп.: Свод древнейших письменных известий о славянах. Т. I. (I-VI вв.) Восточная литература РАН, М. 1994 г. (Л.А.Гиндин, С.А.Иванов, Г.Г.Литаврин). Вопросительные знаки, стоящие подряд, отмечают место греческих слов.

ПСЕВДО-КЕСАРИЙ (С.А.Иванов, вступление, перевод, комментарий)

§ 1. Кесарий Назианзин, брат знаменитого Григория Богослова, жил в IV в., но текст, о котором пойдет речь, не принадлежит его перу. Этим именем назвал себя неизвестный автор, о личности которого можно судить лишь по косвенным данным его собственного труда. Псевдо-Кесарий (далее - ПК) был скорее всего монахом константинопольского монастыря Акимитон (Riedinger. Quellen, 245). Будучи связан с преследовавшимися при Юстиниане монофизитами, предпочел скрыться под псевдонимом (РК, 447-454). Однако автор скорее эрудит и ритор, нежели теолог (РК, 284, 446). Некоторые пассажи его труда наводят на мысль о знакомстве ПК с жизнью императорского двора (РК, 321-325). Автор, несомненно, много путешествовал и побывал, в частности, в Каппадокии, Палестине, а также в Подунавье (РК, 309-320), что для нас особенно важно. Решение вопроса о том, когда жил ПК, имеет огромное значение для оценки его свидетельств о древних славянах, в особенности для датировки появления их на Дунае. Между тем мнения о времени жизни ПК сильно расходятся. Одни ученые считают его автором конца IV - начала V в. (Seeck. Caesarius, 1299-1300; Горянов. Поселения, 310; Баришиh. Диjалози, 29-44), другие - V в. (Скржинская. О склавенах, 13, примеч. 35; Lowmianski. Podstawy, 40-41), третьи - начала VI в. (Иречек. История, 21-22; Mullenhoff. Donau, 295; Plezia, 54). Однако теперь, после выхода работ И. Дуйчева и Р. Ридингера (Dujcev. Le temoignage, 204-205; РК, 305, 443; Riedinger. Quellen), проблема убедительно решена в пользу середины VI в.

§ 2. Труд ПК ??? ("Ответы на вопросы") представляет особый, типично монашеский жанр, сформировавшийся в византийской литературе в V в. и достигший расцвета в VII-VIII вв. (Dagron. La romanite, IV, 144; РК, 442). Трактат ПК состоит из 220 вопросов и ответов, в которых затронуты в основном богословские сюжеты (опровержение арианства, аполинаризма, оригенизма, манихейства и др.), а также ряд естественнонаучных проблем (почему зимой не бывает грома? какова природа света? одушевлена ли земля? и т.д.). Структура произведения не продумана, текст оставляет впечатление предварительных набросков (Seeck. Caesarius, 1299). Значительные фрагменты переписаны из трудов знаменитых богословов - Епифания, Севериана, Василия Кесарийского и др. (РК, 285-292; Riedinger. Quellen). Стиль темен, язык запутан, за что автора критиковал уже в IX в. патриарх Фотий (Dujcev. La versione, 96).

§ 3. Особое пристрастие ПК питал к антиастрологической полемике (Dujcev. Le temoignage, 197). Поскольку именно в этой части диалога расположен фрагмент о славянах, необходимо остановиться на данном увлечении автора подробнее. Вера в астрологию широко распространилась в поздней Римской империи (Gundel, Gundel. Astrologumena, 174; Nilsson. Geschichte, II, 267, 485).В отличие от элитарных философских учений позднего язычества астрология была доступна всем, и раннее христианство справедливо усмотрело в ней своего основного соперника. В антиастролоической полемике участвовали многие отцы церкви: Блаженный Августин, Тертулиан, Минуций Феликс, Иоанн Златоуст и др. Впрочем, свою аргументацию они черпали главным образом из предшествующей языческой традиции (Bouche-Leclerque. L'astrologie, 571; Gundel. Gundel. Astrologumena, 332-336).

Начиная с Карнеада, философы, критиковавшие астрологическую идею предопределенности человеческой судьбы, выдвигали один и тот же аргумент: как можно говорить о том, что сочетание светил в час рождения влияет на нрав человека, если этот нрав бывает одинаков у целых народов. Это соображение встречается (с одними и теми же примерами) во множестве сочинений (Soil. Studien, 181-183). Приверженцы астрологии в I в. до н.э. выдвинули свой контртезис: характер народов, в свою очередь, также предопределяется звездами, под которыми они обитают (Boll. Studien, 183-188, 203). Так возникла теория "семи климатов", или зон, в которых звезды по-разному влияют на племена' (Honigmann. Klimata), и было положено начало "астрологической этнографии". Хотя "теория среды", пытавшаяся объяснить этнические особенности через природные, существовала в античности с давних времен (Benedicty. Theorie, 1-3), "климатический" принцип развил ее дальше, и христианские писатели, включившись в борьбу с астрологией, должны были выработать свой контрдовод. И довод был найден - он состоит в том, что в одних и тех же областях (климатах) живут народы с разными законами и нравами, и наоборот, представители одного и того же народа следуют обычаям предков, в каком бы "климате" они ни жили. Этот "новейший" довод присутствует лишь в группе антиастрологических сочинений, восходящих к несохранившемуся тексту. Его переложениями являются сирийский трактат "Книга о законах стран", приписываемая Бардесану, и латинское сочинение "Recognitiones" Псевдо-Клемента (Boll. Studien, 182). К этой же традиции восходят труды Диодора из Тарса, Оригена, Амвросия' Медиоланского, Григория Нисского, Прокопия из Газы (Bouche-Leclerque. L'astrologie 571, п. 1). Сюда же относится и астрологический фрагмент ПК. Скорее всего он пользовался не сирийским оригиналом Бардесана (Dujiev. Le temoignage, 200), а его переводом на греческий. На этот же перевод опирался, видимо, и Евсевий Кесарийский в антиастрологических главах труда "Praeparationes Evangelicae". Наиболее удачно подобраны параллельные греческие, латинский и сирийский (с немецким переводом) тексты в издании: Pseudoklementinen, 267-313. Целесообразнее всего сравнивать ПК с Евсевием, сочинением которого он мог пользоваться. Вопросы 109 и 110 "Ответов на вопросы" (здесь и далее принимается нумерация вопросов по изданию Миня, см. § 5) сравнительно полно соответствуют главе 10 книги VI сочинения Евсевия. Вопрос 109 (Caes. 980-981; Euseb. 465-473) содержит "классический" этнографический аргумент против астрологии, а вопрос 110 (Caes. 981; Euseb. 473) - "новейший", присущий только сочинениям, восходящим к труду Бардесана. Именно в ответе на этот 110-й вопрос ПК и вводит новый пример со склавинами и фисонитами, отсутствующий во всех остальных сочинениях указанной группы.

Известная вольность автора в обращении с источниками проявилась во всем этом пассаже "Ответов на вопросы": так, Евсевий говорит, что среди индов и бактров встречаются брахманы (Euseb. 465), а ПК прямо отождествляет бактров с брахманами (Caes. 980) и впоследствии противопоставляет их индам (Caes. 985) там, где Евсевий говорит, что инды бывают разные (Euseb. 473); ПК избегает говорить о персах и магусеях (Euseb. 468, 73), заменяя их "халдеями и вавилонянами" (Caes. 980, 985); он вообще выпускает упоминания о галлах (Euseb. 472; 473), о живущих у самого океана номадах (Euseb. 472), о различиях варварских, эллинских и римских законов, касающихся убийства и мужеложства (Euseb. 469-472). Местами ПК расширяет текст: например, он упоминает Парфию и Элам (Caes. 981), которых нет у Евсевия. Список различий можно было бы продолжить. Часть из них легко объяснима: например, ПК опустил утверждение о том, что христиане по всему миру одинаковы (ср.: Pseudoklementinen, 312-313), видимо, ввиду религиозных распрей VI в.; его умолчание о подробностях соблюдения иудеями субботы (ср.: Pseudoklementinen, 310-311) и замену этого места эмоциональной репликой, что ни эллин, ни христианин никогда не согласились бы на обрезание (Caes. 985), можно, вероятно, объяснить усилением гонений на иудаизм при Юстиниане; любопытно также, что ПК не воспроизвел патриотическую фразу источников о том, что римлянам свойственно властвовать (Euseb. 473). Впрочем, многие другие отклонения у ПК не поддаются истолкованию; они свидетельствуют лишь о том, что автор был склонен к творческой обработке антиастрологического материала своих источников. Учитывая это, легче понять и его новаторский пример о склавинах и фисонитах, и замечание о "лангобардах, нориках и западных галлах", отсутствующее в параллельных сочинениях (РК, 302). Видимо, целью ПК было обновить аргументацию против астрологов, тем более что их официально запрещенная наука продолжала процветать и была в очередной раз проклята V Вселенским собором в 553 г. - как раз когда ПК заканчивал свое произведение. Следовательно, в это время славяне являлись такой темой, которой легко было привлечь внимание читателя.

§ 4. Труд ПК сохранился в 16 рукописях; для конституции текста имеют значение три:

1. Московская синодальная № 113 (по нумерации каталога Владимира), или № 272 (по Маттеи), пергаменная рукопись (РК, 13-21). Ридингер датирует московский кодекс последними десятилетиями Х в. (РК, 21).

2. Патмосская рукопись № 103 из монастыря св. Иоанна. Текст полный, но подвергшийся переработке. Кодекс датируется 1262 или 1267 г. (РК, 23-30).

3. Патмосская рукопись № 161 из монастыря св. Иоанна. Конец текста ПК отсутствует. Кодекс датируется периодом 880-930 гг. (РК, 31-37).

Остальные 13 рукописей (о них см. РК, 38-49) являются codices descripti и не имеют самостоятельного значения (РК, 190).

В ряде случаев, когда наши главные рукописи расходятся между собой, могут помочь старославянский и арабский переводы, сделанные с не дошедшего до нас прототипа. Первый датируется приблизительно 920 г. (РК, 50-63), второй - 1054 г. (РК, 63-66).

Воспроизводим стемму по Ридингеру (РК, 188: Riedinger. Die Parallelen, 245);

Старославянский перевод<=ПК=>P

Арабский перевод<= =>a=>b=>?=>J

=>M

a - несохранившийся архетип.

b - несохранившийся гипархетип.

М - cod. Mosquensis, 113.

Р - cod. Patmiensis, 161.

J - cod. Patmiensis, 103.

§ 5. До недавнего времени критического издания ПК не существовало. Исследователи вынуждены были пользоваться изданием Миня (Caes), базировавшемся на одной поздней рукописи, списанной с J.

В своем исследовании о ПК Р. Ридингер критически издал несколько отрывков, в том числе и интересующие нас (РК, 302, 305, 306). Он опирался на М, приводя разночтения по Р и J,

Совсем недавно мы получили доступ к выполненному Ридингером новейшему полному изданию ПК. Интересующие нас отрывки воспроизведены там с ничтожными изменениями (Pswdo-Kaisarios. Die Erotapokriseis, hrsg. R. Riedinger. В., 1989, S. 57, 87, 142.).

ПЕРЕВОД

А как же [могло бы случиться, что] находящиеся в другом поясе[1] склавины[2] и фисониты[3], называемые также данувиями[4], - первые с удовольствием поедают женские груди[5], когда [они] наполнены молоком, а грудные младенцы [при этом] разбиваются о камни[6], подобно мышам[7], в то время как вторые воздерживаются даже от общепринятого и безупречного мясоедения[8]? Первые живут в строптивости, своенравии[9], безначалии[10], сплошь и рядом убивая, [будь то] за совместной трапезой или в совместном путешествии, своего предводителя и начальника[11], питаясь лисами[12], и лесными кошками[13], и кабанами[14], перекликаясь же волчьим воем[15]. Вторые же воздерживаются от обжорства, а подчиняются и повинуются всякому[16].

КОММЕНТАРИЙ

1. Ридингер поясняет, что предпочел чтение тц^цссп "отделении" как lectio difTicilior (более сложное - и потому более приемлемое), хотя больше подошел бы вариант рукописи Р к\щах1 "поясе" (РК, 302). Астрологи разделяли землю на разное количество поясов: теория семи климатов восходит к Эратосфену. Однако уже Бардесан имел весьма смутное представление о границах этих поясов (Honigmann. Klimata, 93). Славянский переводчик явно не понял этого места: у него стоит загадочное "како же въ иной мрацЬ" (Беседы, 68).

2. Впервые на упоминание ПК о славянах указал К. Мюлленхоф в 1876 г. (РК, 246). Фрагмент ПК поздно вошел в научный оборот. Отсутствует он и в хрестоматии А. В. Мишулина. Пытаясь датировать сведения ПК, слависты (Иречек, Нидерле, Горянов, Радонич, Ловмяньский, Плезя, Скржинская) концентрировали внимание, в сущности, лишь на разительном контрасте между фантастическими сведениями о славянах у ПК и деловитым, обстоятельным рассказом Прокопия и объясняли этот контраст относительно большей древностью сообщения ПК. Однако оба автора, несомненно, современники (Dujtev. Le temoignage, 205; PK, 305), хотя данный факт и не исключает возможности того, что ПК пользовался источниками более древними, чем те, которые были известны Прокопию. Впрочем и это предположение остается недоказанным.

3. Искусственный этникон фасониты Плезя склонен выводить из греческого ??? ("природа"), Поскольку античность идеализировала северных варваров как "близких к природе", "неиспорченных" (Plezia. Fizjonici, 62-63). Однако сам ПК недвусмысленно толкует это наименование как "данувди", т.е. "дунайцы", из чего ясно, что Фисон - другое названье Дуная. Река с таким названием упомянута уже в Библии (Б^тие II. 10), и о том, с какой из реальных рек ее отождестви-гь, шла полемика в христианской литературе (Поповиh. Ра)ске рьке). Сам ПК упоминает Фисон еще в нескольких местах (Dujcev. Le temoignage, 202; PK, 305-306). Одно из них, о Фисоне и Дунае, приведем по Ридингеру: ...??? (PK, 306) - "и одной [реке] имя Фисон... а у иллирийцев и рипианов, живущих вдоль потока, - Данувий, у готов - Дунавт". В отличие от фрагмента о Фисоне, заимствованного ПК из Епифания, авторство только что процитированного отрывка принадлежит самому ПК. Название "рипианы", без сомнения, искусственно ("Phantasien-name" - PK, 306): оно образовано от лат. ripa "берег". Ср. слова Прокопия (DA. IV. 5. 11). По догадке Ридингера, рипианы могут быть тождественны фисонитам. в таком случае фисониты являлись, по всей видимости, романизированным дако-фракийским населением Подунавья. Хотя в строгом смысле под "рипианами" естественнее усматривать жителей провинции Dacia Ripensis (Прибрежной Дакии), нельзя не учитывать, что Даже Прокопий (DA. IV. 5.10-12) употребляет слово ripa расширительно, применяя его к дунайской границе вообще. По словам пk, рипиане называют Дунай Данувием - но в другом, может быть, известном ПК произведении того же периода (анонимное отрывке VI в.) (ср.: Dujcev. Le temoignage, 202) сказано, что Данувием именуют Дунай фракийцы (De quattuor, 1056). Во всяком случае, сближение фисонитов с фисагетами (Hermann. Thysagetai, 755) или гиперборейцами (Драгоjло-виh. Фисонци) явно неудача. Нидерле (Niederle. Starozitosti, II, d. 1, 121; Niederle. Manuel, I, 31) считал фисонитов антами. С 545 г. анты были союзниками империи, но до этого времени именно они в течение нескольких десятилетий являлись главным врагом Византии на Дунае (Bynev. Les Antes). Если отождествить фисонитов с антами, придется признать, что ПК своей похвалой фисонитам чрезвычайно быстро реагировал на изменение внешнеполитической конъюнктуры. Сложность, однако, состоит в том, что основная масса антов жила значительно севернее Дуная (ср. наст. изд., с. 229), и поэтому имя фисонитов вряд ли им подходит. Вопрос остается дискуссионным.

Отметим, наконец, что в славянском переводе "иллирийцы и рипиане" переведены как "от сръмън же и от славънъ" (Беседы, 145).

4. С Дунаем связан еще один важный фрагмент из ПК: ??? (PK, 305) - "одна... из рек в нашем Писании именуется Фисон, у эллинов - Истр, у ромеев - Данувий, у готов - Дунав; когда зимой она замерзает и кроткая природа потока уступает место каменной твердости, так что она способна выдержать даже множество врагов, переправляющихся [через реку] и [собирающихся] совершить набег против иллирийских и фракийских областей ромеев, - созданная из воды [ледяная] опора снизу омывается отделившимся от нее течением, а сверху выдерживает лошадь и всадника, которых часто там можно увидеть десятки тысяч" (ср. старославянский перевод: "римскы же даноувиосъ, блъгаръскыи ж доунава... яко ж по себе пръносити пръходящая ратникы къ греком сръмьскыя ж и фракьскыя пръдълы преходяшоу..." - Беседы, 27). Пассаж послужил Зееку и Баришичу основанием для датировки всего труда ПК: по их мнению, здесь описан набег гуннов, перешедших Дунай по льду зимой 394-395 гг. (Seeck. Caesarius, 1299-1300; Баришиh. Дщалози, 45). Дуйчев возразил, что с таким же успехом ПК мог описать и одно из славянских нападений VI в. (Dujcev. Le temoignage, 205). Но этому предположению противоречит упоминание ПК о десяти тысячах всадников, более уместное, когда имеется в виду набег кочевников. Недаром Ридингер сопоставляет разбираемый пассаж с данными источников (Agath. Hist. V. 11; Malalas 490, 6-12) о протобулгарском нашествии 559 г., когда орда действительно перешла Дунай по льду (PK, 303, 444. Ср. наст. изд., с. 269). Впрочем, Ридингер не настаивает на своей гипотезе, так как предпочитает датировать "Ответы на вопросы" не 559-560 гг., а 550 г. Вообще переходы варваров через Дунай по льду не были редкостью; ср. lord. Get. 280 (много свидетельств приведено Скржинской: Иордан, 342-343; можно назвать и другие: Flori II. 2.8; Dio Cass. 54.36.2; 71.7.1; Philost. X. 6 и т.д.). Не исключено какое-либо иное зимнее вторжение кочевников VI в., как не исключено и то, что мы имеем дело с литературным стереотипом. Художественный образ преодолеваемого по льду Дуная имеется уже у Вергилия и встречается вплоть до VI в. в латинской и в греческой литературе. В посвященной этому вопросу работе Хорнштайна упомянут среди множества авторов и ПК (Hornstein. Istros, 159).

5. Чайканович считает, что здесь нашел отражение древне-славянский сказочный мотив о псоголовых (Cajkanovic. Marchenmotiv). Более обоснованно указание Дуйчева на традиционные античные представления о диких народах (Dujcev. Le temoignage, 206-209). В частности, Стефан Византийский, говоря о хабаренах, а Иероним об аттикотах, утверждают, что оба народа поедают женские груди (Stephani 676, 9-677, 2; Hieronym. 308-309). Самый глагол ??? не встречается в иных греческих текстах и является, видимо, неологизмом ПК (PK, 416). Недавно Ф. Малингудис (Псевдо-Кесарий, 89-90) указал на то, что в греческом фольклоре тех областей, где с VII в. компактно жили славяне, встречается мотив о злом духе - похитителе материнского молока; при этом название этого демона имеет славянскую этимологию. Может быть, рассуждает Малингудйс, византийцы знали о славянских верованиях, которые и нашли отражение у ПК?

6. Дуйчев усматривает здесь аллюзию на Библию (Псалм. 136,9). Этот распространенный литературный мотив встречается у Агафия, Писиды и других авторов (Дуйчев. Легендата, 127-130). Но Ридингер отмечает (PK, 253, Anm. 26), что ПК употребляет здесь слово ??? "грудной", которого нет в псалме. К этому можно добавить, что и ни одно другое слово греческого перевода библейской цитаты не совпадает с фразой ПК, если не считать слова ??? "камень".

Нидерле склонен счесть информацию ПК об убийстве детей (в отличие мотива о людоедстве) правдивой: латиноязычные источники сообщают, что полабские славяне (поморяне и лютичи), когда рождается слишком много детей, убивают их; о жертвоприношении младенцев у восточных славян в Х в. пишет Лев Диакон (Niederle. Manuel, II, 9-10).

7. Славянский переводчик допустил в этом месте описку (Дуйчев. Легендата, 125): "акы моухи" (Беседы, 68).

8. Образ фисонитов лишен конкретности и весь обрисован "от противного" (в противовес образу славян). Знаменательно, что оба раза, когда ПК говорит о них, он упоминает о пищевых пристрастиях: этот мотив неизменно входил в ту схему, по которой "астрологическая этнография" характеризовала народы. Вегетарианство считалось в античности признаком особого статуса человека - ПК наделил им фисонитов, видимо, по аналогии с упомянутыми им выше брахманами, о вегетарианстве которых было в античности широко известно (ср.: Филострат. Жизнь Аполлония, III. 26 и др.). Христианство осуждало вегетарианство, иТангрским собором оно было запрещено, но ПК следует здесь традициям жанра. .9. У ПК ??? - букв. "независимые", "живущие по собственным законам": "слободни" (ВИИШ, 5), "autonom" (Rubin. Prokopios, 482). Однако в данном контексте речь не о политической независимости склавинов, а об их своеволии. Точнее всего нам представляется перевод М. Плези "samowoini" (Plezia, 55; Testimonia 46).

10. Утверждение ПК, будто склавины живут ???, т.е. "никем не предводительствуемые", может показаться странным, так как он сам говорит о частых убийствах ими своих предводителей. Здесь, видимо, надо иметь в виду византийскую политическую доктрину эпохи Юстиниана: истинной властью представлялась лишь прочная монархия, обеспечивающая стабильность правопорядка, подчинение подданных законной власти, соблюдение договоров и т.д. Сходное (кажущееся) противоречие содержится в характеристике славян у Маврикия: он пишет и об анархии у них, отсутствии единомыслия и борьбе мнений, и о серьезной роли в славянском обществе архонтов (см. Maur. XI. 4. 12, 14, 30.).

11. Возможно двоякое толкование этого известия. Быть может, речь идет о ритуальном убийстве вождя (обряде, известном во многих древних культурах). Характерно, что убийство совершают те, кто ест и путешествует вместе с царем, т.е. его дружина (Benedicty. Berichte, 64). Подобный обычай у герулов описывает Прокопий (Ргос. VI. 12.38). Либо же перед нами глухое свидетельство междоусобиц в среде славянской знати.

12. Древние греки иногда употребляли в пищу мясо лисы, но римляне никогда его не ели. В античной мифологии лиса выступала в качестве злой силы. Славяне также считали ее враждебным духом (Зеленин. Табу, 94-95; Handworterbuch, 175-183, 191-197).

13. Редкое слово катта, встречающееся лишь в схолиях к Аристофану и Каллимаху, а также в "Церковной истории" младшего современника ПК Евагрия (Euagr. VI. 23). Неясно, существовало ли данное просторечное слово в греческом языке и раньше, или же это латинское заимствование (см.: Фасмер. Словарь, II, 350).

14. Словом ??? (букв. "одиночка") чаще всего обозначалась дикая свинья, хотя иногда также и другие животные, например осел (Stefanus. Thesaurus, V, 1167). У славянского переводчика: "медвъди" (Беседы, 68).

15. "Волчий вой" считался в византийской литературе характерной чертой дикости (Дуйчев. Толкуването, 115-116). Упоминание этого обычая в средневековых текстах, независимых от греческой ученой традиции, например в славянских (см.: Steindorff. Woffisches Heulen), заставляет предполагать существование такого обычая и у степных кочевников, с которыми сталкивались славяне. Известно тотемистическое значение волка у тюркских племен. Ф. Малингудис (Псевдо-Кесарий, 90-91) предполагает, что многочисленные славянские топонимы со значением волчьего воя, а также образ "вурдалака < волкодлака" в славянском фольклоре указывают на ритуальную практику языческих жрецов у славян. Сведения о них в искаженной форме и дошли, по мнению Малингудиса, до ПК.

16. Подчинение благонравных фисонитов ???, т.е. "всякому", "случайно попавшемуся", вызывает симпатию у ПК, так как и в Византии, где отсутствовала строгая наследственность власти, престол доставался людям случайным и низкородным. Славянский переводчик пишет: "и меншинъ повиноуються" (Беседы, 68). Если принять гипотезу о тождестве фисонитов с антами, можно было бы предполагать, что у ПК нашла отражение история Псевдо-Хилвудия (личности сомнительной), которому анты были готовы повиноваться (см. наст. изд., с. 184).

 

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова