Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Авдей Тер-Оганьян

О его деле Кротов.

МАТЕРИАЛЫ ПО ДЕЛУ

ХУДОЖНИКА

АВДЕЯ ТЕР-ОГАНЬЯНА

ОБВИНЯЕМОГО ПО СТАТЬЕ 282, Ч. 1 УК РФ

МЕЖДУНАРОДНЫЙ ОБЩЕСТВЕННЫЙ КОМИТЕТ ЗАЩИТЫ АВДЕЯ ТЕР-ОГАНЬЯНА

т.345-59-13, e-mail: pravo@liter.net; www.pravo.liter.net

Cм. библиографию. Материалы взяты из интернета в 2005 г. - Прим.Я.К.

 

АВДЕЙ СТЕПАНОВИЧ ТЕР-ОГАНЬЯН

Авдей Тер-Оганьян

Живописец, график, автор акций, объектов и инсталляций.

Родился в 1961 году в Ростове-на-Дону. С 1978 по 1982 годы учился в ростовском художественном училище им. Грекова. С 1979 года - член товарищества «Искусство или смерть».

С именем Тер-Оганьяна связана «ростовская волна» - третье по счету (после одесситов начала и конца 80-х годов) серьезное заявление о себе провинциальных художников на столичной сцене в начале 90-х годов. Объединив мастерские в одном из зданий Трехпрудного переулка, ростовские художники получили имя «трехпрудников». В течение двух лет галерея каждый четверг устраивала однодневные выставки-акции, тематический диапазон которых был очень велик: от экспонирования живописи до дегустации спиртных напитков или экскурсий по городу. В целом «галерея на Трехпрудном» представляла собой коллективный пародийный проект, в котором «прокручивались» как всевозможные новые веяния, связанные с институализацией современного искусства в России, так и практики неофициального движения 70-80-х годов. Автором или идейным вдохновителем большинства выставок, как и всего проекта галереи в целом, был Авдей Тер-Оганьян.

В его индивидуальном творчестве также заметны пародийные и симуляционные тенденции. Прием, который всегда присутствует в произведениях Тер-Оганьяна, - нарочитая репетативность. В отличие от других художников, повторяющих в своих работах шедевры 20 века, для Тер-Оганьяна важно не сходство, а расхождение с подлинником. Эпицентром его творчества является вымышленный им персонаж провинциального художника, и работы, которые Тер-Оганьян создает, он приписывает этому выдуманному персонажу. Именно этот провинциал, страстный обожатель модернизма (по легенде Тер-Оганьяна), но знакомый с западным искусством только по плохим репродукциям, все время пишет картины, копируя Мондриана, Хартунга и даже объекты Кунса, принимая их за живопись. В последнее время этот сознательный уход от персональности привел к тому, что в групповых выставках художник принимает участие только под маской институции - «Галереи «Вперед».

В выставках принимает участие с 1988 года, за границей - с 1990 года. Участвовал в более чем 30 выставках.

Из каталога выставки «Художники-нонконформисты в России в 1957-1995» Коллекция современного искусства государственного музея Царицыно, Москвы Издание подготовлено Андреем Ерофеевым и Жаном-Юбером Мартеном «KUNSTIM VERBORGENEN», Престель-Мюнхен-Нью-Йорк, 1995

 

БИОГРАФИЯ

1961 родился в Ростове-на-Дону 1978-82 учился в Ростовском художественном училище им. М.Грекова 1988-90 член товарищества "Искусство или Смерть" 1991-93 директор Галереи в Трехпрудном переулке (совместно с К.Реуновым)

с 1994 директор галереи "Вперед"

 

РАБОТЫ ТЕР-ОГАНЬЯНА ХРАНЯТСЯ В:

Коллекция современного искусства Государственного музея-заповедника Царицыно, Москва Государственный Русский музей, Санкт-Петербург, Ростовский музей изобразительных искусств, Ростов-на-Дону, Christian Keesee Collection, Oklahoma City Art Museum, Частные коллекции Е.Нутович, В.Овчаренко, Н.Бриллинг, Москва.

 

УЧАСТИЕ В ВЫСТАВКАХ, АУКЦИОНАХ

ПЕРСОНАЛЬНЫЕ ВЫСТАВКИ:

1980 Молодежный центр, Ростов-на-Дону 1981 Городской психоневрологический диспансер, Ростов-на-Дону 1991 "Плохая живопись" (совместно с В.Ситниковым). Галерея М. Гельмана , Москва

1992 "Вперед". Галерея в Трехпрудном пер., Москва "В сторону объекта". Галерея в Трехпрудном пер., Москва "Из нового". Галерея в Трехпрудном пер., Москва "Л.Х.О.О.К.". Галерея в Трехпрудном пер., Москва "Натюрморт с подсвечником". Галерея М.Гельмана, Москва

1993 "Флаг" (проект Обмен/Exchange). Москва "Некоторые проблемы реставрации произведений современного искусства".Галерея в Трехпрудном пер., Москва

1996 "Солнце в бокале". Галерея М. Гельмана , Москва

 

ГРУППОВЫЕ ВЫСТАВКИ:

1988 Однодневная экспозиция. Городской клуб, Таганрог

1990 "Между постмодернизмом и авангардом". Варшава, Краков, Польша XIX молодежная выставка. Дом художника на Кузнецком мосту, Москва "Туда - Сюда". Пересветов пер., Москва

1991 "Милосердие". Галерея в Трехпрудном пер., Москва "Выставка-продажа". Галерея в Трехпрудном пер., Москва "Агасфер". Дворец молодежи, Москва "Море водки". Галерея в Трехпрудном пер., Москва "Новеченто". L Галерея. ЦДХ, Москва "Меандр". Галерея в Трехпрудном пер, Москва "Не фонтан".-Галерея в Трехпрудном пер., Москва "Парадный портрет переходного периода". Галерея "А 3". Москва "Мамка-космос". Галерея "Пропеллер". Профсоюзная, 100, Москва

1992 "Московский романтизм". ЦДХ, Москва "Вся Москва". Галерея в Трехпрудном пер., Москва "0.10". Галерея в Трехпрудном пер., Москва "Штиль". Галерея УКВ, Киев "Невеселые картинки". Галерея в Трехпрудном пер., Москва "Отходы". Государственный Центр современного искусства. Музей Пластова,Москва "Выяснение отношений с помощью оружия". Галерея в Трехпрудном пер., Москва "Неоакадемия". Галерея в Трехпрудном пер., Москва "Мы жили в эти годы". Галерея в Трехпрудном пер., Москва "Декоративное искусство". Галерея в Трехпрудном пер., Москва : "Карлики". Галерея в Трехпрудном пер., Москва "Гуманитарная помощь". Галерея в Трехпрудном пер., Москва; ICA, Лондон, Великобритания "Пейзаж". Галерея "Велта", Москва "Натюрморт". Галерея "Велта", Москва "Левой ногой". Галерея в Трехпрудном пер., Москва "Художник и книга". Пересветов пер., Москва

1993 "Скромные ученики великого мастера". Галерея в Трехпрудном пер., Москва "VII съезду народных депутатов посвящается". Галерея М.Гельмана. ЦДХ, Москва "В башне, в галерее, на улице". "Отель Штуки". Лодзь, Польша "Мы жили в эти годы" (второй проект для выставки). Галерея в Трехпрудном пер., Москва "Магазин". Магазин "Константин". Олимпийский комплекс, Москва 6th Asian Art Biennale. Дакка, Бангладеш

1994 "Депозитарий". Выставочный зал на Солянке, Москва "Fluchtpunkt Moskau". Ludwig Forum, Аахен, Германия "Московские художники: новый взгляд". Дом художника на Кузнецком мосту, Москва "Майская выставка". Кузнецкий мост, 20, Москва "Художник вместо произведения". ЦДХ, Москва "Месяц фотографии в Братиславе". Братислава, Словакия "Репродукция - mon amour". ЦСИ, Москва "Свободная зона". ТИРС. Краеведческий музей; Художественный музей, Одесса Cetinjski Bienale II. Цетине, Черногория "Пограничные зоны искусства". Фестиваль современного искусства. Художественный музей, Сочи "Exchange Il/Datsja" (Обмен И/Дача). Almere, Флевопольдер, Нидерланды

1995 "Репродукция - mon amour". Copenhagen Contemporary Art Center "Nikolaj", Копенгаген, Дания "Kunst im verborgenen. Nonkonformisten Russland 1957-1995". Коллекция современного искусства Музея-заповедника "Царицыно". Wilhelm-Hack Museum, Людвигсхафен-на-Рейне; Documenta-Halle, Кассель; Staatliches Lindenau Museum, Альтенбург, Германия "Москва-Ереван. Вопрос ковчега". Музей современного искусства, Ереван, Армения "New Russian Art. Painting from Christian Keesee Collection". Oklahoma City Art Museum, Оклахому, США "Искусство принадлежит народу". ЦСИ. Витрины магазинов, Москва "О доме". Профсоюзная, 100, Москва "5 лет галерее Марата Гельмана". Дом художника на Кузнецком мосту, Москва "Einblicke" (Werkstatt Moskau II). Galerie im Marstall, Akademie der Kunste am Hanseatenweg, Kunstlerhof Buch, Берлин, Германия "Мультипликация" (из коллекции современного искусства Музея-заповедника "Царицыно". "Каширка", Москва

1996 "Onziemes Ateliers du FRAC des Rays de la Loire". Сен-Назер, Франция

1997 Международная художественная ярмарка АРТ-МОСКВА, Галерея М. Гельмана. ЦДХ, Москва "Отдел новейших течений - пять лет". ГРМ, Санкт-Петербург "История в лицах" (из коллекции современного искусства Музея-заповедника "Царицыно"). Самара, Пермь, Новосибирск, Екатеринбург (каталог) "Водка". Галерея М. Гельмана , Москва Московский Форум Художественных Инициатив ("Водка"). Малый Манеж, Москва "В Урюпинск с любовью". Урюпинский краеведческий музей Третья биеннале современного искусства. Цетине, Монтенегро Международная художественная ярмарка "Арт-Манеж", Новая Академия изящных искусств. Манеж, Москва

 

КУРАТОРСКИЕ ПРОЕКТЫ

1988 "Жупел". Выставочный зал Союза художников, Ростов-на-Дону "Провинциальный авангард". Кооперативный туалет "Прогресс", Ростов-на-Дону

1989 "Италия имеет форму сапога". Выставочный зал Союза художников, Ростов-на-Дону "Выставка, которая не считается, потому что все очень плохо". Гостиница "Юность", Москва

1990 "Великие чародеи живописи". Пересветов пер., Москва "В ожидании отдыха". Культурный центр на Петровских линиях, Москва "За культурный отдых". "Каширка", Москва Дипломатическая академия МИД СССР, Москва

1991 "В субботний вечер". Бывший музей Ленина, Львов

1992 "Форма и содержание" (совместно с К.Реуновым). Галерея в Трехпрудном пер., Москва "Вопросы искусства". L Галерея, Москва "За абстракционизм". Галерея в Трехпрудном пер., Москва

1993 "Футуристы выходят на Кузнецкий" (акция). Кузнецкий мост. Москва

1995 "Упражнения". ЦСИ, Москва

1997 "Портативный музей" (на основе коллекции современного искусства Музея-заповедника "Царицыно"), Центр Современного искусства Сороса, Москва. Галерея "Ape-Форум", Ярославль

1998 "Вон из искусства!". Галерея М. Гельмана , Москва

 

АКЦИИ И ПЕРФОРМАНСЫ

1996 "Галерея "Вперед" представляет перформансы московских художников" (в рамках Восточноевропейского Фестиваля перформансов) Тимошоара, Румыния; Берлин, Германия

1997 "Школа современного искусства" (в рамках Фестиваля "Золотая маска"). ВТО, Москва

1998 Акция на ул.Грановского, Москва

 

 

Как не было в Москве Фидия, так не будет в ней и Джаспера Джонса: проект Авдея Тер-Оганьяна по украшению столицы слишком утопичен. Не потому, что предложение вывесить на флагштоке помпезного дома американского посольства картину Джонса "Флаг" испугало г-на посла. Напротив, столь экстравагантная и беспрецедентная в мировой выставочной практике идея их весьма позабавила. Тем более, что знаменитое произведение не пародийно по отношению к своему прообразу.

Уже в 1958 г. французский критик Пьер Рестани отмечал, что Джонс ловко воспользовался живописью, чтобы получить право выставить сам флаг, "символизирующий весь американский миф в целом, образ жизни, иерархию ценностей, подходы к мировой политике". Как было принято выражаться, Джонс "бросил вызов" живописи.

По прошествии 35 лет Тер-Оганьян пожелал буквально воплотить эту метафору - подвергнуть энкаустическую живопись знаменитого поп-артиста испытанию московским осенним дождиком. К владельцу картины г-ну Лео Кастелли не стоило и обращаться. Оставалось одно: копировать. Перерисовывая Джаспера Джонса и прочих гениев модернизма, Тер-Оганьян ставит себя в положение "постисторического" художника. Для него все эти драгоценные кунстштюки, жизнеспособные лишь в физиологическом растворе музейных залов - новая классика, страстно любимая, но и бесконечно далекая и чуждая. Его невольная профанация шедевра Джаспера Джонса - не попытка обидеть или ниспровергнуть мастера, а следствие почти античных по духу наивности и здравомыслия, понимания искусства, когда оно не служило еще придатком личности, не являлось символом той или иной авторской позиции, "вызовом" кому бы то ни было, а просто изображало богов и украшало города. Но нельзя отрицать, что в стремлении водрузить своими руками знамя на американское посольство проявляется и изрядная доля озорных амбиций провинциального парвеню, беспризорника и изгоя, который прорвался в Москву и, дай время, завоюет и Нью-Йорк.

Андрей Ерофеев, «Авдей Тер-Оганьян», газета «Сегодня», 11.09.93

 

Протокол допроса Ю.Нечипоренко - выделен отдельно. Важен тем, что это единственный документ, где зафиксировано, что Вл.Салимон ударил Тер-Оганьяна. - Прим. Я.Кротова.

КОЛЛЕКТИВНОЕ ПИСЬМО МОСКОВСКИХ ХУДОЖНИКОВ

в редакцию "Независимой газеты" на сайт «Современное Искусство в сети»

4 декабря в Москве открылась международная художественная ярмарка "ART-MANEGE 98". Арт-директор выставки известный московский искусствовед и куратор Елена Романова способствовала тому, что уровень экспонирования на этот раз был гораздо выше предыдущих. Впервые в России в рамках этой ярмарки была показана большая ретроспективная экспозиция всемирно известного художника Ильи Кабакова.

Были представлены также интересные иностранные художники. В обширном отделе московских галерей был совершен тщательный отбор, оградивший посетителя от показа поверхностных и салонных работ. Досадным недоразумением явился акт вандализма, имевший место на открытии ярмарки. Вокруг инцидента возник нездоровый ажиотаж, подогреваемый чисто политическими интересами. Прямой жертвой создавшейся ситуации становится арт-директор выставки Елена Романова. Мы, московские художники и кураторы, в тяжелое для нашей страны время заинтересованы в нормальном развитии отечественного искусства. Осуждая безответственные поступки, мы хотели бы оградить прогрессивных деятелей нашей культуры, каким является Е.Романова, от несправедливых обвинений. Мы знаем ее долгое время как принципиального, честного человека и высокого профессионала.

К. Звездочетов , А. Филиппов , Е. Елагина , Д. Филиппов , В. Флоренский , И. Маиаревич , А. Обухова , Н. Панитков , О. Саркисян , К. Воронов , С. Борисов , М. Шилова , Э. Рухина , М. Сумнина , Д. Фапн , Д. Цветков , А. Насонов.

 

ПОКАЗАНИЯ ЕЛЕНЫ РОМАНОВОЙ

ПО СУЩЕСТВУ ДЕЛА ПОКАЗЫВАЮ СЛЕДУЮЩЕЕ:

Я работаю преподавателем современного искусства в МГУ на историческом факультете с 1996 года. Параллельно работаю куратором выставок современного искусства в России и за рубежом. Последние два года в том числе и в Центральном выставочном зале «Манеж» как куратор некоммерческих проектов. Это новые формы искусства, такие как объект, инсталляция, перформанс и т.д. Это искусство, которое невозможно продать в силу его не материальности. В этом искусстве ценятся не ремесленные качества, а художественные идеи.

Говоря о конкретной выставке «Арт-Манеж 98», могу пояснить следующее. Художественный совет ярмарки решил поддержать экспериментальное искусство России и дать возможность выставиться бесплатно многим московским галереям, которые занимаются современным некоммерческим искусством. В постоянно действующий совет входят восемь ведущих специалистов в том числе и я. Советом было решено ввести в ярмарку специальный раздел «Имена», чтобы показать искусство хороших художников. Дирекция ярмарки составила список из 10 художников, в том числе был и Тер-Оганьян как представитель южной школы живописи, поскольку он родом из Ростова-на-Дону. Его кандидатуру предложила я, так как я работала с ним прежде Он всегда на прежних выставках проявлял смекалку и новые идеи, интересные с точки зрения искусства. Я позвонила ему и он согласился, это было примерно за два месяца до выставки. Авдей сказал, что выступит от своей галереи «Вперед», которая находится в его мастерской. Он сказал, что выставит работы художников своей галереи, но что конкретно я не знала, так как он обещал сказать позже. Я настаивала, чтобы его живописные работы были обязательно выставлены. И только накануне выставки я узнала, что Авдей делает инсталляцию из репродукций икон, но каких именно, он не сказал. Накануне выставки, 03.12.98 я увидела на его стенде-стенке очень красивую композицию из репродукций икон. Я спросила Авдея, что это он решил заняться поп-артом? Это многократное повторение, тиражированных изображений. На фоне радикальных технологичных проектов и художественных новаторств его стенка выглядела неожиданно и исторично. Я у него уточнила, вся ли это его работа и будут ли какие-либо акции с его стороны. Он ответил, что все так и останется на все время работы выставки. 04.12.98. было открытие выставки. У меня было более 20 некоммерческих проектов, и я была загружена работой до закрытия выставки, у меня не было возможности подходить к каждому стенду в том числе и к Тер-Оганьяну. Выставка открылась в 17 часов. Посетителей было очень много, буквально тысячи, много иностранных критиков, кураторов, журналистов. Перед закрытием вернисажа в этот день, примерно в 21 час, ко мне подошел директор «Росизо» Шандыбин Олег Евгеньевич и сказал, что в зале происходит какое-то безобразие. Я побежала в зал и увидела у стенда Тер-Оганьяна директора «Манежа» Каракаша Станислава Юрьевича и двух охранников, которые выгоняли Авдея из «Манежа» и требовали, чтобы он покинул помещение. И стали снимать и убирать остатки разрушенной инсталляции. Я увидела на полу щепки у стенда Авдея, который стал кричать, о том, что устроители выставки не имеют права снимать его экспозицию. Но директор сказал, что если он не покинет выставку, то он вызовет милицию. Никакого рукоприкладства не было. Посетители почти уже все ушли, так как был погашен свет и зал закрывался. Авдей самостоятельно ушел. Из разговоров оставшихся посетителей я узнала, что Авдей повесил листовку на стенде, где были развешены иконы. Позже я увидела эту листовку, где было написано о том, что любой посетитель может купить икону и разрубить ее. Из разговоров я поняла, что Авдей рубил иконы. Оставшиеся целыми иконы находились у охранников, которые были возвращены позже Авдею.

Случившимся я была потрясена, для меня такая акция была неожиданной, такой глупости я от Авдея не ожидала.

Как искусствовед занимающийся современным радикальным искусством могу сказать, что акцию Тер-Оганьяна трудно считать художественной, поскольку этическая подоплека доминирует и не позволяет рассматривать ее с точки зрения эстетической. С точки зрения авангардного искусства эта акция вторична по сравнению с деконструктивизмом футуристов начала века, и то с большой натяжкой. Скорее всего Авдей использовал предоставленные ему возможности для раздувания скандала вокруг своей персоны, что и случилось.

Свидетелями этой акции могли быть охранники, художники Виноградов Герман, Колганова Вера.

 

БЕСНОВАНИЕ В МАНЕЖЕ

Информационное агентство "Славянский мир"

Н Купьберг

Факт и комментарий

4 декабря с.г. в день праздника Введения во храм Пресвятой Богородицы в центре Москвы в Манеже произошло кощунство, напоминающее о временах открытого гонения на Церковь.

На выставке работ современных художников "Арт-Манеж" была представлена экспозиция т.н. галереи "Вперед" под названием "Юный безбожник". Экспозиция представляла собой стенд, увешанный иконами. Как значилось в приклеенной здесь же листовке, иконы висели для осквернения: "...Замечательный исходный материал для богохульства — Спас Вседержитель, Владимирская Божия Матерь, Спас Нерукотворный ... Галерея предлагает следующие услуги: осквернение иконы юными безбожниками — 50 рублей, лично под руководством юных безбожников — 20 рублей, консультации для осквернения иконы на дому — 10 рублей…"

Один из участников выставки снял эту листовку; в настоящее время она отправлена в Московскую городскую прокуратуру. Другие участники и посетители выставки тщетно пытались увещевать организаторов богохульства. Лишь после того, как один из посетителей дал пощечину наиболее активному богохульнику Тер-Оганьяну, начальство манежа (видимо, испугавшись большого скандала) распорядилось свернуть "экспозицию".

 

Комментарии священника.

Насколько лет назад, накануне распада России по телевидению был показан мистический ритуал — другие "художники"- сатанисты разрезали на куски свинью, на которой было написано слово "Россия". Вспоминается и прошлогодняя демонстрация по НТВ фильма Скорцезе.

Происшедшее в Манеже нельзя сравнивать даже с коммунистическими кощунствами, тогдашние безбожники были просто одурачены и думали, что Бога нет. А здесь сознательный сатанизм, новый его этап. Здесь оскорбление национальных святынь, Православия, русской нации, веры отцов, самой России.

Не случайно и то, что акция проходила под названием "Юный безбожник". Сейчас, когда наркотики, пьянство, разврат, даже убийства становятся как бы чертой повседневности, — они хотят, чтобы мы и это приняли как новую реалию жизни, еще одно проявление "демократического плюрализма".

Должна быть адекватная реакция всех — верующих и неверующих. Если это попустить, то наступит новый и окончательный распад. Само собой, что необходимо освещение этого события в средствах массовой информации, необходимо, чтобы расследование, начатое прокуратурой г.Москвы, переросло в большой процесс. Все виновные должны быть названы поименно и привлечены к ответственности. Но всего этого явно недостаточно. Это событие как бы бьет в набат. Оно должно стать последней каплей, переполняющей чашу народного терпения, иначе — конец. Иначе — предательство России, Православия, Христа, за которое не может быть нам прощения.

Протоиерей Александр Шаргунов (под заголовком «Мерзавцы» этот текст опубликован в газете «Завтра», декабрь)

 

МОСКВА, 15 декабря. /Корр.ИТАР-ТАСС Елена Дорофеева/

"Правоохранительные органы должны принять решительные меры, чтобы подобные акты вандализма не имели места в нашем обществе". Об этом заявила сегодня в интервью корр.ИТАР-ТАСС вице-премьер правительства России Валентина Матвиенко, давая оценку инциденту, происшедшему 4 декабря в Центральном выставочном зале "Манеж", когда во время работы Международной художественной ярмарки "Арт-Манеж-98" на глазах у зрителей были разрублены около десяти православных икон.

"Подобные факты осквернения православных храмов, синагог и кладбищ становятся просто нетерпимыми", - сказала вице-премьер, которая считает, что допускать такие постыдные акции просто непозволительно.

 

ПРОКУРОРУ Г.МОСКВЫ

Герасимову Сергею Ивановичу

Уважаемый Сергей Иванович!

Прошу Вас не оставить безнаказанным беспрецедентное издевательство над религиозными чувствами верующих, совершенное группой лиц под руководством Тер-Оганьяна в выставочном комплексе "Манеж" при прямом содействии или бездействии его руководителей.

Злодеяние, совершенное в великий православный праздник Введение во Храм Пресвятой Богородицы, носит ритуальный характер. Много признаков содеянного говорит о том, что Авдей Тер-Оганьян, руководивший этим шабашем в центре Москвы, связан с сектой сатанистов.

Выходка "молодых безбожников" ничем не отличается от действий "воинствующих безбожников" 20-х и 30-х годов, которые точно так же уничтожали русскую культуру и разлагали общество.

Этот кощунственный акт разжигает межнациональную вражду и сеет религиозную рознь в народе, который и без того тяжело воспринимает агрессивные действия со стороны представителей других национальностей.

Эта акция группы Тер-Оганьяна, совершенная с дерзкой наглостью против православных святынь, является нарушением действующего законодательства и противоречит Конституции РФ.

У нас по новоиспеченному закону "О свободе совести..." в мнимых правах уравнены Православная Церковь и любая из сект! Из русской истории оказались вычеркнутыми 1000 лет!

Но и это подобие закона не соблюдается: тщетно протестует общественность против разгула деструктивных культов, напрасно бьются родители, пытаясь возбудить уголовные дела по поводу своих психически и морально искалеченных в сектах детей. (Яркий пример тому тоталитарная секта "Свидетели Иеговы", запрещенная во многих странах мира). И это все происходит под рассуждения о построении правового общества, о равноправии всех народов и религий. Но о каком правовом государстве может идти речь, если попираются права и свободы подавляющего большинства населения России, относящего себя к Православной Церкви.

Такое систематическое попрание прав и достоинства верующих может вызвать негативную и неуправляемую реакцию... Поэтому, если государственная власть не будет исполнять свои обязанности по защите прав, своих граждан и соблюдению законов, то люди могут сделать это сами, но уже другими способами, и тогда говорить о соблюдении закона будет уже поздно. Это особенно опасно в такие кризисные времена, какие переживает сейчас наша страна.

Убедительно прошу Вас не оставить этого дела без наказания, как были оставлены многие выходки воинствующего мракобесия, потому что убежден: беззаконие, остановленное в начале, не даст тех ужасных последствий, которые могут быть, если бездействием мы будем провоцировать преступников и хулиганов на дальнейшие преступления. С надеждой на торжество справедливости.

Юрий КУЗНЕЦОВ,

г. Люберцы

 

Уважаемая редакция!

Полностью разделяю ваше возмущение действиями сатанистов в Манеже. Считаю все это следствием призывов Чубайса к "наглости". Вот они и наглеют... Виновные должны быть очень сурово наказаны. Иначе этот русофобский беспредел не остановить. С уважением,

С. Ю. ФИЛИМОНОВ, Москва «Русский вестник» №№ 1-2, 1999г.

 

ЖИВЬЕМ БРАТЬ ДЕМОНОВ!

Послесловие к художественному проекту

Уже практически вся Москва слышала о случившемся в Манеже: кто-то надругался над православными иконами, разрубив их топором, написав на них непристойные слоганы и начертав фривольные символы. Об этом "чудовищном акте вандализма" спросили меня студенты Университета печати (бывшего Полиграфа), где я читаю лекции; об этом же по телефону спрашивали знакомые художники; об этом рассказали по радио, телевидению; наконец, сему факту текст на первой полосе (заметка "Мерзавцы" с прилагающимся "комментарием священника") посвятила всеотзывчивая газета "Завтра" (№ 49). Что это было? Акт богохульства был осуществлен в рамках проекта "Юный безбожник". Место действия - Международная художественная ярмарка "Арт-Манеж 98", с 4 по 10 декабря проходившая в Центральном выставочном зале "Манеж". Герой - московский художник Авдей Тер-Оганьян, участвовавший в так называемой "некоммерческой программе" ярмарки. Акт богохульства был осуществлен в рамках проекта "Юный безбожник". Для знакомого с творчеством Тер-Оганьяна, тем более с его деятельностью последних двух лет, ничего неожиданного - и страшного! - не произошло.

Авдей, как принято выражаться, в качестве художественной стратегии избрал амплуа неудачника, влюбленного в искусство (главным образом в современное) и всеми силами старающегося оставить в нем свой след. Однако полное отсутствие дарования вынуждает этого персонажа (не самого Авдея, а его "лирического героя") не производить собственные шедевры, а слепо копировать чужие, вошедшие в золотой фонд - картины Пикассо, Уорхола, Рембрандта и т. д. То есть осуществлять карикатурную (все-таки Пикассо от Авдея - тот еще Пикассо) апроприацию. Но исчерпав этот сюжет, года два назад Авдей модернизировал свою стратегию. Теперь он апроприирует не конкретные артефакты, а сами шаблоны восприятия артистической деятельности - в рамках учебных работ в симулятивной Школе современного, искусства (школа - это несколько подростков, собирающихся в мастерской Тер-Оганьяна). Дети совершают действия, которые вроде бы должен совершать приличный современный художник с точки зрения обывателя: шокируют публику, оскорбляют старших товарищей, подвергают необоснованной критике факты худ. процесса. Но все это понарошку, "в кавычках". И пресловутый проект "Юный безбожник" - богохульство в кавычках.

Как гласило объявление на стенде Авдея в Манеже, иконы осквернялись на заказ и за умеренную плату, в качестве "актуального" художественного жеста и в режиме "произведения современного искусства". Каждая оскверненная икона подписывалась Тер-Оганьяном и становилась "образцом богохульства". То есть при желании это действие может интерпретироваться и как пощечина мещанскому представлению о художнике как о варваре, атеисте и моральном уроде, но и как пощечина самому художнику, как очистка искусства изнутри.

Другое дело, что все эти тонкие материи доступны лишь посвященным, а потому абсолютно неуместны в ярмарочном контексте. Манеж - не ...<текст испорчен>...., и случившаяся аберрация привела к тому, что Прокуратура г. Москвы начала расследование по факту происшедшего. Что глупость и нонсенс. Но глупость и нонсенс вполне объяснимые и закономерные.

Федор РОМЕР

 

СУДЬБА БЕЗБОЖНИКА

Православные журналисты раскопали томагавк войны.

Вновь вынуждаемы широкой художественной общественностью к информированию о "деле Тер-Оганьяна", тем паче в оном случились некоторые удручающие подвижки. Впрочем, все по порядку.

За истекший месяц Авдей Тер-Оганьян, превратился, пожалуй, в самого печально известного отечественного современного художника. В том числе благодаря телевидению, о роли которого мы по незнанию умолчали в прошлый раз. Добропорядочно-православная (читай: "фашизоидно-фундаменталистская") программа "Русский дом", лабаемая телеканалом "Московия" - которому в свою очередь предоставляет предвечерний эфир якобы просвещенный "олужковленный" ТВ-Центр - уже в нескольких выпусках истошно сообщала о дьявольских кознях Авдея, попутно предоставив всю надлежащую информацию о:

а) ярмарочных покупателях объектов (оскверненных икон) Тер-Оганьяна;

б) художниках и кураторах, эстетически и этически близких богохульнику, т. е. поддерживающих его мерзопакостное искусство. Мол, ату, православные, и их!

Однако не только трансгрессивный (давно оставивший пределы здравого смысла) "Русский дом", но и продвинутая "Независимая газета" влипла в черносотенный дискурс. В ежемесячном приложении к "Независимой" "НГ-религии" (№ 11, декабрь 1998) появился текст "Провокация против верующих", сочиненный неким Александром Рудаковым и ответственным редактором "Религий" Максимом Шевченко, поэтом-графоманом и восторженным почитателем Блока и Белого. Сей юноша сляпал образцовый политдонос с указанием всех фамилий участников манежной акции (несовершеннолетних учеников Тер-Оганьяна) и даже номеров статей УК, по которым можно (и нужно!) возбудить дело против художника, культивирующего "патологию и уродство".

Что не замедлило случиться - впервые за всю советскую и постсоветскую историю в России возбуждено уголовное дело по ст. 282 - "за возбуждение религиозной розни". Между прочим, от двух до четырех. Пока публично за Авдея заступилась лишь газета "Коммерсантъ" (статья-справка Милены Орловой). Дирекция ярмарки и ЦВЗ "Манеж", напуганная прямым звонком Лужкова, всячески открещивается от Тер-Оганьяна, и даже пугает увольнением куратора некоммерческой программы ярмарки Елену Романову (пригласившую Авдея, но не согласовавшую с ним до конца сценарий акции). Еще один образчик трусливого и тупого хамства! Романова, правда, получила несколько выгодных коммерческих предложений и - в случае изгнания из манежного бестиария - явно не окажется на улице.

В мастерской Тер-Оганьяна милиция провела обыск, изъяв - скверный анекдот! - топор, которым совершалось "богохульство". С другой стороны, свои услуги Авдею предложил хороший адвокат...

Но важна даже не дальнейшая судьба несчастного "богоборца" Тер-Оганьяна (хотя о развитии событий мы обязуемся сообщать). Все изложенные факты (уголовное дело, травля в прессе, увольнения, допросы и обыски) лишь доказывают качественность самой акции Авдея, оказавшейся отличной лакмусовой бумажкой для проверки психического и интеллектуального здоровья общества, считающего себя европейским, светским и демократическим. То, что затевалось как пародия (довольно смешная, если принять во внимание наличие прейскуранта на "богохульские" услуги) на отработанное и неуместное ныне амплуа Настоящего Радикального Художника, превратилось в драму с открытым концом. Значит, Настоящий Радикальный Художник - богоборец, иконокласт, ниспровергатель и т. д. - все еще чертовски актуален в России. Что отсылает Россию в культурном развитии на уровень в лучшем случае начала века, Говорухин может плакать от умиления: мы нашли страну, которую некогда потеряли. Увы.

Федор РОМЕР

 

ОСКВЕРНИТЕЛЬ ИКОН

Где грань между оскорблением, искусством и преступлением?

21-12-98

Виталий БОГДАНОВ, Александр ПОДРАБИНЕК

"4 декабря с. г. в центре Москвы в Манеже произошло кощунство... - сообщило недавно информационное агентство "Славянский мир". - На выставке работ современных художников "Арт-Манеж" была представлена экспозиция т. н. галереи "Вперед!"... Экспозиция представляла собой стенд, увешанный иконами. Как значилось в приклеенной здесь же листовке, иконы висели для осквернения: "...Замечательный исходный материал для богохульства - Христос Вседержитель, Владимирская Божия Матерь, Спас Нерукотворный... Галерея предлагает следующие услуги: осквернение иконы юными безбожниками - 50 рублей, ...лично под руководством юных безбожников - 20 рублей, ...консультации для осквернения иконы на дому -10 рублей..." Один из участников выставки снял эту листовку; в настоящее время она отправлена в Московскую городскую прокуратуру", - сообщило информационное агентство.

-Свою акцию в Манеже я назвал "Поп-арт", - рассказывает создатель Галереи "Вперёд!" московский художник Авдей Тер-Оганьян. - Такой нехитрый каламбур: "Поп-арт" - как популярное искусство и как искусство попов. На девятиметровом стенде я разместил репродукции икон, купленные в магазине Московской патриархии "Софрино". Стандартные картонные картинки, весьма низкого качества. Я предлагал посетителям "Арт-Манежа" купить икону и надругаться над ней. За несколько часов мои коллеги и я продали восемь икон, которые затем были осквернены прямо там же. Мы рубили иконы топором, подложив под них дощечку, чтобы не испортить пол. На одной из них, кстати, я написал: "Бог - г...". Часть публики моими действиями возмущалась. Подходили, обещали морду набить. А в конце дня во избежание скандала администрация выставки мой стенд убрала. Подобную акцию я проводил некоторое время назад в Югославии. Там выставлялись мои "Образцы богохульства": с десяток икон, по-разному осквернённые. Одна висела вверх ногами, на другой был след ботинка, к третьей были приклеены пластмассовые экскременты, из четвёртой торчали стрелки дартс, в пятую я забил гвозди, шестую обклеил фантиками от жвачки с голыми женщинами, на некоторых я нарисовал половые органы и сделал богомерзкие надписи...

- Здесь сознательный сатанизм, новый его этап, - комментирует для "Славянского мира" акцию Тер-Оганьяна священник Русской православной церкви, протоиерей Александр Шаргунов. - Здесь оскорбление национальных святынь, Православия, русской нации, веры отцов, самой России... Сейчас, когда наркотики, пьянство, разврат, даже убийства становятся как бы чертой повседневности... должна быть адекватная реакция всех - верующих и неверующих. ...Необходимо, чтобы расследование... переросло в большой процесс. Все виновные должны быть названы поимённо и привлечены к ответственности. Но всего этого явно недостаточно. Это событие... должно стать последней каплей, переполняющей чашу народного терпения, иначе - конец. Иначе - предательство России, Православия, Христа, за которое не может быть нам прощения.

- Эстетика современного православного изображения в большинстве случаев находится на очень низком уровне. В этом плане аргументы Тер-Оганьяна, уничтожившего дешёвые репродукции, имеют серьёзные основания, - заявил "Экспресс-Хронике" председатель общественного Комитета защиты свободы совести священник Глеб Якунин. - Ещё один веский аргумент - агрессивная и нетерпимая политика Московской патриархии. Но для верующего икона - святыня вне зависимости от качества изображения и политики патриархии. Поэтому действия Тер-Оганьяна абсолютно недопустимы. Более того, они провокационны, потому что наши маргиналы-великодержавники, антисемиты, мракобесы и "красные" попы воспользуются этим случаем, чтобы разжечь ненависть ко всем, кто критикует Московскую патриархию. Такие поступки крайне вредны. Думаю, государство должно вмешаться и запретить это безобразие. Не в уголовном, но хотя бы в административном порядке.

Что же, собственно, совершил художник Тер-Оганьян? Отношение к иконам - личное его дело и преследоваться законом не может. Как, впрочем, и публичное выражение этого отношения. За кощунство, слава Богу, в России сейчас не сажают. Уместнее говорить о морали. С одной стороны, поступок художника-модерниста, всеми силами пытающегося шокировать людей, с другой - оскорблённые чувства верующих. Причём не церковных иерархов, политика которых весьма далека от заветов Священного Писания, а тех, кто, никому ничего не навязывая, искренне верует и почитает иконы как религиозные святыни. Оскорбление - явление пограничное. В плоскости права это, как правило, предмет кропотливого судебного разбирательства, при котором важны обстоятельства дела, мотивы поступка и т.д. В плоскости морали это всегда весьма непростой предмет для обсуждения. Мотивы существенны. Исповедовать сатанизм и уничтожать православные изображения в своём храме или собственной квартире дозволено любому. Представителям иных конфессий остаётся с этим только смириться. Предосудителен, наверное, всё же умысел, желание кого-то оскорбить. Многие христиане, особенно духовенство, почувствовали себя оскорблёнными фильмом Скорцезе "Последнее искушение Христа". Однако между Скорцезе и Тер-Оганьяном есть принципиальная разница. Для Тер-Оганьяна оскорбление если не цель, то по крайней мере средство самовыражения, в то время как Скорцезе развивает собственную религиозно-философскую идею, и не его вина, что кто-то воспринимает её как оскорбление. Со Скорцезе оскорблённые могут спорить, Тер-Оганьяна - только терпеть.

- Я продолжаю ироническую линию в искусстве. Моя акция - пародия на модернизм, - говорит Тер-Оганьян. - Используя банальные жесты агрессии по отношению к публике, культуре и т.д., я возвращаюсь к истоку эпатажа. Это основная идея моей работы, которая, как оказалось, абсолютно не звучит в нашем православном пространстве. Если анализировать её с социальной и политической точек зрения, можно говорить о протесте против возвращения идеологии (ныне - православной), можно говорить и о несправедливости - в то время, когда людям не выплачивают зарплату, безумные деньги тратятся на возрождение эстетически убогого Храма Христа Спасителя. Православная икона - не случайный выбор, это попытка найти болевую точку общества. Сейчас, когда российская интеллигенция чудовищно правеет, не давая себе труда даже задуматься над этим, моя акция вполне уместна. Интеллигенция купилась на шаблоны. Интересно попробовать заставить её остановиться и задуматься.

- Художник постоянно ищет границы возможного, границы того, что общество ему позволит. Как в начале перестройки -секс, обнаженное тело... А сейчас общество стало формально-религиозным, вот и художник нашёл для себя актуальную зону, - комментирует акцию Тер-Оганьяна владелец московской художественной галереи Марат Гельман. - Религиозный канон - одно из табу, и художники очень часто на это табу нарываются, пытаются его как бы преодолеть. В России к этому ещё не привыкли. Искусство это не лекарство, а боль. Это значит, что оно может только проявить некую проблему. Мне кажется, здесь проблема в том, что икона, с одной стороны - предмет поклонения, духовный предмет, с другой - фактически разменная монета, предмет торговли, подделки, контрабанды. Мы, к сожалению, к этому привыкли. То, что акция Тер-Оганьяна вызывает у многих такую отрицательную реакцию, - от недомыслия. В России не понимают разницы между искусством и жизнью. Но искусство - отражение жизни, а не жизнь; это некое зеркальце, и в нём часто могут отражаться не совсем приглядные детальки нашей жизни... И если вы разобьёте зеркало, от этого ничего не изменится...

Отношение к акции Тер-Оганьяна разное: от категорического осуждения до снисходительного понимания. Большинство его всё же осуждает - оскорбление чужих чувств мало кому нравится. Каждый мысленно примеривает эту ситуацию на себя - что делать, если кто-то из своих личных соображений публично оскорбляет тебя, твои святыни, сообщество, к которому ты принадлежишь? К сожалению, ответ у Недовольного большинства один - Самый простой и самый советский - запретить и наказать. В этом смысле нет принципиальной разницы между тем неуважением к христианам, которое высказывает Тер-Оганьян, и тем неуважением к свободе самовыражения Тер-Оганьяна, которое высказывает протоиерей Шаргунов. И в том, и в другом случае торжествует пренебрежение к другому человеку, к его чувствам и правам. Оскорбление святыни - это скорее вопрос морали, а не права. Не всё плохое и безнравственное должно быть наказано в уголовном или административном порядке. Не всё, что нам по каким-либо причинам не нравится, должно быть изъято и запрещено. Свобода слова, свобода творчества, свобода самовыражения - ценности не меньшие, чем религиозные символы и предпочтения. Поэтому слову должно противостоять слово, богохульству - проповедь, вульгарности - искусство. Кстати, истинные христиане на оскорбление отвечают прощением, а не письмами в прокуратуру.

 

ПРОВОКАЦИЯ ПРОТИВ ВЕРУЮЩИХ

В центре Москвы глумились над иконами. Александр Рудаков, Максим Шевченко

В ОБЩЕСТВЕ, где патология и уродство культивируются как эстетический эталон, а цинизм и безнравственность предлагаются как оптимальный вариант социального поведения, оскорбление религии, кощунство стало лучшим способом «творческого самовыражения» людей, не способных обратить на себя внимание публики каким-либо иным образом.

4 декабря 1948 года посетители, пришедшие в Центральный выставочный зал Большого Манежа на выставку современных художников «Арт-Манеж», с ужасом обнаружили стенд, увешанный иконами, которые, как оказалось, были предназначены «для осквернения». Участники акции плевали на иконы, топтали их ногами, разрывали на части и исчеркивали непристойными надписями. По словам одного из кощунников, им оскорбителен сам факт наличия церквей и икон, названных ими «размалеванными досками».

Все это чудовищное, с точки зрения православных верующих, которых все-таки немало в России, представление проходило в рамках экспозиции галереи «Вперед» во главе с «художественным руководителем» — Авдеем Тер-Оганьяном, известным тем, что в прошлом году группа руководимых им экстремистов уже организовывала в городе Целье (Черногория) подобное мероприятие. Тогда «художники»-богохульники также выставили православные иконы, разрисовав их непристойными изображениями. Акция вызвала большой скандал. Средствами массовой информации Югославии она квалифицировалась как сатанинская.

На этот раз посетителям выставки была предложена листовка следующего содержания: «Галерея «Вперед» представляет проект группы «Юный безбожник»: Давид Тер-Оганьян, Максим Каракулов, Павел Михитенко, Владислав Шаповалов, Алексей Булдаков. Андрей Сергиенко, Полина Киселева, Илья Бурбайскиз, худ. рук. Авдей Тер-Оганьян.

Уважаемые ценители современного искусства, здесь вы можете приобрести замечательный исходный материал для богохульства.

«СПАС НЕРУКОТВОРНЫЙ» -200 рублей «ВЛАДИМИРСКАЯ БОЖЬЯ МАТЕРЬ» - 150 рублей «СПАС ВСЕДЕРЖИТЕЛЬ» 120 рублей Галерея предлагает вам следующие услуги: осквернение приобретенной вами иконы юными безбожниками — 50 рублей, вы можете осквернить икону лично под руководством юных безбожников — 20 рублей, вы можете получить консультации для осквернения иконы на дому — 10 рублей, СПАСИБО ЗА ПОКУПКУ»

«Мероприятие» сорвали разгневанные и ошарашенные посетители Манежа. Один из них ударил «художественного руководителя» хулиганов по лицу, дирекция Манежа, испугавшись скандала, решила прекратить провокационное богохульное действо. Причем, судя по всему, в полном неведении относительно готовящейся провокации пребывало и большинство остальных участников выставки «Арт-Манеж».

Подобное глумление над православными святынями за последние несколько лет происходило неоднократно и в разных концах России. Данная акция получила широкий резонанс лишь благодаря тому, что верующие среагировали на оскорбление их религиозных чувств достаточно оперативно: уже на следующий день после хулиганской выходки информация о ней попала во все центральные газеты.

По информации «НГР», прокуратура г. Москвы может в ближайшее время начать расследование по ст. 213 УК РФ («хулиганство») и ст. 282 - «возбуждение национальной, расовой или религиозной розни». Последний состав преступления предполагает наказание в виде ограничения свободы сроком до трех лет или лишения свободы сроком от двух до четырех лет. Директор выставки «Арт-Манеж» Елена Романова, по ее словам, ничего незнавшая о готовящейся провокации, стала ее первой прямой жертвой. В редакцию «НГР» пришло коллективное письмо участников выставки, в котором, в частности, сказано, что художники, «осуждая безответственные поступки», вместе с тем «заинтересованы в нормальном развитии отечественного искусства».

«Аксьон провокатор» - акция провокации массового сознания, целью которой является разрушение устоявшихся стереотипов, проведена группой Тер-Оганьяна крайне трусливо и пошло. Избрав из всего возможного многообразия объектов атаки православное почитание икон, «авангардисты» ничем не рисковали. Наверняка те штрафы или даже условные тюремные сроки, которые им грозят, будут щедро компенсированы неизвестными пока широкой общественности спонсорами г-на Тер-Оганьяна. которых, кстати, тоже вполне можно привлечь к уголовной ответственности за подстрекательство к подобным акциям.

Трусы-безбожники, итогом действий которых явилось искреннее отчаяние верующих .(многие женщины, в том числе и участвовавшие в выставке «Арт-Манеж», просто плакали при виде содеянного), не поняли, что почитание икон для России не феномен массового сознания, а одна из фундаментальных основ традиционной культуры, а может быть, даже и важнейшая составляющая русского архетипа.

«НГ-Религии», дека6рь98

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ ЭКСПЕРТА

г. Москва 09.02.99

Эксперт Морозов А. И., доктор искусствоведения, профессор, заведующий кафедрой истории отечественного искусства исторического факультета МГУ им. Ломоносова. В соответствии с постановлением следователя по особо важным делам прокуратуры г. Москвы Крылова Ю. Ю. по материалам уголовного дела №202275 мною была проведена следующая экспертиза.

На разрешение эксперта были поставлены вопросы:

Можно ли действия Тер-Оганьяна по разрубанию икон отнести к какому-либо направлению в современном искусстве, если да то к какому?

Можно ли эти действия отнести к современному авангардизму, если да, то почему?

Изучив документы, протокол допроса Тер-Оганьяна, фототаблицу, прихожу к следующему заключению.

По первому вопросу: Современному искусству не известно какое-либо направление, предполагающее подобные действия в отношение объекта имеющего религиозную значимость. Отдельные акции зарубежных художников (см. статью Милены Орловой «Доведение радикализма до идиотизма» в газете «Коммерсантъ»), никакого творческого направления не составляют и не находят поддержки ни у публики, ни у специалистов-искусствоведов. По утверждению Тер-Оганьяна, его акция не имела касательства к сфере религиозного сознания, но носила сугубо художественный характер, поскольку происходила не в храме, а в выставочном зале. Суждение, будто все находящееся или происходящее в помещении для художественных выставок уже по одной этой причине должно рассматриваться как искусство, не может быть признано справедливым. Чтобы считаться искусством, соответствующий объект или акция по своему замыслу и форме исполнения должны иметь специфические признаки художественного творчества, которые в акции Тер-Оганьяна не наблюдаются.

Вывод: По указанным причинам действия Тер-Оганьяна по разрубанию икон невозможно считать ни проявлением какого-то направления в современном искусстве, ни явлением искусства вообще.

По второму вопросу: Действия Тер-Оганьяна имеют внешнее сходство с акциями художников-концептуалистов, представляющих одно из течений современного авангардизма. Практика авангарда также изначально предполагает атмосферу скандала, вызывающее, эпатирующее публику поведение художника, чем отличалась и акция Тер-Оганьяна. Однако произведения либо акции авангарда, в том числе, концептуализма, характеризуются в первую очередь наличием некоторого творческого открытия-изобретения (например, никогда ранее не существовавшие формы абстрактного искусства: «лучизм» М. Ларионова, «супрематизм» К. Малевича), оригинальной авторской идеи (изображение Сталина рядом с классическими музами у Комара и Меламида), новизной смыслового контекста (инсталляции с «мусором» у И. Кабакова), свежестью выразительных приемов (введение зеркальных поверхностей в реальный пейзаж у Ф. Инфанте, сочетание пейзажного изображения с государственной символикой СССР у Э. Булатова и т.п.). Ничего подобного акция Тер-Оганьяна не содержала.

Вывод: Тер-Оганьян претендует на престижный в наших условиях статус художника-авангардиста, однако его действия по разрубанию икон можно считать не более чем примитивной имитацией отдельных моментов практики авангардизма.

Эксперт Морозов А. И.

 

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ ЭКСПЕРТА

г.Москва

22 февраля 1999 г.

Мною, Смирновой Энгелиной Сергеевной, профессором кафедры истории отечественного "искусства Исторического факультета Московского Госуниверситета имени Ломоносова, доктором искусствоведения, главным научным сотрудником Госинститута искусствоведения Министерства культуры РФ, в соответствии с постановлением следователя по особо важным делам прокуратуры г.Москвы Ю.Ю.Крылова о назначении историко-искусствоведческой экспертизы проведена экспертиза по материалам уголовного дела № 202275.

На разрешение эксперта были поставлены следующие вопросы:

Представляют ли иконы, разрубленные Тер-Оганьяном, историческую, культурную ценность?

Являются ли они памятником истории и культуры?

Являются изображения икон значимыми для социальной памяти либо общественной нравственности православных граждан?

Выражают ли действия Тер-Оганьяна подрыв доверия и уважения к религиозному вероисповеданию граждан?

Можно ли действия Тер-Оганьяна по разрубанию икон отнести к какому-либо направлению в искусстве, если да, то к какому?

Вопрос: Представляют ли иконы, разрубленные Тер-Оганьяном, историческую, культурную ценность?

Ответ: Иконы, разрубленные Тер-Оганьяном, представляют собой печатные репродукции, исполненные типографским способом и наклеенные на оргалитовую основу.

Вывод: Нет, иконы, разрубленные Тер-Оганьяном, не имеют исторической, культурной ценности.

Вопрос: Являются ил они памятником истории и культуры?

Ответ: Иконы, разрубленные Тер-Оганьяном, исполнены в наше время типографским способом во многих экземплярах.

Вывод: нет, они не являются памятником истории и культуры.

Вопрос. Являются изображения икон значимыми для социальной памяти либо общественной нравственности православных граждан?

Ответ: согласно догматическим установлениям православия, иконы, несущие на себе изображения Христа, Богоматери, святых являются священными предметами и подразумевают уважение к ним. Формулировки этого установления содержатся в Деяниях Седьмого Вселенского собора, состоявшегося в 786-78 гг. Там говорится: «Всякое изображение, сделанное во имя Господа или ангелов или пророков, или апостолов, или мучеников, или праведников - свято: потому что поклонение воздается не дереву, но тому, что созерцается на дереве и что вспоминается». Далее: «Хотя бы честные иконы были делом неискусной кисти, их следует почитать ради их первообразов». Далее: «Наносящий бесчестие изображению, наносит оскорбление тому самому, изображением чего оно служит» (смотри книги «Деяния Вселенский соборов. Собор Никейский .......Вселенский седьмой». Издание Казанской Духовной академии. Казань 1908, репринт - Санкт-Петербург, 1996, стр. 376, 411, 542-545). Указанные положения лежат в основе теории, учения и практики православной церкви, в том числе Русской православной церкви до настоящего времени.

Вывод: Да, изображения икон являются значимыми для социальной памяти и общественной нравственности православных граждан.

Вопрос: Выражают ли действия Тер-Оганьяна подрыв доверия и уважения к религиозному вероисповеданию граждан?

Ответ: Сведения о почитании икон, приведенные в ответе на предыдущий вопрос, знакомы как православным гражданам, так и тем, которые не принадлежат сами к православной церкви. Но чьи родители, недавние предки, родственники, друзья принадлежат к православной церкви.

Вывод: Да, действия Тер-Оганьяна выражают подрыв доверия и уважения к религиозному вероисповеданию граждан?

Вопрос: Можно ли действия Тер-Оганьяна по разрубанию икон отнести к какому-либо направлению в искусстве, если да, то к какому?

Ответ: По-моему, искусство должно что-то созидать, а не разрушать. Когда рубят иконы, по-моему, это хулиганство, а не искусство.

Вывод: по-моему, действия Тер-Оганьяна по разрубанию икон нельзя отнести к какому-либо направлению в искусстве Но поскольку я не являюсь специалистом по направлениям в современном искусстве, то этот вопрос следует задать другому эксперту, который в данной области является специалистом.

Подпись: Доктор искусствоведения, заслуженный деятель науки РФ, профессор кафедры отечественного искусства Исторического факультета Московского Государственного университета имени Ломоносова, главный научный сотрудник Государственного института искусствоведения Министерства культуры РФ

Э.С.Смирнова

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ ЭКСПЕРТА

г. Москва, 22.02.99

Мной, Председателем Искусствоведческой Комиссии при Епархиальном совете г. Москвы, кандидатом богословия, протоиереем Владимиром Синовьевым, проведена экспертиза согласно постановлению о назначении богословско-искусствоведческой экспертизы от 12.02.1999 г. следователем по особо важным делам прокуратуры г. Москвы Крыловым Ю.Ю. по уголовному делу № 202275.

На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы:

1. Являются ли иконы, уничтоженные Тер-Оганьяном, художественно оформленными предметами культового значения?

2. Имеют ли данные иконы историческую" или культурную ценность по признаку особой значимости для социальной памяти, общественной нравственности граждан, исповедующих православие?

3. Могут ли действия Тер-Оганьяна по разрубанию икон вызвать неприязнь или чувство ненависти к образу жизни, культуре, традициям, религиозным обрядам граждан, исповедующих православие?

4. Выражают ли действия Тер-Оганьяна подрыв доверия и уважения к религиозному вероисповеданию, показывают ли неполноценность граждан по признаку их отношения к православной вере?

Ознакомившись с материалами уголовного дела, прихожу к следующему заключению:

1. Все предметы культового назначения, используемые в жизни Православной церкви, вне зависимости от их художественной значимости, являются святыней. Все они освящаются согласно чину Православной церкви и приобретают сакральное значение.

В соответствии с учением Православной церкви и догматом об Иконопочитании, они представляют собой святыню, поругание которых является одновременно и оскорблением чувств верующего православного народа и выражением презрения к историческим ценностям этого народа.

Вывод: иконы, уничтоженные Тер-Оганьяном на выставке в «Манеже» 04.12.98, являются художественно оформленными предметами культового назначения.

2. В связи с тем, что поругание иконы Господь Вседержитель, образ Нерукотворного Спаса, Владимирская Божья Матерь представляют собой иконографии воспроизведения великих Святынь Православия, известные на протяжении всей христианской истории, в том числе таких, как образ Владимирской Божьей Матери, теснейшим образом связанных с исторической памятью нации, борьбой русского народа с иноверным и иноплеменным игом, можно сказать, что совершенный акт представляет собой поругание исторической памяти русского народа.

Образ Владимирской Божьей матери - главная святыня Русской Православной церкви. С этим образом православные люди на протяжении веков связывали свои победы над захватчиками и поработителями. В настоящее время чудотворный образ Владимирской Божьей матери, прототип всех икон, носящих это имя, находится в Государственной Третьяковской галерее и пользуется особым почитанием всего русского народа и ей предоставляется особо охраняемое место в действующем храме при Третьяковской галерее.

Образ Нерукотворного Спаса на протяжении веков был знаменем Русского воинства, совершавшего великие победы, начиная с Куликовской битвы, положившей начало русской государственности. Образцы стягов русской славы можно увидеть в экспозиции Государственного Русского музея.

Поскольку каждая православная икона, как предмет религиозного почитания, несет в себе идею нравственной чистоты, любви, божественной помощи людям, покушение на иконы имеет характер открытого вызова против нравственности русского народа.

Вывод: Поруганные Тер-Оганьяном иконы имеют огромную историческую, культурную ценность по признаку особой значимости для социальной памяти, общественной нравственности граждан, исповедующих православие.

3. В действиях Тер-Оганьяна по разрубанию икон совершенно явственно проглядывает идея, широко осуществлявшаяся в период большевистских гонений на Церковь, что было осуждено обществом и преодолено исторически и культурно. Тем самым, фактически, это действие призывает к возбуждению чувств ненависти к гражданам православного вероисповедания, являясь акцией, попирающей их конституционные права. Более того, считаю, что эта часть вопроса со стороны следствия не затрагивает главной опасности указанного деяния. Деяние, совершенное Тер-Оганьяном, способно возбудить среди православных граждан чувство естественного недоверия и вражды к согражданам-атеистам и представителям других религиозных исповеданий, возбудить религиозную вражду. Это деяние имеет также ярко выраженную антикультурную тенденцию, поскольку с точки зрения нравственной культуры общества, публичное уничтожение любых культурных ценностей должно рассматриваться как акт поругания культурной ценности православного народа.

Вывод: считаю, что действия Тер-Оганьяна по разрубанию икон вызывают неприязнь, чувство ненависти к образу жизни, культуре, традициям, религиозным обрядам граждан, исповедующих православие, способны возбудить религиозную вражду.

4. Относительно уважения, доверия к православным гражданам, то об этом вопрос №2. Что касается второй части данного вопроса, следует сказать следующее: своим деянием Тер-Оганьян по существу декларирует гражданское бесправие православных жителей России, и, надеясь на полную безнаказанность, стремится доказать, что по признаку отношения граждан к православной вере, по отношению к их религиозным ценностям и их убеждениям, может быть совершено любое оскорбительное действие, а следовательно, не показывается, а именно утверждается их гражданская неполноценность.

Вывод: Действия Тер-Оганьяна, как совершенные публично, унижают и оскорбляют граждан православной веры, показывают и утверждают неполноценность граждан по признаку их отношения к религии.

Председатель Искусствоведческой комиссии при Епархиальном совете г.Москвы Кандидат богословия Владимир Синовьев

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

О ПРИВЛЕЧЕНИИ В КАЧЕСТВЕ ОБВИНЯЕМОГО

г. МОСКВА

26 февраля 1999 года

Следователь по особо важным делам отдела по надзору за исполнением законов о федеральной безопасности и межнациональных отношениях прокуратуры г. Москвы Крылов Ю.Ю., рассмотрев материалы уголовного дела №202275

УСТАНОВИЛ

Тер-Оганьян Авдей Степанович совершил действия, направленные на возбуждение религиозной вражды, совершенные публично, а именно:

03.12.98 г., он заключил договор №70 с дирекцией Центрального Выставочного Зала «Манеж» на свое участие в Международной художественной ярмарке «Арт-Манеж», где по условиям договора должен был выставить свой авторский проект, умышленно не поставив заранее в известность устроителей выставки о теме проекта.

4 декабря 1998 года, в Центральном выставочном зале «Манеж» в г. Москве, в период проводившейся художественной ярмарки «Арт-Манеж», имея умысел на совершение действий в наглядно-демонстрационной форме направленных на возбуждение религиозной вражды, выставил свой авторский проект под названием «Юный безбожник». На предоставленном ему стенде, вывесил более 20 православных икон: «Владимирская Божья Матерь», «Спас Нерукотворный», «Спас Вседержитель», приобретенных им накануне в иконной лавке «Софрино». Рядом с иконами, в доступном для обозрения посетителями выставки месте, повесил заранее изготовленное объявление, в котором предлагалось осквернить любую из выставленных икон за определенную плату. В период с 19 до 21 часа призывал, вовлекал граждан совершить действия по осквернению икон, а затем в присутствии многочисленных посетителей, снимал со стенда иконы, клал на пол и, заранее приготовленным топором, разрубил несколько икон, чем вызвал возмущение граждан и организаторов выставки.

Своими действиями, Тер-Оганьян А.С. совершил преступление предусмотренное ст.282 ч.1 УК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 143, 144 УПК РСФСР

ПОСТАНОВИЛ

1. Привлечь Тер-Оганьяна Авдея Степановича в качестве обвиняемого по настоящему делу, предъявив ему обвинение в совершении преступления предусмотренного ст. 282 ч. 1 УК РФ, о чем ему объявить.

2. Копию постановления направить прокурору города Москвы.

Старший следователь по ОВД Ю. Ю. Крылов

 

Следователю по особо важным делам отдела по надзору за исполнением законов о федеральной безопасности и межнациональных отношениях прокуратуры г.Москвы г-ну Крылову Ю.Ю.

адвоката Железняка М.Д. (МГКА, АБ "Данилов, Шокин и партнеры" г.Москва 103104 Б.Палашевский пер., д.1/14, корп. 7) по делу Тер-Оганьяна Авдея Степановича, обвиняемого по ст. 282 ч.1 УК РФ (ордер в деле)

ХОДАТАЙСТВО

Ознакомившись с материалами уголовного дела по обвинению Тер-Оганьяна А.С. со ст.282 ч.1 УК РФ, в порядке ст.201 УПК РФ, считаю необходимым заявить ходатайство следующего содержания.

Согласно постановлению о привлечении в качестве обвиняемого от 26 февраля 1999 г.; Тер-Оганьян А.С. обвиняется в совершении действий, направленных на возбуждение религиозной вражды, совершенных публично.

Не оспаривая фактических обстоятельств событий, имевших место 4 декабря 1998 г., защита не может согласиться с предъявленным обвинением Тер-Оганьяну А.С. по ст. 282 ч. 1 УК РФ.

Защита не будет подробно останавливаться на пересказе событий 4.12.98 г. (Они изложены в полной мере в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого).

Правовая оценка действий , которые совершил Тер-Оганьян, не соответствует закону и диспозиции ст. 282 ч. 1 УК РФ.

Как усматривается из смысли ст.282 ч,1 УК РФ, ответственность по указанной статье наступает в том случае, если действия субъекта направлены на возбуждение религиозной вражды.

Субъективная сторона характеризуется виной в форме прямого умысла. Согласно ст. 25 ч, 2 УК РФ, " преступление признается совершенным с прямым умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий, предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желало их наступления."

В связи с этим, возникает вопрос к автору текста постановления о привлечении в качестве обвиняемого : какие общественно опасные последствия наступили по уголовному делу ? Каким образом Тер-Оганьян желал наступления общественно опасных последствий?

Совершенно очевидно, что по делу общественно опасных последствий не наступило, и, естественно, Тер-Оганьян не желал наступления этих последствий.

Из материалов дела усматривается, что цели разжечь религиозную вражду у Тер-Оганьяна не было.

Акция Тер-Оганьяна может трактоваться исключительно как действие художественного характера, что совершенно однозначно определено местом (выставочный зал), временем (вернисаж выставки) и личностью художника.

То, что акция Тер-Оганьяна может трактоваться исключительно как действия художественного характера, в какой-то мере подтверждается мнением эксперта Морозовой А. Н. в той части, что "Тер-Оганьян претендует на престижный в наших условиях статус художника-авангардиста ..."

В качестве доказательств по делу, следствие ссылается на заключение экспертиз. (По делу проведены три экспертизы).

Экспертиза, проведенная Председателем Искусствоведческой Комиссии при Епархиальном совете г.Москвы, протоиереем Владимиром, не выдерживает никакой критики.

Во-первых, эксперт вышел за пределы заданных ему вопросов. Так, вывод о том, что деяния, совершенные Тер-Оганьяном, способны возбудить религиозную вражду, не относится к компетенции эксперта, тем более его об этом не спрашивали.

Другие выводы данной экспертизы также противоречат материалам дела.

Тем более нельзя забывать о том, что эксперт, протоиерей Владимир, - человек верующий и, конечно же, его точка зрения всегда будет противоположной точке зрения атеиста Тер-Оганъяна.

Примеров несовпадения позиций церкви и конкретных авторов более чем достаточно, что отнюдь не подразумевает их уголовную ответственность.

Однако разрешаться эта полемика с подобного рода тенденциями в современном искусстве должна именно в сфере общественной дискуссии, а не в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства.

На основании изложенного и руководствуясь ст.5 п,2 УК РФ ПРОШУ:

Уголовное дело по ответственности Тер-Оганьяна А. С. производством прекратить за отсутствием состава преступления.

 

ПРОКУРАТУРА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, ПРОКУРАТУРА г. МОСКВЫ

Направляю Вам копию постановления об отказе в удовлетворении ходатайства. Приложение: постановление Следователь по ОВД Ю.Ю.Крылов ПОСТАНОВЛЕНИЕ ОБ ОТКАЗЕ В УДОВЛЕТВОРЕНИИ ХОДАТАЙСТВА

25.03.99, г.Москва

Следователь по особо важным делам прокуратуры г.Москвы Крылов Ю.Ю. рассмотрев ходатайства обвиняемого Тер-Оганьяна и адвоката Железняка М.Д. по уголовному делу N 202275

УСТАНОВИЛ:

Тер-Оганьяну предъявлено обвинение в совершении преступления предусмотренного ст.282 ч.1 УК РФ за действия направленные на возбуждение религиозной вражды, совершенные публично.

После ознакомления с материалами уголовного дела в порядке ст.201 УПК РСФСР, обвиняемым Тер-Оганьяном и адвокатом Железняком были заявлены ходатайства о прекращении уголовного дела за отсутствием состава преступления.

Данные ходатайства не могут быть удовлетворены, так как проведенным расследованием, вина обвиняемого в совершенном преступлении полностью доказана показаниями свидетелей, заключениями экспертиз и вещественными доказательствами. На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 131 ,204 УПК РСФСР

ПОСТАНОВИЛ:

1.Отказать в удовлетворении заявленных ходатайств о прекращении уголовного дела за отсутствием состава преступления. 2. 0 принятом решении уведомить обвиняемого Тер-Оганьяна и адвоката Железняка. 3.Копию настоящего постановления направить прокурору г.Москвы.

 

ПРОКУРАТУРА КРАСИТ ЯЙЦА

Резервную статью УК опробуют на Тер-Оганьяне

Московская прокуратура закончила следствие по делу художника Авдея Тер-Оганьяна, автора представленной на прошлогоднем «Арт-Манеже» акции «Юный безбожник». Перформанс предусматривал не только демонстрацию православных икон в виде «замечательного исходного материала для богохульства», но и сам процесс осквернения икон. За «очень смешные деньги» - 50 рублей - художник собственноручно рубил иконы топором. Рядом висел текст, в котором за еще более умеренную плату желающим предлагалось осквернить икону лично или получить консультацию по ее осквернению на дому. Неудивительно, что акция уже в первый день выставки вызвала невероятный скандал, в результате которого автор проекта вместе со своей галерей был изгнан из Большого Манежа. А спустя всего несколько дней выяснилось, что перформанс стал предметом для уголовного преследования художника. Дело было возбуждено Хамовнической межрайонной прокуратурой, затем передано в прокуратуру Москвы следователю по особо важным делам отдела по надзору за исполнением законов о федеральной безопасности и межнациональных отношениях Юрию Крылову. Последний квалифицировал акцию Авдея Тер-Оганьяна как «действия, направленные на возбуждение религиозной вражды, совершенные публично», то есть как преступление, предусмотренное статьей 282 частью 1 УК РФ. Именно с такой формулировкой дело со дня на день будет передано в суд, который обещает стать уникальным: это первое дело в стране по статье о возбуждении религиозной вражды.

Между тем, сам Тер-Оганьян с подобной квалификацией своего творчества не согласен и уже уведомил об этом прокуратуру в ходатайстве о прекращении дела за отсутствием состава преступления. В нем художник настаивает на том, что никакой вражды он не разжигал и не имел таких намерений.

«Понимая и учитывая те наступательные и агрессивные тенденции Православия, когда оно пользуясь кризисом культуры в России и полной дезориентацией российской интеллигенции в вопросах мировоззрения, пытается занять место государственной идеологии, я сознательно использовал православные иконы, провоцируя культурную полемику вокруг проблемы соотношения Православия и современного общества... Один из смыслов моего художественного высказывания призван привлечь внимание к проблеме массированной навязываемой религиозности... и я призываю обсудить ее в культурном контексте,» - говорится в тексте ходатайства. Представителям Русской Православной Церкви акция Тер-Оганяна видится совсем в ином виде.

«Деяние, совершенное Тер-Оганьяном, способно возбудить среди православных граждан чувство естественного недоверия и вражды к согражданам атеистам», - пишет в своем экспертном заключении председатель Искусствоведческой комиссии при Епархиальном совете города Москвы протоиерей Владимир Синовьев.

«В данном случае имела место явная провокация, действие, рассчитанное на то, чтобы оскорбить чувства верующих и вызвать тем самым конфликт на религиозной почве, - утверждает секретарь ОВЦС МП по взаимоотношениям с государством и обществом протоиерей Всеволод Чаплин. - Сам факт, что это имело место, и реакция на него верующих, свидетельствует о том, что эта акция привела к оскорблению чувств верующих и к тому, что верующие и организаторы акции вступили в конфликт друг с другом».

Из имеющихся на данный момент в деле 4-х томов - 3 тома составляют жалобы православных граждан. Узнав о происшедшем из прессы, они поспешили обратиться в прокуратуру с требованием наказать богохульника и эти обращения уже сегодня создают вокруг дела фон особого общественного звучания. Однако, уже сейчас уголовная квалификация действий художника вызывает не только протесты культурных деятелей, но и недоумение многих юристов. «По делу нет никаких доказательств, которые бы подтверждали, что в результате действий Тер-Оганьяна возникла или могла бы возникнуть религиозная вражда», - утверждает адвокат художника Михаил Железняк.

«Строго говоря, то, что сделал Тер-Оганьян, называется оскорблением чувств верующих путем осквернения священных предметов, - считает член Московской коллегии адвокатов Андрей Рахмилович. - Это очень плохо. Это глупо, некрасиво. Но это не уголовное преступление. Такого состава преступления в действующем российском Уголовном Кодексе нет. Был конфликт, но организаторы «Арт-Манежа» выставили художника из зала и извинились перед верующими. Соответственно конфликт между ними и верующими был исчерпан. А конфликт между верующими и Тер-Оганьяном не является религиозной враждой».

Вопрос, почему московская прокуратура пытается квалифицировать оскорбление чувств верующих как разжигание религиозной вражды, остается открытым. Тем более, что существует 193 статья часть 2 Кодекса об Административных нарушениях РСФСР, которая предусматривает административное наказание - штраф в размере 5 минимальных зарплат - за оскорбление религиозных убеждений граждан и осквернение почитаемых ими предметов. Многие эксперты считают, что криминализация действий художника проводится прокуратурой намеренно, с целью угодить столь влиятельной структуре как Русская Православная Церковь. Статья, по которой собираются судить Тер-Оганьяна, предусматривает как одну из мер - до 4-х лет тюремного заключения. Но даже если суд, признав художника виновным, ограничится более мягким наказанием, показательный процесс убьет сразу двух зайцев. Богохульник от искусства будет примерно наказан и одновременно появится правовой прецедент, на основании которого любые действия, не воспринимаемые Церковью, в том числе и критика, могут в дальнейшем рассматриваться как уголовное преступление.

Наталья Бабасян

 

ОСТАНОВИТЬ ОГАНЬЯНОВ!

4 декабря 1998 г., в праздник Введения во храм Пресвятой Богородицы в центре Москвы, рядом с Кремлем, произошло дикое кощунство, подобное тем, что совершались в первые годы масоно-большевистского террора. В Центральном выставочном зале (Манеже) группа подонков организовала стенд с православными иконами, которые предназначались для осквернения. Сатанисты распространили листовку, предлагавшую за плату русские святыни как "материал для богохульства". Главарь шайки"юных безбожников"- Авдей Тер-Оганьян. Его сообщники - Давид Тер-Оганьян, И. Бурбийскиз, А. Булдаков, М. Каракулов, П. Михитенко, В. Шаповалов, А. Сергиенко, П. Киселева - надеемся, понесут заслуженную кару: прокуратора начала расследование.

Но возникает вопрос: о чем думало официальное начальство, в т. ч. руководство Центрального выставочного зала страны, разрешая ритуальное святотатство? Слуги антихриста, кстати, выбрали иконы, особо чтимые русским народом. Это образ Спаса, украшавший воинские стяги наших предков. С этим ликом шли на супостата в Куликовской битве ратники Димитрия Донского. Икону Владимирской Божией Матери, также предлагавшуюся оганьянами для осквернения, великий князь Андрей Боголюбский перенес из Киева во Владимир, положив тем самым начало Великороссии, будущему Третьему Риму. Владимирская икона ограждала нас от крымских и ордынских татар, от нашествия Тамерлана. Это - историческая святыня русской нации.

Беснование в Манеже стало возможным благодаря фактическому потаканию со стороны компрадорского режима. Мэр Лужков был скор на обличение генерала Макашова за одно лишь произнесенное им слово. Будет ли он также скор на осуждение христоненавистников? Или позорно промолчит, как в случае показа на НТВ антихристианского фильма Скорцезе? И до каких пор Министерство культуры будет опекать русофобов?

Союз Общественных Объединений по защите чести и достоинства русского народа

В. Н. ОСИПОВ, Е. Н. ФОЧЕНКОВ.

«Русский вестник» №№ 3, 1999г.

 

САТАНИСТЫ

Обращение Общественного Комитета "За нравственное возрождение Отечества"

4 декабря на выставке работ современных художников "Арт-Манеж", проходившей в Центральном выставочном зале в Большом Манеже, была представлена экспозиция под названием "Юный безбожник". Экспозиция представляла собой стенд, увешанный иконами. Как значилось в приклеенной тут же листовке, иконы висели для осквернения. На иконах рисовались свастики, а потом на них плевали и топтали их ногами. Организатор акции заявил также, что для него оскорбительным является сам факт существования икон, церквей, крестов и пр. Организаторы выставки смотрели на происходившее благосклонно.

Глумление и издевательство над святыней, нигилизм по отношению к фундаментальным ценностям в последнее время получают все большее распространение в российском обществе. Эта и подобные акции (например, недавний показ по ТВ в программе "Куклы" свиньи с крестом на шее) - непосредственные проявления САТАНИЗМА.

Сатанизм не только синоним крайнего цинизма, жестокости и человеконенавистничества, но также идеология поклонения злу, насилию, растлению, смерти (убийству и самоубийству). Любые нравственные ограничения, согласно этой идеологии, представляются слабостью; по этой причине для сатаниста не существует внутренних удерживающих начал, не разрешающих совершить преступление.

Сейчас клубы сатанистов создаются и действуют по всей России. Страну захлестнула пропаганда самоубийства (клубы самоубийц), черной магии, волна осквернения храмов и православных кладбищ, садистские немотивированные убийства (в особенности священников, девиц и детей). Эта криминальная хроника носит ярко выраженный сатанинский характер, и только слепой либо предвзятый могут этого не видеть.

Государство не имеет права терпеть на своей территории пропаганду зла как общественной нормы. В связи с этим, исходя из необходимости на государственном уровне защитить чувства россиян, связанные с традиционным благоговением перед непреходящими религиозными ценностями, являющимися одновременно достоянием не только Церкви, но и всей тысячелетней российской культуры, неотделимой от ее государственности, все вышеназванное должно быть запрещено, подобно тому как запрещены публичные призывы к развязыванию агрессивной войны (ст. 354 УК РФ), возбуждение национальной, расовой или религиозной вражды (ст. 282) и прочее тому подобное.

Необходимо восстановить в Уголовном кодексе статью, предусматривающую уголовную ответственность за оскорбление религиозных чувств верующих России и попрание традиционных ценностей.

При этом совершенно необходимо оградить российское общество от деятельности тех псевдорелигиозных сект и группировок, а также отдельных лиц, в идеологии которых присутствует преклонение перед смертью и растлением, культ зла, нигилизм по отношению к детям, старикам, инвалидам, кощунство, глумление и надругательство в отношении традиционных для Российского государства культурообразующих ценностей.

Протоиерей Александр Шаргунов; священник Владимир Переслегин; священник Владимир Сахаров; Леонид Бородин, писатель; Николай Бурляев, народный артист России; Наталья Варлей, заслуженная артистка России; Антон Васильев, режиссер; Анна Грушина, главный редактор Московского журнала; Татьяна Жданова, заслуженная артистка России; Геннадий Зайцев, сценарист; Людмила Зайцева, народная артистка России; Владимир Заманский, народный артист России; Татьяна Иванова, радиожурналист; Юрий Кукушкин, академик РАН; Капитолина Кокшенова, критик; Владимир Крупин, писатель; Александр Михайлов, народный артист России; Лина Мкртчян, певица; Юрий Назаров, народный артист России; Александр Недоступ, доктор мед. наук, профессор; Татьяна Петрова, певица; Валентин Распутин, писатель; Виктор Розов, драматург; Ольга Фомичева, заслуженная артистка России; Валерий Харитонов, художник.

«Русский вестник» №№ 3, 1999г.

 

ЧЕСТЬ И БЕСЧЕСТИЕ

Четвертого декабря 1998 года посетители, пришедшие в Центральный выставочный зал Большого Манежа на выставку современных художников «Арт-Манеж», с ужасом обнаружили стенд, увешанный иконами, которые, как оказалось, были предназначены «для осквернения». Участники акции плевали на иконы, топтали их ногами, разрывали на части и исчеркивали непристойными надписями. По словам одного из кощунников, им оскорбителен сам факт наличия церквей и икон, названных ими «размалеванными досками».

Все это чудовищное, с точки зрения православных верующих, представление проходило в рамках экспозиции галереи «Вперед» во главе с «художественным руководителем» Авдеем Тер-Оганьяном, известным тем, что в прошлом году группа руководимых им экстремистов уже организовывала в городе Целье (Черногория) подобное мероприятие. Тогда «художники»-богохульники также выставили православные иконы, разрисовав их непристойными изображениями. Акция вызвала большой скандал. Средствами массовой информации Югославии она квалифицировалась как сатанинская.

На этот раз посетителям выставки была предложена листовка следующего содержания: «Галерея «Вперед» представляет проект группы «Юный безбожник»... «Уважаемые ценители современного искусства, здесь вы можете приобрести замечательный исходный материал для богохульства. «Спас нерукотворный» - 200 рублей. «Владимирская Божья Матерь» -150 рублей. «Спас Вседержитель» -120 рублей. Галерея предлагает вам следующие услуги: осквернение приобретенной вами иконы юными безбожниками - 50 рублей, вы можете осквернить икону лично под руководством юных безбожников - 20 рублей, вы можете получить консультации для осквернения иконы на дому -10 рублей. Спасибо за покупку!»

«Мероприятие» сорвали разгневанные и ошарашенные посетители Манежа. Один из них ударил «художественного руководителя» хулиганов по лицу. Дирекция Манежа, испугавшись скандала, решила прекратить провокационное богохульное действо. Причем, судя по всему, в полном неведении относительно готовящейся провокации пребывало и большинство остальных участников выставки «Арт-Манеж».

Подобное глумление над православными святынями за несколько последних лет происходило неоднократно и в разных концах России. Данная акция получила широкий резонанс лишь благодаря тому, что верующие среагировали на оскорбление их религиозных чувств достаточно оперативно: уже на следующий день после хулиганской выходки информация о ней попала во все центральные газеты.

Прокуратура г. Москвы может в ближайшее время начать расследование по ст. 213 УК РФ («хулиганство») и ст. 282 -«возбуждение национальной, расовой или религиозной розни». Последний состав преступления предполагает наказание в виде ограничения свободы сроком до трех лет или лишения свободы сроком от двух до четырех лет...

Трусы-безбожники, итогом действий которых явилось искреннее отчаяние верующих (многие женщины, в том числе и участвовавшие в выставке «Арт-Манеж», просто плакали при виде содеянного), не поняли, что почитание икон для России не феномен массового сознания, а одна из фундаментальных основ традиционной культуры, важнейшая составляющая русского архетипа.

«НГ РЕЛИГИЯ», декабрь 1998.

 

 

За сто лет до нашего времени, в 1898 году, Санкт-Петербуржский «Спутникъ Христианина» писал о почитании икон Православных: Сарацинские воины пришли в церковь Св. Великомученика Георгия просто из любопытства. Один из них, видя священника, молящегося на коленях перед образом Святого, с насмешкой сказал товарищам: «Вот безумец, поклоняется доске!» - и пустил стрелу в икону. Но стрела полетела не по данному ей направлению, а устремилась вверх и оттуда падая, пронзила руку варвара, пустившего стрелу.

Нестерпимая боль заставила его выйти из храма в свой дом. Болезнь усиливалась, опухоль обняла всю руку. Варвар испугался. К счастию, у него были слуги из христиан. Узнав о происшествии в церкви, слуги сказали варвару, что его болезнь есть явное наказание Божие за поругание святой иконы, что если он желает исцеления, то пригласил бы к себе священника, который скажет ему, как получить желаемое исцеление.

Сарацин как ни был ожесточен против христианства, но, угрожаемый опасностью смерти, пригласил священника.

- «Какую силу имеет икона, пред которою ты молился, когда мы пришли в церковь?» - спросил сарацин.

- «Это образ Св. Великомученика Георгия, которому я молился, как нашему ходатаю перед Богом» - отвечал священник.

- «Кто же этот Георгий, если он не Бог ваш?»

- «Возлюбленный слуга Божий. Он был такой же человек, как мы, но за имя Христово претерпел мучения и смерть и за это получил благодать творить чудеса. Из любви к Угоднику Божию мы почитаем его икону, и, смотря на нее, как бы на самого Святого, поклоняемся ей, целуем ее. Дерзость твоя, так явно наказанная, свидетельствует, что мы с умилением припадаем не к простому дереву».

- «Что же посоветуешь мне делать? Рука моя страшно болит и я опасаюсь смерти.»

- «Если хочешь остаться живым, то вели принести образ Святого Георгия в свой дом, поставь его над твоей постелью и зажги лампаду, которая бы горела всю ночь, а по утру из этой лампады возьми масла и помаж руку с полною верою, что получишь исцеление».

Больной сделал все по совету священника, и тотчас пропала опухоль и рана закрылась. Удивленный и признательный сарацин просил прочитать ему житие и страдания Святого Великомученика Георгия. И, когда ему читали, сарацин, целуя икону Святого, говорил со слезами:

«О, Святой Георгий! Ты был молод, но разумен и Богу любезен, а я стар, глуп и непотребен в очах Божиих, моли о мне Господа, да сделает меня рабом Своим!» Потом сарацин принял христианскую веру.

Итак, христиане, почитайте священные изображения так, как святая церковь учит почитать их, и как почитали их ваши отцы и деды правоверные - не смущайтесь примерами и упреками дурных людей!

«Православные вести», № 3 (40) от 10 февраля 1999 года.

 

БЕСЫ

Жирная, оплывшая туша, истекая слизью и жутко смердя в центре столицы, топчет своими кривыми лапками флаг великого государства, брызжет слюной, визжа, изрыгает хулу на великий народ, называет его скотом, а стоящего здесь же, рядом, на площади, седого ветерана Великой войны - ленивой и глупой свиньей. Запомните эту картину.

Выставка работ современных художников в Манеже. Один из стендов завешан русскими святынями - православными иконами. Что это? Дань истории? Древней и славной культуре великого народа? Вовсе нет. Как гласит надпись на приклеенном здесь же листе бумаги, иконы развешаны специально для осквернения! «Прекрасный материал для богохульства - Спас Вседержитель, Владимирская Божья Матерь, Спас Нерукотворный... Осквернение иконы в присутствии заказчика - 50 рублей...» Любой подонок может подойти и надругаться над русскими святынями. Эту возможность предоставил им такой же подонок - организатор этой сатанинской акции «художественный руководитель» так называемой галереи «Вперед» Тер-Оганьян. Он сам свидетельствовал, что «это такая форма надругательства» - оплевать, писать нецензурные слова, поджигать, резать, рубить иконы. И все это на виду у многочисленной публики, умных, интеллигентных, честных и порядочных людей. И только один из них, проходивший мимо, только один нашелся, кто дал по морде этой скотине по кличке Тер-Оганьян (запомните эту скотину!)

А чуть раньше «творцы» - сатанисты также, на глазах у безмолвствующего народа, зарезали свинью, на которой было написано «Россия». Им, видно, мало того, что они год за годом безнаказанно режут, кромсают тело самой России. Им нужен еще и глумливый ритуал!

Знайте имя еще одного подонка, поругающего наши святыни, наш народ, наше Отечество - Марат Гельман... Это такие как он пытаются внушить нам, что всегда святое для русского человека слово «патриот» устарело и на смену пришло другое, более близкое и понятное ему, Гельману, - «Иуда»...А вспомните чернокожую и потому никогда не краснеющую Ночную Телеведьму Хангу, регулярно прилетающую в Москву самолетом компании «Пан Американ» из Штатов, для того чтобы рассказать нам «про это». Как будто мы «про это» сами ничего не знаем! Как будто «про это» знают только никогда не краснеющие обезьянки. Запомните ее. И отведите при случае в бомжатник под Крестовским мостом. Там ее многому научат...

Бесы! Они среди нас. Их нетрудно узнать. Смотрите. Слушайте. Запоминайте. И не убоитесь. Потому что Страшный Суд придет и Господь покарает нечисть.

Федор Михайлович Февраль 1999 г., газета «Дверь в рокенрол»

 

УВАЖАЕМЫЙ СУД

С искренней тревогой узнал о предстоящем судебном разбирательстве по поводу акции художника Авдея Тер-Оганьяна. Хочу подчеркнуть, именно художественной и именно художника, чья творческая состоятельность в среде активных участников процесса современного искусства не только в Москве, не только в пределах России вполне очевидна. Все акции в сфере искусства, сколь удачными или неудачными они ни были, все-таки подлежат эстетическому суду и суду культуры. Естественно, художник не может быть полностью вынут из системы нравственных оценок, но это есть предмет обсуждения или же осуждения общественным мнением, отнюдь не криминального преследования. Как и многие произведения мировой культуры от Апулея до Булгакова. В своей творческой судьбе я сталкивался с подобными прецедентами в известное нам всем время и думал, что подобное миновало и навсегда.

Искусство, особенно современное, всегда работает на грани риска в своих исследованиях тоталитарных амбиций любой идеологии и человеческих характеров и поведении в различных культурных ситуациях. Мало кому, надеюсь, надо напоминать, что многие из нынешних радетелей нравственности и религии без всякого стеснения и сомнения в недавнем прошлом производили подобные акции и отнюдь не в художественных целях. Не себя ли они опознали? Думается, выявление и объявления подобного и было одним из результатов действия художника Тер-Оганьяна. Напомню, что изображения, над которыми производилось действие отнюдь не были сакральными образами, но предметами ширпотреба. Так неужели изображения в картинах, на сцене, в литературе и в кино, скажем, уничтожения в лагерях смерти, расстрела и подобного также будет названо возбуждением какого-либо рода розни?

Многих, думаю, смутила сама форма как бы реального действия. Но в современном изобразительном искусстве театрализованные акции с вовлечением публики - вещь уже давно привычная и для знающих и понимающих, или желающих и пытающихся понять, вполне отделена от реальной жизни рамками художественно-эстетического действия и исследования. Думаю, что спутывание искусства с реальной активностью радикальных и экстремистских движений способствует только замутнению картины и вообще ставит искусство заложником любых претензий и цензорского волюнтаризма.

Пригов Дмитрий Александрович, Член Союза художников России, Член Союза писателей России, Член Российского ПЭН-Центра, Лауреат Пушкинской премии по литературе.

 

"УТВЕРЖДАЮ"

Прокурор г.Москвы государственный советник юстиции 2 класса

________________Герасимов СИ.

марта 1999 г.

ОБВИНИТЕЛЬНОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ

по уголовному делу № 202275 по обвинению Авдея Тер-Оганьяна в совершении преступления, предусмотренного ст. 282 ч .1 УК Российской Федерации

Уголовное дело № 202275 возбуждено Хамовническим межрайонным прокурором г. Москвы 18 декабря 1998 года по факту возбуждения национальной, расовой и религиозной вражды по ст. 282 ч.1 УК РФ. 23.12 98 уголовное дело принято к производству следователем отдела по надзору за исполнением законов о федеральной безопасности и межнациональных отношениях прокуратуры гор. Москва.

Расследованием установлено следующее: 03.12. 98 между Тер-Оганьяном А. С. и устроителями международной художественной ярмарки-выставки "Арт-Манеж", которая проходила в Центральном. Выставочном Зале "Манеж" в г.Москве в период с 04 по 10.12.98, был заключен договор № 70 на бесплатное предоставление Тер-Оганьяну, как участнику выставки, выставочной площади на весь период работы художественной ярмарки. По условиям договора Тер-Оганьян должен был представить авторский проект в рамках своей галереи, имеющей название "Вперед". Имея умысел в наглядно-демонстрационной форме выразить свои взгляды направленные на подрыв уважения к религиозному вероисповеданию православных граждан, он заранее не оповестил устроителей ярмарки о том, что намеревается осквернять православные иконы в присутствии многочисленных посетителей выставки. Накануне открытия выставки он приобрел в иконной лавке "Софрино" православные иконы в количестве 26 штук, сделав свой выбор на иконах имеющих особую историческую и культурную значимость для социальной памяти православных граждан: "Спас Вседержитель", "Спас Нерукотворный" и "Владимирская Божья Матерь", которые намеревался рубить топором в период проведения художественной выставки. С этой целью он заранее приготовил топор и изготовил объявление в котором имелась фраза следующего содержания: "Уважаемые ценители современного искусства, здесь вы можете приобрести замечательный исходный материал для богохульства". Далее, в объявлении предлагалось всем желающим осквернить любую икону или получить консультацию по осквернению икон на дому.

04.12.98, в первый день открытия выставки, которая длилась с 17 до 21 часа, Тер-Оганьян находился непосредственно в выставочном зале и у своего стенда, на котором им были развешаны рядами приобретенные накануне православные иконы. В момент открытия выставки он вывесил на стенде заранее приготовленное объявление рядом с иконами, в доступном для обозрения посетителями выставки месте. В период с 19 до 21 часа он призывал и вовлекал граждан совершить действия по осквернению икон. С этой целью он обращался к посетителям выставки и активно предлагал принять участие в акции по осквернению икон или приобрести в собственность оскверненную им лично икону. Затем в присутствии многочисленных посетителей, снимал со стенда иконы, клал на пол и, заранее приготовленным топором вырубал лики изображенные на иконах, после чего раздавал поруганные иконы желающим. Таким образом, им были повреждены и практически уничтожены 8 икон. Возмущенные действиями Тер-Оганьяна посетители и участники выставки открыто высказывали ему претензии, делали замечания с целью прекращения данной акции. Однако Тер-Оганьян на замечания не реагировал и продолжал рубить иконы. Посетители выставки обратились к администрации выставочного зала с просьбой прекратить акцию по разрубанию икон и снятию экспозиции Тер-Оганьяна с выставки. После вмешательства организаторов выставки, действия Тер-Оганьяна были прекращены, и также было прекращено его дальнейшее участие в выставке.

Таким образом, Тер-Оганьян совершил действия направленные на возбуждение религиозной вражды, совершенные публично, то есть совершил преступление, подпадающее под признаки ст. 282 ч.1 УК РФ.

Допрошенный в качестве обвиняемого, Тер-Оганьян виновным себя не признал и показал, что он убежденный атеист, а вера в бога является дикостью. Им был заключен договор № 70 на его участие в выставке с ее устроителями. Заранее тема проекта не оговаривалась. Однако, он поставил в известность одного из устроителей выставки - Романову о том, что собирается выставлять уже оскверненные иконы. Романова запретила ему выставлять этот проект, но он решил реализовать свой замысел непосредственно на выставке. Накануне выставки им были приобретены иконы в иконной лавке "Софрино", расположенной на улице Пречистенка,6. Всего было приобретено 26 икон, трех наименований: "Спас Нерукотворный", "Спас Вседержитель" и "Владимирская Божья Матерь". Заранее приготовил объявление в нескольких экземплярах с предложением по осквернению любой иконы за определенную плату. Данное объявление намеревался повесить на выставке и привлечь посетителей к участию в своей акции. Заранее приготовил топор. Таким образом, все было готово для воплощения в жизнь проекта по осквернению икон. 04.12.98 он повесил рядом с иконами приготовленное объявление, и сам подходил к участникам и посетителям выставки и предлагал приобрести оскверненную им икону. С таким предложением он подошел к Виноградову и подарил ему оскверненную икону, предварительно разрубив ее топором в его присутствии. В течении первого выставочного дня им было разрублено около 8 икон и розданы или проданы посетителям выставки. Акции по разрубанию икон снимал на фотокамеру неизвестный ему ранее фотограф, который через несколько дней передал фотографии, изъятые в ходе обыска у него в мастерской. В период проведения выставки к нему подходили посетители и предъявляли претензии по поводу проводимой им акции по разрубанию икон, требовали прекратить эти действия. Срывали объявление, но он его вывешивал вновь. В конце первого выставочного дня он у своего стенда с иконами видел большую группу возмущенных его акцией людей, которые снимали иконы. Романова сказала, что оскорблена его действиями, и что экспозиция снимается с выставки по решению администрации "Манежа". К нему подходили возмущенные посетители выставки с претензиями но, что он им отвечал, он не помнит.

(том 1 ,л.д. 52-55,145-148)

Допрошенная в качестве свидетеля Романова Е.Н. показала, что работает преподавателем современного искусства в МГУ на историческом факультете с 1996 года. Параллельно работает куратором выставок современного искусства в России и за рубежом, в том числе и в Центральном Выставочном Зале "Манеж", как куратор некоммерческих проектов. Говоря о конкретной выставке "Арт-Манеж-98", она пояснила следующее. Художественный совет ярмарки решил поддержать экспериментальное искусство России и дать возможность выставиться бесплатно многим московским галереям, которые занимаются современным некоммерческим искусством. Она позвонила Тер-Оганьяну и он согласился принять участие в выставке, сказав, что выставит работы художников своей галереи "Вперед", но что конкретно он не сказал. Она настаивала, чтобы были выставлены его живописные работы. Накануне выставки она узнала, что Тер-Оганьян делает инсталляцию из репродукций икон. 03.12.98 она увидела на его стенде-стенке композицию из икон вывешенных рядами. Она у него уточнила, вся ли это его работа и будут ли какие-либо акции с его стороны. Он ответил, что все так и останется, на весь период работы выставки. 04.12.98 было открытие выставки, и она была загружена работой до закрытия выставки, у нее не было возможности подходить к каждому стенду в том числе и к Тер-Оганьяну. Выставка открылась в 17 часов. Посетителей было очень много, буквально тысячи, много иностранных критиков, кураторов, журналистов. Примерно в 21 час, к ней подошел один из посетителей выставки и сказал, что в зале происходит какое-то безобразие. Она побежала в зал и увидела у стенда Тер-Оганьяна директора "Манежа" и двух охранников, которые требовали, чтобы Тер-Оганьян покинул помещение. Они снимали и убирали остатки разрушенной инсталляции. Она увидела на полу у стенда щепки.

Устроители выставки потребовали от Тер-Оганьяна покинуть помещение и предупредили его, что его экспозиция снимается на все время работы выставки. Из разговоров присутствующих посетителей она узнала, что Тер-Оганьян повесил листовку на стенде, где были развешаны иконы, и рубил иконы в присутствии посетителей. Она видела эту листовку где было написано, что любой посетитель может купить икону и разрубить ее. Случившимся была потрясена, для нее такая акция была неожиданной, и такой глупости от Тер-Оганьяна не ожидала. Кроме того, свидетель Романова пояснила ... (текст испорчен)...

(том 1,л.д. 91-94)

Допрошенный в качестве свидетеля Виноградов ПИ. показал, что с 1981 года принимает участие в выставках живописи. На выставке в "Манеже" 04.12.98 он принимал участие в одном из разделов экспозиции. В выставке также принимал участие и Авдей Тер-Оганьян, которого он знает с 1992 года, который в последнее время является акционистом, то есть проводит художественные акции. Примерно около 20 часов, Тер-Оганьян подошел к нему с предложением купить его работу. Подвел его к своему стенду, на котором он увидел развешанные в ряд "Софринские" иконы промышленного производства. Тер-Оганьян снял со стенда икону, положил на пол и имеющимся у него топором вырубил лик на иконе.

Рядом стояли люди. О реакции людей он не мог судить, так как был сосредоточен на происходящем. После того, как в иконе был вырублен лик, Тер-Оганьян ее подписал как автор и отдал ему. Он был обескуражен в этот момент, и не осознал, что происходит, и не мог дать точную оценку происшедшему. Данную икону он принес домой и через два дня сжег ее. В начале января он позвонил Тер-Оганьяну с требованием выступить в средствах массовой информации и объявить, что тот вовлек его в свою акцию, не поставив в известность о своих намерениях по проводимой им акции на выставке. Дополнительно свидетель пояснил, что на выставке не видел людей, желающих приобрести у Тер-Оганьяна поруганные иконы, и если бы он знал о готовящейся акции по осквернению икон, то ни когда бы не принял в ней участия.

(том 1 ,л.д. 110-112)

Допрошенный в качестве свидетеля Иванов А.А. пояснил, что работает генеральным директором частного охранного предприятия "БОСС", и одним из охраняемых объектов является Центральный Выставочный Зал (ЦВЗ) "Манеж". 04.12.98 охрану осуществляли 5 человек, примерно в 21 час он прибыл на выставку к моменту ее закрытия, чтобы проконтролировать завершение рабочего дня. Он узнал, что один из художников рубил репродукции икон. Подойдя к стенду, где были выставлены иконы, он обратил внимание, что около стенда на полу валяются в большом количестве опилки-щепки от икон. На самом стенде еще висели иконы в количестве около 20 штук. Посетители выставки возмущались происшедшим. Присутствующие на выставке художники, участники выставки, сильно были возмущены и говорили, что снимут свои экспозиции в знак протеста. Он узнал, что участник выставки Тер-Оганьян разрубал иконы топором. Технический персонал снимал репродукции икон со стенда, по указанию дирекции ЦВЗ, но Тер-Оганьян, был против этого, однако директор ЦВЗ Каракаш ответил, что не позволит на выставке проводить такие акции. Тер-Оганьян пытался повесить репродукции икон обратно на стенд, но охрана проводила его до выхода, и он ушел с выставки. Оставшиеся репродукции икон были приняты под охрану и на следующий день Тер-Оганьяну вернули иконы, и больше он на выставке не появлялся. Его стенд пустовал до конца выставки.

(том 1,л.д. 107-109)

Допрошенная в качестве свидетеля Колганова В.В. показала, что имеет художественное образование, закончила Строгановское училище, по образованию художник. По мере возможности старается постоянно участвовать в выставках, где выставляет свои работы. 04.12.98 она находилась на выставке и принимала участие в одной из экспозиций. У нее была возможность ходить по выставке и смотреть выставленные работы. Она обратила внимание на стенд, где были развешаны рядами иконы, изготовленные промышленным способом, методом цветной печати. Ее покоробило, что иконы были использованы в качестве выставочного проекта. Примерно в 20 часов она услышала от одного из посетителей, что кто-то рубит иконы. Она вспомнила, где видела иконы и подошла к этому стенду. Увидела, что нескольких икон на стенде уже не было, а на полу валяются щепки и труха. На стенде увидела объявление, которое висело рядом с иконами. На нем было написано, что можно осквернить икону за определенную сумму, она сорвала этот листок и выкинула. Она стала с возмущением ходить по залу с предложением убрать эту экспозицию с выставки. С этой целью она стала подходить к разным людям и рассказывала им, что происходит. Многие возмущались. Она встретила своего знакомого и вместе с ним вернулась к стенду с иконами. Там уже стоял Авдей Тер-Оганьян, автор проекта, хотя раньше она его не знала. Далее свидетель пояснила: "Мы сказали Авдею, чтобы он немедленно все убрал, что позовем администрацию. Предложили ему покинуть зал, пока его не побили возмущенные посетители. Авдей сказал, что можете меня за это ударить. Я ответила, что "мараться не буду"". Виктор Санчук отвел меня в сторону и пообещал разобраться. Я знаю, что он сказал кому-то из администрации и, насколько я знаю, проект Тер-Оганьяна с выставки был убран в этот же день. В этот же день я встретила Елену Романову, одного из организаторов этой выставки, которая была возмущена и сказала, что просила Тер-Оганьяна не делать ничего с иконами, и Авдей ей обещал, что иконы будут просто висеть, однако своего слова не сдержал. Романова очень жалела, что пустила на выставку Тер-Оганьяна. В своих художественных кругах мы обсуждали эту тему, и все были возмущены акцией Тер-Оганьяна. Как специалист-художник могу сказать, что акция Тер-Оганьяна не имеет отношения к искусству.

...( текст испорчен)... и все вместе подошли к стенду Тер-Оганьяна, где уже никого не было. Он обратил внимание, что рядом со стендом валяются щепки, труха, а на стенде висели рядами православные иконы. Нескольких икон не хватало. Со слов этой женщины, как он позже узнал, это была Вера Колганова, ему стало известно, что Тер-Оганьян рубил топором иконы. Далее свидетель показал: "Позже, я подошел к Тер-Оганьяну и спросил его о том, зачем это он сделал с иконами. На мой взгляд, его акция не укладывается в понятие художественной, так как акция оскорбляет чувства людей верующих и сообщил о плаче женщины". На что он ответил: "А, они оскорбляют мои чувства - везде свои кресты суют и понавешали своих святых. Мне не нравится, что вообще храмы стоят со своими крестами - меня это оскорбляет". Потом он добавил, что готов ответить за акцию по разрубанию икон в суде. Я обсуждал это событие в кругу искусствоведов, и Марина Бессонова, ведущий специалист в области современного искусства (из Пушкинского музея), заявила, что считает эту акцию постыдной и чисто политической, не имеющей отношения к искусству. В моих глазах Тер-Оганьян потерял право называться художником: есть же определенная ответственность у звания "художник", сейчас же, напротив, его используют в качестве алиби, оправдывающего нарушение законов - и всякие мерзости выдают за художественный эксперимент.

(том 1,л.д. 139-141),

Допрошенный в качестве свидетеля, сын обвиняемого Давид Тер-Оганьян, 1981 года рождения, показал, что о готовящейся акции своего отца не знал, участия в подготовке не принимал. Никто из его товарищей не знал о готовящейся акции и участия в ее подготовке не принимали. Почему отец обозначил его и других в объявлении как "Юных безбожников" он не знает, но точно уверен, что никто, из перечисленных в объявлении лиц, не давал согласия на свое участие в выставке. Получив от отца несколько пригласительных билетов на бесплатное посещение выставки, он раздал их по своему усмотрению своим товарищам по учебе. После просмотра всей выставки, приглашенные им товарищи уходили, но он остался с отцом до конца выставочного дня. Акцию отца по разрубанию икон он наблюдал со стороны, так же его товарищи участия в ней не принимали.

(том 4,л.д.377-380)

Помимо показаний свидетелей, вина обвиняемого подтверждается следующими доказательствами:

Объявлением, изготовленным Тер-Оганьяном, содержащим фразу: ...(текст испорчен)...и в котором предлагалось всем желающим осквернить икону или получить консультацию по осквернению икон на дому.

(том 1,л.д.40)

Обыском, проведенным в мастерской Тер-Оганьяна, в ходе которого были изъяты следующие предметы: топор, которым обвиняемый рубил иконы, фотографии, на которых изображен обвиняемый в момент разрубания икон на выставке, три иконы "Владимирская Божья Матерь", "Спас Вседержитель" и "Спас Нерукотворный", которые находились на выставочном стенде в "Манеже" и остались целыми, две иконы, которые хранились в мастерской Тер-Оганьяна в качестве образцов богохульства. Одна с вырубленным ликом, а другая с наклейками эротического содержания.

(том 1,л.д. 42-43)

Протоколами осмотра перечисленных предметов, фототаблицами и постановлениями о приобщении этих предметов к делу в качестве вещественных доказательств.

(том 1,л.д. 45-50)

Осмотром видеокассеты, поступившей с материалами уголовного дела из Хамовнической прокуратуры, и видеозаписи содержащейся в ней, расшифрованной в виде стенограммы, приобщенной к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства. Из видеозаписи следует, что на вопрос корреспондента, первая ли это акция связанная с осквернением икон, Тер-Оганьян заявил, что это не первая акция. Аналогичную акцию он проводил в Черногории в Югославии, где показывал образцы надругательства над религией, что вызвало огромный скандал и закрытие выставки. В этом же интервью, на вопрос корреспондента, какие у него претензии к православию в России, Тер-Оганьян пояснил: "Пока оно, православие, занимало маргинальное положение в советское время, у меня никаких претензий к нему не было. У меня претензия, что православие претендует на роль идеологии сейчас и, на мой взгляд, это чудовищно."

(том 1,л.д. 56-68)

Осмотром видеокассеты, предоставленной телекомпанией "Московия" и видеозаписи, содержащейся в ней, расшифрованной в виде стенограммы, приобщенной к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства. Из просмотра видеозаписи видно, что Тер-Оганьян демонстрирует образцы надругательства над религией, хранящиеся у него в мастерской, перебирая такие способы надругательства, как дырка в иконе, разрубание топором, отпечатки обуви, тексты нецензурного содержания.

(том 1, л.д. 84-90)

Следствие анализируя доказательства собранные по делу, приходит к выводу, что Тер-Оганьян действовал с прямым умыслом, направленным на возбуждение религиозной вражды. Это подтверждается, прежде всего, его крайне негативным отношением к православной религии, что подтверждается приведенными выше видеозаписями его интервью, которые он давал в период, до возбуждения уголовного дела. В ходе предварительного следствия, Тер-Оганьян утверждал, что его умысел не был направлен на возбуждение религиозной вражды, что по мнению следствия является надуманным, имеющим целью уйти от ответственности за совершенное преступление. Кроме того, умысел подтверждается тщательностью подготовки к реализации преступной акции по разрубанию икон.

Так, им заранее было подготовлено в нескольких экземплярах соответствующее объявление по осквернению икон, подготовлен топор. Для надругательства над православной религией им были, не случайно, отобраны иконы, имеющие особую значимость для православных граждан, образы которых являются основными в православной вере. Он заблаговременно не оповестил устроителей выставки, о своих преступных намерениях, заранее предполагая, что ему будет отказано в проведении данной акции, что собственно и было сделано со стороны организаторов выставки, прекративших его преступные действия и снявших его экспозицию до конца выставки. Преступный умысел подтверждается и тем фактом, что о готовящейся акции Тер-Оганьян никого не поставил в известность, хотя в объявлении указал группу молодых людей, во главе со своим сыном, обозначив их как "Юных безбожников". Таким образом, стараясь придать своей акции значимость, искусственно создавая видимость поддержки своей преступной акции со стороны некоторых граждан. В отношении группы лиц, заявленных "Юными безбожниками", прекращено уголовное дело, как не имеющих отношения к совершенному Тер-Оганьяном преступлению. Следствием особо придается значение словам Тер-Оганьяна, произнесенным сразу после того, как он покинул выставку по настоянию администрации. Реагируя на замечания посетителей выставки, об оскорблении их религиозных чувств, заявил следующее: " А они оскорбляют мои чувства - везде свои кресты суют и понавешали своих святых. Мне не нравиться, что вообще храмы стоят со своими крестами - меня это оскорбляет", (том 1, л. д. 141) Данное высказывание, по мнению следствия, отчетливо демонстрирует отрицательное отношение Тер-Оганьяна к православному вероисповеданию, и говорит о прямом умысле его действий направленных на возбуждение религиозной вражды, совершенных публично.

Вина обвиняемого также подтверждается следующими собранными по делу доказательствами.

Заключением историко-искусствоведческой экспертизы, данным специалистом в области древнерусского искусства, согласно которому иконы разрубленные Тер-Оганьяном представляют собою печатные репродукции, исполненные типографским способом и наклеенные на оргалитовую основу. Не имеют исторической и культурной ценности, не являются памятником истории и культуры.

Отвечая на вопрос следствия: Являются ли изображения икон значимыми для социальной памяти, либо общественной нравственности православных граждан? Эксперт дал следующее заключение: "Согласно догматическим установлениям православия, иконы, несущие на себе изображения Христа, Богоматери, святых, являются священными предметами и подразумевают уважение к ним. Формулировки этого установления содержатся в Деяниях Седьмого Вселенского собора, состоявшегося о 786-787 гг. Там говорится :"Всякое изображение, сделанное во имя Господа, или ангелов, или пророков, или апостолов, или мучеников, или праведников, свято, потому, что поклонение воздается не дереву, но тому, что созерцается на дереве и что вспоминается". Далее: "Хотя бы честные иконы были делом неискусной кисти, их следует почитать ради их первообразов". Далее: "Наносящий бесчестие изображению... наносит оскорбление тому самому, изображением чего оно служит... Указанные положения лежат в основе теории, учения и практики православной церкви, в том числе Русской православной церкви, до настоящего времени". Эксперт делает выводы: "изображения икон являются значимыми для социальной памяти и общественной нравственности православных граждан, а действия Тер-Оганьяна выражают подрыв доверия и уважения к религиозному вероисповеданию граждан".

(том 1,л.д. 69-73)

Заключением историко-искусствоведческой экспертизы данным специалистом по современному искусству, согласно которому следует: "Действия Тер-Оганьяна по разрубанию икон невозможно считать ни проявлением какого-то направления в современном искусстве, ни явлением искусства вообще". "Тер-Оганьян претендует на престижный в наших условиях статус художника- авангардиста, однако его действия по разрубанию икон можно считать не более чем примитивной имитацией отдельных моментов практики авангардизма".

(том 1 ,л.д.74-77)

Заключением богословско-искусствоведческой экспертизы, согласно которой следует: "Иконы уничтоженные Тер-Оганьяном на выставке в "Манеже", являются художественно оформленными предметами культового назначения", и "имеют огромную историческую, культурную ценность по признаку особой значимости для социальной памяти, общественной нравственности граждан, исповедующих православие". В своем заключении эксперт отметил: "Все предметы культового назначения, используемые в жизни Православной церкви, вне зависимости от их художественной значимости, являются святыней. В соответствии с учением Православной Церкви и догматом об иконопочитании они представляют собой святыню, поругание которой является одновременно и оскорблением чувств верующего православного народа и выражением презрения к историческим ценностям этого народа... Образ Владимирской Божьей Матери - главная святыня Русской Православной церкви. С этим образом православные люди на протяжении веков связывали свои победы над захватчиками и поработителям. В настоящее время чудотворный образ Владимирской Божьей Матери - прототип всех икон носящих это имя, находится в Государственной Третьяковской галерее и пользуется особым почитанием всего русского народа. Образ Нерукотворного Спаса на протяжении веков был знаменем Русского воинства, совершавшего великие победы, начиная с Куликовской битвы, положившей начало русской государственности. Образцы этих стягов русской славы можно увидеть в экспозиции государственного Исторического музея. Деяние, совершенное Тер-Оганьяном, способно возбудить среди православных граждан чувство естественного недоверия и вражды "к согражданам-атеистам и представителям других религиозных исповеданий, возбудить религиозную вражду"... Эксперт делает выводы, что действия Тер-Оганьяна по разрубанию икон вызывают неприязнь, чувство ненависти к образу жизни, культуре, традициям, религиозным обрядам граждан, исповедующих православие, способны возбудить религиозную вражду, как совершенные публично.

(том 1 ,л.д. 78-82)

Массовым обращением граждан в прокуратуру г.Москвы, возмущенных действиями Тер-Оганьяна, посягающими на честь и достоинство граждан, их конституционные права и свободы, их отношение к религии. Следствием приводятся некоторые выдержки из обращений граждан, в том числе и коллективных. Из обращения семьи Петрухиных и других: "Мы, нижеподписавшиеся, расцениваем это, как оскорбление национальной святыни, православия, оскорбление наших религиозных чувств и национального достояния".(том 2, л. д. 30) Из обращения супругов Зелениных: "Произошло оскорбление религиозных чувств верующих, которое ведет к разжиганию вражды и столкновениям, расчленяет общество", (том 2 л.д. 32) Из обращения Кирилловой: "Если все это будет замолчено и пройдет безнаказанно, я и все мои друзья примем участие в решительных действиях по защите православия, которые пройдут в Москве", (том 2 л.д. 86) Из обращения Ельцева, члена Союза художников: "Против... осквернителей православных святынь должны быть приняты меры, так как их действия оскорбляют чувства верующих и провоцируют столкновения на религиозной почве" (том 2 л.д. 90). Из обращения Симоновой, ст. научного сотрудника МГУ: "Может быть, голос мой слишком слаб, но я считаю, что такое надругательство над чувствами православных верующих должно быть осуждено по закону, как разжигание религиозной розни в нашем обществе, и так слишком далеком от стабильности", (том 2 л.д. 142) Из обращения Гранкина и других: "Поэтому открытое, наглое, обдуманное надругательство над православными святынями, и не где-нибудь, а в центре Москвы, столице государства, где основная часть населения считает себя православными христианами, можно расценить только как стремление определенных сил вызвать религиозную вражду в обществе"(том 2 л.д. 144). За время следствия в адрес прокуратуры не поступило ни одного обращения в поддержку действий Тер-Оганьяна.

Все обращения граждан приобщены к материалам уголовного дела (том 2, том 3, том 4).

Изучением личности обвиняемого установлено, что он ранее не судим, на учете в ПНД и НД не состоит, по месту жительства характеризуется нейтрально, имеет двоих несовершеннолетних детей.

На основании изложенного, обвиняется в том, что совершил действия, направленные на возбуждение религиозной вражды, совершенные публично, а именно: 03.12.98 г., он заключил договор № 70 с дирекцией Центрального Выставочного Зала "Манеж" на свое участие в Международной художественной ярмарке "Арт-Манеж", где по условиям договора должен был выставить свой авторский проект, умышленно не поставив заранее в известность устроителей выставки о теме проекта.

04 декабря 1998 года, в Центральном выставочном зале "Манеж" (Москва, Манежная пл.1), в период проводившейся художественной выставки "Арт-Манеж", имея умысел на совершение действий в наглядно-демонстрационной форме, направленных на возбуждение религиозной вражды, выставил свой авторский проект под названием "Юный безбожник". На предоставленном ему стенде, вывесил более 20 православных икон: "Владимирская Божья Матерь", "Спас Нерукотворный", "Спас Вседержитель", приобретенных им накануне в иконной лавке "Софрино". Рядом с иконами, в доступном для обозрения посетителями выставки месте, повесил заранее изготовленное объявление, в котором предлагалось осквернить любую из выставленных икон за определенную плату. В период с 19 до 21 часа, призывал и вовлекал граждан совершить действия по осквернению икон, а затем в присутствия многочисленных посетителей, снимал со стенда иконы, клал на пол и заранее приготовленным топором, разрубил несколько икон, чем вызвал возмущение граждан и организаторов выставки.

Своими действиями, Тер-Оганьян А. С. совершил преступление, предусмотренное ст. 282 ч .1 УК РФ.

Обвинительное заключение составлено в г.Москве 25 марта 1999 года. На основании ст.ст. 35 и 207 УПК РСФСР уголовное дело направляется прокурору города Москвы для утверждения обвинительного заключения и передачи в суд.

Следователь по особо важным делам прокуратуры г.Москвы Ю.Ю.Крылов

 

ИКОНЫ ПЛАЧУТ МОЛЧА

В СТОЛИЦЕ ЗАВЕРШЕНО РАССЛЕДОВАНИЕ УГОЛОВНОГО ДЕЛА ПО ФАКТУ ОСКВЕРНЕНИЯ ПРАВОСЛАВНЫХ ИКОН

Прокуратура Москвы закончила расследование уголовного дела в отношении Авдея Тер-Оганьяна, совершившего публичные действия, направленные на возбуждение религиозной вражды.

В декабре прошлого года в Центральном выставочном зале «Манеж» в рамках художественной выставки «Арт-Манеж» А. Тер-Оганьян выставил авторский проект под названием «Юный безбожник». Рядом с православными иконами «Владимирская Божья Матерь», «Спас Нерукотворный», «Спас Вседержитель» и другими он разместил объявление для посетителей выставки, в котором предлагал осквернить любую из икон за определенную плату.

В присутствии многочисленных посетителей А. Тер-Оганьян заранее приготовленным топором разрубил несколько икон и призывал всех желающих присоединиться к этому действу. По данному факту А. Тер-Оганьян привлечен в качестве обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 282, ч. 1 .Уголовного кодекса РФ.

Как отметили в пресс-службе прокуратуры, в настоящее время он и его адвокат знакомятся с материалами уголовного дела, после чего оно будет направлено в суд.

Кстати, как нам стало известно, на протяжении двух недель в Свято-Введенском женском монастыре в Иванове (к северо-востоку от Москвы) отмечается явление, считающееся церковью чудотворным,— в одной из келий обители мироточат иконы. Как сообщил настоятель монастыря отец Амвросий, все приносимые в эту келью иконы начинают источать маслянистое вещество — миро. Всего за последние две недели монахини зафиксировали мироточение более тысячи икон. Настоятель Амвросий считает происходящее «особой божественной благодатью».

газета «Метро», 4 марта

 

БЕЗБОЖНИК РАЗЖИГАЛ РЕЛИГИОЗНУЮ ВРАЖДУ

Московская городская прокуратура завершила следствие по делу руководителя художественной галереи «Вперед» Авдея Тер-Оганьяна, обвиняемого в разжигании религиозной вражды. Художника решили привлечь к уголовной ответственности за то, что на прошлогодней выставке «Арт-Манеж» он разрубил топором несколько православных икон.

Авдей Тер-Оганьян родился в 1961 году в Ростове-на-Дону. С 1989 года живет в Москве. В 1991 году организовал «Галерею в Трехпрудном переулке», чьи еженедельные выставки-акции были знамениты на всю Москву. Акция "Милосердие» шокировала многих: в качестве экспонатов там были выставлены нищие и бомжи. Два года назад Тер-Оганьян открыл частную школу современного искусства, где обучал начинающих авангардистов хрестоматийным приемам эпатажа. Выполненное учениками школы задание на тему «ниспровержение святынь» вызвало в прошлом году скандал в Черногории на биеннале художников стран Восточной Европы "Новая икона". Представители местной церкви предали работы учеников Тер-Оганьяна аутодафе, а самого Тер-Оганьяна — анафеме.

Незадолго до открытия выставки «Арт-Манеж-98» Тер-Оганьян оповестил знакомых о проведении в Манеже своей акции «Юный безбожник». Художник намеревался вывесить на фоне картин иконы, которые он приобрел в магазине «Софрино» (представляющие собой освященные репродукции известных икон). По словам куратора выставки Елены Романовой, таким образом он «собирался противопоставить свое видение мира ортодоксальному христианству». Но то, что произошло в дальнейшем, явно выходило за рамки искусства.

Вечером 4 декабря, через два часа после открытия выставки, Тер-Оганьян, развесив иконы, объявил собравшимся, что, заплатив по 10-20 рублей, они могут их осквернить. Желающих не нашлось, и тогда авангардист стал сам рубить иконы топором. Акцию прекратили охранники Манежа, которых вызвали возмущенные посетители.

Позже Романова утверждала, что «не ожидала от Авдея такой выходки». «Накануне открытия "Арт-Манежа" я просила его не устраивать скандала с иконами,— утверждает она,— и Авдей мне клятвенно обещал этого не делать».

Скандал в Манеже вызвал неоднозначную реакцию в художественной среде и СМИ. Кто-то увидел в акции Тер-Оганьяна проявление свободомыслия, но большинство художников утверждали, что это откровенное богохульство.

По словам следователя горпрокуратуры Юрия Крылова, занимавшегося этим делом, верующие буквально засыпали правоохранительные органы обращениями и жалобами, требуя сурово наказать безбожника. «Этих обращений у нас набралось три увесистых тома,— говорит Крылов.— Все они приобщены к материалам уголовного дела». Кстати, это дело, возбужденное по довольно редкой для России 1-й части 282-й статьи УК («возбуждение национальной, расовой или религиозной вражды»), вначале расследовала Хамовническая прокуратура, а потом в связи с большим общественным резонансом его затребовала прокуратура городская. Именно она и довела дело до суда.

Следователи считают, что у них достаточно улик, изобличающих Тер-Оганьяна в «умышленном оскорблении чувств верующих». Многие свидетели утверждали: «Мы пытались остановить художника, говоря, что эта акция оскорбляет наши религиозные чувства, а в ответ безбожник заявлял, что именно это и является его целью. Его, мол, оскорбляет, что везде „церквей понастроили и икон там понавешали"».

Кстати, следователи выяснили, что академического образования художник Тер-Оганьян не имеет. В свое время его выгнали со второго курса Ростовского училища художественного и прикладного искусства за неуспеваемость. Независимые эксперты, к помощи которых обратилась прокуратура, пришли к выводу, что акция Тер-Оганьяна в Манеже «не имеет ничего общего ни с искусством вообще, ни с авангардом в частности».

Это мнение разделяют и в руководстве РПЦ. Так патриарх Московский и всея Руси Алексии II, выразив удовлетворение работой Мосгорпрокуратуры, заявил: «Такие действия являются возмутительными актами вандализма, и их надо решительно пресекать». Если суд признает Тер-Оганьяна виновным, по вышеупомянутой статье УК ему грозит штраф до 800 минимальных размеров оплаты труда или заключение на срок от 2 до 4 лет.

АЛЕКСЕЙ ГЕРАСИМОВ «Коммерсантъ», 4 марта

 

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО художников, кураторов и критиков г. Одессы художникам, кураторам и критикам г. Москвы.

Уважаемые коллеги!

Выражаем свою обеспокоенность начинающимся 20-го мая судом над нашим коллегой и товарищем Авдеем Тер-Оганьяном. А. Тер-Оганьян хорошо известен многим нам, как один из самых интересных представителей актуального московского искусства 90-х. Он участвовал в одесском фестивале современного искусства "Свободная зона". Сегодня мы - граждане разных государств, в силу чего для нас любая апелляция к органам российского правосудия представляется некорректной и бессмысленной. В то же время мы уверены, что профессиональная солидарность художников не может иметь границ. Вот почему не можем не выразить недоумения по поводу необъяснимой индифферентности, с которой художественная общественность Москвы в массе своей реагирует на первую в посткоммунистической России попытку установления тотального контроля государства над искусством через цензуру, устрашение и полицейские репрессии. Отношение к религии - личное дело каждого человека. Но обвинение Тер-Оганьяна в оскорблении религиозных чувств православных верующих мы считаем абсурдным. На наш взгляд, это такой же нонсенс, как и привлечение к ответственности всех женщин, не носящих паранджу, - за оскорбление религиозных чувств исламских фундаменталистов. Мы считаем аморальными любые рассуждения на тему, хороша или плоха акция Тер-Оганьяна, до тех пор, пока этот диспут вынесен за пределы суверенной территории культуры, и любое неосторожное слово может стоить нашему коллеге свободы. В истории русской инквизиции процессу богохульника Тер-Оганьяна гарантировано достойное место в одном ряду с процессом тунеядца Бродского, с процессами 20-х, 30-х и 40-х годов, и далее - вглубь русской истории (см. школьную программу). Отделенные от России границей, мы не видим иного выхода, кроме как предложить А. Тер-Оганьяну убежище в Одессе, где он будет менее досягаем для российского правосудия.

Д. Дульфан, Г. Катчук, О. Кашимбекова, Уте Кильтер, Э. Колодий, С. Лыков, В. Маляренко, Е. Михайловская, М. Нестеренко, А. Ройтбурд, М. Рашковецкий, А. Панасенко, В. Чекорскип, А. Шевчук

 

Министерство культуры Российской Федерации Государственный Центр современного искусства Нижегородский филиал

603005 г. Н. Новгород,. Верхне-Волжская наб. 2 , Дом архитектора тел.(8312 )39-07-73, факс (8312)39-05-03, E-mail: псса@рор.5с1-тюу.ги № 8 от 05 марта 1999года.

В МОСКОВСКУЮ ПРОКУРАТУРУ

Нижегородский филиал Государственного центра современного искусства Министерства культуры России, будучи организацией, профессионально работающей в сфере современного искусства, считает необходимым высказать свое мнение по породу привлечения художника Авдея Тер-Оганьяна к уголовной ответственности за акцию, имевшую место 4 декабря 1998 года в выставочном зале «Манеж».

Не одобряя действий Тер-Оганьяна с точки зрения общественной морали и не вдаваясь в оценку художественных результатов акции, мы, тем не менее, считаем:

1. Авдей Тер-Оганьян является художником, поскольку профессионально и постоянно занимается актуальным искусством. В сфере современного искусства, в отличии от традиционного, профессиональное образование не является обязательной составляющей. К сожалению, в России в отличии от зарубежных стран учебных заведений, готовящих художников в таких жанрах современного искусства как инсталляция, перформанс, хеппенинг, просто нет. Если наличие образования использовать как критерий, то из истории искусства придется изъять такие имена как Гоген или Ван Гог, которые .вообще нигде не учились. В справочнике «Современное искусство Москвы. 1995» (Москва, 1996г.) на странице 173 в справке на Авдея Тер-Оганьяна (само включение его в этой справочник, составленный искусствоведами с высокой репутацией в профессиональной среде С. Хрипуном, В. Левашовым, И.Алпатовой, О.Румянцевой и др., есть признание Тер-Оганьяна как известного художника) приводится список его професиональной деятельности: 13 кураторских проектов, 10 персональных выставок, участие в 54 коллективных. Даже если не обращаться к другой литературе о Тер-Оганьяне (а библиография составляет десятки статей, каталогов, научных сборников), этого достаточно для подтверждения его профессионального статуса.

2. Совершая пресловутую акцию, Тер-Оганьян занимался своей профессиональной деятельностью, поскольку:

осуществлял заранее обдуманные действия в рамках художественной выставки в специально отведенном для этого пространстве выставочного зала,

инициировал псевдо - акты вандализма производимые с символами объектов религиозного поклонения (их «муляжами», репродукциями), художник искусственно создавал вымышленную ситуацию, то есть творил виртуальный мир, обладающий лишь некоторым сходством с реальностью. Это свойство искусства, особенно присущее тем жанрам современного (актуального) искусства - перформансу и хеппенингу, в которых работает Тер-Оганьян.

3. Провоцирование - необходимый элемент искусства в XX веке, поскольку таким образом художник противопоставляет свои взгляды общественным стереотипам, что и двигает вперед художественную ситуацию.

Мы считаем, что в виду вышеизложенного действия Авдея Тер-Оганьяна, подлежащие художественной оценке профессиональной критикой или общественному и церковному осуждению, не являются предметом рассмотрения в рамках Уголовного права, а художник не может подлежать уголовному преследованию за свою профессиональную деятельность. Даже Лев Толстой, действовавший в рамках системы, где Церковь и государство не были разделены, и то не привлекался к уголовной ответственности за свои выпады в адрес «Первенствующей Церкви», а был подвергнут вполне адекватной в таком случае процедуре анафемы (как и Глеб Якунин в наши дни).

Однажды прокуратура уже спутала искусство с действительностью, возбудив уголовное дело против телевизионной передачи «Куклы». Сегодня прокуратура, похоже, собирается наступить на те же грабли.

А.М.Гор Директор Нижегородского филиала Государственного центра современного искусства, член Международной ассоциации художественных критиков

Л.М. Сапрыкина Арт-директор Нижегородского филиала Государственного центра современного искусства, член Международной ассоциации художественных критиков

 

ЗВЕРЕВСКИЙ МУЗЕЙ - ЦЕНТР СОВРЕМЕННОГО ИСКУССТВА

107066. Москва, ул. Иморязанская. д. 29. стр. 2 Тел/факс: 261-12-10, 265-61-66

Уважаемый суд, уважаемые присяжные!

Являясь очевидцами акции художника А.Тер-Оганьяна во время проведения выставки Арт-Манеж и не разделяя точку зрения автора ни с эстетических, ни с религиозных позиций, мы тем не менее считаем необходимым заявить, что акция эта может быть трактована исключительно как действие художественного характера, что совершенно однозначно определено местом (выставочный зал), временем (вернисаж выставки) и личностью художника. Мы убеждены, что квалифицировать эту акцию как уголовно наказуемое преступление означает оказывать идеологическое давление на искусство, что совершенно недопустимо. Примеров несовпадения позиций церкви и конкретных авторов более чем достаточно - и Лев Толстой, и Николай Рерих были преданы анафеме, что отнюдь не подразумевало их уголовную ответственность. Кроме того, не следует забывать, что наше государство более 70 лет пропагандировало атеистическое мировоззрение, и это, к сожалению, не могло не отразиться на способе мышления нескольких поколений. Акцию Тер-Оганьяна следует интерпретировать как цитату, поскольку осквернение икон, храмов и предметов культа являлось неотъемлемой частью советской культурной жизни, и никто никогда не нес за это ответственности.

Общественное порицание, осуждение церкви, собственный духовный рост - вот что может привести к изменению парадоксального творческого метода художника, но отнюдь не уголовное наказание. Мы призываем уважаемый Суд отказаться квалифицировать действия А. Тер-Оганьяна по статье 282 части первой за отсутствием состава преступления.

С уважением, от имени коллектива искусствоведов, художников и литераторов

Директор Алексей Сосна

 

В МОСКОВСКИЙ ГОРОДСКОЙ ОТДЕЛ ПРОКУРАТУРЫ

В Суд Хамовнического района города Москвы,

(часть текста смазана при передаче по факсу)

по «Делу Авдея Тер-Оганяна»

Уважаемые дамы и господа,

Институт современного искусства в Софии обращается к вам от имени группы художников Болгарии в связи с «делом Авдея Тер-Оганяна». Информацию о его акции во время выставки «Художественная ярмарка» в зале Манежа в конце прошлого года и последовавшей компании в средствах массовой информации мы получили из местной печати, периодически отражающей события культурной жизни России.

Мы хотим выразить наше недоумение, что художественная акция А. Тер-Оганьяна, проведенная в подобающем месте, выставочном зале, и в процессе художественной выставки, для участия в которой он был специально приглашен, вызвала столь бурную реакцию общественности, угрожающую перерасти в судебное преследование. Нам известно, что в акции А. Тер-Оганяна не использованы освященные предметы культа, а копии икон, являющиеся обыкновенными репродукциями, не имеющими смысла и значения для верующего человека, для христианина. Подобные предметы не могут и не должны вызывать религиозных чувств.

Мы воспринимаем акцию А.Тер-Оганьяна как попытку художественного высказывания в духе опытов модернизма по разрушению стереотипов и шаблонов традиции, что является обязательной частью эксперимента в области искусства. Опыт …<текст испорчен> … мирным сожительством различных народов и культур научил болгарское общество с вниманием …<текст испорчен> … культурной политики должны быть заложены принципы толерантности, понимания и безусловного соблюдения принципов свободного творчества свободной личности. Только тогда общество способно к развитию в своем многообразии.

Мы надеемся, что судебное «Дело Авдея Тер-Оганьяна» будет прекращено, а его акция окажется в компетенции художественной критики и вернется в область эстетики, где …<текст испорчен>…

С УВАЖЕНИЕМ - ДИРЕКТОР Я.БУБНОВА ..

 

УВАЖАЕМЫЙ СУД!

Мне стало известно, что против художника Авдея Тер-Оганьяна возбуждено дело о разжигании расовой и национальной розни, об оскорблении чувства верующих и даже о хулиганстве. Поводом для такого обвинения, видимо, послужила акция художника на выставке Арт-Манеж в декабре 1998 года. Как участник этой выставки, я могу утверждать, что оснований для подобного обвинения не было. Нужно обязательно учитывать место и форму высказывания.

Художник использовал строго отведенное ему место в пространстве выставочного зала, в пространстве светском, более того, в пространстве, в данном случае отведенном для художественных акций. Художник не вторгался в пространство церкви и не совершал там святотатства. Он использовал достаточно резкие, но привычные для современного художественного языка формы высказывания.

Современное искусство имеет очень сложные контуры и специфический язык, средствами которого художник дает оценку окружающей жизни, утверждает ту или иную гражданскую или эстетическую позицию или выражает протест против тех явлений, которые ему кажутся опасными для общества или ущемляют его личные права и свободы. Все, что происходит в выставочном зале, будь то демонстрация картин, объектов или акций, подлежит строгому профессиональному и общественному суду в средствах массовой информации и в специализированных журналах, но не судебному разбирательству.

В противном случае можно было бы посмертно привлечь к судебной ответственности за оскорбление чувств верующих и разжигание национальной розни очень многих классиков русской культуры: в первую очередь Достоевского за его "Дневники", Пушкина за «Гаврилиаду», художника Маковского за «Крестный ход» и «Чаепитие в Мытищах", Мусоргского за оскорбительное изображение монахов, Лермонтова и Врубеля за сатанизм, Леонида Андреева, Помяловского и т.д., а Маяковского с его «пощечиной общественному вкусу» привлечь к ответственности за хулиганство (этот список можно продолжать и продолжать). Слава богу, подобных прецедентов не было.

Однако многие средства массовой информации уже бьют тревогу, указывая на возникновение признаков агрессивного религиозного фундаментализма в нашей стране и не только мусульманского. Всем памятна недавняя акция сожжения книг, произведенная некоторыми служителями церкви на Урале. Пустующую со времен перестройки нишу репрессивной идеологии пытаются захватить силы, имеющие малое отношение к христианству, хотя и выступающие от его лица. Между тем, церковь отделена от государства.

То, что происходит вокруг имени Тер-Оганьяна, больше походит на репрессивную акцию против человека, не признающего авторитета церкви и ее идеологического давления на светскую сферу жизни. Между тем художник Тер-Оганьян вырос в советское время и воспитан в условиях всеобщего атеизма. Он имеет право оставаться атеистом, и как художник имеет право высказываться, имеет право на формальный поиск для своих высказываний.

Активное желание вынести обсуждение художественной акции в залы суда вызывает очень большое опасение общественности.

Суд над писателями Синявским и Даниэлем в середине 60-х годов стал началом времени расправы над инакомыслием.

Я опасаюсь, как бы нам опять не наступить на те же грабли. С уважением,

Борис Орлов, член профсоюза художников

5.03.99.

 

В марте-апреле по электронным адресам друзей Авдея пришло около 30 писем от европейских, американских и южно-африканских галеристов, художников, студентов - находятся в переводе.

Письма в поддержку Тер-Оганьяна на адрес суда подписали также:

Олег Кулик, художник; Федор Ромер, арт-критик журнала «Итоги»; Евгения Кикодзе, художественный критик; Андрей Ковалев, кандидат искусствоведения, член Ассоциации искусствоведов; Вадим Кругликов, корреспондент программы «Времечко»; Юрий Шабельников, художник; Михаил Миндлин, искусствовед; Лариса Кашук, кандидат искусствоведения, член Союза Художников и Ассоциации искусствоведов; Игорь Макаревич, художник; Елена Елагина, художник; Лев Рубинштейн, писатель, обозреватель журнала «Итоги», член Пэн-клуба, член СП; Екатерина Бобринская, кандидат искусствоведения, ст. Научный сотрудник государственного института искусствознания; Анна Бражкина, выпускающий редактор Агентства социальной информации; Игорь Сид, поэт, председатель «Крымского клуба"; Александр Шабуров, художник; Дмитрий Бавильский, искусствовед, корреспондент газеты «Культура», Дмитрий Кузьмин, главный редактор «Литературной жизни Москвы»; Данила Давыдов, председатель Союза молодых литераторов «Вавилон»; Алина Витухновская, поэт.

 

ПРОКУРАТУРА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, ПРОКУРАТУРА г. МОСКВЫ

В порядке ст. ... УПК РСФСР направляются заявления Левинсона Л.С. и Москалевых О.Б. и В.Ф. для приобщения к материалам уголовного дела № 202275 по обвинению Тер-Оганьяна А.С. по ст. 282 ч. 1 УК РФ по факту противоправных действий 04.12.98 г. на выставке работ современных художников "АРТ-манеж" (осквернение православных икон).

Приложение: заявления на 4 листах.

Начальник отдела по надзору за исполнением законов о федеральной безопасности и межнациональных отношениях

 

В ДЕЛО ХУДОЖНИКА, РАЗЖИГАЮЩЕГО РЕЛИГИОЗНУЮ РОЗНЬ, ВКЛЮЧИЛИСЬ ПРАВОЗАЩИТНИКИ

МОСКВА, 18 марта. Впервые в истории российского судопроизводства возбуждено уголовное дело о разжигании религиозной вражды по ст. 282 ч.1 УК РФ (наказание - тюремное заключение сроком до четырех лет). Две недели назад обвинение предъявлено Авдею Тер-Оганьяну, художественному руководителю галереи "Вперед". Напомним, что 4 декабря на открытии выставки "Арт-Манеж-98" Тер-Оганьян разрубил около десятка православных икон фабричного изготовления, не имеющих художественной ценности. Суть акции заключалась в том, что посетителям выставки предлагалось несколько распространенных способов богохульства над святынями. Коллекция жестов богохульства, использовавшихся в искусстве разных времен и народов (от переворачивания икон вверх ногами до их разрубания и сжигания), была ранее представлена Тер-Оганьяном в Черногории на Биеннале художников стран Восточной Европы "Новая икона" (проект "Десять способов богохульства"). Черногорские монахи разгромили стенд Тер-Оганьяна, он сам был предан анафеме, но светские власти не стали применять по отношению к художнику никаких санкций.

Тер-Оганьян представляет леворадикальное крыло современного искусства и практикует в жанре художественной провокации более 10 лет. Его работы хранятся в Государственном Русском музее и Государственной коллекции современного искусства. Начав с общесоциальных тем (алкоголизм: акция "Море водки"; бездомность: акция "Милосердие", одиночество: акция "По направлению к объекту"), Тер-Оганьян в последние годы занят по преимуществу шутовскими "играми с властями". Художественными средствами он пытается обратить внимание людей на репрессивный характер деятельности конкретных социальных групп, претендующих на "отеческую" позицию по отношению к "простым людям". Чиновники - "отцы народа", поэты и художники - "властители умов", "мертвые лидеры" вроде большевистских вождей - основные герои его акций. Наиболее опасным противником гражданских свобод художник считает радикально настроенные круги Русской Православной Церкви. В Московской городской прокуратуре более трех месяцев с помощью трех групп экспертов, в которые входили художники, социологи и религиозные деятели, пытались разобраться в сути происходящего. Тем временем возмущенные церковники в нескольких московских приходах собирали подписи под открытым письмом верующих, требующих суда над художником-богохульником. В национально-патриотической прессе развернулась широкая пропагандистская кампания. На днях дело будет передано в Хамовнический суд. Около месяца назад в процесс включились правозащитники. В дело Тер-Оганьяна введен второй адвокат - Галина Крылова, член Московской коллегии адвокатов, известная многолетней успешной деятельностью по защите свободы совести. На прошлой неделе от имени ответственного секретаря Общественного комитета по защите свободы совести Льва Левинсона в московскую прокуратуру было направлено заявление с просьбой в соответствии со статьей 110 УПК РСФСР выявить лиц, виновных в разжигании межрелигиозной розни в ряде средствах массовой информации (газеты "Завтра", "Татьянин день", "Радонеж", телепередача "Русский дом" и др). В апреле правозащитники планируют провести пресс-конференцию, о готовности участвовать в которой заявили Валентин Гефтер (директор Института прав человека), Андрей Ерофеев (директор Коллекции современного искусства музея-заповедника "Царицыно"), Михаил Бодэ (заместитель главного редактора газеты "Коммерсант"), Анатолий Осмоловский (главный редактор журнала "Радек"). В правоохранительные органы письма в защиту свободы совести и самовыражения направили известные либеральные деятели культуры - Дмитрий Александрович Пригов, Алина Витухновская, кураторы московских литературно-художественных салонов и т.д.

Агентство социальной информации

 

ИСПОЛНЯЮЩЕМУ ОБЯЗАННОСТИ ГЕНЕРАЛЬНОГО ПРОКУРОРА РФ Ю.Я.Чайке

Уважаемый Юрий Яковлевич!

В связи с завершением рассмотрения уголовного дела, возбужденного Хамовническим межрайонным прокурором г. Москвы по ст. 282, ч. 1 УК РФ по факту художественной акции на выставке Арт-Манеж (проект А.Тер-Оганьяна "Юный безбожник"), Комитет защиты свободы совести считает необходимым обратиться к Вам со следующим заявлением.

Не вдаваясь в оценку художественной и идеологической сторон совершенных действий (поскольку это не является задачей правоохранительных органов), мы рассматриваем возбуждение уголовного дела по факту "богохульства" и позицию прокуратуры г. Москвы, расследовавшей дело с обвинительным уклоном в отношении автора проекта, крайне опасным прецедентом.

Если даже большинство граждан не поддерживает действия и позицию А.Тер-Оганьяна, это не может являться основанием для его уголовного преследования.

Статья 28 Конституции Российской Федерации однозначно утверждает право свободно распространять как религиозные, так и иные убеждения (то есть в том числе и антирелигиозные), и действовать в соответствии с ними. Таким образом, конституционно защищены как активная религиозная, так и активная атеистическая (антирелигиозная) виды деятельности.

Статьей 44 Конституции РФ каждому гарантируется свобода художественного и других видов творчества. Согласно статье 14 Конституции РФ, отнесенной к основам конституционного строя государства, в Российской Федерации признается идеологическое многообразие, никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной.

Следовательно, государство не вправе отдавать предпочтение какой-либо религиозной или антирелигиозной идеологии, тем более принимать участие в защите религиозных ценностей, символов, атрибутов как таковых.

В то же время в России не допускаются пропаганда или агитация, возбуждающие социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду. Запрещается пропаганда социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства (статья 29 Конституции РФ). На данном конституционном ограничении базируется статья 282 УК РФ, квалифицирующая как преступные соответствующие действия.

Очевидно, что дело А.Тер-Оганьяна должно быть рассмотрено в контексте вышеизложенных конституционных норм, на основе базовых позиций российского уголовного законодательства, с учетом того, что органы прокуратуры и суд не имеют практического опыта применения статьи 282 УК РФ в части разжигания религиозной вражды.

Уголовное преследование А.Тер-Оганьяна по статье 282 УК РФ абсурдно. Оно равнозначно тому, как если бы за разжигание национальной вражды возбуждались уголовные дела против евреев, праздновавших Хануку на территории Кремля (что разожгло к ним национальную вражду), или привлекались бы к уголовной ответственности "новые русские", прожигающие деньги в ресторанах и казино и тем самым разжигающие социальную вражду в то время, как народ голодает.

Очевидно, что законодатель вкладывал в статью 282 УК РФ иное содержание: ответственность предполагается за "призывы к топору" в отношении богатых, инородцев и иноверцев, а не за самый факт существования последних, самый вид которых возбуждает у тех или иных групп населения вражду и ненависть.

Акция А.Тер-Оганьяна, конечно, может вызывать неприятие и рассматриваться верующими как оскорбление. Таким же оскорблением для христиан являются "Гаврилиада" и многие другие "безбожные" стихи Пушкина, "Антихрист" Ницше, "кощунственное" описание православной литургии в "Воскресении" Толстого, стихи Маяковского. В современной культуре можно привести массу других аналогов и, следовательно, поводов привлечь к ответственности ныне живущих писателей, художников, режиссеров. Однако Россия - светское государство и не может вступать на путь религиозного фундаментализма.

Преследования А.Тер-Оганьяна сами становятся по существу разжиганием религиозной вражды в отношении человека, чьи действия были направлены против символов и идей, но не против личности, и не разжигали погромных настроений.

Федеральный закон "О свободе совести и религиозных объединениях" предупреждает такие вопросы, запрещая проведение публичных мероприятий, размещение текстов и изображений, оскорбляющих религиозные чувства граждан, лишь вблизи объектов религиозного почитания (статья 3, часть 6), каковым выставочный зал "Манеж" не является.

Кампания, организованная против акции "Юный безбожник" не должна помешать взвешенным и правовым решениям правоохранительных органов. Нельзя допустить ошибочного применения норм закона в угоду политическому заказу. Нельзя делать из Авдея Тер-Оганьяна. Салмана Рушди.

священник Глеб Якунин председатель Комитета защиты свободы совести

 

ВЫПИСКА ИЗ ПРОТОКОЛА ЗАСЕДАНИЯ ПРАВЛЕНИЯ КОМИТЕТА ЗА ГРАЖДАНСКИЕ ПРАВА № 21 ОТ 10 апреля 1999 года

Общественная региональная правозащитная организация зарегистрирована Управлением Юстиции г. Москвы 19 марта 1997года (свидетельство о регистрации №7362)

Адрес для писем: 127562 , г. Москва, ул. Санникова 7 -21. Адрес приемной: 129224 , г. Москва, пр-д Шокальского, д.61 к1

Председатель - Бабушкин А.В., член Палаты по правам человека

Присутствовали : члены правления по списку, всего - 18 чел.

Слушали : О выдвижении ЕРОФЕЕВА АНДРЕЯ ВИКТОРОВИЧА в порядке ст. 47 УПК РСФСР общественным защитником обвиняемого

по ст. 282 УК РФ АВДЕЯ СТЕПАНОВИЧА ТЕР- ОГАНЬЯНА

Выступили : Левинсон Лев Семенович , Савушкин Андрей Андреевич, Жуков Игорь Игоревич, Брыгин Юрий Иванович

Постановили: 1.1. В порядке ст. 250 УПК РСФСР выдвинуть ЕРОФЕЕВА АНДРЕЯ ВИКТОРОВИЧА общественным защитником АВДЕЯ СТЕПАНОВИЧА ТЕР- ОГАНЬЯНА.

1.2. Направить выписку из протокола о выдвижении общественного защитника в суд и другим заинтересованным лицам и организациям.

Председатель- Бабушкин А.В. Секретарь - Меньшиков М. В.

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ ЭКСПЕРТА

Москва 16 апреля 1999

Эксперт Бакштейн И.М., кандидат философских наук, директор Института Современного Искусства.

В связи с обращением адвоката Г.А.Крыловой по материалам уголовного дела № 202275 мною был проведена следующая экспертиза.

Мне были предложен к рассмотрению вопрос, адресованный следователем по особо важным делам прокураторы г. Москвы Ю.Ю.Крыловым эксперту А.И.Морозову:

Можно ли действия по разрубанию икон отнести к какому-либо направлению в современном искусстве, если да, то к какому?

На данный вопрос я могу ответить следующим образом.

Во-первых, я хочу констатировать, что с моей точки зрения Авдей Тер-Оганьян - является профессиональным художником. Эту точку зрения разделяют большинство специалистов по современному искусству, как в нашей стране, так и за рубежом.

Во-вторых, действия Тер-Оганьяна по разрубанию полиграфических копий икон, совершенные в рамках выставки-ярмарки Арт-Манеж, явились примером искусства перформанса и имели художественный и только художественный умысел, и, напротив, не имели умысла оскорбить чувства православных верующих.

В-третьих, искусство перформанса имеет долгую историю, как в русском искусстве - начиная с русского футуризма (Маяковский. Бурлюк), так и в Западном искусстве, начиная с дадаистов и фовистов, вплоть до знаменитого венского акционизма 60-х (Нитш, Брюс, Шварцкоглер), представители которого явились инициаторами либеральных преобразований в европейском обществе. Многие акции художников этой традиции носили достаточно радикальный характер, полемизировали с общественным мнением того времени, провоцировали чувство протеста. Часто в этом своем радикальном качестве акционисты являлись предтечами революционных движений.

В-четвертых, карнавализованная полемика с господствующей церковной иерархией, радикальная критика, обличение ее имеют корни в отечественной религиозной истории, в традиции скоморошества и юродства. Герой романа Достоевского "Подросток" в припадке ярости разбивает икону и писатель расценивает этот жест не как акт осквернения, а как выражение религиозных исканий героя.

В православной монашеской традиции известен феномен ...(текст испорчен)..., когда молящегося одолевают "брани" и он становится способен на действия в обычной жизни квалифицируемые как осквернение священных предметов, вплоть до "хулы на Имя Божие".

Мне представляется, что для адекватной оценки действий Тер-Оганьяна следует их рассматривать во всех вышеописанных контекстах.

 

В ХАМОВНИЧЕСКИЙ СУД

По делу Тер-Оганьяна

Художник, затрагивающий в своем творчестве социо-культурную проблематику, всегда вступает в конфронтацию со стереотипами, культивируемыми общественным сознанием. Тем более художник, обращающийся к концептуалистским, акционистским практикам, широко применяемым в современном авангардном искусстве. Это отнюдь не означает его социальную опасность. Скорее напротив. Он стремится к расширению интеллектуального опыта, что само по себе - благо для общества.

Что касается А.Тер-Оганьяна, на мой взгляд, необходимо исходить из факта его признания профессиональным художником-акционистом и в силу этого относиться к его художественным акциям, как к чисто артистическим жестам, никоим образом не направленным на оскорбление чьего бы то ни было религиозного чувства, и рассматривать их в аспекте художественной концепции, не более.

Не допускаю мысли о намерении А. Тер-Оганьяна разрушить произведение искусства, памятник или объект духовной культуры, а тем более - оскорбить верующего. Как мне представляется, акция художника на вернисаже московской художественной ярмарки "Арт-Манеж 98" была инспирирована реакцией на отрадный сам по себе процесс реставрации церковных институтов, но иногда приобретающий звучание официозной кампании, сопровождающейся спекулятивным привлечением денежных средств.

В контексте художественной ярмарки - мероприятия в преломлении художественного сознания неоднозначного ("торговля высоким искусством") - радикалистский художественный жест А.Тер-Оганьяна понятен. Сказанное не означает оценки качества самого художественного жеста, однако подобный подход исключает предположение о злонамеренности художника. Зрительская аудитория, присутствующая на вернисаже - специфической форме выставочной практики, – изначально включена в пространство художественных конвенций, и поэтому подготовлена к восприятию артистического послания даже в форме "агрессивной" акции.

Трактовка акции А. Тер-Оганьяна на открытии Московской художественной ярмарки Арт-Манеж 99 как действия разжигающего религиозную рознь мне представляется притянутой, надуманной. Художника следует судить только судом художественной критики.

Л.А. Баженов

искусствовед, член комиссии по искусству архитектуре и дизайну, совета по культуре при Президенте Российской Федерации, художественный руководитель Государственного центра современного искусства.

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ ЭКСПЕРТА

Москва 15 апреля 1999

Эксперт Ерофеев А.В., кандидат искусствоведения, заведующий сектором новейших течений музея-заповедника "Царицыно", куратор Государственной коллекции современного искусства. В связи с обращением адвоката Г.А. Крыловой по материалам уголовного дела №202275 мною была проведена следующая экспертиза.

Мне были предложены к рассмотрению вопросы, адресованные следователем по особо важным делам прокуратуры г.Москвы Ю.Ю. Крыловым эксперту А.И.Морозову:

Можно ли действия по разрубанию икон отнести к какому-либо направлению в современном искусстве, если да, то к какому?

Можно ли эти действия отнести к современному авангардизму, если да, то почему?

Изучив текстовые и фотодокументы акции "Поп-арт", проведенной художником А.С.Тер-Оганьяном в декабре 1998 в Центральном выставочном зале "Манеж" в рамках выставки современного российского искусства "Арт-Манеж", а также экспертное заключение А.И.Морозова, прихожу к следующим выводам.

По первому вопросу:

Акция А.С.Тер-Оганьяна имеет самое непосредственное отношение к современному искусству. Она принадлежит к жанру "перформанс" и является типичным проявлением отечественного авангарда 1980-90-х годов: направления "московского акционизма".

В жанре "перформанса" произведением искусства является не предмет, а представление, спектакль - цепь осмысленных действий, исполняемых художником перед зрителями по объявленному сценарию. Действие в "перформансе" - это театр одного актера, когда художник выступает одновременно в роли автора сценария, режиссера и исполнителя. Оно происходит не на сцене, а в пространстве выставочного зала или галереи, но в остальном мало отличается от обычного театрального представления. Как и актер, перформансист играет, то есть миметически воспроизводит, имитирует некую реальную ситуацию. Он оперирует не вещами, а их подобиями, "театральным реквизитом".

Со всей очевидностью акция А.С. Тер-Оганьяна имеет все признаки "перформанса" - представления. Ее сценарий был объявлен на этикетке и строго исполнен автором-актером. Место реальных икон заняли их копии, фоторепродукции. Условность "иконоборческого" жеста была подчеркнута тем, что действие осуществлялось не в православном храме и не в музейной экспозиции, а в выставочном зале.

Конечно, неискушенный зритель мог бы воспринять акцию А.С.Тер-Оганьяна буквально и обозвать увиденное "разрубанием икон". С тем же успехом он мог бы объявить создателей фильма "Титаник" организаторами массового утопления людей, а любимых героев из "Двенадцать мгновений весны" - фашистами. Игнорирование условной природы искусства никак не позволительно ни для следователя "по особо важным делам", ни тем более для А.И.Морозова - президента российской секции международной ассоциации художественных критиков.

Ясно, что акция А.С.Тер-Оганьяна имела своим сюжетом пресловутое "разрубание икон", которому в XX веке - на почти всем его протяжении - предавалась значительная часть русско-советского общества, в том числе и бывший секретарь парткома А.И.Морозов.

В рамках "московского акционизма" акция А.С.Тер-Оганьяна - далеко не единственное обращение к религиозным культам и атрибутам. Олег Кулик проводил в огромном аквариуме акцию "крещение рыб", а на Даниловском рынке осуществлял "проповедь торговцам", Александр Бренер проводил повторное "осквернение" места, на котором располагался взорванный храм Христа Спасителя. Вполне допускаю, что эти художественные работы могут не нравится какой-то части зрителей. Но кто постановил, что искусство всем должно нравиться? Эти акции, включая и акции А.С.Тер-Оганьяна, были отмечены критикой, задокументированы, фотографии с них - проданы коллекционерам и подарены музеям, опубликованы в каталогах.

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ ЭКСПЕРТА

г. Москва. 16.04.1999

Эксперт Мизиано В.А., кандидат искусствознания, главный редактор "Художественного журнала". В соответствии с обращением адвоката г-жи Крыловой Г.А. по материалам дела №202275 мною была сделана следующая экспертиза.

На разрешение эксперта были поставлены следующие вопросы.

1. Могут ли действия А. Тер-Оганьяна по разрубанию икон быть причислены к какому-либо направлению в современном искусстве, если да, то по каким признакам?

2. Могут ли действия А. Тер-Оганьяна быть причислены к авангардизму, если да, то почему?

3. Могут ли действия А. Тер-Оганьяна вызвать неприязнь или чувство ненависти к образу жизни, культуре, традициям, религиозным обрядам граждан исповедующих православие?

4. Выражают ли действия А. Тер-Оганяна подрыв доверия и уважения к религиозному вероисповеданию?

5. Показывают ли они неполноценность граждан по признакам их отношения к православной вере"

Изучив документы связанные с действиями А. Тер-Оганьяна в Центральном выставочном зале "Манеж" прихожу к следующему заключению.

По первому вопросу.

Действия Авдея Тер-Оганьяна следует рассматривать в контексте широкого круга художественных явлений, направлений и тенденций в искусстве XX века, общей результирующей которых является стремление отказаться от традиционных станковых форм (живопись, скульптура и графика) и освоить формы конкретного действия в реальном социальном пространстве. Подобные формы, восходящие к искусству начала XX века, получили окончательное оформление и особую популярность в мировой художественной практике начиная с 60-х годов и к настоящему моменту они выкристаллизовались в разветвленную систему самостоятельных художественных жанров и видов ("перформансы", "хэппиненги", "акции", "интеракции" и т.п.). В отечественном искусстве к подобным формам художники начали обращаться с середины 70-х (хотя предтечами здесь могут рассматриваться и действия русских футуристов начала XX века - В. Маяковский, М. Ларионов, Д. Бурлюк и др.): речь идет о таких явлениях как группы "Гнездо", "Мухоморы" и "S/Z", как творчество В. Комара и А Меламида, Н. Абалаковой и Жигалова, Р. и В. Герловиных и др. Наиболее непосредственное отношение творческая деятельность А. Тер-Оганяна имеет к современному ему т. н. "московскому акционизму", художественному направлению, возникшему в отечественном искусстве в середине 90-х годов. Родоначальниками и наиболее крупными представителями этого направления являются художники Олег Кулик и Александр Бренер, а их творчеству с самого начала было присуще обращение к прямому действию в общественных местах, обладающему провокационным характером. Практика "Московского акционизма" уже не один год находится в центре внимания средств массовой информации и художественной критики как в России, так и за рубежом.

Вывод. Да, действия А. Тер-Оганяна могут быть связаны с широким сектором практик современного искусства, с его вполне определенными видами и жанрами ("акция" и "перформанс"), а также в них можно усмотреть связь с художественным направлением "московского акционизма".

По второму вопросу.

Безусловно, творческая деятельность А. Тер-Оганяна имеет прямое отношение к авангардной традиции в искусстве XX века.

Во-первых, на причастность к этой традиции указывает творческий путь этого художника. Так, первый (ранний) период творчества Тер-Оганьяна (подпадающий под определение "цитатного" или "апроприационного") предполагал прямое воспроизведение им наиболее известных авангардных произведений ("Автопортрета" Пабло Пикассо, "Банка" Энди Уорхола и т.д.).

Во-вторых, на причастность к авангардной традиции указывает как раз провокационный характер последнего творчества А. Тер-Оганьяна.

Ведь еще основатели художественного авангарда, такие как Владимир Маяковский, отождествляли его с "пощечиной общественному вкусу". Попытка опровергнуть устоявшиеся представления, нарушить эстетические и моральные конвенции, заставить зрителя засомневаться в оправданности привычного ему жизненного уклада - все это неизменные признаки авангардистской эстетики. Вот почему общественный скандал неизменно, уже почти столетие (а если начинать историю современного искусства с французского импрессионизма, то тогда уже и полтора столетия) неизменно сопровождает действия современных художников.

Вывод. Да, действия А. Тер-Оганяна имеют непосредственное отношение к авангардной художественной традиции XX века.

По третьему вопросу.

Об абсолютной непричастности действий Тер-Оганьяна к попыткам спровоцировать ненависть или неприязнь к религиозным обрядам, культуре и традициями верующих свидетельствует сама его акция, ее внутренняя логика и смысл. Для того, чтобы присущий его действиям элемент провокации оказался действенным, акция его должна была исходить из того, что посетитель выставочного центра "Манеж" не мог не воспринимать предлагаемое ему поругание иконописных изображений как нечто кощунственное. Более того акция предполагала, что чувство внутреннего протеста не будет оставлять зрителя весь период его контакта с действиями художника. Ведь если бы посетитель проникался бы "чувством ненависти или неприязни" к атрибутам церковной литургии, то закономерно он бы и не испытывал чувства протеста, а следовательно работа теряла бы провокационное воздействие. Знаменательна и та нарочито незначительная денежная компенсация, которая, согласно акции А Тер-Оганяна, как бы гарантировалась посетителям, готовым совершить один из возможных жестов поругания иконописных изображений. Речь ведь идет о нарочито комическом эффекте, ведь таким образом подчеркивается явная неадекватность того усилия, которое необходимо совершить для совершения святотатства с объемом и сугубо материальным характером обещанной компенсации. Иными словами, эта работа, основанная на шок-эффекте, как раз и рассчитана была на то, что современному культурному человеку (посетителю художественных выставок) непременно и неискоренимо присуще чувство уважения к религиозной традиции и обрядам.

Вывод. Действия А. Тер-Оганьяна не нацелены были на то, что бы вызвать неприязнь или чувство ненависти к образу жизни, культуре, традициям, религиозным обрядам граждан, исповедующих православие.

По четвертому вопросу.

Сатирические образы священнослужителей, богохульное вольнодумство, полемика с религиозным мракобесием, воинствующий атеизм и т.д. и т.п. - все это было темой, содержанием и предметом изображения самых разных художественных и литературных произведений от эпохи Ренессанса и Просвещения до живописи "Передвижников" и позднее. Реальный же предмет интереса Тер-Оганьяна совершенно иной - его интересует внутренняя специфика феномена искусства в современном обществе, выявление границ художественной сферы от остальных областей общественной и культурной жизни. Этим целям и служит, созданная художником парадоксальная и провокационная ситуация - низкокачественные репродукции он вывешивает в самом престижном художественном зале столицы; предметы религиозного культа он предлагает подвергнуть профанации; он выставляет на коммерческой ярмарке произведения не с тем, что бы их продать, а наоборот, готов дать деньги, чтобы их кто-то разрушил. Художник пытался таким образом резко заострить понимание автономии искусства, определить искусство как сферу независимой творческой свободы - свободы как от любой (светской или духовной) идеологии, так и от рынка. Ведь именно художник может сделать низкопробную дешевую репродукцию фактом экспонирования, именно художник может пойти наперекор законам рынка, именно художник на территории искусства может сделать нечто, что в другом контексте (в церкви, например) может рассматриваться как богохульство. Тот факт, что его действия начинают восприниматься как "подрыв доверия и уважения к религиозному вероисповеданию" означает, что недооцененной оказывается присущая акции Тер-Оганяна "эстетическая условность". Однако пренебрежение феноменом эстетической условности может привести к тому, что любая батальная сцена (в живописи или кинематографе) может рассматриваться как призыв к насилию, а любое изображение обнаженного тела как - порнография и непристойность.

Вывод. Действия А. Тер-Оганяна не рассчитаны были на подрыв доверия и уважения к религиозному вероисповеданию. Они не показывали неполноценность граждан по признакам их отношения к православной вере.

Эксперт Мизиано В.А.

 

В ХАМОВНИЧЕСКИЙ НАРОДНЫЙ СУД

по делу Авдея Тер-Оганьяна Вопросы и ответы:

1. можно ли действия Тер-Оганьяна "по разбитию икон" отнести к какому-либо направлению современного искусства? Если "да", то к какому именно?.

В современном искусстве, уже начиная с 70-80 гг., нет "направлений" (представления о них и раньше были условными), и каждый мастер олицетворяет свое собственное "направление". Под современным искусством мы понимаем всю совокупность художественной деятельности людей на сегодня. И она, как никогда, разная, соответствуя плюрализму вкусов: кто снимает видеофильмы, кто ходит на концерты поп-музыки и там танцует, кто рисует пейзажи с коровками у речки, кто стремится создавать некие пространственные "объекты" или утверждать себя в пространстве подобием неких "акций-действий". Последнее, видимо, имеет отношение и к "делу" (не в судебном понимании, а эстетическом) г. Тер-Оганьяна. Таким образом, творчество мастера имеет отношение не к какому-то там направлению, а ко всему современному искусству; он один, лучший или нет, ныне не обсуждается, - его герой.

Так вот. Известный представитель московской школы радикального искусства, чьи произведения хранятся во многих государственных и частных собраниях, представил минимальному кругу людей в стенах выставочного зала свой экспериментальный мини-спектакль на тему, получившую в судебных инстанциях название "Дело о разбитии икон" (отметим, что у самого автора этого театрализованного действия названия не имелось). Для своего условно - театрализованного действия "одного актера" Тер-Оганьян избрал маленькую площадку, им понимаемую подобно сцене, у стенда на выставке современного искусства. Художник, как актер (в духе некогда модных перформансов, а сам термин "перформанс" и значит представление), хотел показать избранному кругу своих друзей и почитателей какой шок может испытать человек-зритель, если увидит непривычное ему ныне отношение к объектам религиозного культа. Это ему напомнит то, что должна была почувствовать вся страна в 1920-1950 годы, когда взрывали храмы, расстреливали священников, уничтожали народные святыни (все это каждый день теперь показывают по TV). Участники этих изуверств, как известно, никакого наказания не понесли, многие из них живы и даже не покаялись. Действия художника имели аллегорическо-символический характер "притчи-предупреждения", что такого ныне нам уже не нужно, что такое стыдно и морально нехорошо; это был иносказательный урок для государственных мужей: так больше делать не надо. Возможно, он, этот наглядный урок по обществоведению, явился - с художественной точки зрения - несовершенным. Другой бы автор поставил, быть может, оперу или балет "Нарушение и восстановление храмов в России" в Большом театре. Но художник Тер-Оганьян - не так богат.

Судить же о художественности "его дела" трудно. Слов нет, само современное искусство несколько несовершенно (не только у нас), а кроме того "мини-спектакль" г.Tep-Оганьяна видело воочию малое число людей и доверять их пересказам увиденного нелепо также, как верить ребенку, что Отелло "взаправду" удушил Дездемону.

Средства СМИ создали, как им полагается, свою леденящую, как хроника убийств, историю. Эти псевдокомментаторы на самом деле сами ничего не видели и ничего, как обычно, и не знают. Тем не менее они создали то, о чем мечтает каждый художник, а именно: элитный мастер стал известен массам. И им, наконец-то, стало интересно: так что же, опять начинают преследовать художников? значит, правильно поговаривают, что прошлое возвращается... и как трагедия, и как фарс одновременно?

Понятно, как поговаривал старик Гегель, что чужие уроки не учат; тем не менее, вспомним, ведь были же когда-то суды над Бодлером и Курбе - лидерами современного искусства XIX столетия. Книги стихов Бодлера теперь печатают миллионными тиражами, а картины Курбе висят в Лувре... Подобные суды, как правило, судят сами себя и являются знаком неблагополучия в обществе. К истории искусства они имеют мало отношения, хотя для истории нравов XIX века они были и остаются поистине показательны.

2. Можно ли отнести действия А.Тер-Оганьяна к современному авангардизму? Если "да", то почему?

Собственно, перед нами тот же вопрос №1, только вместо "современного искусства" теперь речь идет о "современном авангардизме". Было бы интересно провести за счет спонсоров международную конференцию на эту тему. Конечно, ответ был бы "да". Почему? Да, потому, что мастер пользовался нетрадиционными способами выражения своих представлений Таких как он "акционистов" в мире полным-полно. Просто-напросто о них в Москве знали единицы, теперь же знает вся страна.

Профессор, доктор искусствознания В. С. Турчин

 

ЗАЯВЛЕНИЕ ДВИЖЕНИЯ «НОВЫЕ ЛЕВЫЕ»

На днях в Хамовническом межмуниципальном суде г.Москвы будет рассматриваться дело Авдея Тер-Оганьяна, известного московского художника-авангардиста, по обвинению в разжигании межконфессиональной розни. Это дело было возбуждено после проведенной Тер-Оганьяном художественной акции, в ходе которой было публично уничтожено несколько икон, не представляющих художественной ценности. Обвинение это абсурдно, поскольку Тер-Оганьян не представлял никакой иной конфессии, отношения которой с Русской Православной Церковью могли бы ухудшиться в результате его акции. Поэтому приходится предположить, что за преследованием Тер-Оганьяна скрывается что-то другое — в частности, стремление РПЦ любыми средствами подавить голоса своих оппонентов. Желание Русской Православной Церкви диктовать свою волю в области искусства, культуры, образования, общественной жизни легко можно понять, но задачей государства, среди граждан которого значительную часть составляют и приверженцы других конфессий, и атеисты, — не потакать этому желанию, а ограничивать его. Высказать свое негативное отношение к церковной экспансии — точно такое же законное право гражданина, как и его право примкнуть к этой Церкви.

Современное искусство пользуется для своих целей широким арсеналом выразительных средств, многие из которых кажутся неспециалистам странными и неожиданными. Это остается делом самого искусства, искусство же — дело частное и добровольное, художник или писатель волен создавать произведение или не создавать, читатель или зритель вправе читать (смотреть) или не читать (не смотреть). Государственным и судебным инстанциям тут, вообще говоря, делать нечего. В то же время искусство может затрагивать болезненные социальные и культурные проблемы, привлекая к себе тем самым общественное внимание, — и тогда против него ополчаются те, кто считает, что единственно правильный взгляд на эти проблемы принадлежит им.

Авдей Тер-Оганьян в резкой художественной форме выразил свою позицию по поводу все усиливающегося влияния РПЦ на общественную и культурную жизнь нашей страны. Эта резкость вообще характерна для творчества Тер-Оганьяна, и столь же острыми были его прежние акции, посвященные внутренней жизни искусства, роли художника в обществе и другим проблемам. В то же время есть немало художников, выражающих другие точки зрения, — в частности, создающих православное искусство. Разбираться в том, чья художественная и идейная позиция вернее, — не дело для государства и суда.

Сегодня в России с различных политических трибун то и дело раздаются голоса, натравливающие один народ на другой. Генерал Макашов, губернатор Кондратенко и другие видные представители коммунистов, забыв об интернациональных корнях своей партии, выступают с недостойными выпадами в адрес еврейского народа, в Москве и не только в Москве не прекращается милицейская травля "лиц кавказской национальности", ведущаяся по прямому благословению столичного мэра Лужкова, центральная власть во главе с президентом Ельциным проявляет полную беспомощность, так и не удосужившись за все время своего правления обзавестись какой-либо концепцией национальной и религиозной политики. В этой обстановке объявлять источником вражды в обществе авангардное искусство — значит валить с больной головы на здоровую. Преследование художника за его творчество — тревожный симптом для всего общества. Движение "Новые левые", вставая в полном соответствии с традициями мирового социалистического движения на защиту прав личности, требует безоговорочного оправдания Авдея Тер-Оганьяна за отсутствием события преступления.

18.04.99

 

АНАТОЛИЙ ОСМОЛОВСКИЙ

1.

4 декабря 1998 года Авдей Тер-Оганьян был приглашен участвовать в некоммерческой части художественной ярмарки Арт-Манеж. Его идея заключалась в экспонировании репродукций православных икон, при чем в пародийной форме продавалось их «осквернение», т.е. на иконы за символическую плату наносились непристойные надписи и рисунки, и только после подобной процедуры они могли быть проданы. Через несколько часов функционирования экспозиции администрация выставочного зала ее закрыла! По прошествии нескольких дней было возбуждено уголовное дело по статье 282 часть 1 (разжигание межрелигиозной вражды). По этой статье не возбуждались уголовные дела уже 74 года. Авдею грозит тюремное заключение на срок до 4 лет. По распоряжению мэрии Москвы куратор выставки и директор выставочного зала были уволены. Такое развитие событий в современной России не случайно. Вот уже более пяти лет мэр Москвы Лужков видит свою миссию в возрождении православной религии. Громадные бюджетные деньги тратятся на восстановление всевозможных церквей и храмов. После разрушения и дискредитации коммунистической идеологической доктрины государственная власть нуждается в моральном и политическом оправдании своего существования. Редукция СССР до границ Российской Федерации заставляет искать эти основания в архаичном православии. Разрушение научного потенциала страны, ее культуры и образования — оборотная сторона возврата к «истокам». Безусловно, что в любой культуре любой страны и любой нации эксплицитно содержатся все исторические периоды ее развития. И в Западной Европе и в России под тонкой оболочкой современности скрывается религиозное мракобесие и пещерный феодализм. Не так уж много энергии нужно потратить, чтобы дать возможность реакционным силам определять культурный климат (определять и контролировать — это самое большое наслаждение для них). Но встает вопрос: мы действительно этого хотим? Возможно ли без ущерба для своего психического здоровья сочетать одновременно современные средства коммуникации и передвижения и религиозное мировоззрение? Разве компьютер, телевизор и самолет — это не сатанинское «наваждение»?

Более того, с очевидностью можно констатировать, что демократия, права человека и прочие «достижения» цивилизации — это не победа какого-то мифического более гуманного сообщества людей (популярная в архаичном сознании теория заговора), а результирующая перманентной борьбы двух сил: архаического традиционализма и современного прогрессизма. С распадом коммунистического прогрессистского противовеса не может быть никакого другого исхода кроме как деградации общества в феодализм. Западное общество столкнется с той же самой проблемой в ближайшие пять лет. В этом смысле акция Тер-Оганьяна как и все современное искусство — это единственный, слабый, но реальный и подлинный противовес реакции в современном российском дезориентированном обществе.

Не может вызывать ничего кроме отвращения отношение российской интеллигенции к перформансу Авдея Тер-Оганьяна. В очередной раз «совесть нации» продемонстрировала свой инфантилизм, безответственность и глупость. Люди, само существование которых было бы не возможно без современной культуры, «сдают» того человека, кто им дает возможность быть и мыслить.

Кретин! Я к тебе обращаюсь! Тот факт, что ты читаешь этот текст в Интернете и бьешь пальцами по клавиатуре — это заслуга Авдея и таких же как он «сатанистов».

Современное искусство — это квинтэссенция эвристического мышления, своеобразная лаборатория мысли. Позволю себе порассуждать о художественной ценности перформанса Тер-Оганьяна, так как за политическими страстями она была несколько отодвинута на задний план. Искусство Авдея всегда несло в себе значительный юмористический потенциал. Основной его метод — это редукция искусства до своих элементарных составляющих. «Осквернение» икон одна из центральных в программе Авдеевского анализа модернистского нонконформистского мышления. Для публики был продемонстрирован типичный авангардистский жест: совмещение «высокого» и «сакрального» (икон) и «низкого» и «непристойного» (матерных слов). Это «обнажение» приема не только делает видимым основную методологию авангардизма, но и содержит огромный юмористический эффект. Разве может быть какая либо другая реакция у культурного человека кроме смеха при виде того, как взрослый дядя с серьезным видом пишет «хуй» на иконе? Перформанс Тер-Оганьяна — это карикатура на авангардиста. Этот перформанс одновременно высмеивает авангардизм и солидаризируется с ним в своей беспомощности. Беспомощность, отсутствие перспективы и ясных целей, а отнюдь не героическая поза «осквернителя» были основными темами этой работы. На мой взгляд акция Тер-Оганьяна — это центральное событие художественной жизни Москвы в сезоне 1998 - 1999 года. В исторических хрониках перманентной борьбы культур акция Тер-Оганьяна займет свое достойное место. Потомки будут вспоминать ее со свойственными Авдею юмором и усмешкой.

2.

В силу этого, опасность уголовного преследования Авдея Тер-Оганьяна приобретает все более и более реальные очертания. 2 марта ему было предъявлено официальное обвинение. Такое развитие событий не может не завершиться судом. Необходимо прояснить несколько чисто социальных вопросов далеких от современной теории искусствоведения. Эти вопросы - азбука современного искусства и т.н. демократии. Незнание правильных ответов не даст возможности составить адекватное мнение об акции Тер-Оганьяна.

Итак, являются ли действия Авдея искусством? Да, безусловно являются.

1) Авдей Тер-Оганьян - один из известнейших московских художников, именно он есть первая "институция", которая задает параметры и свойства современного искусства. Не будет преувеличением процитировать в положительном смысле легендарную фразу американского минималиста Дональда Джада: "Все что художник назвал искусством, и есть искусство".

2) Так как акция проходила в рамках художественной ярмарки, то любое заранее оговоренное мероприятие с необходимостью становится искусством. Конечно, наиболее прогрессивные и передовые жанры современного искусства (например, уличный перформанс) стремятся выйти за пределы выставочных пространств, им совершенно не обязательна "санкция" кураторов и искусствоведов, но в данном случае мы имеем дело с традиционным эпатажным жестом авангардиста. В этом и заключался основной смысл работы Авдея - анализ и рефлексия на тему авангардистского эпатажа.

3) Эта акция не вызвала единогласного одобрения художественного сообщества, но значительная, самая прогрессивная ее часть, оценила акцию как интересную и удачную. Наличие разнообразных, порой противоположных мнений вполне понятно: разные кураторы и художники поддерживают отличные друг от друга эстетические ценности, многие боятся испортить свою "репутацию" и художественную "карьеру", а некоторые просто непроходимо глупы. Тот факт, что значительная часть художественного сообщества оценила акцию как ценную автоматически делает ее искусством.

Естественно, все эти аргументы ничего не говорят нам о том, является ли акция Авдея Тер-Оганьяна хорошим и безусловным искусством (я понимаю некоторую примитивность этого "термина", однако для простоты в данном случае можно воспользоваться и им). Но на этот вопрос вряд ли кто-то может точно ответить. Только время и логика развития искусства могут однозначно ответить на него. И уж во всяком случае, не суд компетентно решает эту проблему. Далее. Являются ли действия Авдея оскорблением чувств верующих? Этот вопрос, который и составляет собственно существо уголовного дела вообще, сформулирован не верно, так как различные религии определяют различные жесты как кощунственные. Какую религию выбирать в качестве норматива? Православие, мусульманство или католицизм? Тот факт, что в России самой массовой религией является православие, не отменяет возможного возмущения теми или иными действиями мусульман, буддистов, баптистов и др.

Вопрос надо формулировать иначе: может ли современное общество предоставить место для адекватного выражения чувств различным меньшинствам без ущерба для этого общества? Западные демократии одним из таких мест считают художественное пространство, которое, говоря словами Ю.Хабермаса, фокусирует в себе все "чуждое, зловещее, не прирученное, которое сопротивляется возможности быть ассимилированным уже понятым". Одна из несомненных позитивных задач любого государственного механизма - "разводить" неконвертируемые между собой мировоззрения, гармонизируя общество, давая шанс каждому. Это азы демократии. Как можно не понимать такой простой вещи? Пока действия человека остаются на территории языка (в данном случае - художественных образов), они не могут быть уголовно наказуемы. Более того, акция Авдея Тер-Оганьяна - это ничто иное как демонстрация... уважения к российскому обществу. Он считает, что живет в светском государстве (разве это не так?) и надеется, что его искусство может быть адекватно воспринято. Недавно я общался с одним "православным". Наверное, во всех моих текстах это слово надо брать в кавычки, так как ни капли христианского смирения в этих людях нет. Он вполне серьезно считает, что за подобные жесты надо просто убивать. Я думаю, большинство "православных" - того же мнения. Так кто же должен быть изолирован от общества? Авдей или этот "православный"?

3.

Акция Авдея Тер-Оганьяна сделала видимым целую идеологическую тенденцию нынешнего правительства. Что же происходит сейчас в стране "на самом деле"? Почему стало возможно это "дело"? И кто, в конце концов, за всем этим "стоит"? На самом деле, Россия быстрыми темпами идет к православному фундаментализму, можно было бы сказать к фашизму, если бы этот термин не был расхожим штампом. Репрессии в отношении баркашовского РНЕ или лимоновской НБП - это ничто иное, как устранение идеологических конкурентов. Государственную власть заботит не исходящая от этих карликовых организаций мифическая "фашистская" опасность. Больше всего эта власть желает сама определять границы национального и патриотического. Другими словами, власть хочет больше Власти. И в данном случае уже власти идеологической, а не материальной. Правительство Ельцина, Лужкова, Примакова и иже с ними само создает в стране условия для возникновения фашизма, феодального мракобесия и религиозного фундаментализма и сейчас не борются с ними, а пытаются сами максимально фашизироваться. Российская интеллигенция, которая должна была бы демонстрировать иное, "особое", культурное мнение бежит вприпрыжку за ними. "Демократия" и "экономические реформы" Ельцина и не могли завершиться ничем иным кроме тотального краха, потому что с самого начала весь его проект содержал в себе огромный заряд дореволюционной идеологизации. Сейчас на развалинах российской экономики у государственных чиновников не остается никакого другого инструмента давления кроме православных "ценностей".

Почему не платят зарплату учителям и работникам здравоохранения? Да потому, что многие сотни миллионов бюджетных долларов тратятся на постройку бессмысленных храмов и церквей. Интеллигенты! Когда ваши родственники, не дай бог, заболеют раком, вы обратитесь к врачу или пойдете молиться в Храм Христа Спасителя?

Ну и лично меня, как оголтелого "сатаниста", оскорбляет вид ХХС и сам факт существования православной церкви. В споре религии и науки я однозначно выбираю науку - это мои убеждения, и чем они хуже ваших?

4.

В завершении этих заметок хотелось бы попытаться применить действительно современные типы анализа современной власти. Нельзя же собственное теоретическое усилие в деле защиты Авдея Тер-Оганьяна целиком расходовать на вполне очевидные и понятные любому культурному человеку аргументы.

Конечно, нет никаких ни демократии, ни прав человека, ни науки, как нет и самого человека - все это мифы и представления XX века, которые в данный момент не наполнены никаким другим смыслом кроме профанного (или, если угодно, юридического). Все аргументы защиты, написанные мной - это всего лишь список банальностей, которые должны быть известны каждому современному человеку, и которые можно применять, защищаясь от мракобесия и откровенной глупости. Еще раз: что же происходит на самом деле?

Развитие культуры в XX веке проходило под прямым влиянием различных видов новых технологий коммуникации (всевозможные художественные "измы" были мыслительными моделями этих коммуникаций). Само понятие "человек", сформированное эпохой Просвещения, в XX веке достигло своего социального пика. Создание такой страны как СССР с плановой экономикой, общественной ценностью человеческого труда, равного распределения и т.д. было одной из вершин этого человеческого проекта. Не самая эффективная вершина, зато вполне человеческая. Однако новые коммуникации в недрах демократического общества смогли создать реальные политико-социально-технологические условия для реализации иного нечеловеческого проекта. Интернет, генная инженерия, клонирование, психостимуляторы, современное искусство, электронная музыка, свободная любовь и т.д. - это первые признаки этого проекта. Человечество медленно, но неуклонно идет к постчеловеческому существованию. Новый социальный порядок сметет не только прогнившую человеческую религию, но, что вполне вероятно, и основу основ капиталистического общества - частную собственность.

Необратимость и скорость этого движения еще долго будет давать рецидивы архаики. Страх перед неизвестностью будет питать реакционные силы. Причем, чем больше скорость - тем жестче традиционалистские силы выступят на авансцену истории. Вполне вероятно, что оборотной стороной европейского экономического объединения (введение единой евровалюты) является актуализация российского православия. Россия сейчас стала смысловой свалкой и отстойником. Мировые державы сбрасывают нам не отходы производства (для этого есть страны третьего мира), они сбрасывают нам свои собственные устаревшие смыслы. В метро на правах разрешенной и легальной рекламы красуются наклейки различных религиозных сект, АУМ Сенрике (или как там?) проникает в высшие эшелоны власти, дебилистическая секта Хаббарда - успешное коммерческое предприятие, по телевизору в официальных новостях вполне серьезно сообщают о каких-то там "слезах на иконе божьей матери" и проч. и проч. Вся эта помойка булькает в головах неискушенных и наивных российских зрителей и настаивается в хороший и крепкий противовес постчеловеческому западному обществу. К сожалению, никакое развитие не может происходить без активной оппозиции. Россия, собственно, и станет этой оппозицией в ближайшее время (лет через десять, когда наше атомное оружие окончательно устареет мы станем самыми желанными "партнерами"). Каково должно быть наше отношение к этому процессу? Если руководствоваться исключительно сиюминутными соображениями, то необходимо срочно поверить в бога и создавать "красивое и вечное" - это будет и проще и прибыльнее. Если же желать реально участвовать в историческом процессе - передвигать "предметы" в пространстве - то, нет сомнения, мы должны последовательно двигаться в сторону нового нечеловеческого социума, чего бы нам это не стоило.

Впрочем, этот "объективный" процесс всего лишь один из возможных вариантов. Многовариантность исторического развития может создавать впечатление отсутствия какого-либо движения в принципе. В данном случае не это важно, важно - ретрансляторами каких сил мы являемся? И насколько адекватно и четко мы эти силы ретранслируем? Для меня, как и для Авдея Тер-Оганьяна, этого вопроса не возникает. Нам это понятно. А вы понимаете, в чем вы принимаете участие и какую роль играете?

Опубликовано в «Русском журнале».

 

Пресс-конференция «СУД НАД СВОБОДОЙ СОВЕСТИ: ДЕЛО ХУДОЖНИКА АВДЕЯ ТЕР-ОГАНЬЯНА» 26.03.99

В пресс-конференции принимают участие:

ТЕР-ОГАНЬЯН АВДЕЙ СТЕПАНОВИЧ, художник; ЖЕЛЕЗНЯК МИХАИЛ ДМИТРИЕВИЧ, адвокат; ГЕФТЕР ВАЛЕНТИН МИХАЙЛОВИЧ, исполнительный директор Института прав человека; ЛЕВИНСОН ЛЕВ СЕМЕНОВИЧ, ответственный секретарь Общественного комитета защиты свободы совести; БАЖАНОВ ЛЕОНИД АЛЕКСАНДРОВИЧ, художественный руководитель Государственного центра современного искусства; ЕРОФЕЕВ АНДРЕЙ ВЛАДИМИРОВИЧ, куратор Государственной коллекции современного искусства; ...... ОСМОЛОВСКИЙ АНАТОЛИЙ ФЕЛИКСОВИЧ, главный редактор журнала "Радек".

ПРАВОЗАЩИТНИКИ ТРЕБУЮТ ПРЕКРАТИТЬ УГОЛОВНОЕ ПРЕСЛЕДОВАНИЕ ХУДОЖНИКА

МОСКВА, 26 марта. Прошла пресс-конференция по уголовному делу художника Тер-Оганьяна, обвиняемого в разжигании межрелигиозной вражды за акцию "Юный безбожник" (см. АСИ N 45). Адвокат Михаил Железняк считает, что следствие не предоставило суду никаких доказательств наличия состава преступления. Экспертиза, проведенная богословом и специалистами по древнерусскому и советскому искусствам, явно тенденциозна: следствие не привлекло к экспертизе ни специалиста по современному искусству, ни социального психолога, что было бы естественно при таком содержании дела. На ходатайство адвоката о проведении повторной экспертизы получен отказ. К делу также приобщены возмущенные письма верующих, собранные в церковных приходах. Эти письма силы свидетельских показаний, по мнению адвоката, не имеют, так как подписаны людьми, не имеющими о происшедшем никакого представления. Список аргументов в пользу Тер-Оганьяна собрали и правозащитники - общество "Мемориал" (Валентин Гефтер) и Комитет защиты свободы совести (Лев Левинсон). Они считают, что акция Тер-Оганьяна защищена Конституцией РФ: ст. 44 гарантирует свободу творчества, а ст. 28 дает право свободно распространять как религиозные, так и антирелигиозные убеждения. О "заказном" характере дела свидетельствует, по их мнению, то, что в действиях художника следствие усмотрело уголовное преступление, отказавшись от более осторожного определения содеянного как административного правонарушения, предусмотренного ст. 193, ч.2 КоАП РСФСР ("Оскорбление религиозных убеждений граждан"). Галерист Андрей Ерофеев и издатель Анатолий Осмоловский, входящие в десятку наиболее авторитетных специалистов по современному искусству, говорили о высокой художественности акции Тер-Оганьяна. Осмоловский со свойственным ему максимализмом заявил, что "Юный безбожник" - самое крупное российское художественное событие 1998 года, а Ерофеев посетовал на то, что "акция в своем замысле была исполнена тонких смыслов, но от соприкосновения с действительностью стала грубее". Дело Тер-Оганьяна, переданное было в Хамовнический суд, по неизвестным причинам возвращено в прокуратуру. По неофициальным сведениям, чтобы выяснить роль членов Школы современного искусства - молодых людей 16-18 лет, среди которых есть и родные дети Авдея Тер-Оганьяна. Адвокат считает, что молодым людям вряд ли будет предъявлено обвинение. А Комитет защиты свободы совести направил прокурору Москвы ходатайство о немедленном прекращении уголовного преследования художника и привлечении к ответственности лиц, пытающихся использовать правоохранительные органы в идеологических целях.

АГЕНСТВО СОЦИАЛЬНОЙ ИНФОРМАЦИИ, №12 (224)

 

Выставка "УРОКИ АВАНГАРДА (10 ЛЕТ РАБОТЫ)"

Организаторы:

Государственная коллекция современного искусства (музей-заповедник "Царицыно"), Институт современного искусства.

Персональная выставка известного российского художника, открывающаяся в Институте современного искусства и состоящая из работ, закупленных и подаренных в коллекцию будущего государственного музея современного искусства, имеет целью привлечение общественного внимания к драматическому повороту в судьбе этого художника.

Во вторник 20 апреля Тер-Оганьян предстанет перед судом, который вынесет вердикт по статье "О разжигании религиозной вражды" в отношении недавней акции, проведенной художником в Центральном выставочном зале "Манеж". На этой акции Тер-Оганьян, художественная стратегия которого состоит в ироническо-дидактическом описании авангардистского сознания, имитировал иконоборческий акт "поругания святынь", используя репродукции православных икон. Акция проводилась в рамках показа радикальных художественных проектов на специализированной выставке новейшего искусства "Арт-Манеж". Тем не менее, нашлись горячие головы, которые восприняли смысл акции буквально - как прямой выпад против РПЦ.

Организаторы выставки Тер-Оганьяна протестуют против привлечения художника к уголовной ответственности за совершение художественно-символического действия, не являющегося ни вандализмом, ни посягательством на чужую собственность. Впервые в новейшей истории России творческую личность судят за художественные убеждения. Это создает не только угрозу работе и жизни одного из самых известных московских художников, но и опасный прецедент прямого вмешательства церковной и государственной власти в сферу современной культуры. Фактически речь идет о нарушении конституционных гарантий свободы совести, норм цивилизованного общества и восстановлении идеологической цензуры.

Выставка демонстрирует живопись, объекты, акции и перформансы, созданные Авдеем Тер-Оганьяном за десять лет работы в составе художественного сообщества "Искусство или смерть!" (Ростов-на-Дону) и в знаменитых московских "Мастерских на Трехпрудном".

Вернисаж и пресс-конференция состоятся в понедельник 19 апреля в 17 часов в Институте Современного искусства по адресу: Сретенский бульвар, дом 6/1, подъезд 1А, последний

этаж. Контактный телефон и факс: 925-13-83. Судебное заседание состоится в Хамовническом районном суде 20 апреля в 11 часов в зале № 13 по адресу: 7-ой Ростовский пер., дом 21.

 

КОНЕЧНО ОН ..... НО ЧЕТЫРЕ ГОДА - ЭТО СЛИШКОМ

Кажется, Аверинцев заметил: что по национальному вопросу ни скажешь — все выйдет глупость. Претенциозно добавлю: а по религиозному что ни напишешь — либо демагогия выпрет, либо богохульство. Ну что ж, начнем со вздохом.

4 декабря художник Авдей Тер-Оганьян провел на выставке "Арт-Манеж" художественную, по его утверждению, акцию. Вывесив в два ряда приобретенные им иконы, изготовленные Софринскими мастерскими, прилюдно порубал их топором. Таким образом, по его словам, он выразил свой протест против крайне низкого художественного уровня практически заводской, "конвейерной" продукции. Выставка была свернута; молва породила густые протесты, настойчивые жалобы от Госдумы, Патриархии и множества верующих. Жалоб у следствия набралось на три тома. В конце концов прокуратурой возбуждено уголовное дело. Ныне Тер-Оганьяну Авдею Степановичу, 37 лет от роду, отцу двоих детей, атеисту, грозит четырехлетнее заключение "за разжигание религиозной вражды"(ст. 282, ч. 1 УК РФ).

Поступок Тер-Оганьяна любому нормальному человеку (верующему ли, неверующему) претит. Софринские иконы — явно не шедевры искусства (так признали и эксперты, и следователь). Но они освященные. Это во-первых. Во-вторых — у меня лично практически все иконы дома софринские, А где взять другие? У нас в семье их отродясь не было.

Одну икону я привезла с острова Валаам. Она с виду еще кондовее, еще попсовее софринской. Ну и что? Она для меня и правда реликвия, и не только в религиозном смысле. Сколько за ней стоит: и первое посещение Валаама, и его природа, и образ жизни тамошних обитателей. Вообще, она просто из святых мест. Более того, мы, в большинстве своем неофиты, никак не должны начать с поругания того, что и до нас, и уже при нас было поругано несчетно. Пусть даже речь идет о непритязательных с художественной точки зрения софринских иконах.

В общем, вызывающая, рассчитанная на скандал арт-акция обернулась поступком крайне дурным.

Можно бы уговорить себя, конечно, что Авдей-атеист махал топором из тех же соображений, что и герой Табакова из фильма "Шумный день" (это по пьесе Розова "В поисках радости"). Тот, если припомните, шашкой красного конника порубал мебельный гарнитур как символ благополучного, равнодушного мещанства. В нашем же случае вместо последнего подразумевалась мода (часто бездумная) на крестики и иконы, радостно называемая батюшками "вторым крещением Руси". Но такие рассуждения скорее всего отдавали бы демагогией, хоть и спасительной.

Пойдем от статьи 282, ч. I — "разжигание религиозной вражды". Очень она странная. Ну не могу я понять, что это! (Ничего удивительного, что ее применяют впервые.) Гипотетически можно себе представить следующее. Например, не так давно в Москве праздновали Курбан-байрам — самый большой мусульманский праздник. Он предполагает жертвоприношения. И, если верить радио, в Марьиной Роще устраивался массовый забой скота. А у православных в это время был великий пост. И вот столкнулись бы силой моей фантазии в этой самой Марьиной Роще одни и другие. Встают друг против друга. И тут выходит какой-нибудь дурак и говорит: ну, давайте же, деритесь. .. Вот только он один и подпал бы под эту злополучную статью, сформулированную таким же дураком.

Тер-Оганьян не подпадает — что и против кого он разжигал? Кроме того, Федеральный закон "О свободе совести и религиозных объединениях" запрещает проведение публичных мероприятий, размещение текстов и изображений, оскорбляющих религиозные чувства граждан, лишь вблизи объектов религиозного почитания (статья 3, ч. 6). Выставочный зал "Манеж" таковым не является. Потому и под определение "оскорбление религиозных убеждений граждан" действия Тер-Оганьяна не подходят.

...Как же быстро мы все оправославились! А я помню, совсем недавно, уже в перестроечные времена, во вновь открытой Третьяковке снова можно было увидеть "Богоматерь Владимирскую" и рублевскую "Троицу". И оказывались в первые дни среди посетителей немногие, которые если не молились, то по крайней мере крестились перед этими подлинными святынями. А основная масса зевак издевательски глазела на них как на идиотов... Вот уж где воочию можно было увидеть оскорбление религиозных убеждений. Хоть фильм снимай — вроде того, знаменитого "Взгляните на лицо" (про "Джоконду"). То, что сделал Тер-Оганьян, похоже на нарушение общественного порядка. И то — с натяжкой. Случались вещицы и поскандальней. Кто-то наверное, помнит авангардистские выставки первых лет перестройки — на "Автозаводской", на Каширке. На Каширке, к примеру, на картине-иконе Лени Пурыгина был завязан узлом канатик, а подпись гласила: "Пи-писька Глазунова". А? Ни церковь жалоб не писала, ни Глазунов не возмущался.

Голландцы выставляли распятого Мики-Мауса, у нас Звездочетов показывал икону Деда Мороза, Кулик фотографировался в образе Богоматери с поросенком в руках, прости мне, Господи...

Вообще-то все это называется одним словом — "богохульство". За богохульство у нас пока не судят (при царе судили). И странно это было бы в светском государстве, тем более только-только переставшем вытирать ноги о Церковь. Вот пусть Церковь и судит доступными ей , способами, а не жалуется по начальству.

"Что же касается наших властей, они не понимают задач, средств современного искусства, — говорит художник Анатолий Осмоловский, главный редактор журнала "Радек". — В любом цивилизованном обществе оно выступает против всех. И чем более экстравагантна позиция, чем она острее — тем лучше для общества. В обществе необходимо иметь точку постоянной критики, иначе оно превращается в инертную массу. Акция Тер-Оганьяна резко выявила нарождающуюся идеологическую тенденцию — переход к фундаментальному православию".

Есть сильное подозрение, что наше крайне противоречивое государство увидело в арт-акции Тер-Оганьяна — яркой, символической, зрительно хорошо представимой — удобную возможность продемонстрировать не только свою лояльность к Церкви. Но и подобострастную готовность защищать ее интересы. (Понятно, что Церковь, после 70 лет поругания, от такой защиты не откажется.) Выборы скоро — и не исключено, что через амвон пойдет борьба за православных избирателей. И еще кое-что. Демагогически или не демагогически, но мы не смеем высокомерно забывать, что Тер-Оганьян громко называющий себя атеистом, возможно, таковым и является. Вырос он в Советском Союзе, где экзамены по научному атеизму сдавали. Я и сама жила всегда и сейчас живу преимущественно среди атеистов. Убежденных, как камень. Я их терплю и всех к тому призываю. Понять Тер-Оганьяна по-человечески трудно. Но и простить его хочется по-человечески, а не разводить инквизицию. И Бог ему, этому художнику, судья. Не в смысле фразеологического выражения. А в самом прямом. И еще хочется у нашего государства спросить: вам что, сажать некого? Адвокат Тер-Оганьяна Михаил Железняк утверждает, что следственные органы не представили ни одного доказательства того, что действия художника — разжигание религиозной розни, тем более с прямым умыслом. И недопустимо, чтобы вместо доказательств к делу были бы приобщены многочисленные жалобы "трудящихся". "Пока будут искать правду,—предупреждает Железняк, — Тер-Оганьян уже может отсидеть четыре года, которые ему грозят". Добавим: не в швейцарской тюрьме...

Только было закончила этот тяжкий материал, который давно меня мучает, как поговорила с одной очень известной галеристкой. "Козел, —решительно сказала она. — Иконы никакие рубить нельзя. Но четыре года — это уж очень круто". Собственно, это и есть все, что я сама хотела сказать, выражаясь что ни на есть человеческим языком. Без всякой демагогии и богохульства.

Наталья ЗИМЯНИНА

РS. Комитет защиты свободы совести направил прокурору Москвы С. И. Герасимову ходатайство о прекращении уголовного дела, возбужденного Хамовническим межрайонным прокурором г. Москвы по ст. 282, ч. I УК РФ по факту художественной акции Авдея Тер-Оганьяна на выставке "Арт-Манеж". Комитет считает возбуждение данного уголовного дела фактическим отказом государства от принципа идеологической свободы, покушением на конституционные права человека, признанием духовной цензуры. "Комитет защиты свободы совести просит прокуратуру г. Москвы немедленно прекратить уголовное преследование художника и привлечь к ответственности лиц, пытающихся использовать правоохранительные органы в идеологических целях, отвлекая их тем самым от борьбы с преступностью, захлестнувшей нашу страну". «Вечерний клуб», 17-23 апреля

 

КАША ИЗ-ЗА ТОПОРА

На этой неделе возобновятся слушания по делу скандально известного художника-богохульника» Авдея Тер-Оганьяна

Николай Молок, Федор Ромер

НА ПОВЕСТКЕ ДНЯ ОПЯТЬ ХУДОЖНИК Авдей Тер-Оганьян. Напомним - все началось с того, что 4 декабря прошлого года на открытии международной художественной ярмарки «Арт-Манеж 98» официально приглашенный участник А.С. Тер-Оганьян рубил топором православные иконы (правда, не антикварные «черные доски», а полиграфическую продукцию, купленную художником на собственные деньги в иконной лавке «Софрино») и выцарапывал на них кощунственные слова и знаки. Все это называлось проектом «Поп-арт».

За свое искусство Тер-Оганьян попал под статью 282 ч. 1 У К РФ по факту «возбуждения национальной, расовой или религиозной вражды». Надо сказать, дело по этой статье в посткоммунистической России возбуждается впервые, равно как практически впервые судят за искусство. Для западного мира «художественные» процессы, понятно, давно отошли в прошлое. Но так случилось, что даже в советской России, известной своим специфическим отношением к искусству, страдали как-то все больше литераторы. На знаменитой «бульдозерной выставке» в 1974 году по работам художников проехались гусеницами, но участников незаконного вернисажа на пустыре в Беляево не судили. (Одно из редких исключений: на излете застоя посадили «за порнографию» графика Вячеслава Сысоева, баловавшегося карикатурами антисоветского толка.)

Но слух о деле Тер-Оганьяна дошел до самого Лужкова, попросившего «разобраться», а патриарх Алексий II выступил с осуждающим художника заявлением. Адвокаты Тер-Оганьяна уже говорят о «социальном заказе» на образцово-показательный процесс, симметричный лужковским разборкам с Баркашовым (один - ультратрадиционалист, второй - ультраавангардист). На первое заседание суда явились толпы «православной общественности», не только морально поддержавшие истца, в роли которого выступил Комитет за нравственное возрождение Отечества, но и грозившие физической расправой над Тер-Оганьяном (который, правда, в суд не пришел по причине болезни). В следственном деле три папки писем от оскорбленных в своих религиозных чувствах граждан (при этом большинство из них признается, что самой акции не видели). Так что история выходит сенсационной и более чем шумной.

Однако разгоревшиеся страсти в первую очередь высвечивают проблему отношений искусства и религии, а проблема эта стара как мир. Авдей Тер-Оганьян не первый посягнул на священные каноны. И не первый от этого пострадал.

Искусство рождается из авторского нарушения вроде бы навеки установленных законов. Всякая же религия есть соблюдение канона, потому взаимодействие искусства и религии чревато большими неприятностями для художника, не желающего мириться с ролью прилежного подмастерья. Художник может испытывать религиозные чувства (а может и не испытывать), но его «призвание» — работать на опережение традиции, рефлексируя по ее поводу. И страдать от охраняющих ее жрецов.

Вот, к примеру, в благословенной античности, согласно древним авторам, скульптора Фидия (V в. до н. э.) обвинили в святотатстве и посадили в тюрьму за то, что он на щите 12-метровой статуи богини Афины, стоявшей в Парфеноне, изобразил себя в виде воина, сражающегося с амазонками. Фидий осмелился приравнять себя к персонажам греческой «священной истории», что, конечно же, было непозволительной дерзостью!

Чуть менее серьезные неприятности достались на долю «создателя Ватикана» Микеланджело, в середине XVI века расписавшего Сикстинскую капеллу. Его фреска «Страшный суд» оказалась далека от традиционной иконографии: обнаженные бескрылые ангелы, голый безбородый Христос, странный автопортрет на коже, снятой со св. Варфоломея (привет Фидию!), и т. д. Художника тут же обвинили в отступлении от правил благочестия, причем скандал не утихал так долго, что даже через двадцать с лишним лет «нарушениям» Микеланджело было отведено особое место в установочном трактате с на удивление знакомым названием «Об ошибках и злоупотреблениях художников в исторических композициях». Папа Павел IV собирался сбить фреску, но затем милостиво поручил другому художнику, чтобы он «написал поверх фигур легкие ткани, которые бы прикрыли наготу» микеланджеловских персонажей.

В начале XVII века скандалы сопровождали каждую картину великого Караваджо. То в «Обращении Павла» на первом плане появляется круп лошади, то в «Смерти Марии» у Богородицы тело оказывается натуралистично распухшим, да еще с голыми ногами, то «Христос в Эммаусе» превращается в заурядную сцену в корчме. (Ко всему прочему сам Караваджо отнюдь не отличался христианским смирением и даже обвинялся в убийстве.)

И подобных примеров в истории классического искусства не счесть. К началу же нашего века если какой-либо «канон» и остался, так только для того, чтобы творцам прекрасного стало понятно, на что никоим образом не должны походить их работы. Теперь художники принципиально отказывались от классической иконографии, в изображении библейских персонажей появилась «слишком человеческая» экспрессия, расцвели абстракция и примитив.

Из подвижников русского авангарда можно вспомнить Наталью Гончарову, чьи «Спасы в силах», «Евангелисты» и «Архангелы» напоминают не то древних идолов, не то ярмарочные картинки. Гончарову, разумеется, не миновали проблемы с властью. Так, весной 1912 года на выставке группы «Ослиный хвост» цензура запретила восемь гончаровских работ на религиозные темы. А весной 1914 года страсти разгорелись уже вокруг двадцати двух картин. В консервативном «Петербургском листке» статья под красноречивым названием «Футуризм и кощунство» обвиняла Гончарову в оскорблении чувств верующих «безобразным, кощунственным изображением святых лиц». Тут же вышло распоряжение градоначальника о снятии работ. Распоряжение было исполнено, но факт административного вмешательства в дела художников вызвал общественный скандал. В защиту Гончаровой выступили вице-президент Академии художеств граф Толстой, хранитель Эрмитажа барон Врангель и художник-мирискусник Мстислав Добужинский - люди, которых трудно уличить в радикальных воззрениях на искусство. И картины повесили обратно. (Эта давняя история может послужить хорошим уроком участникам «дела Тер-Оганьяна».)

Заметим, что и знаменитый «Черный квадрат» Малевича имеет непосредственное отношение к конфликту искусства с религией. На «Последней футуристической выставке картин 0,10» в декабре 1915 года эта картина демонстративно висела в красном углу вместо иконы, что не преминул заметить Александр Бенуа, разразившийся в печати отчаянной бранью: «Черный квадрат в белом окладе - это один из актов самоутверждения того начала, которое имеет своим именем мерзость запустения».

С тех пор модернистское искусство, в котором воцарилась «мерзость запустения», активно испытывало терпение власти - церковной и светской. Власть, надо сказать, выказывала широту взглядов необыкновенную. Например, Анри Матисс (абсолютно светский художник) расписывал капеллу Четок в Вансе, а Марк Шагал (художник, далекий от канона) делал витражи для Реймского собора.

Еще один пример, не самый важный для истории искусства, но очень показательный. В 1993 году сначала в парижском Музее Пикассо, а затем в монреальском Музее изящных искусств с успехом прошла выставка «Тела распятые». На ней свели вместе разностилевые вариации на тему распятия, исполненные Пабло Пикассо, Фрэнсисом Бэконом, Виллемом Де Кунингом, ОттоДиксом и прочими классиками искусства XX века. На взгляд неподготовленного зрителя эти тела — явное кощунство над первообразом. Тем не менее это была респектабельная музейная выставка. И в музеях (а значит - в анналах искусства) сегодня не только Фидий с Микеланджело, но и Бэкон сДиксом.

Просто сакральный язык стал одной из составляющих сегодняшней культуры, и с ним художник работает ровно так же, как и с другими составляющими. Причем изображение для него утрачивает свою сакральность и воспринимается лишь как художественное. Так, основатель поп-арта Энди Уорхол несколько раз репродуцировал, окрашивая в разные цвета, «Тайную вечерю» Леонардо да Винчи. Уорхол работал не с евангельским сюжетом, а с шедевром Леонардо, известным большинству по альбомным репродукциям, цвет которых сильно отличается от оригинала.

Все эти «каноноборческие» опыты привели к тому, что обывательское сознание решило для себя раз и навсегда: современный художник - это почти всегда осквернитель святынь. Более того, оно смирилось с этим! И тут самое время вернуться к причине нашего экскурса в историю искусства. То есть к АвдеюТер-Оганьяну. Его пресловутая акция в Манеже укладывается в вышеописанную художественную логику.

Еще десять лет назад Тер-Оганьян сознательно избрал для себя роль художника-неудачника, способного лишь копировать чужие шедевры, будь то писсуар Дюшана или портрет Мерилин Монро Уорхола. Получались пародийные цитаты из классики модернизма, то есть искусство про искусство, что есть норма для contemporary art. Но своей акцией «Поп-арт» он пародировал не конкретные произведения, а антиканонический пафос искусства вообще. И довел его до абсурда - настоящего иконоборчества.

Акция Тер-Оганьяна — наглядное и ироническое резюме всей истории искусства. Увы, все оно изначально ходило и ходит под статьей. В данном случае у статьи есть номер: 282 ч. I УК РФ.

Журнал "Итоги" N19 05/11/99

 

«НОВЫЙ ТОПОР В ДЕЛЕ ТЕР-ОГАНЬЯНА» МИХАИЛ НАДЕЖДИН, МАТРЕНА ОРЛОВА

Во вторник должен был состояться суд над художником Авдеем Тер-Оганьяном, обвиненным в разжигании религиозной вражды. В декабре прошлого года на ярмарке «Арт-Манеж» он разрубил топором несколько икон. Заседание отложили в связи с болезнью ответчика, однако это не помешало христианам устроить демонстрацию в зале суда с призывами к физической расправе над художником. Днем раньше группа неизвестных, явившись в галерею Гельмана, где проходит выставка Тер-Оганьяна, с криками «Смерть Авдею!» облила чернилами...(текст испорчен)...

«Я начал бояться»,— признался Авдей Тер-Оганьян корреспонденту „Ъ". Он готов отвечать перед судом, но не готов оказаться жертвой толпы. А именно такая участь его ожидала, если бы он явился на заседание.

Несколько сотен верующих с хоругвями и плакатами в день несостоявшегося заседания оккупировали здание Хамовнического суда. В толпе слышались выкрики: «Осквернителя икон ждет участь Салмана Рушди!». Пикет продолжался несколько часов — даже после того, как судья объявила, что заседание откладывается. Кто-то призывал народ пойти громить поликлинику, которая выдала художнику больничный лист, кто-то пугал журналистов, заподозренных в сочувствии к обвиняемому …<текст испорчен>… ного обвинителя Михаила Кузнецова, представляющего Комитет за нравственное возрождение отечества. Михаил Кузнецов, соратник Владимира Илюхина, выступил перед собравшимися с речью, начинавшейся словами «Православие—основа нашей государственности» и заканчивавшейся призывами наказать «Гельманов и Тер-Оганьянов». <текст испорчен>… всплыло неслучайно.

Накануне в галерее Гельмана состоялся вернисаж выставки Тер-Оганьяна. Еще одна выставка его работ из государственной …<текст испорчен>… параллельно открылась в Институте современного искусства. Организаторы надеялись, что эти выставки помогут публике понять, что Тер-Оганьян — художник, занимающийся не только и не столько разрубанием икон. Надежды не оправдались.

К Гельману еще до вернисажа явилось несколько групп шантажистов. Одни, ряженные в военную форму («Мы — казаки»,— заявили они), угрожали расправой, если на следующий день он пойдет в суд как общественный защитник Тер-Оганьяна. Самый инициативный из них поигрывал топором перед лицом галериста. Следом возникла группа плачущих женщин в платочках, ведомых неким священником. Пока галерист в своем кабинете выслушивал ходоков, в зале появились неизвестные молодые люди. Они обрызгали фиолетовыми чернилами картины Тер-Оганьяна, изображающие Мэрилин Монро и другие знаменитые символы культуры XX века, обзывая их «бесовскими». Когда Гельман смог пробиться через женскую группу прикрытия в зал, пять из восьми работ было испорчено. На вопрос корреспондента „Ъ", будут ли приняты какие-то меры, галерист ответил: «Если я опознаю нападавших, (а они наверняка появятся в суде), то вчиню им иск. Пока же выставку будет охранять секьюрити».

Авдею Тер-Оганьяну теперь придется заботиться о своей безопасности. По крайней мере, до суда.

Подпись под фото: Картина Тер-Оганьяна забрызгана спреем. Православные ведут себя не менее радикально, чем самые радикальные художники.

 

ПРОКУРОРУ Г. МОСКВЫ

Герасимову С.И.

от Тер-Оганьяна Авдея Степановича, художника.

ЗАЯВЛЕНИЕ О ПРИЗНАНИИ ПОТЕРПЕВШИМ И ВОЗБУЖДЕНИИ УГОЛОВНОГО ДЕЛА

19 апреля 1999 года в 18 часов в Москве в Галерее Гельмана по адресу: ул. М.Полянка, д. 7/7, стр. 5, состоялось открытие моей персональной выставки. В связи с болезнью на открытии выставки я отсутствовал. К началу выставки в помещение галереи явилась группа неизвестных, одетых казаками, один из которых держал в руке топор. Обратившись к директору галереи М.А.Гельману, данные лица в присутствии многочисленных свидетелей, посетителей вернисажа, высказывали угрозы в мой адрес, в том числе угрозы убийством. Некоторые из них заявили буквально следующее:

"Тер-Оганьян жить не будет", "Смерть Тер-Оганьяну", при этом один из так называемых "казаков" демонстративно размахивал бывшим в его руке топором. Не обнаружив меня в здании галереи и угрожая М.А.Гельману убийством в случае его участия в суде в качестве моего защитника, указанные лица удалились.

На следующий день, утром 20 апреля 1999 года, у здания Хамовнического межмуниципального суда г. Москвы (7-й Ростовский пер., д. 21), а также в помещении суда, где в 11-00 должно было состояться судебное заседание по обвинению меня в совершении преступления, предусмотренного ст. 282, частью 1 УК РФ (разжигание религиозной вражды), собралось около трехсот человек, основную часть из которых составляли лица, пришедшие по неоднократно транслировавшемуся накануне радио "Радонеж" объявлению о времени и месте суда. При этом радио "Радонеж" приглашало "всех православных" прийти к зданию суда для выражения осуждения в мой адрес. Поскольку заседание суда было отложено, около здания состоялось импровизированное собрание (митинг), в ходе которого неоднократно высказывались призывы к моему физическому уничтожению, к расправе надо мной, были выставлены транспаранты, в том числе с надписью "Осквернителя икон ждет участь Салмана Рушди", что фактически означает вынесение мне смертного приговора, поскольку осквернителем икон в данном случае считают меня, а писатель Салман Рушди был приговорен к смерти в Иране аятоллой Хомейни за книгу "Сатанинские стихи". При этом одним из инициаторов и основных участников указанного митинга, являлся адвокат Михаил Кузнецов (юридическая фирма "Канон"), являющийся общественным обвинителем на данном процессе и также выступивший на несанкционированном митинге с подстрекательскими высказываниями в мой адрес.

Свидетелями указанных действий, имевших место 20 апреля 1999 года, являются многочисленные журналисты и мои коллеги-художники. Имеется видеозапись указанного события, сделанная телекомпанией "ТВ-6".

Указанные угрозы убийством в мой адрес, имевшие место 19 и 20 апреля 1999 года, дают мне основания опасаться осуществления указанных угроз, так как эти угрозы исходили от лиц, фанатично настроенных и уверенных в необходимости и полезности моего физического уничтожения.

В связи с изложенным прошу:

в соответствии со ст. 53 УПК РСФСР признать меня потерпевшим в связи с признаками совершенного в отношении меня преступления, предусмотренного ст. 119 У К РФ; возбудить уголовное дело по ст. 119 УК РФ.

Об ответственности за заведомо ложный донос по ст. 307 УК РФ мне известно.

В качестве свидетелей прошу допросить следующих лиц:

Гельмана Марата Александровича, директора Галереи Гельмана, тел. 238-27-83, 238-84-92. Багенкова Константина, художника, сотрудничающего с Галереей Гельмана, тел. 238-27-83 Елену Михайлову, сотрудника гал. Гельмана Марину Долареву, сотрудника гал. Гельмана Гулю Болтареву, корреспондента ТСН Александра Медведева, корреспондента газ. "Сегодня" 753-41-23 Наталью Зимянину, корреспондента газ. Вечерний клуб 202-82-26

Прошу также запросить в телекомпаниях ТВ-6 (программа ТСН) и НТВ видеозаписи указанных событий. Данное заявление не могло быть подано незамедлительно в связи с моей болезнью.

Приложение: на 3л.

А.С.Тер-Оганьян

 

26.07.99 КУЛЬТУРНЫЙ ГИД ПОД ОБЩЕЙ РЕДАКЦИЕЙ СЕРГЕЯ КУЗНЕЦОВА

kuznet@russ.ru

Интерактив

К несчастью, результат читательского голосования по вопросу об истории с иконами в Арт-Манеже погиб по техническим причинам. Можно усмотреть здесь происки тайных (фундаменталистских? сатанинских?) сил - но надо ли? Марат Гельман успел опубликовать результаты через неделю после начала работы - опыт показывает, что потом они не так уж сильно меняются: Да, искусство - всегда нарушение запрета -11 Да, возможно, но очень опасно для души художника - 9 Мне бы ваши заботы! - 8 Да, я приветствую кощунство и богохульство в любых формах - 7 Да, возможно, но очень уж тупо - 7 Нет, следует запретить подобное - 3.

Не возьмусь комментировать результаты голосования. Зато от желающих прокомментировать события на этот раз не было отбоя. Поначалу люди степенно комментировали опрос:

"В произведении искусства некоторые люди могут усматривать элементы кощунства и богохульства." Йохан Палыч "Почему только крайние точки зрения? Мой ответ: нет границ для искусства, кроме нравственных. А подобные границы устанавливает каждый сам для себя." Mars Gizza "Некая банальность - для всех моральных категорий существует свое поле значений и допустимые по укорененным личным критериям барьеры допустимого. Для четвертого варианта ответа напрашивается формулировка - насколько опасно: а) переходить б) раздвигать свои внутренние барьеры?" Михаил "Да, искусство - всегда нарушение запрета". А еще я "приветствую кощунство и богохульство в любых формах", ура!" (Подписано: "Ты меня знаешь". Отвечаю: "Знать тебя не желаю"). "Может ли произведение искусства включать в себя элементы кощунства и богохульства? Может, потому что кощунство и богохульство для одного - может совсем не быть таковым для другого. Если этот другой - художник, то почему бы и нет? Тогда ответ на вопрос анкеты будет: "Искусство - нарушение запрета". А если кощунство самоцель произведения, то ответы - "тупо" и "опасно для души", а может, это вообще не произведение искусства. Короче, ответить на вопрос либо невозможно, потому что кто его знает, что такое кощунство, богохульство и искусство (и это будет ответ "мне бы ваши заботы"), либо надо отказаться от попыток определения терминов, а тогда все может включать в себя все. И даже должно включать, иначе будет скучно и придется ответить: "Приветствую кощунство в любых его формах". А единственный незадействованный ответ "Следует запретить подобное" - увы, невозможен, потому что запретить в современном мире ничего уже нельзя." E.Malkin

Но на этом рассудительные ответы кончились, и дальше началось что-то невообразимое. Дамы могут зажмуриться.

"Скажите мне, где найти эту блядскую суку, этого Авдея Тер-Онаняна. Где его галерея? Я обязательно его найду. Он теперь мой заклятый враг на всю жизнь и он получит по морде. Сука, я ему не дам жить спокойно. Он будет скрываться, как Салман Рушди. Пусть лучше сам откликнется. Блядище." Гончаров Михаил И еще от того же автора уже частным письмом:" И вы еще обсуждаете эту блядищу, этого Онаньяна. Сука, пусть только он мне попадется. Я его сам искать буду и найду. И мордой об асфальт бить буду, блядище это. Хуйло это сатанинское, а не художник." " Боюсь, подобные письма могут только порадовать различных сатанинских ...уйлов - больно много гордыни. Мне же стилистически больше по душе более сдержанные письма. Так как сейчас высочайше позволено пинать все, то многие пинают Русскую Православную Церковь. Действие - более чем безопасное: ее было безопасно пинать и при Совдепии. Для людишек, которые возможность чесать языком на любую тему считают высшим достижением демократии, появилось большое искушение нажить подобным образом капиталец (не только политический). Да простит им Господь, ибо не ведают, что творят!" Николай " Нельзя же, в конце концов, в 1998 году, за год (или два?) до нового тысячелетия заниматься такими вещами. Это же полное непонимание происходящих ныне в культуре процессов. Авдей, бедолага, отстал минимум лет на тридцать. Я уж не говорю об этической стороне, и так все понятно." Даниил " Просто не верится, что такое вообще могло произойти в конце XX века в Москве... Что кто-то знал об этом и не предотвратил... У нас немало сумасшедших, но за такими надо бы присматривать. Неужели художник нашел самое большое зло, которое мешает? Неужели современные художники ничего не видят в этих глазах??? Неужели не осталось других способов самовыражения?" Елена "Ни что не существует без исключений. Наверное, да. Но для этого, на мой взгляд, должно быть внутреннее глубокое психологическое и эмоциональное обоснование и необходимость. А эстетическое преподнесение - в достаточной степени тонким для приемлемости восприятия толерантно настроенными зрителями, ценителями данного направления в искусстве. И, не мешало бы при этом помнить, что все это служит, в конечном итоге, всего лишь поверхностному "просмотровому" произведению впечатления на зрителя, зачастую весьма наивного и сверх меры впечатлительного. А истинная цель?.. Вот вопрос. Не редко, к сожалению, всего лишь эпатаж обыкновенный. А в общем, это относительно, как и все вообще." ash "Пошлость, обыкновенная, примитивно-приторная. Что же касается моего мнения, которое я имел возможность оттачивать в устных и виртуальных дискуссиях все эти две недели, то-оно примерно таково. При том, что я не являюсь православным, я более чем сдержанно отношусь к акции Тер-Оганьяна. Цели ее, насколько я могу судить по выступлениям самого автора, были чисто "художественные" и "политические" - работа с образом художника-иконоборца, протест против нарождающегося фундаментализма и т.д. Для меня во всех этих материях слишком мало трансцендентного, чтобы я воспринял их с симпатией. Есть все-таки некая иерархия и для меня в ней, условно говоря, "духовное" стоит выше, условно говоря, "художественного". Иконы относятся к первой области, и работать с ними в рамках парадигмы из второй области - не слишком интересно. Поразмыслив, должен признать, что акция вызвала бы у меня больше понимания впрочем, не перерастающего в сочувствие или желание принять в ней участие, если бы Авдей был не художником, а еретиком или сатанистом. Как известно, дзенский учитель Танка сжигал статуи Будды. Но - обратите внимание на различия! - он делал это, чтобы согреться, а не в качестве художественного жеста. Он был мастером дзен, а не художником. Он делал это в монастыре, а не на выставке. И, чтобы закончить на дзенско-православной ноте, притча от одного из моих читателей. Одна пожилая дама говорит знакомой: Тамара Ивановна, надо бы уже Вам покреститься... - Да я ж и в бога-то не верю! - Это ничего, говорят, для кармы помогает." Сергей

 

ИНТЕРВЬЮ С АВДЕЕМ ТЕР-ОГАНЬЯНОМ

Радек: После возбуждения уголовного дела твоя акция, конечно, приобрела совсем другой контекст. Однако очень важно знать твои изначальные интенции и смыслы, которые ты вкладывал в этот перформанс. Что ты мог бы сказать на этот счет?

Авдей Тер-Оганьян: Изначально моя акция задумывалась как ирония над авангардистской позицией. Типичный модернистский жест — это совмещение двух противоположных контекстов: сакрального и профанного. В случае с иконами, очевидно, что сакральным были иконы, а профанным — ругательства, нанесенные на них. Этой акцией я хотел показать инфантилизм и примитивность этой позиции. Я высмеивал классический авангард, а отнюдь не вставал в героическую позу "осквернителя святынь". Так как я не могу серьезно относится ни к каким святыням, то и проблемы борьбы с ними у меня не возникает. Сама эта акция была продолжение моей программы Школы современного искусства, где я показывал наиболее распростаненные жесты эпатажа. Ситуация, в которую я попал сейчас, один в один тождественна роману Кафки "Процесс" — я не понимаю, за что меня судят.

Радек: Но ты мог предполагать, что твои действия могут вызвать негативную реакцию верующих, ведь насколько известно в Черногории во время международной выставки-биеннале с похожей твоей работой были какие-то проблемы?

А.Т.: Ну да, дураки могут, конечно, любое действие принимать всерьез. Например, когда изобрели кинематограф, первые зрители кидались на экран, думая, что все, что происходит на экране — это реальность. Такая дебильная непосредственность. Что касается выставки в Черногории, то там все было не так однозначно. Погром учинили монахи через неделю после вернисажа, и никаких возмущенных зрителей не было. Кроме того, поводом для возбуждения были не только мои работы — вся выставка подверглась разгрому. У нас в России я мог предположить неоднозначную реакцию, но я предполагал, что мы живем в светском западно-европейском государстве, и уголовное преследование я воспринимаю как абсурд. Вообще, если и трактовать мои действия как правонарушение, то в административном кодексе есть статья, под которую мои действия подпадают точно: «осквернение предметов культа», но мне «шьют» уголовную 282 статью «разжигание межрелигиозной розни».

Радек: Однако, этот абсурд сейчас для тебя норма жизни. Что ты собираешься делать в сложившейся ситуации?

А.Т.. На этот вопрос сложно ответить, я действую по ситуации. Я активно консультируюсь с адвокатами и, конечно, хотел бы выиграть процесс, но постепенно выясняется, что мое дело «заказано», т.е. в верхних эшелонах власти хотят сделать показательный процесс над безбожником. На суд оказывает давление патриарх и мэр Москвы. Такое пристальное внимание власти ко мне говорит именно об их личном синдроме и желании вновь идеологизировать общество, на этот раз они пытаются взять на вооружение православную религию.

Радек: Кажется, что твоя акция открыла новый период в истории России: власть вновь стала интересоваться областями, где производятся смыслы, и пытается влиять на это производство. Какую, на твой взгляд, позицию должны занять российские интеллектуалы?

А.Т.: Скорее, нам будут навязывать эту позицию, вряд ли мы сможем ее выбрать. Ну, какую позицию мне занимать сейчас? Вся моя деятельность как художника проходила под знаком скепсиса и критики авангардистской парадигмы, но эта проблематика отодвинута на задний план. Представь ситуацию: человек рассказывает анекдот про Брежнева, но вместо ожидаемого смеха аудитории на него кидаются, хватают за шиворот и спрашивают: «Ты действительно считаешь, что Брежнев старый маразматик?» «Ну, да я так считаю, но смысл моего анекдота совсем в другом». Какую позицию в таком случае занимает рассказчик?

Радек: Мне кажется, что вопрос твоих интенций, на самом деле, очень важен и совсем не потому, что это может повлиять на суд. На мой взгляд тот факт, что твоя юродская метапозиция логически подвела тебя к подобной акции и показывает принципиальный конфликт между нынешней властью и современным искусством. Мне кажется очень важным, что именно ты -- художник, который никогда не занимал «героическую» позицию, попал в данную ситуацию.

А.Т.: Принципиальный конфликт, на мой взгляд, существует между современным искусством и православием. И эта тема мне представляется очень важной. В московском художественном сообществе многие художники-концептуалисты осуждают меня по тем же причинам, что и простые обыватели, за то, что... иконы были освящены. Какой идиотизм! Я иду в магазин покупаю вещь, в данном случае икону, и выясняется, что эта вещь не вполне мне принадлежит - я должен учитывать ее освященность! Одно из двух - либо эта вещь доступна всем, и они могут поступать с ней по собственному усмотрению, либо необходимо ввести какие-то ограничения при ее покупке. Например, наркотики ведь не каждому продают. Приравняйте икону к одной инъекции опия, продавайте их по справкам, и не будет возникать подобных эксцессов. Вообще, я согласен, что моя акция разделила общество - она разделила общество московского современного искусства. Элементарная истина: что такое современное искусство? Современное искусство, модернизм, авангард появились тогда, когда человек стал сомневаться в единстве мира, когда он стал подвергать критическому анализу действительность, будь то властные структуры или художественные традиции. Это основа современного мышления! Как можно не понимать, что авангард и религия не совместимы?

Радек. Конечно, ты в принципе прав, но ведь постмодернизм смешал все коды, и общая шизофренизация мира может порождать и такие феномены как верующий современный художник. На мой взгляд, вставать в позу «подлинного» авангардиста - это слабая позиция.

А.Т.: Но я же говорю, что мне эту позицию навязывает власть. Извини, но когда тебе грозит тюремный срок, а на зоне, очевидно, меня ждет жизнь не сладкая, ведь все уголовники православные, каким образом реагировать, и где черпать аргументы и силы для сопротивления? Если общество ничего не поняло, и революция авангарда прошла зря, значит и прежние эпатажные действия надо повторять снова и снова.

Радек: Я согласен с Осмоловским, что современное общество представляет собой итог борьбы двух сил, грубо говоря: прогрессистской и традиционалистской, и не обладает своим независимой от них основанием. Другими словами, какие-нибудь права человека - это компромиссное соглашение между этими силами, минимальное ослабление хватки — и можно деградировать в средневековье. В этом смысле, конечно, некоторые московские концептуалисты своим негативным отношением ослабляют позиции современной культуры, но в то же время очень печально, что ситуация опять дуалистически разделяется, ведь мы были на пороге множественного мира.

А.Т.: Я думаю, что просто Россия окончательно провинциализировалась, превратилась в третий мир; и здесь не может быть множественности. Печально, конечно, но факт.

Радек: Но нужно ли совершать действия, которые делают ситуацию проще, выявляют ее примитивность?

А.Т.: Так ведь не я это делаю, - меня ведет логика моего искусства. Примитивной она становится не от моих действий, а от общей социально-экономической ситуации. Я же говорю, что мои действия нужно интерпретировать как критику именно модернизма. Я же издевался над модернизмом: серьезный, взрослый дядька с умным видом пишет "хуй" на иконе — это же смешно, это достойно смеха, а не сопереживания, и уж тем более не осуждения!

Интервью взял Максим Каракулов.

Журнал «Радек»

 

Андрей Цунский

СЛЕДСТВИЕ ВЕДЕТ... ИНКВИЗИЦИЯ?

Газета Ру

А.Цунский.: В чем был собственно смысл акции? Для чего вообще было сделано то, что собственно и послужило причиной скандала?

Авдей Тер-Оганьян: Больше всего меня удивляет именно то, что собственно художественная сторона дела никого вообще не заинтересовала. Ни одна газета, ни одно средство массовой информации вообще не коснулись этого, это вообще никого не тронуло. Ситуация накалилась, перешла из художественной в юридическую, в политическую - из-за чего, почему - это просто никому не интересно. А ведь изначальным-то был художественный аспект, о котором можно было бы спорить, который можно по-разному рассматривать, но... Вот что меня больше всего задело.

А что же до собственно художественной задачи акции, то я имел в виду вопрос возможностей существования искусства сейчас. Ирония, даже самоирония в отношении авангардистских взглядов. Есть и второй пласт, это задаваемый мной вопрос совместимости Православия и современного искусства, современного общества. И эта акция проявила ситуацию. Люди, интеллигенция не готовы к подобному разговору, не понимают, о чем идет речь... Журналисты вот написали о двух позициях, двух точках зрения на событие... Помилуйте, когда художника пытаются посадить в тюрьму за искусство, тут не может быть двух позиций! Это все равно, что говорить о концлагерях сороковых годов и рассматривать две позиции: "С одной стороны евреи Христа распяли, с другой стороны немцы их в газовые камеры пихали, тоже нехорошо... А вообще, если евреи захватят весь мир, тоже плохо. Но и фашисты победят - тоже безобразие... В общем, тут есть две основных позиции по этому вопросу." Это в искусстве есть две позиции и больше. При философском осмыслении понятий, о которых я говорил, при дискуссии - может быть сколько угодно позиций. Вот у меня такая: я считаю православную церковь и современное искусство, современную жизнь несовместимыми. Но юридическая позиция только одна. Все юристы, с которыми я сталкивался, говорили: в твоих действиях состава преступления нет. Однако политическая ситуация определяет многое. В частности, все те же юристы сказали - "Против тебя завели типичное заказное дело!"

А.Ц.: Икона - важнейший атрибут для верующего человека. Почему Вы выбрали именно иконы для своей акции, причем как объект агрессии? Вы предполагали, что это может оскорбить чувства верующих?

А.Т.: Все, что я делал, я делал в художественном пространстве, языком современного искусства, и те, кто туда приходят, они прежде всего потребители этого самого современного искусства. Кроме того, мы живем в светском, претендующем, к тому же, называться правовым государстве. Об иконах - для меня это просто вещь, которую я купил, и делаю с ней, что хочу. Я купил эти иконы в аптеке на Кропоткинской улице. Там на втором этаже церковная лавка, на первом - аптека. Если говорить об оскорблении чувств верующих... Про меня написали, что "этот подлец устроил это в день введения Богородицы во храм..." Да я об этом понятия не имел. Я имею права об этом не знать, это не официальный праздник нашей страны, слава Богу, пока еще... Я принципиально игнорирую это. Да и к тому же, верующий человек пойдет в такой день, в свой праздник в церковь, молиться, а не в Манеж, водку на халяву жрать! Люди, которые пришли в Манеж - это ЗРИТЕЛИ. Иначе почему допускается вывешивание в тех же залах картин с голыми женщинами, это ведь чудовищно оскорбляет чувства мусульман! А мусульман у нас очень много, а мы на них плюем? Нет, у нас светское государство, никакая религия не является особенной, государство не может представлять интересы ни одной из конфессий. И потому изображения людей, и даже абсолютно голых, имеются, причем не только в музеях. Я возмущен. Да, я сам возмущен! Как могут называть себя эти люди современными, если не понимают таких простых вещей. Это ж не двадцатый век, а двенадцатый!

А.Ц.: На ваш взгляд, должно ли государство защищать от оскорбления нравственные ценности верующих людей?

А.Т.: Не верующих, а всех людей! Не достоинство верующих, а достоинство каждого человека! Если православных в нашей стране больше, это не значит, что достоинство и ценности людей нужно защищать в процентном отношении, в численной пропорции! У нас есть в Конституции прописанное понятие "свобода совести", которое позволяет человеку придерживаться любых религиозных взглядов, или взглядов атеистических. Вопрос этот надо задавать не мне.

Я ведь не стал бы никогда делать это в храме. Это было бы пощечиной верующим, агрессивной конфронтацией, действительно оскорблением. Я же занимался искусством, в месте, для этого и предназначенном. В пространстве искусства. Представьте себе, что к вам в квартиру вламываются какие-то ваши знакомые и вдруг начинают говорить -" А что это у вас тут пыль в углу? Не та картина висит, не те книжки стоят, мебель дрянная! Да вы нас оскорбили!"

А.Ц.: Каковы результаты действий следственных органов? На какой стадии находится дело?

А.Т.: Дело на такой стадии, что у меня обострились мои хронические заболевания, я просто заболел. С нервами очень плохо. Ну - это не удивительно. В мою поддержку организовали две выставки - и в галерею Марата Гельмана, где была одна из них, явились казаки с топорами, угрожая смертью Гельману и мне... Поддерживают меня близкие друзья, художники, и комитет по свободе совести при Госдуме... А интеллигенция молчит. Не во мне ведь дело, а в том, что человека судят за его художественную деятельность! А обвинение мне предъявлено в разжигании религиозной вражды, статья 282, часть первая. Разберем. Я ведь не проводил свою акцию ни в храме, ни перед храмом. Кроме того, каждый может вести религиозную и антирелигиозную пропаганду. Ницше написал книжку под названием "Антихрист". Ее можно купить, она продается в магазинах. Пока что. В Иране уже дело обстоит не так. В Афганистане - совсем не так. У нас пока можно, но... Мне тут сказали, что если бы я проводил эту акцию в частной галерее или у себя дома, то можно, а Манеж - общественное место! Но никто не хочет понять: пока современное искусство допускается в общественные места, мы современное общество. А иначе - сначала выгонят в частные галереи и дома, потом нельзя будет и у себя дома... Так было ведь все это, совсем недавно! Забыли?

А.Ц.:А корректно ли вели себя представители правоохранительных органов?

А.Т.: Нет, вот они-то как раз были корректны. Корректно провели обыск у меня в квартире. Корректно допросили... Изъяли вещественные доказательства. Топор, которым я рубил иконы, образцы икон, фотоматериалы, другие работы из этой серии, которые не были еще выставлены. Следствие явно кем-то подгонялось. У прокуратуры явно есть дела поважнее, но все делалось просто мгновенно, по оценке специалистов.

А.Ц.: А как отнеслись к произошедшему ваши коллеги-художники, особенно православные?

А.Т.: Многие из них осуждали мое произведение, но действиями властей тоже возмущались. Да не многие - властью как раз, возмущались все... А что до произведения, то хотелось бы его пообсуждать, о нем поспорить, но когда тебя хотят посадить в тюрьму, художественный аспект становится куда-то на второе место.

 

У Авдея Тер-Оганьяна появился совершенно неожиданный защитник - семидесятипятилетний ветеран войны Бушуев В.Г. Текст ходатайства написан в лучших традициях трэш-эстетики. Эта публикация добавляет некоторую юмористичность всему «делу Авдея»

ХОДАТАЙСТВО

о приостановлении уголовного дела Авдея Тер-Оганьяна

Основания:

1. Нельзя оскорблять того, кого в мире никогда не было.

2. По делу нет объекта преступления - Иисуса Христа.

3. Иконы - неодушевленные предметы, они не могут реагировать на действия людей.

4. Следствие не провело экспертизы: были ли, являются ли порубленные иконы Чудотворными. Нужна инициатива районного суда для отыскания истины.

5. Следствие не провело экспертизы о соотношении пользы и вреда от икон. Нужна инициатива суда.

6. Проповедница США Уилкс по радио России заявила :«В мире около 5 000 религий и вер». Следствие не обратилось в Московскую патриархию или богословский факультет МГУ представить доказательства преимущества христианской веры перед другими верами. Восполнить пробелы следствия.

7. Следствие не установило сколько миллиардов людей на земле отрицают иконы. Суду надо возместить этот пробел, обратиться с запросом в библиотеку имени Ленина.

8. Следствие не установило сколько в Европе за две тысячи лет прошло кровопролитных войн между христианами на религиозной основе.

9. Следствие не установило степени вредности икон, изображающие муки ада, что калечит психику доверчивых прихожан, что способствует массовому самоубийству верующих-фанатиков.

10. Следствие не обратилось в Конституционный суд России с вопросом о праве русской православной церкви на ложь для своих прихожан, на пропаганду убийств (в библии двадцать семь эпизодов убийств, в основном массовых, совершаемых самим богом, ангелами, помазанниками божьими - царями невинных, нищих, голодных людей), на пропаганду избиения масс людей (в библии восемнадцать эпизодов избиений), о праве русской церкви на пропаганду истребления людей (двадцать два эпизода). Этот пробел следствия должен восполнить Хамовнический суд - обратиться с представлением в Конституционный суд России.

11. По мнению гения русской литературы, гордости России, Льва Толстого и множества западно-европейских философов-ученых библия - вредная книга, ибо она нашпигована шестьюдесятью тремя эпизодами секса, что разлагает россиян, особенно подростков и молодежь, о чем мечтал главный шпион США Аллен Даллес. Суду нужно назначить соответствующую экспертизу.

12. Назначить судебно-медицинскую экспертизу, перед которой поставить вопрос: может ли женщина родить без зачатья. Ведение экспертизы поручить 1-му московскому мединституту.

13. В порядке процессуальной подготовки к делу в интересах московской патриархии поручить епископу Можайскому Григорию взять в Троицко-Сергиевской лавре одну из чудодейственных икон, с которой в присутствии бригады телевидения России провести следственно-богословский эксперимент: посетить Сергиевско-Посадский дом слепоглухих детей на предмет их исцеления. Если слепые дети станут зрячими, то количество верующих в России возрастет во сто крат и русская православная церковь будет лидером христианского мира.

14. Космонавт США Армстронг, верующий человек, пятикратно был в космосе, искал рай и ад, но не нашел ни того, ни другого. Послать запросы в Московскую патриархию и в богословский университет с предложением сообщить координаты рая и ада. Получение положительных ответов подтвердит обоснованность следствия в предъявленном обвинении.

17. «Священное писание» - библия все чаще и чаще подвергается жесткой критике со стороны клира: Прогрессивный священник Александр Мень проявив благородство, профессиональную принципиальность и честность смело и решительно внес свои коррективы реабилитировав евангельского Варавву: оказывается он не был разбойником, как ошельмовали его все четыре евангелиста (Матфей, Марк, Лука и Иоанн), а был национальным героем, членом патриотической рабоче-крестьянской партии Зелотов, которая вела вооруженную борьбу с римскими оккупантами.

20. Многострадальный нищий еврейский народ, которого Саваоф шестикрылый многократно сдавал в плен соседним иноземным захватчикам (египтянам, ассирийцам, вавилонянам, римлянам и др.) питал огромные надежды на Иисуса Христа, который практически ничего не сделал для еврейского народа, не поднял его на восстание против римских оккупантов, отказался стать царем Израиля, дезертировал, добровольно сдался в плен Понтию Пилату, отказался от помощи Петра рубящего солдат Сенедриона, призывал к покорности, предлагал платить налоги, оказался предателем, (см. Прилагаемую характеристику на Христа № 6000. 001)

21. В Сан-Франциско около 260 мужчин объявили себя Христами и правосудие США не сжигает их на электрических стульях как величайших и злостнейших сатанистов.

22. Российские ханжи на народные деньги строят новые церкви, а мудрые англичане, бельгийцы, шведы, немцы более ста лет сдают церкви в аренду под магазины, склады, хлебные амбары, спортивные клубы, жилье, а в России 25 миллионов беженцев и демобилизованных офицеров не имеют жилья. Проверить степень патриотичности белого и черного духовенства, в сложной ситуации тратят народные деньги на возведение бессмысленных церквей. Поместному собору русской православной церкви 80% всех церквей передать под временное жилье беженцам, переселенцам и семьям демобилизованных офицеров.

23. Еще о личности Христа и его «чудодейственности»: согласно Евангелия женщина тринадцать лет страдающая кровотечением выздоровела едва коснувшись плащаницы Христа. Половину тысячелетия церковники дурачат головы доверчивым христианам Туринской плащаницой Христа, но ни один человек от нее не излечил своих болезней.

24. Иерархи христианства не разрешают судам христианских стран вызывать Христа в качестве свидетеля, а ведь он находится на небе видит и слышит тысячи лжесвидетельств в судах, невиновных ведут на казнь, а Христос проявляет полное равнодушие к судьбе оклеветанных.

28. В России более ста народов и народностей, каждая из которых исповедует свою религию, имеет своих богов. В целях недопущения кровавых, распрей между верующими России могущих привести к очередной гражданской войне как в Чечне прошу Хамовнический суд подойти с государственных позиций и упредить возникновение новых трагедий. Необходимо представить в Гос. Думу проект закона об отмене льготного только для одних христиан праздника мифического рождества Христова и об отмене указа президента обязующего различные предприятия перечислять средства на восстановление церквей польза от которых как утверждают великие философы равна нулю.

32. Я не имел цели посеять вражду на религиозной основе.

33. Я доказал, что в иконах нет ничего сверхъестественного, не подпадающего под законы природы.

34. Проведение всех экспертиз, о которых я ходатайствую перед Хамовническим районным судом подтвердят обоснованность моих убеждений.

35. Борьба со злом (иконы - великое зло в форме обмана) право и обязанность каждого честного, принципиального россиянина.

36. Я глубоко убежден, что Конституционный суд России вынесет решение о том, что церковь и церковники не имеют право на ложь, на пропаганду мук ада, которые отрицаются Академией наук России.

Публикация в журнале «Радек»

 

ЧЕРНОВИК БЕЗ ПОДПИСИ

Его Святейшеству Патриарху Московскому и Всея Руси Алексию Второму

Уважаемый господин Патриарх!

Поводом для нашего обращения послужило известное Вам дело художника Авдея Тер-Оганьяна. Вы были одним из инициаторов возбуждения уголовного дела по факту осквернения художником Тер-Оганьяном тиражных икон 4 декабря 1998 года на открытии художественной ярмарки «Арт-Манеж».

В рамках этого письма мы не собираемся рассматривать этические и эстетические аспекты данной акции. Среди подписавшихся существуют совершенно полярные оценки. Речь пойдет о другом.

Должны признаться, что сам факт Вашего обращения в прокуратуру несказанно удивил нас. Ведь возглавляемая Вами организация располагает целым арсеналом средств воздействия на грешников и богохульников (анафема, епитимья и пр.). На наш взгляд, эффективность церковных мер воздействия не должна вызывать сомнений у верующего человека. И, самое главное, эти методы находятся в той же символической плоскости, что и действия Тер-Оганьяна. Он высказал негативное отношение к Вашей организации - Ваша организация высказывает негативное отношение к нему.

Однако, благодаря в том числе и Вашим усилиям, дело принимает такой оборот, что за символическими действиями могут последовать вполне ощутимые физические меры воздействия.

Оставим в стороне этический аспект проблемы - мало того, что Тер-Оганьян уже обрек себя на вечные муки в преисподней, так ему пытаются отравить и краткое физическое существование. Наиболее существенным нам представляется общественно-политический аспект. В случае обвинительного приговора Авдея Тер-Оганьяна десятки миллионов россиян почувствуют себя ущемленными. Арест художника Тер-Оганьяна будет означать, что отныне в Российской Федерации опасно декларировать свои атеистические убеждения.

В России много неверующих, и влияния на разные сферы жизни у них пока еще хватает. Излишне говорить, на что будет направлено это влияние в случае, если все эти люди станут воспринимать факт существования Вашей организации как угрозу собственной безопасности. Нам не хочется каждый раз, услышав звон церковных колоколов, думать, что он звонит по нам.

Поверьте, господин Патриарх, мы отнюдь не испытываем ностальгии по временам Совета по делам религии при Совете Министров и пятого главка КГБ СССР. Но роль дискриминируемых козлищ в стаде овечек господних нас тем более не устраивает.

Очень хотелось бы, чтобы деловая часть письма на этом заканчивалась, но, к сожалению, после возбуждения уголовного дела, события развиваются совсем уж удручающим образом.

На открытие выставки Тер-Оганьяна в галерее Марата Гельмана ворвалась группа верующих, которые, потрясая холодным оружием, грозились убить господ Тер-Оганьяна и Гельмана. В ходе налета были испорчены работы Тер-Оганьяна (хотим отметить, что Тер-Оганьян портил иконы, которые принадлежали ему лично, а погромщики испортили работы, принадлежащие господину Гельману).

Господин Патриарх! Мы знаем, что построение свободного демократического государства не входит в число приоритетов возглавляемой Вами организации. Тем не менее, необходимо считаться с реальностью. Мы, верующие и неверующие, обречены на совместное существование. Дискуссии между нами неизбежны. Но было бы значительно лучше, если бы они проходили исключительно в вербальной форме.

Мы знаем, что Вы, господин Патриарх, прилагаете много усилий для достижения общественного согласия в стране, для урегулирования международных конфликтов. Мы были бы очень рады, если бы Вы нашли время и возможности для того, чтобы ликвидировать угрозу нарождающегося конфликта между верующими и атеистами России. Поверьте, нам очень хочется рассматривать Русскую Православную церковь исключительно как респектабельную гуманитарную организацию, а не идеологическое прикрытие для фашиствующих бандитов, общество которых может скомпрометировать даже столь почтенных людей как Вы и другие члены Синода РПЦ.

С уважением и надеждой на конструктивный диалог

 

ATTENTION!

МЕЖДУНАРОДНЫЙ ОБЩЕСТВЕННЫЙ КОМИТЕТ ЗАЩИТЫ АВДЕЯ ТЕР-ОГАНЬЯНА

т.345-59-13, e-mail: pravo@liter.net www.pravo.liter.net

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова