Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Красный террор в годы гражданской войны по материалам Особой следственной комиссии по расследованию злодеяний большевиков

 

К оглавлению

Дело No 116 АРХИВ РОССИЙСКОГО ВОЕННОГО АГЕНТА В КОНСТАНТИНОПОЛЕ 1) Некоторые материалы Особой комиссии по расследованию злодеяний большевиков на Юге России за 1918 год.

2) Некоторые сводки сведений о злодеяниях и беззакониях большевиков, зарегистрированных Информационной частью Отдела пропаганды за 1919 год. ОТДЕЛ ПРОПАГАНДЫ ОСОБОГО СОВЕЩАНИЯ ПРИ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ, ОСВЕДОМИТЕЛЬНОЕ БЮРО ОСВАГ, 30 марта 1919 года, No 1617 г. Екатеринодар, Екатерининская улица, "Бристоль" СВОДКА СВЕДЕНИЙ О ЗЛОДЕЯНИЯХ И БЕЗЗАКОНИЯХ БОЛЬШЕВИКОВ No 2 В газетах помещены душу леденящие подробности о казни архиепископа Макария Гневушева в г. Смоленске.

Казнь совершена по приказу советской Чрезвычайной комиссии, во главе которой стоял бывший повар Ячкин. О предстоящей участи владыке Макарию было объявлено только в день самой казни, а в 12 час. его в рясе, как был, так и отправили в контору "Чрезвычайки".

Глумясь над личностью владыки, над его званием и верою, архиепископа Макария посадили в общую арестантскую, обрили и обстригли наголо; священнические одежды с него сняли и надели на него старую грязную рваную солдатскую шинель; обули в дырявые сапоги и в 5 час. вечера отправили в "Чрезвычайку", откуда владыка более не возвращался. Расстрел русских офицеров на станции Дачная.

В январе 1919 года, близ станции Дачная, в имении г. Наумова было расстреляно более 30 членов Добровольческой армии, взятых петлюровцами90 18 декабря 1918 года в плен в бою при Александровском участке в г. Одессе. Издевательства, которым подвергались несчастные мученики перед смертью, возмущают душу. На Дачной их всех поместили в мужской уборной, осыпали бранью и бросали в лица пленных навоз. Тут же в зале устроено было для видимости заседание суда под председательством некоего "Тима".

Расследованием установлено, что начальником дивизии петлюровцев Дяловецким и сотником Яновым расстрел пленных был "все равно" предрешен заранее. С осужденных сдирали новые шинели, фуражки и отбирали все ценное, ругали и били. Около 3-х часов их повели в усадьбу Наумова, где была приготовлена яма.

Священник села Гниляково о[тец] Михаил Федотьев, присутствовавший при последних минутах осужденных, свидетельствует, что несчастные приговоренные были одеты в солдатскую форму без погон, некоторые были в штатском, один в светлом офицерском пальто. Все были угнетены, у некоторых были слезы. Все в один голос пожелали исповедаться и причаститься. После приобщения Св.

Тайн добровольцев поставили в шеренгу, и 40 петлюровцев в присутствии полковника Мамчура дали три залпа в несчастных русских офицеров, которые, по признанию самих петлюровцев, умирали мужественно. 27 января при официальном осмотре места этой зверской казни картина представлялась в следующем виде: в саду усадьбы из ямы длиною около 15 аршин, шириною около 3-х аршин торчали череп, две руки до локтя, ноги, часть туловища, части шинелей и др[угого] платья. Из ямы извлечено 28 мужских трупов, скелет с черепом и отдельный череп -- большинство покровов мацерировало91; местами совершенно сошло. На трупах грязное, кровавое белье и верхнее платье; раны забиты грязью.

На голове одного трупа проломы прикладом; у другого лицо совершенно изуродовано. Офицеры 1 и 2-го батальона Добрармии Одесского района опознали трупы унтер-офицеров Козяна и Заболоцкого, чиновника Довецкого, подпоручика Томсона, вольноопределяющегося Милионевича и доктора Брусиловского, рядового Станислава Элсмонтоновича, поручика Александра Гвоздикова, рядового Рябшудка, охотника Владимира Слободинского, штабс-капитана Августа Лесева, поручика Руденко и Виталия Ясивского.

В "Известиях" сообщается о кощунстве, совершенном в Петрограде. Глубоко чтимая всеми жителями народная святыня, икона Казанской Божьей матери украдена из Казанского собора92. Советские газеты, глумясь над чувством веры русского народа, цинично объявили, что если икона чудотворна, то возвратится и сама.

Заведывающий Информационной частью Полковник: (подпись) За заведывающего Бюро информации: (подпись) ОТДЕЛ ПРОПАГАНДЫ ОСОБОГО СОВЕЩАНИЯ ПРИ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ, No 53434, 17 ноября 1919 года, г. Ростов-на-Дону ОБЩАЯ СВОДКА СВЕДЕНИЙ О ЗЛОДЕЯНИЯХ И БЕЗЗАКОНИЯХ БОЛЬШЕВИКОВ Воронеж. Лицо, прибывшее из Воронежа после вторичного занятия его красными, передает следующие подробности о поведении их в городе.

Тотчас после прихода красных в город прибыла Чрезвычайка, пополненная членами уездных комиссий. Чрезвычайка назначила поголовный обход города с целью выяснения контрреволюционеров, бежавших с казаками. Те семейства, члены которых оказывались налицо, что было большой редкостью, ибо около трех четвертей всего населения покинуло город перед его занятием, оставлялись в покое. Тех же, родственники или близкие которых были в отсутствии, арестовывали и затем всех поголовно расстреливали.

Было несколько случаев, когда расстрелянными оказывались беременные женщины. Гомель. По словам прибывающих из Гомеля, там работает шесть эвакуированных Чрезвычаек: Киевская, Харьковская, Бахмачская, Кременчугская, Миргородская и местная. Раскрываются несуществующие заговоры, особенно польские. Ежедневно расстреливается 40--50 человек. Расстрелян по обвинению в польском заговоре почти весь Гомельский Красный крест, а также много железнодорожников.

Гарнизон города состоит из двух рот спартаковцев93 и четырех рот китайцев. Москва. Из Белгорода сообщают, что в Москве расстреляны 19 представителей кооперативов, более 100 человек заключены в тюрьму. Так же поступают большевики с представителями кооперативов и в других городах советской России. Декретом советского правительства все кооперативы запрещены и преобразованы в продовольственные организации. Только те служащие кооперативов, которые приписались к коммунистам, сохраняют свои места.

Расстрелы под музыку. Часто во время расстрелов полковой оркестр исполнял музыкальный номер. Один из музыкантов рассказал следующий случай, имевший место во время расстрела. Когда оркестр по обыкновению исполнял номер, все осужденные были выстроены в ряд на краю могилы: руки и ноги каждого были привязаны один к другому так, чтобы они все вместе падали прямо в могилу. Затем солдаты-латыши дали залп, целясь в шею, и когда все упали, могила была засыпана.

Как вдруг рассказчик увидел, что могила начала шевелиться. Не будучи в состоянии выдержать этого зрелища, он упал в обморок и был немедленно схвачен большевиками и обвинен в сочувствии пленникам. Он едва не был расстрелян, и его спасло лишь то, что товарищи из музыкантов отметили, что он вообще нездоров. Кисловодск. В Кисловодске арестован рабочий Ткач, обвиняемый в причастности к большевизму.

На следствии Ткач сознался, что он поджег в Бургустане церковь и вместе с другими красноармейцами надевал священные облачения на лошадей. Нежин. В Чернигове перед занятием его нашими войсками красные расстреляли свыше 1500 человек интеллигенции, преимущественно преподавателей школы и общественных деятелей. Производились повальные обыски с целью отыскания интеллигенции. Попутно красные грабили квартиры, забирая белье, одежду и ценности.

В октябре 1918 года при отступлении из Ставрополя поручик пулеметной команды Самурского полка Добрармии Игорь Соболевский, геройски бросившись спасать оставшийся на фронте пулемет, заблудился и пропал без вести. Как оказалось, несчастный офицер, тяжело раненный, остался на поле битвы и затем случайно попал в дом Павла Селикова в ауле Сенжал.

Большевистский изувер этот без всякой жалости к беззащитному, по его собственному выражению, "так ахнул его с печи, аж черти засмеялись", бил его и топтал сапогами, пока тяжело раненый не испустил дух.

Ничего не зная о случившемся, убитая горем мать обратилась ко всем газетам с просьбой сообщить о судьбе сына, и вот, цинично оповещая о своем изуверстве, большевик-зверь сообщает ей письмом, что труп сына ее, офицера, он закопал в огороде и сам приедет, чтобы покончить с ней, если она покажется заблуждающейся, как сын. Житель г. Ейска г[осподин] Рудченко, безвинно пострадавший от большевиков, рассказывает:

"6 апреля 1918 г. я был арестован на дому за тост в честь генерала Корнилова и представлен "товарищу" Бахметенко, тогдашнему царьку города Ейска, окруженному целым штатом приспешников. Пошептались они между собою; слышно было, как тов. Милехин говорил: "Прямо в порт его -- раков ловить". Однако отправили пока в милицию". 8 апреля к Рудченко пришли посредники торговаться об освобождении за 3000 руб.

Предложение было отклонено; его стали вызывать в следственную комиссию и решили предать суду военно-революционного трибунала как опасного контрреволюционера и врага советской власти. В тюрьме его раздели, обыскали и посадили в одиночку, но туда же поместили полковника Шуберта и одного купца. 22 апреля около 6 час[ов] вечера в ворота тюрьмы ввели арестованных мужчин, в том числе 5 офицеров и одного священника. Все были окружены большим отрядом конных и пеших красноармейцев.

Один из матросов подбежал к священнику, ударил его и закричал: "Давайте его мне, я его расстреляю". Все арестованные оказались арестованными за то, что случайно попались в Ейске, возвращаясь с кавказского фронта домой. 30 апреля ввиду слухов о приближении казаков караулу было приказано расстрелять всех политических, выпустить всех уголовных и затем бросить тюрьму. В ночь на 1 мая заслышались выстрелы, сторожа разбежались, но не надолго. Утром часовые опять были на местах.

4 мая вечером, в 10 часов, в тюрьму приехала Чрезвычайная комиссия советской власти в количестве 40 человек и начала следствие. Прежде всего принялись за 2-ю камеру, где находились более состоятельные арестованные. На допросе предлагали 2--3 вопроса, затем председатель решал пустить их в расход, если они офицеры, и обвиняемые приговаривались по голосованию к расстрелу.

Так погибли штабс-капитан Виктор Пархоменко; поручик Голушко Федор из гор[ода] Верхнеднепровска; прапорщик Михаил Вдоз из г. Очакова; прапорщик Александр Новиков из Феодосии; поручик Анатолий Воронков из Мариуполя; отец Евгении Главацкий, священник 220 пехотного полка; вольноопределяющийся Александр Рошальский; кассир Калужского государственного банка; Абрам Ремпель из г. Бердянска; Петр Письменный, гусар из Юзовки; чиновник земского союза. Всех этих лиц на рассвете вывели к морю и расстреляли.

6 мая комиссар Мицкевич приехал в тюрьму в шнурованных сапогах одного из расстрелянных офицеров -- Пархоменко. После неудавшегося наступления на Ейск тюрьму набили казаками окрестных станиц, а несколько дней спустя схватили прапорщика Ченчиковского, станицы Камышеватской, не дали ему одеться, увели без фуражки и бросили в ретирадную яму. Руденко просидел еще до 11 июля, ежеминутно ожидая жестокой расправы бандитов советской власти.

11 июля к тюрьме подъехало несколько шикарных фаэтонов Чрезвычайной комиссии. Во главе комиссии стоял член шайки так называемых "Степных дьяволов" каторжанин Колпаков и начальник контрразведки, тоже каторжанин, Колосов. "Наши минуты, -- гов[орит] Руденко, -- были уже сочтены". Но вот неожиданно приходит смотритель и советует задарить комиссию. Начался торг, и Руденко сговорился с матросами за 1000 рублей. Не прошло и 5 минут, как его вызвали в комиссию. Там "товарищ" Хижняк громогласно заявил, что комиссия не имеет права отнимать жизнь ни у кого.

Купленный матрос-коммунист пригрозил перестрелять всех, если тронут Руденко, и Руденко был освобожден.

На утро, осведомившись об отходе всей шайки, Руденко был еще раз в тюрьме и там узнал, что ночью "чрезвычайные" благополучно приговорили к расстрелу бывших в камере No 3: прапорщика Якова Назаренко из станицы Привольной; Михаила Кириченко, чиновника станицы Должанки; Федора Чепелянского, прапорщика станицы Каневской; Сергея Бугоя, казака той же станицы; Георгия Коновалова, казака станицы Привольной. Всех их вывели за тюрьму и поставили к стенке. Прапорщик Чепелянский выступил вперед и крикнул:

"Эй вы, каторжане, стреляйте верней!" Раздался залп, и все пали мертвыми. Бандиты отправились за остальными. Георгия Леднева убили в камере, Михаила Комаренко -- в уборной, казака станицы Камышеватской Бурлака -- у выхода из тюрьмы вместе с поручиком Иваном Ветровым, ейским купцом Семеном Мордеевым и земским деятелем Анатолием Кличенко. Убивали как разбойники.

По данным, сообщенным г[осподином] Руденко, в отряде красноармейцев Ейска и большевиков состояли комиссар отряда Федька Мицкевич, каторжанин, отбывший 8 лет заключения за подделку кредиток; Хомяков, матрос, просидевший 12 лет на каторге за убийство семьи во Владивостоке.

Комиссар отряда Жлобы93а, фамилия неизвестна; комиссар контрразведки Колосов, без носа, осужденный к восьми годам каторги за убийство девушки; Колесников, член Совета Ейска -- известный вор; Воронин, сидевший в Ейской тюрьме за поножовщину. Готаров, сын известного ейского вора; Васильев, матрос, помощник комиссара флотилии, каторжник. 6 членов Чрезвычайной комиссии -- каторжане, отбывшие 8-10-летнюю каторгу за участие в шайке "Степных дьяволов".

ОТДЕЛ ПРОПАГАНДЫ ОСОБОГО СОВЕЩАНИЯ ПРИ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМ ВООРУЖЕННЫМИ, СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ 10 марта 1919 года г. Екатеринодар В октябре 1918 года тяжело раненный поручик Роболевский в ауле Сокжале был безжалостно замучен хозяином дома Селиковым. Издеваясь над несчастными офицером, он бил его сапогами, пока окончательно не добил. Закопав труп в огороде, он сам же известил об этом зверстве убитую горем мать. Письмо имеется.

6 апреля 1918 года в г. Ейске большевики арестовали г[осподина] Руденко за тост в честь генерала Корнилова, морили в одиночной камере, раздевали, обыскивали и только через три месяца выпустили за плату 1000 рублей. По его свидетельству, 4 мая туда прибыла Чрезвычайная комиссия в 40 негодяев и в тот же день расстреляла 10 человек заключенных, 70 офицеров, 1 священника и др[угих], ехавших домой от Кавказа94.

11 июля вторая комиссия расстреляла еще 11 человек; они, как разбойники, рубили арестованных на месте в камере, в уборной, в дверях и т.п. Начальником комиссии был комиссар Федька Мицкевич, отбывший 8-летнюю каторгу за подделку кредиток. При занятии селения Горловки Юзовского района 18 марта 1919 года большевики расстреляли за контрреволюцию 16 человек служащих, Синякина, Иванова, Косовского и старуху Карнарукову (наши погоны у нее).

Вся семья священника Сокольского была зверски вырезана, а сам священник повешен вверх ногами. На станцию Синельниково 16 февраля 1918 года прибыл отряд красноармейцев для усмирения гайдамаков95, но, решив не проливать "братской крови" гайдамаков, постановили расстрелять лучше 6 офицеров, которых они привезли насильно как проводников. В городе Смоленске по приказу Чрезвычайной комиссии казнен архиепископ Макарий Гневушев.

Глумясь над его саном, его обрили, обстригли, нарядили в рваную солдатскую шинель, в дырявые сапоги и покончили в Чрезвычайке. В январе 1919 года на станции Дачная в имении г. Наумова расстреляно более 30 человек чинов Добровольческой армии, плененных под Одессой. Их заключили в мужскую уборную, ругали, бросали в них навозом, раздели, обобрали, били. По свидетельству священника о[тца] Михаила Федотьева, все они приобщились Св.

Тайн и расстреляны перед могильной ямой в 15 аршин длины и 3 аршина ширины. Оттуда извлечены 28 трупов с проломанными головами, скелеты, череп, окровавленное белье, платье. Многие были опознаны. 7 марта 1918 года на станции Ключевой Екатеринодарского отдела расстреляно 6 человек жителей. Трупы изрублены в мелкие куски и брошены в общую яму. В станице Крымской полевой штаб большевиков расстрелял ни за что 67 человек.

Факт подтверждался отношением Военно-революционного комитета станицы Абийской от 23 апреля 1918 года, No 1722. За начальника информационной части: подпись Скрепил: подпись ОТДЕЛ ПРОПАГАНДЫ ОСОБОГО СОВЕЩАНИЯ ПРИ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ, ИНФОРМАЦИОННАЯ ЧАСТЬ, 31 марта 1919 года ,.

Екатеринодар, Екатерининская 50, гостиница "Бристоль" СВОДКА СВЕДЕНИЙ О ЗЛОДЕЯНИЯХ И БЕЗЗАКОНИЯХ БОЛЬШЕВИКОВ No 3 7 марта 1918 года в станице Ключевой Екатеринодарского отдела был собран обычный митинг "товарищей". Толпа заподозрила некоторых из участников в контрреволюционности, и шесть человек из жителей этой станицы были арестованы и отправлены в г. Майкоп. По дороге партию арестованных встретил Кургано-Лабинский революционный отряд, который немедленно же потребовал расправы с беззащитными.

Тут же в станице Черниговской собрали революционный суд из местных советских комиссаров и представителей разбойного отряда. Что можно было ждать от этого собрания каторжан? Арестованных, разумеется, поспешили выдать красноармейцам, которые только того и ждали. Несчастных обреченных вывели за станицу, на глазах у них вырыли яму и, изрубив всех на мелкие куски, побросали их в общую могилу.

По официальным данным расследования Майкопской комиссии, зверски изрублены были Александр Кривцов, Леонтий Копыка, Павел Мурочка, Григорий Маляр, Илья Белый и священник Тертиганов. В отношении от 23 апреля 1918 года за No 1722 военно-революционный комитет станицы Абинской подтверждает факт расстрела Ивана Щербака, Александра Мороза, Дмитрия Изюмского, Федора Васильева, С. Романиенко, Федора Малого, Григория Коломийца и Ивана Тюпы.

Расстрел совершен был в станице Крымской Крымским полевым штабом, к которому означенный комитет обратился с просьбою о выдаче тел родственникам для погребения. 11 марта 1918 года был зверски убит штабс-капитан Мозговой. Он проживал в г. Сумы Харьковской губернии и, не желая подчиняться советской власти хулиганов, не снимал погон, ходил в форме, но на всякий случай носил при себе ручную бомбу. В конце концов, большевики все-таки арестовали его, избили, искололи штыками и отправили в мертвецкую.

Там, однако, штабс-капитан Мозговой очнулся, выполз на улицу и добрался до больницы. Врач приказал приставить к спасшемуся караульных, которые вместо охраны полумертвого от ран, беспомощного офицера стали издеваться над своею жертвою. Один из них насмешливо спросил у офицера, где у него сердце, приложил винтовку к его груди и без всякого сожаления выстрелом в упор добил несчастного мученика. 11 марта 1918 г. в гор.

Сумы Харьковской губернии кадет Сумского кадетского корпуса Сайманов был арестован красноармейцами за ношение формы и отправлен в комиссариат. После краткого допроса кадета отвели на местную Голгофу96, железнодорожную станцию. Избитый и измученный дорогою молодой кадет едва успел открыть дверь при входе на вокзал, как палач-красноармеец шашкою отрубил ему голову. Труп кадета был брошен в яму и зарыт так небрежно, что ноги торчали над землею.

Михайлов-Воронович сообщает жуткие подробности о гибели Султана Крым-Гирея97. Пробираясь с небольшим отрядом к себе на родину через Туапсинский округ, Султан Крым-Гирей был захвачен большевиками и арестован в станице Калужской. Через Горячий Ключ его провезли в селение Княземихайловское. Там обрадованные ценной находкой большевики выказали всю степень своего восторга. Сперва эти полудикие русские хамы били князя розгами и истязали его в течение нескольких дней. Пытки его были самые ужаснейшие, не поддающиеся описанию. Наконец, звериный мозг большевика придумал "достойную" казнь Султана. Они привесили его за ноги к дереву, разложили под ним костер и сожгли Султана Крым-Гирея живьем. Родной брат его Магомет погиб такою же смертью.

Третий [брат] Султан Доулет-Гирей вместе с присяжным поверенным Канатовым, полковником Маркозовым и др[угими] был схвачен в Горячем Ключе, перевезен в аул Габукай и там заколот штыками одновременно со 180 черкесами того же аула, восставшими в их защиту. Наконец, четвертый [брат] -- Султан Каплан-Гирей - был захвачен в своем хуторе Исабанахабль, за Кубанью, близ Екатеринодара, и зарублен шашками предателей России большевиков. Так погибли от руки этих злодеев славные сыны свободы из семьи Гиреев.

В Киеве местною радиостанцией перехвачено было сообщение, адресованное из Москвы русскому посланнику Иоффе98 в Берлин. В нем передавалось: "После покушения на Ленина99 никто не был расстрелян. В Москве 5 сентября расстреляно только 25 главных реакционеров: бывший министр внутренних дел Хвостов100, бывший министр юстиции Щегловитов101, бывший директор Департамента полиции Белецкий102, священник Восторгов, помощник тайной полиции.

После покушения на Ленина в г. Курске приказано было произвести массовые расстрелы и аресты. Расстрелян предводитель дворянства Офросимов, бывший член Государственной думы Шетохин, председатель Биржевого комитета Сапунов, член землеустроительной комиссии Кругликов. Особенный террор проявлен по отношению полицейских чинов.

Из Москвы сообщают, что в Витебске вместе с Бочкаровой103, начальницею Добровольческого женского отряда, сформированного против немцев, расстреляно семь человек, в том числе видный белорусский деятель Григорович. Газета "Беднота" сообщает, что за участие в белогвардейском заговоре расстрелян Бронислав Подскачик.

ОТДЕЛ ПРОПАГАНДЫ ОСОБОГО СОВЕЩАНИЯ ПРИ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ, ЧАСТЬ ИНФОРМАЦИОННАЯ, 2 апреля 1919 года, No 1708, г. Екатеринодар, Екатерининская 50, "Бристоль" СВОДКА СВЕДЕНИЙ О ЗЛОДЕЯНИЯХ И БЕЗЗАКОНИЯХ БОЛЬШЕВИКОВ No 4 После восстания в Ейском отделе в станицу Новощербиновскую прибыл карательный отряд большевиков, который с диким гиканьем ворвался в станицу под предводительством Лебедева и Богданова. Жители упали на колени. У них потребовали выдачи виновных.

Едва вышел прапорщик Черный, как пуля пробила ему голову. Суда и допроса почти не производили: "контрреволюционер", "содействовал кадетам", -- и в расход. Священник Мелиоропский, уже оправданный, был все-таки расстрелян. Г. Катков расстрелян совсем без суда. Григорий Сушко был "по ошибке" расстрелян вместо Саввы Гришко. Отряд заявил: "Некогда тут валандаться, все равно". 20 мая отряд ушел дальше, уведя с собой арестованных.

В двух верстах за городом их раздели, выстроили и решили расстрелять по очереди, чтобы "чертовы кадеты намучились", хотя все эти жертвы пали совершенно невинно. Вся вина состояла в том, что они были офицеры. Покончив с этими безоружными, бандиты двинулись дальше по станицам, оглашая окрестности пением революционных песен. Из Курска сообщают, что расстрелы там происходили в здании Пивоваренного завода Вильма.

К небольшой кирпичной стенке были одновременно подведены член Городской думы Шетохин, председатель Обоянской земской управы Грибников и председатель биржевого комитета Сапунов. Шетохин первый подошел к Сапунову, обнял и расцеловал его; в это время раздался залп, и все пали мертвыми. У Нижнего Новгорода по приказу Троцкого на Волге была расстреляна орудийным огнем и пулеметами баржа, шедшая вверх по реке с беженцами из Самары. На барже находилось множество женщин и детей. Пощады не было никому.

Пытавшихся спастись вплавь красноармейцы расстреливали с берега ружейными залпами. Крики добиваемых женщин и вопли несчастных детей более часу оглашали реку. Погублено свыше 450 человек. Советская власть не желала принимать в Совдепию лишних нахлебников. 18 сентября советским газетам телеграфировали из Костромы: Чрезвычайной комиссией раскрыт монархический заговор, два главаря расстреляны, следствие продолжается. Расстреляно семь участников Ярославского мятежа105.

Корреспонденты "Монархиста" сообщают, что с 7 по 14 сентября в Смоленске расстреляно семь помещиков и присяжный поверенный Глинский за "участие в заговорах и взносе крупных сумм на организацию". Кроме того расстреляны священники Рожевцев и Орлов "за участие в восстании" в Бельском уезде. Из Курска сообщают, что расстрелы там происходили в здании Пивоваренного завода Вильма.

К небольшой кирпичной стенке были одновременно подведены член Городской думы Шетохин, председатель Обоянской земской управы Грибников и председатель биржевого комитета Сапунов. Шетохин первый подошел к Сапунову, обнял и расцеловал его; в это время раздался залп, и все пали мертвыми. У Нижнего Новгорода, по приказу Троцкого, на Волге была расстреляна орудийным огнем и пулеметами баржа, шедшая вверх по реке с беженцами из Самары. На барже находилось множество женщин и детей. Пощады не было никому.

Пытавшихся спастись вплавь красноармейцы расстреливали с берега ружейными залпами. Крики добиваемых женщин и вопли несчастных детей более часу оглашали реку. Погублено свыше 450 человек. Советская власть не желала принимать в Совдепию лишних нахлебников. 18 сентября советским газетам телеграфировали из Костромы: Чрезвычайной комиссией раскрыт монархический заговор, два главаря расстреляны, следствие продолжается. Расстреляно семь участников Ярославского мятежа.

Корреспонденты "Монархиста"106 сообщают, что с 7 по 14 сентября в Смоленске расстреляно семь помещиков и присяжный поверенный Глинский за "участие в заговорах и взносе крупных сумм на организацию". Кроме того расстреляны священники Рожевцев и Орлов "за участие в восстании" в Бельском уезде.

ОТДЕЛ ПРОПАГАНДЫ ОСОБОГО СОВЕЩАНИЯ ПРИ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ, ЧАСТЬ ИНФОРМАЦИОННАЯ, 2 апреля 1919 года, No 1710, г. Екатеринодар, Екатерининская 50, "Бристоль" ОБЩАЯ СВОДКА СВЕДЕНИЙ О ЗЛОДЕЯНИЯХ И БЕЗЗАКОНИЯХ БОЛЬШЕВИКОВ No 6 Первым революционным советским полком был издан мандат No 80 следующего содержания: "Дано сие тов. Бояринову на право реквизиции девушек от 16 до 25 лет, что подписью и приложением печати удостоверяется. Командир роты (подпись неразборчива).

Председатель подполковник Зиновьев". Печать: 1-й революционный советский полк. Товарищ Александр Бояринов с этим диким безнравственным мандатом был представлен комиссару юстиции 1 июня 1918 года в 9 час. 30 мин. вечера. Временно ворвавшись в Юзовку107 20 марта 1919 года, большевики в течение 5 дней подвергли город полному разграблению. Разгромлены магазины, квартиры, похищены платья, обувь, белье.

Обувь и платья снимали с прохожих на улицах, захвачены все ничтожные запасы продовольствия, имевшиеся в городе. Все население голодало все 5 дней. По доносу местных жителей расстреляно несколько десятков человек. Революционный комитет запретил убирать их трупы, и они валялись на улице несколько дней.

ОТДЕЛ ПРОПАГАНДЫ ОСОБОГО СОВЕЩАНИЯ ПРИ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ, ЧАСТЬ ИНФОРМАЦИОННАЯ, 2 апреля 1919 года, No1711, г. Екатеринодар, Екатерининская 50, "Бристоль" ОБЩАЯ СВОДКА СВЕДЕНИЙ О ЗЛОДЕЯНИЯХ И БЕЗЗАКОНИЯХ БОЛЬШЕВИКОВ No 7 Из точных данных, добытых Особою комиссией по расследованию злодеяний большевиков, усматривается, что 23 сентября 1918 года в Пятигорске большевиками был опубликован первый приказ со списком в 32 человека арестованных ими

заложников, среди которых находились, между прочим, представитель Американского посольства Номикос, представители Сербской миссии Медич, Маркович, Рисанович и секретарь Сербского посольства Нестерович. Все эти заложники должны были быть, согласно приказу, "расстреляны в первую очередь при попытке контрреволюционного восстания и покушения на жизнь вождей пролетариата".

При арестах большевики производили повальные обыски, якобы для отыскания оружия и компрометирующих бумаг, а на деле для отобрания денег и драгоценностей. У есаула Колосовского, например, было увезено 7 возов вещей; у полковника Карташева отобрано 4 дюжины столового серебра, белье, вино и т. д.; у барона де Форжет -- платье, белье, серебряные вещи; у барона Медем все золотые и серебряные вещи; у Дериглазовой -- все ее платья и платья членов ее семьи, серебро и другие вещи, отбиралось почти все имущество, и людей доводили буквально до нищеты. Не было никакого даже намека на правосудие.

Лица, служившие в Чрезвычайной комиссии, совершенно открыто, с удивительною наглостью и цинизмом, требовали за освобождение арестованных известные суммы. Инструктор Чрезвычайной следственной комиссии Кравец, например, требовал с графини Бобринской за освобождение ее сына 50 000 руб. Секретарь той же комиссии Стельмахович требовал с жены полковника Шведова 100 000 руб. за освобождение ее мужа.

Большевистский следователь Александров требовал с княжны Багратион-Мухранской 200 000 руб. за освобождение ее отца, а начальник гарнизона г. Пятигорска Литвинский требовал за освобождение ее брата 10 000 рублей.

ОТДЕЛ ПРОПАГАНДЫ ОСОБОГО СОВЕЩАНИЯ ПРИ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ, ЧАСТЬ ИНФОРМАЦИОННАЯ, 2 апреля 1919 года, No 1712, г. Екатеринодар, Екатерининская 50, "Бристоль" СВОДКА СВЕДЕНИЙ О ЗЛОДЕЯНИЯХ И БЕЗЗАКОНИЯХ БОЛЬШЕВИКОВ No8 Г. Михайлов-Доронович в "Вестнике Добрармии" 29 июля 1918 года (No 31) описывает факт неслыханной бесчеловечности большевиков в Армавире.

По линии от Армавира к Ставрополю шел броневик Добровольческой армии и большевикам хотелось во что бы то ни стало нанести ему вред. Решили пустить паровоз и сбить броневик. В Армавире был один известный всему городу умалишенный С. Б. Каспаров. Вот этим-то больным несчастным и решили воспользоваться новоявленные звери-большевики. Его посадили на паровоз и пустили машину полным ходом. Паровоз мчался как сумасшедший и со всею силою врезался в насыпь. Убитого Каспарова выбросило на 12 сажен в сторону.

В кармане у него найдена была карточка "Комиссар юстиции г. Армавира". Сотрудник газеты "Кубанец" в No 17 от 3 октября 1918 года сообщает следующие факты из злодеяний большевиков: В Курской губернии, разгромив имения у помещиков, большевики содрали шкуры с лошадей и, не убив мучившихся и истекавших кровью животных, пустили их "на волю". Животные еще два дня ходили по белу свету.

В Харьковской губернии, в Сумском уезде один большевик потребовал у многосемейного соседа-крестьянина молока, а у него было шесть человек детей, молока не хватило, и крестьянин отказал. Большевик смолчал, а ночью подкрался и вырезал у коровы язык.

ОТДЕЛ ПРОПАГАНДЫ ОСОБОГО СОВЕЩАНИЯ ПРИ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ, ЧАСТЬ ИНФОРМАЦИОННАЯ, 17 апреля 1919 года, No 1947, г. Екатеринодар, Екатерининская 50, "Бристоль" СВОДКА СВЕДЕНИЙ О ЗЛОДЕЯНИЯХ И БЕЗЗАКОНИЯХ БОЛЬШЕВИКОВ No 9 Из Анапы сообщают о жестокой расправе большевиков 9 марта 1918 года с присяжными поверенными Домантовичем и Рудским.

Оба они были арестованы прибывшими в Анапу из Новороссийска матросами-большевиками и увезены на пароходе, направлявшемся в Новороссийск; по дороге Домантович и Рудский были расстреляны без суда и тела их выброшены в море. Домантович был арестован матросами по донесениям о нем бывшего комиссара продовольствия Арнольда Рутенберга, сводившего с Домантовичем личные счеты как с бывшим комиссаром милиции, а все обвинение Рудского состояло в том, что он высказывал в печати антибольшевистские взгляды.

12 августа 1918 года убито большевиками два казака. Одни из станицы Аналок -- Илья Некоз, другой -- [из] Натугаевский станицы -- Иван Бромошевич. Убийство Некоза учинено было с истязаниями -- его подстрелили, а затем изрубили шашками, после чего сняли всю одежду и обувь. Убийства эти совершены в лесу при уходе большевиков с Таманского фронта. При проходе большевиков через станицу Натугаевскую жители пострадали на 80 тыс. 170 рублей.

У них были отняты лошади, хлеб, сено (фураж, дрова, уничтожены виноградники, бахчи, посевы и проч.). Насильно были взяты в обоз 80 подвод с подводниками и угнаны в Терскую область. Четыре человека, бывшие с подводами, пропали без вести или умерли в плену. Жители Мариуполя сообщают следующие подробности занятия города большевиками.

В начале марта, как только из Мариуполя (1919 год) вышли последние части добровольцев, в город ворвалась большевистская конница и, забыв о преследовании, принялась грабить большие дома. Три дня по городу шла беспрерывная стрельба: "товарищи" пускали в расход "буржуев". С первого же дня начались аресты и обыски. Не было дома, где бы не было арестованного, при обыске страшно издевались над обывателями. Благодаря обыскам 30% жителей разорены окончательно.

В порту в земской больнице осталось 11 сыпнотифозных офицеров и солдат-добровольцев. Большевики четырех из них узнали и расстреляли этих местных и тяжело больных, а остальных приказали довести до ближайших хуторов, чтобы оттуда дотащить в штаб. К счастью, им удалось бежать, и они были спасены. В ограде церкви Марии Магдалины были похоронены три артиллерийских офицера.

При отступлении добровольцы сняли кресты с могил, но большевики приказали указать эти могилы, вырыли трупы, изрубили на куски и выбросили в свалочные места. При своем отступлении большевики объявили, чтобы все мужское население от 18 до 40 лет уходило с ними, угрожая в противном случае расстрелом на месте. До 10 000 человек было угнано как стадо баранов. Так же насильно были угнаны заводские рабочие и население из слободки. В селении Мангуш, где насчитывается 11 000 дворов, остался один мужчина.

При занятии Ялты большевиками в апреле 1919 года первым их делом была расправа с местным священником о[тцом] Николаевым, пользовавшимся в Ялте большим уважением и известным своими проповедями против большевизма. Несмотря на уговоры уехать перед приходом большевиков, о[тец] Николаев не захотел покинуть своей паствы. Он был арестован большевиками и повешен в городском саду.

Начальник Информационной части Бек

ОТДЕЛ ПРОПАГАНДЫ ОСОБОГО СОВЕЩАНИЯ ПРИ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ, ЧАСТЬ ИНФОРМАЦИОННАЯ, 22 апреля 1919 года, No 2088, г. Екатеринодар, Екатерининская 50, "Бристоль"

СВОДКА СВЕДЕНИЙ О ЗЛОДЕЯНИЯХ И БЕЗЗАКОНИЯХ БОЛЬШЕВИКОВ No 10 Корреспондент "Кубанского слова" от 17 апреля 1919 года передает со слов инженера, выехавшего в октябре 1918 года из Петрограда, следующие факты об отношении большевиков к православным святыням, пастырям Церкви.

Казанский собор превращен в народный кинематограф, иконы в нем завешаны, а протоиерей собора о[тец] Орнатский расстрелян вместе со своими сыновьями. Вообще, все духовенство Петрограда частью взято на рытье окопов, частью расстреляно или разбежалось.

В Курске, где тот же инженер был арестован по дороге из Москвы и посажен в тюрьму, ему пришлось быть свидетелем кошмарной расправы большевиков с молодым священником 26 лет, академиком.108 Он был приговорен к смерти, в то время, когда его вели к расстрелу по коридору тюрьмы, красноармеец проткнул ему живот штыком. Несчастного священника расстреляли в бессознательном состоянии. Приводим список пастырей Православной церкви, погибших от руки большевиков.

Имена эти взяты из длинного списка, содержащего более 20 имен епископов и 500 имен священников, пострадавших от ярости большевиков. Список этот собран архиепископом Силивестром Омским, запротоколирован на Киевском Покровском Соборе и разослан всем государствам Европы. 1. Епископ Варсонофий, викарий Новгородский -- убит. Он шел на расстрел, раскрыв руки крестом, в него не попала ни одна пуля; тогда красноармейцы в ярости бросились на него и зарубили штыками.

2. Епископ Лаврентий, викарий Нижегородский -- расстрелян. 3. Архиепископ Андроник Пермский -- зверски замучен. Ему выкололи глаза, обрили, водили по улицам и закопали в могилу живым. 4. Архиепископ Василий Черниговский и 5. Епископ Матвей были посланы для производства дознания об убийстве архиепископа Андроника Пермского, на обратном пути они были остановлены красноармейцами, которые отобрали у них бумаги, а затем убили их. 6. Епископ Дарнава Тобольский -- расстрелян.

7. Епископ Андрей (Ухтомский) -- по слухам, растрелян. 8. Митрополит Владимир Киевский -- расстрелян 20 января 1918 года. 9. Епископ Митрофан, викарий Владимирский, 75 лет -- расстрелян. 10. Епископ Гермоген Тобольский замучен в одном из западных городов Сибири весною 1918 года. Мучили его так жестоко, что брат его, присутствовавший при этом, молил мучителей скорей убить епископа, за что и его расстреляли еще до кончины епископа. 11. Брат Епископа Гермогена Ефим Долганов -- протоиерей Петропавловского собора в Петрограде. 12. Епископ Макарий Орловский -- расстрелян в Вязьме или Смоленске.

Он шел на расстрел с пением псалмов и произнес перед своей кончиной одухотворенную речь, предав анафеме большевиков. 13. Протоиерей Восторгов -- расстрелян. Перед смертью он произнес горячую речь, которая даже на красноармейцев произвела столь сильное впечатление, что они отказались стрелять. Протоиерей был убит китайцем. 14. Отец Павел Денежный, священник Верхнего Токмака -- убит. Подробности его кончины следующие.

Отец Павел с 8-летним сынишкой приехал в железнодорожную школу для уроков Закона Божьего. Когда он вошел в помещение начальника станции, то оказалось, что там сидят несколько большевиков, имевших с ним личные счеты. Они бросились на о[тца] Павла, грозя его убить. Священник просил одного -- разрешения отвести ребенка к знакомым. Это было ему разрешено. По возвращении его убили, задушив, после чего раскачали его тело и выбросили в окно прямо в выгребную яму.

Родным запретили похоронить его тело, которое и пролежало в навозе в течение трех дней. 31 октября 1918 года в боях под Ставрополем был убит доброволец - пулеметчик Корниловского полка Борис Гарин. Труп его был обнаружен случайно поручиком Самур-ского полка Уваковым и писарем Управления ставропольского военного начальника Волковым среди больших окопов около Лысой Горы. По их свидетельству, на трупе добровольца Гарина были явные признаки того, что он был зверски добит большевиками.

У него было ранение правой стороны груди, перерезано горло и правый глаз выколот. В Мариуполе творимые большевиками зверства после занятия города в марте 1919 года не поддаются описанию. Сразу начались розыски "кадетов", несколько человек были найдены в подвалах и на месте изрублены. С офицерами расправлялись так: на плечи гвоздями прибивали погоны, в лоб вбивался гвоздь с широкой шляпкой, что должно было изображать кокарду. Вообще, меры для издевательств и насилий у большевиков не было.

Так, например, трупы убитых добровольцев выкапывали из могил и бросали в мусорные ямы, а трупы расстрелянных добровольцами арестантов одели во взятые у "буржуев" фраки и манишки и похоронили на их месте.

ОТДЕЛ ПРОПАГАНДЫ ОСОБОГО СОВЕЩАНИЯ ПРИ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ, ЧАСТЬ ИНФОРМАЦИОННАЯ, 2 мая 1919 года, No 2484, г. Екатеринодар, Екатерининская 50, "Бристоль" СВОДКА СВЕДЕНИЙ О ЗЛОДЕЯНИЯХ И БЕЗЗАКОНИЯХ БОЛЬШЕВИКОВ No 11 Прибывшие из Одессы беженцы рассказывают следующие ужасающие подробности большевистской резни в Одессе.

Войдя в город в марте с[его] г[ода], большевики объявили, что желающие выехать из города могут собраться в порту, откуда они будут направлены на пароходах. Поддавшиеся на эту провокацию представители местной интеллигенции, буржуазии и офицеры с семьями собрались в порту, и многие были посажены на пароходы. Но в момент отправления пароходов французские и русские команды бросили их на произвол судьбы.

На суда, переполненные беженцами, ворвались красноармейцы и начали резню, насилуя женщин, расстреливая ни в чем не повинных пассажиров. Многие офицеры-беженцы сами расстреливали своих жен и детей, кончая свою жизнь самоубийством, не желая подвергнуться большевистским издевательствам. Ужасы этой резни, устроенной большевиками, не поддаются описанию. В захваченной большевиками части Донской области красные реквизируют зерно, муку, оставляя на душу до нового урожая по четверть фунта в сутки.

В слободе Михайловке на элеваторе и мельнице Вебера реквизировано и вывезено в Совдепию 200 000 пудов зерна. В той же слободе Михайловке (Усть-Медвединского округа) был зверски расстрелян пьяными красноармейцами слободской священник отец Михаил и два его сына за то, что он служил обедню казакам. После расстрела жители похоронили священника в церковной ограде, но красные выкопали труп и бросили за ограду, а церковь опечатали.

В станице Богаевской во время пребывания большевиков наблюдались грабежи и насилия над женщинами и детьми. При уходе большевиками уведено из станицы 50 женщин. По полученным кружным путем сведениям, настоятель Свияжского монастыря епископ Амвросий был избит большевиками и полуживым привязан к хвосту лошади. Мученика волочили по всему городу, изрубили и части выбросили.

Начальник Азовского пункта Освага сообщает, что большевики при оставлении Торговой в апреле с[его] г[ода] насильно увели с собой 200 женщин. Эвакуируясь из селений, большевики разбивают в церквах все иконы. В одной из церквей они на иконе Св. Николая прибили ему ко рту папиросу и сделали на иконе надпись: "Кури, пока мы тут, кадеты придут, папирос не дадут". Большевики, издеваясь над всяким проявлением религиозного чувства, не пощадили и магометанской святыни.

Ими похищены из главной мечети Петрограда Коран калифа Омара109, величайшая святыня магометан. Из села Горькая Балка Медвежинского уезда передают следующее. 19 апреля 1918 года крестьяне Голек и Тандура, начальники карательных отрядов, в сопровождении толпы местных крестьян расстреляли священника о[тца] Соболева, ктитора Минько и псаломщика Слинько. Священнику о[тцу] Богданову нанесено тяжелое пулевое ранение в руку, сделавшее его калекой.

Крестьяне-большевики обвиняли притч в оказании помощи Добрармии. Село Воронцово-Александровское Святокрестовского уезда. 4 июня 1918 года о[тец] Виктор Дьяковский и с ним 17 человек жителей села и окрестностей по приговору "революционного суда" за контрреволюцию расстреляны из пулемета. Перед расстрелом приговоренные сами должны были рыть себе могилу. Село Преградное Медвежского уезда.

21 ноября 1918 года толпой красноармейцев расстрелян председатель общества "Взаимопомощь" Дятлов за то, что останавливал крестьян от эксцессов. Начальник Информационной части полковник Бек Заведующий отделением сводок штабс-ротмистр (подпись)

ОТДЕЛ ПРОПАГАНДЫ ОСОБОГО СОВЕЩАНИЯ ПРИ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ, ЧАСТЬ ИНФОРМАЦИОННАЯ, 11 мая 1919 года, No 2821, г. Екатеринодар, Екатерининская 50, "Бристоль"

СВОДКА СВЕДЕНИЙ О ЗЛОДЕЯНИЯХ И БЕЗЗАКОНИЯХ БОЛЬШЕВИКОВ No 12 Дон.

В Мечетинском районе пятидневное пребывание красных сопровождалось беспощадными грабежами, зверствами и насилиями. Большевики в домах не оставили буквально ничего: забраны скот, хлеб, одежда и т. д. При отступлении красные насильно увели много женщин и девушек. После их ухода найдено несколько трупов стариков, зверски изрубленных красноармейцами. Пострадали от них как богатые, так и бедные. О "товарищах" жители говорят теперь со скрежетом зубовным и горят жаждой мести.

По словам беженцев, из занятых большевиками станиц, красные беспощадно грабят мирных жителей; за критику советской власти в одной станице расстреляно 130 стариков. Большевики приступили к мобилизации женщин, которых остригают и заставляют нести военную службу наравне с красноармейцами. Донесение Донского штаба рисует картину большевистских зверств в восставших станицах Верхнедонского округа.

В хуторах и станицах, занятых коммунистами, "жиды-комиссары" поголовно истребляют все казачье население, дома сжигают, женщин, детей и стариков вырезывают, предварительно измучив и отрубив им руки и ноги. Многих женщин сжигали живьем, зажигая на них платье. В действительности этих фактов приходилось убеждаться, когда отбивали хутора. Трупы женщин и детей, обгорелые, с отрубленными руками, оставались на улице и пожирались свиньями.

Все хутора Мигулинской станицы по правому берегу Дона выгорели почти до тла. От самой Мигулинской осталась третья часть домов. Казаки района восстаний в письмах к родным сообщают следующие факты: красноармейцы забирают добро из сундуков, хлеб, скот, лошадей. Насилуют десятилетних девочек. Где крепкий двор -- настилают соломы, нагоняют овец и все поджигают. В станице Веренской расстреляли 1500 человек. Найдены инструкции, в которых сказано, что надо стереть с лица земли все казачество. При отступлении из Егорлыцкой красные насильно увели с собой 55 девушек-казачек. Прибывшие из Ялты сообщают, что зверски большевиками убит популярный священник Сергей110. В Ставропольской губернии в селе Сергиевском в июне 1918 года военным комиссаром села Тимофеем Шашкиным изрублен житель того же села Патрыкин за то, что протестовал и уговаривал жителей не платить красноармейцам 80 тысяч рублей контрибуции.

В середине июля 1918 года жители села Сергиевского Иван Хромов, Павел Ефромонко, Гавриил Авдиенко и Александр Новиков были приговорены к смерти красноармейцами за контрреволюционность. Зарубили их шашками. В этом суде принимал участие и военный комиссар Шашкин. В селе Александрия Благодарненского уезда в июле 1918 года крестьянин Аким Леликов был приговорен дивизией Жлобы к смерти за контрреволюционность.

Приговор был приведен в исполнение Антоном Поздаковым, Иваном Шаповцовым и Макаром Севрюком, которые закололи штыками Леликова. В селе Журавском Александровского уезда 15 апреля 1919 года местной большевистской организацией убиты волостной старшина и писарь за сочувствие Добровольческой армии. В селе Величавое Святокрестовского уезда в начале апреля 1919 года восставшие большевики в несколько дней обезоружили туркмен и зверски зарезали 67 человек из них за службу в Добровольческой армии.

Изгнанные из Риги советской властью 25 тысяч беженцев, находящиеся на одном из островов Рижского залива, терпят страшную нужду во всем. Заболеваемость и смертность среди них достигли ужасающих размеров. Начальник Информационной части полковник Бек За заведующего бюро сводок мичман Сер.

Красовский ОТДЕЛ ПРОПАГАНДЫ ОСОБОГО СОВЕЩАНИЯ ПРИ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ, ЧАСТЬ ИНФОРМАЦИОННАЯ, 15 мая 1919 года, No 8578, г. Екатеринодар, Екатерининская 50, "Бристоль" СВОДКА СВЕДЕНИЙ О ЗЛОДЕЯНИЯХ И БЕЗЗАКОНИЯХ БОЛЬШЕВИКОВ No 13 Дон. По словам летчиков, прилетевших из центра восстания казаков Верхнедонского округа, причиной восстания были ужасные насилия, чинимые красными.

Так, в одном из хуторов Вешенской станицы красные отрезали язык у одного старого казака, дерзнувшего указать на их насилия, прибили гвоздем этот язык к его подбородку, водили его в таком виде по всей станице, а затем зверским образом убили его. В Карпинской станице красные увели 1000 девушек, заставили их рыть окопы, а затем обесчестили. Когда же казаки начали наступление против Карпинской станицы, большевики выгнали этих девушек впереди своих цепей и расстреляли всех их пулеметным огнем.

В Вешенской станице красные обесчестили одну женщину, затем заперли ее в хате вместе с пятью малыми детьми, обложили соломой и зажгли. В этой же Вешенской станице красные устраивали дикие пьяные разгулы оркестра и музыки, называя их вечеринками, причем заставляли являться на них всех гимназисток и вообще всех подростков-девушек.

Когда же многие отцы, зная, какими оргиями кончаются эти вечеринки, отказались пускать на них своих дочерей, то красные издали специальный декрет, грозивший немедленным расстрелом отцам, дочери которых не будут являться на вечеринки. Почти все несчастные девушки, бывшие на вечеринках, были изнасилованы. Летчик огласил еще ряд писем от верхнедонцов к родственникам и близким, проживающим в Новочеркасске, в которых приводится много фактов возмутительных насилий и надругательств красных.

Установлен также именной список 600 казаков, расстрелянных большевиками и затем опознанных при взятии станиц восставшими. В одной из станиц с целью изничтожить казачество вырезали животы у беременных женщин, хватали детей за ноги и разбивали им головы о столбы, руководствуясь, очевидно, декретом Ленина о том, что все казаки от 9 до 80 лет должны быть сметены с лица земли. (Декрет этот был найден после оставления большевиками станицы)111.

На Дону в хуторах, занятых большевиками, производятся аресты подозрительных и буржуев, арестованных отправляют в тюрьму в Миллерово, где по произволу трибунала они расстреливаются. И исключению не подлежат даже тяжело больные и женщины. Так, в хуторе Чеборовском взят с постели больной старик Исидор Воротынцев и его жена и доставлены в Миллерово, где на третий день они были расстреляны.

В том же хуторе арестована и расстреляна вдова казака Ксения Еремина за то, что у нее один сын офицер, а другой учитель и оба в армии против большевиков. Близ Армавира в селении Георгиевском большевистской организацией, именующей себя "зеленые братья", в апреле сего года ранен и зарыт в землю живьем известный священник.

Начаник Информационной части полковник Бек за заведующего отделением сводок мичман Красовский ОТДЕЛ ПРОПАГАНДЫ ОСОБОГО СОВЕЩАНИЯ ПРИ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ, ЧАСТЬ ИНФОРМАЦИОННАЯ, 21 мая 1919 года, No 3297, г. Екатеринодар, Екатерининская 50, "Бристоль" СВОДКА СВЕДЕНИЙ О ЗЛОДЕЯНИЯХ И БЕЗЗАКОНИЯХ БОЛЬШЕВИКОВ No 14 На Дону после отхода добровольцев из села Старобешево там случайно остался раненый доброволец Чеочих, житель села Большая Каракуба; он был выдан красноармейцам местными большевиками и зарублен. Труп его валялся в течение трех дней около реки Кальмиус и был растерзан собаками. В хуторе Качуренском та же участь постигла двух раненых добровольцев Ивана Семеновича Дупака и Алексея Лукича Дубака, они были добиты местными большевиками.

Пьянства и разгул большевиков в занятых станицах сопровождались кощунственными актами: красноармейцы надевали на лошадей священнические ризы и с площадной бранью открывали стрельбу по кресту и куполам церквей. Хутора подвергались сильному разграблению. Все движимое имущество увозилось, а что нельзя было увезти разбивалось. Так, например, на Качуренском хуторе сложная молотилка была расстреляна из пулемета.

В селе Старобешево были разграблены квартиры Асланова и Криесбева, так как их сыновья служили в Добровольческой армии. Член войскового круга станицы Мечетинской Долбин рассказывает, что большевиками был зверски замучен в станице Мечетинской семидесятилетний старик Тихон Кожов, а Семен Беликов, 70 лет, той же станицы увезен неизвестно куда.

Бежавший из Борисоглебска казак рассказывает, что в селе Кандалы был арестован большевиками священник этого села за будто бы плохие отзывы о Ленине и Троцком; после долгих мытарств он был отправлен в Борисоглебск и там расстрелян. А псаломщика села Кандалы обвинили в том, будто бы он передал казакам какие-то сведения. Несчастного схватили и избили до полусмерти. Долгое время красные держали его в тюрьме, где секли его шомполами.

Беженцы станицы Филоновской рассказывают, что из трех священников станицы двое решили уйти при вступлении красных, третий же остался. Большевики расстреляли оставшегося священника, двух же других поймали и бесчеловечно их замучили, выколов глаза и перебив ноги. В других местах они заставляли священников таскать пятипудовые кули, подгоняя их плетьми.

В Усть-Белокаметвенской станице большевики расстреливают казаков, женщин и девушек насилуют, увозят в тыл якобы для работы, но многих из них находили мертвыми в балках. Сдавшиеся солдаты и офицеры 4-го Сердобского полка рассказывали повстанцам Верхнедонского округа о тех ужасах, каким подвергнуты были большевиками офицеры и интеллигенция гор. Сердобска. Все находившиеся в городе офицеры и интеллигенция были арестованы и приговорены к расстрелу.

Родственникам осужденных назначено было в определенный час свидание. Когда перед тюрьмой собралась толпа жен, красноармейцы стали вызывать их по фамилиям и отозвавшейся бросали половые вырезанные органы ее мужа. В Чебоксарах, куда ночью ворвался латышский отряд, большевики устроили "Варфоломеевскую ночь". Вся интеллигенция, офицеры и духовенство были перебиты, а трупы подвергались глумлению насильников. Дома зажиточных владельцев были сожжены, магазины разграблены.

В Глухове у одного из местных крестьян был брат офицер. Латыши, узнав об этом, хотели арестовать этого офицера, но дома его не нашли, а застали только его мать и брата. Последний подвергся ужасной пытке: ему постепенно отрезали пальцы, уши, язык и выкололи глаза. Семья его также подверглась зверствам. Из пяти человек остался в живых только один грудной ребенок. В гор. Ставрополе 8 мая 1918 года был мученически казнен тифлисский гражданин прапорщик 12-го запасного полка Александр Мирзоев. Казнен он был красноармейцами во время повальных обысков по приказу Прокомедова, Коппе, Ашихина. Труп его был опознан на "Холодном руднике" знакомыми его жены. Труп был изуродован: нос отрезан, пальцы ног и рук отрублены, на животе следы штыков. Труп Мирзоева был погребен только 22 мая, после долгих и унизительных просьб его родных.

Причиной казни послужило то, что он был офицер и что у него оказалось два револьвера. Обыск был произведен по доносу одного из граждан дома, где квартировал замученный Мирзоев. В селе Спицевском Ставропольского уезда в первой половине апреля 1919 года дезертирами советского фронта убит Егор Чернобривкин и замучен самооборонец Алексей Зайцев. Зайцеву сначала выкололи глаза, потом, после истязаний, закопали живым в землю.

Во главе этой красноармейской шайки был Леон Немчиков, Захар Куликов, Игнатий Пономорев, два брата Пантюшкины, под предводительством бывшего комиссара села Кеноповки Федора Пономарева. Во время пребывания большевиков на Кубани в 1918 году среди других были убиты: В станице Раевской б августа 1918 года казак Стефан Миронович Кулин во время производства большевиками реквизиции. В станице Джигинской (немецкой колонии) в начале июня 1918 года убиты большевиками Иван Клеп, Александр и Иван Рейнске.

В станице Варениковской казак С. М. Сергиенко убит бомбою 10 августа 1918 года. Урядник С. М. Сергиенко убит за то, что был сторонником казачества. Зверски зарублены 17 мая 1918 года казаки Ф. П. Герасимов и X. А. Руденко за то, что они были сторонниками казачества и противниками большевизма. Правление школы, товарищество и жители станицы пострадали от большевиков на сумму 740 387 руб.

В станице Крымской в марте 1918 года был арестован станичный атаман Петр Иванович Левченко и посажен в караульное помещение станичного правления. 22 марта в это помещение ворвались большевики: Иван Челомбит, Иван Гончаров и Яков Долгуша. Они набросились на станичного атамана и начали наносить ему удары штыками по всему телу и отрубили ему руки и ноги. На третий день после этого истязания станичный атаман умер.

Начальник Информационной части полковник Бек Редактор (подпись) ОТДЕЛ ПРОПАГАНДЫ ОСОБОГО СОВЕЩАНИЯ ПРИ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ, ЧАСТЬ ИНФОРМАЦИОННАЯ, 30 мая 1919 года, No 3616, г. Екатеринодар, Екатерининская 50, "Бристоль" СВОДКА СВЕДЕНИЙ О ЗЛОДЕЯНИЯХ И БЕЗЗАКОНИЯХ БОЛЬШЕВИКОВ No 15 Кубань. По сообщению казака Девосеева, в станице Владимировской убит большевиками его отец Артем Девосеев за то, что сын его был в партизанском отряде.

Сначала большевики били его прикладами, а потом застрелили и мертвого уже кололи штыками. По словам казака Синилова, в той же станице были убиты большевиками три брата Синиловых при следующих обстоятельствах. Когда большевики потребовали от населения рыть окопы и стали вызывать на работу, из одной избы вышел Андрей Синилов и сразу без всякой причины был расстрелян большевиками, которые потом глумились над его телом.

Другой брат его, Григорий, убежал из станицы и несколько дней скрывался, но затем вернулся домой. Когда большевики об этом узнали, они его схватили и хотели зарубить его шашками, но ему раненым удалось вырваться, он прожил еще пять дней, спрятавшись в яму, где на пятый день в страшных мучениях умер. Третьего -- Гавриила -- зарубили вдали от Владимирской. В той же станице был заколот 70-летний старик-казак, которого четыре большевика спереди и сзади кололи штыками.

Несмотря на страшный крик и мучения старика, большевики закололи его до смерти. Покойника взяли за ноги и поволокли на улицу, где он пролежал целые сутки. В этой же станице был казнен священник о[тец] Александр и четыре брата Осеевы. Всех замученных, расстрелянных и казненных в станице было около 700 человек. Все эти казни были произведены между 5 и 10 июля 1918 года. Перед уходом большевиков из Мариуполя в мае с[его] г[ода] ими была устроена "социализация женщин".

Были оцеплены все людные места города, и все девушки и женщины, не успевшие или не сумевшие скрыться, попали в руки сначала уже подгулявших комиссаров, а затем к солдатам. Все они были изнасилованы, часть замучена, а многие оставшиеся в живых покончили с собой. Всюду массовое заражение венерическими болезнями. Дон. В хуторе Грачинском Гундуровской станицы казачки Анастасья и Пелагея Нежиловы и Ксения Толмачева за отказ делить любовь с красными были зверски ими убиты и вывезены за хутор.

Красные, выгоняя женщин и девушек на окопные работы в районе станицы Каменской, старались всех живущих в одном хуторе направлять верст за 20 от их хутора, чтобы свободней издеваться над своими жертвами. Казак Новониколаевской станицы Баладин, служивший стражником в Талаковской волости Таганрогского округа, был арестован и убит большевиками в Сартане. О его смерти казачка, случайно видевшая картину казни, рассказывает следующее. Баландин, увидевший казаков среди красных, закричал:

"Позор Дону, вы продаете казаков!". Красные набросились на него с криком: "Кто ты такой?". "Я казак станицы Новониколаевской Всевеликого Войска Донского"112, -- был гордый, бесстрашный ответ. "Зарубим", -- закричали красные, замахнувшись шашками. "Я умираю, но кровь казачья никогда не умрет", -- прокричал Баландин и в ту же секунду был засечен шашками.

В Ташкенте в январе 1919 года произошло восстание против советской власти, и весь город был в руках восставших, но 2 января к большевикам подошли новые силы, они ворвались в город и в течение недели продолжали убивать жителей в домах и на улицах. По точному подсчету, всего расстрелянных русских и мусульман оказалось до б 000 человек. В числе расстрелянных было 147 гимназисток, которые во время боев перевязывали раны, масса 14-летних гимназистов и других детей.

Целые семьи были уничтожены как "буржуи". Расстрелянных собирали в кучи, снимали с них одежду и обувь и выбивали штыками с зубов золотые коронки. Один из большевиков -- Толкачев -- перестрелял один до 300 человек. Этот же Толкачев предлагал бросить трупы расстрелянных собакам. В числе расстрелянных был брат Керенского113, занимавший в Ташкенте должность товарища прокурора Палаты. Через неделю расстрелы на улицах прекратились и начались обыски и аресты.

Было арестовано до 700 человек, которых ежедневно по 10--12 человек убивали в бане Ташкентской областной тюрьмы. Казак Бедай, пробравшийся из Царицына, рассказывает, что он там слышал о расстреле в Москве большевиками 5 000 детей, больных сапом.

ОТДЕЛ ПРОПАГАНДЫ ОСОБОГО СОВЕЩАНИЯ ПРИ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ, ЧАСТЬ ИНФОРМАЦИОННАЯ, 21 мая 1919 года, No 3297, г. Екатеринодар, Екатерининская 50, "Бристоль" СВОДКА СВЕДЕНИЙ О ЗЛОДЕЯНИЯХ И БЕЗЗАКОНИЯХ БОЛЬШЕВИКОВ No 14 На Дону после отхода добровольцев из села Старобешево там случайно остался раненый доброволец Чеочих, житель села Большая Каракуба; он был выдан красноармейцам местными большевиками и зарублен.

Труп его валялся в течение трех дней около реки Кальмиус и был растерзан собаками. В хуторе Качуренском та же участь постигла двух раненых добровольцев Ивана Семеновича Дупака и Алексея Лукича Дубака, они были добиты местными большевиками. Пьянства и разгул большевиков в занятых станицах сопровождались кощунственными актами: красноармейцы надевали на лошадей священнические ризы и с площадной бранью открывали стрельбу по кресту и куполам церквей. Хутора подвергались сильному разграблению.

Все движимое имущество увозилось, а что нельзя было увезти разбивалось. Так, например, на Качуренском хуторе сложная молотилка была расстреляна из пулемета. В селе Старобешево были разграблены квартиры Асланова и Криесбева, так как их сыновья служили в Добровольческой армии. Член войскового круга станицы Мечетинской Долбин рассказывает, что большевиками был зверски замучен в станице Мечетинской семидесятилетний старик Тихон Кожов, а Семен Беликов, 70 лет, той же станицы увезен неизвестно куда.

Бежавший из Борисоглебска казак рассказывает, что в селе Кандалы был арестован большевиками священник этого села за будто бы плохие отзывы о Ленине и Троцком; после долгих мытарств он был отправлен в Борисоглебск и там расстрелян. А псаломщика села Кандалы обвинили в том, будто бы он передал казакам какие-то сведения. Несчастного схватили и избили до полусмерти. Долгое время красные держали его в тюрьме, где секли его шомполами. Беженцы станицы Филоновской рассказывают, что из трех священников станицы двое решили уйти при вступлении красных, третий же остался. Большевики расстреляли оставшегося священника, двух же других поймали и бесчеловечно их замучили, выколов глаза и перебив ноги.

В других местах они заставляли священников таскать пятипудовые кули, подгоняя их плетьми. В Усть-Белокаметвенской станице большевики расстреливают казаков, женщин и девушек насилуют, увозят в тыл якобы для работы, но многих из них находили мертвыми в балках. Сдавшиеся солдаты и офицеры 4-го Сердобского полка рассказывали повстанцам Верхнедонского округа о тех ужасах, каким подвергнуты были большевиками офицеры и интеллигенция гор. Сердобска.

Все находившиеся в городе офицеры и интеллигенция были арестованы и приговорены к расстрелу. Родственникам осужденных назначено было в определенный час свидание. Когда перед тюрьмой собралась толпа жен, красноармейцы стали вызывать их по фамилиям и отозвавшейся бросали половые вырезанные органы ее мужа. В Чебоксарах, куда ночью ворвался латышский отряд, большевики устроили "Варфоломеевскую ночь". Вся интеллигенция, офицеры и духовенство были перебиты, а трупы подвергались глумлению насильников.

Дома зажиточных владельцев были сожжены, магазины разграблены. В Глухове у одного из местных крестьян был брат офицер. Латыши, узнав об этом, хотели арестовать этого офицера, но дома его не нашли, а застали только его мать и брата. Последний подвергся ужасной пытке: ему постепенно отрезали пальцы, уши, язык и выкололи глаза. Семья его также подверглась зверствам. Из пяти человек остался в живых только один грудной ребенок. В гор.

Ставрополе 8 мая 1918 года был мученически казнен тифлисский гражданин прапорщик 12-го запасного полка Александр Мирзоев. Казнен он был красноармейцами во время повальных обысков по приказу Прокомедова, Коппе, Ашихина. Труп его был опознан на "Холодном руднике" знакомыми его жены. Труп был изуродован: нос отрезан, пальцы ног и рук отрублены, на животе следы штыков. Труп Мирзоева был погребен только 22 мая, после долгих и унизительных просьб его родных.

Причиной казни послужило то, что он был офицер и что у него оказалось два револьвера. Обыск был произведен по доносу одного из граждан дома, где квартировал замученный Мирзоев. В селе Спицевском Ставропольского уезда в первой половине апреля 1919 года дезертирами советского фронта убит Егор Чернобривкин и замучен самооборонец Алексей Зайцев. Зайцеву сначала выкололи глаза, потом, после истязаний, закопали живым в землю.

Во главе этой красноармейской шайки был Леон Немчиков, Захар Куликов, Игнатий Пономорев, два брата Пантюшкины, под предводительством бывшего комиссара села Кеноповки Федора Пономарева. Во время пребывания большевиков на Кубани в 1918 году среди других были убиты: В станице Раевской б августа 1918 года казак Стефан Миронович Кулин во время производства большевиками реквизиции. В станице Джигинской (немецкой колонии) в начале июня 1918 года убиты большевиками Иван Клеп, Александр и Иван Рейнске.

В станице Варениковской казак С. М. Сергиенко убит бомбою 10 августа 1918 года. Урядник С. М. Сергиенко убит за то, что был сторонником казачества. Зверски зарублены 17 мая 1918 года казаки Ф. П. Герасимов и X. А. Руденко за то, что они были сторонниками казачества и противниками большевизма. Правление школы, товарищество и жители станицы пострадали от большевиков на сумму 740 387 руб.

В станице Крымской в марте 1918 года был арестован станичный атаман Петр Иванович Левченко и посажен в караульное помещение станичного правления. 22 марта в это помещение ворвались большевики: Иван Челомбит, Иван Гончаров и Яков Долгуша. Они набросились на станичного атамана и начали наносить ему удары штыками по всему телу и отрубили ему руки и ноги. На третий день после этого истязания станичный атаман умер.

Начальник Информационной части полковник Бек Редактор (подпись) ОТДЕЛ ПРОПАГАНДЫ ОСОБОГО СОВЕЩАНИЯ ПРИ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ, ЧАСТЬ ИНФОРМАЦИОННАЯ, 30 мая 1919 года, No 3616, г. Екатеринодар, Екатерининская 50, "Бристоль" СВОДКА СВЕДЕНИЙ О ЗЛОДЕЯНИЯХ И БЕЗЗАКОНИЯХ БОЛЬШЕВИКОВ No 15 Кубань. По сообщению казака Девосеева, в станице Владимировской убит большевиками его отец Артем Девосеев за то, что сын его был в партизанском отряде.

Сначала большевики били его прикладами, а потом застрелили и мертвого уже кололи штыками. По словам казака Синилова, в той же станице были убиты большевиками три брата Синиловых при следующих обстоятельствах. Когда большевики потребовали от населения рыть окопы и стали вызывать на работу, из одной избы вышел Андрей Синилов и сразу без всякой причины был расстрелян большевиками, которые потом глумились над его телом.

Другой брат его, Григорий, убежал из станицы и несколько дней скрывался, но затем вернулся домой. Когда большевики об этом узнали, они его схватили и хотели зарубить его шашками, но ему раненым удалось вырваться, он прожил еще пять дней, спрятавшись в яму, где на пятый день в страшных мучениях умер. Третьего -- Гавриила -- зарубили вдали от Владимирской. В той же станице был заколот 70-летний старик-казак, которого четыре большевика спереди и сзади кололи штыками.

Несмотря на страшный крик и мучения старика, большевики закололи его до смерти. Покойника взяли за ноги и поволокли на улицу, где он пролежал целые сутки. В этой же станице был казнен священник о[тец] Александр и четыре брата Осеевы. Всех замученных, расстрелянных и казненных в станице было около 700 человек. Все эти казни были произведены между 5 и 10 июля 1918 года. Перед уходом большевиков из Мариуполя в мае с[его] г[ода] ими была устроена "социализация женщин".

Были оцеплены все людные места города, и все девушки и женщины, не успевшие или не сумевшие скрыться, попали в руки сначала уже подгулявших комиссаров, а затем к солдатам. Все они были изнасилованы, часть замучена, а многие оставшиеся в живых покончили с собой. Всюду массовое заражение венерическими болезнями. Дон. В хуторе Грачинском Гундуровской станицы казачки Анастасья и Пелагея Нежиловы и Ксения Толмачева за отказ делить любовь с красными были зверски ими убиты и вывезены за хутор.

Красные, выгоняя женщин и девушек на окопные работы в районе станицы Каменской, старались всех живущих в одном хуторе направлять верст за 20 от их хутора, чтобы свободней издеваться над своими жертвами. Казак Новониколаевской станицы Баладин, служивший стражником в Талаковской волости Таганрогского округа, был арестован и убит большевиками в Сартане. О его смерти казачка, случайно видевшая картину казни, рассказывает следующее. Баландин, увидевший казаков среди красных, закричал:

"Позор Дону, вы продаете казаков!". Красные набросились на него с криком: "Кто ты такой?". "Я казак станицы Новониколаевской Всевеликого Войска Донского"112, -- был гордый, бесстрашный ответ. "Зарубим", -- закричали красные, замахнувшись шашками. "Я умираю, но кровь казачья никогда не умрет", -- прокричал Баландин и в ту же секунду был засечен шашками.

В Ташкенте в январе 1919 года произошло восстание против советской власти, и весь город был в руках восставших, но 2 января к большевикам подошли новые силы, они ворвались в город и в течение недели продолжали убивать жителей в домах и на улицах. По точному подсчету, всего расстрелянных русских и мусульман оказалось до б 000 человек. В числе расстрелянных было 147 гимназисток, которые во время боев перевязывали раны, масса 14-летних гимназистов и других детей.

Целые семьи были уничтожены как "буржуи". Расстрелянных собирали в кучи, снимали с них одежду и обувь и выбивали штыками с зубов золотые коронки. Один из большевиков -- Толкачев -- перестрелял один до 300 человек. Этот же Толкачев предлагал бросить трупы расстрелянных собакам. В числе расстрелянных был брат Керенского113, занимавший в Ташкенте должность товарища прокурора Палаты. Через неделю расстрелы на улицах прекратились и начались обыски и аресты. Было арестовано до 700 человек, которых ежедневно по 10--12 человек убивали в бане Ташкентской областной тюрьмы. Казак Бедай, пробравшийся из Царицына, рассказывает, что он там слышал о расстреле в Москве большевиками 5 000 детей, больных сапом.

ОТДЕЛ ПРОПАГАНДЫ ОСОБОГО СОВЕЩАНИЯ ПРИ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ, ЧАСТЬ ИНФОРМАЦИОННАЯ, 10 июня 1919 года, No 3989, г. Екатеринодар, Екатерининская 50, "Бристоль" СВОДКА СВЕДЕНИЙ О ЗЛОДЕЯНИЯХ И БЕЗЗАКОНИЯХ БОЛЬШЕВИКОВ No 16 Британская военная миссия114 при адмирале Колчаке115 сообщает следующее: "Особой комиссией освидетельствовано изуродованное тело прапорщика 16-го татарского полка Аминева, раненным взятого в плен красными войсками во время недавнего боя под Уфой.

Комиссией обнаружено, что этому офицеру еще при жизни были нанесены следующие ранения: глубокий разрез через весь лоб до самого черепа, и кожа загнута вверх в виде скальпа; восемь легких штыковых ран в грудь и три глубоких в лицо, а именно, в нос, лоб и правый глаз; последняя рана оказалась смертельной, так как штык прошел насквозь через шею".

Прибывшие с Донского фронта офицеры передают как безусловно достоверный факт, что большевики, озлобленные последними неудачами при отступлении, начинают теперь разбрасывать банки с консервами. При исследовании консервов с безусловной очевидностью было установлено, что они содержат в себе бациллы чумы и холеры или отравлены трупным ядом. Количество оставленных большевиками при отступлении зараженных консервов часто довольно внушительно.

Наши солдаты уже предупреждены об этой дьявольской мести большевиков, и консервы поэтому не достигают желательного для коммунистов эффекта. При попытке большевистских бандитов поднять восстание в Керчи в мае сего года они проникли в город, минуя стражу, окружили дома, населенные офицерами, арестовали последних и устроили над ними полевой суд; до суда они избивали, пытали и калечили несчастных, а после суда расстреляли. В числе расстрелянных после арестов, пыток и суда оказался капитан Болли.

Труп его найден в следующем состоянии: руки изрублены, ребра переломаны. Есть аналогичные раны и на других погибших офицерах. Список расстрелянных большевиками после взятия Одессы в марте с. г.: 1. Баранов Тихон Демьянович, бывший политкомиссар Заамурского пограничного конного полка. 2. Буливский Федор Константинович. 3. Будник Леонид Григорьевич. 4. Будник Янкель Израилевич. 5. Войцеховский Николай Иванович. 6. Гончаренко Кузьма Петрович. 7. Гончаров Пантелей Иванович. 8. Гончарова Мария Парфентьева.

9. Громова Анастасия Бенедиктовна. 10. Гулин Никифор Семенович. 11. Загер Андрей Яковлевич. 12. Зуйков Александр Васильевич, бывший офицер. 13.Зуков Василий Алексеевич, член Союза русского народа116 в Одессе. 14. Зуков Григорий Васильевич. 15. Павел Иванович. 16. Ковалев Антон Павлович. 17. Кучеров Павел Филиппович. 18. Левицкий Митрофан Николаевич, член Союза русского народа в Одессе. 19. Малахов Илья Афанасьевич, член Союза русского народа. 20. Радченко Михаил Давидович, бывший пристав гор. Одессы. 21.

Родзевич Нина Пантелеймоновна, член правления Союза русского народа. 22. Садов Федор Андреевич. 23. Слипченко Александр Михайлович, бывший офицер. 24. Соколовский Михаил Александрович. 25. Фон дер Ховен Сергей Васильевич, бывший полицмейстер гор. Харькова и Одессы, бывший полковник. 26. Эттингер Симон Леопольдович, бывший офицер. В Воронеже 20 апреля сего года было произведено вскрытие мощей Св. Митрофана Воронежского и Тихона Задонского. Вскрытие производилось при большом скоплении народа.

Красноармейцы эти мощи надевали на штыки, производили кощунства и надругательства. Это продолжалось целую неделю. Священники-монахи до 50 лет несут определенное время трудовую повинность наравне со всеми, роют окопы, подметают улицы и исполняют всякие другие черные работы. Советские "Известия"117 пишут об извлечении мощей в соборе св. Софии в Новгороде118, Троицко-Сергиевской лавре и других монастырях. Священников, отказавшихся от удостоверений, якобы кости сгнили, расстреливали.

Китайцы сгоняли народ присутствовать при кощунстве. Церкви будут обращены в театры. Приехавший из Вятки передает, что там в женском монастыре собор превращен в казармы, а иконы, ризы с которых ободраны, свалены в кучу среди улицы. В Киеве большевики по отношению к Церкви и религии сделали то же, что и в Совдепии: отменено преподавание закона Божьего в школе, сняты иконы в общественных учреждениях и школах, выселены монахи и монахини из монастырей и священники из своих помещений.

Происходит чудовищное кощунство -- вскрывают гробницы угодников и чудотворцев Киево-Печерской лавры.119 За начальника Информационной части статский советник (подпись) Редактор (подпись) ОТДЕЛ ПРОПАГАНДЫ ОСОБОГО СОВЕЩАНИЯ ПРИ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ, ЧАСТЬ ИНФОРМАЦИОННАЯ, 12 июня 1919 года, No 4071, г. Екатеринодар, Екатерининская 50, "Бристоль" СВОДКА СВЕДЕНИЙ О ЗЛОДЕЯНИЯХ И БЕЗЗАКОНИЯХ БОЛЬШЕВИКОВ No 17 Дон.

В станице Константиновской жена офицера Сорокина и жена бывшего атамана Дьяконова были изрублены и исколоты штыками. Жена доктора Евсеева изнасилована открыто. Ефимова, девочка 15 лет, изнасилована группой при обыске. Реалист Харламов, 15 лет, расстрелян без всяких причин. По показанию жителей станицы Морозовской, большевики производили казни главным образом холодным оружием: отрубали головы, руки, распарывали грудь и животы. Всего убито в станице 1000 человек.

Из точных сведений, добытых в хуторском правлении, на хуторах Верхнем и Нижнем Крюкосе, Ермаковской станицы расстреляно 15 стариков 50--70 лет. На хуторе Николаеве, Чертковской станицы -- 24 человека, из них учитель Кузнецов, псаломщик Иванов и священник Карпачев. Много морозовцев казнено по доносу некоего казака Благородова, мстившего за то, что хуторское общество выгнало его как мошенника из местной потребительской лавки.

Николай Николаевич Карнеев и сын его Иван выданы также большевикам родственниками по злобе. Казачку Елену Благородову, беременную, убили вместо мужа, бежавшего из тюрьмы, в то время как жена приносила ему пищу. В бытность большевиков в станице Морозовской председатель и члены ревкома убивали под видом борьбы с контрреволюцией отдельных лиц, контрреволюционная деятельность которых безусловно не была доказана. В возмутительной форме приводились в исполнение приговоры.

Осужденных рубили шашками и прикалывали штыками. В станице Платовской красные, заняв станицу, забрав хлеб, фураж и вообще все то, что можно было увезти, разгромили ее, разбивая дома, разваливая [... ]120 станицу жители нашли в колодце 10 трупов: 9 калмыков, в числе их один гилюн121 и один православный священник станицы Каргальской Первого Донского округа. Имена и фамилии убитых и обстоятельства, при которых совершены убийства, не установлены. Хутор Потапов Даниловской станицы.

Часть жителей, бежавших от большевиков, была ими отрезана и насильно возвращена в хутор. Здесь были расстреляны казаки Саран Поссанович Архаков и Мусин, убит прикладом старик Иван Вланов. Все эти лица убиты при следующих обстоятельствах: красные производили обыски, во время которых вымогали деньги, и, получив недостаточное количество денег от указанных лиц, убили их. Станица Кутейчиковская. Часть жителей при наступлении большевиков не успела уйти и была настигнута ими под станицей Великокняжеской.

Из числа захваченных расстреляны: станичный атаман Шарапов, помощник станичного атамана Акушанов, Шубинов, Сарай и Васанов, Габме и Муусив. Первые два расстреляны как представители местной власти, а остальные при вымогательстве у них денег. Кроме того, обнаружены следующие надругательства над святынями калмыков: сожжены Хурули121а в станицах Платовской, Кутейчиковской, Башлаевской, Иловайской и две в Денисовской.

Войсковой штаб сообщает, что во время пребывания красных на станции Цимлянской там было расстреляно 753 человека. Большинство расстрелянных -- старики Мариинской и Николаевской станиц. В Юзовском районе. Во время господства советской власти в марте месяце с[его] г[ода] в селе Сергеевке помощником Махно -- Петро был созван сельский сход, на котором Петро произнес речь. Во время его речи местный лавочник крестьянин Семен Литвинов сказал ему: "За что вы боретесь и проливаете кровь русского народа -- за евреев". Бандит Петро, не ответив крестьянину ни слова, выхватил шашку и тут же на глазах всей толпы изрубил Литвинова на куски. Там же Петро было совершено убийство двух старых стражников, тела которых были брошены в овраг около станции Удачной. Хоронить их не разрешили в течение двух недель, после чего было дано, наконец, разрешение, но с условием похоронить без всякого обряда.

На станции Удачная зверски были убиты красноармейцами местные крестьяне лавочник Григорий Никитович Ушаков и сын его студент Алексей. Семья Ушаковых находилась на полевых работах, где они были арестованы красноармейцами и отведены в местный исполнительный комитет, где в ту же ночь, 14 мая с[его] г[ода], они и были зверски убиты, сначала отрубили им нос и уши, а потом наносили побои тупым орудием и, наконец, расстреляли. Киев.

По постановлению киевской Чрезвычайки расстреляны известный профессор Флоринский122 и много видных ученых. Крым. По сообщению приезжих, в Симферополе большевиками вырезана половина интеллигенции.

В[ременно] и[сполняющий] д[ела] начальника Информационной части статский советник (подпись) редактор (подпись) ОТДЕЛ ПРОПАГАНДЫ ОСОБОГО СОВЕЩАНИЯ ПРИ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ, ЧАСТЬ ИНФОРМАЦИОННАЯ, 19 июня 1919 года, No 4243, г. Екатеринодар, Екатерининская 50, "Бристоль" СВОДКА СВЕДЕНИЙ О ЗЛОДЕЯНИЯХ И БЕЗЗАКОНИЯХ БОЛЬШЕВИКОВ No 18 Дон. В станице Минютинской "ревкомом" было конфисковано имущество жителей, ушедших из станицы.

Разграблено и реквизировано много хлеба и вещей. Зажиточные были выселены из своих домов, которые были заняты "ревкомом". Школы повсеместно были разгромлены, а также имущество учителей. В станице Морозовской находился военный трибунал 9-й армии, и туда отправляли для расстрела всех противоречащих советской власти. Никто оттуда не возвращался. В станице Морозовской способ расправы большевиков со своими жертвами был "китайский".

В станице были устроены ямы, над этими ямами укреплены брусья, к которым за руки и ноги привязывали жертву. Далее начинались пытки, выкалывали глаза, кололи булавками, отрезали уши, нос, рубили руки и ноги, затем жертва убиралась и на ее место привязывалась другая и т. д. Эти ямы пропитывались и наполнялись кровью. В Никитовке большевики, выгоняя на работу, интеллигенцию назначали на самую грязную работу.

На станции Горловка были расстреляны два штейгера123 из местных рудников и один офицер, который был болен и поэтому не мог следовать за нашими войсками. В станице Нижнечирской большевики расстреляли 100 человек, из них 5 детей. Взято заложниками 80 стариков. В станице Есауловской расстреляно 7 стариков, много уведено за красноармейцами. В окрестностях найдено много обезображенных неопознанных трупов. Ст[анция] Кательниково была центром большевистского правосудия.

Здесь ежедневно производились расстрелы как местных жителей, так и привозимых из станиц и хуторов. Большинство расстрелянных -- старики, много женщин. Точно установить число жертв невозможно, но, по словам жителей, особенно окраин, видевших партии приговоренных, число расстрелов достигает 1000 человек. Бывали случаи, когда к месту казни приводили партии в 100 человек. Расстрелы производились днем и ночью исключительно коммунистами. В числе коммунистов было 7 женщин.

Этим женщинам в награду за ревностную службу торжественно вручены были револьверы. По словам лиц, заслуживающих доверия, большевики, занимавшие Луганск и окрестные селения, окончательно восстановили против себя население, даже фабрично-заводское. Особенно же терроризированы женщины. Во всякое время дня и ночи в здание Чрезвычайки вызывались под разными предлогами по заранее составленному списку девушки от 15-летнего возраста и замужние женщины.

Там они насиловались комиссарами, по преимуществу китайцами и латышами. Затем красноармейцы везли их в кабаки, рестораны, заставляли пить с ними водку и споенных, истерзанных отправляли в участок, оттуда развозили по домам. Некоторых женщин заставляли принимать кокаин и другие наркотические средства, под влиянием которых заставляли подписывать акты бракосочетания их с красноармейцами-коммунистами. То же проделывалось под угрозой застрелить из револьвера.

Повенчанных большевистским способом, несмотря на протесты, увозили, сдавали комиссарам, вообще обращались, как с вещью. Одним из многочисленных примеров является дочь вдовы Зинаида Трофимовна Вебер, 18 лет. Насильно взятая командиром 213-го Оргиевского полка Беловым, Вебер бежала и скрывалась до прихода наших войск. Много женщин, вызванных в Чрезвычайку, бесследно исчезло.

В Каменской большевиками расстреляны мировой судья Иванов, церковный староста Жданов, 70 лет, за то, что у него сын офицер; торговец Ларионов, больной тифом, был стащен с постели, его избили прикладами и бросили в реку, кроме них расстрелян стражник, надзиратель тюрьмы Дубовицкий, жена казначея Владимирская и много других. Беженец из Киева рассказывает о кощунствах большевиков следующее.

Они заранее выкрали мощи, а затем заставили священников всенародно открывать пустые раки, чтобы выставить их в шарлатанском виде. Кощунственная церемония была снята для кинематографа и демонстрировалась бесплатно народу. На одном из собраний было решено утилизировать какой-нибудь храм под собрания. Один из присутствовавших, указавший на пригодность для этой цели синагоги124, был расстрелян. В Екатеринославе был запрещен церковный звон. Исключение допускалось с особого разрешения комиссара.

В Ромнах, Полтавской губернии царство большевиков ознаменовалось обычными зверствами. В первый же день (после прихода большевиков) было арестовано около 20 человек, из которых 5 расстреляно. Среди расстрелянных -- бывший начальник милиции поручик Корниенко. Трупы расстрелянных были отправлены в городскую больницу, где на другой день было обнаружено, что поручик Корниенко жив; его перенесли в палату. Члены Чрезвычайки, узнав об этом, немедленно явились в больницу.

Несмотря на протесты больных и врачей, вытащили поручика Корниенко во двор и перед окнами палаты расстреляли. Во главе роменской Чрезвычайки стоял известный каторжник Перелагаев, обвинявшийся в убийстве целой семьи с целью грабежа. В городе Изюм, Харьковской губернии очевидцы передавали о поголовном ограблении семейств, у коих родственники пошли к "кадетам".

Говорили, что жена полковника О. была зверски истерзана: ей сначала отрубили пальцы, а затем прокололи штыком живот, несмотря на то, что она была беременна. По указанию мальчишек расстреливали совершенно невинных людей. Прибывшие из Ялты сообщают о расстреле большевиками священников Щукина, Батенова, Владимирского, торговца Фангопуло и Окунева, владельца гостиницы "Франция". В деревне Дерской был найден пулемет. Вследствие этого расстреляно 22 татарина.

При отступлении от Сарапуля, как сообщают лондонские газеты, большевики расстреляли большое количество женщин, жен и сестер офицеров, сражавшихся в армии Колчака. Заколот был также один полуторогодовалый мальчик.

В[ременно] и[сполняющий] д[ела] начальника Информационной части статский советник Ю. Шумахер Редактор (подпись) ОТДЕЛ ПРОПАГАНДЫ ОСОБОГО СОВЕЩАНИЯ ПРИ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ, ЧАСТЬ ИНФОРМАЦИОННАЯ, 29 июня 1919 года, No 4338, г. Екатеринодар, Екатерининская 50, "Бристоль" СВОДКА СВЕДЕНИЙ О ЗЛОДЕЯНИЯХ И БЕЗЗАКОНИЯХ БОЛЬШЕВИКОВ No 19 Харьков. Во время пребывания большевиков в Харькове там царил такой террор, что многие сходили с ума от всех переживаемых кошмаров.

Особенным зверством отличался комиссар Саенко, к счастью, пойманный добровольцами. Расстреливали беспощадно, не исключая женщин и детей. На двух улицах и в подвалах некоторых домов были вырыты коридоры, к концу которых ставили расстреливаемых и, когда они падали, их присыпали землей. А на другой день на том же месте расстреливали следующих, затем опять присыпали землей и так до верху. Потом начинался следующий ряд этого же коридора.

Говорят, что в одном из таких коридоров лежало до 2 000 расстрелянных. Некоторые женщины расстреляны только потому, что не принимали ухаживаний комиссаров. В подвалах находили распятых на полу людей и привинченных к полу винтами. У многих женщин была снята кожа на руках и ногах в виде перчаток и чулок и вся кожа спереди. По словам прибывшего из Харькова, последний период пребывания советской власти в городе ознаменовался необычайной вспышкой красного террора. Харьковская Чрезвычайка, насчитывавшая до 1500 агентов, работала вовсю. Ежедневно арестовывались сотни лиц. В подвальном этаже дома, в котором помещалась Чрезвычайка (по Сумской ул.), имелось три больших комнаты.

Эти комнаты всегда бывали переполненными до такой степени, что арестованным приходилось стоять. В распоряжении Чрезвычайки имелась специальная китайская рота, которая пытала арестованных при допросах и расстреливала обреченных. Ежедневно расстреливалось от 40 до 50 человек, причем последние дни эта цифра сильно возросла. В числе других большевиками расстреляны бывший иркутский губернатор Бантыш с сыном, генералы Нечаев и Кусков и князь Путятин.

По приблизительному подсчету большевиками расстреляно в Харькове свыше 1000 человек. В концентрационном лагере на Чайковской улице вырыто тридцать три трупа расстрелянных большевиками заложников. Большевики не только расстреливали заложников, но и рубили их шашками у вырытых могил, закапывали живыми в могилы, бросали в канализационные колодцы. Подземные казематы заливались водой, в которой тонули заложники. Установлено, что расстреляны (но трупы пока не найдены) капитан Сорокин, торговец Величко.

По рассказам очевидцев, трупы зарыты во дворе дома No 47 по Сумской ул., где помещалась комендатура Чрезвычайки. Здесь должны быть зарыты трупы бывшего сотрудника "Новой России" капитана В. Г. Плаксы-Ждановича и коммерсанта Шиховского, расстрелянных в один день. Тех, которые после расстрела еще подавали признаки жизни, Саенко собственноручно приканчивал кинжалом. На Сумской и Чайковской улицах помещения полны трупного запаха.

Жертвы большевистских зверств расстреливались у самых "Чрезвычаек" и тут же погребались, причем тела убитых едва засыпались землей. В подвале дома по Сумской улице No 47 обнаружена доска, на которой приговоренные к смерти записывали последние слова. Имеются некоторые подписи: Кулинин, Андреев, Знаменский, Бробловский. Дом, в котором еще так недавно помещался концентрационный лагерь для буржуев и контрреволюционеров и где зверствовал садист Саенко, окружен рвом и колючей изгородью.

Проникнуть в дом можно только через маленький мостик. Весь дом в настоящее время совершенно пуст. Во дворе дома устроены две грандиозные братские могилы, в которых расстрелянных погребали одного над другим. Сколько тел предано земле в этих братских могилах, пока установить не удалось. Продолжаются раскопы могил жертв красного террора. Пока вырыто 239 трупов. Протоколом судебно-медицинского исследования установлены факты погребения живых, издевательств и пыток. Волчанск.

Получены сведения, что в городе Волчанске большевики перед уходом расстреляли 64 заложника, находившихся в распоряжении "Чрезвычайной" комиссии. Среди расстрелянных начальница женской гимназии и видные общественные деятели. Расстрелы киевлян. Киевская Чрезвычайная комиссия, руководимая Сорокиным, культивирует систему расстрелов. Убито много видных общественных деятелей, которые были обвинены в фантастических заговорах против советской власти.

Из числа видных киевлян кроме профессоров Армашевского, Флоринского, расстреляны офицеры, кн[язь] Трубецкой; хорошо известный киевлянам г[осподин] Размитальский; директор городского банка Цитович; присяжный поверенный Палибин; киевские финансисты Пенес и Рубинштейн; присяжный поверенный Лурье и много других. Лукьяновская тюрьма и все другие арестантские помещения забиты арестованными. Террор в Одессе. 400 человек за неуплату контрибуций отправлено на принудительные работы.

Всюду на Украине большевики занимаются грабежом и насилиями. Так, к одному богатому мужику явились красноармейцы и потребовали от него 40 000 рублей. Тот мог дать только 4 000. Не удовлетворившись этим, красноармейцы связали мужика и его жену и принялись свечою жечь им пятки. Расстрелы в Петрограде.

По полученным сведениям, в Петрограде по постановлению Чрезвычайной комиссии были расстреляны штабс-капитан Ганыч, лейтенант флота Паскевич, полковник Четыркин, балтийский командир заградителя "Лена" Брун, Кутейников, мичман Овчинников, лейтенант флота Штейнгеттер, Чаусов, мичман Кучинский, офицеры Центрального штаба Сибиряков, Зубчанинов, Попов, Сергеев, Чайковский, Надыпов, Капорцов, Зейков, Дурнов, Карасюк, Васильев, Иванов, Далыпин-Шайлеков, Рогачев, Котов, Большаков, Хмызов-Смирнов, Выхолков, Ястяков, Сафронов, Борисов, Акимов, Анто-Самсонов.

Приговоры подписаны председателем Скороходовым и секретарем Чудиным. Кроме того, по постановлению той же Чрезвычайки были расстреляны сотрудники "Русского знамени"125 Лука Злотников, И. В. Ревенко, Л. Н. Бобров, В. Н. Мухин, А. Д. Га-рявин, Н. А. Ларин и др.; офицеры: Р. Р. Депнер, Н. С. Сурмонов, Я. Я. Тягунов, Д. Н. Карпов, В. К. Коспелецкий, Н. Б. Шкловский, С. М. Помочников, М. П. Базыкин, П. С. Беляков, Г. И. Газан и др.

В окрестностях Перми найдены тела графини Гендриковой и г-жи Шнейдер, которые сопровождали царскую семью во время ее путешествия из Омска в Екатеринбург126. Они под конвоем были доставлены в Пермь, где и погибли от рук большевиков.

Вр[еменно] исп[олняющий] об[язанности] начальника Информационной части статский советник Шумахер редактор (подпись) ОТДЕЛ ПРОПАГАНДЫ ОСОБОГО СОВЕЩАНИЯ ПРИ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ, ЧАСТЬ ИНФОРМАЦИОННАЯ, 6 июля 1919 года, No 4628, г. Екатеринодар, Екатерининская 50, "Бристоль" СВОДКА СВЕДЕНИЙ О ЗЛОДЕЯНИЯХ И БЕЗЗАКОНИЯХ БОЛЬШЕВИКОВ No 20 Харьков.

По мере раскопки могил и расследований злодеяний большевиков обнаруживаются все новые и новые жестокости последних над своими жертвами. При раскопках найдено 18 человек с вырванными зубами и вколоченными под ногтями гвоздями. В конторе "Вечернее время" получено два снимка с вырытых на улице Чайковского трупов. На первом изображены останки рослого широкоплечего человека. Лицо, насколько можно разглядеть, искажено предсмертной гримасой, зубы стиснуты.

Две колотые раны на груди и отрубленная кисть левой руки. Поодаль еще труп; так дальше еще и еще. На втором снимке на первом плане труп с вывернутыми руками и ногами, за ним еще труп, а дальше -- женщина с отрезанной правой грудью. Крым. По рассказам жителей деревни Новопокровки, по занятии ее большевиками в апреле и мае с[его] г[ода] первым требованием комиссаров, явившихся в крестьянские хаты, было: "Убрать эту грязь вон!" -- с выразительным жестом в сторону икон.

Большинство комиссаров были евреи, которые с особенной ненавистью относились ко всем предметам культа. По словам крестьянина-очевидца, во время нашего отступления в начале апреля с[его] г[ода] красные захватили вольноопределяющегося и сына священника, нещадно били их. Вольноопределяющемуся вырезали на плечах погоны и затем обоих расстреляли. Там же были захвачены две женщины, пробиравшиеся в район, занятый Добрармией; красные, изнасиловав, убили их.

В Севастополе во время пребывания там большевиков расстреляны среди других: 1) полковник Смирнов (инженер), 2) купец-еврей Окунев, 3) его сын, 4) сын генерала Кетрица. Судьба другой партии, состоящей из 160 человек, неизвестна. По непроверенным сведениям, из них расстреляны: корабельный инженер генерал Константинович и мичман военврач Кнорус (бывший председатель Центрофлота). Бердянск.

В начале января этого года из Бердянска в село Новоспасовку были посланы офицеры с двумя пулеметами для производства мобилизации. Трех из них поймали большевики и убили двух на месте. Третьего замуровали в хате, а затем через трубу лили до тех пор воду, пока он не захлебнулся. Позже был обнаружен его замерзший труп.

По словам приехавшего из Екатеринослава инженера Андреева, пережившего там весь ужас большевизма (кошмар, не поддающийся описанию), в Екатеринославе расстреляно более 5000 человек как контрреволюционеров. Батум. "Туркестанские советские известия" от 24 июня сообщают о расстреле большевиками двух армянских полков, действовавших раньше с добровольцами, а затем перешедших на сторону большевиков. Последние разоружили оба полка и расстреляли всех армян поголовно. Список расстрелянных занимает 3 страницы и подписан чрезвычайным комиссаром Туркестана Казим-Беком. Станица Усть-Медведицкая. В период советской власти большевиками в станице зверски расстреляны: 1) войсковой старшина Хрипунов, 2) полковник Авраамов, 3) предводитель дворянства Коротков, 4) подъесаул Прозоровский, 5) начальник почтово-телеграфной конторы Прилепин; урядники: 6) Петр Субулов, 7) Георгий Зрянин, 8) Василий Новгородсков; казаки:

9) Степан Широков, 10) Павел Гуляев, 11) Яков Широков, 12--13) Александр Урасов с женой, 14) Анисим Овсянников, 18) Венедик Натамоткин, 19) Василий Алифанов, 20) Филипп Красноглазов, 21) Василий Попов, 22, 23, 24) Динич Флоров с двумя сыновьями. В станице Глазуновской расстреляны: 1) Иван Давыдович, 2) Николай Загородков, 3) Сергей Соколов. Последний изрублен шашками местными красноармейцами. В станице Цимлянской расстреляно 753 человека, в Кулишацкой -- 10 человек, в Чертковской -- 34 человека.

Вр[еменно] и[сполняющий] д[ела] начальника Информационной части статский советник Ю. Шумахер редактор Малиновская ОТДЕЛ ПРОПАГАНДЫ ОСОБОГО СОВЕЩАНИЯ ПРИ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ, ЧАСТЬ ИНФОРМАЦИОННАЯ, 28 июля 1919 года, No 5227, г. Екатеринодар, Екатерининская 50, "Бристоль" СВОДКА СВЕДЕНИЙ О ЗЛОДЕЯНИЯХ И БЕЗЗАКОНИЯХ БОЛЬШЕВИКОВ No 23 Дон. Станица Морозовская. 5 июля в станице Морозовской погребено 200 трупов, преимущественно местных жителей, замученных большевиками.

В числе жертв -- 10 женщин, 3 священника: о[тец] Николай Попов, о[тец] Агафон Горин, о[тец] Александр Карапчов и отец, мать и сестра полковника барона Медема. Несчастные жертвы были страшно изрублены и все, за исключением женщин, обнажены. Станица Урпинская. По всему округу за время пребывания большевиков расстреляно более 7 000 человек, которые погребены на горе за Ольхами. В семи могилах погребено по 1000 человек в каждой.

Станица сильно разграблена: красные одинаково грабили и богатых, и бедных, забирая хлеб, сено, лошадей, скот и пр. Черноморье. Меленковский уезд. В крестьянском восстании были замешаны 8 реалистов в возрасте от 12 до 16 лет. Всех их направили в Муром. После телеграммы из центра о немедленном расстреле "контрреволюционеров" поздно ночью всем заключенным был вынесен смертный приговор, и рано утром дети были расстреляны в присутствии прибывшей к казни из Москвы специальной Чрезвычайной комиссии.

Этот случай так повлиял на крестьянство, что они в тот же день растерзали двух комиссаров -- Чернышева и Лившица. На другой день в городе был объявлен красный террор и расстреляно 260 заложников. Екатеринослав. Из рассказа спасшегося от расстрела. В одну из особенно темных ночей из подвалов было вызвано 7 арестованных офицеров. Вместо того, чтобы "разменять" их тут же во дворе, их повели на улицу, где ждали с потушенными фонарями два автомобиля. Посадили, связав им предварительно руки.

Долго кружили по темным улицам и, наконец, выехали в поле. Там расковали, поставили трех часовых, и вручили им лопаты, заставили рыть для себя могилы. Сами ушли к автомобилям, зажгли фонари и принялись играть в карты. Осужденные копали долго, когда они кончили, палачи бросили игру и веселой гурьбой подошли к ним. Заставили раздеться догола и тут же поделили между собой одежду. Выстроили осужденных перед ямой и пьяные, шатаясь, стали "шалить": то поднимут винтовки, то опустят.

В этот момент одному из офицеров пришла смелая мысль: за несколько секунд до выстрела он бросился в яму. Тотчас же на него после глухого треска скатились тела его товарищей и прикрыли почти всего. Один из красноармейцев, чтобы убедиться, что все мертвы выстрелил еще в яму и попал в ногу единственному живому. Но тот не шевельнулся. Когда успокоенные красноармейцы укатили на автомобиле, офицер выбрался из ямы и бросился бежать.

Через несколько дней он был найден крестьянами в 20 верстах от города, полуголый, весь в крови, с диким выражением лица и совершенно седыми волосами. Через неделю, оправившись, он пробрался через ряд большевистских войск в Добрармию. Царицын. 5 и 6 июля производились раскопки могил замученных и расстрелянных большевиками. Картина потрясающая: судорожно переплетенные руки и ноги, трупы найдены на полуаршинной глубине. По данным медицинской экспертизы, многие погребены заживо.

На кладбище за кирпичным заводом обнаружено 63 трупа. Все они зарыты в середине сентября 1918 года, когда здесь вспыхнуло восстание против советской власти. Среди расстрелянных много офицеров и одна женщина -- г-жа Петрова, на квартире которой происходили собрания алексеевцев.126а Курская губерния. Белгород. В декабре месяце здесь зверски умерщвлена целая семья кн[язей] Гагариных. Сначала убили отца, он был с седой бородой. Сын не захотел бросить отца, и его зарубили тоже.

Мать сошла с ума, и когда пришли за ней, спросила, скоро ли поезд. "Идет, скоро", -- ответили палачи и изрубили ее. Убили не сразу. Несчастные долго мучились, а потом три дня лежали во рву непогребенные. Курск. В осажденном Курске большевиками объявлен красный террор. Расстреляли заложников, судебных чиновников, среди расстрелянных председатель палаты Крылов. Петроград. "Таймсу"127 сообщают из Гельсингфорса128 о массовом расстреле восставших на заводах рабочих.

Приехавший в начале июля из Петрограда сообщает о положении в красном Петрограде. Массовые расстрелы стали обычным явлением, расстреливают за появление на улице позже 7 часов вечера по советскому времени. Латыш Петерc129, назначенный начальником штаба, довел красный террор до неслыханных ужасов. "Правда" ежедневно публикует десятки фамилий лиц, расстрелянных за контрреволюционность или просто непочтительные отзывы о советской власти.

Ю. Нахамкис130 пишет в "Правде" о необходимости, в случае оставления Петрограда, уничтожить всех, не пожелавших покинуть последний вместе с советскими войскам. Москва. Все священники мобилизованы для унизительных работ, часто [для очистки] выгребных ям, мытья казарм и пр. Волоколамск. Произошло восстание мобилизованных. Восстание подавлено с кровавой жестокостью: 400 солдат изрублено, предводитель ефрейтор Савин зарыт в могилу живым.

Вр[еменно] и[сполняющий] об[язанности] начальника Информационной части статский советник Шумахер редактор (подпись) ОТДЕЛ ПРОПАГАНДЫ ОСОБОГО СОВЕЩАНИЯ ПРИ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ, ЧАСТЬ ИНФОРМАЦИОННАЯ, 17 августа 1919 года, No110074, г. Ростов СВОДКА СВЕДЕНИЙ О ЗЛОДЕЯНИЯХ И БЕЗЗАКОНИЯХ БОЛЬШЕВИКОВ No 24 Дон. Ст. Усть-Медведицкая. За период советской власти в станице большевиками расстреляны:

Бельскова Ирина, Ульянов Иосиф, гимназист Егоров, Дмитрий Безчетков, Михаил Широков, Евдоким Мордвин, Ермолай Кадыков, Иван Кадыков, Матвей Коршунов, Прокофий Девяткин, Анастасия Феофилова, Максим Мазрин, Андрей Жаркин, Яков Широков, Иван Сычев, Иван Пасторов, Христофор Пастушков, Виссарион Любогов, Леонид Земцов, Иван Лащенков, Иван Фролов, Иван Филатов, Семен Бритиков, Петр Янко, Константин Маевский, Виссарион Попов. Терская область. Грозный.

При производстве ремонта в женском монастыре найдены три человеческих скелета. По меткам на белье двух скелетов были опознаны Михайловский и М. X.Павленко, проживавшие в 13 участке и расстрелянные по приговору грозненской Чрезвычайки в начале гражданской войны прошлого года за антисоветское выступление по поводу мобилизации. У третьего скелета нет головы. Харьковская губерния. Волчанский уезд. Слободка Великий Бурлук.

Во время пребывания там большевиков была расстреляна целая семья кн[язя] Вадбольского, всего в числе девяти человек, из которых две 80-летние старухи и одна бонна-англичанка. Несчастные были убиты при следующей обстановке: их раздели догола, привели за домовую церковь, зажгли свечи, приказали стать на колени и молиться, а затем под свист и крики начали отрезать им уши, рубить шашками и, когда жертвы теряли сознание, их пристреливали. После казни домовая церковь обращена в развалины.

Кутаисский уезд. Слобода Николаевка. В слободе расстрелян местный священник, которого большевики сначала взяли на паровоз и заставили обслуживать топку. Когда он, изнемогая от работы, упал, они разрешили ему помолиться, а потом стащили его в кусты и там расстреляли. Сумы. По словам присутствовавших при раскопках могил, в которых были зарыты жертвы большевистского красного террора, тела харьковских заложников найдены в могиле No 1 на высоком холме, вблизи вокзала. При осмотре жертв оказалось, что большинство жертв погибло от сабельных ударов и лишь немногие от огнестрельных ранений в затылочную часть головы. Е. Н. Жевержеев был зарублен шашкой. Установлены кроме того следы ударов прикладами.

На одном из трупов обнаружены 9 сабельных ранений, причем совершенно отрублена голова, руки и ноги и разрублена грудная клетка. Судя по наружным следам, жертвы перед казнью подвергались издевательствам. В могиле No 2 найдено около 10 бесформенных трупов. В числе их у пяти головы совершенно отделены от туловища и отрублены руки и ноги. В могиле No 3 оказалось 4 трупа, No 4 -- 6 трупов, у забора -- 3 трупа.

Вчера в Сумах приступили к вскрытию могил возле семафоров и на старом кладбище, где, по словам местных жителей, погребено много жертв красного террора. Полтавская губерния, г. Полтава. Предполагается нахождение и откапывание трупов жертв большевистского террора. Начаты раскопки за кладбищем. Пока там в одной яме обнаружено 9 трупов, среди коих опознаны тела: штабс-капитана Левченко, подполковника Якобсона и матроса Ковальчука.

Обстановка расстрела такова: приведя своих жертв к месту казни, палачи поставили их на колени у самого края ямы, долженствовавшей служить им братской могилой, лицом к яме. Потом некто в черной маске, одетый матросом, стал подходить к жертвам вплотную и расстреливать их в затылок. Люди падали в яму и их закапывали, не считаясь с тем, убиты они или еще живы.

Штабс-капитан Левченко всю дорогу кричал, чтобы оповестили жену об его расстреле, за что его, раненного на войне, на костылях, били прикладами так, что он найден весь в кровоподтеках. Лубны. Перед приходом добровольцев совершено красными кошмарное убийство. В Спаско-Преображенском монастыре перебиты настоятель игумен Амвросий, казначей иеромонах Аркадий, духовник епископ Иларион, иеродьяконы Исая и Дамиан. Перебиты монахи в общем числе до 20 человек. Все старцы 60--70 лет.

Остальная братия пряталась как могла. Из Полтавы выехала Особая комиссия для расследования убийств. Отданы распоряжения о похоронах убитых. Киев. По полученным сведениям, в Киеве расстреляны известные педагоги Науменко, Раич и Янковский. Одесса. Одесская советская газета сообщает, что в Одессе в доме Галли на Ришельевской улице был найден в погребе склад оружия, не сданного по требованию советской власти. Все жильцы дома были расстреляны в виде примера другим.

Как впоследствии удалось выяснить "Одесской правде", оружие оказалось коллекцией, спрятанной еще в 1917 году офицером, покинувшим Одессу. Одесские беженцы рассказывают небывалые ужасы происшедшего там красного террора. Расстреливались без разбора представители интеллигенции.

Расстреляны генерал Эбелов, после трехмесячного тюремного заключения, генерал Федорович, бывший киевский губернатор, председатель судебной палаты Демьянович, полковник Осипов, Веерпольский, Иванченко, Хлебников, Шумский, две француженки агенты-информаторши. Расстреляно 200 поляков-заложников.

Вр[еменно] и[сполняющий] об[язанности] начальника Информационной части статский советник Ю. Шумахер редактор (подпись) ОТДЕЛ ПРОПАГАНДЫ ОСОБОГО СОВЕЩАНИЯ ПРИ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ, ЧАСТЬ ИНФОРМАЦИОННАЯ, 26 августа 1919 года, No 110195, г. Ростов-на-Дону СВОДКА СВЕДЕНИИ О ЗЛОДЕЯНИЯХ И БЕЗЗАКОНИЯХ БОЛЬШЕВИКОВ No 25 Одесса. Из авторитетного источника сообщают, что в подвалах одесской "Чрезвычайки" найдены орудия пыток, много трупов замученных.

Среди орудий пыток обращают внимание особые приспособления цепей для растягивания конечностей. Английское командование привело в застенки "Чрезвычайки" команды своих кораблей. Орудия пыток произвели на английских матросов тяжелое впечатление. Херсон. Население с ужасом вспоминает зверства большевистской Чрезвычайки, свирепствовавшей с приездом в Херсон двух китайцев, специалистов пыток, препарировавших живых людей, снимавших кожу с ног и рук, втыкавших булавки под ногти.

[В] последние дни большевиками было убито много общественных деятелей с целью парализовать общественную жизнь после ухода большевиков из Херсона. Николаев. К коменданту являются беспрестанно для регистрации офицеры, укрывавшиеся в окрестных селах и деревнях от большевиков. Они рассказывают ужасы. Пылают деревни, зажженные большевиками. Матросы уничтожают крестьянское добро, сжигают весь хлеб за невозможностью унести его с собой. Расстреливается домашний скот; разрушаются сельскохозяйственные машины.

Там, где раньше крестьяне восставали против большевистских властей, большевики, не встречая мужчин в деревнях, переносят злобу на женщин и детей. Например, в одной деревне, где население перебило отряд коммунистов, большевики раздевали донага женщин и с издевательствами заставляли их идти перед пьяной толпой. Найдено много трупов детей с отрезанными конечностями. Кременчуг. В Кременчуге продолжаются раскопки расстрелянных и замученных большевиками.

Число убитых, по мнению жителей, доходит до 2 500 человек. Выкопана группа расстрелянных телеграфных служащих: 5 мужчин, 1 женщина. Расстрелы производились большей частью матросами. Приговоренного сажали на край могилы и стреляли в затылок. Когда могила наполнялась телами убитых, начинали заполнять следующую. Пенза. Лицо, прибывшее из Совдепии, рисует картину жизни в Пензе. В кафедральном соборе коммунистами устроен клуб, где устраиваются концерты, семейные вечера для коммунистов и их родственников.

В архиерейском доме помещается Чрезвычайка, которая производит расстрел днем и ночью. Масса интеллигенции и духовенства расстреляна, оставшиеся мобилизованы на общественные работы. На Соборной площади был поставлен памятник Карлу Марксу131, который охраняется китайцами и латышами. Но в одну ночь памятник был разрушен. Начался красный террор. Было арестовано 156 офицеров и посажено в тюрьму вместе с уголовными преступниками.

Последние разбежались, и когда некоторые были пойманы, то выдали офицеров, организовавших будто бы восстание против советской власти. Все 156 офицеров расстреляны. Матрос, стоявший на посту на месте расстрела, лично передавал, что он не мог перенести картины ужаса и бежал с поста. Во время террора у власти стояла коммунистка Бош132, ныне находящаяся в Астрахани. Киев.

В известиях Киевского исполнительного комитета Совета рабочих депутатов, напечатан список расстрелянных в Киеве местной Чрезвычайкой: проф.

Армешевский, Башин И. А., Бедуиневич А. М., служащий Юго-Восточной железной дороги; Бох Н. С., преподаватель гимназии; Бебирь А. П., заведующий бухгалтерскими курсами; Бубнов Г. К., купец; Буравкин А. Я., бывший содержатель "Большой национальной гостиницы"; Бочаров Е. А., статский советник; де Векки Н. Е., домовладелица; Дембицкий И. М., купец; Данилов Г. К., купец; Калкин Н. Д., служащий Юго-Восточной железной дороги; Григорьев Аркадий

Моисеевич, присяжный поверенный, поручик артиллерии; Иванов Н. Ф., бывший окружной инспектор Киевского учебного округа; Коноклин Б. В., купец; Купянский Н. Ф., инженер домовладелец; Манинков М. Т., присяжный поверенный; Можаловский П. М., товарищ прокурора; Молодовский Г. Г., домовладелец; Неклюдов И. И., бывший вице-губернатор; Новиков А. Ф., директор Третьей гимназии, член Государственной думы; Приступа Г. И., присяжный поверенный; Печенов К. Г., служащий железной дороги

; Раич Н. И., товарищ председателя окружного суда; Рудаков П. Г., домовладелец; Садовский Ф. Г., служащий железной дороги; Слинко А. Т., 80 лет; Станков В. В., купец; Стахов; Суковкин Н. И., бывший киевский губернатор; Тихонов К. В., домовладелец; Тоболин А. А., бывший директор Государственного банка; Цитович А. Л., домовладелец; Щеголев С. Н., публицист.

Вр[еменно] и[сполняющий] об[язанности] начальника Информационной части статский советник Ю. Шумахер редактор (подпись) ОТДЕЛ ПРОПАГАНДЫ ОСОБОГО СОВЕЩАНИЯ ПРИ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ, ЧАСТЬ ИНФОРМАЦИОННАЯ, 9 сентября 1919 года, No 110427, г. Ростов-на-Дону СВОДКА СВЕДЕНИЙ О ЗЛОДЕЯНИЯХ И БЕЗЗАКОНИЯХ БОЛЬШЕВИКОВ No26 Дон. Бахмутский уезд. Насилия большевиков над священнослужителями. Во время своего пребывания в Бахмутском уезде большевистские деятели и красноармейцы учинили целый ряд зверств и насилий над представителями Православной церкви. В селе Новобахмутовке 24 марта 1919 года был убит священник Троицкой церкви отец Тимофей Стадник при следующих обстоятельствах. Около 4 часов дня, когда в местной церкви начался звон вечерний, в дом названного священника ворвались три вооруженных красноармейца и потребовали от священника выдачи денег, якобы находящихся у него.

Никаких денег у священника при обыске найдено не было. Тогда красноармейцы причинили священнику тяжкие побои и приказали ему следовать за ними в штаб. В это время пришло еще несколько красноармейцев, которые вывели священника в кустарник возле церкви и там его расстреляли.

В это время другие красноармейцы разграбили весь дом священника и вместе с лично ему принадлежащими вещами похитили находившуюся у него в доме дарохранительницу, из которой выбросили Святые Дары, а также лжицу и наперсный крест священника. Кроме того, теми же красноармейцами похищена церковная печать, которая и пропала.

В селе Скотоватом 18 марта 1919 года, в день вступления большевиков в означенное село, партия красноармейцев в числе 15--20 человек ворвалась в квартиру священника о[тца] Николая Тугаринова, окружила его в кабинете, приказала раздеться и повела в зал, где грозила убить его, что было бы, вероятно, приведено в исполнение, если бы не вступился один из красноармейцев. В этот день о[тец] Николай отделался лишь пропажей кошелька с деньгами.

10 марта священник снова подвергся обыску и грабежу и снова грозили расстрелом, обвиняя его в том, что он спрятал в церкви 60 "кадетов". По требованию красноармейцев священник и церковный староста отперли храм, куда красноармейцы вошли с папиросами в зубах, в шапках и с винтовками. Они обшарили всю церковь, открыли престол, украли с престола крест, раскрывали Евангелие, раскрыли жертвенник и разбросали священные сосуды.

Из алтаря они похитили дароносицу и, выбросив из нее Святые Дары, обратили последнюю в табакерку. Красноармейцы умышленно стреляли в иконы и повредили изображение Божьей Матери и Св. Дмитрия. В течение последующих затем дней красноармейцы снова врывались в дом священника, ставили его к стенке и грозили расстрелом, требуя от него выдачу им церковного вина. Саратовская губерния. Царицынский уезд. Хутор Букатин станицы Царицынской.

31 июля состоялись торжественные похороны казака-добровольца Астраханского партизанского отряда И. В. Фирсова, 22 лет, зверски зарубленного красными, вместе с другими шестью казаками, около села Балыклей. Мать покойного, получив известие, что ее сын "пал в бою с красными" при занятии Балыклей вторично нашими частями, нашла могилу, где в кучу были набросаны отдельные куски изрубленных тел. Некоторые части тела мать опознала по кресту и цепи на шее, а также по остаткам белья на отдельных обрубках.

Собрав куски разрубленного и избитого тела сына, она с разрешения местных властей доставила останки, хотя и не всего тела, для похорон в хутор Букатин. Наглядное доказательство зверств большевиков, имевшее место почти на глазах у всех, произвело сильное впечатление на жителей хутора Букатина и как последнюю дань мученически погибшему казаку на похоронах собралось все население хутора как казачье, так и крестьянское.

При хоре певчих и оркестре штаба Кавказской армии тело покойного было предано земле. Черниговская губерния. Близ станции Бахмач найдено тело, выброшенное большевиками из поезда, генерала И. Н. Четыркина, увезенного большевиками при эвакуации Полтавы как заложника. Тело генерала с воинскими почестями похоронено в Бахмаче. Елизаветград (Херсонской губернии).

В Елизаветграде отыскано и предано земле тело бывшего екатеринославского губернатора Эрдели, брата главноначальствующего Торско-Дагестанского края. Большевики арестовывали его три раза. Четвертый раз арестованный генерал Эрдели был подвергнут мучительным пыткам: под ногти вбивались иголки, затем ногти срывались вовсе с кусками тела. Останки замученного были брошены в помойную яму.

Вр[еменно] и[сполняющий] об[язанности] начальника Информационной части статский советник Ю. Шумахер редактор (подпись) ОТДЕЛ ПРОПАГАНДЫ ОСОБОГО СОВЕЩАНИЯ ПРИ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ, ЧАСТЬ ИНФОРМАЦИОННАЯ, 16 сентября 1919 года, No 110509 г.,Ростов-на-Дону СВОДКА СВЕДЕНИЙ О ЗЛОДЕЯНИЯХ И БЕЗЗАКОНИЯХ БОЛЬШЕВИКОВ No27 Дон. 6 сентября. Миллерово. Беженцы Хоперского округа сообщают, что красные в занятых казачьих станицах и хуторах вырезают поголовно все оставшееся население.

Казаки вначале попробовали остаться дома, но когда в станице Михайловской красные вырезали всех оставшихся стариков, женщин и детей, то после этого в покинутых селениях не осталось ни одной казачьей души. Все уходят за боевую линию. Саратовская губерния. Царицын. При высадке в Царицыне красными десантами 23 августа с канонерок между Пушечным и Французским заводами матросы прежде всего бросались поджигать дома и насиловать женщин.

Оставшиеся в городе семьи большевиков начали грабить вагоны и лавки на базаре. Через час, когда налет красных был ликвидирован, патрули сотнями задерживали грабителей, бежавших с мешками к Французскому заводу. Киев. Ужасы киевской Чрезвычайки не поддаются описанию. В последнее время царил ужасающий террор с самыми утонченными пытками. Работали в Чрезвычайке преимущественно женщины. В день ухода большевиками расстреляно 1500 человек, заключенных в Лукьяновской тюрьме.

Из чинов судебного ведомства по приказу Чрезвычаек расстреляно 30 человек. В городе существовало 7 Чрезвычаек. В последнее время был выдвинут проект, который не успели, однако, осуществить: разбить город на 24 участка с отдельной Чрезвычайкой в каждом. Оставляя Киев, большевики разгромили адресный стол и сожгли все домовые книги. Выяснено, что большевики проектировали обратить Владимирский собор133 в дешевую столовую. Приход добровольцев помешал осуществлению этой кощунственной затеи.

Выяснилось, что в последние дни перед оставлением города большевиками отправлены в Москву большие эшелоны заложников; среди них много офицеров, отказавшихся служить в Красной армии. В разных частях города продолжаются раскопки; из Чрезвычаек извлекаются все новые и новые трупы замученных и заживо погребенных людей. Судебными властями установлена наличность специальной Чрезвычайки на Пушкинской улице дом No 25. Эта Чрезвычайка официально именовалась "Особым отделом штаба 12-й армии".

Из опроса швейцара и жильцов соседних домов выяснилось, что эти лица слышали звуки ружейных выстрелов, доносившиеся из двора этого дома, причем особенно часто стрельба была слышна последнюю неделю перед бегством большевиков из Киева. Свидетели удостоверяют, что трупы из этой усадьбы в течение недели каждую ночь вывозились на нескольких подводах.

Подробным осмотром дома установлено, что арестованные содержались в подземных камерах, а расстрелы производились в сарае, где обнаружены следы запекшейся крови и окровавленное белье; предполагают, что в сферу компетенции Чрезвычайки входили дела преимущественно иногородних жителей Василькова, Винницы и других ближайших к Киеву местностей. В Киеве был расстрелян большевиками член Греческого консульства в Москве М. Кудурис.

Относительно расстрела 127 человек на Садовой улице один из санитаров, работавший на уборке трупов, показывает: Нас вызвали в 12 часов ночи. Когда мы приехали, то нам заявили, что обоза не надо, но санитары нужны, они будут для уборки трупов. Санитары обратили внимание на огромную яму, которая была вырыта в левом углу сада. У входа в сарай, где производились расстрелы, свидетели обратили внимание на гору одежды, снятой с убитых. Страшно было войти в сарай. Там была гора человеческих тел.

Здесь лежали головой у стены и лицом вниз. Трупы были уложены штабелями: в первом ряду было пять или шесть ярусов, по мере приближения к двери ярусы уменьшались. У самых дверей трупы были сложены в одни ряд, трупы были все раздеты. Судя по этим ярусам, несчастные мученики сами ложились возле уже застреленного и затем уже застреливались. Санитары выносили из сарая трупы и укладывали в яму, а красноармейцы засыпали. Чернигов. По словам прибывающих из Чернигова лиц, там идут сплошные аресты русской интеллигенции, даже женщин и детей. Люди в ужасе бегут куда попало. Голодные встревоженные матери уводят из города детей. На всех дорогах жестокие палачи ловят несчастных и приканчивают. Одесса. Одесская Чрезвычайка отличалась не меньшим изуверством, чем киевская или харьковская.

Казематы одесской Чрезвычайки продолжают осматриваться многочисленной публикой, лично наблюдающей на дворе Чрезвычайки до сих пор не высохшие лужи крови, отрубленные пальцы, стены, изрешеченные пулями при расстрелах и тому подобные остатки кровавого коммунизма. Английские матросы стоящих на одесском рейде крейсеров также произвели осмотр большевистского застенка.

Особенным изуверством отличался секретарь одесской Чрезвычайки товарищ Воньямин, находивший удовольствие в копании ран134 у расстрелянных и даже полуживых людей. Выясняется, что у большевиков были составлены списки лиц свободных профессий, подлежавших расстрелу. В первую очередь значились профессора. Во вторую инженеры, в третью адвокаты. В списках расстрелянных значится запись: Монзон расстрелян как крупный ювелир, бежавший из Москвы; Кальда "расстрелян в порядке красного террора".

Поляки, арестованные в огромном количестве, были отправлены в Киев, но ввиду захвата Раздельной какими-то повстанцами их вернули обратно, и часть освободили. Врачей предполагали всех отправить в Киев, но не успели. Офицеров расстреливали по жребию. Всего расстреляно в Одессе не менее тысячи людей. Председателем большевистского Совета обороны состоял дамский портной Крае-вский. Он отличался невероятной жестокостью и лично расстрелял десятки людей, помощником его был некий Камарин. Омск.

Газета "Русская армия" сообщает, что количество лиц, расстрелянных, замученных и убитых большевиками на Ижевских заводах, достигло 7 078 человек. Большинство этих жертв -- рабочие. Среди расстрелянных много женщин и детей. Екатеринбург. Последние беженцы, прибывшие из Екатеринбурга в Омск, рассказывают ужасные детали насилия [и] кровавого разбоя, которому большевики подвергли население немедленно после взятия этого города.

Только за первые несколько дней большевиками было зарезано 2 800 жителей обоих полов; дома были разграблены красноармейцами: больше всего свирепствовал отряд, состоящий из мадьяр и китайцев.

Вр[еменно] и[сполняющий] об[язанности] начальника Информационной части статский советник Ю. Шумахер редактор (подпись)

ОТДЕЛ ПРОПАГАНДЫ ОСОБОГО СОВЕЩАНИЯ ПРИ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ ЧАСТЬ ИНФОРМАЦИОННАЯ, 21 сентября 1919 года, No11627, г. Ростов-на-Дону

СВОДКА СВЕДЕНИЙ О ЗЛОДЕЯНИЯХ И БЕЗЗАКОНИЯХ БОЛЬШЕВИКОВ No 28 Киев. Американским генералом Джавидом осмотрены дома и церковь в бывшем губернском доме на Институтской улице, где помещалась губернская Чрезвычайка.

Внутренность церкви совершенно опустошена, престол, иконостас и все образа в первые же дни установления советской власти были выброшены на улицу, из церкви большевики сделали допросную, вместо икон были повешены плакаты и наклеивались объявления. Следственными властями получены сведения, что помимо официальных Чрезвычаек в Киеве существовали тайные, в которых тоже производились расстрелы. Эти Чрезвычайки находились в районе Подола.

Лица, побывавшие последнее время в Киеве, передают: в Чрезвычайках, на местах изуверских пыток были устроены возвышения с креслами для любителей острых зрелищ. Советская власть устроила театр: на сцене выкалывали глаза и сажали в ящик с гвоздями, а в зрительном зале любовались этой картиной. Зрителей было много -- все комиссары и комиссарши. Кругом валялись бутылки из-под водки и шампанского. Некоторые из зрителей впрыскивали себе для возбуждения морфий и кокаин.

Иголки для впрыскивания найдены там же. Далее сообщают, что известный палач "Роза" -- как выяснилось, Эда Берг -- получала за каждую умученную жертву по 150 рублей. Специальность Розы была такова: жертву втискивали в ящик, оставляя открытой голову; Роза прицеливалась и после целого ряда глумлений и плевков, стреляла прямо в лицо. Жертву полуживой закапывали. Затем вторая, третья и так далее. В промежутках Розе для подкрепления подносили бокал шампанского.

Почувствовав усталость, Роза превращалась из палача в зрителя. Она усаживалась в кресле и с усмешкой на лице любовалась работой ее достойных товарищей. Чернигов. По словам прибывших из Чернигова, там расстреляна Чрезвычайкой жена генерала Добровольческой армии Чайковского. Чайковская была арестована Чрезвычайкой еще в конце мая, но скоро была освобождена. В конце июня, когда стало известно, что в операциях под Полтавой участвовал генерал Чайковский, она была снова арестована и расстреляна. Херсон.

В июне 1919 года агентами Чрезвычайки был задержан за нежелание предоставить лошадей в распоряжение красноармейцев крестьянин деревни Роксандровки Херсонского уезда Никифор Владимирович Потаченко, 24 лет. Согласно постановлению Чрезвычайки, приговорившей его к расстрелу, он в ночь на 15 июня был приведен в подвал во дворе дома Тюльпанова и расстрелян, после чего тело его было зарыто в том же подвале.

Однако, как оказалось, Потаченко был зарыт в землю живым, т[ак] к[ак] причиненные ему огнестрельные ранения не были смертельными. Воспользовавшись тем, что сверху него было мало земли, Потаченко с трудом выкарабкался на улицу и в одном лишь оставленном на нем белье стал убегать. Вскоре он был задержан красноармейским патрулем и агентами Чрезвычайки. В ту же ночь, в том же подвале Потаченко был расстрелян и закопан, но и на этот раз, как оказалось, живым.

Потаченко, отличавшийся, по словам видевших его, большой физической силой, вновь выкарабкался из могилы и вновь бежал, причем на этот раз ему удалось скрыться во дворе дома Гозадиневой, расположенном вблизи того дома, где помещалась "Чрезвычайка". Но и это не спасло Потаченко от смерти. С наступлением дня его место пребывания было открыто какой-то женщиной.

Эта женщина испугалась вида полуголого мужчины, испачканного землей, производившего впечатление полупомешанного, и поспешила дать знать полиции. Потаченко был вновь задержан и после того, как рассказал обо всем происшедшем, был отправлен полицией в городскую больницу. Вместе с тем, боясь ответственности за укрывательство "преступника", полиция сообщила о случае в Чрезвычайку.

Часов около 12 ночи в больницу явились агенты Чрезвычайки и, несмотря на протесты дежурных врачей, вывели Потаченко в поле и расстреляли его в третий раз, причем на этот раз уже окончательно. 6 августа того же года "Чрезвычайкой" была арестована жена офицера г[оспо]жа М., 23 лет, за то, что муж ее, будучи насильно мобилизован коммунистами, бежал с военной службы. В первые дни агенты ничего не предпринимали в отношении М. и лишь ограничивались замечаниями:

"Вот ты была офицерская жена, а теперь будешь общая, гражданская, наша коммунистическая". На третий день, часов в 12 ночи, в камеру к М. вошли три коммуниста, завязали ей глаза и спустились с ней в подвал. Здесь они сняли повязку с ее глаз, совершенно ее раздели и в присутствии еще двух коммунистов, по-видимому, поджидавших ее в подвале, вложили ей в рот дуло револьвера, затем вынули его и сейчас же начали стрелять над самым ее ухом.

Когда под влиянием всех этих издевательств и пыток М. потеряла сознание, палачи привели ее в чувство, а затем поочередно изнасиловали ее. После этого они подняли ее с пола, начали допрашивать о местонахождении ее мужа, вновь начали стрелять у самого ее уха и опять насиловать. Так издевались они над нею в эту ночь 7 раз, и в следующую ночь то же самое, после чего под влиянием тревоги, вызванной приближением к городу отряда добровольцев, освободили ее.

19 июля 1919 года агентами "Чрезвычайки" был арестован штабс-ротмистр Николай Федоров, 28 лет. Через полчаса после его ареста в камеру, в которой он находился, внесли станок, ворот, скамью и валик.

Вслед за тем палачи приказали Федорову отвернуть рукава рубахи, поставили его в станок, просунули сквозь две дыры в станок его руки, туго перевязали их проволокой и при помощи поставленного впереди станка стали вытягивать ему руки, нанося ему при этом удары по рукам хлыстом, а затем стали делать ему уколы иглами в руки, чем вызвали сильное кровотечение. После этого Федорова положили на покатую скамью и стали наносить ему особым валиком удары в области печени, пока Федоров от боли не потерял сознания. Тогда мучители стали отливать Федорова водой, а когда он пришел в себя, они вспрыснули ему в область позвоночного столба какую-то жидкость, отчего спина его сильно вздулась и он не мог ни сидеть, ни лежать, ни ходить. С наступлением ночи, часов около 4-х утра, коммунисты объявили Федорову, что он приговорен к расстрелу и повели его за город.

Когда они были уже в степи, Федоров, воспользовавшись тем, что красноармейцы стали закуривать, бежал и, несмотря на то, что одною из выпущенных в него пуль, он был ранен в руку, ему удалось скрыться в кукурузном поле.

Начальник Информационной части полковник Бек редактор (подпись)

ОТДЕЛ ПРОПАГАНДЫ ОСОБОГО СОВЕЩАНИЯ ПРИ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ, ЧАСТЬ ИНФОРМАЦИОННАЯ, 11 августа 1919 года, No528, г. Таганрог

ИЗ ДОНЕСЕНИЯ ОДЕССКОГО ОТДЕЛЕНИЯ

22 июня в цирке состоялся митинг на тему "Диктатура пролетариата и коммунистическая партия" с участием представителей украинского правительства, исполкома и партии. К 4 часам дня собралось около 150 человек.

По прошествии получаса публика начала выражать свое недовольство стуком и хлопаньем, но на арене никто не появлялся. К началу шестого часа набралось еще человек сто народу. 75 процентов собравшихся -- евреи. Вообще, около 50 процентов -- женщины. Есть дети, рабочих мало, красноармейцев -- ни одного. В 5 час. 20 мин. на середину вышел офицерского типа человек при шашке и заявил, что задержка произошла ввиду того, что устроители митинга до сих пор не явились. Затем он объявил митинг открытым.

Перед публикой появился здоровенный парень с зычным голосом, произнесший краткую, но очень категорическую речь: "Так как власть принадлежит теперь рабочим и беднейшим крестьянам, то, значит, беднейшие крестьяне и рабочие имеют власть. Власть ими приобретена стараниями коммунистической партии, а потому и должна осуществляться последней. Прочие партии идут на соглашательство с буржуазией, а потому враждебны большевикам-коммунистам.

Существующие теперь Советы были организованы наскоро, в ближайшем будущем последуют перевыборы: выбирать следует только коммунистов, так как только они сохраняют власть рабочим и беднейшим крестьянам. Коммунисты широко развили свою работу с 1905 года, после свержения царизма они сразу "громко воскликнули: довольно войны". Они подняли священное знамя. Они сказали "долой". Однако теперь мы ведем самую ожесточенную войну. Это потому, что надо задушить горилу контрреволюции и империализма.

Советская власть не дремлет. В Одессе был комендант Домбровский. Он оказался плохим большевиком. Он арестован и будет судим революционным трибуналом. Если нужно будет расстрелять, его расстреляют, если его не надо расстреливать, его не расстреляют. Все силы должны быть напряжены в борьбе с контрреволюцией в тылу. Контрреволюции помогают меньшевики135 и эсеры. Их активная роль началась с провокационного убийства Мирбаха136 (самое интересное место в его речи).

Они имели в виду вызвать Германию на военные действия против советской России. Если бы это случилось, революция была бы раздавлена. Теперь я получил ответственный пост коменданта г. Одессы, -- говорит далее товарищ Мизикевич, -- я железнодорожный рабочий. Моя цель истребить бандитизм и саботаж. Мы расстреливаем без стеснений и без стеснения говорим об этом.

Ничто не должно нас останавливать в нашем стремлении сохранить и укрепить власть рабочих и беднейших крестьян, ибо эта власть нас самих и крестьян". Последовавшее затем выступление довольно слабого тенора тов. Лисенко было встречено гораздо более оживленно, чем выступление Мизикевича. Но превосходно исполненная русская песня Заревским по понятным причинам не вызвала энтузиазма. Далее выступил какой-то польский коммунист, который заявил, что самое главное теперь -- это узнать, "цо то есть коммуна".

Поговорив об этом минут пять, оратор не пошел далее того, что коммуна есть такое устройство, когда всем всем хорошо. Затем оратор заявил, что он имеет самые достоверные сведения, что польский пролетариат настроен коммунистически и скоро возьмет всю власть в свои руки, а также что буржуазию надо стереть с лица земли.

После этого арена некоторое время была пуста. Наконец, вышел маленький еврейчик и сказал, что устроители митинга до сих пор еще не прибыли, а потому митинг надо считать законченным.

ПОЛОЖЕНИЕ В ОДЕССЕ

август-сентябрь 1919 г.

После занятия Одессы войсками Добрармии цены на продукты первой необходимости резко понизились. Жизнь постепенно стала входить в нормальное русло. Налаживается правильное освещение, водоснабжение и движение трамваев. Обыватель и рабочий начинают постепенно приходить в себя после большевистского владычества.

Рабочий класс, являющийся всегда и всюду главным оплотом большевизма, черпающего в нем кадры работников, в Одессе определенно доброжелателен к Добрармии, принесший ему хлеб, воду и свет. Но в то [же] время взращенные в его среде давней планомерной пропагандой социалистические идеи не позволяют ему отнестись к Добрармии с полной открытой симпатией. Для этого в рядах власти имеется слишком большое количество правых и кадетских деятелей, чтобы их имена не запугивали бы рабочих "потерей революционных завоеваний рабочего класса в будущем". Поэтому отношение у рабочих к Добрармии выжидательное, нося одновременно с этим самый благожелательный характер. Отсутствует элемент полного доверия, каковой легко может быть взращен в рабочей среде, если власть тактично и умело к ней подойдет. Одним из факторов, могущих способствовать возращению доверия рабочих к власти, может явиться планомерная борьба властей со спекуляцией, царящей в Одессе в невероятных размерах, благодаря чему цены на многие продукты (кроме хлеба) имеют тенденцию не только не понижаться, но даже и повыситься. Беззастенчивая спекуляция специфических дельцов от Фанкони и Бобина вызывает определенное возмущение рабочих против евреев, коих огромная масса населения считает единственными виновниками непрекращающейся дороговизны. Враждебное отношение населения к евреям достигло в настоящее время высшей точки. Бездеятельность властей в борьбе со спекуляцией, отягчающей жизнь населения, вызывает естественное возмущение, с одной стороны, и недоверие к их силам, с другой. Усилению недоверия к власти много способствует также полная бездеятельность администрации контрразведки в деле борьбы с местным большевизмом. Многие видные деятели большевизма, хорошо известные массам, либо не задерживаются вовсе, либо, после весьма краткого ареста, освобождаются властями, вызывая этим полное недоумение, возмущение и недоверие к власти в среде населения. И потому вполне естественными являются слухи о массовом взяточничестве чинов контрразведки, каковые имеют свои основания в некоторых действительно имевших место в Одессе фактах. О близорукости же власти говорит хотя бы тот факт, что в городе восстановлена еврейская боевая дружина, та самая дружина, которая первая после эвакуации французами Одессы весной этого года137 взяла власть в свои руки и производила расстрелы оставшихся офицеров. Восстановление непопулярной в массах ("жидовствующей", как ее называют в Одессе) демократической городской Думы еще более подтверждает массам мнение о власти близорукой, неосведомленной об истинных желаниях населения. Визит же одесского градоначальника генерала барона Штенгеля к бывшему товарищу городской головы Ярошевичу с целью убедить последнего не отказываться от поста одесской городской головы окончательно укрепляет это мнение.

В связи со слабостью, близорукостью и недоброкачественностью одесских властей панические слухи, усиленно муссируемые большевистскими весьма многочисленными агентами, предрекающими новое близкое (2--3 недели) завоевание Одессы Красной армией, имеют самое широкое распространение. Слухи эти в среде населения, привыкшего за время "красного" владычества больше верить слухам, чем печатному слову, порождают недоверие к военной мощи Добрармии, к ее военным успехам и к возможности для нее удержать в своих руках Одессу при нажиме со стороны "красных". Подрывая подобными слухами авторитет Добровольческой армии, пользуясь бездеятельностью местных властей, подпольная разрушительная работа большевиков идет и в другом направлении. По сию пору, например, работают Пересыпский [и] Молдавский комитеты, обладающие большим количеством оружия и предполагающие выпустить в ближайшем будущем огромное количество прокламаций. По линии железной дороги повсюду разбросаны большевистские ячейки. В самой Одессе на полном ходу идет работа советской контрразведки и агитация среди железнодорожников и прочих рабочих. Агитация имеет свои определенные центры на станции Одесса-главная и Одесса-товарная. Одновременно с этим под самой Одессой, в каменоломнях сел Парубейск и Усатов устроены большие склады оружия, где находят себе пристанище и скрывающиеся красноармейцы.

Кроме усиленной деятельности советских агентов в Одессе, конспиратирована деятельность и петлюровских организаций138, располагающих огромными денежными суммами, которые идут главным образом на агитацию среди военных и железнодорожников. Так, например, известен случай переговоров по прямому проводу двух телеграфистов станции Одесса-главная с агентом петлюровских банд, занимавших тогда станцию Затишье, о присылке 3 миллионов карбованцев138а на агитацию в пользу Петлюры. Агитация петлюровцев деньгами особенно опасна тем, что среди солдат и офицерства Одесского гарнизона наблюдается весьма подавленное настроение, обуславливаемое несвоевременной уплатой содержания, задержка какового в связи с дороговизной ставит военнослужащих в крайне затруднительное положение.

Наряду с активной борьбой с Добрармией и ее властью большевистских и петлюровских агентов наблюдается и усиленное противодействие ими агитационной деятельности тех кругов, каковые стоят на платформе Добровольческой армии. Так, например, известными представителями различных учреждений обществ скупается, очевидно с целью изъятия из обращения, номера газеты "Крестьянское дело" (Херсонская ул. No 15), редактируемой членом Винницкого окружного суда Шевченко и издаваемой специально для крестьян размером 15 000 экземляров139. Скупка номеров производится в самой конторе газеты, и, таким образом, ни один номер этого полезного издания не доходит не только до деревни, но даже до ближайшего газетного киоска.

Бездеятельность власти; нахождение неопытных людей на ответственных постах; широкое взяточничество, по слухам, процветающее в осведомительных органах; преступная недальновидность начальства; плохая организация административного и разведывательного аппаратов; отсутствие надлежащего контроля вновь поступающих служащих -- все это факторы, благоприятствующие деятельности врагов Добровольческой армии и способствующие усилению того недоверия к власти, каковое наблюдается, например, в среде рабочих масс. И только искоренением подобных дефектов возможно пресечь разрушительную работу наших врагов и окончательно завоевать симпатии широких слоев, тем более, что в памяти населения Одессы еще свежи воспоминания о кровавых ужасах большевистского режима и предательской деятельности самостийников140.

СПИСОК РАССТРЕЛЯННЫХ В ОДЕССЕ

Штейны Рафаиль и Иосиф -- за выдачу австро-германским властям большевиков.

Сакр -- за расстрел тов. Скибко

Скриценко и Шубинский -- за организованное убийство мирного населения в Подольской губернии.

Д. Янцер -- за убийство спартаковца.

Волков -- за сотрудничество в осведомительном бюро при добровольцах и участие в активной борьбе с большевиками.

Скрипченко Александр -- за службу в контрразведке при добровольцах.

Барон Штенгель Борис Федорович -- на основании красного террора.

В ночь на 13-ое июля расстреляны:

Эбедов Мих[аил] Ис[аевич], бывший начальник Одесского военного округа, как контрреволюционер и монархист.

Бирюков Николай Павлович, генерал-майор, бывший в мирное время командиром роты Его Величества Павловского военного училища, как контрреволюционер и монархист.

Гулькевич Леонид Орестович, генерал-майор, как контрреволюционер и монархист.

Федоренко Василий Тимофеевич, генерал-майор, как контрреволюционер и монархист.

Дорошенко Петр Яковлевич, действительный статский советник, как контрреволюционер и монархист.

Питаки Павел Константинович, штабс-капитан.

Билим Николай Павлович, статский советник, бывший инспектор тюрем в Херсонской губернии.

Набоков Евгений Михайлович, бывший пристав.

Гейдак Владимир Сергеевич, бывший пристав.

Левдиков Владимир Алексеевич, полковник.

Корбут Алексей Алексеевич, полковник.

Силис Петр Петрович, полковник.

Федоров Александр Васильевич, бывший письмоводитель осведомительного отдела при одесском градоначальнике Мустифине.

Шмитько Иван Фил[иппович], подпоручик.

Демиденко Павел Макарович, поручик.

Ципочка Влад[имир] Андреевич, за руководство петлюровцами.

Малеванный Фл[ор] Данилович.

Носик Павел Сергеевич, как контрреволюционер.

Григорович Эразм Григорьевич, военный чиновник, как контрреволюционер.

Шура-Шуров Федор Михайлович, поручик, как контрреволюционер.

Лемащинский Борис Федорович, офицер, как контрреволюционер.

Флоринский Георгий Сергеевич, помещик, как контрреволюционер.

Скипченко Николай Иларионович, как участник добро[вольческой] контрразведки.

Баранов Николай Сергеевич, бывший прокурор Одесского окружного суда.

Демянович Николай Илар[ионович], бывший председатель департамента Одесской судебной палаты.

Недзвецкий Владимир Николаевич, бывший товарищ прокурора Одесской судебной палаты.

Чайковский Григорий Владимирович, прокурор Елецкого окружного суда.

Зайченко Иван Иванович, бывший председатель совета Южного монархического союза.

Зусович Яков Меерович, крупный капиталист, купец 1-й гильдии.

Янкелев Аарон, крупный капиталист, купец 2-й гильдии, в ответ на белый террор.

Шац Иосиф, крупный капиталист, купец 2-й гильдии, в ответ на белый террор.

Багров Евза Литманович, крупный капиталист, купец 2-й гильдии, в ответ на белый террор.

Елик Моисей Давидович, крупный капиталист, в ответ на белый террор.

Стибор-Мархоцкий, граф, как контрреволюционер.

Осипов Андрей, полковник, как контрреволюционер.

Белопольский Исай Борухович, как работавший в добровольческой контрразведке.

Голубов Дмитрий Васильевич, как работавший в добровольческой контрразведке.

Иванченко Илья Степанович, как работавший в добровольческой контрразведке.

Хлебников Леонид Владимирович, как работавший в добровольческой контрразведке.

Шумский Павел Николаевич, как работавший в добровольческой контрразведке.

Барталович Эльвира Антоновна, как сотрудник французской контрразведки.

Башняк Любовь Михайловна, как сотрудник французской контрразведки.

Ремих Карл Карлович, помещик, как контрреволюционер.

Фаац Карл Фридрихович, помещик, как контрреволюционер.

Зозуля Мина, помещица, как контрреволюционер.

Матвеев Хризант Михайлович, бывший городской голова Николаева, как контрреволюционер.

Гомелаури Николай Иванович, служащий в гетманской варте141, как контрреволюционер.

Струмеленко Фил[ипп] Семенович, как погромщик.

Зайцев Исаак Павлович, как контрреволюционер.

В ночь на 27 июля по постановлению Комитета обороны Одессы расстреляны:

Скрибан Николай Петрович, матрос из черноморского полка матроса Стародуба.

Дяников Тимофей Иванович, матрос из черноморского полка матроса Стародуба.

Лысенко Тихон Васильевич, матрос из черноморского полка матроса Стародуба.

Губан Митрофан Иванович, матрос из черноморского полка матроса Стародуба.

Белоусов Андрей Анисимович, матрос из черноморского полка матроса Стародуба.

Низкоусов Владимир Иванович, матрос из черноморского полка матроса Стародуба.

Татаров Михаил Петрович, матрос из черноморского полка матроса Стародуба.

Калита Андрей Войцехович, матрос из черноморского полка матроса Стародуба.

Калинин Михаил Григорьевич, матрос из черноморского полка матроса Стародуба.

Кальфа Самуил Аронович, купец 1-й гильдии, Одесса, в порядке красного террора в ответ на белый террор.

Понозон Шая Лейбович, купец 1-й гильдии, Петроград, в порядке красного террора в ответ на белый террор.

Фаминер Лазарь Эльевич, купец 1-й гильдии, Одесса, в порядке красного террора в ответ на белый террор.

Амбатьело Иван Панайот[ович], домовладелец, в порядке красного террора в ответ на белый террор.

Выводцев Карл Михайлович, коммерсант, в порядке красного террора в ответ на белый террор.

Бурнштейн Фейтель Иосифович, коммерсант, в порядке красного террора в ответ на белый террор.

Кортопан Николай Адреевич, помещик, в порядке красного террора в ответ на белый террор.

Шурмураки Ксенофонт Скарл[атович], помещик, в порядке красного террора в ответ на белый террор.

Дуланаки Петр Демьянович, помещик, в порядке красного террора в ответ на белый террор.

Везне Андрей Иванович, помещик, в порядке красного террора в ответ на белый террор.

Эслингер Иван Адамович, помещик, в порядке красного террора в ответ на белый террор.

Эслингер Вильгельм Адамович, помещик, в порядке красного террора в ответ на белый террор.

Роникер Михаил Эдуардович, граф, крупный польский помещик, в порядке красного террора в ответ на белый террор.

Братановский (он же Романенко) Борис Семенович, штабс-капитан, как контрреволюционер.

Черненко Прокофий Лукич, студент, как контрреволюционер.

Езиров Иосиф Фортунатович, бывший полицейский пристав, как контрреволюционер.

Нардык Петр Викентьевич, активный член Союза русского народа, как контрреволюционер.

Ершова Анна Иларионовна, активный член Союза русского народа, как контрреволюционер.

Стрельцов Павел Владимирович, студент, за ношение оружия без разрешения.

Клейтман Лазарь, коммунист, особый уполномоченный по снабжению 5-й совармии, за массовое хищение кожи.

Ленский (Абрамович) Исаак, коммунист, особый уполномоченный по снабжению 5-й совармии, за массовое хищение кожи.

Лопушинер Герш, сотрудник по снабжению 5-й совармии, за массовое хищение кожи.

Арестованы:

Крупенский Семен Михайлович.

Гагарина, княгиня, подвергалась пыткам за укрывательство мужа, как больная тифом отправлена в госпиталь.

Степанова, дочь Василия Алексеевича Степанова, была арестована, приговорена к расстрелу, но затем была освобождена.  

Сов. секретно

СООБЩЕНИЕ ОДЕССКОГО ОТДЕЛЕНИЯ "АЗБУКИ"142 от б/19 августа

В последней сводке одесского отделения "Азбуки" сообщают следующее.

На парусниках "Макар Ситников", "Три Святителя", "Мираж" и "Рассвет", которые выйдут из Одессы в море, поедут бегущие из Одессы большевики. На одном из этих парусников поедет группа: два мужчины и две женщины (у одной из женщин на шее четырехугольный медальон). Эта группа представляет собою большевистских агентов, пробирающихся в расположение Добрармии с целью произвести покушение на генерала Деникина.

Эти сведения были сообщены начальником одесского отделения "Азбуки" адмиралу Саблину за три дня до падения Одессы.

По словам курьера, привезшего информацию и выехавшего из Одессы за три дня до сдачи, есть основания думать, что названные лица уже задержаны рыбаками на Кинбурн-ской косе и переданы в распоряжение миноносца "Поспешный", откуда и можно получить справку, те ли это лица.

ИЗ ОДЕССЫ В ЕКАТЕРИНОДАР

Доклад курьера организации "Азбука" "Киевлянина"

Для того, чтобы выехать из города, будь то обыкновенный смертный или советский служащий, необходимо предварительно являться в Чрезвычайную комиссию, где первым делом приходится вымаливать, в полном смысле этого слова, разрешение, а вторым -- регистрироваться. Красноармейцы в этом случае более счастливы: они являются к коменданту, который не расспрашивает их, куда они едут и зачем, и не перерывает их вещей. Так было и со мной: комендант поставил на отпускном билете печать и указал время отхода эшелона.

2 июля отходил эшелон с полком имени Петра Старостина, который прибыл на товарную станцию в порядке с оркестром музыки. Его сопровождала огромная толпа, очевидно, родственников и знакомых.

Началась посадка по вагонам. Руководил ею начальник эшелона. Не обошлось, конечно, без ругани из-за места. Большинство красноармейцев -- мобилизованные евреи. Они заявили, что почти все добровольцы, настроение у них, нужно заметить, весьма бодрое, беспрестанно из разных частей эшелона раздается пение "Интернационала"143. Перед отходом эшелона было объединенное собрание ротных коммунистических ячеек, на котором между прочим было постановлено в случае тревоги не открывать самочинной стрельбы. Эшелон направился на Вознесенск, и для того, чтобы попасть мне в Никополь, я пересел в Кисловке на поезд 50 украинского полка, шедший на Синельникове. В вагон попасть не удалось и пришлось ехать на платформе. Эта часть производит впечатление более крепкой, тем не менее резко бросается в глаза отсутствие дисциплины и хамское отношение к командному составу.

В Никополе спокойно. Красноармейцев на улицах почти не видно. Поражает сильный контраст в ценах на продукты с Одессой.

В Херсон прибыл утром, и в 12 часов я уже выехал на пароходе вверх по Днепру. Мои красноармейские документы не вызывали никаких сомнений и получать пропуск не составляло никаких затруднений. Я рассчитывал доехать до Никополя и оттуда в зависимости от положения на фронте пробраться либо к станции Пологи, либо в сторону Бердянска.

Спутником в Никополе у меня оказался красноармеец полка имени Пивчена с румынского фронта, неграмотный, деревенский мужик, прослуживший всю войну в уланском полку. В лице его я перед собой видел настоящий тип красноармейца, пропитанного насквозь коммунистическими теориями, но в то же время остающегося прежним неразвитым простым мужиком. В начале разговора, завязывающегося в каюте, он пытался отстаивать то, что ему напевали коммунисты, но после возражений большинства присутствующих он во многом стал соглашаться и в конце концов стал возмущаться некоторыми несправедливостями господства коммунистов-комиссаров и существующими порядками. Он ехал на отдых домой, но слухи о восстании крестьян по деревням того района запугивали, и он побоялся явиться в свою семью, опасаясь, что крестьяне расстреляют за то, что он, хотя и защитник революции, но коммунист.

Пароход далее Каховки не пошел, и мне пришлось в ней засесть на несколько дней.

Каховка только что была очищена от банд Дорошенко и Павленко подошедшим из Крыма отрядом Попова, но вокруг нее было еще неспокойно. На место уничтоженных главарей появился новый "бандит" Ковалев, который загородил Днепр и дорогу на Мелитополь, оставив коммунистам свободный проход лишь на Перекоп. Не желая оставаться долго в Каховке, я пытался уйти пешком по направлению к Мелитополю, но в нескольких верстах от города меня захватила застава и возвратила обратно в город. Попытка пробраться к Никополю по правому берегу Днепра из города Береслава также кончилась неуспешно. Хотя начальник гарнизона и обещал населению ликвидировать не сегодня-завтра банду и очистить дорогу, я все же решил отправиться по железной дороге в направлении на Гениченск. Переход в 130 верст я сделал в 4 дня и на 5-й день вышел к станции Новоалексеевка. Дорога, к счастью, проходила через места пустынные, где кроме ровной голой степи на десятки верст вокруг ничего не видно. Но если приходилось миновать какие-либо хутора или деревни, то, несмотря на мою демократическую внешность, многие считали своим долгом осведомиться, куда я и откуда иду. Благодаря всей неурядице, какая творится в этом крае, постоянным налетам банд и вообще обильно шатающегося подозрительного элемента, недоверчивость среди населения достигла крайних пределов. В имении Доринбург я был арестован по подозрению в шпионаже, но после долгого допроса и обыска был освобожден.

Придя в Новоалексеевку и увидя, что происходит отступление крымских советских войск, я решил задержаться на этой узловой станции и выждать удобного момента для прохода через фронт. Ознакомившись с Геническом, я убедился, что проезд на фелюге на Арабатскую стрелу мне не удастся, т[ак] к[ак] после попытки Добрармии высадить десант большевики устроили несколько наблюдательных пунктов. Подойти навстречу крымской Добровольческой армии я не мог, т[ак] к[ак] мост через Сиваш большевики успели взорвать и вдоль берега устроена была позиция. Пришлось ожидать три дня, пока, наконец, обозначился отход большевиков. 17 июня днем я вошел в город Геническ, который большевиками был оставлен ночью, в то время, как со стороны Арабатской стрелки вошел эскадрон драгун. Я явился к начальнику отряда, назвал себя и просил оказать содействие для проезда в Екатеринодар. На третий день с первым отходящим военным судном я выехал в Керчь. По прибытию туда явился к коменданту города и просил выдать пропуск на пароход. Комендант на это потребовал документ Д[обровольческой] а[рмии], которого у меня не было; частный мой документ его не удовлетворил, и он заявил, что пропустит меня только в том случае, если на запрос в Екатеринодар получит утвердительный ответ. Через два дня ответа не было. Тогда я настоял отправить меня в Новороссийск каким угодно способом, и после долгих разговоров мне было выдано предписание явиться к коменданту в Новороссийск для дальнейшего следования в Екатеринодар, куда я прибыл 24-го числа, пробыв в общем в дороге 23 дня.  

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова