Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

ДЕЯНИЯ СОВЕЩАНИЯ

ГЛАВ И ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ АВТОКЕФАЛЬНЫХ ПРАВОСЛАВНЫХ ЦЕРКВЕЙ В СВЯЗИ С ПРАЗДНОВАНИЕМ 500-ЛЕТИЯ АВТОКЕФАЛИИ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ

1948 год

Том второй

К оглавлению

 

ЗАСЕДАНИЯ КОМИССИИ ПО ВОПРОСУ «ОБ АНГЛИКАНСКОЙ ИЕРАРХИИ»

Состав комиссии

1. От Грузинской делегации: протоиерей X. Левдориани.

2. От Румынской делегации: епископ Антим.

3. От Болгарской делегации: Митрополит Никодим.

4. От Польской делегации: епископ Михаил.

5. От Албанской делегации: г. Нико Димитрий Чани.

6. От Чехословацкой делегации: протоиерей Ч. Крачмар.

7. От русских приходов в Болгарии архиепископ Серафим.

8. От Русской Церкви: Митрополит Вениамин, епископ Гурки (содокладчик), проф. В. С. Вертоградов и Л. Н. Парийский.

 

Всего 11 человек.

Председатель епископ Антим (Румынская Церковь).

Секретарь Л. Н. Парийский.

Утреннее заседание 13 июля 1948 г.

Председатель (через переводчика): Ваши Высокопреосвященства, досточтимые отцы и братия! Прежде чем приступить к работе нашей комиссии, я считаю своим долгом выразить радость по поводу нашего общения здесь под сенью Русской Церкви и благодарность Святейшему Патриарху Алексию, который нас всех здесь собрал.

Мы должны приступить к решению важной проблемы—вопроса о признании апостольского преемства Англиканской Церкви, и мы должны не только разрешать этот вопрос в духе христианской любви и милосердия, но и сосредоточить внимание на догматическом и каноническом единстве церковном. Мы эту сторону вопроса не можем обойти; без обследования этой стороны — догматического и канонического единства церковного — разрешение вопроса будет поверхностным и неэффективным.

Мы говорим: двери нашей Православной Церкви остаются всегда открытыми при соблюдении одного условия — чтобы те, кто в нее войдет, исповедывали нашу единую православную веру.

Я думаю предложить следующий порядок работы: сначала рассмотреть самые основы проблемы с тем, чтобы, обсудив доклады проф. Вертоградова и проф. Винтилеску, постараться согласовать их выводы.

Переводчик (переводит выступление Представителя Албанской делегации г. Нико Димитрия Чани, говорившего на албанском языке): Г. Чани заявляет, что у Албанской делегации тоже есть доклад по вопросу об англиканской иерархии. Он просит, чтобы при обсуждении этого вопроса был принят во внимание доклад и от Албанской Церкви. Доклад этот отдан в посольство для перевода на русский язык и будет готов сегодня или завтра утром.

Проф. В. С. Вертоградов: Я в своем выступлении подчеркну основные моменты своего доклада, сделанного на пленарном заседании, об англиканской иерархии, чтобы придти к определенным выводам по вопросу о признании действительности и законности англиканской иерархии.

Можно ли хиротонию Матвея Паркера признать действительною и законною?

Доказан ли исторически факт хиротонии Паркера?

Можно ли признавать действительным существовавший и существующий чин англиканских посвящений?

Отвечает ли рукоположение Паркера канонам нашей Вселенской Церкви?

И, наконец, догматическая сторона вопроса, т. е. то, что является препятствием к признанию действительности англиканских рукоположении. Оно сводится в основном к тому, что учение о таинствах Англиканской Церкви, заключенное в их символических книгах: в молитвеннике и «39 членах», не отвечает духу истины православного учения. Понятие о таинствах у англикан не такое, как в кашей Православной Церкви. Они рассматривают таинства как знаки и как символы Божьего благоволения (не благодати). Так они думают вообще о таинствах, в частности, о таинстве священства, что более всего должно нас интересовать. Они этому таинству не придают такого значения, какое придают таинствам крещения и причащения...

Я в своем докладе вопрос о действительности англиканской иерархии рассматриваю с канонической и догматической точек зрения. И с той и с другой точки зрения рукоположение Паркера не действительно. И зачем мы будем говорить, что оно законно? Мы не может смотреть на каноны как на формальность, нарушение которой не меняет содержания. Всякий закон есть закон. И если мы стали бы подводить под известные статьи этих рукополагателей, то они, конечно, не подошли бы. С этой стороны мы видим нарушение. Здесь, конечно, главное — догматическая сторона.

Раз англикане не признают священства как таинства в 'собственном смысле этого слова, то спрашивается, как же мы можем признать догматически этот вопрос в отношении англиканской иерархии? Мы знаем, что многие англиканские богословы, особенно в последнее время, говорят: «Мы не придаем значения своим «39 членам», мы признаем действительность благодати» и проч. Но для православного человека, стоящего вне англиканства, нет никакой положительной основы тому, что они говорят.

Преосвященный Гурий, может быть, глубже остановится на догматической стороне вопроса и выяснит, что Раз англикане не признают священства, раз у них нет благодати в том именно смысле, в каком признаем ее мы, члены Восточной Православной Церкви, то как можно говорить, что у них это законно? Этого говорить нельзя. Это незаконно с точки зрения канонической и недействительно с точки зрения догматической.

В прениях приняли участие главным образом Председатель Комиссии епископ Бузеуский Антим и епископ Гурий. Основные возражения были сделаны епископом Антимом. Он защищал и историческую, и каноническую, и догматическую действительность англиканских рукоположении.

Епископ Антим: Посвящение Паркера было совершено не по Чиновнику понтификальному, римскому, а по чину, изданному в 1550 г. при Эдуарде Vi властью парламента и под гарантией Архиепископа Крамера. Сравнительное объективное изучение ритуала посвящения с самых древних времен во всех церквах как восточных, так и западных тем не менее установило, что чин Эдуарда VI сохранил оба главных момента ритуала посвящения, т. е. возложение рук и призывание Святого Духа. Таким образом, действительность англиканских ординаций не может быть оспариваема с точки зрения ритуала.

Епископ Антим подтверждает свою точку зрения. Оставляя в стороне вопрос о догматическом содержании, об их понимании священства, об отсутствии у них православного вероисповедания, он считает несомненно установленным, что апостольская преемственность у англикан имеется. Канонические формы были соблюдены, и с точки зрения канонической апостольская преемственность в Англиканской Церкви несомненна.

Епископ Антим просил раскрыть ему, почему четыре рукополагателя Паркера не отвечали каноническим условиям? Ссылку на мнение проф. Булгакова, приводимое докладчиком, он считает недостаточной, так как существуют другие мнения. Владыка Антим не утверждает, что правильно противоположное, но говорит, что остается сомнение. Рукополагатель Паркера был епископ и этого вполне достаточно.

Румынская точка зрения при разрешении этого вопроса с догматической стороны сводится к следующему.

Принимая во внимание существо вопроса, сохранение апостольского преемства не является достаточным основанием для того, чтобы признавать англикан православными, потому что есть целый ряд других вопросов, требующих разрешения, как-то: вопрос об их исповедании, вопрос об их догматах. Вопрос о признании апостольского преемства в Англиканской Церкви не разрешает всех других вопросов. Епископ Антим считает, что хиротония сама по себе действительна, а концепция священства, конечно, неправославная. Факт посвящения доказан, а также доказано и то, что посвящение было совершено по римскому ритуалу.

При рассмотрении канонической стороны вопроса о посвящении надо иметь в виду, что существуют каноны догматические и дисциплинарные. Догматические каноны были соблюдены, дисциплинарные же не были соблюдены, но это не нарушает действительности посвящения.

Для доказательства своих положений Владыка Антим читает резюме доклада проф.-протоиерея Петра Винтилеску: «Возможность признания англиканского рукоположения Православною Церковью».

Резюме доклада проф.-протоиерея Петра Винтилеску вызвало выступление проф. В. С. Вертоградова. «Я хотел бы получить разъяснение,— заявил он.— В докладе проф. Винтилеску вопрос стоит как будто бы так, что члены Румынско-Английской конференции, происходившей в Бухаресте с 1 по 8 июня 1935 г., не признали действительности англиканской иерархии, между тем у меня имеется документ о признании Конференцией действительности англиканской иерархии. Документ этот гласит: «В результате обсуждения на Конференции Румынская комиссия единогласно решила рекомендовать Румынскому Священному Синоду признать действительность англиканского посвящения в духовный сан».

Епископ Антим: Конференция признала англиканскую иерархию, но условно. Этот факт восходит к 1935 г. Другого акта не было. После признания Константинопольскою Церковью Румынская Церковь в 1936 г. присоединилась к признанию законности апостольского преемства в Англиканской Церкви, но объявила это признание условным. Тем не менее это подтверждение может считаться окончательным только тогда, когда высшая власть Англиканской Церкви ратифицирует заключение своей делегации, касающееся таинства посвящения со всеми особенностями, которые свойственны доктрине Православной Церкви. В своем заседании 2 апреля 1937 г. Священный Синод оказался в затруднительном положении, узнав из письма (от февраля месяца того же года) Архиепископа Кентерберийского Космокуантера, что ассамблеи или провинциальные синоды Йоркский и Кентерберийский приняли значительным большинством статьи веры, подписанные англиканской делегацией в июне 1935 г. в Бухаресте. В Англиканской Церкви только епископский корпус в полном составе, не исключая и мирян, может принять официальное, окончательное решение, имеющее авторитет в вопросах веры. По разъяснениям, представленным Архиепископом Кентерберийским, Священный Румынский Синод не мог сделать ничего другого, как только заявить в том же заседании, что «он с радостью принимает к сведению вести, содержащиеся в этом письме, но что он ожидает решения по этому вопросу всей Англиканской Церкви». Признание англиканских ординаций Православной Румынской Церковью является актом, который имеет условный характер и, следовательно, будет иметь силу только тогда, когда условия догматического порядка будут удовлетворены.

Бухарестский акт, который отмечает прогресс в самой острой проблеме англиканских ординаций, с точки зрения метода, с точки зрения богословской был, по существу, только незаконченным признанием. Акты признания в 1937 г. Патриарха Вселенского, Патриарха Иерусалимского и, особенно, ответ архиепископа Кипрского, все ограничительны и содержат оговорки. Единственный положительный результат от богословских дискуссий и решений, принятых различными синодами и указами, тот, что англиканские хиротонии могут рассматриваться по уподоблению с хиротонией в церкви латинской и в инославных церквах Востока. Церковь Православная оставляет за собой право их признавать или не признавать.

Епископ Гурий: Не следует ли вопрос о канонической стороне рукоположения оставить для дальнейшего обсуждения, когда выскажутся все делегации, все, у кого есть доклады, и тогда вопрос этот мог бы быть освещен различно, с разных точек зрения. Это — вопрос все-таки второстепенный.

Митрополит Вениамин: Я так понимаю, чтобы окончательное решение этого вопроса и с канонической точки зрения было отложено до того времени, когда будут заслушаны другие доклады. Сейчас окончательных выводов не делать, а высказанное считать как материал.

После выступлений епископа Гурия и Митрополита Вениамина Председатель, епископ Антим слово для доклада: «Отношение Православной Церкви к англиканской хиротонии» предоставляет епископу Гурию.

«Отношение Православной Церкви к англиканской хиротонии»

Епископ Гурий: Досточтимые отцы и братья!

Перед нами поставлена высокая задача — определить отношение Православной Церкви к англиканской хиротонии.

Мы слышали неоднократно из уст авторитетных членов Англиканской Церкви о признании Православной Церкви, как находящейся и в настоящее время в недрах истинной Христовой Церкви.

Всем нам известны многократные попытки англиканских деятелей установить непосредственное общение в молитве и в жизни с Восточными Церквами и, в частности, с Русской Православной Церковью.

Что ответим мы, православные, на этот призыв западных христиан?

Позвольте ограничиться только одной стороной этого вопроса — догматической.

Искания англикан не всегда идут по верному пути. Блаженной памяти Патриарх Сергий в одной из своих статей («Значение апостольского преемства в инославии», «Журнал Московской Патриархии» 1945, № 2—3) писал: «Если бы англикане, как общество, действительно, болели исканием истинной Церкви и благодатного священства; если бы их искания по временам не путала мысль добиться прежде всего признания их иерархии...... чтобы в случае чего, спокойно оставаться при всем своем,— то воссоединение англикан с Православной Церковью очень могло состояться, и вопрос об иерархии, вероятно, был бы разрешен в положительном смысле».

Англикане ищут признания их церкви частью Истинной Церкви, мы же, православные, не решили еще вопроса о том, как Православная Церковь должна смотреть на англиканские рукоположения.

Но есть ли нужда решать этот вопрос?

Почивший Патриарх Сергий приводит слова одного из наших иерархов, сказанные одному английскому профессору: «Оставьте мучиться вопросом, есть ли у вас священство или нет. Обратитесь прямо к Церкви. Она все даст вам через тот или иной чиноприем (покаяние, миропомазание или крещение): и бытие в недрах Вселенской Христовой Церкви, и благодатное священство, если приходящий был священнослужителем, и все».

Иными словами: человек до чиноприема не имел по существу ни сана, ни благодати; Церковь же через тот или иной чиноприем преподает ему все, что будет ей угодно. Следовательно, для Церкви не имеет значения вопрос о сохранении преемства в инославной иерархии.

Святейший Патриарх Сергий не соглашается с этим мнением, называя его слишком «прямолинейным» и указывая, что практика Православной Церкви говорит не в пользу этого понимания. Хотя эта практика была в отношении инославных крайне разнообразна, но есть резкая черта, через которую Церковь в своей практике никогда не переступает. Эта черта — отсутствие в данном инославном обществе правильной епископской хиротонии, преемственно сохранившейся от апостолов, а также отсутствие преемственно сохраненного апостольского учения о священстве.

Как бы ни были сильны доводы церковной Икономии, членов религиозного общества, не сохранивших такой хиротонии и такого учения, Церковь никогда не примет в свои недра третьим чином (без миропомазания), тем белее не введет в свой клир без православного рукопопожения, например, лютеранского пастора.

«Правильнее думать,— говорит Патриарх Сергий,— что Церковь не повторяет инославных рукоположении (когда видит в данном инославном обществе апостольское преемство рукоположения и учения), потому что считает такие рукоположения действительными. Однако это отнюдь не означает, будто бы вне Церкви могут быть благодатные таинства: Церковь признает у инославных благодать только потому, что считает их еще «не чуждыми» Церкви ('ίχ τη; 'εχχ 1рча; Василия Великого правило 1-е), и до тех пор, пока они такими остаются, сохраняя с ними «некоторое правило общения» (хотя официально с ними порвано и евхаристическое и молитвенное общение), Церковь дает им возможность как-то пользоваться крупицами благодати от той обильной трапезы, которой она питает своих верных чад.

Как же это должно понимать?

Патриарх Сергий продолжает: «Многое в отношениях Церкви к инославию станет для нас понятнее, если мы не будем упускать из вида, что инославие не мыслится Церковью как нечто самостоятельное и совершенно чуждое для нас, в роде иноверия; инославные, в сущности, суть разряд падших или кающихся: падшие отлучены от общения в таинствах, а некоторые и в молитвах; однако они еще находятся в Церкви и под ее воздействием. Хотя инославные отчуждены от Церкви более, чем падшие, они не только согрешают, но и не признают Церкви и воюют против нее,— однако отношение к ним Церкви остается тем же, что и вообще к падшим. Путь к восстановлению утраченного общения, а через это и к вечному спасению и для инославного отдельного лица, и для инославного общества тот же, что и для всякого падшего — покаяние перед Церковью и разрешение, что и делается в чиноприеме». Мысль Святейшего Патриарха Сергия о том, что инославные не вполне разорвали связь с Церковью и находятся на положении падших, чрезвычайно ценна. Падший клирик может быть после покаяния принят в сущем сане, если он не утерял права священнодействовать своими личными грехами, и если он получил по преемству от Апостолов рукоположение и преемственно дошло до него апостольское учение о священстве. Святая Церковь признает в инославном клирике, переходящем в Православие, только то, что, действительно, он имел, по нашему пониманию, будучи в инославии. Позвольте применить это мнение нашего великого старца и учителя Патриарха Сергия к вопросу об англиканском священстве. Это тем более необходимо, что некоторые Православные Поместные Церкви уже выразили свое согласие признать благодатными англиканские рукоположения.

Авторитетными лицами высказываются мнения, что можно и должно признать благодатную преемственность англиканских рукоположении. Нас приглашают подумать о спасении многих душ и говорят о применении к англиканскому исповеданию соображений Икономии. Говорят, что достаточно было бы предложить присоединяемому клирику отречься от прежних своих религиозных заблуждений и принять православное вероучение во всей его полноте.

Мы полагаем, что Икономия более применима в канонических вопросах, в догматических же, в вопросах веры к ней должно прибегать с большой осторожностью. А в нашем вопросе, в вопросе о преемстве благодати, особенно опасно проявлять чрезмерное снисхождение.

В самом деле, возьмем такой случай: англиканский клирик выразил искреннее желание присоединиться к Православию. Он отрекается от своих прежних заблуждений; он всей душой исповедует православные убеждения. Он — православный по взглядам. Мы решим, что следует принять его в сущем сане.

Он-то по взглядам православный, но вся цепь преемственно рукополагавших его предшественников — англиканских епископов, начиная с XVI в., рукополагавшая друг друга, верила ли она по-православному в благодать священства или, быть может, в этой цепи рукополагавших друг друга епископов окажется немало таких, которые смотрели на рукоположение как на обряд, отрицая благодатность таинства священства в православном понимании таинства? Могли ли эти епископы передать то, во что они не верили? Причем они не верили не по своей личной немощи, а потому, что они были обязаны так мыслить, ибо для них обязательны «39 членов».

С XVI в. всякий священнослужитель англиканского исповедания (особенно, проживающий в Англии), обязан твердо держаться учения о таинствах, изложенного в «39 членах» веры.

Правда, некоторые английские богословы, принадлежащие к Высокой Церкви, например, Пуллер [1] утверждают, что взятые в целом «члены» являются скорее членами мира и благочестивого согласия, чем членами веры, и такими именно они всегда считались. Но это мнение является только частным мнением или, вернее, пожеланием.

Тот же Пуллер вынужден признать, что если бы даже какой-нибудь мирянин «решился высказать неблагоприятное суждение о «членах» и заявить, что подписывать их нехорошо, или что они суеверны или ошибочны, то он подпал бы под отлучение» [2].

На самом же деле, «39 членов» «обязательны для духовенства» [3]; они были и остаются официальным изложением веры англикан — хотя и неполным, но обязательным [4].

Что же говорится о таинстве священства в «39 членах»?

В 25-м члене говорится о пяти таинствах (следовательно, и о таинстве священства), что они не должны признаваться таинствами, установленными Святым Евангелием, что они родились частью от испорченного подражания Апостолам (being such as have grown partly of the corrupt following of the Apostles), частью же от житейских условий, хотя и допускаемых Священным Писанием (partly are states of life allowed in Scriptures), но не имеющих той же природы, как крещение и причащение».

Можем ли мы, православные, согласиться с мнением, что таинство священства не имеет природы истинного таинства, опирающегося на Слово Божие, что оно родилось или от испорченного подражания апостолам, или рождено жизнью, «житейскими условиями», иначе говоря, сложилось случайно (как обычай, рожденный жизнью) и позднее апостолов, а не дано Святой Церкви от Бога, как Божественное установление?

Нет, не можем согласиться.

«Православное исповедание Кафолической и Апостольской Церкви Восточной» в ответе на вопрос 109-й определенно утверждает, что таинство священства «заповедано апостолам Христом».

Если у четырех евангелистов нет точных указаний Спасителя о рукоположении, то мы знаем, что далеко не все сказанное Господом нашим Иисусом Христом Своим ученикам и Апостолам записано у евангелистов, ибо, как говорит св. Иоанн Богослов, если бы о всем, содеянном Иисусом Христом, написать, то всему миру не вместить бы написанных книг (Иоанн. XXI, 25).

По воскресении Своем Спаситель, в продолжении сорока дней являясь Апостолам, говорил им «о Царствии Божием» (Деян. I, 3), т. е. прежде всего о жизни Церкви Христовой. Естественно предполагать, что Он прежде всего учил о делателях на ниве Христовой, т. е. об апостолах и их преемниках — епископах.

В послании к своему ученику Тимофею апостол Павел дважды упоминает о рукоположении, дарующем «дар Божий» (1 Тим. IV, 14; V, 22). Не «искаженное подражание апостолам» и не «житейские условия», но «Дух Святый ставит епископов», как сказал в Милите ап. Павел ефесским пастырям (Деян. XX, 28).

Посему мы должны признать, что англиканский взгляд на таинство священства, изложенный в 25-ом члене веры, является в корне ошибочным, неправославным, протестантским.

Если хиротонии не Апостолами установлены, то не являются ли хиротонии по английскому учению только благочестивым обрядом? А мы, православные, не в праве ли усумниться в преемственной от Апостолов благодати у тех клириков, которые согласно официальному исповеданию должны отрицать таинство священства, как Божественное установление. Преемственная цепь рукоположении сомнительна по своему качеству, ибо она не передавала апостольского учения о благодати.

Не меняет по существу положения и то, что за последние десятилетия не раз высказывались по-православному не только авторитетные лица из англикан, но и авторитетные собрания. Так, в 1922 г. многочисленная группа англиканских клириков, включавшая немало и епископов, изложила свои верования в форме «Декларации». Она содержит вполне православные мнения.

В «Декларации» проводится мысль, что «39 членов» имеют значение лишь в той мере, в какой они согласуются с верой всей Вселенской Церкви.

Но указанная «Декларация» отображает взгляды только части англиканского духовенства.

Мы знаем, что в том же 1922 г. была назначена архиепископами Кентерберийским и Йоркским комиссия, которой было поручено проверить религиозные убеждения, господствующие в Англиканской Церкви.

Результаты этой полуофициальной проверки изложены в книге «The Doctrine in the Church of England», изданной в 1938 г.

В этой книге констатируется, что англиканские символические книги и, прежде всего, «39 членов» и ныне являются основой религиозных верований огромного большинства членов Англиканской Церкви.

Кроме того, англиканское духовенство фактически находится в молитвенном общении с протестантами. Ламбетская конференция, выражающая мнение англиканской иерархии, заявила в 1920 г., что она допускает к взаимному общению в таинствах верующих шведской церкви, т. е. протестантов. В том же году два англиканских епископа, с разрешения высшей церковной власти, участвовали в посвящении двух лютеранских епископов в Швеции.

К сожалению, Англиканской Церкви в целом гораздо ближе (и теоретически, и практически) протестантизм, нежели Православие, ибо она (в общем) твердо стоит и поныне на воззрениях, изложенных в «39 членах», в частности, во взгляде на таинство священства. И мало надежды на то, что Англиканская Церковь изменит свою позицию, ибо она находится в полной зависимости от английского парламента. Англия твердо оберегает свой протестантизм, коему английский король присягает на коронации. В королевской присяге говорится: «Объявляю и искренно клянусь пред Богом в том, что верю, что в таинстве причащения не происходит пресуществления хлеба и вина в истинные Тело и Кровь Христа, до и после освящения Святых Даров, кем бы оное ни совершалось, и я верю, что призывание и поклонение Приснодеве Марии и святым, а также жертвенное значение Литургии противно протестантскому вероучению».

В 1927 и 1928 гг. парламент дважды отверг одобренную собранием духовенства и палатой лордов новую богослужебную книгу (взамен устаревшей «Книги общественных молитв»), потому что в проекте нового молитвослова внесено было в чин Литургии призывание Духа Святого, а также сохранение Святых Даров для причащения больных. Англиканская Церковь не может, в силу зависимости от парламента, поступиться ни одной строчкой своих «39 членов» веры.

Заключение.

Англиканское учение о таинстве священства, поскольку оно выражено в официальном исповедании веры — «39 членах», носит протестантский характер, что должно бы нас заставить признать англиканское священство безблагодатным.

Но наличие в других достаточно авторитетных изложениях веры (Гомилии, чин посвящения в «Книге общественных молитв» и др.) чисто православного понимания таинства священства приводит нас к заключению, что учение о таинстве священства изложено в англиканских памятниках веры без точной формулировки, неопределенно, вплоть до взаимопротиворечивых мнений.

Это разнообразие мнений может быть фактором, смягчающим наше суждение о действительности англиканских хиротоний. Только Собор, полномочный Православный Собор может сказать решающее слово об англиканских хиротониях.

Следует отметить, что вопрос об англиканских хиротониях осложняется существованием в Англиканской Церкви института женатого епископата, погрешающего против канонов, а также протестантским элементом в «39 членах» в учении о таинстве причащения и, наконец, тем, что по закону и фактически главой Англиканской Церкви является гражданская власть.

Все указанное понуждает нас назвать до Собора благодатность англиканских хиротоний сомнительной.

Если бы англиканский клирик обратился к Православию и просил принять его в сущем сане в лоно Православной Церкви, не будет ли наиболее благоразумным, по совету мудрого святителя Московского Митрополита Филарета,[5] совершить над ним посвящение, но, условно, «аще не посвящен есть».

Председатель объявляет перерыв до вечера. Заседание закрывается.

Вечернее заседание 13 июля 1948 г.

Заседание открывается докладом архиепископа Серафима: «О соединении Англиканской Церкви с Православной Церковью».

Архиепископ Серафим (читает доклад: «К вопросу о соединении Англиканской Церкви с Православной Церковью. Доклад одновременно переводится на французский язык).

«О соединении Англиканской Церкви с Православной Церковью»

У Англиканской Церкви, если иметь в виду одну из самых влиятельных ее групп — англо-католическую, никогда не было стремления совращать православных в свою веру. У нее никогда не было неприязни к нашей Церкви. Напротив, она всегда проявляла к ней чувство уважения и даже искренно стремилась к соединению с Православной Церковью. Об этом свидетельствуют факты.

Еще в 1642 г. Англиканская Церковь просила Восточных Патриархов прислать ей православное исповедание веры, и эта просьба была исполнена. С развитием рационализма в XVIII в. это стремление на Восток у Англиканской Церкви замерло, но с появлением Оксфордского движения оно опять ожило. В 1840 г. выдающийся богослов

Далее Митрополит Филарет говорит, что если епископы, которые сослужили Барлоу при рукоположении им Паркера, веровали в благодать епископства и знали образ мыслей и неканоническое положение Барлоу, а, по мнению Митрополита, они, конечно, знали, то не должны были вступать с ним в общение в рукоположении. А раз вступили, то не значит ли, что они недалеки были от его образа мыслей?

В статье проф. Η. Η. Глубоковского под заглавием «Православная и Англиканская Церкви» (их отношения в прошлом и настоящем) [6] цитируются следующие слова Митрополита Филарета, которые являются заключением его приведенных слов: «Немало сомневаюсь,— говорит Митрополит Филарет,— что произошел не только иерархический перерыв в Англиканской Церкви вместе с прекращением веры в действительную силу апостольского возложения рук, но также, осталась ли внутренняя благодать рукоположения, несмотря на то, что ее форма сохранилась».

Все приведенные здесь слова Митрополита Филарета, выражающие по своей форме его сильное сомнение в наличии у Англиканской Церкви апостольского преемства, в своей сущности указывают нам на препятствия к соединению с нею, которые были при нем и которые, к сожалению, существуют и доселе, причем отсутствие в Англиканской Церкви апостольской преемственности у Митрополита Филарета ставится в неразрывную связь с отсутствием у нее веры в действительную силу апостольского возложения рук или таинства священства. И эта связь естественна и понятна. Если в Англиканской Церкви нет благодати священства, через которое преподаются и все другие таинства с их благодатью, то, следовательно, нет у нее и истинной веры в таинство священства, сообразно со словами ап. Павла, где он называет веру плодом Святого Духа (Галат, V, 22).

Удивительно, что у Митрополита Филарета в осторожных словах высказывается под знаком сильного, сомнения, а именно, что вместе с прекращением апостольского преемства у англикан прекратилась вера в таинство священства, то в Англиканской Церкви является исторической действительностью.

Если мы обратимся к вероучительным книгам Англиканской Церкви: «Книга общественных молитв», «39 членов веры», «Катихизис» и «Ординал», то увидим, что в этой церкви истинными таинствами признаются не семь, а только два. Так в 25-м члене мы читаем: «Существуют два таинства, установленные Христом Господом нашим в Евангелии, а именно крещение и евхаристия. Те пять, обычно называемые таинствами, т. е. миропомазание, покаяние, священство, брак и елеосвящение, не должны почитаться за евангельские таинства: они отчасти возникли из извращенного последования апостолам, отчасти же представляют дозволенные Писанием состояния жизни, не имеющие, однако, одинаковой с крещением и евхаристией природы таинств, поелику они не имеют какого-либо видимого знака или обряда, установленного Богом». В книге общих молитв, в частности, в «Катехизисе», который в ней находится, содержится вопрос: «Сколько таинств установил Христос в Святой Церкви»? — и дается ответ: «Только два, как общеобязательные для спасения, а именно — крещение и вечерю Господню».

Таинство священства англикане не только не считают богоустановленным, но не считают его таким таинством, без которого Церковь не может существовать. Поэтому в «Ординале» священство нигде не называется таинством, а лишь «поставлением» (ordination) и «посвящением» (consecration).

О таком отношении к таинству священства мы можем найти немало свидетельств как со стороны отдельных влиятельных лиц Англиканской Церкви, так и целых церковных организаций. Известный в России ревнитель соединения Англиканской Церкви с Русской Биркбен, из англокатолической группы, в 1903 г. в своей беседе с нашим Экзархом Грузии вступил в спор с ним по вопросу: нужны ли для спасения все семь таинств, и заявлял, что таинство священства для него совсем не необходимо.

Выдающийся англиканский богослов д-р Хедлам, в бытность свою каноником Церкви и профессором богословия в Оксфордском университете, в своих лекциях, изданных в 1920 г., отвергал необходимость апостольской преемственности. Он даже заявлял, что эту теорию не любит большинство людей и не верит ей, и она не признается даже значительной частью высокоцерковной группы (англо-каголиков) Англиканской Церкви. Он оправдывает отказ от епископства некоторых сект и признает неепископальные служения действительными. По мнению этого богослова, епископы в древне-христианской Церкви и являются преемниками апостолов не потому, что они «получили благодать, переданную от апостолов, а потому, что были назначены Церковью исполнять те обязанности, которые исполняли Апостолы» [7].

Несмотря на такое отрицательное отношение к вопросу об апостольской преемственности и на чисто протестантский взгляд на церковное служение, д-р Хедлам вскоре после напечатания указанных его лекций был рукоположен в сан епископа.

Еще более отрицательные взгляды англиканских епископов на таинство священства выявились в их переговорах с представителями «свободных», т. е. неепископальных церквей протестантского типа по вопросам о соединении с ними Англиканской Церкви. Для этого в 1922 г. образовалась Соединенная комиссия из 13 английских епископов с обоими Архиепископами — Кентерберийским и Йоркским — во главе, и из представителей церквей. Переговоры продолжались до 1925 г. Точкой отправления в этих переговорах было Ламбетское воззвание от 1920 г., коим признавалась «духовная действительность» неепископальных служений, которые будто «были благословенны и признаны Св. Духом, как действительные средства благодати». В меморандуме английских епископов от 6 июля 1923 г., врученном представителям свободных церквей, говорится: «Мы готовы сказать, что служения пасторов, которые... имеют искреннее намерение проповедывать Слово Христа и преподавать таинства, как Христос повелел, и которым власть это делать торжественно дана подлежащею церковью, суть действительные служения Христова Слова и таинств во Вселенской Церкви» [8].

Если бы англиканские епископы, бывшие в составе Соединенной комиссии 1922—1925 гг. имели истинную веру в таинство священства, то они никогда бы не решились вести переговоры с представителями неепископальных церквей о соединении с последними Англиканской Церкви и не стали бы считать и пасторов, не получивших рукоположения от епископов, священниками Вселенской Церкви, имеющими право совершать таинства.

Правда, на Ламбетской конференции в 1930 г. англиканские епископы заявили, что священство есть таинство. Касательно же всех прочих таинств, разумеется, кроме крещения и евхаристии, они остались на прежней точке зрения, т. е. оставили за собой право и свободу считать их только благочестивыми обрядами [9].

Однако на Румыно-Англиканской конференции, бывшей в 1935 г., англиканские делегаты уже признают все семь таинств. Но, имея в виду крещение и евхаристию, они вместе с членами Румынской комиссии, считают эти таинства превосходящими все другие таинства.

Прежде всего, в этой формуле о таинствах крещения и евхаристии допущена и румынскими, и англиканскими членами комиссии большая догматическая ошибка. Ведь сущность каждого таинства заключается в благодати Святого Духа. Разве можно сказать, что благодать в одном таинстве является большею, а в другом меньшею? Благодать, как божественная энергия или сила, не может быть делима на части малые или большие. Благодать всегда одна и та же, только действия ее различны. В таинстве крещения она уничтожает первородный грех и все личные наши грехи, в таинстве евхаристии она пресуществляет хлеб и вино в Тело и Кровь Христа, в миропомазании она сообщает нам во всей полноте и совершенстве все дары Святого Духа и т. д. Поэтому все семь таинств одинаково божественны и необходимы для спасения.

Кроме того, в этой формуле не чувствуется полной отрешенности от учения о таинствах, выраженного в вероучительных англиканских книгах, которые истинными таинствами признают только два: крещение и причащение, а священство и другие таинства не считают имеющими одинаковую природу с первыми двумя таинствами.

Если Англиканская Церковь хочет искренно соединиться с Православной Церковью, то ей надо всецело отрешиться от своих неправильных и неопределенных взглядов на таинство священства. Да и не только на это, но и на таинство евхаристии.

Переводчик: Владыка Антим хочет дать объяснение. Он говорит: неверно то, что представители Румынской Церкви на этой Румыно-Англиканской конференции приняли принцип о превосходящих таинствах, о различной степени благодати Духа Святого. Владыка утверждает, что никогда не делалось различия, никогда в принципе не допускалось существование превосходящих таинств — различия таинств по степени заключающейся в них благодати Духа Святого.

Он ограничивается ссылкой на то, что была признана апостольская преемственность в Англиканской Церкви, но говорит, что это признание не могло считаться окончательным до тех пор, пока высшая власть Англиканской Церкви не согласует своего вероучения со всеми особенностями, которые свойственны доктрине Православной Церкви.

Архиепископ Серафим: Я это буквально выписал из журнала «Церковный Вестник» за 1935 г., который издавался в Варшаве.

Переводчик: Владыка говорит, что, значит, сведения, напечатанные в этом журнале, были ошибочны.

Председатель: Слово для справки предоставляется г-ну Чани.

Нико Димитрий Чани: Эта Румыно-Англиканская конференция рассматривала вопрос о действительности таинства хиротонии Англиканской Церкви и не касалась вопроса о степени святости других таинств. Поэтому я присоединяюсь к заявлению, сделанному Владыкой.

Архиепископ Серафим: Несмотря на то, что в упомянутой Румыно-Англиканской конференции англиканские делегаты заявляли, что евхаристия является превосходящим таинством, в недрах самой Англиканской Церкви, в самом английском епископате допускается ниспровержение сего таинства вплоть до кощунственного отрицания пресуществления. В особенности здесь надо указать на двух модернистов-протестантов: настоятеля (декана) собора св. Павла в Лондоне Инджа и епископа Бирмингамского д-ра Барнса. Первый называет пресуществление языческим фетишизмом, о чем свидетельствует уже самое заглавие его статьи: «О голом фетишизме в форме почитания освященных элементов». Епископ же Варне во время еще своей интронизации в 1924 г., когда произносил проповедь, то предостерегал против «языческого сакраментализма, утверждающего, что Хлеб Спасения может быть создан каким-то волшебством обряда и слов». В своей проповеди в Вестминстерском аббатстве 19 июля 1925 г. Варне заявлял, что «христианство не сохранило в чистом виде учения Христа и Его Апостолов, но придя в соприкосновение с языческим миром, восприняло от него тайны культов Изиды и Митры, веру в священство и в действие таинств или магический сакраментализм. По его словам, священник, в силу механической преемственности, облечен особой духовной силой и может совершением обрядовых действий и произношением слов наделять безжизненную материю (хлеб и вино при евхаристии) духовными свойствами. Таинства в действительности действуют магией» [10]. В своем отрицании пресуществления епископ Варне идет еще дальше. Он предлагает произвести химический анализ евхаристических элементов до и после пресуществления, чтобы изобличить последнее [11].

Проповеди епископа д-ра Барнса получили должный отпор в достойном ответе ему со стороны «Английского Церковного Союза» на имя Кентерберийского Архиепископа д-ра Девидсона. Но последний встал на защиту Барнса, который им же был посвящен во епископа [12].

Несомненно, в таком отрицательном отношении к таинству евхаристии сказалось то же самое отсутствие у англиканской иерархии истинной веры в таинство священства. Если бы английские епископы имели эту веру, они считали бы себя строителями тайн Божиих, (1 Кор. IV, 1)) совершителями страшного евхаристического таинства, и никогда не посмели бы допустить такого глумления над этим таинством со стороны епископа Барнса. Вместо покровительства, которое английские епископы в лице Кентерберийского Архиепископа ему оказали, они сняли бы с него архиерейский сан за его неверие и кощунство.

При таком отрицательном отношении английской иерархии к таинствам священства и евхаристии можно даже усумниться, насколько искренно англиканская иерархия в последнее время стремится к соединению с Православной Церковью. Во всяком случае, в итоге получается какая-то страшная путаница.

С одной стороны, английские епископы потворствуют протестантским отрицательным взглядам на таинства священства и евхаристии своих же собратьев, английских епископов, с другой, стремятся к соединению с Православной Церковью на почве православных воззрений на те же самые таинства, как и на другие таинства.

С одной стороны, англиканская иерархия ведет переговоры с представителями Православной Церкви для соединения с последней, с другой стороны, она ведет переговоры с представителями неепископальных церквей, а также с коптами, сирийцами и армяно-григорианами. На Ламбетской конференции 1920 г. уже установлено общение с Шведской лютеранской церковью, а со старо-католиками Англиканская Церковь вела много лет переговоры в целях соединения с ними. В результате этих переговоров, в 1925 г. старокатолики признали действительность англиканской иерархии, а в 1931 г. Англиканская Церковь заключила со старокатоликами унию без утраты той и другой церковью своих вероисповедных особенностей.

Хотя англиканские епископы Гор и Фриор известны как ревнители соединения Англиканской Церкви с Православной, тем не менее это не помешало им в г. Малин участвовать на совещании с кардиналом Мерсье в целях соединения Англиканской Церкви с католичеством.

Известный друг Православия каноник Даглас в одно и то же время стремится к соединению и с Православной Церковью и с Католической. Он восхищается Православною Церковью, но вместе с тем восхищается католичеством и восторженно о нем отзывается.

Ясно, что у Англиканской Церкви нет основы для того, чтобы иметь в самой себе целостную систему церковных воззрений, у нее нет критерия, исходя из коего она могла бы решить, с какими церковными исповеданиями она должна соединяться, с какими не должна. Отсутствием этого критерия объясняется бесконечная веротерпимость Англиканской Церкви ко всяким религиозным воззрениям. Даже англо-католики допускают в своей среде проповедь самых крайних протестантских взглядов вплоть до отрицания Воскресения Христова. А некоторые из англиканских священников, с благословения своего епископа, уступают храмы масонам для совершения в них их торжественных масонских ритуальных собраний [13].

Поэтому некоторые из англикан сознают, что прежде чем Англиканской Церкви соединиться с другими исповеданиями, ей надо было бы объединиться самой в себе [14].

Увы, этой объединенности, этой целостности у Англиканской Церкви нет и быть не может, ибо она руководствуется вероучительными книгами, которые приспособлены к удовлетворению религиозных нужд двух главных групп Англиканской Церкви: англо-католиков и протестантов, взаимно враждебных, противоположных и исключающих друг друга по своему церковному направлению «39 членов» веры, составленных на Лондонском соборе в 1562 г. при королеве Елизавете, представляют собой странную смесь католицизма и протестантизма. Причем вероучение в них изложено в таких неопределенных и общих выражениях, что противные партии могут найти здесь для себя то, что ими принимается [15]. Все пункты вероучительных книг неопределенны, не имеют между собой органической связи и двусмысленны. Эти пункты вероучения сами англикане толкуют в разных, даже противоположных смыслах. Например, епископ Глочестерский Хедлам, имея в виду новый чин евхаристии, установленный в 1927 г. после пересмотра «Книги общественных молитв», отрицает, что новою евхаристическою) молитвою устанавливается вера в пресуществление евхаристического хлеба и вина. А епископ Бирмингамский Варне, напротив, считает, что новая форма освящения даров приближает наш чин евхаристии к римской Литургии и дает опору утверждениям, что определенная словесная форма совершает чудесное изменение хлеба и вина.

Недаром настоятель Русской Церкви в Париже, протоиерей И. В. Васильев, в конце прошлого столетия работавший по вопросу о соединении между англиканами и православными, заявлял, что среди взглядов отдельных представителей Англиканской Церкви царствует полное «столпотворение вавилонское» [16].

Интересна в данном случае статья проф. Н. Н. Глубоковского, о которой мы уже упоминали. Здесь он говорит, что Англиканская Церковь «до того неопределенна в себе самой, что известный знаток западных церквей и активный деятель междуцерковного единения, покойный протопресвитер о. Иоанн Янышев прямо заявляет, что трудно проследить догматические определения Англиканской Церкви. Англиканство неуловимо в своих определениях». «Англиканские символы и формулы,— говорит от себя проф. Глубоковский — чрезвычайно эластичны в их двусмысленной фразеологии и допускают иногда даже противоположные толкования. А в то же время официальные представители Церкви не стараются ввести строго обязательную точность их догматов. Все это создает такой туман и непостоянство, что трудно опереться с полною уверенностью на отдельный тезис, который был бы одинаково и без возражений принят всеми. Все это Англиканская Церковь знает и именно этим гордится. Она принимает все и не исключает ничего... Эта догматическая дисгармония проникает в самую иерархию, где даже есть епископы, которые открыто отрицают самые важные церковные догматы (например Святых Тайн)».

«Ясно,— заключает проф. Глубоковский,— что при настоящих условиях соединение двух Церквей (Православной и Англиканской) почти невозможно и в действительности будет вредным для обеих сторон» [17].

Все эти дефекты Англиканской Церкви: крайне отрицательные рационалистические взгляды на таинства священства и евхаристии, нашедшие себе место даже среди английского епископата; неясные догматические воззрения Англиканской Церкви или отсутствие в ней догматической целостности и объединенности в себе самой; стремление ее к соединению одновременно и с Православной Церковью и с .еретиками, мы не можем не считать большим препятствием к соединению Англиканской Церкви с Православной, помимо тех препятствий, о которых говорит нам Митрополит Филарет.

К сожалению, есть и еще препятствия для соединения Англиканской Церкви с Православной. Оно содержится в огромном влиянии масонства на Англиканскую Церковь, с одной стороны, через внедрение в нее масонских экуменических идей, а с другой — через ее государственную власть.

Англиканская Церковь не только участвует в экуменическом движении, но считает себя основною или исходною точкою отправления, откуда впервые начала распространяться идея о соединении всех Христианских Церквей. Как видно из послания, составленного священником Тальботом от имени Англиканской Церкви и помещенного в журнале «Экуменика», Англиканская Церковь сознает в себе исключительную ответственность в вопросе о соединении Церквей, ибо от нее исходит толчок к этому соединению. По словам послания, об этом свидетельствует сама организация Англиканской Церкви, состоящей одновременно из консервативного и реформаторского элементов. Об этом говорит «свыше предназначенное ее положение для сближения двух половин христианства... Отсюда проистекает и самое новейшее наименований Англиканской Церкви, как Церкви-Моста».

Послание отмечает, что о таком преимущественном, значении Англиканской Церкви в вопросе о соединений неоднократно делали заявления все ее епископы во время своих съездов в Ламбете...

Указывается в этом послании и на обращение английских епископов, собравшихся в Ламбете в 1920 г., ко всем христианским народам с призывом вместе с ними объединиться в молитве и покаянии за разъединение или разделение Церквей.

Если мы сопоставим этот призыв с другим фактом, который произошел на экуменическом съезде Англо-Русского дружества в 1925 г., на котором экуменисты во главе с прот. о. Булгаковым молитвенно обращались Богу с покаянием за разделение Церквей, то для нас будет ясно, откуда ведет свое начало эта масонская, экуменическая молитва.

Есть в послании Тальбота и другие характерные экуменические признаки, присущие Англиканской Церкви. Так, мы находим здесь слова о дружбе англикан с другими Церквами. Говорится здесь, что те, которые верят и крещены во имя Святой Троицы, вместе с англиканами являются членами Церкви Христовой. Находим здесь слова и о будущей великой соединенной Церкви. Признается в послании действительность и неепископального священства. Высказывается отрицательный взгляд на политику поглощения, т. е. отрицается здесь соединение церквей с уничтожением отличительных вероисповедных признаков каждой церкви, и, таким образом, утверждается соединение Церквей в смысле экуменического единения.

С чувством полного удовлетворения в послании говорится о достигнутом соглашении Англиканской Церкви со старокатоликами и с Шведскою Церковью.

Не умалчивается здесь и о том, что Англиканская Церковь занимала господствующее положение на Стокгольмской и Лозаннской конференциях. А в заключении послания с гордостью заявляется, что Англиканская Церковь названа «микрокосмом христианства» [18].

При чтении этого послания чувствуется, что Англиканская Церковь, если бы она и хотела соединиться с нами, несомненно, откажется соединиться так, как этого требует Православная Церковь, т. е. с отречением от всех своих экуменических взглядов, с прекращением церковного единения со всеми инославными церквами.

Одним из препятствий к такому соединению и будет присущий Англиканской Церкви экуменизм, который от нее, как из своего основного источника, распространяется по всему миру.

Таким же препятствием к соединению Англиканской Церкви с Православной является и государственная власть в Англии. Мы не должны упускать из вида, что Англия есть один из самых крупных мировых центров масонства. Из Англии оно распространяется во все страны света. Мы, русские православные люди, эту истину можем свидетельствовать на основании своего собственного горького опыта. Ведь из Англии насаждено было в России масонское Библейское общество вместе с его небывалою у нас тогда протестантскою и масонскою пропагандой. Это английское масонское общество до такой степени колебало нашу Православную Церковь, что обер-прокурором Синода у нас был в то время масон высшего посвящения князь Голицын, а профессор Петербургской Духовной Академии Феслер основал в нашей столице масонскую ложу «Полярная Звезда».

Но если из Англии льются во все страны потоки масонства, то не может быть, чтобы в самой английской стране ее общество и, прежде всего, государственная власть находились вне масонского влияния. Эта власть несомненно является масонской, причем она управляет Англиканской Церковью и не внешне только соприкасается с нею, но входит в самые ее недра. Она преподает Церкви вероучительные книги после их исправления и обсуждения в своих государственных учреждениях.

Государственная власть есть главный фактор Англиканской Церкви, почему последняя и называется государственной.

Этой государственной власти угодно, чтобы обе главные группы Англиканской Церкви — англо-католическая и модернистская были под ее управлением и руководствовались бы ее церковными основоположениями. Она не желает, чтобы государственная церковь распалась. Поэтому она делает всевозможные уступки и компромиссы для избежания сего распада Она не имеет ничего против соединения Англиканской Церкви со всеми Христианскими Церквами, даже с Православной Церковью, но соединения экуменического, т. е. без утраты ее существенных самобытных свойств,— соединения, которое не мешало бы ей одновременно соединяться и со всеми другими церквами. Иначе сказать, государственная власть в Англии, как масонская, не допустит настоящего соединения Англиканской Церкви и Православной, соединения, которое было бы согласно с каноническими основоположениями Православной Церкви, требующими от соединяемых отречения от всех ересей и всецелого принятия православного вероучения.

Ввиду этого, а также принимая во внимание все прочие упомянутые нами препятствия к соединению Англиканской Церкви с Православною, мы не можем быть оптимистичными. Мы думаем, что этого соединения не будет.

Однако, в случае обращения Англиканской Церкви к Русской по вопросу о соединении с нею, мы должны сделать все для нас возможное к этому соединению. Не надо только при этом забывать, что компромиссы в делах веры не допустимы. Нельзя признавать апостольское преемство, наличие коего нельзя доказать. Нельзя соединяться вплоть до евхаристического общения с теми епископами и клириками, которые не имеют веры в сущность таинства священства и таинства евхаристии, в благодать рукоположения и в благодать пресуществления.

Разумеется, самым лучшим и спасительным для Англиканской Церкви разрешением вопроса было бы ее согласие на рукоположение уже существующих в ней диаконов, священников и епископов нашею Православною Церковью. Тогда у Англиканской Церкви началась бы несомненная апостольская преемственность в иерархии. Но на это не согласится Англиканская Церковь ввиду существования в ее среде мнения, что апостольская преемственность в Англиканской Церкви есть.

Поэтому, идя навстречу желанию Англиканской Церкви соединиться с нами, можно применить к ней принцип церковной Икономии, т. е. признать, с момента соединения Англиканской Церкви с Русской, действительность англиканского священства, если она засвидетельствует перед Русскою Церковью о своей полной и совершенной готовности быть всегда верной Святому Православию. Может быть, ради этого исповедания православной веры вместе с великою Русскою Церковью, действительность англиканского священства будет признана и в очах Божиих.

Поэтому, прежде чем произойдет эго соединение, Англиканская Церковь должна сделать Русской Церкви следующее заявление:

Англиканская Церковь отрекается от всех своих догматических неправильностей. Она исключает из состава своей иерархии епископов, подобных епископу Хелдаму и епископу Барнсу, за неверие в благодать священства и в благодать пресуществления, а на будущее время не станет допускать до посвящения в степени диакона, священника и епископа лиц с такими отрицательными и рационалистическими воззрениями. Англиканская Церковь аннулирует все свои переговоры и соглашения с неепископальньши и другими еретическими исповеданиями, с которыми не имеет церковного единения наша Русская Православная Церковь. Англиканская Церковь принимает всецело вероучение Православной Церкви и впредь будет руководствоваться не своими символическими книгами, а только основоположениями Святого Православия.

После такого заявления Англиканская Церковь может воссоединиться с Русскою Церковью посредством третьего чина.

Допущение большего снисхождения в деле соединения Англиканской Церкви с Русскою Православною Церковью будет являть собою не любовь нашу к англиканам, а наше удаление от церковных православных начал, и будет знаменовать собою только то, что Русская Церковь выпускает из своих рук знамя Православия, которое она всегда держала высоко, в чем помогал ей Господь за исповедание этого Православия и словом, и делом, и всею ее жизнью.

Митрополит Вениамин: Так как до 8 часов осталось всего 10 минут, и я не могу высказаться, то я думаю, нам надо перенести прения на завтра. Нам нет оснований спешить: мы имеем еще два дня. Вопрос чрезвычайно важный. Кроме того, мы только здесь можем обсуждать этот вопрос, на пленарном заседании не придется говорить. Поэтому я просил бы председательствующего не торопить с решением этого вопроса и предоставить его естественному течению, и даже дать лишнее время, лишь бы мы могли все выяснить добросовестно и сформулировать свое решение.

Затем надо предложить, чтобы те, кто желает и находит нужным, сформулировали свои предложения к резолюции.

Председатель объявляет о закрытии заседания. Заседание закрывается.

Утреннее заседание 14 июля 1948 г.

Председатель епископ Антим: Предоставляю Вам, Владыка Митрополит Вениамин, слово для заслушания Вашего сообщения.

Митрополит Вениамин: Ваши Высокопреосвященства, дорогие братья Владыки, отцы и братья миряне!

Я сокращу свой доклад, потому что архиепископ Серафим вчера очень многое сказал из того, что я предполагал говорить, а именно: сообщил много фактических данных об этом вопросе не с точки зрения канонической, а главным образом с точки зрения реальной, как именно Англиканская Церковь стоит в жизни. Я тоже хотел говорить об этом, но так как он очень многое сказал, поэтому я сокращаю эти вопросы, но тем не менее дополнив кое-что как по некоторым особым линиям, так я по отдельным фактам. Причем архиепископ Серафим основывался главным образом на литературе, а я, как бывший Экзарх в Америке, буду говорить о фактах, мне точно известных, и так как это дело было не в далеком прошлом, а в настоящем, т. е. в прошлом и позапрошлом годах, то я имею право думать, что мои факты имеют свою силу, а, может быть, даже .большую силу, чем в прежнее время, хотя бы даже и в литературе.

Прежде всего я хочу сказать, что Англиканской Церкви не существует, как единой Церкви. В Англиканской Церкви, как и вчера сообщалось, есть несколько партий, и до такой степени эти партии расходятся, что нужно определенно сказать, что вообще-то нет Церкви, но это особый вопрос. Я хочу сказать, нет единой Англиканской Церкви.

Я позволю себе сообщить следующие факты.

В Англии в одном соборе архиерей принадлежит к Высшей Церкви, а его ближайший сотрудник, настоятель принадлежит к Низшей, т. е. к протестантской церкви.

Другой факт, аналогичный этому. В Нью-Йорке есть епископ Маннинг, который принадлежал к Высокой Церкви, близкой по типу к католической. Когда в прошлом году он вышел в отставку, его место занял его бывший помощник, который принадлежит к Низшей Церкви. Это, по существу, протестантская церковь.

Пригласил меня к себе профессор церковной истории Мевин; после обеда он водил меня по семинарии и показывал ее. Между прочим, показывая церковь, сказал, что он почитает иконы и святых. Я спросил его: «Вот Вы верите,— совсем как настоящий православный, что же У вас все так верят? — «Нет,— говорит профессор,— не все. В одной и той же семинарии (это академия у них) есть профессора, которые признают православное учение, а другие совершенно не признают».

Приведу еще факт. Я разговаривал с одним диаконом Епископальной Церкви и между прочим разговорился о таинстве святого причащения и спросил, признают ли они, что хлеб и вино при святом причащении прелагаются в Тело и Кровь Христовы? — Он улыбнулся и сказал: «Конечно, нет».

В прошлом году один епископ Англиканской Церкви в Англии заявил, что он не признает Боговоплощения, не признает, что от Святой Девы Марии родился Сын Божий. Это вызвало громадный шум и в Англии, и у нас, и за границей, но все-таки он не был отлучен от Церкви. Не знаю, остался он епископом или нет, но, во всяком случае, факт, что среди епископата оказался человек, который не верит в Божество Господа нашего Иисуса Христа.

Подобных фактов из жизни Англиканской Церкви можно было бы привести много. Пусть это касается отдельных людей, и за них Англиканская Церковь не может отвечать, все же такое совместное сожительство разных групп в единой братской церкви не случайно.

Чем оно объясняется?

Первая причина заключается в том, что вся Англиканская Церковь, как нам известно, представляет собой смесь разнообразных элементов протестантского и прежнего католического, но больше несомненно протестантского, поэтому и связь Высокой Церкви с этими своими членами и с членами протестантских общин вполне естественна, ибо они, в основном, все одного духа — именно протестантского.

Вторая причина.— Они сами объяснили ее,— у них очень тяжелый вопрос имущественный, и если бы между ними было бы какое-нибудь разделение, то в таком случае поднялись бы неисчислимые судебные процессы: кто является членом Англиканской Церкви, кто отпадает от нее. Поэтому они предпочитают лучше совместно существовать, чтобы не возникал этот вопрос.

Третья причина заключается в том, что каждая из этих сторон — и Высокая Церковь, скажем более близкая к Православной и Низкая Церковь, близкая к протестантской церкви, ожидают и надеются, что со временем именно ее течение возобладает: одни думают, что возобладает Высокая Церковь, другие — протестантская церковь, поэтому они до поры до времени находят нужным совместное сожительство.

Я думаю, что это сосуществование не случайно, а имеет свои глубокие корни в протестантизме.

Вот какие основания к тому, что я считал и продолжаю считать эту церковь протестантской.

Когда я был в Америке и мне пришлось знакомиться с Епископальной Церковью, то прежде всего обращает внимание надпись у входа в дом: «Протестантская Епископальная Церковь». Можно сказать, что это традиция, но слова не случайны: слова суть символ духа, который в них выражается. Мы, ведь, не можем про себя сказать, что мы протестанты, а они именно это слово берегут, потому что это слово не случайно, оно отвечает их духу.

Протестантской церкви нет, ибо самой Церкви как Единого Тела Христова они не признают. У них существует принцип индивидуализма, а поэтому у них имеется множество сект. У них нет Церкви, как столпа и утверждения истины. Этим они отличаются не только от нас, но и от Римско-католической Церкви.

Дальше, если мы посмотрим на их учение с точки зрения духовно-аскетической, на которую у них никогда не обращают внимания, а между тем это относится к одной из самых основ христианской жизни,— морально-аскетический дух у них совершенно различен. Например, однажды меня попросили написать какой-нибудь эпизодик в англо-католический журнал. Я взял утреннюю молитву и вечернюю молитву в Православной Церкви и в Церкви католической. Когда я прочитал, то увидел громадную разницу в духе, а именно: в наших православных молитвах наряду с благодарением Бога за то, что мы встали, живы существует громадное количество молитв покаянного элемента и вообще в нашей Православной Церкви элемент покаяния занимает громадное место, тогда как у них на первом месте стоит благодарность за спасение, славословие, песни и почти нигде не видно покаяния. Как же мы можем объединиться с ними, слушать их молитвы? Конечно, их молитвы мы принимаем, но наши молитвы для них не приемлемы, вернее, мало приемлемы. И вот вопрос об установке духовной жизни совершенно различен у нас и у англо-католиков, не говоря уже о протестантских общинах. Это с духовной точки зрения.

Если мы подойдем к вопросу с точки зрения богослужения, то и здесь опять увидим у них элемент, характерный протестантскому духу — собрания, стихи, песнопения и благодарением, так, что с этой точки зрения богослужебной у нас с ними большая разница.

Больше я пока не буду говорить, но и эти данные говорят за то, что они, действительно, протестанты и хотя бы они согласились во многих пунктах вероучения, все равно у них налицо элемент протестантский.

В заключение я прочитаю вам краткие записки, которые я вел в 1933 г., когда я приехал в Америку. Они являются результатом пережитого и отражают действительность. В одном маленьком приходе в Нью-Йорке была небольшая православная церковь, выстроенная одним православно-сочувствующим англиканом-епископалом. Он построил большую церковь и дом и в нем маленькую церковь. Это была православная церковь. В ней были священники и от Митрополита Платона,— не удержались, ушли; были даже от архиепископа Виталия, который считался фашистом — тоже ушли. Тогда они обратились ко мне, и я дал им священника, и у нас наладилась спокойная жизнь года на два. Вдруг нам заявляют, чтобы мы освободили помещение и оставили им Церковь. Вопрос поставили на приходском собрании, которое постановило, что кроме двух никто не желает уйти от Патриаршей Церкви. И все-таки нам угрожали даже полицией, требуя выселения. Я обратился в Секретариат и потребовал объяснения, почему они так поступают в отношении нас. Секретарь мне сказал, что «Ваша Патриархальная Церковь — с Советами, мы этого не можем признать, мы боремся с этим и будем бороться». Я сказал тогда: «Как же вы думаете о соединении с Православной Церковью? Ведь соединение с Православной Церковью не может произойти без Русской Церкви!» Я сказал, что напишу об этом Митрополиту Сергию. Вот эти факты также подтверждают, что епископы в душе своей протестанты.

Но наряду со всеми этими сомнительными и отрицательными фактами мы, конечно, не можем умолчать и о положительных сторонах этого движения. Я не буду приводить отдельных случаев, но уже то важно, что главные деятели этого англиканского движения постепенно отходят и хотят уйти от «39 членов» в сторону Православия. Это такое явление, которому нельзя не радоваться и не приветствовать его, и невозможно оттолкнуть хотя бы некоторую группу англикан каким-нибудь суровым постановлением, потому что они действительно ищут Православной истины, христианских основ для своей Церкви...

Помимо этих основных положений я укажу на некоторые отдельные факты, которые очень характерны. Например, когда я был в Лондоне и служил в одной англиканской церкви, то из больницы нанесли много больных прямо на кроватях и поставили этих больных в церкви, надеясь, что православный архиерей, как истинный преемник Христовой Церкви апостолов, исцелит их. Архиерей, проходя мимо больных, благословил, улыбнулся при мысли, что от человека ожидают чудес, но сам по себе факт чрезвычайно отрадный. Или, когда мы проходили по рядам среди молящихся, то англо-католики так смиренно кланялись нам, а когда говорили с нами, так внимательно и благоговейно слушали и проявляли к представителям Православной Церкви столько уважения, что это напоминает обстановку, какую мы наблюдаем в Москве, когда народ готов целовать не только руки, но и обувь у отцов Церкви.

Вообще епископалы идут нам навстречу. Например, нужно было (в бытность мою в Америке) иметь какую-нибудь церковку, в которой я мог бы совершать службы для советских православных людей, и епископалы с чрезвычайной охотой пошли нам навстречу, отдав в своем соборе самую лучшую капеллу. Нужно сказать, что, действительно, у них отношение к нам дружественное.

Мне хочется сказать, что резко отталкивать братскую симпатию Англиканской Церкви нельзя, тем более, что если мы будем в этом отношении эгоистичны и строги, то это будет их толкать в сторону католицизма. Мы, конечно, знаем, что Римско-католическая Церковь ответила отрицательно в смысле признания за ними апостолькой преемственности. Но это не значит, что этим дело кончилось. Ведь Англиканская Церковь, несомненно, к католической ближе, чем к нам, уже в силу того, что она произошла из нее, и когда вы входите в англо-католическую церковь и имеете общение с англо-католиками, то вы сразу чувствуете, что это те же католики, только без папизма. Поэтому нам нужно быть здесь осторожными. Если отвергать их строго, то опять их толкать в сторону католицизма, а мы должны стремиться к обратному.

Я высказал свою главную мысль. Теперь я подхожу к вопросу, какое решение следовало бы принять нашей Комиссии.

Я хочу указать на один мотив для решения. Я считаю, что решать вопрос в положительном смысле о признании действительности апостольской преемственности Англиканской Церкви, таинства священства, для нас, православных, опасно, потому что это поведет не к славе Православия, а к его умалению. У нас и без того есть среди православных не только движение к сближению, но даже наблюдаются отдельные переходы; даже у священников есть тенденции такого порядка. Бывали случаи, когда архиерей (правда, сербский) присутствовал на хиротонии одного епископа в полном облачении. Где нет православных церквей, там они начинают посещать их церкви. Это одно соображение. И, вообще, положительное решение вопроса повело бы к громадному соблазну в Америке. Это было бы не привлечение англикан в лоно Православной Церкви, а, наоборот, отход многих православных в протестантизм. Последний вопрос — какую позицию, с моей точки зрения, наша Комиссия должна была бы занять. Из того, что я сказал видно, что не может быть вопроса о признании действительности таинства священства и признания апостольской преемственности в Англиканской Церкви в данное время, но с другой стороны я считаю, что не нужно становиться на такую категорическую точку зрения — не признаем.

Вот какой проект резолюции я хочу предложить вашему вниманию...

Председатель: Проект Вашей резолюции мы огласим в конце, когда выслушаем всех остальных. Сейчас заслушаем мнение Православной Автокефальной Церкви Албании.

Слово предоставляю для оглашения Представителю от Албанской делегации Нико Чани.

Нико Димитрий Чани: Ваши Высокопреосвященства, Ваши Преосвященства, Ваши Преподобия и досточтимые миряне! Вопрос об англиканской иерархии, как известно всем, по крайней мере тем, кто занимается и изучает церковные дела, не является новым вопросом. С давних пор этот вопрос стоял в порядке дня и имеет важное значение не только для англиканских кругов, но по инициативе этих последних, и для богословских кругов других Церквей.

Англиканская Церковь и раньше, но особенно после первой мировой войны, как известно, официально и по очереди обращалась к Православным Патриархам и Церквам, спрашивая их мнение «об автентичности англиканских хиротоний».

Сущность вопроса для Англиканской Церкви состоит в том, считает ли Православная Церковь принципиально и абсолютно автентичной англиканскую хиротонию?

Задавая этот вопрос, Англиканская Церковь не преследует цели узнать и обеспечить себе со стороны Православной Церкви автентичность хиротонии. В этом нет никакого сомнения. Это непоколебимое, не допускающее никаких исключений, не только тех, которые писали против автентичности англиканской хиротонии, но и тех немногих, которые были за это.

Тогда, какую же цель преследует Англиканская Церковь и к чему она стремится в данном случае?

Англиканская Церковь во всех своих проявлениях, на всех поприщах и во всех формах является одним из главных органов английского империализма вообще и, как таковая, она старается добиваться симпатии православного мира, конечно, через посредство Православной Церкви, используя для этого бессовестных иерархов и теологов, считающих религию торговым товаром или средством для осуществления мира по своим политическим понятиям, так, чтобы английский империализм распространился бы и мог бы забрать в свои руки и угнетать православные народы.

Англиканская Церковь неслучайно является инициатором и организатором экуменического движения и это только для того, чтобы добиться своих целей.

Поскольку вопрос иерархии и, следовательно, вопрос англиканских хиротоний представляет один из самых главных и серьезных препятствий в деле сближения и объединения Церквей и поскольку препятствия такого рода замедляют это сближение и объединение, а одновременно и экспансию английского империализма, которая является главной целью этого движения,— англиканская церковь пришла к мысли преодолеть эти препятствия, добиваясь по отдельности согласия Православных Церквей об автентичности ее хиротонии, на основе империалистического принципа: «разделяй и властвуй».

Вопрос англиканских хиротоний развивался и был подчеркнут так хорошо на Высоком пленарном заседании выступавшими там православными Преосвященными, что еще более укрепляет наше мнение, что англиканская иерархия и, следовательно, англиканская хиротония, с точки зрения исключительно православной, совсем не соответствует требованиям православной веры как с канонической точки зрения, так и с догматической.

Во-первых, Православная Церковь признает только самое себя, что в ней существует непрерывное епископское преемство со времен апостолов и до сегодняшнего дня. Она считает другие церкви как схизматичные, еретичные, их она призывает раскаяться и вернуться в лоно Матери-Церкви, в которой пребывает нефальсифицированная христианская религия и потому она считает себя с полным правом единственной хранительницей небесной благодати. Было бы абсурдом и противоречием, если бы она эти права признала за другими, неправославными церквами.

Православная Церковь Албании, независимо от того, хиротонисовался ли или нет первый англиканский Архиепископ Паркер, который положил начало англиканским хиротониям, в соответствии с каноническими формами заявляет, что пока Паркер и все последователи его — епископы, священники и диаконы Англиканской Церкви — не признают священства как таинства, пока все священники и все символические книги Англиканской Церкви, начиная с первого и кончая последним, не признают, что во время хиротонии хиротонизуемому передается небесная благодать через посредство таинства священства, само собой разумеется, с православной точки зрения, не может быть признан как Божий священник ни хиротонизуемый, ни хиротонизующий.

Еще в меньшей степени можно считать с православной точки зрения действительными хиротонии, когда кандидат во священника или диакона официально подписывает заявление с признанием содержания «39 членов» англиканской омологии, которые находятся в явном противоречии с православной религией по вопросу о причащении, об автентичности Церкви, о почитании святых икон, о числе и способе верования в семь таинств, об источниках религии и т. д. Само собой понятно, что если клирик не верит, что в момент хиротонизации ему передается небесная благодать, то как может он передать ее верующим? Ибо вполне ясно, что никто не может передать другому того, чего нет у самого.

Если сами англикане признают и даже официально подписывают заявление о действительности «39 членов», содержание которых находится в явном противоречии с основными пунктами православной религии, какое значение могут иметь заявления православных иерархов и теологов об обесценении вышеупомянутых статей? Конечно, они не могут иметь никакого значения. Они этим показывают себя более англиканами, чем сами англикане.

Но что больше всего заставляет сожалеть, мимо чего невозможно пройти, что находится в явном противоречии между православной и англиканской верой, это то, что нашлись Православные Церкви и даже Патриархи, которые, к удивлению православного мира, признали действительными англиканские хиротонии.

Нельзя сказать, что в этом направлении не имело влияния на другие Автокефальные Церкви принятое в 1922 г. решение Стамбулийской Патриархии во главе со злополучным Мелетиосом Метаксакис, который позже в 1930 г., будучи Патриархом Александрийским, добился того, что эта Патриархия также признала официально англиканские хиротонии. Но это не все, ибо неизвестно, почему и другим церквам пришлось по сердцу такое одностороннее действие, конечно, в ущерб Православию вообще? Как классический пример, мы можем привести резолюцию переговоров смешанной комиссии, составленную румынскими и английскими клириками и профессорами в Бухаресте,— резолюцию, которая повлияла так, что Священный Синод Румынской Церкви 20 марта 1936 г. признал правильность англиканской хиротонии. Но, кажется, нет необходимости подчеркивать здесь, что не наше желание ущемлять самостоятельность других Православных Автокефальных Церквей в выражении своих взглядов, как самостоятельных церквей, и еще меньше, желание обидеть Церковь-Сестру и особенно Румынскую, с которой и с народом румынским нас связывают тесные старые братские отношения. Да и вообще наша Церковь чужда таких эгоистичных целей, и, если мы на это указываем, то только во имя священных целей, ради которых и происходит настоящее Всеправославное Совещание.

Все вышеуказанное вынуждает нас говорить и осуждать такие действия Церквей не только Румынской, как последней, признавшей Англиканскую Церковь, но и Константинопольской, Александрийской, Иерусалимской, Кипрской, действия, которые вносят раздор в среду общей семьи Православных Церквей в принципиальных вопросах.

С другой стороны, эти сепаратные действия никак не помогают практическому делу объединения всех христиан и всех Церквей. Великий акт объединения является святейшим долгом каждого, но только тогда, когда за ним не скрывается темных захватнических и даже империалистических целей.

Однако, когда условия не позволяют объединиться без таких действующих во вред целей, задача Православной Церкви состоит в том, чтобы открыто разоблачать такие попытки и такие цели. Решение такого вопроса в срочном и продуманном порядке нецелесообразно, ибо это было бы отказом Православной Церкви от основных принципов. Я был бы признателен тому, кто сообщил бы нам число тех англиканских верующих и в особенности тех священников, которые вступили в Православную Церковь после того, как была признана англиканская хиротония со стороны вышеупомянутых Патриархий.

Мы думаем, что вместо смешанных комиссий англикан и православных для обсуждения вопросов, касающихся только англикан лучше, чтобы эти комиссии составлялись бы лишь из одних англикан. Этим последним принадлежит задача официально уточнить догматы своего вероисповедания, как это сделано в свое время другими Церквами. Такие догматы, если они будут совпадать с догматами Православной веры и будут приняты добросовестно ее стороны верующих Англиканской Церкви, само собой разумеется, приведут к объединению.

Итак, Православная Автокефальная Церковь Албании мыслит, что иерархия и хиротония Англиканской Церкви не могут совпасть с духом и принципами православного вероисповедания вообще.

Председатель: Слово предоставляю Болгарскому Митрополиту Никодиму.

Митрополит Никодим (читает выдержки из своего доклада).

Л. Н. Парийский: Разрешите, Владыко, просить заслушать проект резолюции, который мы составили, по вопросу о действительности англиканской иерархии.

Председатель: Я в своем заключительном слове обобщу все то, что было сказано по этому вопросу и прочту проект резолюции, который я предложу вашему вниманию. Потом я предоставляю слово всем тем, кто желает высказаться. Тогда ваш проект резолюции будет как бы поправкой к моему.

Л. Н. Парийский: Мы хотели бы, чтобы были заслушаны проекты резолюций полностью: Ваш проект резолюции и наш, а потом уже Комиссия будет иметь суждение по ним.

Председатель: Согласен. Предоставляю Вам слово для оглашения Вашего проекта резолюции.

Л. Н. Парийский (оглашает проект резолюции по вопросу «О действительности англиканской иерархии»):

«Заслушав доклады «Об англиканской иерархии», Совещание Представителей и Предстоятелей Православных Автокефальных Церквей с чувством христианской и братской любви к англиканским христианам в отыскании пути к признанию действительности англиканской иерархии постановляет:

1. Вероучение, содержащееся в «39 членах» Англиканской Церкви, резко отличается от догматов, вероучения и предания, исповедуемых Православной Церковью; а между тем, решение вопроса о признании действительности англиканской иерархии должно, прежде всего, иметь в своей основе согласованное с Православием учение о таинствах. Поэтому, если Православие не может согласиться на признание правильности англиканского учения о таинствах вообще и о таинстве священства в частности, оно принципиально не может признать действительными произведенные англиканством хиротонии. Частные выражения согласия англиканской иерархии на изменение в сторону приближения к Православию учения этих «членов» о таинствах не могут служить основой для решения вопроса в положительном смысле.

2. Вопрос о признании действительности англиканской иерархии может быть рассматриваем только в связи с вопросом о единстве веры и исповедания Церквей при наличии авторитетного об этом акта Англиканской Церкви, исходящего от собора, съезда или конференции священнослужителей англиканского вероисповедания, с последующим утверждением его Главой Англиканской Церкви, такового акта пока не имеется.

3. Православная точка зрения в решении вопроса, действительна ли была хиротония родоначальника англиканской иерархии М. Паркера и можно ли признать ее таковой на основе догматов и древне-вселенских канонов (которыми всегда руководствовалась древняя Церковь при избрании, утверждении и рукоположении во епископа), сводится к тому, что хиротония англикан не может быть признана действительной.

Со всем вниманием относясь к современному движению среди многих представителей англиканства, направленному к восстановлению связи и общения верующих Англиканской Церкви с Вселенской Церковью, мы определяем, что современная англиканская иерархия может получить от Православной Церкви признание благодатности ее священства, если между Православной и Англиканской Церквами предварительно установится формально выраженное, как сказано выше, единство веры и исповедания. При установлении такого вожделенного единства, признание действительности англиканской хиротонии может быть осуществлено волеизволением по принципу Икономии всей Святой Православной Церкви. И мы молимся о том, чтобы сие, по неизреченной милости Божией, совершилось».

Председатель: У меня создалось впечатление, что мы превысили предоставленные нам полномочия в том смысле, что мы обсуждали всякие вопросы об англиканской иерархии и с точки зрения канонической, и с точки зрения догматической и прочее. Создается впечатление, что многие, которые здесь говорили, предварительно уже анафематствовали Англиканскую Церковь.

Авторитетные богословы различных Церквей уже в достаточной степени изучили этот вопрос, и я не думаю, чтобы мы могли в достаточной степени в настоящем Совещании изучить этот вопрос. И Константинопольская, и другие Церкви прекрасно отдавали себе отчет в том, что Англиканская Церковь несет на себе печать протестантизма и поэтому законность признания англиканской хиротонии была принята ими условно. Но вместе с тем я думаю, что нам нужно подходить к решению вопроса таким образом, чтобы не уничтожать мостов и рассматривать этот вопрос в духе христианской любви, иначе как мы сможем способствовать восстановлению христианства? Как сможем помочь людям, находящимся в Англиканской Церкви, и стремящимся в Православие?

Господь Иисус Христос сказал: «Идущего ко мне не изгоню вон»,— и мы не можем в таких случаях не относиться с христианской любовью к тем многочисленным представителям Англиканской Церкви, которые интересуются и восхищаются нашим богословием и тянутся к нам. Поэтому я думаю, что проект резолюции, который был прочитан на русском языке и переведен мне на французский язык, является отрицательным ответом на вопрос об «англиканской иерархии» и закрывающим двери. В проекте моей резолюции, наоборот, в конце есть выражения, открывающие дверь для общения с Православной Церковью. Поэтому я думаю, что более целесообразным и христианским является проект резолюции, отредактированный мною, и более смягченный смысл которого сводится к тому, что окончательное решение этот вопрос может получить только на будущем Вселенском Соборе. Я прошу огласить на русском языке проект резолюции, отредактированный мною на французском языке.

Переводчик оглашает в переводе с французского языка проект резолюции, относящийся к автентичности признания англиканской хиротонии:

«Совещание Глав Православных Церквей, имевшее место... (переводчик выпускает несколько строк) решает, что следует признать нижеследующее по поводу хиротоний в Англиканской Епископальной Церкви.

Первый пункт Православная Церковь признает в принципе только таинства, совершаемые ею самой, но оставляет за собой право признавать или не признавать таинства — также и таинство поставления священников в Христианских Церквах другого исповедания, если учение этих Церквей, относящееся к таинствам и к догматам, не находится в противоречии с учением Православной Церкви.

Второй пункт касается специально англиканской хиротонии. Можно сказать, что принцип канонический или исторический апостольского непрерывного преемства не наталкивался бы на трудности непреодолимые, если бы положение Англиканской Церкви в плане догматическом не было так запугано, исполнено противоречий по отношению к положениям веры, преданиям и концепции Православной Церкви. Кроме того, Англиканская Церковь находится в состоянии волнений (ажиотирована) от течений, которые не только противоречат друг другу, с точки зрения учения этой Церкви, но также в том, что касается ее положения и отношения к Церкви Православной. Следовательно, невозможно рассматривать вопрос об абсолютном признании действительности англиканских хиротоний, прежде чем не будут констатированы со стороны этой Церкви искренние, реальные и официальные акты веры, которые сотрут догматические фундаментальные разности, отделяющие ее от Православной Церкви.

Третий пункт. Учитывая симпатии и с евангельской любовью относясь к тенденции сблизиться с Православной Церковью, которые Англиканская Церковь и в особенности ее Высшая Церковь проявляли много раз, мы полагаем, что можно прибегнуть к принципу церковной Икономии всякий раз, когда англиканские клирики, пожелали бы войти в лоно Православной Церкви, в ряды ее служителей. После индивидуального рассмотрения с канонической точки зрения каждого отдельного случая английские клирики после исповедания православной веры могли бы быть признаны без нового рукоположения, но только по чину, который будет соответствовать обстоятельствам.

Митрополит Вениамин (обращается к переводчику): Я просил бы, чтобы Владыка Председатель разъяснил, что значит «по чину, который будет соответствовать обстоятельствам?»

Переводчик: В ответ председатель просит прочитать выдержку из доклада проф. Винтилеску: «Существует целая серия фактов, которые обязывают Православную Церковь применять принцип Икономии в каждом отдельном случае. В будущем всякий раз, как обстоятельства поставят Православную Церковь перед голосом священников англиканских, которые пожелают перейти в Православие, они могут быть признаны без нового рукоположения, при условии только подписи исповедания веры, в которой они отрекаются от старых своих религиозных убеждений и принимают полностью учение Православной Восточной Церкви. Согласно канонам Вселенских Соборов о приеме инославных в Православие, акт отречения от ересей составляет главную и предварительную часть, которая должна быть, очевидно, дополнена чином, установленным в духе интерпретации, данной Патриархом Тарасием правилу 8-му I Вселенского Собора на первом заседании VII Вселенского Собора.

Митрополит Вениамин: Я просил бы Владыку Председателя напомнить, в чем сущность этого чина.

Переводчик: Владыка Председатель не помнит подробно, в чем заключается сущность этого чина, но можно сказать приблизительно, что чин включает в себя прежде всего покаяние и преподание духовных советов, касающихся православного священства.

Митрополит Вениамин: Значит, третьим чином?

Переводчик: Владыка Председатель просит в разъяснение резолюции огласить следующее: «Это применение принципа Икономии в каждом отдельном случае должно для признания англиканской хиротонии представлять в последнем анализе единственное решение, совместимое с духом учения и преданий Православной Церкви. Именно к этому единственному решению приближаются (правда, с различными нюансами, начиная от ригоризма и кончая снисходительностью) почти все православные богословы от умершего Московского Митрополита Филарета и до теперешних профессоров богословия различных национальных Церквей.

Таковая формула удовлетворительна даже с точки зрения англиканской, тогда как старая практика перерукоположения, которая была в прошлом, составляет позицию, которую отношения между Церквами уже переросли. Новая формула оставляет открытым в будущем путь соединения и подлинного идеального общения при условии признания таинства священства, для чего мы еще долго должны работать и молиться непрестанно.

Практически решительный и окончательный момент наступит тогда, когда Англиканская Церковь сформулирует официально текст Святого Православного учения в духе, установленном «Декларацией», опубликованной в 1922 г. Патриарху Вселенскому от группы англиканских священников и утвержденной в 1935 г. в Бухаресте. В то же самое время эта формула будет способствовать признанию этого Православия всеми ветвями или частями англиканского духовенства и даст основания, в случаях надобности, когда нет священников англиканских, согласиться с тем, чтобы священники православные служили службы и совершали погребения верующих англиканского вероисповедания».

Митрополит Вениамин: Я прошу разрешить мне, Владыка Председатель, огласить проект резолюции, отредактированный мною. (Оглашает проект резолюции).

Переводчик: Владыка Председатель говорит, что он признателен за Ваш проект, но находит его недостаточно точным и предлагает свой, который является в достаточной степени уточняющим вопрос и гарантирующим точку зрения, высказанную Л. Н. Парийским и не противоречащим ей.

Епископ Гурий: В резолюции важно каждое слово. Нам надо высказаться об англиканской иерархии. Я считаю, что проект резолюции, предложенный Л. Н. Парийским, отвечает определенно этому требованию.

Я позволю себе привести самую главную часть этой резолюции: «Решение вопроса о признании действительности англиканской иерархии должно прежде всего иметь в своей основе согласованное с Православием учение о таинстве. Поэтому, если Православие не может согласиться на признание действительности англиканского учения о таинствах и о таинстве священства в частности, оно не может признать действительным признание англиканской хиротонии».

Я обращаю внимание на эту основную часть резолюции. Устанавливается тесная связь между непрерывностью учения и непризнанием действительности англиканской хиротонии. Резолюция осторожно подходит к этому вопросу, а ведь в резолюции каждое слово важно.

Переводчик: Владыка говорит, что то же самое есть и в его проекте.

Епископ Гурий: Еще хочу сказать, что с учением Англиканской Церкви о таинстве священства мы не можем согласиться. Для иллюстрации приведу пример. При рукоположении протестантских пасторов тоже призывают Святого Духа, но у них нет такого внутреннего содержания, как в Православной Церкви.

Председатель: Поскольку в принципе мы не принимаем предложенной мною резолюции, все эти дискуссии надо прекратить. Абсолютное большинство за резолюцию Л. Н. Парийского.

Вношу свое предложение включить в резолюцию последний пункт моей резолюции: «Для окончательного решения вопроса об англиканской иерархии единственным авторитетом является только Вселенский Собор».

Для отредактирования принятой резолюции предлагаю комиссию в составе: Владыки Митрополита Вениамина, Л. Η Парийскою и профессора В. С. Вертоградова.

Нико Димитрий Чани: Присутствующие здесь Представители от Автокефальной Албанской Церкви просят заслушать мнение последних.

Мы выслушали здесь три различных проекта резолюции. Мы не находим, что наша компетенция и наш долг высказаться по поводу этих трех резолюций, но подходить к ним с критическим анализом здесь не место и не время.

Мнение и мысль Албанской Автокефальной Православной Церкви, ее делегации, хорошо выражена в первой резолюции, ввиду ее ясности, но мы также согласны и с некоторыми замечаниями, сделанными Владыкой Гурием.

Мы предлагаем не принимать решения, которое могло бы показаться оппортунистическим, и держаться твердо выраженных христианских принципов.

Переводчик: Председатель задает Представителям Албанской Церкви вопрос: по их мнению, над делом воссоединения Церквей нужно работать с мечом или крестом?

Нико Димитрий Чани: Нужно работать в духе искреннего христианства, не прибегая к оппортунистическим терминам.

Председатель объявляет перерыв до 6 час. вечера.

Заседание закрывается.

Заседание комиссии 14 июля 1948 г.

Председатель епископ Антим: Слово предоставляется Митрополиту Вениамину.

Митрополит Вениамин: Я от своего проекта резолюции отказался. За основу нами был принят проект, предложенный Л. Н. Парийским. Отдельные моменты мы постарались уточнить, в соответствии с теми выводами, к которым пришла наша Комиссия. Так как за основу был принят этот проект, то предложенный председателем, как и мой, мы считали в качестве материала. Если что-нибудь Владыке, как председателю, покажется недостаточно ясным или неполным, тогда он, а также и другие выскажут на этом совещании свои соображения.

Переводчик: Владыка просит огласить предлагаемый проект по-русски, а затем я ему переведу. Читаю:

Проект резолюции по вопросу о действительности англиканской иерархий.

Заслушав доклады «Об англиканской иерархии», Совещание Предстоятелей и Представителей Православных Автокефальных Церквей с чувством христианского расположения и братской любви к англиканским христианам в отношении изыскания пути к признанию действительности англиканской иерархии постановляет:

1. Вероучение, содержащееся в «39 членах» Англиканской Церкви, резко отличается от догматов, вероучения и предания, исповедуемых Православной Церковью; а между тем, решение вопроса о признании действительности англиканской иерархии должно, прежде всего, иметь в своей основе согласованное с Православием учение о таинствах. Частные выражения согласия англиканской иерархии на изменение в сторону приближения к Православию учения этих «членов» о таинствах — не могут сложить основой для решения вопроса в положительном смысле. Поэтому, если Православие не может согласиться на признание правильности англиканского учения о таинствах вообще и о таинстве священства в частности, оно вследствие такового их вероучения не может признать действительными произведенные англиканские хиротонии.

2. Вопрос о признании действительности англиканской иерархии может быть рассматриваем только в связи с вопросом о единстве веры и исповедания Церквей при наличии авторитетного об этом акта Англиканской Церкви, исходящего от Собора, съезда или конференции священнослужителей англиканского вероисповедания, с последующим утверждением его Главой Англиканской Церкви, какового акта пока не имеется.

3. Православная точка зрения в решении вопроса, действительна ли была хиротония родоначальника англиканской иерархии М. Паркера и можно ли признать ее таковой на основе догматов и древне-вселенских канонов (которыми всегда руководствовалась древняя Церковь при избрании, утверждении и рукоположении во епископа), сводится к тому, что хиротония англикан не может быть признана действительной с этой точки зрения.

Со всем вниманием относясь к современному нам движению среди многих представителей англиканства, направленному к восстановлению связей и общения верующих Англиканской Церкви с Вселенской Церковью, мы определяем, что современная англиканская иерархия может получить от Православной Церкви признание благодатности ее священства, если между Православною и Англиканской Церквами предварительно установятся формально выраженное (как сказано выше) единство веры и исповедания. При установлении такого вожделенного единства признание действительности англиканской хиротонии может быть осуществлено по принципу Икономии волеизволением всей Святой Православной Церкви. И мы молимся о том, чтобы сие, по неизреченной милости Божией, совершилось.

Переводчик: Владыка предлагает свой контрпроект, который просит заслушать.

Перевод проекта резолюции, предложенный епископом Антимом:

«Комиссия, уполномоченная Московским церковным Совещанием, изучить и сделать предложение по поводу действительности хиротоний в Англиканской Церкви под

председательством Преосвященного епископа Антима Бузеуского (Румыния), заслушав вышеуказанные доклады, предлагает Совещанию следующую резолюцию:

1. Согласно исследованиям, которыми она располагает до сего времени, Православная Церковь полагает, что для нее пока не представляется возможным, с точки зрения вероучительной и канонической, признать в принципе действительность хиротонии в Англиканской Церкви

2. Если Церкви Константинопольская, Иерусалимская, Кипрская, Церковь Румынская и другие Автокефальные национальные Церкви дали свое согласие на признание действительности этих хиротоний, то мы констатируем, что это признание является условным, и что оно требует быть признанным всеми Православными Церквами.

3. Верные духу нашей Святой Церкви, которая смотрит с любовью и симпатией на все движения по сближению между Церквами и, в частности, с Англиканской Церковью, мы желаем, чтобы отношения между нашими Церквами и Церковью Англиканской были дружественными.

4 Мы ждем, чтобы эта Церковь уточнила свое вероучение, в особенности свою подлинную концепцию Святых Таинств и специально таинства хиротонии.

5. В ожидании уточнения порядка догматического, канонического и экклесиологического мы думаем, что единственная власть, которая должна произнести свое слово по поводу действительности хиротоний в Англиканской Церкви, есть Вселенский Собор, который будет иметь последнее слово.

6. Мы молим Господа, чтобы Он внушил всем дух любви и благорасположения, при котором всякие труды, имеющие отношение к единству Церквей, могут быть благотворными».

Владыка просит высказаться по поводу этого контрпроекта.

При обсуждении проектов резолюций оживленный обмен мнений вызвал третий пункт резолюции, предложенный Л. Н. Парийским — о Паркере.

Большинством голосов было принято решение исключить из резолюции 3-й пункт о Паркере.

Владыка Антим после такого результата голосования Поздравляет Комиссию с принятием такого решения, потому что этот вопрос считается чрезвычайно важным. То, что этот пункт не включен, имеет большое значение. Резолюция будет более авторитетною.

Полный текст резолюции по вопросу «Об англиканской иерархии», принятый после его обсуждения в Комиссии см. на стр. 431—432.

Митрополит Вениамин: От имени всех здесь присутствующих, как старейший по хиротонии, считаю долгом выразить председателю нашей Комиссии Преосвященному Антиму глубокую благодарность за то, что он так терпеливо вел собрание, иногда даже уступая. Мы очень благодарны и очень рады, что все так хорошо кончилось.

Переводчик: Владыка, закрывая заседание, хочет выразить свою радость и благодарность за ту милость Божию, которая выпала на его долю. Он смог посетить нашу страну и побывать в нашей прекрасной столице — славном городе Москве. Он видел здесь много отрадного. Его благоприятно поразила и церковная жизнь и храм, где он был, и контакт с православными русскими людьми, и в частности та обстановка сотрудничества, которого он был соучастником в эти дни, работая в нашей Комиссии. Служа в церкви благочинного отца Стефана Маркова в это воскресенье, он говорил проповедь об общении во Господе Иисусе Христе, и именно это общение, в котором мы все нуждаемся, было явлено в максимальной степени на этом Московском совещании Представителей почти всех Православных Церквей.

Добрый прием, который здесь был оказан всей Румынской делегации и ему, в частности, и братский дух, который проявляется со всех сторон, таковы, что он никогда этого не сможет забыть и будет постоянно хранить в своей памяти.

Владыка говорит, что он должен констатировать отрадный факт возрождения Русской Церкви.

Среди румынских священников есть много таких, которые думают, что Церковь не должна быть бесполезной, что она должна выполнять свою социальную роль. Владыка присоединяется к мнению этих священников, он думает, что на нашем Совещании заложены основы единства православного мира, он даже надеется, что заложена основа православного фронта, потому что в противоположность католическому фронту нам нужно создать свой православный фронт, который подчеркивал бы единство православного мира.

Что касается нашей Комиссии, то он выражает свое удовлетворение и благодарность за то внимательное и добросовестное отношение, которое было проявлено со стороны всех членов нашей Комиссии, за то духовное общение, которое он имел возможность неоднократно констатировать во время работ нашей комиссии, и в частности в особенности он выражает благодарность переводчику Н. А. Полторацкому за то, что это общение было возможно благодаря тому, что переводчик со всей максимальной точностью передавал его мысли и слова Собранию и также передавал ему мысли и слова Собрания со всей максимальной точностью, насколько это было возможно.

Комиссия заканчивает свои занятия общей молитвой.

Заседание закрывается.

 

1.Пуллер, Непрерывность Английской Церкви, СПБ, 1913, стр. 45.

2. Ibidem, стр. 43.

3. Ib dem, стр. 45.

4. В. Соколов. Иерархия Англиканской Епископальной Церкви. Сергиев Посад, 1897, стр. 244.

5. О непрерывности епископского рукоположения в Англиканской Церкви, «Православное Обозрение» 1866, т. XIX.

6. «Болгаро-английский обзор», № 31, 1931, апрель, стр. 7—8.

7. Георгий Бенигсен, К вопросу о действительности англиканского священства, Париж, 1927, стр. 86—87.

8. Георгий Бенигсен, К вопросу о действительности англиканского священства, Париж, 1927, стр. 88.

9. Ст. Цанков, Англиканская Церковь и мы, православные, «Церковный Вестник» 1935, № 21, стр. 249.

10. Бенигсен, К вопросу о действительности англиканского священства, Париж, 1927. ,стр. 98—100.

11. Проф. Н. Н. Глубоковский, Вопрос о присоединении англиканства к Православию, «Православный Миссионер», София, 1933.

12. Бенигсен, К вопросу о действительности англиканского священства, Париж, 1927, стр. 100 — 101.

13. Граф Ю. Граббе, Англиканская и Православная Церковь, Варшава, 1930, стр. 11.

14. С т. Цанков, Англиканская Церковь, «Церковный Вестник», 1935, № 20.

15. Священник магистр Василий Михайловский, Англиканская Церковь и ее отношение к Православию, 1864, СПБ, стр. 23.

16. Протоиерей И. В. Васильев, Материалы по вопросу об Англиканской Церкви, «Христианское Чтение», 1897, июль, стр. 33.

17. «Болгаро-английский обзор», 1931, № 31, апрель, стр, 7—8.

18. Англиканское послание, составленное священником Тальботом, журнал «Экуменика», Лондон, 1939, июль, стр. 134—137.

 

ЗАСЕДАНИЯ КОМИССИИ ПО ВОПРОСУ

«О ЦЕРКОВНОМ КАЛЕНДАРЕ»

Состав комиссии

1. От Антиохийской делегации: Митрополит Илия и архимандрит Василий.

2. От Сербской делегации: Митрополит Иосиф и епископ Вениамин.

3. От Румынской делегации: профессор-протоиерей Петр Винтилеску.

4. От Болгарской делегации: архимандрит Мефодий.

5. От Польской делегации: протоиерей Евг. Наумов.

6. От Албанской делегации: г. А. Любани.

7. От Чехословацкой делегации: протоиерей Г. Новак.

8. От Западноевропейской делегации: Митрополит Серафим и протоиерей А. Сергеенко.

9. От русских приходов в Болгарии: архиепископ Серафим.

10. От русских приходов в Югославии: протоиерей Вл. Неклюдов.

11. От Голландской делегации: архимандрит Дионисий.

12. От Русской Духовной Миссии в Китае: архимандрит Гавриил.

13. От Русской Церкви, кроме докладчика А. И. Георгиевского, архиепископ Филипп, протоиерей Н. Бажанов и проф. С. В. Троицкий.

Всего 19 человек.

Председатель архимандрит Мефодий.

Секретарь проф. С. В. Троицкий.

 

Заседание 13 июля 1948 года

Председатель: Ввиду болезни секретаря нашей Комиссии проф. С. В. Троицкого надо выбрать в секретари нашего собрания одного из присутствующих. Я предлагаю избрать проф. А. И. Георгиевского. Какие будут предложения?

Принимается.

Председатель: В повестке нашей работы стоит вопрос о церковном календаре. Нам предстоит обсудить доклады в порядке, в котором они были читаны. Попросим проф. Георгиевского вкратце повторить основную тему его доклада.

Доцент А. И. Георгиевский: Вопрос о календаре приобретает в церковной жизни ценность главным образом в связи с определением времени празднования дня Святой Пасхи, как выражения христианского единомыслия и любви.

Наше летоисчисление по календарю имеет практическое условное значение. Старый и новый стиль астрономически неточны. Несомненно, что теперь от Рождества Христова должен итти не 1948-й год, а 1952—1953-й год. Началом нашей эры считается 754-й год от основания Рима. Эта дата, произвольно установленная Дионисием Малым, умершим в VI в., получила всеобщее признание. Если ее считать верной, то тогда получилось бы, что Ирод умер за 4 года до Рождества Христова, тогда как нет сомнения, что он умер после Рождества Христова.

Точно также наши пасхалии исходят из цифр, которые, будучи практически удобными, не могут претендовать на абсолютную точность, но мы ими должны руководствоваться и их указания учитывать.

Вот эти соображения легли в основу моего доклада.

Очень важным для определения времени Пасхи является постановление I Вселенского Собора 325 г., которое гласит, что с общего согласия постановлено совершать празднование Пасхи в один и тот же воскресный День. Но в наше время, за последние десятилетия, это правило нарушено отдельными Автокефальными Православными Церквами, которые перешли на новый календарь. Мы знаем, что Церковь Иерусалимская, Болгарская, Сербская и наша Русская Православная Церковь руководствуются в церковной жизни старым Юлианским календарем и Александрийской Пасхалией, а Финляндская, частично Польская Церковь — новым стилем и Григорианской Пасхалией, Церкви Константинопольская, Александрийская, Антиохийская, Греческая, Румынская живут на исправленном календаре. Дни неподвижных праздников совпадают у них с Римско-католической Церковью, так как этот исправленный Юлианский календарь до 2800 г. совпадает с Григорианским календарем, а празднование Святой Пасхи положено совершать в первое воскресенье после первого весеннего полнолуния, следующего за весенним равноденствием, которое астрономически определяется для иерусалимского меридиана.

Переход на новый календарь отдельных Церквей вызвал лишь нарушение постановления Вселенского Никейского Собора о единовременном праздновании Святой Пасхи и ничего положительного не дал. Наше Совещание должно выработать постановление, которое бы гарантировало соблюдение соборного постановления о праздновании Святой Пасхи.

Выводы моего доклада следующие:

Светлый праздник Святой Пасхи весь православный мир должен совершать в один и тот же воскресный день, согласно Александрийской Пасхалии. В том случае, если будет выработан новейший способ летоисчисления, удовлетворяющий всем научным, церковным и практическим требованиям, то он может быть введен в церковную практику после соборного утверждения его всей Православной Церковью. Полагаю, что в настоящее время для неподвижных праздников следует оставить в каждой Автокефальной Церкви существующее летоисчисление. Например, в Румынской Церкви исправленный Юлианский календарь.

Митрополит Серафим: В дополнение к сказанному должен сказать, что наша Московская Патриархия уже в 1930 г. разрешила православным французам, которые имеются в Западной Европе, праздновать Пасху по новому стилю. Теперь в Париже справляют все праздники по новому стилю. В Париже имеется два таких прихода; правда, они не нарушают общего порядка.

В итоге выходит, что новый стиль введен во всех Православных Церквах: Константинопольской, Греческой, Александрийской, Антиохийской, Румынской, кроме Иерусалимской, Болгарской, Сербской и Русской Церкви.

Протоиерей Наумов: В Белостокской епархии Пасха справляется по старому стилю, за исключением городов Белостока и Бельска, где православные потребовали служить по новому стилю. Являясь настоятелем Данцигского прихода, я удерживал отправление праздников по старому стилю до тех пор, пока прихожане не подписали протокола, который вручили комитету с требованием служить по новому стилю. Они исходили из того, что в городах много смешанных браков: муж католик, жена православная, и обратная картина. Дети — мальчик крещен в католическую веру, в костеле, а девочка в церкви. Получается семейный хаос. Кроме того, люди работают на фабрика», заводах и в учреждрциях. Если праздновать праздник по старому стилю, то многие лишаются возможности присутствовать в церкви, так как в этот день должны быть на работе.

В селах имеется обратное явление. У меня в Данцигской епархии церковь устроена из немецкой кирки Кдатского района в Новом Дворе. Предполагалось, что в Новый Двор должны приехать 8 транспортов православных людей — униаты из-под Каряатии. Я послал двух священников служить по новому стилю в день зимнего Николы. Приехало только 4 транспорта. Они были недовольны, почему батюшка вводит новый стиль. У них получилось впечатление, что батюшка их будет вводить в католичество. Пришлось с ними беседовать и заверить, что если они дадут полномочия, то мы будем служить по старому стилю. Тогда я получил разрешение служить по старому стилю. Таково положение в Польше.

Митрополит Серафим: Я укажу на любопытный факт в Париже. Католики открыли церкви, оборудовав их по нашей системе, с иконостасом, чтобы привлечь православных. Они держались нового календаря. Но так как желающих ходить в церковь было 5—7 человек, то с прошлого года они перешли на старый стиль, конечно, в целях пропаганды. Так что этот вопрос решается с бытовой точки зрения.

Протоиерей Наумов: В католических странах приходится считаться с тем положением, которое там имеется. Прежде всего православные дети размещены в толще католического населения, у них общие праздники. На Рождество устраивается «елка», приуроченная к 25 декабря, очень пышно обставленная. Дети получают подарки. Если им сказать, что это не их праздник, то православные дети лишатся того, что имеют все остальные.

Архимандрит Дионисий: В Голландии существует маленькая миссия, но в будущем она может быть большой, так как сейчас много голландцев православных. Перед нами встал вопрос, как нам быть со стилем. В Амстердаме ввели поголовно новый стиль. Для рядового голландца совершенно невозможно празднование по старому стилю. Вся страна настроена празднично в день Рождества Христова, и все русские волей-неволей празднуют его по новому стилю. Поэтому для миссии совершенно невозможно соблюдать старый стиль для неподвижных праздников. Пасху мы празднуем по старому стилю, как и все подвижные праздники. Мы получили разрешение от Святейшего Патриарха выбрать, как нам удобнее, и одни праздники празднуем по старому стилю, а другие — по новому.

Доцент А. И. Георгиевский: Есть сведения, что в Париже русская колония празднует по-старому, Румынская колония и по-старому и по-новому. Греческая — точно так же.

Архимандрит Гавриил: У нас в Китае как Пасха, так и остальные праздники празднуются по старому стилю. Хотя у нас имеется иностранное влияние и говорят, что неудобно ходить в церковь, когда все заняты, все-таки празднование Рождества и других праздников совершается по старому стилю. В Харбине больше русского населения, и там никаких изменений быть не может. В Японии в настоящее время имеется течение Американской Церкви, но до этого было празднование по старому стилю.

Доцент А. И. Георгиевский: В Японии, как принято еще при покойном владыке Николае, Рождество Христово празднуется 25 декабря, т. е. 7 января в переводе на местный стиль.

Архиепископ Филипп: Как вы помните, у нас были две попытки переменить стиль. Когда возникла так называемая «живая» церковь, русский народ возненавидел ее за то, что она ввела новый стиль. Через короткое время «живоцерковники» вынуждены были вернуться к старому стилю. Вторая попытка реформы была при Патриархе Тихоне в 1924 г. и сразу же потерпела крах, потому что вызвала всеобщий протест.

Проф.-протоиерей Петр Винтилеску: По вопросу о календаре были три доклада. Нам нужно знать выводы из всех трех докладов, чтобы наш диспут начался с обсуждения резолюции по трем докладам.

Доцент А. И. Георгиевский: Я прошу не забывать соображения, изложенного в моем докладе. Я имел в виду, что древние христиане заботились о единой практике празднования Святой Пасхи, что подтверждается постановлением Никейского Собора. В оценке календарных систем Григорианской и Юлианской с астрономической стороны у нас нет разногласий с Румынской, Болгарской и другими Церквами.

Проф.-протоиерей Петр Винтилеску: Если бы мы начали с заключительного слова проф. Георгиевского, тогда оказалось бы, что нам нечего обсуждать. Последний пункт резолюции проф. Георгиевского гласит:

«В настоящее время считать допустимым для каждой Автокефальной Церкви считать неподвижные праздники по существующему в этих Церквах летоисчислению».

Эта формула является примирительной. В конце концов мы все пришли бы к этому заключению. Но эта формула, принятая нами, доказывает, что между нами нет единства, потому что из этой формулы видно, что некоторые Церкви празднуют по старому Юлианскому календарю, другие приняли Константинопольское постановление перейти на новый исправленный Юлианский календарь. Проф. Георгиевский, поддерживая старый календарь, доказывает, что ни один календарь не совершенен. Но это не значит, что мы не должны стремиться к тому, чтобы притти когда-нибудь к истине. В докладе проф. Георгиевского проводится мысль, что празднование Святой Пасхи православным народом должно совершаться повсеместно в одно и то же воскресенье по старому стилю.

Главное, что нас интересует в этом вопросе, не есть проблема старого стиля, а пасхальный канон, или исчисление, по которому зафиксирована пасхальная дата. В этом отношении мы пришли к тому заключению, как и Александрийское заключение. Но это не значит, что мы должны сохранить во что бы то ни стало старый стиль, или Юлианский календарь. Согласно Александрийской Пасхалии, основанной на весеннем равноденствии от 25 марта, а не на полнолунии, празднование Святой Пасхи совершается от 22 марта по 25 апреля. А Юлианский календарь отстал от астрономического календаря на 13 дней, поэтому пасхальный период в 5 недель идет с опозданием в Юлианском календаре точно на 13 дней. Следовательно, старый стиль давно не соответствует всем научным, религиозным и практическим данным. Поэтому государство давно переменило этот старый календарь. А Церковь не имеет права серьезно не задуматься над этим вопросом, не имеет права отрицать научную истину и все астрономические исчисления по поводу пасхальной даты. Иначе было бы непонятно, почему I Вселенский Собор поручил Александрийской Церкви в Египте, которая являлась церковным научным центром, информировать каждый год все Церкви о дате празднования Пасхи. В силу того же обстоятельства император Феодосии I спрашивал епископа Александрийского о разногласиях между Востоком и Западом в отношении празднования Пасхи в 387 г.

Второй пункт заключения по докладу доцента Георгиевского отодвигает наши надежды на исправления календаря до VIII Вселенского Собора. Поэтому мы спрашиваем, разве указания Константинопольского совещания 1923 г. не имеют для нас никакого значения? Поставленная на Совещании календарная проблема является вполне разрешимой и, как показывает наша делегация в своем докладе, нужно признать, что постановления этого Совещания имеют научную постановку и каноническую мудрость. Большинство Православных Церквей, в том числе три патриархата — Константинопольский, Антиохийский и Александрийский — признали это решение и ввели на практике новый астральный календарь, да и 3-й пункт заключения проф. Георгиевского дает право этим Церквам продолжать дальше жить по исправленному календарю.

Постановка на повестку дня нашего Совещания этого вопроса может иметь то единственное значение, чтобы найти все способы к усовершенствованию календарной проблемы на основании постановления Константинопольского совещания. Если мы не примем во внимание постановления этого совещания, то появляется опасение для нашего постановления, которое мы собираемся принять. Не считаясь с постановлением Константинопольского совещания, чем мы можем гарантировать, что через некоторое время другое совещание не вынесет постановления, которое аннулирует постановление теперешнего Московского Совещания. Великая Православная Русская Церковь, как остальные две-три Православных наших Церкви, имеет возможность усовершенствовать хотя бы в принципе абсолютно одобренный всеми Православными Церквами исправленный новый календарь. Мы допускаем, что каждая Церковь имеет возможность выбрать момент, когда может на практике провести эту реформу. Но мы видим опасность в последних словах резолюции проф. Георгиевского, где говорится:

«В настоящее время считать допустимым для каждой Автокефальной Церкви вести неподвижные праздники по существующему летоисчислению для этих Церквей».

Я считаю необходимым прибавить к этой резолюции следующее; эта формула будет обязательной для всех верующих и духовенства всех Православных Церквей, живущих в границах той Автокефальной Церкви, иначе остается закрытой в этой резолюции перспектива для Церквей со старым стилем. Другими словами, мы предлагаем, что, например, если в Румынии мы живем по новому календарю, то и Русская Церковь там жила бы по новому календарю. Если же они будут служить по разным стилям, что вызвало бы возбуждение, поэтому духовенство, которое не подчиняется канонической власти Церкви своего государства, может стать своего рода орудием пропаганды старого стиля в Греческой Автокефальной Церкви где проводится новый исправленный стиль. Точно также может получиться, что, например, в Русской Церкви, которая держится старого стиля, будут Церкви, празднующие по новому стилю. Применение нового и старого стиля в одной и той же стране разъединит православных той жен Церкви вместо того, чтобы их объединить. Опасение, чтобы не было разногласий между Православными Церквами, заставляет нас выдвинуть это предложение. Это единственная формула, которая обеспечит единство Церквей, прежде чем мы введем во всех Церквах единый календарь.

В заключение от имени православной делегации Румынии я предлагаю следующую резолюцию относительно реформы календарного вопроса, чтобы сохранить дух канона Александрийской Пасхалии, принятой святыми отцами I Вселенского Собора по вопросу о Пасхалии и, с другой стороны, чтобы обеспечить полное согласие Православных Церквей по поводу подвижных праздников, но в то же время, чтобы быть в согласии с астрономическими данными, с научной истиной, и удовлетворить государственным, экономическим и социальным требованиям верующих, все Главы Православных Церквей, собравшиеся на Совещание в Москве, должны принять следующее постановление:

Необходимо и полезно в принципе, чтобы все Православные Автокефальные Церкви провели в жизнь календарь и Пасхалию, согласно исправлениям, одобренным на Совещании всеобщей Константинопольской конференций в мае 1923 г.

Члены этого Совещания считают, что те Автокефальные Церкви, которые приняли уже исправленный календарь, будут пользоваться им в дальнейшем в отношении неподвижных праздников. Этот порядок будет обязательным для духовенства и верующих всех Православных Церквей в пределах данной Автокефальной Церкви.

Мы все понимаем громадную трудность для введения в жизнь исправленного календаря. Ни одно чувство не является таким консервативным, как религиозное чувство. Народ первый сопротивляется проведению в жизнь этого календаря. На прямой обязанности Церкви лежит просвещение народа путем объяснения ему сущности нового стиля. В этом смысл духовенства Христовой Церкви».

Я сделал это предложение, чтобы оно послужило основанием для дальнейшего диспута. Я готов присоединиться к решениям, которые вы найдете необходимым вынести и которые будут соответствовать всем разумным требованиям Православной Церкви.

Мы призваны к тому, чтобы закрепить любовь и дружбу между нами. Мы не должны забывать, что Христова Церковь есть истинная Церковь и должна поддерживать истину, в каких бы условиях она ни была.

Я считаю необходимым закончить следующим заявлением:

«Румынская Церковь, перейдя на исправленный календарь, не сможет никогда вернуться к старому стилю, потому что народ воспротивится этому. Пусть Церковь идет вперед, а не назад».

Доцент А. И. Георгиевский: Мне хочется ответить на последнее замечание проф. Винтилеску. Никто не говорит, что Румынской Церкви надлежит возвратиться к старой Юлианской системе. Русская Православная Церковь для внешних сношений пользуется общегражданским Григорианским календарем и не считает нужным переходить на новый исправленный Юлианский календарь как для церковного, так и для гражданского обихода. Мы справляем Пасху по Александрийской Пасхалии и не видим нужды в ее замене, так как Александрийская Пасхалия вполне отвечает церковно-каноническим требованиям о времени празднования дня Святой Пасхи.

Проф.-протоиерей Петр Винтилеску: Если праздновать Пасху по новому календарю, то может случиться, что праздник Пасхи придется раньше еврейской или одновременно с еврейской. Имеет ли этот вопрос значение или нет? — Наш канон требует не праздновать Пасху одновременно с еврейской. Еврейский календарь не может послужить указанием, потому что он претерпел в своей жизни большие изменения и не является тем, который был во времена Спасителя.

Председатель: Позвольте сказать несколько слов по поводу моего доклада о церковном календаре. Мой доклад о церковном календаре имеет основанием труд покойного проф. Η. Η. Глубоковского. Обоснованием точки зрения проф. Глубоковского по календарному вопросу является каноническое постановление Православной Церкви о праздновании Пасхи. Основанием является 7-е правило Святых Апостолов, определение I Вселенского Никейского Собора, а также 1-е правило Антиохийского Собора. Эти три соборные постановления запрещают праздновать Пасху вместе с иудейской или раньше и обязывают все Православные Церкви праздновать святой праздник Пасхи в один и тот же день.

Имея в виду эти канонические правила, проф. Глубоковский считает, что Православная Церковь ни в каком случае не может сама отменить эти правила; только подлинный Вселенский Собор может их отменить.

Второй вопрос о научном или астрономическом календаре — проф. Глубоковским решается так. По этому вопросу имеются авторитетные заключения профессоров Д. Ф. Голубияского, И. И. Соколова, протоиерея Д Лебедева и проф. В. В. Болотова. К ним присоединяется и проф. Глубоковский. Я привожу мнение проф. Глубоковского, с которым вполне соглашаюсь. Проф. Глубоковский считает, что новый, или Григорианский, стиль в астрономическом отношении нисколько не совершеннее Юлианского календаря и не имеет никаких преимуществ по сравнению с ним. Проф. Глубоковский считает, что Константинопольское совещание поспешно и в отсутствии великой Русской церкви, а также Сербской, Болгарской и Иерусалимской Православных Церквей, приняло резолюцию о введении исправленного календаря, о чем свидетельствуют происшедшие в тех Православных Церквах, где вводился новый стиль, смуты и недовольство, продолжающиеся в некоторых местах и до сегодняшнего дня.

К сожалению, приходится констатировать факт разделения Православных Церквей по календарному вопросу. Исправить это разделение принципиально очень трудно, так как возвращение некоторых Церквей к старому стилю, а переход старостильников к новому стилю практически неосуществим и не полезен для самой Церкви. Приходится действовать с осторожностью.

Я, как представитель Болгарской Церкви, в которой сохранен до сих пор старый стиль, считаю для Русской, Болгарской и Сербской Церквей неприемлемым в данный момент переход на новый стиль. Я предлагаю резолюцию Русской Церкви, что будущий Вселенский Собор, если таковой будет, может притти и к единству по календарному вопросу.

Проф.-протоиерей Петр Винтилеску: Как видно, среди нас полное разногласие. Проф. Георгиевский заявил, что никто не намерен навязывать нам старого или нового стиля. Отец архимандрит Мефодий ясно говорит, что невозможно принимать новый стиль. Как же мы выйдем из такого положения?

Председатель: Я сказал, что с календарной точки зрения новый календарь не имеет никаких практических преимуществ перед старым.

Проф.-протоиерей Петр Винтилеску: Мы не обсуждаем Григорианский календарь. На повестке дня вопрос вообще о календаре и мы просим не смешивать Григорианский и новый исправленный Юлианский календарь.

Разве в догматическом отношении нет сходства между нами и католиками во многих случаях? Поэтому, разве мы обязаны отметать свои догматы только потому, что они сходятся с католическими. Отец архимандрит говорит, что календарный вопрос подлежит компетенции Вселенского Собора. Я считаю это ошибкой, потому что календарный вопрос есть дело дисциплины, но не догмата. Я прошу отца архимандрита вспомнить, есть ли какой-нибудь канон I Вселенского Собора, который категорически постановлял бы не разбирать этого вопроса. Подобного канона не существует. Есть только письмо константинопольцев и письмо Вселенского Собора. Если даже и существовал такой канон, то и тут в смысле дисциплины он мог быть пересмотрен каждой Церковью. Первый Антиохийский канон не говорит, чтобы не праздновать Пасху раньше еврейской, а только, чтобы не праздновать одновременно с еврейской.

Председатель: Антиохийский собор постановил отлучать от Церкви не исполняющих постановления I Вселенского Собора о Пасхе. Я могу это огласить (читает).

Доцент А. И. Георгиевский: Я могу прочитать 7-е апостольское правило (читает). Отсюда вывод, что христиане не могут справлять Пасху раньше весеннего равноденствия, до иудейской Пасхи.

Проф.-протоиерей Петр Винтилеску: Евреи испортили свой календарь. Когда было это правило, до Вселенского Собора или после? Богословы до сих пор об этом не высказались.

Доцент А. И. Георгиевский: Правила святых апостолов были лишь канонизированы на VI Вселенском Соборе, но, несомненно, они существовали ранее.

Председатель: Я хотел пояснить Собранию, почему присоединяюсь к мнению Русской Церкви. Я перечислил, на основании каких авторитетов я это делаю.

Проф.-протоиерей Петр Винтилеску: Архимандрит Мефодий в подтверждение сказанного приводит то обстоятельство, что в некоторых странах, которые провели новый стиль, были какие-то волнения. А разве есть какая-либо Церковь, которая не имела бы недоразумений в своем внутреннем порядке? Возьмите историю Русской, Болгарской, Сербской и нашей Румынской Церкви. А раскольническое движение разве есть доказательство того, что не нужно признавать истины? Поэтому нужно приводить серьезные аргументы, когда говорим о календаре. Что касается мнения проф. Глубоковского, я читал и ценю его произведения, но это еще не значит, что его выводы совершенны.

Митрополит Серафим: Я могу добавить мнение профессора академика В. В. Болотова.

Проф.-протоиерей Петр Винтилеску: Я, в свою очередь, могу сослаться на проф. Миланховича из Югославии. Проф. Болотов писал, что придерживались Юлианского календаря в течение многих веков потому, что это облегчает западным народам возвращение от Григорианской реформы к неиспорченному старому стилю. Можем ли мы думать, что Юлианский календарь может привести католиков к Православию? Я живу на Западе и мне не приходится этого наблюдать.

Я имею следующее предложение:

выбрать из нашей среды двух-трех делегатов, которые вместе с профессором Георгиевским выработают указанную резолюцию, не изменяя основной сущности представленного проекта, и найдут формулу, которая могла бы всех нас удовлетворить.

Я предлагаю выбросить слово «Григорианский», чтобы оно нас не смущало. Ведь Церкви, которые перешли на новый стиль, перешли на новый исправленный Юлианский календарь.

Доцент А. И. Георгиевский: Когда мы говорим в резолюции о Юлианском календаре, то это значит, что имеем в виду вообще как исправленный, так и неисправленный Юлианский календарь. Поэтому дополнений не нужно. У нас две Церкви живут по Григорианскому календарю — Финляндская и частично Польская, У меня вопрос к Румынской делегации, по какой Пасхалии Румынская Церковь живет в настоящее время?

Проф.-протоиерей Петр Винтилеску: По Александрийской.

Доцент А. И. Георгиевский: Однако, как мы заметили, раннее Совещание Православных Церквей в мае 1923 г. вынесло решение, чтобы справлять Пасху согласно новому исчислению, которое определяется астрономически для Иерусалимского меридиана. Румынская и другие Церкви присоединились • к константинопольскому решению. Мы спрашиваем, что побудило эти Церкви к отказу от проведения в жизнь постановления Совещания 1923 г., которое здесь на Совещании так высоко оценено, и справлять Пасху по (старой) Александрийской Пасхалии?

Проф.-протоиерей Петр Винтилеску: Я считаю бесполезным отвечать на этот вопрос, потому что даже то постановление, которое будет вынесено в Москве, будет иметь временный характер, чтобы сохранить единство Церкви до тех пор, пока Вселенский Собор вынесет окончательное постановление, которому должны будут подчиняться все Православные Церкви. Я понимаю дело таким образом, что Православная Русская Церковь имеет свои мотивы, по которым не может перейти на исправленный календарь. Остальные Церкви других стран тоже имеют свои мотивы, по которым не могут возвратиться к старому стилю. Поэтому этот вопрос мы должны внести в резолюцию.

Доцент А. И. Георгиевский: Новая Григорианская Пасхалия ни в какой степени не улучшает Александрийской Пасхалии и находится в противоречии как с постановлением I Вселенского Собора, так и с апостольскими правилами. Александрийские астрономы IV в., отлично зная ошибочность Юлианского календаря, гениально воспользовались этой ошибкой для согласования солнечного года с годом лунным, легшим в основу Пасхалии. Эта согласованность солнечного и лунного года нарушена новым Григорианским календарем. Что же касается Юлианского исправленного календаря, то он практически ничего ценного не дал; до сих пор нет Пасхальных таблиц по проекту Совещания 1923 г.

Председатель: Есть предложение передать обсуждение резолюции в комиссию в составе проф. Георгиевского, проф.-протоиерея Винтилеску и архимандрита Мефодия. Какие есть предложения?

(Принимается).

На этом разрешите наше заседание закрыть.

Заседание закрывается.

Заседание 14 июля 1948 г.

Председатель архимандрит Мефодий: Имеется предложение огласить доклад архиепископа от Болгарской Церкви Серафима (Соболева) по вопросу о Юлианском и Григорианском церковных календарях.

Слово для доклада «О новом и старом (Григорианском и Юлианском) стиле» предоставляется архиепископу Серафиму.

Архиепископ Серафим (читает доклад): Один из ученых исследователей вопроса о новом и старом стиле, действительный член Русского астрономического общества Е. Предтеченский говорит, что лишь с эпохи Возрождения стали на Западе заниматься в числе других научных вопросов и пасхальным вычислением. «К несчастью,— заявляет он,— едва поняв устройство Александрийского канона, и поняв, может быть далеко не как следует, западные пасхалисты вскоре захотели быть реформаторами и самонадеянно взялись за исправление прекрасно исполненного труда». По словам Предтеченского, «если бы эпоха Возрождения началась одновременно как на Западе, так и на Древнем Востоке Европы, если бы несчастные обстоятельства не загубили в конец образованности в древних Христианских Церквах в Византии... если бы александрийские традиции и образованность первых веков не прерывались на Востоке, то едва ли бы возможно было и все преобразование, сделанное папою Григорием XIII» [1].

К этим словам Предтеченского мы должны добавить, что появление календарной реформы папы Григория XIII обусловливалось не только отсутствием должного понимания и усвоения западными пасхалистами Александрийского канона с его пасхальным вычислением и падением научности на Востоке, но главным образом их неверием в Святую Церковь, точнее в то, что в ней живет и действует Дух Святый, как источник всякой истины. Если бы Римско-католическая Церковь имела эту веру, то она в лице папы и своих ученых пасхалистов не стала бы подвергать изменению канонические правила, положенные в основу нашей старостильной Пасхалии, через которые Дух Святый выразил истину, не подлежащую изменению. Мы имеем в виду прежде всего 7-е апостольское правило: «Аще кто епископ или пресвитер или диакон святый день Пасхи прежде весеннего равноденствия с иудеями праздновати будет, да будет извержен из священного чина». Сюда же относится и 1-е правило Антиохийского Собора, которое гласит: «Все дерзающие нарушати определение святого и великого Собора, в Никее бывшего, в присутствии благочестивейшего и боголюбезнейшего царя Константина, о святом празднике спасительныя Пасхи, да будут отлучены от общения и отвержены от Церкви, аще продолжат любопрительно восставати противу доброго установления. И сие речено о мирянах». «Аще же кто из предстоятелей Церкви епископ, или пресвитер, или диакон, после сего определения дерзнет к развращению людей, и к возмущению Церквей, особитися, и со иудеями совершати Пасху, такового святый Собор, отныне уже осуждает быти чуждым Церкви яко соделавшегося не токмо виною греха для самого себя, но и виною расстройства и развращения многих. И не токмо таковых Собор отрешает от священнослужения, но и всех дерзающих быти в общении с ними, по их извержении из священства. Изверженные же лишаются и внешния чести, каковые были они причастны по святому правилу и Божию священству».

Приведенное правило Антиохийского Собора для нас тем в особенности знаменательно, что оно не только запрещает праздновать Пасху с иудеями, но указывает, что такое же запрещение было вынесено и определением I Вселенского Собора. Правда, это соборное определение не дошло до нас, но о содержании его говорится в известном послании императора Константина Великого ко всем епископам, которые не были на I Вселенском Соборе в Никее.

Приведем сущность сего Никейского определения, как оно изложено в толковании 1-го правила Антиохийского Собора признанным всею Православною Церковью истолкователем св. канонов епископом Никодимом. «Никейский Собор,— говорит он,— занимался рассмотрением этого вопроса (о времени празднования Пасхи) с намерением, одним общим решением предотвратить всякий спор, который мог бы возникнуть по этому поводу и восстановить однообразие для всей Церкви. Прежде всего, на основании 7-го апостольского правила и новозаветного учения о седьмом дне было вынесено следующее решение: 1) Христианская Пасха должна всегда праздноваться в воскресенье; 2) это воскресенье должно быть после первого полнолуния, которое наступает после весеннего равноденствия; 3) если случится, что с этим воскресением совпадает иудейская пасха, тогда христианская Пасха должна праздноваться в следующее после него воскресенье».

Ко всем этим каноническим установлениям Православной Церкви мы должны еще присоединить 7-е правило II Вселенскою Собора и однородное ему по содержанию 95-е правило Трулльского Собора, указывающие, как нужно принимать еретиков в Церковь.

«Присоединяющихся к Православию,— говорится здесь,— и в части спасаемых из еретиков, приемлем по следующему чиноположению и обычаю: ариан, македониан, новатиан, четыренадесятников, или тетрадитов, и аполлинаристов, когда -они дают рукописания и проклинают всякую ересь, не мудрствующую, как мудрствует Святая Божия Кафолическая и Апостольская Церковь, приемлем, запечатлевая, т. е. помазуя святым миром, во-первых, чело, потом очи, и ноздри, и уста, и уши, и запечатлевая их глаголом: «Печать дара Духа Святого»...

Как видим, здесь четыренадесятники, т. е. те из христиан, которые праздновали Пасху вместе с иудеями 14 Нисана, прямо называются еретиками и ставятся в один ряд с арианами и другими великими еретиками, почему и принимаются они в лоно Церкви, в случае _ их покаяния, через помазание миром.

Вот к чему ведет отступление от канонических правил о времени празднования Святой Пасхи. Из приведенных канонических постановлений Православной Церкви ясно, что мы должны свято хранить их неизменными. Поэтому 21-е правило Гангрского Собора гласит:

«Да бывают в Церкви вся принятая от Божественных Писаний и апостольских преданий».

А во 2-м правиле VI Вселенского Собора говорится:

«Никому да не будет позволено вышеозначенные правила апостолов, Вселенских и Поместных Соборов и святых Отцов изменяти, или отменяти, или, кроме предложенных правил приимати другие, с подложными надписаниями, составленные некиими людьми, дерзнувшими ксрчемствовати истиною......

Такое же твердое и неизменное соблюдение канонических установлений заповедует нам и VII Вселенский Собор в своем 1-м правиле, которое гласит:

«Божественные правила со услаждением приемлем, и всецелое и непоколебимое содержим постановление сих правил, изложенных от всехвальных апостол, святых труб Духа, и от шести Святых Вселенских Соборов и поместно собиравшихся для издания таковых заповедей, и от святых Отец наших. Ибо все они, от Единого и Того же Духа быв просвещены, полезное узаконили. И кого они предают анафеме, тех и мы анафематствуем; а кого извержению, тех и мы извергаем, а кого отлучению, тех и мы отлучаем».

Но из всех приведенных нами канонических правил ясно и то, в какой великий грех впали католики, ниспровергнув святые каноны, не позволяющие нам праздновать Пасху одновременно с Пасхой иудейской. Этот грех хулы на Духа Святого, который не прощается Богом ни в сей, ни в будущей жизни. Ведь, через святые каноны говорит Сам Бог Дух святый, ибо канонические, как и догматические постановления Вселенских Соборов выносились согласно с словами Божественного Писания: «Изволися Духу Святому и нам» (Деян. XV. 28). И не для того Божественный Дух, совместно с Апостолами, Вселенскими Соборами и святыми Отцами, устанавливал канонические истины, чтобы мы их потом исправляли и отменяли, как будто несовершенные и ошибочные. Такое отношение к святым канонам является совершенно недопустимым и кощунственным.

В этом и повинна Римско-католическая Церковь, которая, в прямое нарушение и в упразднение канонических правил, праздновала Пасху в 1805, 1825, 1853, 1854.... 1903, 1923, 1927 гг. и во многие другие годы одновременно с Пасхой иудейской [2].

Этого мало. Новый стиль заставляет Римско-католическую Церковь итти против Святого Евангелия нарушением хода евангельской истории. Из Евангелия видно, что Христианская Пасха совершалась после иудейской. Но у католиков, в силу новой Пасхалии, не только бывают годы, когда Пасха совпадает с иудейской, но когда она совершается до Пасхи иудейской, как это было в 1839, 1840, 1842, 1843, 1845, 1849, 1850, 1856, 1891, 1894 и во многие другие годы[3]. А в 1921 г. еврейская Пасха была 10 апреля, католическая же Пасха праздновалась 11 марта, т. е. почти на месяц раньше еврейской.

Но если, в силу канонических оснований, принятие нового стиля во всей его полноте для нас недопустимо, то точно также недопустимо для православных христиан принятие нового стиля и в компромиссной форме. Этот компромисс в последнее время наблюдается в жизни некоторых Православных Церквей и проявляется в том, что Пасха празднуется по старой Православной Пасхалии, а все непреходящие, неподвижные праздники празднуются по новому стилю. Но такой смешанный календарь не может быть принят православными, так как он влечет за собою нарушение других церковных установлений, о коих говорит нам «Устав» и которые свято и неуклонно нами должны соблюдаться, поскольку не должны мы выходить из послушания Матери нашей Церкви. Новостильники грешны этим непослушанием. Мы так говорим, имея в виду нарушения ими требования «Устава» каcательно неподвижных праздников.

Церковь установила в «Типиконе» определенные границы времени, в пределах коих празднуются неподвижные праздники, падающие на время Святой Четыредесятницы. Так например, праздник св. Иоанна Предтечи бывает со среды Мясопустной недели (ранняя граница) и доходит до вторника четвертой недели Великого поста (самая поздняя граница) [4]. Но эти границы новостильниками уничтожаются, ибо все неподвижные праздники ими празднуются на 13 дней раньше. То же самое нужно сказать и относительно праздника Благовещения (25 марта). По требованию «Устава» Благовещение празднуется в период времени, которое начинается от четверга третьей недели Великого поста и восходит до среды Светлой седмицы [5]. Но при введении нового стиля время празднования Благовещения заходит до пятницы первой недели и простирается лишь до четверга шестой недели Великого поста.

Но этим не исчерпывается данный грех новостильников по отношению к требованиям Церкви и ее «Устава». Отрицательное отношение к указанным границам для определения времени празднования великих праздников влечет новостильников к дальнейшему нарушению великих праздников, влечет новостильников к дальнейшему нарушению «Типикона». Церковь предвидела совпадения того или иного из великих неподвижных праздников с праздниками подвижными, а также с теми или другими днями Великого поста. На все эти случаи совпадений она установила свой точный богослужебный порядок. Но уничтожая данные границы, новостильники естественно уничтожают и это установление Православной Церкви. Поэтому у новостильников никогда не может быть соединения того же праздника Благовещения со днями Страстной седмицы, а также не может быть Кирио-Пасхи, т. е. совпадения Благовещения с праздником Пасхи, чем явно нарушается церковный «Устав».

В особенности возмутительное нарушение «Устава» наблюдается в отношении новостильников к празднику св. апостолов Петра и Павла. Святая Церковь так почитает этих великих Апостолов, что предварила их праздник (29 июня) постом, который продолжается от 8 до 42 дней. Но при введении нового стиля этот пост, вопреки «Уставу», всегда сокращается. А когда Пасха празднуется в период времени от 20 до 25 апреля включительно, то Петровский пост совсем упраздняется: для него не остается времени.

Могут сказать, что нарушение «Типикона» не является тяжким грехом, ибо здесь нет отступления от догматов. Но ведь и слова Христа: «Аще и Церковь преслушает, буди тебе якоже язычник и мытарь» (Мф. XVIII, 17), не говорят нам о нарушении тех или других догматических истин нашей веры. Тем не менее, по свидетельству этих божественных слов, кто из нас не окажет послушания Церкви, тот отсекается от нее и становится в ряд тяжких грешников, ибо в данном случае налагается высшая мера наказания — отлучение от Церкви. Причем этот грех непослушания Церкви, с пренебрежением к ее «Уставу», новостильники совершают открыто, дерзновенною рукою.

С точки зрения православной веры такое пренебрежительное отношение к «Типикону» чад Святой Церкви не допустимо, как не допустимо наше отступление от догматов и канонических правил. И это понятно. Как наше пренебрежение догматическими и каноническими определениями ведет к отступлению от Православия, так к тому же отступлению ведет и указанное пренебрежение «Типиконом». Ведь «Типикон» есть для нас священный закон, руководствующий нас в нашем православном богоугождении богослужениями, праздниками и постами. «Типикон» есть святая книга, связанная с именем дивного сосуда благодати, преп. Саввы Освященного и принята Православною Церковью, как одна из основоположительных книг. «Типикон» есть не что иное, как голос Матери нашей Церкви. И к этому голосу мы должны относиться не с пренебрежением, а с безусловным и неуклонным послушанием, если хотим быть верными и преданными Святой Церкви и всем ее православным нормам.

Что же получается в итоге от нарушений сей священной книги введением нового стиля? Если мы воспользуемся последним для установления новых времен в отношении своих праздников, постов и богослужений, то мы тем самым будем свидетельствовать, что новый стиль указывает правильное церковное времяисчисление, а «Типикон» — неправильно. И это в то время, когда мы знаем, что «Типикон» исходит от Православной Церкви, той Церкви, в которую как в богатую сокровищницу апостолы положили все, что принадлежит истине. И это в то время, когда нам хорошо известно, что указанные нарушения «Устава» исходят от католиков, погрязающих во тьме всяких ересей и заблуждений. Как порождение католичества и явление противоцерковное, новый стиль, кроме смуты, ничего не может дать Православной Церкви. Так он был истолкован с самого начала своего появления его первыми противниками, Константинопольским Патриархом Иеремией II и созванным им в 1583 г. поместным Константинопольским Собором. Таким разлагающим началом и весьма вредною католическою пропагандою для жизни Православных Церквей новый стиль остается и доселе. Поэтому принятие нами, вопреки воле Святой Церкви, нового стиля, хотя бы и в компромиссной форме, может привести нас только к тому, что мы сами будем содействовать возникновению в нашей церковной жизни смут и настроений, в силу чего будем своими собственными руками разрушать авторитет Святой Православной Церкви.

Таким образом, как мы становимся на путь тяжкого греха непослушания Церкви принятием нового стиля всецело, через отвержение святых канонических правил, так точно мы становимся на этот путь непослушания и принятием нового стиля при смешанном календаре, через отвержение требований «Типикона». .

Отсюда понятно, почему Православная Церковь так решительно и ревностно противилась этому антицерковному новшеству с самого начала введения календарной реформы и до самого последнего времени. Как только папа Григорий XIII ввел новый стиль, немедленно в том же 1582 г. Вселенский Патриарх Иеремия II, вместе со своим Синодом, осудил новое римское счисление, как несогласное с преданием Православной Церкви. В следующем 1583 г. Патриарх Иеремия, при участии Патриархов Александрийского Сильвестра и Иерусалимского. Софрония VI, созвал Церковный Собор, осудивший введение в Римской Церкви Григорианского календаря, как противное канонам всей Вселенской Церкви и нарушающее постановление I Вселенского Собора о порядке исчисления дня Святой Пасхи. Этот Собор — в своем постановлении Сигиллионе 20 ноября 1583 г. призывает православных твердо и неуклонно, даже до пролития своей крови, держаться православного месяцеслова и Юлианской Пасхалии, налагая на всех нарушителей настоящего своего постановления анафему, отлучение от Православной Церкви. О таком же своем решении Константинопольский Собор сообщил всем Восточным Церквам, Московскому Митрополиту Дионисию, церкви Ионийских островов, знаменитому поборнику Православия в Западной Руси, князю Константину Острожскому, Венецианскому дожу Н. Да-понте и папе Григорию XIII, виновнику церковной смуты.

Также совершенно отрицательно к введению нового стиля относились Вселенские Патриархи, а вместе с ними и вся Вселенская Церковь, и в последующие столетия. Например, Константинопольский Патриарх Каллиник XI вместе с Антиохийским Патриархом Афанасием (1686— 1728) свидетельствовал, что празднование Пасхи одновременно с католиками, отречение от установлений Православной Церкви о постах и применение уставов Церкви Римской есть измена Православию и отступление от святоотеческих заветов, гибельное для чад Православной Церкви, поэтому каждый -христианин обязан праздновать Пасху и соединенные с нею праздничные дни и церковные времена применительно к практике Православного Востока, а не инославного Запада, чуждого нам по вере.

Вселенский Патриарх Кирилл V в своем Окружном послании в 1756 г. налагает на всех христиан, принявших новый стиль, страшные проклятия на временную земную и вечную жизнь.

С целью предохранения православных от принятия нового стиля, как величайшего греха, Вселенский Патриарх

Анфим VI, совместно с прочими Восточными Патриархами: Александрийским Иерофеем, Антиохийским Мефодием и Иерусалимским Кириллом с синодами в 1848 г. в Окружном послании от имени Единой Кафолической и Апостольской Церкви высказали такое исповедание веры.

«У нас ни патриархи, ни соборы никогда не могли ввести что-нибудь новое, потому что хранитель благочестия у нас есть самое Тело Церкви, то есть народ, который всегда желает сохранить веру свою неизменною и согласною с верою отцев его... Да держим исповедание, какое приняли от таковых мужей,— святых Отец, да отвращаемся всякого новшества, как диавольского внушения, на что, если бы кто дерзнул или делом, или словом, или помышлением, таковый отрекся уже веры Христовой, уже добровольно подвергся вечной анафеме за хулу на Духа Святого, якобы несовершенно глаголавшего в Священном Писании и во Вселенских Соборах. Итак, все новшествующие: еретики ли то, или раскольники, добровольно облекошеся в клятву, яко в ризу (Псалом С VIII, 18), хотя бы то были папы, хотя бы патриархи, хотя бы миряне, аще бы ангел с небесе — анафема ему».

В 1902—1904 гг. по инициативе знаменитого Константинопольского Патриарха Иоакима III, Автокефальные Церкви Константинопольская, Иерусалимская, Греческая, Русская, Сербская, Румынская и Черногорская в лице своих представителей высказалась за отрицание календарной реформы папы Григория XIII.

В таком же смысле высказался Всероссийский Церковный Собор 1917—1918 гг., сделавши постановление строго держаться старого стиля для церковного времяисчисления. При этом своем постановлении Московский Собор, вместе с другими основаниями, принял во внимание мнение проф. Московской Духовной Академии о. Дмитрия Александровича Лебедева, который, в силу научно-астрономических и церковно-канонических данных, засвидетельствовал пагубность всякого сближения с Григорианским стилем, отдавая безусловное преимущество старому Юлианскому стилю [6].

К сожалению, Всеправославный конгресс, созванный Константинопольским Патриархом Мелетием в 1923 г., отступил от священных традиций, коих так ревностно и свято держались Вселенские Патриархи в течение целого ряда столетий. На этом конгрессе было решено перейти на новый стиль. Православный народ г. Константинополя отнесся к этому противоканоническому новшеству со страшным возмущением. И Патриарху Мелетию пришлось уйти на покой.

Тем не менее бывший после него Константинопольский Патриарх Григорий в 1924 г. сделал попытку ввести для непереходящих праздников новый стиль, оставив временно до созыва Вселенского Собора празднование Пасхи и зависящих от нее праздников по старой Пасхалии. В официальном органе Греческой Церкви, журнале «Екклезия», и в некоторых русских газетах он напечатал от своего имени и от имени своего Синода грамоту о переходе Православной Церкви Константинопольского Патриархата на новый стиль.

Под влиянием Константинопльского Патриарха Афанасия и Румынская Церковь также ввела у себя для непереходящих праздников новый стиль. Но Восточные Патриархи Александрийский, Антиохийский и Иерусалимский, в согласии со Священными Соборами своих патриархий, решительно отклонили вопрос об изменении существующего церковного времяисчисления. Так же отрицательно отнеслись к грамоте Патриарха Григория и все другие Православные Церкви.

В ответ на эту грамоту Святейший Тихон, Патриарх Московский и всея Руси, довел до сведения Вселенского Патриарха, что хотя им и получена от него грамота о введении нового стиля с 10 марта, но в Русской Церкви ввести новый стиль оказалось невозможным ввиду решительного сопротивления народа.

Совершенно отрицательно отнеслись к введению нового стиля в церковное времяисчисление и соборы заграничных русских архиереев, бывшие в 1923, 1924 и 1925 гг.

Нам следует быть с теми Православными Церквами, которые строго, без всякого компромисса, держатся старого стиля в своей церковной жизни, вследствие канонических установлений, которые должны быть незыблемы, ибо эти установления являются одною из основ бытия нашей Православной Церкви.

К тому же новый стиль, как свидетельствуют научные данные, содержит в себе большие дефекты и, во всяком случае, дальше от истины, чем старый стиль. Вот почему Ученая комиссия, образованная 18 февраля 1899 г. Русским астрономическим обществом [7], для обсуждения вопроса о реформе календаря, заявила, что «нет основания к введению в России (а тем более в Церкви) заведомо неправильного Григорианского календаря» [8].

Необходимо отметить, что до последнего времени в астрономии употреблялся не Григорианский, а Юлианский стиль [9]. Американский астроном Ньюком даже высказался за возвращение к Юлианскому календарю, как к простейшему и более удобному для астрономических вычислений.

Для нас весьма интересно и полезно знать мнение о новом и старом стиле знаменитого профессора Петербургской Духовной Академии Василия Васильевича Болотова. В последний год своей жизни он Святейшим Синодом Русской Церкви был назначен в качестве делегата от духовного ведомства в только что образованную при Русском астрономическом обществе Комиссию по вопросу о согласовании старого стиля православного календаря с новым. Проф В. В. Болотов изучил этот вопрос во всех деталях не только с церковно-канонической и научно-исторической, но и со всех других сторон.

Обладая всеми этими научными познаниями, он присутствовал на астрономическом собрании Ученой комиссии, когда на нем обсуждался вопрос о введении нового стиля в России. И вот, когда собрание не могло притти к определенному решению, и многие из его членов стали склоняться в пользу нового стиля, председатель собрания предложил В. В. Болотову высказать свое мнение. Проф. Болотов два часа говорил свою историческую речь, имея в руках составленные им астрономические таблицы [10]. Он всецело стоял за старый стиль. Его доводы в пользу этого стиля были так научны и неопровержимы, что все собрание единогласно постановило остаться при старом стиле.

Будем всегда это помнить, а также никогда не будем забывать завещания, которые оставил нам касательно нового и старого стиля наш гениальный ученый Болотов.

«Сам я,— говорил он,— отмену стиля в России нахожу отнюдь нежелательною. Я попрежнему остаюсь решительным почитателем календаря Юлианского. Его чрезвычайная простота составляет его научное преимущество перед всякими календарями исправленными. Думаю, что культурная миссия России по этому вопросу состоит в том, чтобы еще несколько столетий удержать в жизни Юлианский календарь и через то облегчить и для западных народов возвращение от ненужной никому григорианской реформы к неиспорченному старому стилю [11].

Митрополит Ливанский Илия (говорит на арабском языке).

Переводчик: Ваше Высокопреподобие! Митрополит говорит, что не только у них в церкви, но и в церкви Константинополя и других церквах существует новый стиль, исправленный, и Владыка предвидет, что будут большие затруднения, если придется переходить на старый стиль.

Председатель: Я попытаюсь перевести Владыке резолюцию по докладу о церковном календаре, предложенную Русскою Церковью.

Переводится резолюция Русской Православной Церкви по докладу о церковном календаре Митрополиту Антиохийской Церкви Илие и архимандриту Василию.

Переводчик: Митрополит Илия согласен и считает все написанное справедливым. Он согласен с предложением относительно празднования Святой Пасхи и относительно старого стиля. Если с течением времени будет выработан более совершенный стиль, то Владыка считает справедливым согласиться с ним после Соборного его утверждения,

Председатель: У нас имеется один проект резолюции по докладу о церковном календаре, представленный Русской Православной Церковью. Вместе с тем у нас имеется также проект резолюции по тому же докладу, представленный Румынской Православной Церковью.

Нужно огласить оба проекта резолюций, чтобы участники Совещания могли высказаться.

Читает проекты резолюций.

Председатель: Мы заслушали оба проекта резолюции. Теперь мы можем сравнивать и высказываться по ним, чтобы решить, какая из них предпочтительнее, что нужно изменить и что дополнить в той или другой резолюции.

Доцент А. И. Георгиевский: Может быть взять за основу проект, предложенный Русской Православной Церковью и разбирать его по пунктам?

Митрополит Скоплянский Иосиф: В обоих проемах говорится об одном и том же. О проектах можно поговорить и внести исправления, которые сделает Комиссия. Я прошу взять русский проект за основу и этим мы скорее закончим нашу работу.

Митрополит Илия (через переводчика): Митрополит Илия Ливанский является Представителем от двух Церквей — от Патриархата Антиохийского и от Патриархата Александрийского.

Митрополит Илия считает справедливой резолюцию, предложенную Русской Православной Церковью. Он считает, что необходимо праздновать Пасху по старому стилю, согласно Александрийской Пасхалии, но считает необходимым оставить право для каждой Автокефальной Церкви, в том числе и Александрийской, пользоваться календарем, который принят этой Церковью, установленным для неподвижных праздников. Он считает, что клирики должны следовать тому стилю, какой установлен в Автокефальной Церкви поместной, где они находятся. Этот вопрос весьма существенный. Не всем может быть ясно положение лиц, которые находятся за границей и которым приходится сталкиваться с новым и старым стилем. Не всем, может быть, ясно, какие разногласия вносит этот вопрос и какие неприятности приходится иметь от этого в Церкви.

Если будет установлено, что клирики, находящиеся на территории другой автокефалии, могут служить божественную Литургию с теми клириками, которые признают новый стиль, то в большом количестве случаев мы сможем избежать разделения и озлобления. Этот вопрос является существенным. Есть священники, которые относятся с большой любовью к Матери-Русской Церкви, но с пренебрежением относятся к старой Церкви. Если им будет послано благословение служить по принятому ими стилю, то этим самым мы избежим многих неприятностей и будем служить в духе любви.

Таково мнение Митрополита Илии, который представляет Антиохийский Патриархат и Александрийский, где существует новый стиль.

Председатель: Большинство присутствующих согласны принять за основу проект резолюции, предложенный Русской Православной Церковью. Кто не согласен с тем, чтобы этот проект резолюции принять за основу?

Несогласных нет.

Принимается единогласно за основу проект резолюции, предложенный Русской Православной Церковью.

Проф.-протоиерей Петр Винтилеску: С того момента, когда мы предложили другой проект резолюции, ясно, что мы не согласны.

Председатель: Румынская делегация не согласна принять за основу принятый проект резолюции Русской Православной Церкви.

Проф.-протоиерей Петр Винтилеску (через переводчика): Я думаю, что мы найдем общий язык, который даст нам возможность объединиться. Резолюция Румынской Православной Церкви основана на резолюции Русской Православной Церкви. Если русский проект резолюции будет обсуждаться по каждому артикулу, тогда я принимаю участие в обсуждении.

Доцент А. И. Георгиевский: Так мы и предлагали сделать.

Архиепископ Астраханский Филипп: Проект мы будем обсуждать по пунктам.

Председатель: Прошу высказаться по проекту резолюции «О церковном календаре».

Читаются и обсуждаются пункты проекта.

Председатель: Заседание объявляю закрытым.

Заседание закрывается.

Заседание 15 июля 1948 г.

Председатель архимандрит Мефодий: Разрешите начать наше заседание. Отсутствует румынский делегат. Он должен прибыть в 12 часов.

Я должен сообщить, что секретарь нашей Комиссии проф. А. И. Георгиевский, румынский делегат проф. Винтилеску и я имели еше раз беседу, на которой было достигнуто полное согласие в проекте разолюции по календарному вопросу. Эта резолюция будет оглашена как только прибудет на наше собрание румынский делегат проф. Винтилеску.

(Текст резолюции, принятый в Комиссии и одобренный на заключительном пленарном заседании, см. на стр. 432—433###).

Нашей Комиссии предстоит еше заслушать, по предложению Болгарской Церкви, доклад «О положении славянских монахов на Афоне и по предложению Сербской Церкви доклад «Об унификации богослужения и обрядов». Слово для доклада «О положении славянского монашества на Афоне» предоставляется Епископу Вениамину.

Епископ Вениамин (читает доклад): По преданию, записанному на основании греческих источников св. Димитрием Ростовским, жителей Афонского полуострова привела в христианство сама Матерь Божия, когда около 44 г. в сопровождении св. апостола и евангелиста Иоанна Богослова и при его духовном участии Она посетила Афон. Исключительная красота природы и молитвенное настроение, охватывающее душу среди чудной и ароматной зелени, которая украшает извилистые гористые хребты и покрывает как отдельные непроходимые места, так и возделываемые поляны, обратили на себя внимание Святой Девы Марии и Она вдохновенно сказала: «Этот предел будет моим уделом, который мне дарован Сыном Моим и Богом».

Верование в то, что с того времени Сама Пресвятая Богородица остается вечной защитницей и покровительницей этой молитвенной и подвижнической земли, подкрепляют различные рассказы тамошних монахов с указыванием ими тех мест, на которых являлась Матерь Божия, изливая чудесную силу благодати. Появление монахов на Афонском полуострове, сначала в виде отдельных пустынников, относится к VI в. В дальнейшем постепенно стали образовываться и умножаться малые скромные монастыри. Это обстоятельство и побудило Византийского императора Константина Пагоната (668—685) передать этот гористый и уединенный полуостров во владение монахам.

В VIII и в начале IX в., во время императоров-иконоборцев, афонское монашество увеличилось гонимыми из столицы монахами, неустрашимыми поборниками почитания икон, бежавшими на Афон из разоряемых иконоборцами монастырей. Афонская Гора была также убежищем и для ученых монахов, подвизавшихся в Малой Азии, на Синайской Святой Горе и в Египте, которые вынуждены были бежать из своих мест перед нашествием фанатиков-мусульман. Эмигрировали обычно те монахи, которые составляли передовую часть монашества, и уносили с собой классические и христианские книги, чтобы сохранить их от уничтожения. Таким образом, своим появлением и литературной деятельностью ученые монахи-беженцы способствовали развитию науки и искусства на Афоне. С другой стороны, упомянутые исторические события способствовали тому, что Афонская монашеская область стала многолюдной и превратилась в сильную опору чистого Православия и явилась главным средоточием чистого христианского учения. Характерной особенностью, обнаружившейся еще с самого начала образования монашества на Афоне, было воспрещение входа в эту монашескую область женщинам, и также запрещение держать животных женского пола. Самой области было дано внутреннее самоуправление. Она была освобождена от больших государственных налогов, а также от таможенных налогов на ввозимую провизию и на другие предметы, необходимые для жизни монахов. В конце IX в. император Василий I Македонянин официально подтвердил это монашеское самоуправление и данные привилегии. Устранивши всякую другую власть над Афонским полуостровом, он взял его монашеское население под свою непосредственную царскую защиту. Эти привилегии были впоследствии подтверждаемы уставами византийских императоров и цареградских патриархов. Первый устав дал император Иоанн Цимисхий (972). Устав этот был написан на пергаменте из козьей кожи (почему и назван «таргос»), который хранится по сие время в Протате (Киноте) — Центральном монашеском управлении. Чистота жизни и подвиги афонского монашества особенно возвысились за время жизни и после смерти великого подвижника св. Афанасия Афонского (5 июля—1000), что и побудило императора Константина Мономаха дать новый устав (1046), в котором назван Афонский полуостров Святой горой. Третий устав дал (1394) Цареградский Патриарх Антоний. И все позднейшие византийские императоры, равно как и великий покровитель Святой Горы, сербский царь Душан, благодаря завоеваниям которого территория Афонской Святой Горы вошла в его владение,— неизменно подтверждали и сохраняли самоуправление и все привилегии Святой Горы и оказывали ей свою постоянную защиту. Сербская защита этого края продолжалась до гибели деспота Иоанна Углеши Мрнячевича, в бою с турками на Марице (1345—1371). Но и турецкие султаны относились также благосклонно, когда в 1453 г. овладели Святой Афонской Горой. Отличительные и возвышенные особенности Святой Афонской Горы и ее монашества привели к тому, что Афон, как монашеская область, еще с первых веков своего существования сделался рассадником христианского благочестия и просвещения для всех православных народов. И если бы не было Святой Афонской Горы римо-католицизм со своим беззастенчивым насилием, грубыми и совершенно нехристианскими поступками совершенно уничтожил бы на Востоке Православие и стер бы даже следы настоящего христианского духа. Но мало того, Святая Афонская Гора во все времена давала целым народам просветителей, возрождавших веру и насаждавших просвещение. Так, она для Русской Церкви воспитала, а в 1013 г. отправила на родину в Россию в качестве православного миссионера преподобного Антония Печерского, отца русского монашества и основателя знаменитой Киево-Печерской Лавры, которая была центром русского древнего просвещения и вековой школой, средоточием древней литературы. Киево-Печерская Лавра являлась матерью русской историографии и одновременно твердой крепостью в деле защиты Православия от папских нападений, направляемых на Россию чрез Польшу. На Афоне Антоний Печерский подвизался, постился и жил, приготовляясь для своей миссии в пещере близ монастыря Евсигмена, на территории Сербского Хилендарского монастыря. Сербскому народу и Сербской Церкви Святая Афонская Гора дала первопросветителя и преобразователя всей народной жизни первого архиепископа Савву, его продолжателей в деле основания сербской литературы — Дементияна и Феодосия, отца сербской историографии архиепископа Даниила II и многих других. Болгарскому народу и Церкви Святая Гора дала Паисия Самоковского, первого историка, который призывал к преобразованию, Архимандрита Неофита, хилендарца Возвелию, Илариона и других патриотов и ревностных работников в деле получения собственной национальной высшей иерархии и первого Экзарха Афима. Румынии она . Дала многих церковно-просветительных деятелей, среди которых знаменитый архимандрит Паисий Величковский. Но то, что дала Святая Афонская Гора, как монашеская, в этнографическом отношении международная православная область, греческому народу во всех направлениях его жизни, нельзя вкратце и описать.

Святая Гора, как православно-паломническая область, по своему значению и почитанию, каким пользуется в православной среде, почти равна Палестине. Она со своими обителями, принадлежащими всем православным народам и тысячами паломников, притекающими сюда со всех концов мира, была вековым связующим звеном между старой Византией, а после ее падения, между греческим народом и его церковно-религиозной организацией, с одной стороны, и всем остальным православным миром, с другой. В ней, как в центре союза, который был создан не соглашениями и договорами, но естественным, органическим путем, вытекающим из души, и потому оказавшимся действенным и мощным, имели свои обители, как религиозно-культурные представительства, и как высшие школы монашеской жизни и деятельности: сербы — монастырь Хилендарь, а в старое время и Св. Павла и еще некоторые; болгары — монастырь Зограф и скит Св. Богородицы Ксилургийской; русские — монастырь Св. Пантелеймона, скиты: Св. Пророка Илии, Св. Андрея Первозванного и целый ряд келлий; румыны — скит Св. Иоанна Предтечи и несколько келлий; грузины (иверы) имели свой монастырь Ивер, из которого впоследствии были вытеснены в келлию Св. Иоанна Богослова, вблизи упомянутого монастыря. Арбанасы, пока все были православными христианами, имели свою обитель на земле, принадлежащей Хилендарю, остатки которого видны и в настоящее время и носят название Арбанасский пирг.

За время турецкого владычества Святая Гора не претерпела особых изменений. Внутреннее самоуправление, жизнь и порядок на Святой Горе продолжали определяться ее основным уставом. Турки обложили ее только государственными налогами, податями и данью. Но собирание пожертвований, метохии (недвижимое имущество) по православным землям, посещения и пожертвования богомольцев, равно как и особенная помощь, оказываемая Россией и полусвободными православными румынскими государствами Валахией и Молдавией,—все это поддерживал» Святую Гору и даже обеспечивало ей известное развитие. Помощь, оказываемая Святой Горе со стороны всего православного мира и личный труд самих монахов сделали то, что Святая Афонская Гора и до новейших времен осталась единственным и своеобразным по жизни местом монашеского населения, отделенным от мирских треволнений и суеты, где процветают мирные и тихие уголки молитвы, поста и подвига. И в настоящее время постоянные святогорские молитвенники, строго исполняя свои монашеские обеты, уделяют внимание и книге, на ней самоучкой воспитываются. Отдельные монахи, более даровитые, занимаются даже наукой, или продолжают работу предшественников, способствуя развитию искусства, пения, иконописи, а особенно занимаются резьбой по дереву, пользуясь для этой цели кипарисом или другим каким-либо подходящим деревом (выделываются кресты, иконы, посуда, рамы, различные коробки и другие мелкие деревянные предметы). Есть на Святой Горе монахи, которые и в настоящее время из местных лечебных и ароматных трав и растений выделывают для аптек далекого внешнего мира различные бальзамы, лекарства и духи. Отдельные келлии живут различными, унаследованными от предшественников, ремеслами и хозяйственными работами, при этом почти все на своем земельном участке занимаются садоводством и огородничеством (виноградники, пчеловодство, разведение орехов, каштанов и лимонных деревьев, маслины, оливковое масло, садовые деревья и пр.).

Таким образом, монахи, совершая свой .аскетический подвиг, расходуют и свои физические силы, добывая тяжелым трудом насущный хлеб как для себя и своей ближней братии, так и для бедных прохожих-богомольцев. Кто бы ни пришел в монастырь, уже не уйдет отсюда голодным и без хлеба. Поэтому афонских монахов никак нельзя назвать тунеядцами, ибо вся их организация является глубоко гуманной и проникнута чистым евангельским духом.

Святогорские монахи заслуживают полной поддержки и защиты, как самоотверженные охранители библиотек, богатых различными редкими рукописями и старыми печатными книгами, а также драгоценных архивов, где•

сохраняются старые грамоты (хрисовулы) и другие важные документы. Афонские монахи бережно сохраняют также и другие ценности, являющиеся плодом ума и рук их духовных предков. Они обогатили Святую Гору архитектурными памятниками, в которых сохранились упомянутые драгоценные древности, рукописи, грамоты, художественная и редкая стенопись (фрески, секо) и святые иконы, разнообразная и оригинальная резьба по дереву, священные одежды и сосуды. Все эти предметы, хранящиеся в каждом монастыре, в отдельных скитах и даже келлиях, составляют как бы драгоценные музеи, которые наравне с интересным и своеобразным образом жизни и устройством Святой Горы привлекают внимание как специалистов ученых, художников, так и обычных людей, стекающихся сюда со всех стран света с различными целями: и как смиренные поклонники ее святынь и как любознательные туристы для изучения и осмотра ее достопримечательностей.

Для восточно-православных народов Святая Гора является преимущественным местом паломничества, благодаря большому числу святых мощей и святых реликвий, усердному и непрерывающемуся ни днем, ни ночью богослужению, наконец, и как место для неотвлекаемой мирскими треволнениями молитвы и духовной исповеди. Кроме того, Святая Гора вызывает в душе православных людей трогательное чувство почитания и уважения как их духовная колыбель, как место, где протекала жизнь и подвижническая деятельность их великих просветителей и родоначальников православного монашества, почему Афон и был издревле для православных великой святыней, привлекающей внимание и их предков. Многие православные ревнители благочестия, побуждаемые национальной любовью к своим святым подвижникам, оставались на Святой Горе и этим увеличивали число братии в обителях отдельных православных народов. Таким образом, Святая Гора с самого начала своего существования и до настоящего времени сохранила и сохраняет всеправославный характер. Поэтому православные государства, в лице своих правителей, всегда обильно помогали Святой Афонской Горе. Областные автокефальные церкви всегда ходатайствовали пред своим народом и государственной властью, чтобы эта помощь усиливалась еще и потому, что только на Святой Афонской Горе всецело сохранились полное монастырское богослужение, все степени монашеского обета, анахоретство, настоящее постничество и затворничество в пустынных пещерах. В монастырях, скитах и келлиях и в настоящее время проводится самая строгая монашеская жизнь. Вся Святая Гора и жизнь в ней есть продолжение, или лучше сказать, живая картина средневековья, которую необходимо сохранить как редкое и исключительное явление в мире, специально для православных, наглядное и примерное наставление и обучение монашеской жизни, как источник для оживления и усиления монашества и монастырей у себя, на родине, в кругу своей областной церкви.

Из всего сказанного вытекает, как насущная потребность Православия, необходимость сохранения автономии Святой Афонской Горы и обеспечения ей привилегий в смысле освобождения от таможенных налогов с тем, чтобы было обеспечено также старое устройство в управлении и в ее жизни. А что важнее всего, так это необходимость действовать самым энергичным образом, использовав для этого все средства, чтобы Святая Гора осталась совершенно доступной всем православным народам как для паломнических целей, так и для принятия на ней монашества лицам, которые к тому имеют призвание и желали бы остаться там, отдавшись монашескому подвигу. Святая Гора со времени ее населения всегда была и остается землей полиглотской, «многоязычной», всеправославной. Правда, после нашествия турок, когда на Балканском полуострове постепенно угасали славянские государства, которые раньше помогали греческим свято-горским обителям больше, чем обителям своих соплеменников, греческие монастыри на Афоне стали притеснять 'Славян и отнимать у них земли. С XVI в. хилендарские монахи жалуются русским царям на греческие притеснения и просят их об интервенции, вмешательстве в их дела пред турецким султаном, с целью защитить их имущество. И такого рода вмешательства были нередки. Но все-таки в дальнейших их просьбах часто повторяется мысль, что тяжело живется в Греческой земле и что их притесняют только за то, что они славянского языка. Однако это тяжелое положение славянских монахов смягчалось тем обстоятельством, что греческие святогорские монастыри имели свои метохии и собирали милостыню в славянских и румынских землях. Кроме того, надо иметь в виду посещение паломников и их щедрые пожертвования из славянских земель (особенно большое число богомольцев из России). Для привлечения паломников и получения больших доходов от них (собирались пожертвования на святые мощи, зажигание свечей, записывались имена в помянник и т. д.) каждый из греческих монастырей имел в числе своей братии какого-либо иеромонаха славянина, который исповедывал паломников-славян, был их проводником по монастырю, показывая его святыни и достопримечательности. Все это умеряло греческий шовинизм в отношении к славянам и румынам.

Когда же во второй половине XVIII в. в Европе стало пробуждаться и сильно развиваться национальное движение, местами оно вырождалось в национализм и шовинизм; это нездоровое течение проникло и в среду мирного святогорского монашества. В крайних патриотических и разбогатевших кругах «фанарского» цареградского общества ожила старая греческая мысль, что « м- ;•η Έ/.λην о ;ά fiapo; (кто не грек, тот варвар), а вместе с ней возникло стремление к восстановлению старой Византии, и это желание, как μεγά/.ηίό&α (великая идея) захватила и Вселенскую Патриархию, а через нее и Святую Афонскую Гору. Для этой цели греки воспользовались тем обстоятельством, что Святая Гора, хотя и является мозаикой православных народов, но находится в пределах Греческой земпи, где значительно большая часть монастырей принадлежит грекам. Из 20 монастырей только 3 славянских, а 17 монастырей имеют братию греческой народности. Цареградский Патриарх Самуил I (1763— 1768, вторично был от 1773 до 1774), который формально из православных побуждений, а в действительности из чисто «панэллинистических» стремлений создал из патриаршего вселенского престола в Цареграде восточный Ватикан.

Он добился того, что славянские Автокефальные Церкви, Печская и Охридская, были присоединены к Цареградской Церкви, а эту последнюю подверг известной реформе. Для ослабления влияния на Церковь со стороны великого логофета и других влиятельных нецерковных лиц он учредил при Патриархии постоянный Синод, состоящий из 12 митрополитов, из которых 4 по очереди всегда заседали в Патриархии. Он и духовную власть, честь первенства между игуменами святогорских монастырей,, власть протата заменил соборным управлением двух коллективных учреждений: Кинота (общины), состоящего из избранных на один год, от 20 монастырей представителей, называемых «антипросипами», и Еписдасии, в которую входили один протоепистасий (главный настоятель) и четыре епистата (настоятеля). Но так как греческих монастырей было 17, а славянских только три, то в обоих учреждениях достигнуто было значительное греческое преимущество; но главное то, что в большой группе людей всегда легче найти послушных сторонников и проводников своих узко-национальных стремлений. Эту реформу детально провел в жизнь последователь Самуила I Патриарх Гавриил IV (1780—1789), который в 1783 г. издал новый устав. На практике же это соборное, монашеское правящее, святогорское учреждение продолжало называться протатом. Однако в среде, проникнутой национальной нетерпимостью, проявлявшейся особенно часто в молодом поколении греческого монашества, находились всегда настоящие монахи, которые не были ослеплены национальными стремлениями и которые ясно сознавали, что Святая Гора по существу живет русскими паломниками и их щедрыми дарами и потому радовались и воодушевлялись, видя, как созидаются русскими монашескими обителями новые величественные памятники. Но кроме хорошего и разумного влияния, которое проявлялось в среде греческого монашества, увеличению славянского и румынского населения на Афоне в XIX в. особенно способствовали покровительство и вмешательство России и его дипломатических представителей в Цареграде. Общая защита православных христиан в Турции представителями великих сил в Цареграде имела своим результатом так называемый Джулханский хатишериф (неотложное распоряжение), изданный султаном Абдул-Меджидом в 1893 г. и султанский хатихумаюн (манифест) в 1856 г., каковые документы составляют собой настоящую эпоху в смысле гарантии как свободы вероисповедания, так и развития христианской церковности в Турции. Все это влияло на увеличение монашества негреческих православных наций на Афоне. По переписи перед Балканской войной в 1912 г. там было всего 7500 монахов, из которых 3600 русских, 3200 греков и 700 сербов, болгар, румын и грузин. Русские имели всего только один монастырь, св. Пантелеймона и два отдельных скита: св. пророка Илии и св. апостола Андрея Первозванного (называемого Сарай), и два скита в составе самого монастыря св. Пантелеймона,— Кромицу и Новую Фиваиду; кроме того, русские имели 66 келлий, расположенных на земле других монастырей, а всего имели 71 монашескую обитель.

Большое увеличение русского монашества на Афоне особенно заметно после Крымской войны (1853—1856), когда демобилизованные войска, после пережитых ужасов войны, оставляли мир и наполняли собой как монастыри, находившиеся на Русской земле, так и Святую Афонскую Гору. Вмешательство в Цареграде со стороны представителей иностранных государств имело своим результатом предоставление Святой Горе международного положения.

Русская дипломатия, заинтересованная в таком большом числе своих соотечественников, находящихся на Святой Горе, старалась международными соглашениями защитить автономию Святой Горы и обеспечить существование в ней русских монахов. И на Парижской конференции (1856) решался этот вопрос, а представитель России, граф Н. П. Игнатьев, при составлении Сан-Стефанского договора (1876) внес к ст. 22-й договора дополнение о переименовании русских скитов на Афоне св. пророка Илии и св. апостола Андрея Первозванного в монастыри. Но на это остро реагировала греческая печать, а английский представитель на Берлинском конгрессе (1878) маркиз Солсбери, предусматривая в предложении Игнатьева, как и в ст. 62-й Берлинского договора, политическую тенденцию, выпустив упоминание о трех русских монастырях, предложил следующую редакцию текста Сан-Стефанского договора: «Монахи Афонской Горы в будущем сохраняют свою собственность и прежние преимущества и пользуются все без исключения одинаковыми правами и прерогативами». По предложению итальянского представителя Убри, после слов «монахи Афонской горы» добавлено: «каково бы ни было их отечество».

И турецкая власть и Цареградская Патриархия оставались толерантными в отношении старой автономии Святой Горы и считались с международными постановлениями, касающимися защиты ее и ее жителей. В 1878 г. издан закон о монастырях Святой Горы, по которому всем ее монастырям предоставлено самостоятельное внутреннее управление (ст. 4), но под надзором общины (Кинота). Иностранцы, т. е. лица, не принадлежащие к турецкому государству, но желающие остаться в одном из святогорских монастырей, должны были перейти в турецкое подданство «по особой данной им милости, предусмотренной ст. 4 Закона о подданстве» (ст 8 и 10 Закона о монастырях во Святой Горе). Это совершалось механически в самой Святой Горе. Со стороны турецких властей не чинилось никаких препятствий в вопросе прибытия на Афон как монашеских послушников, так и самих монахов иностранного происхождения, а равно как и в вопросе формального принятия турецкого подданства и принятия монашества.

Но нетерпимость негреческих, а особенно русских монахов на Святой Афонской Горе, в лице некоторых недальновидных людей, принудила даже такого светлого и возвышенного иерарха, каким был Патриарх Цареградский Иоаким III, одобрить 31 октября 1911 г. канонизм, который совершенно ясно показывает, что на Афоне правовое положение греческой народности, невзирая на численное превосходство негреческих элементов (русских, болгар, сербов и румын), во всех отношениях имеет преимущество над этими последними. Распространяемы были, в связи с увеличением числа русских на Афоне, различные интриги о якобы каких-то военно-политических планах России, о генералах в монашеских мантиях, о панславизме и т. д.

После Балканской и Первой мировой войны (1912— 1918), когда Святая Гора вошла в состав Греческого королевства, по отношению к славянам тотчас же, а по отношению к румынам несколько позже, стала применяться полная национальная нетерпимость. Русские эмигранты в то время ни под каким видом не могли прибыть на Святую Гору. Это запрещение вызвано боязнью, чтобы на Афон не был внесен большевизм. Паломники остальных православных народов с большими трудностями получали разрешение на вход на Святую Гору, а монашествующие и послушники, которые бы желали остаться на Афоне, вовсе не получали разрешения на вход туда. Это объяснялось желанием, чтобы постепенно вымерли теперешние братства негреческих обителей, а имущество их перешла бы в греческие руки,— другими словами, желанием полного эллинизирования Святой Горы. Блаженный почивший Патриарх Сербский Димитрий послал было обширное обращение Митрополиту Афинскому, блаженно почившему Хризостому, где изложены были мотивы, какими можно было бы убедить афинское правительство, чтобы оно, руководствуясь собственными национальными и государственными интересами, сняло это запрещение. Результатом этой переписки было то, что греческое посольство в Белграде некоторое время давало визы на Святую Гору тем лицам, за кого ходатайствовал Патриарх Сербский, но и эта процедура тянулась очень долго и связана была с различными трудностями. Но явилась и другая еще большая опасность. Некоторые «свободоумные» элементы в Афинах, во главе с тогдашним министром Папа Анастасиу, приготовили проект закона, по которому все свято-горские монахи должны быть собраны в несколько монастырей, где должны оставаться до своей смерти; новые же пострижения на Святой Горе должны быть запрещены и грекам, а полуостров должен быть свободным для жизни на нем и женщинам. Вообще, Афон должен быть превращен в туристическое и курортное место с мировым игорным домом в нем, т. е. Афон надо превратить во второй Монако. Вмешательством Цареградской Патриархии, а также греческих местных видных политических деятелей и настоящих афонских монахов эта опасность прошла мимо Святой Афонской Горы. Виднейшие афонские монахи обращались тогда к славянским монастырям с просьбой, чтобы они через своих представителей в Афинах или какими-либо другими путями спасали Святую Гору от полного уничтожения.

После тяжких потрясений, которые принесла миру Германия своей дикостью, поправ своим гитлеровским вандализмом все права, мораль и традицию, после потрясений, которые коснулись и Святой Горы, кто знает, что еще может случиться с ней. если новым международным договором о мире не будет обеспечено ее существование. Поэтому следует теперь же попросить областные Православные Церкви, которые имеют на Афоне свои народные монашеские обители, равно как и благорасположенную к Православию Англиканскую Церковь, оповестить правительства своих государств о том, что такое Святая Афонская Гора и чтобы они своим представителям на конгрессе, который будет решать вопрос об условиях мира, дали директивы о том, что новым соглашением о мире должны быть сохранены международная защита Афона и всеправославный, по народностям монахов, характер этой монашеской области. А именно:

1. Защитить на Святой Горе внутреннюю духовную автономию и прежние порядок и способ управления и жизни в ней;

2. Предоставить и отдельным монастырям, скитам, келлиям и пустыням внутреннее самоуправление, конечно, с правом Кинота, монашеской общины, на духовный и канонический надзор;

3. Паломники, ученые исследователи, туристы, все только мужскою пола, могут свободно посещать монашеские святогорские обители как для молитвы и поклонения святыням, так и для научных работ;

4. Монашествующих и монастырских послушников, которые выразили желание отправиться на Афон с целью вступить в число братии одного из святогорских монастырей, пропускать на Святую Гору беспрепятственно, не взирая на их народность и Прежнее подданство, если, конечно, предъявят исправные документы о своем поведении и благонадежности;

5. Если по уже существующим законам греческого государства необходимо и монахам других народностей принимать греческое подданство, тогда и эту формальность должны будут исполнить поступающие монахи. Только никакие препятствия в пополнении братства славянских и румынских обителей новыми монахами, не должны иметь места. И в политических интересах самого греческого народа, чтобы сохранялось это важное, связующее со всеми православными народами, звено;

6. Должны быть сохранены и все старые привилегии в смысле освобождения от таможенных налогов на ввозимые, в нужном количестве, продукты питания и другие предметы, необходимые для монашеской жизни. Что касается гражданского управления и судебных дел гражданской природы, Святая Гора и в дальнейшем должна быть подведомственна греческим государственной власти и судам;

7. Имея в виду всеправославный характер Святой Афонской Горы, для установления догматическо-канонического единства и поддержания авторитета Вселенской Цареградской Патриархии, которая в современной Турецкой республике принижена, необходимо какими-либо мерами и постановлениями международного характера признать традицию и правила, по которым Святая Афонская Гора и каждый из ее монастырей, в смысле духовной власти, остаются в ставропигиальной зависимости от Цареградской Вселенской Патриархии, невзирая на то, что-1 территориально находятся в пределах Автокефальной Греческой Церкви.

Архимандрит Мефодий: Мой доклад повторяет в некоторых местах то, что изложено в докладе Преосвященнейшего Вениамина, поэтому я постараюсь его несколько сократить (читает доклад от Болгарской Церкви: «О положении славянских монастырей на Афоне»).

Христианский Афонский монастырь в течение своего существования последовательно входил в состав Византии, Латинской империи, Турции и Греции. В соответствии с этим историю Афона можно разделить на 4 периода: византийский, латинский, турецкий и греческий. Вместе с тем надо иметь в виду, что Афон находился почти всегда под юрисдикцией Вселенского Константинопольского Патриарха, за исключением краткого времени, когда он представлял особую автокефальную церковную область.

I. Византийский период. Этот период обнимает время на протяжении Средних веков. В истории Афона он является самым благоприятным временем для процветания монашеской жизни на Святой Горе. В это именно время Афон получает облик всеправославного места, где находят условия для интенсивной духовной жизни отшельники всех православных народов. В это именно время возникают большие монастыри негреческой национальности: болгарский Зограф, грузинский Ивер, русский Руссик (древний) и сербский Хилендарь. В 670 г. император Константин IV Погонат возбраняет поселение мирян на полуострове, предоставляя его только для монахов. В 912 г. Константин VIII (VII) Багрянородный указом освобождает все афонские обители от гражданских и церковных налогов. Это подтверждает в 1091 г. и Алексий Комнин. Сей последний император сделал нечто гораздо большее. До тех пор Афон был подчинен Вселенскому Патриарху. Указом от 1095 г. император изъял Святую Гору из-под власти Патриарха и объявил ее неподчиненной никакому епископу. Таким образом, в продолжение почти двухсот лет Афон представлял особую монашескую автономную республику [12].

II. Латинский период. В 1204 г., когда Царьград пал под властью крестоносцев четвертого похода, Афон был захвачен латинянами и насильственно подчинен Римскому папе. Папа Иннокентий III сохранил лично за собой весь Афонский полуостров, послав туда в качестве своего наместника специального комиссара с поручением, чтобы он немедленно обратил всех монахов в католичество, а нежелающих уничтожил бы. Начался жестокий террор. К счастью, болгарский царь Калоян разбил и пленил латинского императора Балдуина под Адрианополем. Следующий болгарский царь Иван Асен II в 1218 г. очистил Афон от латинян и тем дал возможность обителям вздохнуть свободно и отдаться мирной жизни. Но это продолжалось недолго. Греки, болгары и сербы попеременно враждовали между собою. В 1267 г. византийский император Михаил VIII Палеолог, желая получить военную помощь против надвигающихся на империю османских турок, дал обязательство подчинить всю Православную Церковь Римскому папе, что и было сделано на Лионской унии 1274 г. Возмущение всего православного народа на Востоке не имело границ, и безумный император был предан анафеме. В борьбе с Михаилом первое место занимали афонские обители, почему они вызвали жестокий гнев Михаила и его союзников.

В октябре 1276 г. на Афон прибыло несколько отрядов католиков и византийцев-отступников, которые потребовали, чтобы все монастыри под страхом смерти немедленно признали папу. Великая Лавра св. Афанасия первая подчинилась требованиям. Ее руководители продались за деньги. Они считали, что остальные обители легко сдадутся по ее примеру. Однако монастыри Зограф, Ивер и Ватопед на требования врагов ответили полным отказом, за что и были разрушены до основания. 26 заграфских мучеников погибли в пламени. Ватопедские монахи были повешены. Иверские были брошены в море. Все монахи, живущие около Кореи, пошли под нож жестоких поработителей. Вслед за этим погибли от огня русский и сербский монастыри, от которых остались только каменные башни. Погибло бесчисленное множество литературных памятников и афонских святынь [13]. Один западный современник свидетельствует, что с Балканского полуострова латинянами было вывезено на Запад 400 телег с книгами.

Афон был освобожден от латинян в 1313 г. В течение нескольких десятков лет после этого он переходил то к грекам, то к сербам, пока в 1371 г. им окончательно не овладели турки.

III. Турецкий период истории Афона является сравнительно благоприятным для развития монашеской жизни. Монастыри платили турецкому государству небольшую подать, но пользовались большой внутренней свободой, даже правом употреблять колокольный звон, что было запрещено христианам во всей остальной османской империи. Вследствие частых войн и восстаний на Балканах посещение Святой Горы паломниками было весьма затруднительно. Это обстоятельство не могло не отразиться на материальном благосостоянии афонских обителей, многолюдные братства которых рассчитывали на более постоянный вклад от благочестивых паломников.

Посему взор афонских обителей невольно устремлялся к единственной могущественной покровительнице Святого Православия в то время — России. В продолжение трех веков — XVI, XVII, XVIII — более 50 раз большие афонские монастыри посылали своих делегатов за сбором пожертвований в Россию. Здесь их встречали с исключительною любовью, часто их принимали сам царь и патриарх, и им давалось разрешение собирать пожертвования по всей Руси. Проведя таким образом здесь несколько лет, делегаты возвращались на Афон с золотом и драгоценными вещами.

Был однажды и такой случай. В мае 1625 г. приехала в Москву делегация от Ватопедского монастыря, принятая сначала царем Михаилом Федоровичем, а затем и Патриархом Филаретом Никитичем. Просьба делегатов, состоявшая в том, чтобы русское государство взяло на себя долг Ватопедского монастыря, была благосклонно услышана. Царь и патриарх уплатили весь долг. Исполнив таким образом успешно свою миссию, ватопедские монахи должны были уехать обратно. Но Литва, Польша и Молдавия были в разгаре междуусобной войны. Путь через них в Европу был закрыт. Тогда русский царь отправил греков через Архангельск специальным кораблем в Англию. Интересно по этому случаю письмо русского царя к английскому королю от 8 июля 1625 г.:

«...мы, Великий Государь, тех гречан пожаловали нашим жалованием и, дав им милостыню по достоинству, отпустили их к морской пристани, и от Архангельска ведено отпустить их морем на ваше Английское государство, длЯ того, что им на иныя государства проехать не можно: в Польской и Литовской земле неистовство многое, и не пропускают и тесноту им чинят многую. И как те греческие старцы в Английскую землю придут, и вам бы, брату нашему любительному, для нашей государской любви, велеть тех гречан отпустить в их землю не. задержав, и в путном их шествии велеть им подать руку помощи, как возможно и достойно. А мы, Великий Государь, вам, брату нашему, по тому же будем воздавать нашею государскою любовью, где будет пригоже и возможно...» [14]

В XVIII и особенно XIX в. отмечается все большее и большее укрепление связей между Афоном и Россией. Можно сказать, что будучи номинально под турецким политическим господством, Афон фактически находился под крепким и щедрым покровительством православного царя. Так, когда в 1821 г. вспыхнуло большое греческое восстание, в котором приняли участие и несколько афонских монахов, разъяренный султан Махмуд II хотел уничтожить все святогорские монастыри, для чего послал туда четырехтысячное войско. Только энергичное вмешательство императора Александра I спасло Афон от разорения. Но тогда как политическое вмешательство России в судьбы Афона было нужным только в редкие исключительные моменты, материальная русская помощь святогорским обителям сделалась до такой степени постоянной, что без нее теперешнее состояние афонских монастырей было бы абсолютно невозможным. Только благодаря щедрому притоку русских даяний были воздвигнуты монументальные здания теперешних больших монастырей. Почти каждый день большое число русских паломников прибывало на Святую Гору. Русское золото изобильно текло туда. Великолепные монастырские здания, дивные храмы, снабженные великолепной утварью — сосудами, драгоценными Евангелиями, иконами, книгами, ризами — все это является жертвенным приношением любящего Бога русского сердца.

К сожалению, чем более Россия была благосклонной и щедрой к нуждам Афона, тем более последний в лице своих начальных обитателей, греков, оказывался неблагосклонным к своим благодетелям. Причина этого кроется в том обстоятельстве, что параллельно с возрастанием русского культурного влияния на Святой Горе, возрастало и численное преобладание русских монахов над греческими. У греков, привыкших смотреть на себя, как на древнейших насельников Святой Горы, как на владетелей многочисленных и богатейших монастырей, естественно появлялась некоторая зависть, которая незаметно переходила в явную враждебность к русским и ко всем славянам. Возрастание русского культурного влияния на Афоне совпадает с возникновением Болгарского церковного вопроса, главные деятели которого с болгарской стороны, как известно, были воспитанниками Афона. Это обстоятельство в значительной степени способствовало увеличению неприязненного отношения греков ко всему славянскому, в частности к славянским книгам. В это, именно, время было предпринято уничтожение славянских рукописей, находящихся в большом количестве в греческих монастырях на Афоне. Я не буду описывать это явление. Оно в науке бесспорно удостоверено такими авторитетами, как Барский и Григорович, дважды посещавшие Афон.

Параллельно с численным ростом русских и вообще славянских монахов на Афоне возникал и вопрос об их участии в Общем управлении Святой Горы. Уже ко второй половине XIX в. одни только русские монахи превышали по численности греческих монахов. Для примера укажем на данные 1912 г. Число афонских монахов по национальностям распределялось так: [15]

русских 3615

греков 3207

болгар 340

румын 288

сербов 252

грузин 52

Итого 7754

Видим, русские вместе с остальными негреческими монахами превышают по численности греческих монахов более чем на 100 человек.

Сравним теперь их участие в Общем управлении Афона. Как известно, с XVII в. и до нашего времени вся территория Афонского полуострова поделена между 20 монастырями, называемыми царскими или патриаршими. Из них 17 монастырей греческие, 1 русский, 1 болгарский и 1 сербский. Каждый из этих монастырей в Общем управлении (Иера Кинотис) имеет своего представителя — антипросопа. Кроме этих больших 20 монастырей на Афоне есть еще несколько сот монашеских обителей, называемых скитами, пустынями и келлиями. Они не имеют своей территории, а существуют на территории какого-нибудь монастыря по договору на известный срок и за определенную плату. Келлии, пустыни и скиты находятся в известной зависимости от монастыря, на территории которого существуют, и не имеют права участвовать в Общем управлении. Таким образом, греческий элемент, составляющий меньше половины всех обитателей Афона, в Общем управлении имеет 17 представителей, а остальные национальности, превышающие греков по числу, имеют только три представителя! Получается такой курьез. Русский скит «Св. ап. Андрея Первозванного», или называемый также «Серай», с братством из 800 человек, не имеет права на участие в Общем управлении, а господствующий над ним греческий монастырь «Ватопед» с братством из 200 человек имеет это право. Или: русский Ильинский скит, имеющий братию из 400 человек, не может иметь представителя в Общем управлении, а стоящий над ним греческий монастырь Пантократор, имеющий сотню монахов, имеет это право. Есть даже целый ряд русских келлий с братством, превышающим численно братства соответствующих монастырей, но при таком соотношении представителей в Общем управлении решения его всегда выносятся в пользу греков. Для примера укажем на следующий факт.

Есть на Афоне русская келлия «Воздвижение Креста Господня», называемая «Крестовоздвиженской», на восточном склоне Святой Горы, в 35 км южнее Кореи, в очень красивой местности. В древнее время эта келлия была греческой. 150 лет назад она пришла в полное запустение. Тогда русские монахи купили это место у греческого монастыря Каракалл. С большими трудами русские воздвигли на месте руин целую лавру: трехэтажное здание с великолепной церковью. Братство ее достигло 130 человек, приобретает собственное подворье в Константинополе, покупает недалеко от Иерусалима Фаранскую Лавру, основанную преп. Харитоном, также недалеко от Бейрута монастырь Св. Илии, в которые выделяет чело-Век 50 от своего братства. Каракаллский монастырь не разрешил Крестовской обители иметь свою пристань, хотя эта обитель находится недалеко от морского берега.

И, вот, однажды в Крестовскую обитель был пожертвован и послан из России большой колокол. Прибыл колокол на пристань Каракалла. Каракаллские монахи конфисковали колокол и отвезли его в свой монастырь, так как будто бы такой колокол прилично иметь монастырю, а не келлии. Напрасно русские обращались к Общему управлению за правдой. Они ее не получили. Колокол, на котором есть надпись, что он пожертвован русской Крестовской келлии, и доселе находится на Каракаллской колокольне. Всякий раз, когда он загудит и оглашает юго-восточные долины Афона, крестовские монахи, число которых в настоящее время дошло до 15, испытывают скорбь и страдания от небратского к ним отношения греков... [16]

Но это не все. Напугавшись внушительным возрастанием русского влияния на Афоне, некоторые греческие шовинисты дошли до такой дерзости, что затеяли настоящий судебный процесс об отнятии русского Пантелеймонова монастыря от русских, утверждая, будто бы он «незаконно захвачен» русскими «колонистами». Это кажется невероятным, однако это факт. Эта печальная история закончилась посрамлением ее инициаторов в 1878 г., при заключении предварительного мирного договора в Сен-Стефано между Россией и Турцией. По требованию русского правительства Вселенский Патриарх Ан-фим специальным указом (Сигиллион) в 1878 г. объявил, что возводит русские скиты Андреевский и Ильинский в монастыри, равноправные с остальными 20-ю с правом на участие в Общем управлении. На основании этого указа в 22-й статье Сан-Стефанского договора была предусмотрена соответствующая статья в том же смысле.

Но греческие шовинисты не остались спокойными и решились действовать в дальнейшем, вопреки воле Вселенского Патриарха. Для того, чтобы подорвать значение Сан-Стефанского договора, греки послали делегатов во все европейские страны с целью пропаганды против России. Опираясь на информацию, полученную от этих делегатов, английский лорд Солисбери стал убеждать европейское общественное мнение, что Россия имеет «стратегические цели» на Афоне. Исходя из факта, что два русских офицера приняли монашество на Афоне, Солисбери уверял, что под прикрытием рясы эти офицеры формируют на Афоне «русские гарнизоны». В результате, как мы знаем, на Берлинском конгрессе Сан-Стефанской договор был аннулирован, русское требование о возведении Андреевского и Ильинского скитов в монастыри не было признано. Вместо того в Берлинском трактате появилась специальная статья 62-я, которая гласила:

«Афонские монахи, каково бы ни было их происхождение, сохраняют свои владения и пользуются, без всякого исключения, полным равенством в правах и преимуществах».

Этим было узаконено фактическое старое положение бесправия для многих славян на Афоне.

Таково было положение Афона до 1912 г., когда балканские государства Болгария, Сербия, Греция и Черная Гора объявили войну своему исконному врагу Турции. Вскоре после этого, как победоносные союзные армии освободили всю Македонию и Фракию, освобождена была и Святая Гора от турецкого владычества. Естественно, возникал вопрос о ее будущем. По одному проекту России, одобренному посланниками воюющих держав в Петербурге, будущее управление Святой Горы должно было находиться под покровительством шести православных государств: России, Греции, Румынии, Болгарии, Сербии и Черной Горы, для чего должна была быть учреждена комиссия из представителей этих государств. Конечно, этот проект стал известен и так как он не был угоден греческим шовинистам, они снова начали свою пропаганду. Делегация греческих афонцев явилась в Афины с требованием о присоединении Афонского полуострова к греческому королевству, а также изъять Святую Гору из юрисдикции Вселенского Патриарха и передать в юрисдикцию Синода Элладской Церкви. Началась печатная кампания в газете «Екклисиастикос Кирикс», в которой писалось открыто против России. Вследствие этого Россия приняла репрессивные меры против интересов греческих афонских монастырей, имения которых в Бессарабии были отняты и им запрещалось приезжать в Россию за пожертвованиями. Посоветовавшись между собою, греческий премьер-министр Венизелос и Вселенский Патриарх дали русскому посланнику в Константинополе следующий ответ:

«Патриархия присоединяется вполне к проекту, по которому полуостров Афон должен сохранить свое автономное положение под руководством шести держав. Патриархия всеми силами будет против того, если какое-нибудь государство, будь это даже Греция, будет домогаться захватить себе Святую Гору, которая является одинаково священной для всех православных государств» [17].

IV. Но как раз в это время, когда казалось, что по этому вопросу достигнуто желанное согласие, обстоятельства неожиданно изменились. 2 ноября 1912 г. эскадра греческих торпильоров под командой адмирала Павлос Кундуриотис высадила на афонский берег отряд солдат и офицеров, которые заняли Афон. С этого дня начинается греческое владычество на Святой Горе. В присутствии делегатов от Кинотиса адмирал Кундуриотис прочитал декрет от имени греческого короля, по которому владычество турок объявляется конченным и Афон присоединяется к землям Греческого королевства. Декрет гарантировал монахам внутреннюю свободу, требуя от них, чтобы они продолжали платить новому правительству такую же подать, какую платили туркам. «Всякий акт,— заканчивался декрет,— направленный против общественной безопасности полуострова, против королевского флота и его экипажа или против интересов Греции, подлежит суду военного трибунала, который может вынести и исполнить в 24 часа смертный приговор» [18].

Таким образом, усилия России приобрести права для славянского элемента на Афоне не увенчались успехом вследствие противодействия Греции. Как известно, Балканская война кончилась Бухарестским договором 28 июля 1913 г., в котором совершенно отсутствует упоминание о Святой Горе.

Вскоре после этого вспыхнула европейская война, из которой Греция вышла победительницей, но честолюбие некоторых ее политических мужей привело ее к катастрофе в несчастной для нее войне с Турцией. Эта неудачная война имела важные последствия для афонских монастырей, ибо их имущество, находящееся вне Афона, было отнято и роздано греческим беженцам из Малой Азии. 123-я статья Севрского договора, заключенного 10 августа 1920 г., говорит об Афоне: «Греция обязывается признавать и хранить традиционные права и свободы, которыми пользуются негреческие монашеские общины на Афоне, согласно 62-й статье Берлинского трактата от 13 июля 1878 г.»

Севрский договор исполнение выше прочитанного текста ставил под контроль Совета Лиги Наций, каждый член которого мог вносить в Совет предложение о принятии некоторых мер против Греции за нарушение с ее стороны этого пункта.

Конечно, все это осталось писанным только на бумаге. По смыслу всех международных и канонических постановлений о Св. Горе, ее монахи, безразлично какой они национальности, никогда не рассматривались как обыкновенные жители или подданные того государства, в пределах которого находился Афон. Они всегда составляли отдельную самостоятельную монашескую республику, вполне автономную в своей внутренней жизни. Но в 1926 г. греческое правительство издало закон, в силу которого все афонские монахи, независимо от их национальности, считаются подданными греческого государства.[19] В силу этого закона в афонские монастыри не может быть принято лицо, не имеющее греческого подданства. А для того, чтобы лицо негреческой национальности могло получить право на греческое подданство, оно должно прожить в Греции не меньше 10 лет, причем сведения о нем в полиции должны быть благоприятными. Этим законом Греция фактически запретила въезд и поселение славян в славянских монастырях на Афоне, чем грубо нарушены все вековечные свободы этого Всеправославного края и все международные постановления о нем. Приложение этого закона дало пагубные последствия для славянских монастырей на Афоне, ибо за период от 1912 г. до сегодня славянский элемент там уменьшился на 80% —от 4300 монахов славян в 1912 г. сейчас там осталось не более 500 человек, и все они преимущественно дряхлые старики. Скрытая цель этой политики состоит в том, чтобы дать грекам завладеть славянскими монастырями, после того, как славянские монахи вымрут. Не имея терпения ждать этого момента, греческие шовинисты пробовали снова поднять вопрос о русском Пантелеймоновом монастыре. Как мы сказали выше, первый шаг в этом отношении был сделан в прошлом столетии, но тогда этот слух, что монаcтырь св. Пантелеймона «захвачен» русскими незаконно и что его следовало возвратить грекам, исходил из неавторитетных кругов и не имел общественного значения. Теперь же, в 1926 г., этот вопрос был официально поднят греческим министерством иностранных дел; министерство разрешение этого вопроса возложило на специальную комиссию из греческих ученых, профессоров и специалистов. Эта комиссия имела следующий состав: проф. Гамилькар Аливизатос, проф. Дм. Петракакос, проф. Стефанидис, проф. Папандопуло и Грекас. Казалось бы, что в этом нет ничего особенного: комиссия из компетентных специалистов занимается вопросом, поднятым некоторыми неумеренными патриотами-шовинистами, чтобы доказать им, что «напрасно они ищут теленка под волом», как говорит наша болгарская пословица. Но вышло не так. К большому прискорбию и стыду, эта ученая комиссия успела найти теленка под волом. В специальном докладе, напечатанном под заглавием: «Внимание к Святой Горе» (Ιΐροαοκή εις το Άγιον "Ορο;) ('εν Αθήναις, 1926) комиссия утверждает, что монастырь «Св. Пантелеймон» в древнее время был назван монастырем россов, так как будто бы был основан группой монахов из далматинского города Росса. В первый раз будто бы русские монахи были допущены в этот монастырь в 1834 г. как гости; но будто бы этим гостям пришла в голову мысль использовать случайное совпадение в названии «Ή μονή των Ρόσσων» — монастырь руссов (россов) и постепенно утверждать мнение, что этот монастырь из древности был русским. Таким образом, о далматинских россах будто бы совершенно было забыто и русские к 1875 г. взяли власть в монастыре в свои руки и присвоили его себе. Следовательно, заключает комиссия, этот монастырь, который был греческим и неправильно и незаконно захвачен русскими, следует возвратить грекам.

В ответ на эти выводы ученых греков русский профессор в Белграде А. В. Соловьев издал специальную книгу: «История русского монашества на Афоне» [20].

Известно,— пишет он,— что греческие ученые недостаточно осведомлены о всем, что касается славянства. Но в данном случае не надо удивляться их невежеству, а скорее надо притти в ужас от их пристрастия. Конечно, такие ученые, как Петрокакос и Аливизатос, не могли не знать, если не о книге «Акты русского на Св. Афоне монастыря Св. Великомученика и Целителя Пантелеймона», изд. в 1873 г., в которой напечатаны все греческие и славянские акты в оригинале, то хотя бы о книге Филоматиса о том же монастыре на греческом языке; переведенной и на французский язык: Opuscule sur la question du couvent de 1 St.-Panteleimon au Mont-Athos par un ami de la verite; (traduit du grec), Constantinople, 1874, написанной по поводу первого обвинения русских в незаконном присвоении монастыря Св. Пантелеймона, в которой содержатся подробные выдержки из этих актов. «Но любопытно,— продолжает Соловьев,— что тогда, в 1872 г., никому и не приходило в голову о каких-то далматинских россах. Честь этой гипотезы принадлежит ученой комиссии 1926 года».

Проф. Соловьев, на основании бесспорных исторических данных, доказывает, что далматинский город Росса был в 841 г. уничтожен сарацинами и с того времени история ничего о нем не знает, так что абсолютно исключено, чтобы 300 лет спустя этот несуществующий город мог дать имя новооснованному монастырю Св. Пантелеймона. Этот абсурд опровергается еще и следующими фактами.

В XI в. русские имеют свою обитель на Афоне. Это — обитель «Святыя Богородицы-Ксилургу» — существующая как русская и до сего дня. В ней, по преданию, жил после пострижения преп. Антоний Печерский и оттуда он принес «благословение Святой Горы» в Киев. В 1169 г. братство русских монахов в этой обители было так многочисленно, что монастырь стал тесен. Тогда, по решению Общего управления, русским уступили второй монастырь, а именно запустевший и дошедший до разорения монастырь Св. Пантелеймона, основанный когда-то каким-то выходцем из Солуни. В официальном акте сказано, что этот монастырь дается русским с тем, «чтобы они его восстановили и воздвигли в подобие крепости, и да будет населен многими людьми, работающими Богу». В этом же акте сказано, что эта обитель передается русскому игумену Лаврентию и его братии на все последующие времена, чтобы они владели ею подлинно и по существу (άί)ι)3ντ!*ώ;καί έξονσιαστιχω;). Взамен этого русские обязывались уплатить долг Центрального Управления в 30 золотых перперах, что и было исполнено. Такое приобретение монастыря Св. Пантелеймона русскими было абсолютно законно. Этот монастырь находился недалеко от обители Святыя Богородицы-Ксилургу. В нем был пострижен первосвятитель Сербской Церкви св. Савва. Этот монастырь существует и днесь под названием старый или древний Руссик.

В 1814 г. русские купили, с согласия Общего управления и благословения Вселенского Патриарха место нового Русика или теперешнего монастыря Св. Пантелеймона на юго-западном берегу моря и в течение нескольких десятков лет воздвигли здесь величественную лавру, которая и колет глаза грекам. Кроме этого великого монастыря русские имеют на Святой Горе 3 больших скита: Андреевский, Ильинский и Богородичный Ксилургу и около 36 келлий. Болгары имеют 1 монастырь и 10 келлий, сербы также 1 монастырь и 10—12 келлий, румыны имеют большой скит Св. Иоанна Предтечи и несколько келяий. Славянское монашество на Афоне существует, по бесспорным данным, (еще с IX в. Афон безусловно обязан многим славянскому и в особенности русскому влиянию) [21]. Вот почему создавшееся теперешнее положение, при котором славянам закрыт на Афон доступ, а также лишение славянского элемента права участвовать в Общем управлении пропорционально его числу является для него тяжелым притеснением со стороны греческой власти. Великую заслугу будет иметь перед Афонским монашеством и перед Богом тот, кто сможет гарантировать для славянских афонских насельников ту свободу и те права, какие отвечали бы евангельскому духу братской любви.

Голос с места: Какие есть практические возможности оказать помощь?

Архимандрит Мефодий: Я имел разговор с Митрополитом Николаем, который дал мне следующий совет: мы могли бы по-братски попросить Вселенского Патриарха и Эллинский Синод, чтобы они сделали все зависящее для того, чтобы, во-первых, всем негреческим православным, желающим поступить в Афонский монастырь, была дана эта возможность без ограничения. Если нужно соблюдать формальность, например, принять греческое подданство, чтобы это делалось без затруднений. Во-вторых, можно высказать братскую просьбу перед Вселенским Патриархом и Эллинским Синодом, чтобы реформировать порядок управления на Афоне, согласно современным демократическим принципам, и чтобы дать возможность афонским монахам участвовать в Общем управлении пропорционально их численности по происхождению. И таким образом, чтобы прошлое положение, по которому в управлении участвуют только 20 монастырей, было изменено. Многие монахи не греческого происхождения по существующему порядку не могут участвовать в Общем управлении, что является неправильным.

Митрополит Скоплянский Иосиф: Насколько мне известно, Патриарх Московский и всея Руси Алексий отправил письмо Афинскому Митрополиту, в котором просил обратить внимание на принципы справедливости, которые должны существовать на Афоне. С этим письмом надо было бы обратиться к Цареградскому Патриарху, потому что Афинская Церковь не имеет тех прав, которые принадлежат Цареградскому Патриарху. Получен ли ответ на это письмо, мне неизвестно.

Мы в своем докладе поставили семь вопросов, если желательно, можно поговорить отдельно по каждому. Мы исходим из того, что надо действовать не только через греков, а и через другие Афтокефальные Церкви и правительства, чтобы обеспечить хотя бы то, что имело место в древности. Если бы этого добились, было бы хорошо.

Другое дело, будет это демократично или недомократично. Монахи должны в основу устройства жизни поставить вселенские предписания, как было в древности на Святой Горе.

Может быть, об этом рано говорить, но все-таки кажется, что кто-нибудь должен гарантировать, чтобы Святая Гора была в своей внутренней жизни самостоятельна, чтобы монастыри имели внутреннюю свободную жизнь.

Здесь есть албанский представитель. У вас на Святой Горе есть маленький монастырь около Котловуша и вы должны что-нибудь предпринять. Грузины имеют также там свой монастырь, но их выгнали и дело на этом кончилось. Сейчас оттуда выгоняют нас славян и в особенности русских.

Председатель: В настоящее время 13 афонских монахов — 6 русских и 7 болгар — сидят в тюрьме. Их судили за сотрудничество с германцами. Между тем это сотрудничество выражалось в следующем. Когда Греция была оккупирована германцами, монахи имели возможность приезжать в Болгарию за продуктами. Они получали помощь от нашего Синода, от Красного Креста и от правительства. Они на эту помощь покупали провизию и возвращались на Афон. В этом и все их «сотрудничество» с германцами. Один из болгарских монахов убит, остальные осуждены на 2—3—5 лет. Игумен Заградского монастыря сидит в тюрьме. Сам Заградский монастырь обворован. Греки забрали все золотые кресты.

Я это говорю для того, чтобы было яснее положение наших монахов. Словом, используются всякие обвинения, чтобы не допускать славян на Афон.

Я вполне разделяю предложение Сербской Церкви, что нужно действовать через Автокефальные Церкви и правительства православных стран. Но вместе с этим главное надо действовать на Эллинскую Церковь, которая может оказать влияние на греческое правительство, в руках которого находится Афон.

Архиепископ Астраханский Филипп: Мы должны обратиться с деликатной просьбой в Константинополь.

Митрополит Ефрем: Полезно послать письмо Архиепископу Кентерберийскому и также попросить его содействовать в этом вопросе.

Митрополит Скоплянский Иосиф: Я просил бы присутствующих высказаться по каждому из семи наших предложений.

Читаются предложения по пунктам. Шесть предложений принимаются единогласно, а седьмой отклоняется.

Председатель: Предлагаю образовать комиссию в составе архимандрита Мефодия, епископа Вениамина, архиепископа Филиппа, чтобы сформулировать эти предложения в виде резолюции.

Возражений нет? Принимается.

Архиепископ Филипп: Необходимо высказать пожелание от лица нашего Совещания обратиться по этому вопросу к Главам Церквей, чтобы они через свои правительства оказали соответствующую помощь Афону, а также обратиться к Архиепископу Кентерберийскому.

Проф.-протоиерей Петр Винтилеску: Вопрос о внутренней жизни монашествующих на Афоне был представлен исключительно славянскими Церквами. Поэтому мы не понимаем, почему не сообщили о том, что этот вопрос стоит на повестке, и не пригласили нас принять участие в его обсуждении. В заключение должен сказать, что я согласен со всеми предложениями, которые выставила Сербская делегация.

Председатель: В программе, выработанной Русской Церковью и посланной другим Церквам, этого вопроса не было, но было указано, что братские Церкви могут сами предлагать вопросы для обсуждения на Совещании. Наша Церковь сообщила о том, что предлагает поставить этот дополнительный доклад.

Митрополит Скоплянский Иосиф: Предлагает просить Румынскую делегацию принять участие в окончательной выработке резолюции по этому вопросу.

Проф.-протоиерей Петр Винтилеску: Наша делегация изъявляет желание принять участие в работе комиссии.

Председатель: Как я уже сказал, в начале Совещания, вчера мы имели возможность достигнуть согласия по вопросу о календаре. Проект резолюции по этому вопросу сейчас огласит секретарь нашей комиссии.

Доцент А. И. Георгиевский (Оглашает резолюцию по вопросу «О церковном календаре»).

Архиепископ Филипп: По последнему пункту надо учитывать, что в некоторых Церквах есть православные приходы, в которых празднуются праздники и совершается богослужение по старому стилю.

Митрополит Серафим: В Африке в двух местах в пределах Александрийского Патриархата есть два русских прихода, которые не могут праздновать по новому стилю. Им нужно обеспечить свободу в этом отношении. Александрийский Патриарх держится несочувственно к ним, покушается забрать храмы, хотя они построены на русские деньги. При таком положении будут конфликты.

Председатель: По этому вопросу я был вызван к Высокопреосвященнейшему Николаю, Митрополиту Крутицкому, у которого просил совета. Он сказал, что Святейшим Патриархом дано было распоряжение в том виде, как это сказано в резолюции.

Архиепископ Филипп: Я предлагаю слово «обязательно» заменить словом «желательно».

Проф.-протоиерей Петр Винтилеску: Мы не можем, конечно, думать, что наше Совещание имеет универсальный характер. Все то, что мы принимаем, имеет рекомендательный характер. Применение этого постановления будет производиться в зависимости от местного собора. Но это пункт, к которому мы должны стремиться для православного объединения.

Председатель: Наша резолюция будет приниматься и обсуждаться на пленарном заседании, которое может внести изменения.

Нашему собранию предлагается резолюция в таком виде. Если будет угодно, прошу поднять руки «За».

Принимается единогласно.

Третьим вопросом нашей повестки является доклад «Об унификации в служении и в обрядах». Слово для доклада «О различиях в служении и обрядах в разных Автокефальных Церквах» предоставляется епископу Вениамину.

Епископ Вениамин (читает доклад «О различиях в служении и обрядах в разных Автокефальных Церквах»):

В Православной Церкви, особенно в церквах греческой и восточных, существует много разнообразных архиерейских служебников, изданных в течение последних полутораста лет. Так как эти издания отличаются большими разногласиями и нарушают единообразие в совершении разных богослужебных чинов и священных обрядов, то делегация Сербской Православной Церкви, в целях установления единообразия в богослужении, имеет честь представить настоящему Священнейшему Собранию отцов Православной Церкви, на рассмотрение и вынесение своего суждения, нижеследующие вопросы:

1. На основании греческого чина хиротонии во епископа, а также и южнорусских чинов, которые однообразны с практикой Сербской и Болгарской Церквей, считаем необходимым для хиротонии архиерея сохранить существующую до сего времени практику, а именно: при пении установленных тропарей совершать с рукополагаемым троекратное обхождение вокруг святого престола, имеющее свой символический смысл. Если обхождение вокруг святого престола совершается при хиротонии во диакона и пресвитера, то мы не видим никаких оснований для его опущения при хиротонии в высшую степень священной иерархии, тем более, что такого рода опущение произвело бы как в среде верующих сербов, так и среди болгар и греков впечатление, что такого рода чину архиерейской хиротонии не хватает чего-то важного.

2. Во время пения «Иже Херувимы» предписывается возлагать малый омофор, который архиерей имеет на плечах и во время вынимания частиц на проскомидии. Существующая ныне практика в Православных Церквах различна. Так, например, у греков и болгар архиерей по совершении вынимания частиц перед великим выходом отдает омофор одному из диаконов или сослужащих ему иереев на руки; последний идет с омофором впереди всех и подходит к царским дверям и возлагает омофор на плечи архиерею, который с омофором принимает от сослужащих Святые Дары и произносит возгласы, предписанные чином святой Литургии; омофор же снимается по переносе на святой престол Святых Даров. У нас сербов архиерей вообще не снимает омофора после вынимания частиц и в нем подходит к царским дверям, принимая в омофоре приготовленные Святые Дары. Омофор же снимается по переносе Святых Даров на святой престол и после каждения.

По архиерейскому служебнику «Чиновнику», русско-славянского издания, а также и по архиерейскому «Служебнику», называемому «Србульским», XVII столетия, архиерей снимает омофор после вынимания частиц и без него принимает в царских дверях Святые Дары, а одевает омофор только перед освящением Святых Даров. Такой порядок указывается и прот. К. Никольским в его «Пособии к изучению церковного устава» (стр. 62).

Насколько нам известно, а особенно, мне иподиаконствовавшему в течение 4 лет в Кишиневе, где я учился в семинарии и постоянно прислуживал во время архиерейских служб, этот порядок соблюдался при архиерейских литургических богослужениях в Кишиневе и во всей Южной России.

Исидор Пелусиот в своем толковании объясняет, что архиерей принимает святой дискос и святую чашу, которые изображают собой Самого Господа нашего Иисуса Христа. Поэтому архиерей, принимая их в свои руки, должен иметь на себе омофор.

Для установления единообразия в православном богослужении надлежало бы установить и в этом случае какое-либо общее решение.

3. Молитва, произносимая на Литургии архиереем: «Господи, Господи...» в русско-славянском «Служебнике» начинается словами: «Призри с небесе Боже и виждь...», В практике Сербской, Болгарской и Греческой Церквей установился обычай произносить ее трижды, при том в следующей редакции:

Первый раз: «Господи, Господи, призри с небесе и виждь...»

Второй раз: «Призри с небес Боже и виждь и посети...» Третий раз: «Господи, Господи...» (как и в первый раз).

Установившийся обычай читать эту молитву в приведенных двух редакциях, по нашему мнению, следовало бы сохранить и в будущем.

В связи с произношением упомянутой молитвы, на практике существует расхождение, а именно: у нас, сербов, как и у греков, при возглашении названной молитвы архиерей держит в левой руке дикирий, а в правой трикирий. Такова же практика была и в Южной России, и Кишиневе и, кажется, в Болгарии. Однако в архиерейском «Служебнике» архиерею предписывается держать в левой руке крест, а в правой дикирий. Такое положение архиерея нашло отражение и в древней русской иконографии и в разъяснении прот. К. Никольского (см. его «Пособие к изучению церковного устава», стр. 402).

Кроме того, при пении: «Святый Боже», у нас, сербов, установилась следующая практика. Хор поет два раза «Святый Боже», третий раз «Святый Боже» поют служащие в алтаре, когда архиерей творит дикирием крест над свитым Евангелием, затем хор в третий раз поет «Святый Боже», после чего служащие в алтаре снова повторяют «Святый Боже». Во время последнего пения архиерей творит трикирием крест по углам св. Евангелия, начиная с левого верхнего угла и переходит на правый нижний, затем на правый верхний и заканчивает крест на св. Евангелии левым нижним углом. После этого хор поет: «Слава Отцу и Сыну и Св. Духу... и во веки веков. Аминь». Затем служащие в алтаре поют с перерывом: «Святый Боже»..., а архиерей произносит вышеприведенную молитву в первый раз после чего служащие поют: «Святый Крепкий», а архиерей произносит сию же молитву вторично и т. д. Когда же архиерей возвращается в алтарь, хор поет в последний раз «Святый Боже»...

Указанные разногласия в чтении этой архиерейской молитвы требуют выработки и установления единообразия в православном богослужении.

4. Во время каждения, после малого выхода, в архиерейском «Служебнике» и в руководстве К. Никольского (стр. 397) дается указание, что архиерей держит в левой руке дикирий, а трикирий отдает диакону. У нас, в Сербской Церкви, как и у греков, практикуется следующее. Архиерей передает трикирий и дикирий диаконам, которые становятся по правую и левую стороны св. престола, а архиерей принимает жезл в левую руку и совершает каждение вокруг престола и жертвенника вместе с диаконами, после чего диаконы выходят чрез Царские врата на солею и здесь стоят, пока архиерей совершает каждение святых икон и верных.

Ввиду того, что жезл символизирует собою власть архиерея над пасомыми, архиерей не входит во «Святая Святых» с жезлом в руках, а держит его только перед пасомыми. Полагаем, что и здесь необходимо установить целесообразную и для всей Православной Церкви единообразную практику.

5. Нет нигде определенных указаний относительно употребления архиерейской «мантии» при хиростазии. У нас, в Сербской Церкви, архиерей, стоя на своем архиерейском месте с правой стороны солеи, во время богослужения, благословляет верных со своего места, произнося: «Мир всем», а во время св. Лигургии: «Спаси Боже люди Твоя», а также «Благословление Господне на вас»..., независимо от того, в мантии он или без нее. Этот, существующий в Сербской Церкви обычай следует сохранить и на будущее время, тем более, что такого рода практика наблюдается у греков и в Болгарской Церкви. В Русской Церкви этого обычая нет, потому что отсутствует в церквах особое архиерейское место с правой стороны солеи.

6. Нет определенных правил, указывающих, в какие одежды облачается архиерей, когда принимает участие во всенощном бдении на литии при освящении хлеба и на утрени. У нас, в Сербской Церкви, как и в Русской, архиерей облачается в епитрахиль, мантию, малый омофор, митру и берет жезл. В Греческой же Церкви архиерей вместо митры имеет камилавку с панакамилавкой.

В нашей сербской церковной практике, при совершении панихиды или отпевания, архиерей имеет митру или пана-камилавку и малое облачение.

Ношение митры вместо панакамилавки, в этих случаях, вошло в обычай, вероятно, для большего благолепия и не противоречит никакому каноническому постановлению. Вследствие этого мы полагаем, что во всех приведенных случаях архиерей должен иметь митру вместо панакамилавки.

7. При сокращении Литургии оглашенных существует различие в практике Греческой и Русской Церкви. В некоторых местах Греции и в Македонии выпускаются «Блаженны», а также ектения об оглашенных, так что сразу после второго антифона поют воскресный или праздничный тропарь, после чего совершается «малый вход», а после сугубой ектений читается сразу малая ектения перед «Иже Херувимы». В Русской же Церкви «Блаженны» не выпускаются, а поются стихи блаженства без прибавления тропарей из канона и, как нам известно, поется только один тропарь без кондака. Что касается этих сокращений, Сербская Церковь полагает, что ектению об оглашенных, имевшую в древнее время свой смысл и значение, можно теперь выпустить, введя это сокращение совместно с представителями других Православных Церквей, сохраняя таким образом единообразие в совершении православной Литургии.

8. Законодательный орган, назначенный Священным Архиерейским Собором Сербской Православной Церкви, на одном из своих заседаний в этом году, имея в виду, с одной стороны, крайнюю нужду в богослужебных книгах, а с другой, важность и целесообразность осуществления единообразия в богослужении, считал своим долгом внести следующее предложение:

1) Издать при первой возможности «Служебник» и «Требник», напечатав к нему объяснения на сербском языке, с точным указанием тех молитв, которые должны читаться.

2) Подготовить к изданию хорошую литургику, которая содержала бы в себе все нужные объяснения из «Типикона».

3) Допустить в некоторые праздничные дни чтения св. Евангелия, Апостола и Паремий на сербском языке, хотя церковно-славянский язык и впредь должен оставаться богослужебным языком.

4) Составить Комиссию для перевода Св. Писания с церковно-славянского на сербский язык.

5) Напечатать труд епископа Платона Атанацковича: «Воскресные и праздничные Евангелия и Апостолы» по предварительному просмотру и исправлению этой книги.

В заключении нашего доклада мы имеем честь предложить на обсуждение Священного Собрания нижеследующие вопросы:

1. О практике, существующей в некоторых Православных Церквах совершать таинство крещения детей путем «обливания» вместо погружения;

2. О церковном календаре;

3. О втором браке священника и

4. О ношении духовенством вне богослужения платья особого покроя.

Председатель: Вопрос, который поднят в этом докладе, имеет большое значение. Для примера я укажу на один факт. В некоторых греческих службах в Литургии Св. Василия Великого в момент пресуществления Святых Даров выпущены тайносовершительные слова «Преложив Духом Твоим Святым»... Наш Болгарский Синод дважды печатал «Служебник». В первом издании как и в русском «Служебнике» эта тайносовершительная формула есть. Во втором издании «Служебника», который составлялся редактором с греческим уклоном, эти слова выпущены. Я должен был присутствовать при совершении одним молодым священником Литургии Василия Великого Я придерживался взгляда, что нельзя выпускать эти слова, так как без этого несовершенна Литургия. Архиерей же сказал, что есть предписание служить Литургию по «Служебнику» последнего издания. Я считаю это большим упущением.

Поэтому полагаю, что комиссия из специалистов должна рассмотреть вопрос не только о различиях в архиерейском служении, но вообще о различиях в богослужении в церквах вообще.

Архиепископ Филипп: Все эти вопросы настолько сложны, что мы на этом совещании вряд ли сможем, как следует, разобраться. Мы должны признать желательным единообразие в богослужении и предложить всем Церквам к будущему совещанию подготовить свои предложения о единстве богослужения. Такой же вопрос, как выпуск ектений об оглашенных может быть решен только на поместных соборах.

Митрополит Ефрем: Несмотря на единообразие, каждая Церковь будет иметь свои национальные особенности в богослужении, что очень украшает богослужение.

Председатель: Есть предложение, в целях установления единообразия в богослужении, просить каждую Церковь к следующему совещанию выработать свои предложения для обсуждения.

Принимается.

Председатель читает резолюцию.

РЕЗОЛЮЦИЯ

Комиссии по докладам о положении святой горы Афонской

Московское Совещание считает своим долгом привлечь внимание Святейших и Блаженнейших Предстоятелей всех Автокефальных Православных Церквей на судьбу афонсксго монашества в настоящее время, и в особенности на трудное положение монахов негреческой национальности: русских, болгарских, сербских, румынских, грузинских, албанских и других, от древности имеющих там свои обители, но лишенные в данное время тех прав, которыми они пользовались до недавнего времени в силу канонических и международных законодательных положений о Святой Горе Афонской, например, право свободного вступления в свои имеющиеся там обители, право свободного допуска паломников и ученых исследователей и т. д.

Поэтому Совещание просит всех православных Предстоятелей обратиться к своим правительствам за содействием об улучшении положения афонских монахов негреческой национальности путем переговоров с правительством Греции.

Совещание считает, что на основании ст. 62-й Берлинского трактата от 13 июля 1878 г. и ст. 123-й Севрского договора от 10 августа 1920 г. и в силу освященной веками традиции, необходимо восстановить и гарантировать следующие права афонского монашества:

1. Разрешить свободный доступ на Святую Афонскую Гору для всех желающих православных мужского пола вступить в число братии одного из афонских монастырей, не взирая на их народность и прежнее подданство, если, конечно, предъявлены будут исправные документы об их поведении и благонадежности.

2. Если по существующим законам Греческого государства необходимо и монахам других народностей принимать греческое подданство, то эта формальность должна быть выполнена в самый кратчайший срок.

3. Разрешить свободный доступ на Святую Афонскую Гору благочестивым паломникам и ученым исследователям мужского пола от всех православных народов.

4. Необходимо восстановить также и все старые привилегии в смысле освобождения от таможенных налогов на ввозимые в нужном количестве продукты питания и другие предметы, необходимые для монашеской и церковно-богослужебной жизни.

Резолюция принимается.

Председатель: На этом разрешите поблагодарить участников и объявить работу комиссии законченной.

Заседание закрывается.


 

1. Е. Предтеченский — действительный член Русского астрономического о-ва, (.Церковное времяисчисление и критический обзор существующих правил определения Пасхи», СПБ, 1892, стр. 4—5.

2. «Православный Собеседник», 1859, ч. I, стр. 165, «Православная Богословская Энциклопедия», т. VII, стр. 880.

3. Ibidem.

4. «Типикон», 1867., лист 245 об.

5. Ibidem лист 265

6. Проф. Η. Η. Глубоковский, О реформе календаря, «Православный Миссионер» № 5—6, стр. 262.

7. Тогда в России, именно с 1900 г., предполагалось ввести новый стиль.

8. «Новое Время», 1923, № 702.

9. Проф. С. С. Глаголев, Суеверия в науке, «Богословский Вестник», Н. Н. Глубоковский, О реформе календаря, «Православный Миссионер» № 5—б, стр. 266—267.

10. Таблицы погибли в Болгарском Синоде во время пожара от попавшей в него бомбы в 1944 г.

11. Журнал заседаний Комиссии по вопросу о реформе календаря при Русском астрономическом обществе, стр. 34, «Церковные Ведомости» № 7—8, стр. 10, 1926.

12. W. Reder, Ε. Kutts et B. Korableff. Actes de I'Athos, t. I — IV; Православная Богословская Энциклопедия, т. II,. стр. 190-191.

13 «Повесть о нашествии папистов на Святую Гору Афонскую» Стефана святогорца (Агнорита), изданная впервые в 1660 г. в России. Рукопись хранится на Афоне.

14. Муравьев, Сношение России с Востоком по делам церковным, ч. 2, стр. 33-34.

15. Maximovitch, Les destinees historiques du Mont Athos, dans le «Revue Con tern poraine», Petersbourg. 1913, № 92, p. 52; Иордан Иванов, Болгарские древности в Македонии, 2-е изд., стр. 230. София, 1932.

16. В. А. Маевский, Неугасимый Светильник, Шанхай, •940, часть 2, гл. XVIII, стр. 86.

17. Μахimоνitch, op. cit., стр. 51.

18. Μaximονitсh, op. cit., стр. 52.

19. Stephan, Агchevequede Sofia, Le Mont-Athos et son autonomie, Sofia, 1936, p. 30; Маевский, Op. cit, ч. 2, стр. 246.

20. Белград 1932 г.

21. Архим. Леонид, Историческое обозрение афонских славянских обителей, СПБ, 188; проф. П. Успенский, Второе путешествие по Св. Горе Афонской, 1880.

 

ЗАСЕДАНИЯ КОМИССИИ ПО ВОПРОСУ

«ЭКУМЕНИЧЕСКОЕ ДВИЖЕНИЕ И ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ»

Состав комиссии

1. От Антиохийской делегации: Митрополит Илия и архимандрит Василий.

2. От Грузинской делегации: Митрополит Ефрем и протодиакон Абохадзе.

3. От Румынской делегации: архиеписком Фирмилиан.

4. От Болгарской делегации: Экзарх Митрополит Стефан и протоиерей В. Шпиллер.

5. От Польской делегации: протоиерей А. Калинович.

6. От Албанской делегации: протоиерей Л. Кономи.

7. От Чехословацкой делегации: Б. Л. Черкес.

8. От Западноевропейской делегации: игумен Дионисий.

9. От Среднеевропейской делегации: архиепископ Сергий, архимандрит Арсений и А. П. Струве.

10. От Американской делегации: протоиерей И. Дзвончик.

И. От русских приходов в Болгарии: архиепископ Серафим и архимандрит Пантелеймон.

12. От Голландской делегации: г. ван Эпенхайзен.

13. От Русской Церкви, кроме докладчика протоиерея Г. Разумовского, Митрополит Григорий, епископ Нестор (содокладчик) и Н. П. Доктусов.

Всего 22 человека.

Председатель Митрополит Ленинградский и Новгородский Григорий.

Секретарь Н. П. Доктусов.

 

Утреннее заседание 13 июля 1948 г.

Председатель Митрополит Ленинградский и Новгородский Григорий: Заседание Экуменической комиссии считаю открытым.

Слово от нашей Церкви по вопросу об экуменическом движении предоставляется содокладчику Преосвященнейшему Нестору.

Епископ Нестор: В своем обстоятельном докладе, который был прочитан в выдержках на пленарном заседании и предложен вашему вниманию в книжном изложении, протоиерей отец Григорий Разумовский достаточно обстоятельно изложил характер и те формы, которые приняло сейчас экуменическое движение, проявляемое в основном в трех направлениях. Экуменическое движение, во-первых, исходит из недр Римско-католической Церкви, как движение католического миссионерства по существу, с другой стороны, экуменическое движение по линии различных протестантских объединений и, наконец, практическое создание Высшего Церковного Совета и Совета Церквей, каковое получит окончательное утверждение и оформление на предстоящем Конгрессе в Амстердаме. Под словами «экуменическое движение» мы обычно и понимаем то движение, которое исходит в основном из недр протестантских церквей.

Движение, исходящее из недр протестантских церквей наиболее широко распространено и приняло наиболее широкие организационные и идейные формы и, собственно, о нем-то больше всего и приходится говорить.

Мы должны говорить не о социальных вопросах, стоящих в сфере внимания протестантских экуменистов. Мы принадлежим Церкви, и не как политическая организация, а с чисто церковных позиций должны высказать свое мнение об экуменических конференциях, следует ли нам участвовать на предстоящем Амстердамском съезде или в какой-либо другой форме принимать участие в этом движении.

Русская Православная Церковь верна вере отцов, свято блюдет Православие и совместно со всеми Православными Церквами жаждет единения во Христе, единения в вере и любви Христовой.

Пронеся сквозь века идею о чистоте веры и святости Церкви, она жаждет приобщить к православной вере и инославных.

Молимся мы о мире всего мира, о благосостоянии святых Божиих Церквей, о соединении всех, и чем теплее будет наша молитва, тем скорее Господь Милосердный ее услышит.

Позволю себе обратить внимание Собрания на слова молитвенного прошения «Святых Божиих Церквей». Церковь должна быть чистой, не имеющей пятна, светлой и непорочной.

В Символе Веры мы читаем: «Верую во Единую Святую, Соборную и Апостольскую Церковь». И какой бы смысл мы ни вложили в эти определения, бесспорным является утверждение, что Церковь есть Соборная и Апостольская, правила Соборов и правила Святых Апостолов она считает неотъемлемым от понятия об единстве и святости.

Собор, выражая общецерковную волю и выполняя завет Христов, отсекает от Церкви тех, кто Церковь преслушает. И эти отсеченные Апостольскими соборными правилами не смеют претендовать на наименование их святыми Божиими Церквами, ибо кто Церковь преслушает, тот язычнику и мытарю уподобляется.

На современных экуменических конференциях, конгрессах, съездах и различных собраниях бывают и салютисты, не признающие ни одного таинства, даже крещения, и унитаристы, отвергающие Святую Троицу, и многочисленные протестантские христианские объединения, никак не соответствующие названию «церковь», так как 1-е и 2-е правила св. апостолов ими отвергаются и, следовательно, это уже далеко не «апостольская церковь».

Участие большого количества христианских объединений, называющих себя протестантскими церквами, не придает авторитета экуменическому движению вообще. Протестанты могут это количество удвоить и утроить, потому что у них нет запрета для дробления на все более мелкие общины.

Один из наиболее видных экуменистов проф. В. В. Зеньковский говорит, что «экуменическое общение есть откровение» и что «высокие переживания бывают ежегодно на съездах православных и англо-католиков в Англии». Участники этих собраний чувствуют «исключительную духовную близость, устремленность друг к другу». На этих собраниях осуществляется полное общение людей в Боге, «отсутствие общего св. причастия вызывает не только недоумение, но и мучительное страдание, терзает душу, ставит во всем объеме весь грех, всю неправду разделенности Церкви Христовой». «Церковь не явлена миру в полноте своей силы и правды,— поучает Зеньковский,— и лишь в результате экуменического общения мы сподобимся получить откровение о Церкви.» [1]

Известный протоиерей Сергей Булгаков, на конференции Англо-Русского содружества в 1938 г. внес предложение о совместном причащении англикан с православными и для агапы составил особую молитву, в которой «кается в грехе наших предков и братьев» (разделение Церквей). Липеровский в журнале «Вестник русского студенческого христианского движения» (июнь, 1930) обосновывает экуменическое молитвенное общение православных с инославными, как с оглашенными, допускавшимися в древности к присутствию на Литургии до момента начала Литургии верных, и призывает всех христиан, в том числе и православных, к «покаянию в грехе разделения».

А ведь слова Христа «да будут вси едино» относятся к верующим во Христа по апостольской проповеди; под этими верующими не разумелись еретики. Оглашенные приготовлялись к присоединению к Православной Церкви, каялись в своих прошлых заблуждениях, а ведь экуменисты в своих заблуждениях каяться не собираются, а, наоборот, увлекают в ереси, в раскол как заумничавшихся «парижан», так и захваченных бизнесом американцев, отрывая их от Матери-Церкви и воочию убеждая всех, что «поделай их узнать можно». Об единении говорят, а сами отделяются. Более того, осуждая Православную Церковь за ее верность апостольским и соборным правилам, эти, с позволения сказать, «профессоры» доходят до противопоставления себя Матери-Церкви и до тяжкого греха против крови святых мучеников, пролитой ради сохранения веры православной во всей полноте. Какое может быть общение у света с тьмой (2 Кор. VI, 14).

Святая Церковь всегда на Вселенских Соборах боролась с религиозной ложью, боролась до мученической крови и сохранила при помощи благодати Божией православную истину и свое бытие непоколебимыми.

Не следует Православной Церкви на экуменические конференции, какие организуют враги Христовой Церкви, посылать своих делегатов, хотя бы даже для информации. Принципиально мы должны быть чистыми исполнителями канонов, воспрещающих молитвенное общение с еретиками. А именно молитвенного общения протестантские экуменисты и добиваются, наряду с социальными реформами.

Бывали неоднократно случаи, когда докладчики по экуменическому вопросу вызывали православных делегатов, например из Болгарии, на эстраду для доклада, брали их за руки, и начиналось совместное пение экуменических молитв, т. е. начиналось молитвенное общение. Это уже есть вовлечение в грех, в такой грех, от которого надо остерегаться всеми способами. Не надо соблазняться материальными благами из экуменических фондов. Не надо подражать католикам, которые на словах осуждают современное экуменическое движение, а на деле солидаризируются с ним по линии вражды к Православной Церкви. Надо категорически отказаться от мысли участвовать в таком движении.

Если будем соблюдать чистоту Церкви, то и Господь благословит нас и дело рук наших исправит.

Председатель: Высокопреосвященный Серафим просил дать ему слово, так как он едет на заседание другой комиссии.

Архиепископ Серафим (читает доклад на тему: «Надо ли Русской Православной Церкви участвовать в экуменическом движении?»)

В последнее время Русская Церковь испытывает сильное давление со стороны экуменистов, чтобы побудить ее участвовать в экуменическом движении.

22 августа с. г. экуменисты созывают в Амстердаме, как они говорят, «Всецерковную конференцию». По сообщению «Церковного Вестника», издаваемого при Болгарском Синоде, на этой «Всецерковной конференции» будут участвовать 136 так называемых христианских церквей и представители восточных греческих церквей [2]. Несомненно, на этом экуменическом съезде будут присутствовать и представители русских церковных организаций за границей, не подчиненных нашей Патриаршей Церкви.

Экуменисты приглашают и Всероссийскую Церковь принять участие в трудах Амстердамской конференции. Доселе Православная Церковь в России не примыкала к экуменическому движению. Желательно, чтобы она и впредь не имела ничего общего с этим движением в силу вот каких соображений.

Русскую Православную Церковь приглашают участвовать в экуменической конференции, как одну из множества церковных организаций, каждой из коих прилагается понятие Церкви. Но мы, православные христиане, исповедуем, что Церковью, как учрежденною Самим Богом для нашего спасения, можно называть в строгом смысле только одно общество истинно-верующих христиан. Называть же церковью каждое из еретических обществ—эго значит, не иметь правильного понятия о Церкви и попирать нашу веру в догмат о Церкви, изложенный в девятом члене Символа веры. Очевидно экуменисты, указывая на огромную численность так называемых христианских церквей, входящих в состав экуменического движения, представители коих примут участие на Амстердамской конференции, придают этому количеству положительное значение. Но оттого, что ложь будет проявляться не в малом, а в большом количестве ее видов сна не станет истиной; напротив она еще более будет ее искажать и отрицать.

Впрочем, суть дела заключается не в этом, а в том, что экуменисты и притом, к сожалению, даже из православной среды не имеют правильного понятия о Церкви. Они считают, что к Церкви принадлежат все крещеные во Христа, ставят в один ряд как православных, так и еретиков, признавая тех и других телом Христовым. Для примера укажем на статью одного из самых влиятельных русских экуменистов в Париже, профессора и помощника ректора Богословского института в Париже В. В. Зеньковского. В журнале русской ИМКИ «Вестник русского студенческого христианского движения» (№ 5. стр. 17—18), он пишет: «Мы должны навсегда забыть, отвыкнуть от горделивой мысли, что Дух Божий только у нас и с нами (т. е. православными)... Будучи... вне православия, я все же чувствовал себя в Церкви. Я видел, что рамки Церкви бесконечно более широки и более вместительны, чем мы обыкновенно думаем. И, действительно, кто может указать, где кончается церковная ограда и начинается зеленеющая нива Христова.

Кто посмеет утверждать, что вне этой ограды у Христа нет Церкви, нет служителей и учеников... Неужели мы должны их отбросить только потому, что они служат Ему иначе, чем мы... Я теперь убедился, что и они, протестанты, стоят в Церкви и работают, может быть сами того не сознавая и не называя вещи их именами, для Церкви... Нет, Церковь Христова шире нашего стесненного понимания о ней; она включает в себя всех верующих в Бога и любящих Его, как бы ни проявлялась их вера и любовь»

В другой своей статье в том же журнале под заглавием «Основы экуменического общения» проф. В. В. Зеньковский высказывает еще более странные мысли, совершенно недопустимые для православного сознания. Разумея под основою и целью экуменического движения общение разных церквей и соединение их «по линии любви», он требует от представителей объединяемых церквей абсолютной веры, что «спасение возможно лишь через Церковь, к которой они принадлежат и что в их церкви есть абсолютная (хотя бы и неполная) истина» (январь — февраль, 1935).

В этих своих словах проф. Зеньковский высказывает мысль, что спасение будто бы возможно в каждом инославном исповедании. И, напротив, если кто из инославных христиан оставит свое исповедание и соединится с еретиками другого какого-либо вида и даже с Православною Церковью, то спасение для такого человека уже невозможно. Конечно, соединение церквей мыслится здесь при полном игнорировании догматических разностей — только по линии любви, т. е. как приятельское общение.

Подобные в своей сущности мысли высказывает также и весьма авторитетный в глазах экуменистов профессор Софийского Богословского факультета протопресвитер о. Стефан Цанков в своей статье под заглавием «Актуальные проблемы и задачи православного богословия и Православной Церкви». Он пишет: «Вопрос о единстве Церкви стал весьма сложным вопросом и его нельзя рассматривать... схоластическим и самоудовлетворенным способом, каким его рассматривали до сего времени... Уже действительное отношение Православных Церквей нового времени к ряду инославных церквей (признание их крещения, иерархий у некоторых из них и пр.) и признание Православною Церковью недугов и несовершенств в рядах собственных ее членов, показывают, что неправильна мысль, будто к мистическому Телу Христа (Церкви) принадлежат только православные христиане и что за видимой разделенностью не существует невидимого мистического единства в Церкви Христовой» [3].

Интересна в данном случае рецензия проф. Софийского Богословского факультета Ильи Цоневского по поводу изданной в Цюрихе на немецком языке в 1946 г. книги того же проф. о. Цанкова: «Восточная Православная Церковь с экуменической точки зрения».

В рецензии проф. Цоневского говорится: «Природа Церкви и ее основные свойства самым тесным образом связаны с ее единством, потому что она есть Тело Христово и Христос ее Глава. Церковь не могла бы быть ни святой, ни кафолической (соборной), ни апостольской, если она не едина. Весь смысл и полное значение экуменического движения заключается в единстве Церкви; оно является его основой, а также и его задачей и осуществлением. Самый факт, что Православные Церкви деятельно участвуют в экуменическом движении, говорит о том, что уже постепенно оставляется старый взгляд, что только православные христиане суть истинные христиане и что только они принадлежат к Церкви Христовой» [4].

Таким образом, православные экуменисты во главу угла ставят единство церкви или единую церковь. Но в понятие «единая» они вкладывают свой неправильный, извращенный смысл, ибо под этой единой церковью они разумеют не только всех православных, но и всех ино-славных христиан, т. е. еретиков.

Эта экуменическая точка зрения совершенно расходится с православным взглядом, который под единой церковью всегда разумеет одних только истинно-верующих православных людей. Наша Церковь никогда не считала еретиков входящими в ее состав, в состав самого Тела Христова. Да и как возможно данную экуменическую точку зрения считать православною, когда Вселенские Соборы всегда предавали еретиков анафеме, т. е. отлучению от Церкви? Очевидно, экуменисты в своем учении о Церкви не признают над собою авторитета Вселенских Соборов. Но это равносильно отрицанию авторитета всей Православной Церкви и признанию, в данном случае, единственным критерием истины своего собственного разума при отрицании православной веры в Церковь.

Такой же рационализм и такое же неверие в истинную Христову Церковь экуменисты вкладывают в свое толкование наименования Церкви соборною. Мы вместе с святыми отцами называем Церковь соборною или кафолическою, или вселенскою потому, что «она не ограничивается никаким местом, ни временем, ни народностью, но заключает в себе истинно-верующих всех мест, времен и народов» [5]. Но экуменисты под этим наименованием церкви разумеют не только истинно-верующих провослав-ных христиан, но и всех еретиков.

Такое же заблуждение они обнаруживают и в своем отношении к наименованию Церкви апостольскою. Как это ни странно, экуменисты относят к этой апостольской Церкви и так называемые «христианские церкви», которые совсем не имеют апостольского происхождения или преемства. Они считают все еретические исповедания принадлежащими к Апостольской Церкви, несмотря на то, что Павел, величайший Апостол, отличает всех еретиков от Православной Церкви и предает их анафеме, говоря: «Аще мы или Ангел с небесе благовестит вам паче еже мы благовестихом вам, анафема да будет» (Гал. I, 6).

Но больше всего православные экуменисты погрешают против девятого члена Символа веры в отношении наименования Церкви Святою, когда -включают в состав этой Святой Церкви еретиков. Церковь называется Святою потому, что она есть раздаятельница благодати Святого Духа, которая сообщается верующим в таинстве миропомазания при совершении над ними крещения.

Эта возрождающая, освящающая и спасающая благодать есть самое драгоценное и высшее для нас благо, ибо дарование ее нам было целью пришествия в мир Христа и Его крестных страданий и смерти. «Огонь пришел Я низвесть на землю, сказал Он, и как желал бы, чтобы он уже возгорелся» (Лук. XII, 49). По изъяснению этих слов Христа св. Антонием Великим и Макарием Египетским, под огнем здесь разумеется возрождающая благодать Святого Духа,, которая изливается на нас в таинстве миропомазания при совершении над нами таинства крещения, почему она и называется крещенскою [6]. Как на параллельные к этим божественным словам надо указать также и на следующие слова Христа: «Уне есть вам, да Аз иду (разумеется на крест и смерть). Аще бо не иду Аз, Утешитель не приидет к вам; аще ли же иду, послю Его к вам» (Иоанн. XVI, 7). Вот почему Симеон, Новый Богослов, говорит: «То и было целью и концом всего домостроительства Христова, чтобы верующие принимали Духа Святого и чтобы Он был как бы душою нашей души и чтобы действием Сего Духа мы освящались, обновлялись и пересозидались по уму, совести и по всем чувствам [7].

Сей великий св. отец Церкви согласно с учением о Царстве Божием Христа и апостола Павла (Иоанн. III, 5: Мф. XIII, 45—46; XIII, 33; Лук. XIX, 12—27; Деян. 1,3—8, Рим. XIV), вместе со св. отцами Антонием Великим [8]. Макарием Египетским [9] и Ефремом Сириным [10] даже учит, что Царство Божие, которого Господь повелел нам прежде всего искать (Мф. VI, 33), и есть возрождающая благодать Святого Духа, как источник нашей святой жизни [11].

Но этого самого драгоценного для нас блага, этой возрождающей благодати Святого Духа с ее святостью нет и не может быть у протестантов, ибо у них нет таинства миропомазания В крещении, как это явствует из «Православного исповедания» [12], мы только очищаемся от грехов, умираем для жизни плотской и возрождаемся от Святого Духа для жизни новой и святой. Но последняя возможна для нас только при помощи той благодати, которую мы получаем в таинстве миропомазания. В этом таинстве преподается нам Дух Снятый со всеми Его дарами, возвращающими и укрепляющими нас в духовной святой жизни [13].

Эта благодатная святая жизнь невозможна и для тех инославных христиан, которые хотя и имеют таинство миропомазания, но в силу отвержения их Православной Церковью за ереси благодать сия является у них недейственной и неспасительной.

Отсюда совершенно не правы православные экуменисты, когда в Святую Церковь включают всех еретиков, когда словами одного из своих экуменических вождей заявляют, что инославные и в отдельности и в лице целых групп (инославных церквей), как и отдельные грешные члены Православной Церкви, «станут святыми через благодать Божию и через любовь общения» [14].

Здесь православные экуменисты смешивают воедино отдельных членов Православной Церкви, как грешников и немощных людей, с инославными христианами и их «церквами», полагая, что те и другие станут святыми через благодать Божию и через любовь общения.

Но между теми и другими существует огромная разница. Члены Православной Церкви, будучи грешниками, как бы ни были велики их грехи, всегда могут через таинство покаяния и при помощи действенной и спасительной благодати стать святыми — достигнуть истинной и совершенной благодатной святости. Но еретикам в отдельности или в их целых группах, организациях эта святость никогда не будет присуща, ибо у них не действует благодать таинства миропомазания и благодать таинства покаяния. Еретики могут быть святыми только после покаяния или отречения от всех своих ересей и после воссоединения с Православною Церковью. Только тогда инославных христиан можно включить в состав Святой Христовой Церкви.

И что это за благодать Божия, при помощи которой, по словам православных экуменистов, инославные христиане становятся святыми? По учению святых отцов Церкви, благодать Святого Духа проявляется в двух видах: как благодать общего и внешнего промышления, предваряющая и подготовляющая людей к принятию истинной веры, и как благодать внутренняя, возрождающая, спасающая и действующая только в Православной Церкви. Несомненно, в приведенных словах православных экуменистов благодать внешнего промышления не имеется в виду, ибо, действуя в жизни инославных христиан и даже язычников, она их святыми не делает [15]. Следовательно, здесь имеется в виду благодать внутренняя, возрождающая. Но этой благодати у инославных христиан или совсем нет или она у них не действует, их не спасает и не делает их святыми. Следовательно, ни та, ни другая благодать не может инославных христиан делать святыми, почему православным экуменистам не следовало бы совсем говорить ни о благодати, ни о свя-юсти в отношении инославных христиан.

Кроме того, разве может делать святыми инославных христиан и вообще грешников любовь общения? Если иметь в виду самое любвеобильное общение с еретиками православных христиан, и притом не с извращенными, а с истинными понятиями о Православии, то от такого общения православных с еретиками останется для последних, если они не фанатичные еретики, приятное воспоминание и только. А для того, чтобы сделаться святыми, еретикам не только надо воссоединиться с Православною Церковью и воспринять ее спасительную благодать, но и стать еще на путь истинной христианской жизни, на путь бескомпромиссной борьбы со страстями и с грехом, через неуклонное исполнение божественных заповедей, на путь узкий, скорбный и тернистый. Только тогда инославные христиане при содействии благодати Божией станут святыми.

Поэтому слова православных экуменистов о возможности еретикам стать святыми надо признать совсем необоснованными и великим заблуждением.

Однако толкование православными экуменистами наименования Церкви святою, как и других ее наименований, не являются одним только простым заблуждением. Это заблуждение в своей сущности есть ниспровержение нашей православной веры в Церковь. Последняя требует от нас веры в Единую, Святую, Соборную и Апостольскую Церковь с тем, чтобы мы все эти свойства прилагали только и исключительно к нашей Православной Церкви. А православные экуменисты не хотят ей оказывать послушания. В силу этого они до неузнаваемости искажают девятый член Символа веры. В итоге получается какое-то неестественное смешение истины с ложью, Православия с ересями, что приводит православных экуменистов к крайнему извращению истинного понятия о Церкви и настолько, что они, будучи членами Православной Церкви, в то же время являются членами экуменической церкви, точнее, какого-то вселенского еретического общества с его бесчисленными ересями. Следовало бы им всегда помнить слова Христа: «Аще же и Церковь преслушает, буди тебе якоже язычник и мытарь» (Мф. XVIII, 17).

Это непослушание православных экуменистов приводит их к заявлению, что «разделительные стены между церквами не достигают до самого неба, до Христа-Главы, и не спускаются до самого сердца Церкви, до Святого Духа [16]».

Но эти разделительные стены, т. е. разделения Православной Церкви с еретиками начали происходить на Вселенских Соборах. Происходили они в целях сохранения православной веры от гибели через смешение с пагубными ересями. Происходили эти разделения во исполнение слов Христа: «Мните ли, яко мир приидох дати на землю? Ни, глаголю вам, но разделение» (Лук. XII, 51). А также на Вселенских Соборах осуществлялись и слова нашего Господа, сказанные апостолам и их преемникам, стоящим во главе Православной Церкви епископам: «Аминь бо глаголю вам: елика аще свяжете на земли, будут связана на небеси, и елика аще разрешите на земли, будут разрешена на небесах» (Мф. XVII, 18). Ясно, что эти разделения достигают самого неба. Каким же образом эти церковные разделения не достигают Христа, когда они основаны на собственных словах Христа Спасителя?!

Затем, догматические постановления Вселенских Соборов с анафемой против еретиков выносились на основе апостольских слов: «Изволися Святому Духу и нам» (Деян. XV, 28). Следовательно, постановления против еретиков исходили не только от св. Отцов Вселенских Соборов, но и от Самого Духа Святого. Знаменательны в данном случае слова Христа, сказанные во время Его явления ученикам по воскресении: «Примите, Дух Свят. Имже отпустите грехи, отпустятся им; и имже держите, держатся» (Иоанн. XX, 22—23).

Ясно, что анафема Вселенских Соборов, имевшая в своей основе слова Христа, накладывалась на еретиков совместно: и от Святого Духа, и от Церкви. Спрашивается, могут ли эти догматические разделения не достигать и Святого Духа, как от Него происшедшие?

Но и это не все. Из слов Христа: «Елика аще свяжете на земли, будут связаны на небесе» явствует, что анафема на еретиков, т. е. отлучение их от Церкви, переходит -в будущую жизнь и что все еретики после смерти идут в адские муки.

Весьма поучительно в этом случае откровение, бывшее великому угоднику, Христа ради юродивому, Симеону. Бог открыл ему, что душа знаменитого ученого богослова Оригена погибла и находится в адских муках за его еретические учения [17]. Подобное откровение имел инок Феофан, как об этом повествуется в известной книге блаженного Иоанна Мосха «Луг Духовный». Он видел в огненном пламени того же Оригена, Ария, Нестория и многих других еретиков [18]. Как ненавистна Богу ересь, об этом свидетельствует видение, бывшее преп. Кириаку Отшельнику. Божия Матерь, явившаяся ему с Иоанном Крестителем и Иоанном Богословом, не соизволила войти к нему в келлию, несмотря на все его мольбы, только за то, что у него в числе других, была книга, в конце которой находились два слова еретика Нестория [19].

Православные экуменисты не только не слушают Православную Церковь, но даже открыто обвиняют ее в грехе разделения. Правда, этот грех они приписывают не только Православной Церкви, но и всем инославным церквам [20].

Но не Православная Церковь, а еретики создавали ереси. Православная же Церковь до мученической крови защищала от еретиков чистоту православной веры. Если бы не было этой борьбы, то православная истина через смешение с еретической ложью перестала бы существовать, а вместе с этим исчезла бы и Православная Церковь с лица земли. Не обвинять надо последнюю за то, что она не смешалась с еретиками и отделилась от них, а ублажать ее надо за мученические подвиги разделения, происходившего по причине восстания еретиков на Церковь, на ее богооткровенные и святоотеческие истины и даже на самого Бога.

Однако это обвинение показывает, в какой великий грех дерзкого самомнения и гордости впали православные экуменисты, присвоив себе право быть судьями Православной Церкви. Кажется, настал момент, когда последней нельзя более молчать. Надо указать им на всю их неправоту в отношении одинаково, как к Православию, так и инославию, и предостеречь их, на какой опасный и гибельный путь они стали. Этот путь толкает их на непослушание и даже на публичное обвинение своей Матери-Церкви.

Нельзя, наконец, не обратить внимания на то обстоятельство, какое отрицательное значение имеет участие православных представителей на экуменических конференциях. Самый факт этого присутствия утверждает ино-славных христиан в их мысли, будто все христианские исповедания принадлежат к Единой Вселенской Православной Церкви.

Мы же считаем, что это присутствие совсем не означает того, что инослазные христиане стали принадлежать к истинной Христовой Церкви. Какими далекими от Православной Церкви по своим религиозным заблуждениям они были, такими и остались. Присутствие православных представителей на экуменических конференциях говорит лишь о том, что православные христиане стали отступать от своего Православия. Трудно сказать, где более православные экуменисты отступают от Православной Церкви — в своих ли писаниях, или не присутствуя на экуменических конференциях? Это присутствие является в своей сущности изменой нашему православному догматическому учению о Церкви, выраженному в девятом члене Символа веры. Присутствия на еретическом собрании, которое экуменисты называют «Всецерковной конференцией», «собранием всех христианских церквей» и «единою святою Христовой церковью», православные представители тем самым фактически утверждают бытие этой «единой святой церкви Христовой» со всеми ее еретическими заблуждениями. Следовательно, без слов, без всякого писания православные представители экуменисты одним своим присутствием на Амстердамской экуменической конференции будут содействовать ниспровержению нашей веры в догмат о Церкви. Кроме того, на всех экуменических конференциях происходит совместная молитва еретиков с православными. Но такая совместная молитва возбраняется святыми канонами нашей Церкви. 10-е апостольское правило гласит.

«Аще кто с отлученным от общения церковного помолится, хотя бы то было в доме, таковый да будет отлучен».

А в 45-м апостольском правиле говорится:

«Епископ, или пресвитер, или диакон, с еретиками помоливыйся токмо, да будет отлучен. Аще же позволит им действовать что-либо, яко служителям Церкви, да будет извержен».

В своем толковании этого последнего правила епископ Смоленский Иоанн говорит: «Правила стремятся не только к охранению православных от заразы еретическим духом, но и к охранению их от индиферентизма к вере и Православной Церкви, который легко может возникнуть от общенья с еретиками в делах веры. Такое положение впрочем, нисколько не противоречит духу христианской любви и терпимости, отличающему Православную Церковь, так как большая разница — терпеть заблудших в вере... и жить с ними во внешнем гражданском общении, или вступать с ними без разбора в религиозное соприкосновение, так как последнее означаем что мы не только не стараемся об их обращении в Православие, но и сами в нем колеблемся».

По поводу толкования приведенных канонических правил епископом Иоанном Смоленским нужно иметь в виду слова св. Киприана, епископа Карфагенского, который говорит, что еретики никогда не будут приходить к Церкви, если будут нами самими укрепляться в убеждении, что у них тоже есть церковь и таинства.

Только в том случае православные представители могли бы присутствовать на экуменических конференциях, если бы устроители последних заявили Православной Церкви от лица так называемых христианских церквей, входящих в экуменическое движение, о их готовности отказаться от всех своих религиозных заблуждений и соединиться с нею в православной вере. Но заправляющие всем ходом экуменических конференций никогда таких заявлений не делали и не сделают, ибо инославные христиане и не думают отрекаться от своих ересей и воссоединиться с Православием. Не следует забывать, с каким упорством и фанатизмом еретики отстаивают свои религиозные убеждения. Соединение с Православной Церковью, как показывает действительность, нужно отнести к разряду единичных фактов, и притом весьма редких и исключительных. Будем всегда помнить пророческие слова Христа: «Сын Человеческий пришел, убо обрящет ли веру на земли» (Лук. XVIII, 8).

Ввиду всего этого у нас не может быть основания для надежды, что так называемые «христианские церкви» могут соединиться в вере с Православною Церковью. Мы должны ожидать большего и большего сокращения числа истинно верующих людей.

Впрочем, и сам главный Экуменический Совет совсем не помышляет о том, чтобы инославные христиане воссоединились с Православною Церковью. Через своего секретаря д-ра Хуфта он ясно заявил, что Экуменический Совет не представляет собою какой-либо централизованной формы церковного единства, в котором церкви могли потерять свою обособленность и самобытность [21].

Поэтому на экуменических конференциях даже не поднимаются для обсуждения вопросы о соединении инославных церквей с Православной Церковью. В программах экуменических конференциях эти вопросы никогда не ставились. Не включены они и в программу предстоящей Амстердамской конференции [22].

Правда, экуменисты — и инославные и православные— стараются на своих конференциях найти точки соприкосновения в области веры, чтобы притти к возможному для них единству. Весьма показательным в данном случае является послание Оксфордской конференции, скрепленное подписями всех участников: «Мы едины, говорится здесь, в вере в Господа нашего Иисуса Христа, как воплощенное Слово, Божие. Мы едины в нашей привязанности к Нему, Главе Церкви, Царю царей и Господу господствующих. Мы едины в исповедании, что эта привязанность имеет преимущество пред всеми другими привязанностями... Мы едины, потому что все являемся предметом Божией любви и благодати» [23].

Но все эти единства не имеют никакого отношения к вопросу об истинном соединении православных с инославными. Однако православные экуменисты, по крайней мере, в лице своих вождей, придают этим единствам общего характера большое значение. Поэтому они указывают на слева Иоанна Богослова: «Всякий Дух, который исповедует Иисуса Христа, пришедшего в плоти, есть от Бога. А всякий дух, который не исповедует Иисуса Христа, пришедшего во плоти не есть от Бога, но это дух антихриста (1 Иоанн. IV, 2—3) [24].

Да, в апостольские времена такое исповедание веры во Христа было достаточно, чтобы определить: кто с Христовою Церковью и кто против нее. Тогда главными противниками апостолов были гностики, которые в силу своего гностического «лжеименного знания» не допускали непосредственного соприкосновения Бога с тварью, почему и отрицали воплощение Бога, этот основной догмат всего христианства.

Но когда после апостолов стали появляться другие ереси, то, соответственно этому, стали возникать и другие догматы, неисповедание коих еретиками также делало их противниками Святой Церкви, как и неисповедание Христа, пришедшего во плоти. Иконоборцы исповедывали Христа, пришедшего во "плоти, как исповедуют это иные и протестанты, но они — еретики иконоборцы — целых два столетия до основания колебали Церковь. И притом ни одна из ересей не причинила Православию столько зла, как иконоборческая ересь, осужденная Святою Церковью и преданная анафеме.

Указывая на приведенные слова св. Иоана Богослова, православные экуменисты тем самым могут дать повод думать, что они готовы соединиться с инославными христианами на основе одной только веры в воплотившегося Христа, при наличии всех их ересей.

Итак, если наша Православная Церковь от организаторов экуменических конференций не имеет никаких заявлений о готовности инославных церквей воссоединиться с нею, и если на этих конференциях даже не обсуждается вопрос о сем воссоединении, то спрашивается, зачем же нашей Русской Церкви посылать туда своих представителей? Какие плоды даст нашей Церкви ее участие в экуменических конференциях? Конечно, плоды только недобрые. Одним из этих плодов является то, о чем мы уже говорили,— отступление православных от своей веры через попрание ими св. канонов и догмата о Церкви, который мы исповедуем в девятом члене Символа Веры.

Есть и другой недобрый плод, который проистекает от участия представителей Православных Церквей в экуменических конференциях и который является таким же отступлением от нашего Святого Православия. Мы имеем в виду дружбу между православными и инославными христианами, которая завязывается от экуменического общения. Конечно, экуменисты очень приветствуют такую дружбу инославных, в особенности протестантов с православными христинами. Без этой дружбы западных инославных христиан с восточными православными христианами экуменизм не может осуществить своей задачи. По заявлению главного секретаря Экуменического Совета д-ра Хуфта, это хорошо сознается руководящими лицами Экуменического Совета, так как, по его словам, без сотрудничества с Православными Церквами экуменизм не будет истинным Вселенским Телом [25]. Поэтому Экуменический Совет делает все возможное, чтобы прочно укрепить на своих конференциях эту дружбу между инославными и православными христианами. Несомненно, с этой целью он оказывает всякого рода материальную помощь Православным Церквам [26].

Принимая все это во внимание, мы можем сказать, что дружба, которая устанавливается на экуменических конференциях, более и более делается прочною и глубокою, но, увы! весьма и весьма вредною для Православной Церкви. Эта дружба между православными представителями и протестантами переносится в православные страны и производит здесь дружеское общение между православными и протестантами, и в частности между духовными лицами Православной Церкви, с одной стороны, и протестантами, с другой. До чего иногда доходит это дружественное общение, видно из следующего.

Во время своих миссионерских путешествий в православных странах, протестантские пасторы и в селах и в городах с большой помпой устраивают собрания, на которые приглашают православных и, прежде всего, православных священников. Бывала даже такие случал, что пред лицом множества собравшихся православных христиан пасторы и православные священники, держа друг друга за руки, пели песнь: «О, сладкий наш союз верных братьев, как Господь наш Иисус держит нас в любви». Сплошь и рядом бывало совместное служение молебнов православными священниками и пасторами.

На Женевской конференции представитель Константинопольского Патриарха Митрополит Фиатирский Германос и представитель Александрийского Патриарха проф. Лукарас обратили внимание конференции на прозелитизм среди христианских народов, как на факт недопустимый и противный идее сближения и соединения христианских церквей. Конечно, здесь под прозелитизмом в осторожных выражениях разумелась инославная пропаганда среди православных христиан. Заявление об этом прозелитизме Митрополит Германос в письменной форме представил Конференции и притом от имени всех православных ее участников, чтобы пресечь эту инославную пропаганду [27].

Как бы в ответ на это протестанты, исходя из той же экуменической дружбы, понимаемой ими в смысле готовности православных объединяться с ними и в их протестантском учении, как никогда предаются без всякого для себя удержа неистовой протестантской пропаганде, имеющей своею целью соединение Православия с протестантизмом и уничтожение Православной Церкви. Пользуясь огромными средствами, протестанты распространяют свою пропаганду через печать, издавая книги и газеты. Причем в своей литературе они обливают грязью не только наше иконопочитание, обряды и все Православие, но выступают и против Библии, против ее повествования о творении Богом мира в шесть дней, отрицательно относятся к библейскому повествованию о некоторых чудесах. В результате такой пропаганды в православных странах быстро растет множество протестантских сект адвентистов, баптистов, методистов, пятидесятников, евангеликов и других.

До экуменизма в православных странах не было такой протестантской пропаганды, ибо не было такого дружеского общения православных с протестантами, которое утверждается на экуменических конференциях и которое налагает на православных представителей нравственную обязанность не препятствойать протестантской пропаганде в православных странах. В этом заключается великое зло экуменизма. «Всякое дерево,— сказал Господь,— познается по плоду своему» (Лук. VI, 44). Если от этой дружбы происходит вред для Православной Церкви, то ясно, что дружба проистекает от врагов Святой Церкви. В данном случае такими врагами являются масоны. Они устраивают эту дружбу на экуменических конференциях, ибо они их организуют, также как они организуют и съезды ИМКИ. В 1928 г. в Софии состоялось совещание представителей Православных Церквей Всемирного комитета масонской ИМКИ и Национальных движений ИМКИ в Православных Церквах под руководством известного масона д-ра Джона Мотта. Последний является Генеральным секретарем всемирной ИМКИ. В его распоряжение Всеамериканский протестантский конгресс отпускает огромнейшие средства для мировой протестантско-масонской пропаганды. Второе такое же совещание состоялось в 1930 г. в Афинах. Организатором Оксфордской конференции в 1937 г. и ее представителем был также известный масон д-р Джон Мотт. Он как один из председателей руководительного комитета Экуменического Совета в январе 1948 г. вместе с другими членами разработал программу предстоящей Амстердамской экуменической конференции, ее организацию и подготовку [28]. Все тот же д-р Джон Мотт будет и одним из представителей Амстердамской конференции [29].

После этого нет ничего удивительного, что на Стокгольмской экуменической конференции, бывшей в 1945 г. и Лозаннской экуменической конференции в 1927 г., 80% участников были членами масонской организации ИМКИ, руководимой тем же д-ром Джоном Моттом [30]. Строго соответствующим этому обстоятельству является сообщение, которое было сделано участниками Оксфордской конференции на заграничном соборе архиереев с клириками и мирянами в 1938 г. о том, что эта конференция протекала при полном масонском засилье.

Отсюда понятно, кто стоит за экуменическим движением. За ним стоят исконные враги Православной Церкви — масоны. А также ясно отсюда, к какому соединению в своих истоках стремится это движение на своих экуменических конференциях. Их устроители стремятся не к догматическому соединению всех так называемых христианских церквей с Православными Церквами, а к смешению тех и других, через отступление православных от своей веры и их экуменической дружбы с еретиками, в особенности с протестантами. А это смешение равносильно уничтожению Православия.

Конечно, в экуменическом вопросе мы не должны упускать из вида, что в самом последнем истоке экуменического движения перед нами стоят не только исконные враги нашей Православной Церкви, но стоит отец всякой лжи и пагубы — диавол. В прежние века, возбуждая в Церкви всякие ереси, он хотел погубить Святую Церковь через смешение православных с еретиками. Это делает он и ныне через то же самое смешение посредством экуменизма с его неисчерпаемыми масонскими капиталами.

Однако раньше это дело смешения имело больше препятствий, чем ныне. Тогда у христиан была огненная ревность о православной вере, ибо последняя защищалась ими до мученической крови. Ныне православные объяты небывалым равнодушием к своей вере, что так ненавидит Господь, сказавший: «О, если бы ты был холоден или горяч»! Но как ты тепл, а не горяч и не холоден, то извергну тебя из уст Моих» (Апок. III, 15—16). Тогда за ревность о вере и чистоту христианской жизни православные имели от Бога ведение. Богословски непросвещенный народ в лице даже простых женщин спорил на рынках: единосущен или подобосущен Христос Своему Божественному Отцу? Ныне среди православных царствует всеобщее ослепление в вопросах веры. Пользуясь всем этим, экуменическое движение быстро разрастается по лицу всей вселенной, пленяя в свои хитросплетенные сети даже Православные Церкви. Но Русская Церковь, включающая в себя сто пятьдесят миллионов православно верующих людей, пока не вошла в это движение.

Экуменизм пока еще не будет торжествовать своей победы, он не заключит все Православные Церкви в свое экуменическое вселенское кольцо.

Не дадим ему этой победы! Памятуя его сущность и его пели, всецело отвергнем экуменическое движение, ибо здесь — отступление от православной веры, предательство и измена Христу, чего всячески мы должны из бегать во исполнение слов преп. Серафима: «Горе тому, который хотя на одну йоту отступил от Святых Вселенских Соборов». Здесь мир, враждебный Христу и Его Святой Православной Церкви. Поэтому дружба с этим миром есть, по словам Апостола, «вражда против Бога» (Иак. VI, 4).

Не с инославными Православная Церковь должна соединяться, что является делом неосуществимым, утопическим и крайне для нее вредным и пагубным. Православные христиане должны объединяться друг с другом по заповеди Христа в Его словах: «Не о них же только (разумеется, апостолах) молю, но и о верующих в Меня, по слову их: да будут все едино, как Ты Отче во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино» (Иоанн. XVII, 20—21). Здесь слово «все» по контексту речи относится к слову «верующие». А под верующими здесь нельзя разуметь вместе с экуменистами и православных, и инославных христиан. Здесь надо разуметь только одних истинно-верующих, т. е. православных христиан, ибо Господь, сказавший: «Аз есмь... истина» (Иоанн. XIV, 6), не мог иметь здесь в виду еретиков, не истинно-верующих людей.

Не будем смущаться обвинением нас православными экуменистами в отсутствии любви к инославным христианам за это наше отвержение. Это обвинение прежде всего не соответствует действительности. Наша Святая Церковь всегда боролась с ересями и даже до крови. Но людей, впавших по внушению диавола в ереси, Православная Церковь всегда жалела движимая любовию к ним, она налагала на них епитимию, вплоть до отлучения от церковного общения. Однако она никогда не прекращала и не прекратит своей молитвы, этого дыхания благодатной истинной любви, о вразумлении и обращении еретиков на путь спасительной истины. Вот как Святая Церковь учит нас молиться о них: «Отступившия от православныя веры, и погибельными ересьми ослепленные, светом Твоего познания просвети и Святей Твоей Апостольстей, Соборней Церкви причти» [31].

Таким образом, Святая Церковь различает самые ереси, требуя бескомпромиссной борьбы с ними от людей, впавших в эти ереси, всегда простирая к ним свои материнские любвеобильные объятия.

Затем, нас обвиняют в отсутствии любви к инославным христианам в сущности за то, что мы не относимся к экуменическому движению так, как к нему относятся православные экуменисты. Последние в этом своем отношении к экуменическому движению нарушают святые каноны, попирая наше догматическое учение о Церкви, устраивают на экуменических конференциях дружбу с протестантами и масонами, а через эту дружбу потворствуют протестантской пропаганде в православных странах, содействуют врагам Православной Церкви в деле ее разрушения. Таким образом, это отношение православных экуменистов к экуменизму является сплошным бесчинством. Но в бесчинстве, по учению Апостола Павла, нет любви. «Любовь,— говорит он,— не бесчинствует» (1 Кор. XIII, 5).

Ясно, что не у нас, а у православных экуменистов нет любви к инославным христианам, ибо у них не любовь, а бесчинство. Пусть они спросят у своей совести, и она скажет им, что лежит в основе их экуменической деятельности и в их отношении к инославным христианам, любовь ли к последним, или что-либо другое?!

Да избавит нас Господь от такой любви, от такого отношения к экуменическому движению. Дай Бог, чтобы наша Русская Церковь и впредь держалась той обособленности в отношении к экуменизму и его конференциям, в какой она пребывает доселе. Да, мы одиноки. Но в этом одиночестве, в этой нашей обособленности — залог спасения от гибельного натиска на Русскую Церковь со стороны масонства,— залог спасения не только Русской, но, может быть, и всей Вселенской Православной Церкви.

Поэтому не будем участвовать в экуменических конференциях. Надо нам как можно дальше быть от экуменического движения. Последнее, не надеясь, что Русская Церковь сразу вступит в ряды его настоящих членов, высказывает пожелание, чтобы ее представители присутствовали на Амстердамской конференции не как ее члены, а в качестве наблюдателей от своей Церкви [32].

Но не следует и таким присутствием накладывать даже малейшего пятна на великую нашу Русскую Церковь, ибо присутствие ее представителей в еретическом и масонском обществе, хотя бы в качестве наблюдателей, будет в известной мере, иметь характер общения с таким обществом. Между тем и к нашей Русской Церкви вполне применимы слова Апостола Павла: «Христос возлюбил Церковь и предал Себя за нее, чтобы освятить ее... чтобы представить ее Себе славною Церковью, не имеющею пятна, или порока или чего-либо подобного, но дабы она была свята и непорочна» (Ефес. V, 25—27).

Поэтому не будем иметь абсолютно никакого общения с экуменическим движением. Будем в данном случае руководствоваться словами Священного Писания: «Не преклоняйтесь под чужое ярмо с неверными, ибо какое общение праведности с беззаконием? Что общего у света со тьмою? Какое согласие между Христом и велиаром? Или какое соучастие верного с неверными? (2 Коринф. VI, 14—15). «Блажен муж, иже не иде на совет нечестивых» (Пс. I, 1).

Председатель: О. Григорий Разумовский хочет сделать сообщение.

Протоиерей Разумовский: На пленуме слушался доклад Румынской Церкви на русском языке, а потому не знающие русского языка, но знающие только французский язык, не имели возможности познакомиться с этим докладом. Наша комиссия располагает четырьмя экземплярами доклада Румынской Церкви на французском языке, которые могут быть розданы присутствующим с возвращением по миновании надобности.

Представитель Антиохийской Церкви выразил пожелание ознакомиться с докладом Высокопреосвященнейшего Серафима на французском языке.

Председатель: Кто хочет высказаться по докладам Преосвященного Нестора и Преосвященного Серафима?

Эти доклады выражают определенную мысль — отрицательное отношение к участию в экуменическом совещании.

Игумен Дионисий (Шамбо): Я не понял Владыки Нестора, потому что его доклад не был переведен на французский язык, а потому не смогу говорить о нем. Но я имею понятие о докладе Владыки Серафима, который был переведен на французский язык.

Этот доклад очень заинтересовал меня, потому что он всеобъемлющ. Будучи особенно заинтересован в этом докладе, я хочу получить экземпляр его на русском языке, а также я просил бы перевести его на французский язык в сокращенном виде с тем, чтобы я мог взять его с собой в количестве нескольких экземпляров и передать, кому нужно, во Франции.

Я в принципе согласен с докладом, и, в частности, с тем, что Церковь едина, свята, апостольски свята, что она — единая Церковь, Тело Христово, и что она не может уступать в чем бы то ни было врагам Церкви, поэтому она не может участвовать в экуменических конференциях. Но было бы желательно, хотя, может быть, и невозможно, послать все-таки обозревателей, потому что мы должны проявлять любовь; такое представительство необходимо, особенно в миссионерских целях, так как протестанты в частности, и вообще все неверующие никогда не обратятся к Церкви, если они не будут знать ее основу и учение.

Внутри протестантской церкви замечается большой интерес к Православной Церкви. У них очень большое желание снова обрести утерянную истину. Очень большое желание также они имеют участвовать в таинствах и иметь их. В некоторых церквах, особенно у лютеран, большое желание также иметь апостольское наследство. Имеется в последнее время большое движение в протестантской церкви, особенно в лютеранстве, к реформированию, пересмотру своего учения и устройства, не говоря об Англиканской Церкви, которая также имеет большое желание в этом направлении, но вопрос об Англиканской Церкви — другой вопрос. Никогда протестанты не вернутся к Церкви через посредство Римской Церкви, потому что Римская Церковь их запугивает. Они все с большим желанием обращаются к Православной Церкви.

Несомненно, они не сразу все обратятся. Это будет работа медленная, но она имеет большое будущее. Мне кажется, что наш долг, долг православных — приблизиться к ним и дать возможность лучше нас узнать. Наш долг — быть в общении с протестантами, не говоря об экуменическом движении, хотя даже и с экуменическим движением хорошо было бы иметь общение, конечно, неофициальное; не нужно ничего делать такого, что может быть осуждено Церковью, как, например, сослуже-ние. Но все же необходимо общаться с ними, встречаться с ними, чтобы направить их и обратить в православную веру. Мне кажется, что таким образом отдельные лица и целые группы людей будут присоединяться к Церкви все больше и больше.

Святейший Патриарх Сергий писал Лосскому в Париж о возможности создания не одной, а нескольких литургий, которые были бы приспособлены к западному пониманию, к западным традициям, потому что нужно объяснить тем, кто вне Церкви, каковы главные условия, чтобы быть внутри Церкви и с Церковью. Есть условия, которые надо принять обязательно.

Я сам прошел через этот опыт, когда с группой католиков присоединился к Православной Церкви. Думаю, что этот опыт может быть повторен и размножен.

Мне кажется, что мы должны проявлять братскую любовь к тем, кто вне Церкви, чтобы их вновь привести в лоно Православной Церкви. Если мы замкнемся внутри себя, то не достигнем этой цели. Это видно особенно нам, которые живут на Западе, среди инославных, и которым приходится все время иметь общение с инославными. Но мы не можем допустить никаких компромиссов.

Вот все, что я хотел сказать.

Г. ван Эпенхайзен: Хочу присоединиться к словам отца Дионисия.

Я живу в Голландии, между протестантами, исключительно среди еретиков, поэтому доклад заставил меня о многом подумать, в частности, об общении с еретиками.

Мысль этого доклада расходится с той мыслью, которую я прочитал в книге протоиерея Сергия Булгакова, который говорит: «Дух дышит, где он хочет». Я всегда верил, что эти слова никогда не расходились с верой в то, что Православная Церковь содержит полноту истины.

Я должен засвидетельствовать то, что в моей стране гораздо больший интерес и любовь к Православной Церкви, чем, может быть, здесь думают. Это не есть парадокс, потому что Православная Церковь, в частности Русская Православная Церковь, есть предмет большого упования.

Протестантский пастор Фетер написал книгу о Православии. Книга написана очень правильно. Она имела исключительный успех в течение одного месяца. В предисловии сказано, что мы хотели бы, чтобы Православная Церковь нам передала свой обряд. Это свидетельствует о том, что автор этой книги не понимает достаточно, что самое важное в Церкви — это апостольское преемство.

Председатель (переводчику): Повторите, как Вы перевели эту мысль.

Игумен Павел (переводчик): В предисловии сказано, что было бы желательно, чтобы Православная Церковь нам передала свою обрядность. И вот, говорит г. ван Эпенхайзен, это полное непонимание того, что самое важное для Церкви — апостольское преемство.

Г. ван Эпенхайзен: Я понимаю, что мешает участвовать в Амстердамской конференции.

Мне кажется, что если мы будем следовать принципу, который был изложен в сегодняшнем докладе, мы отойдем еще дальше от инославных и не дадим им возможности приблизиться к нам.

Это все, что хотел я сказать.

Архиепископ Серафим: Отец игумен Дионисий говорит, что согласен с моим докладом, но все-таки высказывает такую мысль, что желательно наше присутствие на Амстердамской конференции хотя бы не в качестве полноправных членов, а только в качестве тех людей, которые не должны удаляться от протестантов, и, таким образом, через общение приводить их к Православию.

Но в этом-то как раз и заключается препятствие, отец Дионисий. Дело заключается именно в этом компромиссе. Если мы будем принимать участие на тех или иных экуменических конференциях, то воленс-ноленс должны допустить какие-то компромиссы.

Я в своем докладе говорил, как это вредно, пагубно присутствовать на экуменической конференции. При этом страдает престиж нашей Православной Христовой Церкви. Я вполне понимаю, что есть протестанты, которые стремятся к истинному соединению с Православной Церковью, но можно изыскать другие способы общения с теми, которые искренно стремятся к соединению с Православной Церковью.

Наша Русская Церковь может устроить какие-нибудь комиссии здесь, в Москве, для протестантов, ищущих православной истины. А присутствовать даже в качестве наблюдателей на экуменической конференции — значит итти против святых правил, которые запрещают молитвенное общение с еретиками.

Кроме того, присутствовать на этих конференциях — значит, что мы входим в общение с сектантскими обществами. Это будет показывать, что мы жертвуем престижем Православной Церкви и считаем еретические общества церквами. Поэтому я повторяю, что никак не может Православная Церковь участвовать в экуменических конференциях, ибо это есть измена Христу. На такой путь мы встать не можем.

Епископ Нестор: У меня вопрос. Я не понимаю, что имелось в виду, когда отец Дионисий говорил об обозревателях, о наблюдателях и мотивировал желание послать их с целью ознакомить протестантское движение с православными делами. Что же? Значит наблюдатель должен знакомить с Православием? Мне это непонятно.

Игумен Дионисий: Я говорю, что если послать в качестве обозревателя кого-нибудь на Амстердамскую конференцию, так надо его послать с посланием от Православной Церкви, потому что среди них есть действительно искренне желающие сблизиться с нами, желающие, во всяком случае, знать Православие.

Епископ Нестор: Мне непонятен и сейчас ответ на мой вопрос.

Игумен Дионисий: Я считаю, что если даже не посылать наблюдателя на эту конференцию, то непременно надо послать в письменном виде изложение того, что такое православное дело.

Архиепископ Серафим: Здесь упоминается отец Булгаков, Ректор Парижского богословского института; он для нас, для православных людей, не может быть богословским авторитетом. Я написал большую книгу, в которой опроверг ересь Булгакова и его экуменические воззрения.

У Булгакова имеется тезис, который говорит, что он вполне принимает еретические воззрения. Он говорит, что София есть субстанция всей Божественной Троицы, т. е. первое есть Бог София, а второе — Святая Троица. Поэтому нужно с осторожностью и даже с отрицанием относиться к его изречениям. Я имею в виду изречение «Дух дышит, где хочет». Это изречение он приводит с чисто сектантским значением. Он предлагал в 1935 г. причащаться с англиканами именно на основании тех слов, которые Вы приводите: «Дух желает везде распространять свое Божественное дыхание». Но не все это Божественное дыхание принимают. Там, где есть плотская настроенность, где плотские мысли, там его нет. Кроме того, Дух Святый не может быть там, где находится ересь.

Апостольское преемство имеет большое значение. Вот Дух Святый там, где апостольское преемство, а апостольское преемство в Православной Церкви.

Протоиерей Григорий Разумовский: Я бы хотел ответить отцу Дионисию о тех наблюдателях, которые могли бы быть представлены на Амстердамской ассамблее.

По положению, которое у нас имеется в отношении Амстердамской ассамблеи, эти наблюдатели будут иметь право участия только на пленарных заседаниях. Каждый понимает, что самая важная, самая настоящая работа ведется в комиссиях, в секциях, а наблюдатель туда допущен не будет. Спрашивается, какая же будет возможность производить какое-то воздействие со стороны православного наблюдателя. Ни одного православного доклада заранее не представлено, а если нужно было бы сделать какой-нибудь доклад от православных, то этот доклад теперь не будет принят, так как нужно было представить его за четыре месяца. Бесполезно послать наблюдателей: им не будет предоставлено слово.

В отношении миссионерства. Я понимаю, что миссионерство можно производить посредством речи, посредством каких-то действий, хотя бы посредством богослужения, но экуменическое движение идет не по пути вероучительного обоснования, или воссоединения на догматическом основании, а оно ставит исключительно социальные вопросы. Какое же может быть миссионерство в группе людей, которые совершенно по-другому рассуждают.

Значит, каждый миссионер при таких обстоятельствах может производить только одно действие—своим внешним видом показать: вот каковы мы, православные.

Конечно, нельзя отрицать, что можно и должно миссионерствовать и иметь какой-то контакт с отдельными вероисповеданиями. Но, ведь, наше Совещание посвящено исключительно одному вопросу — экуменическому — о воссоединении всех Церквей, поэтому одно дело — говорить о миссионерстве или о контакте индивидуальном или групповом, а другое дело — говорить об участии в экуменическом движении, которое не дает никаких предпосылок, чтобы мы могли надеяться, что неправославные хотят соединиться с православными. Они хотят включить нас в свою среду, а не услышать от нас оснований нашей веры.

Лично я не желал бы быть в роли наблюдателя, это было бы для меня оскорбительно, потому что я сидел бы и слушал, а говорить не имел бы права. Я протестую против этой роли наблюдателя.

Затем отец игумен сказал, что было бы хорошо, чтобы все-таки, если мы сами ке приедем наблюдателями, то отправили бы какое-то послание в экуменическую ассамблею декларацию, в которой изложили бы свое православное исповедание веры.

Поддерживаю предложение отца Дионисия — создать декларацию-обращение ко всем христианам мира.

Поэтому я предлагаю, если с этим настоящая Комиссия согласна, здесь же сегодня выбрать, примерно, двух-трех человек, чтобы выработать текст этого обращения ко всем православным христианам.

Я просил бы нашей Комиссии придерживаться именно того мнения, что сейчас мы рассуждаем только об экуменическом движении, а не вообще о воссоединении и убеждении кого бы то ни было Это особое движение и не стоит на пути к воссоединению. Поэтому все разговоры о контакте личном, о контакте групповом сюда не относятся. Не это есть тема нашего Совещания.

И, во всяком случае, какие бы ни были у нас отношения с инославными верующими, а отдельные верующие находятся в контакте с инославными, то все-таки это будет личное отношение, но ни в коем случав не через Всемирный Экуменический Совет.

Отказ от участия в экуменическом движении означает наш отказ и от присутствия на совещании и от каких-то обращений к нему по нашим делам о соединении до тех пор, пока оно не уйдет с почвы социальной, политической, экономической и возвратится снова к разговорам о действительно догматическом соединении Церквей.

Архиепископ Сарафим: Обращаться с посланием к Экуменическому съезду и тем более к Экуменическому Совету с изложением нашей православной веры совершенно бесполезно и будет даже смешно. Они этим вопросом совершенно не интересуются — эти заправилы экуменических конференций. Они этот вопрос о соединении с Православной Церковью не ставят. Зачем же мы будем сами напрашиваться с этим посланием? Только для унижения Православной Церкви. Поэтому я против такого обращения.

Председатель: Протоиерей Разумовский сделал двоякое предложение: одно — обратиться с декларацией к христианам всего мира и другое — к православным, участвующим в экуменическом движении.

Протоиерей Григорий Разумовский: Я думаю, что Его Высокопреосвященство не понял меня. Я предложил обратиться с декларацией ко всем христианам мира, но не к Экуменическому Совету.

Архиепископ Серафим: Я имел в виду не заявление о. Разумовского, а слова о. Дионисия, что нужно обратиться с посланием, что сами мы не будем присутствовать, а послание пошлем. Это будет крайней ошибкой, тем более, что Экуменический Совет не стремится к православной вере, а, наоборот, стремится нас уничтожить.

Председатель: Отец протоиерей Разумовский внес корректив в мысли отца Дионисия.

Архиеписком Серафим: Отец Разумовский говорит, что обращение не связано с экуменическим делом. Я думаю, что нужно направить послание к православным экуменистам. Пора им указать, на какой гибельный путь они встали.

Протоиерей Григорий Разумовский: Я говорил о том, чтобы направить обращение ко всем христианам мира с общим исповеданием. А к православным экуменистам обратиться с посланием, разоблачающим экуменизм.

Игумен Дионисий: Я присоединяюсь к этому предложению, нужно послать два послиния: первое — к православным экуменистам, второе — ко всем христианам.

Г. ван Эпенхайзен: Отец Григорий сказал, что нужно совсем отмежеваться от экуменического движения до тех пор, пока оно занимается социально-политическими вопросами. Но оно проводит чисто протестантскую идею, которая хочет заниматься и вопросами социальными, т. е. происходит совокупление двух принципов. Есть принцип, что вера без дел мертва есть Поэтому нужно касаться не только вопросов богословских, но и социальных.

Протоиерей Григорий Разумовский: В этом и заключается соблазн экуменического движения Последнее заседание экуменистов было в Эдинбурге в 1937 г. по вопросам вероучения. С тех пор подобного заседания не было.

Было сделано так, что как будто Эдинбургская конференция не удалась. Пришли к убеждению, что невозможно придти к догматическому единомыслию.

Но на самом деле одновременно происходила подготовка к конференции в Оксфорде, в результате которой было принято к руководству в дальнейшем экуменическом движении утверждение пункта 17, который показывает, в чем секрет, почему эта конференция неудачна и какую политику хочет проводить в жизнь в настоящее время экуменическое движение.

17-й пункт говорит об утверждении Всемирного Совета Церквей.

И, вот, первый доклад о будущей Амстердамской ассамблее будет доклад о значении этой Всемирной ассамблеи. Это и будет тем учреждением, которое должно охватить всех согласившихся на экуменическое движение в церкви.

Условием в экуменическом движении для вступления в этот Всемирный Совет Церквей является одно: предлагается исповедовать Иисуса Христа Господом Богом и Искупителем.

Я хочу спросить Высокочтимое Собрание• достаточно ли того, чтобы все наше исповедание веры заключалось только в том, чтобы признавать Иисуса Христа Господом Богом и Спасителем нашим?

У нас имеются на памяти слова из Нового Завета, что «и бесы веруют и трепещут». Вот, очевидно, что бесы как раз и веруют в то, что Иисус Христос — Спаситель человеческого рода. Поскольку эта вера не выше бесовской, то, по-моему, должны прекратиться всякие разговоры, что какой-нибудь Всемирный Совет Церквей может привести к церковному соединению — именно к церковному соединению, а не к соединению на социально-экономической почве.

Конечно, «Дух дышит, где хочет», но у нас имеется Церковь, как спасительная единица, я бы сказал, и мы обязаны подчинением этой Церкви. Соблазн экуменистов заключается в том, что они говорят:

«Давайте сначала привыкнем друг к другу на социально-экономической почве, а тогда и молиться начнем вместе».

Они начинают с вероучения, но план у них такой: объединившись на социальной почве, вместе молиться.

Мое мнение, что социально-экономическими вопросами Господом Богом предоставлено заниматься государству; оно ответит перед Богом за удовлетворение этой чисто человеческой справедливости. А роль Церкви — вести паству и итти к Царству Божьему. В Царстве Божьем — правда, а в социально-экономических вопросах — справедливость. Я хочу обратить внимание на сопоставление этих двух понятий.

Я хочу сравнить и уточнить разницу между правдой Божьей, к которой должна стремиться Церковь, и той справедливостью, к которой должно стремиться государство.

Представьте себе, что я работаю в государстве, получаю заработную плату и буду требовать все, что мне по закону полагается. Это будет примером того, что я или те, кто мне помогают, стремимся быть справедливыми. Но правду Божию выполняли бы те подвижники духа христианского, которые сказали бы: мне что-то полагается по закону, но я не в силах требовать; если Бог даст — слава Богу. В этом правда Божия, к которой должна стремиться Церковь. Церковь призывает к жертве в любви: «Пожертвуй один другому». Поэтому в стремлении к справедливости не могу провести аналогию с той правдой Божьей, к которой стремится Церковь. Путь Православной Церкви должен итти к Небесам, а не пускать корни на земле.

Председатель: Здесь подняты два вопроса довольно ярко, хотя между ними нет ничего общего. Кто хочет ответить на речь отца Григория?

Г. ван Эпенхайзен: Как разъединить все духовное от социального.... Может быть, это слишком философский вопрос. Если мы разъединим то, что принадлежит Церкви, от того, что принадлежит государству (ведь, часть моей жизни принадлежит мирскому, а другая часть моей жизни принадлежит Церкви), то не приговорим ли мы эту часть жизни к невозможности участвовать ни в чем хорошем в жизни церковной?

Протоиерей Григорий Разумовский: Так установлено Богом, что есть власть светская и есть Церковь.

Человеческое существо в целом — все его тело с душой — похоже на плодовое дерево. Корни его находятся в земле, а ствол — сверх земли. Между этими частями есть какое-то соединение — перемычка. Корни не знают жизни ствола, они питаются соками из земли. Вот это и есть та часть нашей жизни, с которой соединены обыкновенно мирские, житейские потребности. Но все это только для того, чтобы над этим рос ствол с плодами.

Из этого примера я хочу вывести только одно заключение, что жизнь в мире построена так, что мы должны быть в двояком положении и удовлетворять свои житейские потребности и духовные. Совмещать это нужно при помощи государства и при помощи Церкви. Надо всегда уметь это соединять и разделять.

Председатель: Повидимому, ясно, что нам нужно стремиться к небу, но не отрываться и от земли.

Протоиерей Григорий Разумовский: Но не через Церковь...

Председатель: От общих вопросов перейдем к конкретному: относительно Послания или Декларации.

Протоиерей Григорий Разумовский: Я уже внес предложение. Я надеюсь, что предложение пройдет в том смысле, чтобы были выбраны человека два-три, не больше.

Председатель: Одну Декларацию или Декларацию и Послание. Это предложение нужно обсудить.

Отец Дионисий предлагает послать и то и другое.

Протоиерей Григорий Разумовский: Послать Декларацию позитивного порядка ко всем христианам мира и затем вторую Декларацию к православным, участвующим в экуменическом движении с разоблачением его, с увещеванием или с апостольским запрещением не уклоняться от Церкви.

Председатель: Второй вопрос нужно более детально разъяснить.

Епископ Нестор: Я не понимаю второго предложения: к кому именно будет обращено воззвание? Если к тем экуменистам, которые уже пребывают в расколе с Православной Церковью, то это будет не совсем понятно. Как можно называть православными таких экуменистов? А если не к ним, то кто же будет адресатом нашего воззвания?

Протоиерей Григорий Разумовский: Я считаю, что это второе послание должно быть послано тем из Православных Церквей, которые продолжают участвовать в экуменическом движении.

Например, Константинопольская, Элладская Церкви, которые принимают участие в экуменическом движении. Мы должны подчеркнуть разницу между нами. Пусть они будут теми же православными, которые нуждаются в нашем увещевании. Под раскольниками я подразумеваю тех, кто откололся от Матери-Церкви. Их мы не можем лишить такого же церковного увещевания.

Председатель: Второе воззвание, насколько я пони маю, Вы рекомендуете адресовать Церквам, которые участвуют в качестве наблюдателей в Экуменическом Совете?

Протоиерей Григорий Разумовский: К тем, кто участвует в экуменическом движении.

Председатель: К тем лицам, кто лично участвует, или сочувствует через литературу?

Протоиерей Григорий Разумовский: Ко всем тем, кто вышел из-под юрисдикции Матери-Церкви.

Митрополит Илия: Издана ли книжка протоиерея Разумовского на французском, английском и других языках? Разослана ли эта книжка об экуменическом движении по соответствующим странам, где могут интересоваться этим движением и могут не знать точки зрения Русской Православной Церкви?

Со своей стороны я считаю, что это сделать совершенно необходимо, так как мнение Православной Церкви по этому вопросу должно быть общеизвестно.

Протоиерей Григорий Разумовский: Если настоящее Совещание одобрит и разделит мысль Русской Православной Церкви, то, конечно, можно вынести пожелание, чтобы это было разослано и дальше, с тем, чтобы могли воспользоваться другие Церкви, православные и вообще все христиане.

Председатель: Мне кажется, что Вы не совсем поняли: Высокопреосвященный Илия спрашивает, Ваш доклад в общем виде будет разослан или нет?

Протоиерей Григорий Разумовский: Пока не послан, но если Совещание согласится с докладом, то он будет отпечатан в большем количестве экземпляров и разослан. А сейчас как может Русская Православная Церковь навязывать свое мнение загранице, если это мнение не будет согласовано со всеми другими Православными Церквами. Русская Православная Церковь и пригласила вас для совета по этому вопросу.

Председатель: Дело в том, что здесь высказывается взгляд нашей Русской Церкви, а на Совещании должен быть высказан взгляд всей Православной Церкви. Это — не одно и то же. Но, во всяком случае, если наше Совещание придет к определенной мысли, то и доклад, и наше постановление будут посланы на экуменическое совещание.

Епископ Нестор: В связи со всей этой краткой дискуссией, я предлагаю ограничиться выработкой текста послания ко всем христианам и не составлять специального послания к православным, участвующим в экуменическом движении.

Наша резолюция, ведь, будет разослана?

Надо выработать Послание вообще ко всем христианам.

Архиепископ Серафим: Следовало бы конкретно изложить, какие мысли будут в этом Послании ко всем христианам мира.

Митрополит Илия: Надо выбрать двух-трех человек, которые обдумают этот вопрос.

Председатель: Повидимому, все согласны в том, что надо составить и послать всем христианам мира Декларацию от имени Совещания всех Православных Церквей, присутствующих здесь, а вопрос относительно составления послания православным экуменистам — оставить открытым.

Игумен Дионисий: Это нужно непременно сделать.

Председатель: В ответ на заявление Высокопреосвященнейшего Серафима, что нет нужды обращаться с Декларацией ко всем христианам, привожу справку, что когда был Собор, избравший Патриарха Сергия, тогда этот Собор обратился ко всем христианам мира по поводу нашего исповедания.

Протоиерей Григорий Разумовский: Христос сказал: «Идите и учите все народы». Нам дана в руки инициатива, мы обязаны всегда проповедовать. Тем более, как мы видим из докладов отца Дионисия и г. ван Эпенхайзена, протестанты интересуются, но, не имея православных книг, не могут узнать, в чем суть Православия. А эта Декларация дала бы им программу, к которой они могли бы стремиться. Там можно было бы развить мысль об единстве Церкви.

Председатель: Так как появилось экуменическое движение, мы должны определить наше отношение к нему.

Протоиерей Григорий Разумовский: Высокопреосвященнейший Григорий говорит, что нужно определить наше отношение к экуменическому движению. Нам нужно еще разъяснить разницу между новой экуменической церковью и нашей Церковью.

Игумен Дионисий: Это очень важно, потому что Римско-католическая Церковь все время говорит от лица Церкви. Наш долг говорить от лица Православной Церкви, как истинной Церкви.

Митрополит Илия: Чтобы не было разногласия в Православной Церкви по этому вопросу, поскольку представитель Константинопольского патриарха Митрополит Герма-нос не участвует в этом обсуждении, надо предварительно сговориться с ним об этом вопросе, чтобы наше послание имело большую силу.

Председатель: Как можно это сделать, если Высокопреосвященный Германос не участвует в наших заседаниях?

Митрополит Илия: Можно его пригласить официально участвовать в обсуждении только этого вопроса.

Председатель: Высокопреосвященный Германос уклоняется от обсуждения вопросов Совещания, так как он не имеет указаний от своего Патриарха на это.

Митрополит Илия: Есть люди среди экуменического движения, которые даже не верят в Бога.

Более сильные результаты будут тогда, когда обратятся все члены единомышленной Православной Церкви. Русская Православная Церковь призывает к единению на основе апостольских правил.

Неучастие некоторых Православных Церквей в Декларации сорвет все дело. Если мы этого не сделаем, мы сможем потерять единение, которое, у нас здесь имеется.

Председатель: Высокопреосвященный Серафим, Вы против Декларации?

Архиепископ Серафим: Если у нас будут конкретные мысли, которые установятся в Комиссии, тогда я не буду против.

Председатель: Вопрос решен Комиссией в том смысле, что нам нужно составить Декларацию ко всем христианам мира. В основе этой Декларации будет лежать разъяснение настоящего экуменического движения и нашего к нему отношения. В этой Декларации будет выяснено, как мы понимаем нашу Православную Церковь.

Председатель: Тогда позвольте перенести на вечернее заседание нашей Комиссии вопрос об избрании лиц, которые войдут в состав комиссии для редактирования этой Декларации.

Принимается.

Объявляю перерыв до 5 часов дня.

Заседание закрывается.

Вечернее заседание 13 июля 1948 г.

Председатель Митрополит Ленинградский и Новгородский Григорий: На предыдущем заседании нами было постановлено заняться выборами комиссии для составления проекта Послания или Декларации ко всем христианам мира. Судя по выступлениям на предыдущем заседании, может быть необходимо ввести в состав комиссии отца Григория Разумовского.

Принимается.

Протоиерей Григорий Разумовский: Я предложил бы ввести в состав Комиссии представителя Чехословацкой делегации Черкеса, который сталкивается в Чехословакии со всеми церковными течениями.

Председатель: Еще можно предложить отца игумена Дионисия. Таким образом, разрешите предложить комиссию из этих трех лиц.

Состав комиссии единогласно утверждается.

Когда комиссия предполагает заняться?

Протоиерей Григорий Разумовский: Сегодня вечером с тем, чтобы к завтрашнему заседанию материал был готов.

Игумен Павел: Отец Дионисий предлагает, чтобы я участвовал в работе комиссии для перевода. Принимается.

Протоиерей Всеволод Шпиллер: В каком духе будет составлена эта Декларация?

Протоиерей Григорий Разумовский: Когда я развивал идею отца Дионисия, то предлагал взять за основу единство Церкви.

Председатель: На предыдущем заседании говорили, чтобы Комиссия составила Декларацию, или Послание ко всем христианам мира, исходя из наличия и целей экуменического движения, пояснила истинное понимание учения о Святой Апостольской Церкви.

Владыка Илия высказал пожелание об установлении контакта с Высокопреосвященнейшим Германосом, поскольку он является сопредседателем Экуменического Совета. Может быть, в отношении этого контакта и времени его установления мы сделаем таким образом: выработаем проект нашего Послания, когда будут ясны наши конкретные тезисы, выберем нескольких лиц и поставим в известность Высокопреосвященнейшего Германоса о том, чтобы узнать его мнение.

Я полагаю, поскольку комиссия будет вырабатывать определенные положения и конкретизировать их в Послании, то этой же комиссии поручить одновременно подготовить и проект резолюции по всему этому вопросу для того, чтобы можно было его конкретно обсудить.

Кому угодно по этому вопросу высказаться?

Протоиерей Григорий Разумовский: Если подготовку проекта резолюции поручим этой же комиссии, то следовало бы привлечь представителя Румынской Церкви.

Председатель: Для подготовки проекта резолюции мы увеличим состав комиссии, в частности введем представителя Румынской Церкви.

Протоиерей Григорий Разумовский: Следовало бы ввести представителя и от Сербской Церкви.

Председатель: К сожалению, никто от Сербской Церкви не вошел в нашу комиссию. Представитель Румынской Церкви в нашей комиссии имеется.

Протоиерей Григорий Разумовский: Святейший Патриарх Гавриил высказывал большой интерес к этому вопросу. Можно с ним согласовать отдельно. Представители остальных Церквей у нас есть.

Протоиерей Александр Калинович: Я полагаю, что в тексте Обращения необходимо иначе обратиться к старо-католикам, которых в Польше много. Это движение развивается, причем старокатолики чувствуют некоторую осиротелость и должны будут где-то искать опору.

Игумен Дионисий: Это не только в Польше, но также и в Швейцарии, в Голландии, в Германии.

Протоиерей Александр Калинович: Они очень динамичны и пользуются поддержкой населения, а своих догматических определений, вероятно, сами хорошо не представляют себе, так как съезды у них не занимаются идеологией, а больше организацией, благоустроением материальной части. К Православию они тянутся, когда нужно установить определенные догматические подходы. У нас в Польше есть также старокатолики с западным обрядом.

Старокатолики, составлявшие перед войной три секты, объединились в одно движение, которое развивается нормально и довольно актуально.

Они близки нам, кроме Filioque. И нужно не быть пророком, чтобы предсказать: когда они будут искать, на кого опереться в Польше, особенно после Московского совещания, то они, конечно, обратятся к нам. Я бы полагал в этом обращении обратиться к старокатоликам.

Протоиерей Григорий Разумовский: Конечно, вопрос о старокатоликах интересен, но он не стоит в порядке дня. Если мы желаем обратиться ко всем христианам, в том числе нужно обратиться и к старокатоликам. Я бы хотел сделать сообщение и больше этого вопроса не касаться.

Протоиерей Александр Калинович: Мы говорим об активности экуменизма, но и старокатолики очень активны повсюду, особенно в Польше.

Протоиерей Григорий Разумовский: Я предлагаю к этому очень интересному вопросу вернуться, когда мы закончим с экуменическим вопросом. Почему он интересен и почему нужно к нему вернуться? Потому что у Русской Православной Церкви имелось намерение о соединении со старокатоликами еще с 1910 г. Мы имеем сведения о том, что в Польше большое количество старокатоликов себе изменило и соединилось с католиками. Старокатолики уже заключили соглашение о взаимном признании также и с англиканами.

Недавно мы получили письмо от архиепископа Утрехтского и еще от двух епископов, в котором они просят найти возможность установить отношения между Русской Церковью и старокатоликами. У них уже имеется отношение с Англиканской Церковью на основе переговоров в 1930 г. в Бонне.

Почему-то эти сношения с Константинополем у них прекратились.

Мы ответили, что просим выслать новые протоколы Боннских совещаний. На этом примере вы видите, что пусть никого не пугает отношение Русской Православной Церкви к инославным. Она отзывается на все призывы. Она отзывается на призывы старокатоликов и будет отзываться на обращения старых протестантов.

Протоиерей Всеволод Шпиллер: Мне кажется, что здесь имеется некоторое недоразумение. Тут предлагают, как я понимаю, в Обращении или в Послании ко всем христианам по экуменическому вопросу отметить некоторые особенности, специально относящиеся к каждому вероисповеданию.

Нет речи об установлении каких-то принципиальных отношений между нами и старокатоликами, между нами и другими вероисповеданиями, но только по вопросу взаимоотношений этих вероисповеданий к экуменическому движению. Мы должны что-то сказать, что заинтересует особо всех старокатоликов, проживающих там-то и там-то.

Мы, действительно, могли сказать нечто интересное как старокатоликам, так и католикам в тех странах, в которых эти католики интересуются экуменическим движением.

Я имею в виду некоторые особенности в постановке экклесиологической проблемы в экуменизме на последней стадии развития подготовки к Амстердаму.

Дело в том, что в самое последнее время, на этой последней стадии экклесиологической подготовки к Амстердаму, у экуменистов появились совершенно определенные католические мотивы.

Моим собратьям из Франции, вероятно, лучше, чем мне, известно, что не так давно во Франции появился католический катехизис, предназначенный исключительно для французов на французском языке.

В этом катехизисе имеется нечто действительно оригинальное, заслуживающее нашего внимания. Тут имеется различие в учении о Церкви, о теле Церкви и душе Церкви.

Так в вопросе 166-м этого французского специального катехизиса, вышедшего в прошлом году, спрашивается, каким образом человек может принадлежать Церкви?

На этот вопрос катехизис дает следующий ответ: двояко: или телу Церкви, или душе Церкви.

К телу принадлежат крестившиеся, верующие во все, о чем учит Римско-католическая Церковь, признающие авторитет законного духовенства. Все же отступники, еретики, схизматики, отрешенные или отлученные от Церкви, принадлежат только душе Церкви.

Это учение совершенно аналогично учению экуменистов, появившемуся в самое последнее время, о Церкви,— об «una sancta», имеющей тело, имеющей душу.

Я не вхожу в подробности этого учения экуменистов, в частности, почившего отца Булгакова, но только отмечаю, что есть что-то общее в экуменическом учении о Церкви в стадии развития, в которой оно находится сейчас, и католической постановкой этого вопроса.

Однако католическую постановку вопроса совсем не разделяет Ватикан. Он, собственно говоря, этот катехизис не одобрил.

Мне кажется, что если бы в нашем обращении можно было отметить такое отношение папства, это могло бы сделать некоторое впечатление на старокатоликов, которые недостаточно хорошо разбираются в догматических вопросах и которым можно показать догматическую несостоятельность экуменизма, которому они там симпатизируют.

Протоиерей Григорий Разумовский: Поскольку имеется согласие по вопросу о составлении Декларации, имеется, видимо, необходимость дать только общие установки для нее. Их будут далее добавлять, изменять как угодно. А если сейчас еще нет этой «протоплазмы», то зачем заранее обсуждать этот предмет?

Я понял отца Шамбо таким образом, что он хлопочет, чтобы когда мы будем составлять Обращение к православным экуменистам, то тут же должны будем обращаться и к старокатоликам, которые к нам близки.

Я считаю возможным включить и близкие к Православию церкви — Армяно-Григорианскую и Сиро-Халдейскую. Дело в том, что у нас почти нет разницы с этими Восточными Церквами. Естественно, что это будет относиться и к старокатоликам и другим Церквам. В этой Декларации можно расчленить: что сказать католикам, старокатоликам, протестантам и т. д.

Принимается.

Председатель (обращаясь к Архиепископу Фирмилиану): Мы приняли решение и избрали Комиссию по составлению Декларации для христиан всего мира. В этом послании будет содержаться наше отношение к экуменическому движению, но вместе с тем там же будет указано на основное и в отношении к старокатоликам, армянам и т. д.

И одновременно решили этой же Комиссии, избранной из трех лиц, поручить составить проект нашей окончательной резолюции по этому вопросу, но с включением в нее представителя Вашей делегации.

Вы ничего не имеете против?

Можно будет просить Ваше Высокопреосвященство участвовать в Комиссии, при составлении резолюции?

Архиепископ Фирмилиак: Наша делегация имеет проект резолюции на русском языке.

Протоиерей Григорий Разумовский: Можно передать проект резолюции секретарю Комиссии и мы вместе обсудим.

Председатель: У кого еще есть предложения?

Протоиерей Григорий Разумовский: Значит, решили, что посылаем одну Декларацию ко всем христианам мира в разрезе исповедания 9-го члена Символа веры.

Председатель: Да. И вслед за этим нужно приступить к составлению резолюции.

Протоиерей Григорий Разумовский: Мы выбрали Комиссию, но не решили вопроса, пришли ли мы к окончательному решению: участвовать или не участвовать в экуменическом движении, посылать или не посылать наблюдателей.

Председатель: Здесь были высказаны два определенных мнения. Одни утверждают категорически, что не надо участвовать, другие считают необходимым войти в известный контакт. Но контакт в виде обращения только. Я понимаю так, что мы решили не участвовать лично, но заочно, путем послания.

Игумен Дионисий: Прошу извинить, что высказываю мысль, которая не всеми принимается, но я хочу высказать то, что думаю. Я согласен с тем, что не нужно участвовать в Амстердамской ассамблее, но все же хорошо послать кого-нибудь в Амстердам с нашей Декларацией, чтобы личной передачей показать наше любезное отношение к христианам, но не принимать участия в собрании.

Протоиерей Григорий Разумовский: Мы много говорили, что мы можем выразить любовь в отдельности к англиканам, реформистам, но только не через Экуменический Совет.

Протоиерей Александр Калинович: В последнее время экуменическое движение обнаглело и они не стесняются никакими мерами, применяют метод подкупа, так как у них в основе не идеология. Я сам был объектом таких действий, когда мне предлагали большие деньги за участие в экуменическом движении.

Мы говорили тогда: если хотите знать правду, приходите к нам...

Так бывает иногда в жизни — превращение великого в нечто смешное. Это могло быть, когда было обращение к меньшей группе православных. Теперь, когда выступает большое соединение во главе с могущественной Великой Православной Церковью, разговаривать можно с ними другим тоном, вследствие чего они и программу изменят и тон изменят.

Если это дело Божье, то они перестроят свои ряды.

Я убедился в том, что необходимо, чтобы протестанты поняли, что Православная Церковь не только величина и авторитет, но и ценит свою величину.

Председатель: Вы, отец Дионисий, настаиваете, чтобы послать кого-нибудь персонально на конференцию?

Игумен Дионисий: Я высказываю свое мнение, но могу и ошибаться. Если бы это зависело от меня, я бы выехал из вежливости, но иногда, может быть, не особенно удобно быть вежливым. Вообще же, если я силен, мне всегда бывает тяжело показать, что я силен.

Протоиерей Григорий Разумовский: Я имею в виду только то, чтобы меньше мы потеряли времени, отведенного на работу Комиссии. Мы решили уже относительно Декларации. Теперь перешли к другому вопросу о том, ехать или не ехать наблюдателю. Сделано уже заключение и по этому вопросу.

Председатель: Чтобы не было сомнения, я еще раз ставлю вопрос: послать нам кого-либо лично на Экуменический съезд или послать только Обращение?

Приступаю к поименному голосованию.

Вопрос стоит, следовательно, следующий: посылать или не посылать от нас делегата лично с нашим посланием?

Кто за то, чтобы посылать от нас делегата лично с нашим Посланием?

Из 17 имеющихся голосов — 14 голосов за то, чтобы не посылать делегата, и только три голоса за то, чтобы послать делегата с нашим Посланием.

Большинством голосов решается не посылать делегата с нашим Посланием.

Протестов не будет?

Нет.

Председатель: Под словом делегат мы понимали посланца.

Архимандрит Василий: Я понял таким образом, что отец Дионисий говорил о том, что нужно послать делегата для участия в работе Совета.

Игумен Дионисий: Это не так: я всегда стоял за то, что не нужно посылать делегата для участия в работе, а лишь послать человека, который передал бы наше Послание.

Председатель: Мы уже признали, что посылать не нужно.

Кому будет угодно высказать пожелание Комиссии по поводу составления Декларации.

Протоиерей Всеволод Шпиллер: Я бы высказал следующее пожелание. Мне кажется, что нужно дать в этом послании очень хорошо разработанную богословскую аргументацию несостоятельности экуменической теории церкви, при этом систематическую богословскую аргументацию, использовав все имеющиеся у нас в распоряжении доклады и материалы.

Я только два слова скажу о возможном методе такой систематизации.

Мне кажется, что надо иметь в виду три момента в развитии экуменического учения о церкви, если можно говорить об экуменическом учении о церкви: интероконфессионализм — первый момент, второй — браншевая теория, теория ветвей, имеется в виду равноценность всех ветвей церкви, всех вероисповеданий, как ветвей одной церкви; и третий момент это — душа и тело Церкви, отрыв онтологической сущности церкви от эмпирического бытия. Это первое пожелание.

Второе пожелание. Мне кажется, что необходимо в этом Послании отметить пагубные результаты встречи с экуменизмом некоторых Православных Церквей, как например, Болгарской Церкви.

Для Болгарской Церкви встреча с экуменизмом означала в экуменических кругах расшатанность чувства церковности, расшатанность сознания единоспасающей Церкви. Затем известное обмирщение Церкви на путях приспособления к экуменизму. Образовалось снижение уровня духовной жизни, отрыв от святоотеческих традиций как в богословии, так и в быту. Потрясена была в самих основах верность литургической богослужебной традиции. Именно в связи со встречей с экуменизмом в Болгарии появилась не теория только, а лозунги против вредности, гипертрофии ритуальности или обрядоверия.

Наконец, третье пожелание. Нас всех смущает политическое лицо экуменизма; при этом упоминается, что, собственно, как-то внезапно откуда-то узнали, что экуменизм связан с англо-американскими политическими центрами. Нужно уточнить, откуда мы это узнали. В этом вопросе никакой неясности, никакой двусмысленности быть не может.

Я бы предложил обратить внимание на то обстоятельство, что сама официальная экуменическая литература дает нам основание предполагать о существующей связи между экуменическими центрами с англо-американской политикой.

Можно было бы указать на некоторые номера «Экуменического Бюллетеня», в которых говорится много о Даллесе и даже самом Маршалле, как членах экуменического движения, о Даллесе, как руководителе больших экуменических центров.

Можно было бы дать и характеристику политического лица Даллеса. Я подробно не останавливаюсь, только позволил себе высказать принципиальные пожелания.

Епископ Нестор: Я хотел бы напомнить, что на общем собрании был обстоятельный доклад, сделанный Экзархом Стефаном, и в его высказываниях есть конкретные факты о влиянии католичества и участие католичества в экуменическом движении. Может быть, было бы уместно высказывания Экзарха Стефана использовать в Декларации.

В выступлении протоиерея Шпиллера было высказывание о грехах Болгарской Церкви, но, очевидно, он имел в виду не всю Церковь, а отдельные ее группы.

Второе — упоминаемый Вами раздел о духе и теле (я не очень хорошо помню текст катехизиса). Есть в этом одна простая несообразность. Пока душа с телом, до тех пор наблюдаем жизнь, когда душа от тела отрывается, тогда наступает смерть.

Но здесь опасность, что мы можем скатиться к тем позициям, которые мы осуждаем у болгар.

Председатель: Пожелания все высказаны, все зафиксировано. Из этих высказываний будем извлекать то, что нужно.

Епископ Нестор: Предлагаю просить заготовить на завтра, на вечернее заседание, резолюцию.

Протоиерей Григорий Разумовский: Если сумеем в утреннее заседание обсудить Декларацию, тогда вечернее заседание будет свободно для резолюции.

Председатель: Есть ли у кого пожелания еще высказаться по этому вопросу? Таковых пожеланий не имеется.

Позвольте на этом сегодняшнее вечернее заседание закончить.

Заседание закрывается.

Утреннее заседание 14 июля 1948 г.

Председатель Митрополит Ленинградский и Новгородский Григорий: Вчера мы постановили просить из бранную нами комиссию составить проект Декларации ко всем христианам мира. Комиссия подготовила проект Декларации.

Позвольте мне предварительно сказать следующее: мне стало известно, что наши Патриархи решили сами составлять эту Декларацию — Обращение ко всем христианам мира, поэтому мне представляется, что выработанный нами проект Декларации может явиться только как мнение нашей Экуменической комиссии по этому вопросу, мнение, которое мы представляем нашим Патриархам для включения наших основных пунктов в будущую Декларацию.

Таким образом то, что мы сейчас выслушаем, и если мы это примем, мы представим, как выработанное нами мнение, а тогда уже Патриархи, принимая во внимание наше мнение, выработают свой проект Декларации, который представят на общее пленарное заседание.

Прошу огласить выработанный комиссией проект Декларации ко всем христианам мира.

Протоиерей Григорий Разумовский: У нас выработаны два варианта Декларации, участвовало в ее составлении двое; нельзя было соединить оба варианта. Я прочту оба варианта. Первый вариант: «Декларация от имени Православных Автокефальных Церквей, участвовавших на Совещании в Москве с 8 по 17 июля 1948 г., ко всем христианам мира».

Читает первый вариант проекта Декларации [33]. Благодать Господа нашего Иисуса Христа и любовь Бога и Отца и причастие Святого Духа да будет со всеми вами!

Печальный факт разделения христианского мира всегда побуждал пастырей стада Христова принимать меры к восстановлению единства церковного... В последние десятилетия... стремление к объединению христианского мира охватило мир протестантский, выразившись в возникновении, так называемого экуменического движения...

...совершенно особого рода есть единство той единственной небесно-земной организации, которая именуется Церковью... Стремясь к единству церковному, нужно всегда помнить об особом, исключительном, неповторяемом характере этого единства и не применять к нему мерок, свойственных другим организациям...

Символ веры,... излагая учение о Церкви, на первое место ставит ее единство: «Верую... во един у», но тут же указывает... каково должно быть это единство. «Святую, Соборную и Апостольскую Церковь»...

...Церковь является Святою потому, что она освящается Господом,... приобщается божественной жизни... имеет единый источник своей святости и свята всюду...

Церковь есть Соборная, Кафолическая..., объемлющая верующих во все времена и во всем мире...

Церковь есть... Церковь Апостольская... Дарованные Апостолам Основателем Церкви благодатные дары путем Апостольского преемства непрерывно переходят к их преемникам...

Экуменическое движение... чуждо пониманию истинного церковного единства... Задачу внутреннего органического объединения на догматической основе оно заменило внешним механическим объединением...

Пойти навстречу экуменическому движению это бы значило отказаться от истинного единства церковного... в пространстве и во времени... порвать непрерывную цель благодати, связывающую Православную Церковь с Апостолами путем Апостольского преемства... продать хранимое нами сокровище веры за чечевичную похлебку мнимых земных выгод и принять участие в уловлении душ человеческих этими выгодами...

Правильный путь к восстановлению истинного единства церковного,... путь возвращения к учению древней нераздельной Церкви и чем дальше и успешнее пойдут по этому пути западные исповедания, тем ближе будут они к Церкви Православной и тем легче восстановят они истинное единство с ней, ибо Православная Церковь... своим первым священным долгом считает верное хранение учения древней и нераздельной Христовой Церкви...

Перейду ко второму варианту Декларации. Мы получили проект резолюции от Румынской Церкви. Этот проект резолюции особенно декларативен; хотелось, чтобы он именно вошел в Декларацию: она не была бы тогда сухой, обыкновенной. Этот проект резолюции вдохновил нас на второй вариант Декларации. Весь этот проект резолюции мы включили во второй вариант Декларации.

Председатель: Ознакомьте нас со вторым вариантом.

Протоиерей Григорий Разумовский: Второй вариант Декларации начинается так же.

Читает второй вариант Декларации [34] Тяжкий позор разделения между вами и Православной Христовой Церковью наполняет горькою скорбью наши сердца!..

Днесь благодать Святаго Духа собрала нас, чтобы сказать сердцам вашим слово от единой древней Апостольской Церкви Христовой. Сердцем своим познайте всю истинность наших братских слов... Другого пути к познанию тайн Божиих нет... Возможно ли восстановление всего христианского человечества в единую семью, где все члены семьи чувствуют над собой авторитет Господа Иисуса .Христа?..

— Да! — отвечаем мы, возможно... при благодатном христианском смирении перед Богом... Причиной разделения Церквей была гордость, только смирением оно может кончиться... Мы, православные, не можем оказать доверие экуменическому движению, в современной его стадии развития, ибо желанное для всех христиан осуществление идеи благодатного воссоединения церквей совершенно неправильно поставлено в зависимость от международной мирской дружбы народов, от личных усилий человека, готового на все, кроме отказа от гибельного порока — дымного надмения власти.

Мы полагаем, что экуменическое движение есть новая попытка построения Вавилонской башни, как признак очередного заблуждения человечества... Мы вправе считать экуменизм соблазнительным заблуждением, основанным на пороке гордости. Его принцип: соединяйтесь, соединяйтесь, во что бы то ни стало, на любом обосновании, но соединяйтесь... Этот принцип есть принцип принудительного унионализма, за которым неминуемо может последовать лишь церковнический тоталитаризм...

...Не знаем мы судеб Божиих, но может быть и не случайно то явление, что развитие экуменического движения в его современном направлении совпало по времени с фактом ведения наиболее цивилизованной частью человечества уже двух мировых войн. Воевали христиане!.. Братья христиане всего мира! Хотите ли вы войны и напрасного братоубийства? Не в руках ли Божиих власть излить фиалы ярости на человечество за его гордость и противление или дать бездну благодати братского единодушия и единения в любви? Обратитесь с покаянием и мольбой к Господу нашему Иисусу Христу и просите Его помощи — да даст Он всем нам силу смирения и кротости и да укрепит всех нас в священной ненависти к нечистому желанию господствовать друг над другом, народ над народом, класс над классом, вера над верой...

Братья" христиане, пасомые Римско-католической Церковью! Да будет мир Господень с вами... Молитесь, да прозреет отец ваш от слепоты, дабы творить волю Отца Небесного, а не похищать по своей воле у Господа то, в чем было отказано Христом сынам Заведеевым!..

Братья христиане Англиканской Церкви!.. Мы не вместе с вами, лишь из-за пренебрежения вашего к Преданию древних отцов. Мы молимся и надеемся, что скоро наступит момент для утверждения вас в единомыслии с нами.

Братья христиане древних Апостольских Церквей — Армяно-Григорианской, Сиро-Халдейской, Сиро-Яковитской, Коптской, Абиссинской, а также и старо-католической Христовой Церкви!.. Мы знаем о вашей искренней и неизменной любви ко всему человечеству, которая подвигает вас на сеяние мира между народами!..

Братья христиане всех прочих исповеданий,... вернитесь к Апостольской Церкви Христовой, как в отеческий дом! Широкие экуменические пути ведут к погибели. Только тесные врата подчинения духовным родителям открывают вход в Царство Божие,...

Все братья христиане, хранящие в сердце своем искреннее и кроткое желание всеобщего братского единения во Христе Иисусе Господе нашем!...

Внемлите нам со всем целомудрием сердца вашего и познайте всю искренность нашего призыва. Возьмите на себя старание познакомиться с чистотой учения Православия. ...Посмотрите и вдумайтесь в наше православное богослужение...

Познайте, наконец, опытно всю силу искренней кроткой молитвы к Пречистой Матери Божией, Деве Марии. Тогда вы поймете Православие, испытаете надежную защиту Церкви против зла, познаете кроткую силу святости...

Взываем мы и к вам, вожди экуменического единения — снимите мирскую слепоту с духовных очей ваших и вернитесь на путь стремления к Царству Божию чрез благодатное внутреннее кроткое совершение воссоединения со спасительной православной Апостольской Церковью Христовой. Аминь.

Председатель: Таким образом, мы ознакомились с текстами обоих вариантов для Декларации. Кому угодно будет высказаться по поводу этих двух текстов?

Игумен Дионисий: Первый текст очень хороший; он обстоятельно развивает учение о Церкви. Но второй текст, по моему мнению, гораздо лучше, потому что он обращается ко всем Церквам и к каждой из них в отдельности.

И этот способ взывать к этим Церквам очень замечательный, очень искренний и очень правильный. Это не сможет не дойти до сердец всех искренних христиан, которые смогут ознакомиться с этим текстом.

Это очень замечательный документ, который был написан по внушению Святого Духа.

Председатель: Кому еще желательно высказаться?

Архиепископ Фирмилиан: Второй проект Декларации, мне кажется, носит полемический характер. Поэтому хорошо было бы соединить оба проекта Деклараций, потому что в том и другом есть очень ценные вещи.

Желание Румынской делегации — внести мнение Румынской Церкви о том, что экуменическое движение отошло от первоначальных целей объединения Церквей.

Председатель: Поясните, что эта мысль как раз заимствована из резолюции Румынской Церкви.

Протоиерей Григорий Разумовский: Я прочитал ту часть как раз из резолюции Румынской Церкви, но она еще не переведена у нас на французский язык. Это будет переведено и вставлено туда.

Председатель: Кому еще угодно высказаться по поводу этой Декларации?

Епископ Нестор: Будет ли это технически возможно за сегодня сделать то, что просят, т. е. сочетать эти оба текста, раз Вы говорите, что вчера не смогли это сделать?

Председатель: Дело в том, что Патриархи знают, что здесь у нас работа в этом направлении происходит. Оба наши варианта Декларации будут представлены Патриархам для объединения и выработки одного общего текста Декларации. Значит, они это объединение сделают.

Мы представим наши оба текста Декларации их вниманию с пожеланием, чтобы тот и другой тексты были бы приняты во внимание при выработке одного общего текста Декларации. И я очень просил бы, по возможности, не замедлить с этим делом и поскорее представить эти тексты Патриархам.

Кто желает слова?

Архиепископ Сергий: В первой Декларации, где говорится о понимании единства Церкви Православной, указано также на понимание Церкви экуменистами. Получается впечатление, что это поставлено в один ряд. Возникает мысль о подмене православного учения о Церкви. Нужно разъяснить эту подмену.

Игумен Дионисий: По моему мнению, сравнение с Вавилонской башней поясняет как раз это.

Председатель: Прочтите точно текст в этом месте.

Протоиерей Григорий Разумовский: «.. и еще более уклоняется от понятия единства церковного так называемое экуменическое движение»...

Архиепископ Сергий: Как видите, получается подмена. Надо внести ясность, нужно указать на подмену, что это единство — подмена механическая.

Протоиерей Григорий Разумовский: Благословите здесь изменить фразу?

Председатель: Нужно оттенить мысль, как предлагает Высокопреосвященный Сергий.

Протоиерей Григорий Разумовский: Да, ставить в один ряд православное учение и понимание экуменизма о Церкви нельзя.

Архиепископ Сергий: Во втором тексте сразу начинается с полемики. Ничего в начале положительного не указывается. Получается тон слишком полемический.

Термин империализм нецерковный, непонятный, в данном случае народу.

Епископ Нестор: Там в смысле слога много шероховатостей. Надо исправить.

Игумен Дионисий: Я тоже согласен, что слишком много полемического во втором проекте Декларации, в частности в том, что относится к Римско-католической Церкви, например, сравнение папы с Иудой Искариотом; этого не следует делать.

С места: Там есть такое выражение «арсенал благодати».

Игумен Дионисий: Это очень сильно, но очень вразумительно «арсенал благодати»; поэтому это выражение надо оставить.

Епископ Нестор: Может быть, в первой Декларации, где говорится о понятии соборности, оттенить этот момент соборности, в смысле собирательности, а также в смысле выполнения правил Соборов. Там не подчеркнута роль Соборов Вселенских.

Председатель: Надо объединить эти Декларации и затем представить Патриархам. Материал представим, как наше пожелание.

Какие еще замечания?

Игумен Дионисий: Надо эти две Декларации соединить.

Архиепископ Сергий: Так как это касается экуменического движения, то там много исповеданий; ко всем ли относится настоящая Декларация?

Протоиерей Григорий Разумовский: Здесь говорится относительно вражды, что необходимо забыть эту старую вражду.

Игумен Дионисий: Следует отметить, что не все исповедания принадлежат к экуменическому движению, поэтому в обращении отметить тех, которые причастны к этому движению.

Архиепископ Сергий: Обращение к отдельным исповеданиям какой имеет смысл?

Протоиерей Григорий Разумовский: Мы живем рядом со многими неправославными и не знаем их особенностей. Присмотримся друг к другу, подумаем друг о друге, может быть, тогда увидят Православие, увидят на практике чудесные дела.

Архиепископ Сергий: А в отношении Восточных Церквей?

Протоиерей Григорий Разумовский: Здесь мы подходим к тому, чтобы совершенно спокойно и без критики друг друга обсудить наши разногласия, на случай соединения. Такие вероисповедания, как Армяно-Григорианское и Сиро-Халдейское — древние, и вдруг мы с ними не в единении.

Председатель: Мне представляется, что мы, пользуясь экуменическим движением и призывом не участвовать в нем, хотим сказать, что мы отказываемся от участия в этом движении; вместе с тем хотим, чтобы и все остальные, которые стремятся к участию в этом движении, и те, которые не стремятся, сказали сейчас о том единстве, которое исповедует Православная Церковь.

Игумен Дионисий: Второй проект очень выразительный в этом отношении.

Председатель: Пожелания, высказанные сейчас, мы передадим в Комиссию, чтобы сгладить резкости, убавить силу полемического тона, чтобы Декларация была более приемлемой, более миролюбивой и любвеобильной, призывной.

Игумен Дионисий: Принимает ли участие в Комиссии представитель от Константинопольского Патриарха?

Председатель: В Комиссии не принимает, а будет ли принимать участие по выработке Декларации, не знаю.

Архимандрит Пантелеймон: Можно ли дать намек в Декларации, что имеется тенденция воссоединения не на основе экуменизма, а на основе Апостольской Церкви.

Протоиерей Григорий Разумовский: Ввиду того, что мы не успели перевести проект резолюции на французский язык, я предложил бы сделать небольшой перерыв, чтобы отец Павел мог перевести резолюцию на французский язык.

Председатель: Сделаем перерыв, потом приступим к обсуждению проекта резолюции.

Заседание закрывается. Через полчаса заседание возобновляется.

Председатель: Продолжим нашу работу. У Вас проект резолюции готов?

Протоиерей Григорий Разумовский: Да, готов.

Председатель: Тогда благоволите доложить.

Протоиерей Григорий Разумовский (читает проект резолюции по экуменическому вопросу).

Игумен Павел (читает французский перевод проекта резолюции).

Предложенный текст резолюции подвергся обсуждению, в ходе которого была уточнена терминология, исправлены отдельные выражения и внесены добавления. В окончательном, исправленном виде она оглашается председателем. (Текст резолюции по вопросу «Экуменическое движение и Православная Церковь» в окончательно отредактированном виде и принятый на заключительном Пленарном заседании см. на стр. 434—436).

Председатель (после оглашения резолюции): Позвольте работу нашей Комиссии считать законченной и поблагодарить за участие в работе.

Заседание закрывается.


 

1. «Вестник русского студенческого христианского движения», январь, февраль, 1935.

2. «Церковный Вестник» № 13—15, 1948, стр. 17.

3. «Ежегодник Богословского факультета при Софийском университете», 1947, стр. 25.

4. Журнал «Духовная Культура», июнь, 1947, стр. 31.

5. Пространный христианский катехизис Митрополита Филарета , М. 1894, стр. 48.

6. Добротолюбие, т. 1, стр. 29; Творения Макария Египетского Вес. 25, стр. 190.

7. Творения Симеона Нового Богослова, вып. I, стр. 291, М. 1882

8. Добротолюбие, т. I, стр. 50.

9. Беседы преп. Макария Египетского, стр. 182—183.

10. Добротолюбие, т. II, стр. 358.

11. Творения св. Симеона Нового Богослова, слово 44-е, стр. 335; слово 81-е, стр. 348.

12. Часть 1, ответ на 105-й вопрос, стр. 80, СПБ, 1840.

13 Митрополит Μакарий, Догматическое Богословие, т. II, стр. 348—352; Катехизис Митрополита Филарета, стр. 54, М. 1894; Еп. Феофан, Ч го есть духовная жизнь и как на нее настроиться, стр. 248, М. 1904; Св. Марк Подвижник и св. иноки Каллист и Игнатий, там же, стр. 336, М. 1889.

14. Д-р Стефан Цанков, Православное христианство, его сущность и его современный образ, «Ежегодник Богословского факультета, София, 1941—1941, стр., 62—63.

15. Творения преп. Иоанна Кассиана, стр. 404, 1892.

16. Православное христианство, его сущность и его современный образ, «Ежегодник», 1941-1942, стр. 63:

17. Четьи-Минеи, 21 июля.

18. Луг Духовный, гл. XXVI, стр. 32.

19. Луг Духовный, гл. XLXI, стр. 01—62.

20. В. В. 3еньковский, О так называемом экуменическом вопросе, ((Вестник русского студенческого христианского движения» № 6, 1930, стр. 5; д-р Стефан Цанков, Православное христианство, его сущность и его современный образ, «Ежегодник» 1941—1942, стр. 116.

21. «Церковный Вестник» № 13—15, 1948, стр. 18.

22. Ibidem, № 26—27, стр. 14; ср. также № 5—6, стр. 14. 1947.

23. Протопресв. Ст. Цанков, Две всемирные конференции в Оксфорде и Эдинбурге: «Практического христианства» и «Единения церквей» 1937; синод, журнал «Духовная Культура» № 8—9, стр. 273—282, № 10, стр. 303—210, 1938, София.

24. См. проф.-д-р Илия Попевский, Отзыв о 4-й лекции проф-д-ра О. Цанкова, О единстве Церкви.

25. «Церковный Вестник» № 16—17, стр. 15, 1947, № 38, 39, стр. 1.

26. Там же.

27. Протопресвитер Стефан Цанков, Женевская конференция для соединения Церквей, стр. 15, 20.

28. «Церковный Вестник», София, 1948, № 5—6, стр. 14.

29. «Церковный Вестник», София, 1947, № 26—27, стр. 14.

30. «Вестник русского студенческого христианского движения, июль, 1929, стр. 27.

31. См. «Помянник», Молитвослов.

32. «Церковный Вестник», София, 1948, № 13—15, стр. 18.

33. Приводится в выдержках. Ред.

34. Приводится в выдержках. Ред.

 

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова