Ко входуЯков Кротов. Богочеловвеческая историяПомощь
 

Хуан Матеос

 ПСАЛМОПЕНИЕ В ВИЗАНТИЙСКОМ ОБРЯДЕ  

Пер. о.С.Голованова. См. Богослужение. Псалмы.

Mateos J. La psalmodie dans le rite byzantin //  Proche-Orient Chrétien. 1964. № 15. P.  107–126.

© Edizioni Orientalia Christiana, 1971 г.

© Русский перевод: С. В. Голованов, для свободного распространения

Оп.: Матеос Х. Служение Слова в византийской литургии // История литургии свт. Иоанна Златоуста. Т. 1. Омск: Издатель С. Голованов, 2010. 352 с.

Пение псалмов было одним из важнейших элементов  литургии, и нам кажется уместным показать, каким образом в византийской традиции совершалась псалмодия. Всего существовало три способа:

a) Воспевание псалма солистами, прерываемое пением всех молящихся верных. Это может быть сделано двояким образом: если народ отвечает солисту определенной фразой на псалом, то это респонсорная псалмодия; а если молящиеся разделены на два хора, попеременно отвечающие одному или двум солистам, то это антифонная псалмодия.

b) Псалмы непрерывно читаются (стихословятся) либо солистом (медитативная псалмодия), либо всей общиной верных (общая псалмодия).

c) Стихи псалмов попеременно читаются нараспев  (рецитируются) двумя равными группами молящихся (альтернативная псалмодия).

В литургических службах, в которых участвуют верные с духовенством, т. е. кафедральных или соборных богослужениях, псалмы поются обычно первым способом, поэтому его-то мы и обсудим наиболее подробно. Затем мы продемонстрируем другие формы псалмодии, присущие преимущественно монашеским богослужениям.

А. Респонсорная псалмодия

 

В респонсорном пении народ, составляющий единственный хор, неоднократно прерывает единым припевом воспевание псалмов солистом. На римской мессе стих, используемый в качестве припева, получил наименование респонсория,[1] (ныне градуала), а в византийском обряде он называется прокимном. Между прочим, названия респонсорий и прокимен не относятся к другому песнопению, исполняемому аналогичным образом — аллилуйе. Отождествление римского респонсория (градуала) и византийского прокимна не случайно. Помимо одинакового  положения, которое они занимают в литургии Слова,[2] и схожего способа исполнения, в пользу их подобия  можно привести хотя бы такой факт, что Анастасий Библиотекарь (IX в.) в латинском переводе византийского литургического комментария свт. Германа Константинопольского προκείμενον перевел как responsorium.[3]

Вначале римский респонсорий означал псалмический стих, избранный в качестве припева и помещенный в начало псалма. Он должен был повторяться народом после каждого запева, исполняемого солистом. Позднее понятие респонсорий перешло на весь псалом с припевом.

Так же и у византийцев слово прокимен (т.е. «находящийся впереди») обозначал избранный псалмический стих, помещенный перед остальными стихами, предназначенными для исполнения. Позже, как и в римском обряде, слово прокимен дошло до обозначения всей исполняемой композиции.[4]

В отличие от аллилуйи, прокимен сегодня тождественен всему исполняемому песнопению.

Другие термины для обозначения респонсорного пения

Существуют и другие термины для подобных песнопений:

a) ипопсалом (ὑπόψαλμα = ответный псалом), происходящий от глагола πόψαλλειν (петь в ответ). Этот термин появляется у св. Мелании Новой, чтобы обозначить респонсорные псалмы:

Их ночное богослужение состоит из трех ответных псалмов (πόψαλματα), трех чтений и пятнадцати антифонов, не считая утренних.[5]

Три ипопсалма и три чтения Мелании родственны трем респонсорным псалмам и трем чтениям, упомянутым Иоанном Кассианом Римлянином в описании всенощного бдения с пятницы на субботу:

Nam cum stantes antiphona tria concinuerint, humi post haec vel sedilibus humillimis insidentes tres psalmos, uno modulante, respondent,... atque his, sub eadem quiete residentes, temas adiciunt lectiones.[6]

Сначала [монахи] стоя поют три антифона, затем сидя на земле или приземленных седалищах три псалма, один воспевает, другие отвечают, затем, оставаясь на своих местах, внимают чтениям.

b) пропсалмон (πρόψαλμον = поющийся впереди, запевающий), производный от глагола προψάλλειν (спеть раньше, запевать), противопоставляется понятиюποψάλλειν (спеть в ответ). Эти термины появляются в сирийском документе VI в. и несут следы сильного греческого влияния:

(После двух чтений литургии) сразу же псалмопевец поднимается (на амвон) и говорит: ψαλμός τοῦ Δαυίδ [псалом Давида]

И архидиакон говорит: προψάλλε [запевай]

И псалмопевец поет πρόψαλμον [пропсалмон].

И архидиакон говорит:ποψάλλμεν [отвечаем]

И тотчас φύλακες [?]  отвечают…

(После Апостола) сразу же аллилуйя.

Архидиакон говорит: запевай.

И сразу после (исполнения псалмопевцем) аллилуйи, архидиакон говорит:  Συμφώνως πάντες υποψάλλωμεν [Все единогласно отвечаем].[7]

В творении Иоанна Кассиана и сирийском документе делается различие между псалмом, или псалмом Давида, и ответом на него. В Иерусалиме согласно рукописному грузинскому лекционарию[8] респонсорий называется просто «псалмом». У маронитов ответный псалом до апостола и некоторых иных местах богослужения, все еще сохраняет название мазмуро. Обозначение псалом Давида сохраняется в византийском обряде с весьма далеких времен.[9] 

Что же касается названия ипакой [πακοή], означающего также респонсорий, он стал техническим термином для обозначения особого способа исполнения псалмов. Его мы изучим далее.

Несколько свидетельств свт. Иоанна Златоуста

 

Респонсорная псалмодия была в употреблении уже во времена свт. Иоанна Златоуста. В нижеприведенных текстах можно заметить, что святитель использовал глаголыπηχεῖν иποψάλλειν для указания на респонсорное пение, но у него нет особых слов для самих респонсориев. В Беседе на 1 послание к Коринфянам он говорит:

В церкви всегда должен быть слышим один голос, так как она есть одно тело. Потому и чтец читает один; и сам, имеющий епископство, ожидает, сидя в молчании; и певец поет один; и когда все возглашают (ὑπηχοῦσιν), то голос их произносится как бы из одних уст…[10]

В другом месте он начинает свое толкование стиха Пс. 144, 15, несомненно, предназначенного для сопровождения чина причащения:

1. На этот псалом должно обратить особенное внимание. Он содержит в себе те выражения, которые посвященные в тайны часто припевают (ὑποψάλλουσι), как-то: «очи всех на Тебя уповают, и Ты даешь им пищу благовременно».[11]

Этот способ псалмопения казался Златоусту происходящим с древних времен:

В древности все сходились и пели (ὑπέψαλλον)  вместе, — это мы делаем и ныне…[12]

В толковании на Пс. 117 он намекает на Святых Отцов:

В этом псалме есть следующее изречение, которое обыкновенно поет (ὑποψάλλειν) народ: «сей день сотворил Господь: возрадуемся и возвеселимся в оный» (ст. 24); изречение это во многих производит восторг, и потому народ имеет обыкновение петь (ὑπηχεῖν) его особенно во время духовного и небесного праздника (Пасхи). Но мы, если хотите, рассмотрим весь псалом с начала и объясним его не со стиха воспеваемого (τοῦ στίχου τῆς ὑπηχήσεως), но с самого начала. Отцы запове­дали народу петь этот стих, как благозвучнейший и заклю­чающий в себе некоторую высокую истину, чтобы народ,  не зная даже всего псалма, получал отсюда совершенное наставление…[13]

Текст «Апостольских постановлений»

 

            «Апостольские постановления» указывают на респонсорную псалмодию между чтениями, но интерпретация текста представляет некоторую трудность:

Когда совершатся два чтения, другой кто-либо пусть поет песни Давидовы, а народ пусть подпевает (ὑποψαλλέτω) последние слова стихов (ἀκροστίχια).[14]

В комментариях Функ исключает, что слово «акростих» означает здесь окончание каждого стиха, потому что народ не знал текста псалмов в такой степени, чтобы суметь закончить стихи, запеваемые солистом.[15]

Трудность, указанная Функом, вполне реальна. Можно было бы попытаться найти решение, предположив, что количество спетых стихов было невелико, или возможно народ повторял окончания стихов, после того как они были исполнены солистом.

Можно было бы также обратиться к свидетельству некоторых византийских богослужебных списков, хотя это относительно недавние манускрипты палестинского происхождения,[16] согласно которым антифоны литургии исполнялись способом респонсорной псалмодии, когда народ пел вторую половину каждого стиха или различные стихи:

1-й антифон

Священник: Благо есть исповедатися Господу.

Народ: И пети имени Твоему, Вышний.

Священник: Возвещати заутра милость Твою.

Народ: Яко прав Господь Бог наш.

Священник: Слава Отцу…

Народ: И ныне и присно… Молитвами Богородицы…

Между тем, две причины не позволяют отождествить эту манеру исполнения со способом «Апостольских постановлений». Во-первых, поздняя датировка упомянутых списков. Во-вторых, Пс. 91 находится в основе антифона, а не респонсория, и, следовательно, манера исполнения, отраженная в этих рукописях представляет собой упрощение исконного обычая, когда священник и народ заняли место двух певцов, исполнявших псалом антифонно.

Поэтому мы предпочитаем искать объяснение текста «Постановлений» в исполнении прокимна на константинопольский лад.  

Два способа исполнения прокимна

 

В византийской традиции существует два способа исполнения прокимна или ответного псалма. Первый, и единственный находящийся в современном обиходе, заключается в повторении собственно стиха-прокимна после каждого стиха псалма. Вторая манера, вероятно возникшая в Х веке[17] в Константинополе, заключалась в повторении после каждого стиха только заключительной части стиха-прокимна (акростиха). Вот два примера этой манеры, заимствованной у прокимна для воскресной утрени:

Глас 4. (Прокимен:) Воскресни Господи, помози нам,* и избави нас имене твоего ради.

Стих: Боже ушима нашима услышахом…

(Ответ): И избави нас имене твоего ради (Пс. 43, 27b)

Гл. 2 (Прокимен): Господи, воздвигни силу твою, и прииди во еже спасти нас.

Стих: Пастырь Израиля внемли.

Ответ: B прииди во еже спасти нас (Пс. 79, 3 вс 2)

Константинополь, как и другие церкви,[18] сохранил скорее всего древний антиохийский обычай. Отметим, что в этой манере исполнения стих, находящийся во главе всего текста псалма, нельзя назвать ипопсалмом, потому что он не повторялся народом целиком. Возможно, из-за этого он и был назван прокимном (предстихом), названием, которое не содержало в себе указания на способ исполнения.

Приведя все данные к общему знаменателю, можно предположить:

a) Глаголы ὑποψάλλειν и ὑπηχεῖν обозначают ответ народа на пение солиста.

b) Существительное ипопсалом [ὑπόψαλμα], появившееся в Палестине, сначала относилось к повторяющемуся псалмическому стиху, а потом это слово перешло на весь псалом с припевом. Данная эволюция термина показывает, что ипопсалом вначале находился в начале псалма (как и римский респонсорий), из-за того, что ипопсалом запевался солистом.

в) Термин προκείμενον [прокимен] — очевидно, константинопольского происхождения и означал псалмических стих, находящийся во главе псалма, но в конце каждого стиха исполнялась только его заключительная часть — акростих [ἀκροστίχιον].[19]

Современный прокимен

 

В литургических книгах прокимен обычно состоит из ответного стиха и нескольких других стихов. Здесь речь идет не о сокращении псалма, который приводится лишь в виде нескольких стихов, а о своего роде напоминании для псалмопевца, который либо хорошо знал псалмы наизусть, либо читал их из псалтыри.[20] У армян псалом, соответствующий прокимну, исполняется полностью или большей частью, и эта манера, если конечно псалом не был чересчур большим, является исконной для всех иных традиций. Поэтому мы в прокимне вечерни видим только три стиха для великих праздников, что представляет собой сокращение относительно давнего обычая исполнения прокимна, который в отличие от антифона никогда не заканчивался обычным славословием (Слава: И ныне), как и римский градуал или респонсорий.[21]

B. Антифонная псалмодия

 

Каким бы не было первоначальное значение слова антифон [ἀντίφωνον],[22] в литургическом обиходе византийского обряда он означает некоторые рефрены (припевы) слова или фразы – слова из Священного Писания или церковные гимны – предназначенные для поочередного исполнения народом, разделенным на два хора, которые обычно отвечают одному или двум солистам. Позже, после появления прокимнов, словом антифон стал называться псалом с собственным припевом или припевами.[23] 

Пение, чередовавшееся между двумя хорами, ясно доказывается наличием нередко двух припевов для одного и того же псалма, каждый из которых предназначен для одного из хоров. Рефрен второго хора часто называется τὸ νταποκρινόμενων [отвечаемый поочередно].[24] Вот несколько примеров двойного припева для одного  псалма из константинопольской традиции.

В литургии Воскресения Христова припевами первого антифона были: Молитвами Богородицы, Спасе, спаси нас и Молитвами святых Твоих, Спасе, спаси нас. То же самое происходило и в Неделю Пятидесятницы.[25]

Утром 7 октября до выхода шествия в храм святой Анастасии, где был первое стояние  процессии (крестного хода – прим. пер.), исполнялись три антифонных псалма. Первый, Пс. 119, имел в качестве первого припева Помилуй ны, Человеколюбче! и Спаси ны, Христе Боже наш! в качестве второго.  Ближайший похожий случай выпадал на 6 ноября: Помилуй ны, Человеколюбче! и Спаси ны, Христе Боже наш![26]

Даже если есть только одни припев с указанием антифонного пения, он все равно носит название «антифона». Например, литургический комментарий, приписываемый свт. Герману Константинопольскому († 733) употребляет глагол «отвечать попеременно [ἀνθυπακούω]» для указания на исполнение третьего антифона литургии.[27]

Список Karlsruhe EM 6, датируемый 1200 г.,[28] описывает это пение следующим образом:

Псалмопевцы поют третий антифон:

Придите, возрадуемся Господеви (Пс. 94, 1).

Спаси ны, Сыне Божий, и т. д.

Второй хор отвечает:

Придите, возрадуемся Господеви, воскликнем Богу Спасителю нашему (Пс. 94, 1).

Спаси ны, Сыне Божий, и т. д.

Снова первый хор:

Предварим лице его во исповедании, и во псалмех воскликнем Ему: Спаси ны, Сыне Божий, и т. д.

(и далее в той же манере)

Подобные указания даются для обоих первых антифонов. С недавнего времени альтернативный характер псалмодии все еще указывается в богослужебных книгах, но солисты и хоры его больше не соблюдают. Полустих, воспевавшийся в начале, предназначен для задавания тона.[29]

Рефренами или антифонами антифонных псалмов может служить простая аллилуйя,[30] стих Священного Писания, но чаще всего строфа церковного гимна. Иногда припевы называются стихирами (στιχηρά),[31] но чаще всего тропарями (τροπάρια). Эта слово, уменьшительная форма позднего классического слова тропос [τρόπος], имеет значение «повторяющийся, манера, способ» и обозначает фразу, которая повторяется в пении, совсем как уменьшительное итальянское слово ritornello [припев] происходит от ritorno [повторение].

Подобное явление наблюдается у халдеев: слово хепакта [повторение] произошло от глагола хпак [повторяться] и используется в архиерейском служебнике для обозначения двух припевов церковного сочинения (по одному для каждого хора), предназначенных для сопровождения антифонного псалма.[32]

У византийских тропарей может быть различная длина. Некоторые из них очень кратки, например крещальный тропарь (Гал. 3, 27): Елицы во Христа крестистеся, во Христа облекостеся. Аллилуйя[33] или тропарь Святого Креста: Кресту Твоему поклоняемся Владыко, и святое воскресение Твое славим.[34] Подобен им по размеру древний тропарь святого аскета: Совершая память святого Твоего, Господи, молим Тя: спаси души наша.[35] Иные тропари более развиты и достигают больших размеров.

Как явствует из названия антифона согласно списку Karlsruhe EM 6, упомянутого несколько ранее, каждый хор отвечал стихом, отличным от псалма. В случае двух различных тропарей на один псалом глагол ἀλλάσσειν указывает на их чередование; часто сообщается, что смена песнопений происходит после двух последовательных стихов.[36] Стихи псалмов воспевались одним, двумя или несколькими солистами? Согласно данным того же самого кодекса из Карлсруэ, наиболее вероятно допустить существование двух солистов до слияния каждого солиста с соответствующим ему хором. Типикон Великой Церкви этого не уточняет. Необходимо заметить, что в Х в. антифонные псалмы воспевали именно псаломщики.[37]

В противоположность манере исполнения прокимна, практически все византийские антифоны заканчиваются «Слава Отцу и Сыну и Святому Духу…» (Слава). Это уже отметил Иоанн Кассиан, предположив, что у слова антифон тот же смысл, что и у византийцев:

clausula psalmi omnes adstantes concinant cum clamore ‘gloria patri et filio et spiritui sancto’, nusquam per omnem orientem audiuimus, sed cum omnium silentio, ab eo qui cantat finito psalmo, orationem succedere, hac vero glorifîcatione trinitatis tantummodo solere antiphona terminari.[38]

Русская версия

О том, чтобы на Востоке всюду все припевали, когда по окончании псалма один начинает петь  —  слава Отцу и Сыну и Св. Духу, как это делается в нашей стране, я не слыхал. Там читающий, по окончании псалма, начинает молитву, а прочие все молчат, прославлением же Св. Троицы оканчиваются обыкновенно антифоны

Исполнение антифона

 

В пении прокимна народ после каждого стиха псалма полностью повторял респонсорный стих, либо его финал. Подобная манера наблюдается и в исполнении антифона, особенно, если тропарь велик по размеру. Это объясняет наличие во многих тропарях легко отделяемой завершающей фразы. Воскресные тропари, например, часто заканчиваются так: Воскресе Христос, даруяй мирови велию милость; или тропари святых часто содержат воззвание: Моли Христа Бога спастися душам нашим.

Не вызывает сомнения, что в константинопольском обиходе псалмы исполнялись именно на такой лад. В Великую  Субботу Типикон Великой церкви предписывал:

На утрени после Трисвятого Слава в вышних Богу происходит вход патриарха и священников с Евангелием; псалмопевцы поднимаются на амвон и поют тропарь, глас 2:

Содержай концы, гробом содержатися изволил еси Христе, да от адова поглощения извабиши человечество и воскрес оживиши нас, яко Бог безсмертный и человеколюбец  еси.[39] 

Типикон не дает детального пояснения исполнения тропаря, но некоторые рукописи константинопольского Профетология уточняют, что после Слава следует клаузула: и воскрес оживиши нас[40]

Характерным примером является манера исполнения тропарей на всенощном Рождества и Богоявления, согласно Типикону и Профетологию:[41]

Псалмопевцы: Тайно родился еси в вертепе, но Небо Тя всем проповеда, якоже уста, звезду предлагая, Спасе, и волхвы Ти приведе, верою покланяющияся Тебе; с нимиже помилуй нас (трижды).[42]

Чтецы и народ: тот же тропарь трижды.

Псалмопевец: Основания Его на горах святых,  любит Господь врата Сионя паче всех селений Иаковлих, преславная глаголашася о Тебе, граде Божий.  Помяну Раав и Вавилона, ведущим мя. (Пс. 86, 1–4)

Народ: С нимиже помилуй нас.

Псалмопевец:  И се иноплеменницы, и Тир, и людие Ефиопстии, сии быша тамо. Мати Сион речет: Человек и Человек родися в нем, и Той основа и Вышний. Пс. 86,4–5

Народ: С нимиже помилуй нас.

Псалмопевец: Господь повесть в писании людей (Пс. 86,4–5)

Народ: С нимиже помилуй нас.

Псалмопевец: Слава Отцу и Сыну и Святому Духу, и ныне и присно и во веки веков. Аминь

Народ: С нимиже помилуй нас.

Псалмопевцы: Тайно родился еси в вертепе поют такожде конец… с нимиже помилуй нас.

Чтецы и народ: Тайно родился еси в вертепе поют такожде конец… с нимиже помилуй нас.[43]  

Согласно спискам P и H типикона клаузула, повторяемая народом, была только в виде С нимиже помилуй нас. Из рукописей Профетология только единственная V 768 (XIII–XIV вв.) содержит короткую клаузулу. У других есть более длинная клаузула: И волхвы Ти приведе, верою покланяющияся Тебе; с нимиже помилуй нас, за исключением двух списков из Южной Италии (X в.), предписывающих тропарь полностью после каждого стиха.

После славословия повторяется клаузула в последний раз. Затем псаломщики воспевали тропарь целиком, и народ с чтецами повторяли его. Двойное повторение тропаря в конце получило название перисси (περισσή) или приложение.[44]

Такой способ исполнения тропарей представляется очень древним. Псалом остается главным элементом, он не заглушается повторением длинной строфы после каждого стиха. Обратим также внимание на большой размер псалмического стиха, исполняемого солистом, что способствует рельефному выделению библейского текста.

Строфа или тропарь, полностью воспеваемый только в начале и конце, вероятно, является видом экспликации или комментария, который обращен к тайне (содержанию) исполняемого псалма.

Синайский кодекс IX в., хранящийся в настоящее время в Ленинграде, содержит указание для тропаря Единородный Сыне [Ὁ Μονογενής],[45]  исполнявшегося за воскресной литургией на тот же лад, что мы только что описали, т. е. с повторением лишь клаузулы. После тропаря и славословия рукопись вставляет финальную фразу: Един сый Святыя Троицы, спрославляемый Отцу и Святому Духу, спаси нас.[46]  Это ясная установка на то, что именно клаузула повторялась в качестве припева входного псалма.

Если тропарь краток, его можно пропеть полностью после каждого стиха псалма. Наиболее яркий пример этому являет тропарь Воскресения Христова, исполняемый в начале каждого богослужения на Пасхальной седмице. В славянской традиции он трижды воспевается священником (занявшим в данном случае место древних псалмопевцев) и трижды народом, согласно древней манере начального исполнения процессионных тропарей. Воспевание пасхального тропаря в начале литургии, на самом деле, является лишь «напоминанием» о крестном ходе, совершавшемся ежедневно в пасхальное время перед началом каждого евхаристического богослужения.[47] За литургией этот тропарь также исполняется в качестве припева третьего антифона. На тот же лад, т. е. с троекратным начальным повторением, он поется в качестве заключительного тропаря константинопольской вечерни.[48] Данный тропарь, спетый после литаний в заключительной части богослужения, изначально предназначался для шествия, которым, согласно паломнице Эгерии, завершалась вечерня.[49] 

Следует сказать по поводу перисси или финального повторения тропаря. Довольно часто название перисси дается второму тропарю, который следовал за первым с последующим псалмическим стихом.[50]  Во вторник и пятницу 4-й седмицы Великого поста, например, поется тропарь Кресту Твоему поклоняемся, Владыко. В среду в качестве перисси поется тропарь Животворящий Крест, еже даровал еси.[51] Такое часто случается в византийском обряде.[52] В евхаристической литургии второй антифон в качестве перисси сначала имел тропарь Единородный Сыне, третий антифон — праздничный тропарь, называемый кондаком,[53] а причастный псалом — песнопение Да исполнятся уста наша [πληρωθήτω].[54] Ирмосы (εἱρμός) канона на утрени некогда были тропарями, вставляемыми в стихи песен, а потом окончательно стали строфами или перисси (хотя данный термин не использовался в Палестине) песен, исполнявшимися с собственными припевами.[55] Ирмосы, исполняемые после тропарей каждой песни канона, получили название катавасия (καταβασία). Название, вероятно, произошло из-за того, что хоры сходили со своего привычного места и собирались вместе. Данная катавасия, несомненно, является исконным перисси библейских песней до составления канонов.

Тропари-ипакои

 

Манера исполнения тропарей с повторением единственной клаузулы называется ипакоями (буквально: ответами). Поэтические строфы с подобным названием воспеваются в настоящее время без стихов псалмов на праздничной утрени. Слово «ипакой», тем не менее, указывает на то, что это творение должно было несколько раз повторяться в качестве припева. Рубрика для пения ипакоев, находящаяся в Эвергетидском типиконе (XII в.) для второго воскресения перед Рождеством, позволяет сделать вывод, что пение данной строфы некогда совершалось на тропарный лад:

Поется (ипакой) таким образом: вначале псаломопевец, затем народ с хирономией (т.е. под управлением псаломщика). Затем псалмопевец поет стих Воскликните Господеви (Пс. 99, 1). После стиха народ снова поет окончание ипакоя.[56] 

Некоторые документы, впрочем, называют ипакой частью того, что другие именуют тропарем. Например, крещальный припев Елицы во Христа крестистеся, который в константинопольских книгах называется тропарем,[57] Великий Иерусалимский лекционарий именует ипакоем.[58] Аналогично, припев для Пс. 140 на вечерни Святой Софии называется тропарем по Типикону Великой Церкви, но ипакоем в других списках палестинского происхождения.[59] Можно сказать, что термины ипакой и тропарь эквивалентны, но первый — палестинского происхождения, а второй — константинопольского.[60]

Значение сирийского слова эньяна, которое обозначает тропари-антифоны, вставляемые в псалмодию, являет точный эквивалент греческого термина ипакой. Это свидетельствует в пользу палестинского происхождения данного понятия. Слово «тропарь», напротив, является эквивалентом сирийского названия хепакта из халдейского обихода, но не используемого на сиро-палестинских территориях.

Другие термины для тропарей

 

Вторым палестинским термином для тропаря является стих [στίχος], часто появляющийся на страницах грузинского лекционария, где стих всегда сопровождается псалмом.[61] То же самое наименование использовано в литургии св. Марка (МАРК) для тропарей, которые вероятно следует отождествить с песнопением, называемым грузинским лекционарием на умовение рук (manuum lotionis).[62]

Палестинский термин кафисма (κάθισμα) вначале употреблялся для тропарей, исполняемых на полунощнице в перерыве между чтениями псалмов. В реальности они исполнялись стоя, о чем свидетельствует название стасис (στάσις), применяемое к этим маленьким, но наиболее древним подразделениям псалтыри.[63] Кафисма также исполнялась с псалмическим стихом, повторением клаузулы и финальным перисси (= богородичным), согласно обычной манере исполнения тропарей. Вот пример, взятый из кодекса Sinaît. gr. 864 (орологий IX в.), f. 59v–60r:

Кафисма, глас 2: Пробуди меня, Господи, чтобы почитать Тебя; уста мои отверзи, чтобы воспевать Тебя; очисти множество грехов моих, даруй мне разум для спасения, легкий на покаяние; прими молитву мою, Христе Боже: ибо ты все сотворить можешь, едине Человеколюбче.

Стих (Пс. 56,2): Помилуй мя, Боже, помилуй мя: яко на тя упова душа моя, и на сeнь крилу твоею надeюся, дондеже прейдет беззаконие.

*Ибо ты все сотворить можешь, едине Человеколюбче.

Слава и богородичен: В тебе, Мати Божия…

Подобная манера исполнении кафисмы указана для типики (обедницы). Ипотипосис Феодора Студита на время с Воздвижения Креста Господня до Великого поста повторяет тропарь со вставкой псалмического стиха.[64]

Эвергетидский типикон  (XII в.) опускает упоминание стиха псалма, но указывает, что повторение воспевается народом, т. е. общиной верных.[65] Во время Страстной седмицы богородичен опускался, а после славословия псалмопевец и народ повторяли всю кафисму.[66]

Термины эстикон и катисма также применялись для обозначения тропарей у сирийцев.[67] У халдеев есть термин маутба, идентичный по значению кафисме и относящийся к композиции церковных стихов и других поэтических форм, исполняемых вместе с псалмами полунощницы.

Термин ὰπολυτίκιον[аполитикий] иногда использовался в Константинополе для обозначения тропаря, находящегося в конце богослужения перед аполизисом или отпустом народа в евхаристической литургии. Место этого тропаря было после киноника, а на вечерне он являлся заключительным тропарем.[68]

Стихира [στιχηρόν], производная от стиха [στίχος], означает поэтическую композицию, т. е. строфу. Так называются тропари, которые вставлены в псалмы в конце вечерни. В Пиромаловом кодексе из Патмоса таким термином назван тропарь третьего антифона литургии Спаси ны, Сыне Божий.[69]

О терминах ирмос и катавасия мы уже сказали выше, как и по поводу перисси.

Эволюция пения тропарей

 

Вначале тропари были подчинены псалмодии: либо сам тропарь был невелик, либо после каждого стиха псалма повторялась только клаузула тропаря.

Со временем тропари вышли на роль главных элементов композиции, стихи псалмов постепенно сокращались, а тропари всякий раз стали исполняться полностью. Такими мы теперь видим тропари в византийском третьем, шестом и девятом часе, некогда ежедневные, а теперь зарезервированные только для времени Великого поста.[70]

Впрочем, даже в традиционном исполнении тропарей упрощения начинаются уже в Х столетии. В тропаре сочельника Рождества и Богоявления, полностью приведенном выше, пение стало респонсорным: партию солиста представляет хор псаломщиков и народа, уже не разделенного на два хора, а составляющего единое целое. Присутствие славословия в конце псалма указывает на признак исконной антифонной псалмодии.

Но ведь существуют тропари и ипакои, которые, кажется, обходятся без славословия.[71] Были ли они изначально чисто респонсорными? Здесь существует лишь этимологическая трудность: ни слово тропарь (= повторяющийся), ни слово ипакой (= ответ) не указывают на манеру их исполнения. Досадное развитие проявляется в списке EM 6 из Карлсруэ для антифонов литургии:[72] чередование сохранилось, но исчезло народное участие; два хора псалмопевцев поочередно воспевают стихи и припевы.

Затуханию популярного способа, достаточно эффективного с пастырской точки зрения, способствовало монашеское влияние. Исконные палестинские ипакои утратили свои псалмические стихи и, следовательно, необходимость повторения.

В другом месте, где библейские стихи сохранились, после каждого стиха были вставлены различные тропари,  отменившие повторение и, стало быть, сам принцип антифонного пения. Это произошло со стихирами [στιχηρά ἀπόστιχα]  в конце воскресной вечерни: Пс. 92 имел некогда единственную стихиру, первую из современных стихир, которая должна была исполняться на протяжении псалма. Другие стихиры различного размера, принадлежащие к алфавитной серии, были вставлены между стихами псалма и превратились в главный элемент.

В конечном счете, наименование тропарь было применено также к строфам, составленным совсем не для чередования со стихами псалмов. В данном случае тропари были написаны в подражание ирмосам канона на утрени.

Аналоги тропарей в других обрядах

 

Византийский тропарь не является характерной особенностью данного обряда. У халдеев он называется канона [от слова κανών] или реже хепакта, когда псалом остается главным элементом. Если церковный текст преобладает над библейскими стихами, то он называется онита.[73]

У сирийцев песнопение эньяна согласно палестинской терминологии соответствует византийскому ипакою (респонсорию). В данной традиции псалом продолжает оставаться главным элементом композиции.[74] Кале фимиама по своему строению противоположны тропарям, которые, как халдейские онита, переместили стихословие псалмов на второй план.[75]

У римлян процессионные антифоны мессы (antiphona ad introitum, ad offertorium, ad communionem) соответствуют византийским антифонам или тропарям. Часто римские антифоны состоят из одного псалма, а на праздниках[76] в качестве антифонов используются другие тексты Священного Писания, реже церковные гимны (Gaudeamus omnes, Salve sancta Parens).

Процессионные антифоны в Вербное воскресение (Pueri hebraeorum, etc.) состоят из настоящих тропарей, исполняемыми с псалмами, там даже есть финальная фраза Hosanna in excelsis, как у византийских тропарей, которая могла повторяться после каждого стиха на всем протяжении антифона от начала и до конца. Это возможно происходит от способа исполнения антифонов, которые древнее римское монашество воспевало в начале и конце псалмов на службах суточного круга.

Антифоны в честь Пречистой Девы (Alma Redemptoris, Ave Regina, Regina coeli, Salve Regina), что поются в конце часов, возможно, являются римским аналогом тропарей, утративших функцию припевов.

Респонсорий римского ноктюрна

 

А теперь рассмотрим римские респонсории,  следующие за чтениями ноктюрна (полунощницы). Что касается их функции, то они соответствуют византийским кафисмам.[77]  Их текст обычно не библейский, а церковного сочинения, в чем проявляется еще одно сходство с византийскими тропарями. Это факт мешает поместить их, несмотря на тождество имени, в ту же самую категорию респонсориев (градуалов) римской мессы.

Их исполнение, которое включает повторение клаузулы после стиха (versus), аналогично исполнению тропаря и византийской кафисмы.

Три вида сходства обязывают нас отождествить римский респонсорий с византийским тропарем-кафисмой. Остается вопрос наименования. Почему подобный тропарь назван респонсорием? Мы думаем, что ответ на данный вопрос следует искать на Востоке, в виду того что в Палестине тропари назывались ипакоями (= респонсорий). Римское богослужение сохранило древнее название тропаря. Впрочем, в виду того, что римский респонсорий не заканчивается, за редким исключением, славословием, нужно допустить, что пение этих композиций респонсорное, а не антифонное. В конечном счете, стих, являющийся в византийском обряде библейским, в римской традиции стал церковным гимном.

Три антифона

 

В древнем константинопольском богослужении пение трех антифонных псалмов, следующих друг за другом (три антифона), встречалось очень часто. Три антифона, исполнявшихся на вечерне,  не позднее Х в. получили название «малых антифонов».[78]  По Симеону Солунскому это наименование вызвано тем, что псалмы были сведены к четырем стихам.[79] Последование трех антифонов на константинопольский манер было неизвестно византийским богослужениям палестинского происхождения.[80]

С. Другие жанры псалмодии

 

Общая псалмодия (κοινώς ψάλλειν) исполняется всеми молящимися хором. Мы не видим в евхаристической литургии псалмов, исполняемых на такой лад. Согласно некоторым древним типиконам, шестопсалмие на утрени некогда воспевалось всей монашеской общиной.[81]

Медитативная (умная) псалмодия заключается в том, что псалмы медленно воспеваются или читаются солистом, в то время как остальные внимают и размышляют о прочитанном. Данный способ присущ монашеским богослужениям и существует в виде т. н. непрерывного стихословия следованной псалтыри (psalmodia currente psalterio) вечером и ночью. Такая манера уходит корнями в Древний Египет.[82] В современной практике часто встречается, что два чтеца читают псалтырь, чередуясь через стих. Данный способ, характерный для современной западной хоровой практики, возник, вероятно, в василианских монашеских общинах,[83] или Студийском монастыре.[84] Представляется, что данный тип псалмопения чужд монашескими уставами палестинской традиции.

Mateos J. La psalmodie dans le rite byzantin //  Proche-Orient Chrétien. 1964. № 15. P.  107–126.

© Edizioni Orientalia Christiana, 1971 г.

© Русский перевод: С. В. Голованов, для свободного распространения



[1] Название responsum или responsorium появилось в  VIII в., см. Andrieu M. Ordo Romanus. I, 57. P. 86.

[2] Jungmann J. A. Missarum Sollemnia. Freiburg, 1952. S. 543–544. 

[3] Borgia N. Il commentario Liturgico di S. Germano Patriarca Constantinopolitano e la versione latino di Anastasio Bibliotecario // SL. Grottaferrata, 1912.  28. P. 25.

[4] То, что прокимном не является псалом, предназначенный для исполнения перед чтением, совершенно ясно из константинопольского обихода, см. Le Typicon de la Grande Eglise. Ms. Sainte-Croix no. 40. Introduction, texte critique, traduction et notes. 2 vols. / Mateos J. (ed.). Index liturgiques.

[5] Житие святой Мелании, 47 / Gorce D.  (éd.) // SC 90. Paris, 1962. P. 216–217.

[6] De institutis coenobiorum 1–6 / Petschenig М. (ed.) // CSEL XVII, 43.  

[7] Ordo quo episcopus urbem inire debet / Rahmani I. E. (ed.) // Studio Syriaca. Fasc. III. Charfeh, 1908. P. 1–4; Khouri-Sarkis G. Réception d'un évêque syrien au VIe siècle // OS. 1957. № 2. P. 161.

[8] Tarchnišvili M. Lectionnaire // CSCO. Vol. 189. Tom. I. P. 13 (№ 24); p. 14 (№ 34) и далее.

[9] Список Синод. гр. 1010 (XIIXIII вв.), Дмитриевский А. А. Описание литургических рукописей, хранящихся в библиотеках Православного Востока. Т. II. С. 140; Диатаксис Филофея, Красносельцев Н. Ф. Материалы для истории чинопоследовования литургии св. Иоанна Златоуста. Казань, 1889. № 1. С. 54; список Vatican gr. 573, диатаксис (XV в.), там же, с. 105.

[10] Беседа на  1 Кор. 36, 6 // PG 61, 315 = Полное собрание творений святого отца нашего Иоанна Златоуста. Т. 10. С. 375.

[11] Беседа на Пс. 144, 1 // PG 55, 464 = ПСТ 5, 520.

[12] Беседа на 1 Кор. 36, 5 // PG 61, 315 = ПСТ 10, 375.

[13] Беседа на Пс. 117, 1 // PG 55, 328 = ПСТ 5, 354

[14] Апост. пост. II, 57, 6 // Funk F. X. Didascalia et Constitutions Apostolorum. 2 vols. Paderborn, 1905. S. 161. Русский текст  по изданию: Постановления Апостольские (в русском переводе). Казань, 1864.

[15] Funk. S. 160–161. Прим. 6.

[16] Sinaît. gr. 1020 (XIIXIII вв.), Дмитриевский II, 140; Patmos 709 (1260 г.), там же, с. 157.

[17] Le Typicon de la Grande Eglise. Ms. Sainte-Croix no. 40. Introduction, texte critique, traduction et notes. 2 vols. / Mateos J. (ed.) // OCA. Rome, 1962–63. № 165–166. Vol. II. P. 170.

[18] Именно Константинополь в своем исконном обычае сохранил Пс. 140 в качестве единственного псалма вечернего богослужения, в то время как сирийская традиция последовала за Иерусалимом и включила в чин несколько вечерних псалмов.

[19] Заметим, что когда в константинопольском антифонном псалме присутствовала аллилуйя, ей предшествовали псалмические стихи, которые не повторялись народом. Эти фразы обозначались словом τν οἰκουμένην, см. Симеон Солунский О священной молитве / De Sacra precatione 349 // PG 155, 637B-D.

[20] 15-е правило Лаодикийского собора свидетельствует о псалмопевце, восходящем на амвон и поющем оттуда [ἀπὸ διφθέρας]: Mansi 2, 567 = КП, 165.

[21] Мы здесь не касаемся респонсория римской полунощницы (nocturne), имеющего несколько иной генезис и не содержащего, как правило, псалмических стихов. Мы рассмотрим ниже гипотезу его происхождения.

[22] Petit L. Antiphone dans la Liturgie grecque // Dictionnaire d’Archéologie Chrétienne et de Liturgie. I, 2462–2464.

[23] Поэтому в Константинополе псалтырь была разделена на антифоны, в которых обычно находилось 3 псалма с одним и тем же припевом, см. Strunk O. The Byzantine Office at Hagia Sophia // Dumbarton Oaks Paper. 1955–1956. № 9–10. P. 185, 200; Mateos J. Quelques problèmes de l’orthros byzantin // Proche-Orient Chrétien. 1961. № 11. P. 18–19. Позже словом антифон стали называться стасисы псалтыри (хотя константинопольский антифон не тождественен иерусалимскому стасису. Св. Афанасий Афонский (см. Дмитриевский I, 249) и типикон Св. Саввы (кодекс Sinaît. gr. 1094, XIIXIII вв.) регулярно используют слово антифон для обозначение стасиса, см. Дмитриевский III, 22 и далее. Эта манера проявляется в часословах славянской традиции, см. Иерейский молитвослов. Рим, 1950. С. 271, 273, 275. Исполнение псалмов антифонным пением по порядку их следования в Псалтыри (la psalmodia currente psalterio) характерно для кафедрального обряда, в палестинском монашеском обиходе псалмы произносятся речитативом одним или двумя солистами.

[24] Typicon II, index liturgiques.

[25] Ibidem. II, 94, 138.

[26] Ibidem. II, 62, 90–92.

[27] Καί πάντων ἀνθυπακούντων (§ 24 // Borgia N. Сommentario. P. 22).

[28] Engdahl R. Beiträge zur Kenntnis der byzantinischen Liturgie. Berlin, 1908. S. 8–9.

[29] Либо интонация задавалась с помощью полустиха, следовавшего за припевом, либо солисты отождествляли себя с соответствующими хорами, как это бывает в халдейском обряде, см. Mateos J. Lelya-Sapra. P. 67­­–68.

[30] Typicon II, index liturgiques: ντίφωνον.

[31] Кодекс Исидора Пиромала (XII в.), Goar J. Εὐχολόgion sive Rituale Graecorum complectens ritus et ordines Divinae Liturgiae, officiorum, sacramentorum, consecrationum, benedictionum, funerum, orationum, etc. Editio secunda expurgata, et accuratior. Venice, 1730. Репринт: Graz, 1960. P. 181.

[32] Pontifical chaldéen [Халдейский архиерейский служебник]. Rome, 1957. Р. 143. Строфа после Слава также называется хепакта, в то время как у греков она называется тропарем без отношения к исконному значению.

[33] Typicon  II, 94.

[34] IbidemII, 44.

[35] IbidemI, 122 (5–XII).

[36] Ibidem. Index liturgiques: ἀλλάσσειν.

[37] Ibidem. Index liturgiques: ναγνώστης.

[38] De institutis coenobiorum 1–6./ Petschenig М. (ed.) // CSEL XVII, 24. Русский перевод по изданию: Послание епископу Кастору о правилах общежительных монастырей // Писания преподобного отца Иоанна Кассиана Римянина.  М., 18922. С. 20.

[39] Typicon II, 82.

[40] Høeg C., Zuntz G. Prophetologium // Monumenta Musicae Byzantinae, Lectionaria. Vol. I. Fasc. 1–5. Copenhagen, 1939–1962. Fasc. 5 P. 428.

[41] Typicon  I, 150; Høeg-Zuntz. Fasc. I. P. 39–41.

[42] О троекратном повторении тропаря см. рубрики: Høeg-Zuntz. Fasc. I. P. 395–405.

[43] Høeg-Zuntz. I. P. 39–41; Typicon I. P. 150.

[44] Typicon II, index liturgiques: περισσή.

[45] Sinaît. gr. 44, публикация: Thibaut J.-B. Monuments de la notation ekphonètique et hagiopolite de l’Eglise grecque. СПб, 1913. P. 1–11.

[46] Ibidem. P. 7.

[47] Typicon  II. P. 98. Типикон Эвергетидского монастыря XII в. все еще игнорирует пение пасхального тропаря перед первым антифоном Пасхальной литургии, см. Дмитриевский I, 559. 

[48] Typicon II, index liturgiques: τροπάριον.

[49] Journal de voyage 24, 7 // SC 21, 192–194.

[50] В антифоном пении слово перисси также относится к финальному повторению краткого припева, например, аллилуйи, см. Симеон Солунский О священной молитве / De Sacra precatione 349 // PG 155, 637.

[51] Typicon II, index liturgiques: περισσή.

[52] И в сирийском обряде тоже, где перисси называется экба, а у халдеев – тесбохта. У маронитов большие поэтические творения, играющие роль перисси, известны под именем согита.

[53] Песнопение Дева днесь Пресущественнаго раждает, в настоящее время называемого кондаком Рождества Христова, в Типиконе Великой церкви именуется тропарем, см. Typicon I, 156–158.

[54] Каким образом тропарь Πληρωθήτω [Да исполнятся] присоединялся к причастному псалму можно проследить по «Пасхальной хронике» (Май 624 г. при патриархе Сергии // PG 92, 1001 BC): ᾿Eπενοήθη ψάλλεσθαι μετά τὸ μεταλαβεῖν πάντας τῶνγίων μυστηρίωνμετὰ τὸψαλθῆναι τὸν τελευταῖον στίχον τοῦ κοινω-νικοῦ, λέγεσθαι  και τοῦτο τὸ τροπάριν: Πληρωθήτω τό στόμα ήμων κτλ.

[55] Тропари, следующие за ирмосами, имеют позднейшее происхождение и не предназначались сначала для повторения в качестве припевов. Вставка тропарей в последние стихи песней была лишь следствием увеличения их числа после ирмосов. Они все еще пребывают на своем изначальном месте после славословия. 

[56] Дмитриевский I, 339­–340. 

[57] Typicon II, 94.

[58] Tarchnišvili M.  Le Grand Lectionnaire de l’Eglise de Jérusalem // CSCO 188–189,. Scriptores Iberici. Vol. 9–10, 13–14. Louvain, 1959–1960. № 736.

[59] Typicon I, 148 и аппарат издания, строка 9.

[60] В Х веке, в эпоху списания манускриптов Типикона Великой Церкви и Иерусалимского лекционария, начался постоянный обмен между Константинополем и Иерусалимом. В результате ипакой появился в начале константинопольской полунощницы (Typicon II, index liturgiques: s.v. hypacoè), а тропарь обнаруживается в качестве входного песнопения иерусалимской литургии (Tarchnišvili M. Lectionnaire. P. 9 (№ 6); p. 13 (№ 26); p. 14 (№ 33);  p. 15 (№ 42). Никакого псалма не указано для этого тропаря, несомненно, из-за того что входной псалом был фиксированным, как и в Константинополе, и это был Пс. 94.

[61] Tarchnišvili M. Lectionnaire. P. 10–12 (№ 12–23).

[62] Tarchnišvili M. Lectionnaire. P. 15 (№ 40); p. 16 (№ 46); p. 90 (№ 20).

[63] В древних псалтырях слово кафисма являлось не названием раздела псалмодии, а рубрикой, помещенной в конце раздела, чтобы указать на момент пения тропарей. Поэтому список Vatican gr. 431 (XI в.) помещает 1-ю рубрику кафисма после славословия, которым оканчивается Пс. 8, конец 3-го стасиса, и т. д. То же самое мы видим в псалтыри X в. по списку Athènes Ethnike Bibl. 7.

[64] Дмитриевский I, 321: τὰ τροπάρια δὲ τοῦ καθίσματος διπλοῦνται, λεγομένου μeσοστίχου

[65] Там же: πάντα τὰ καθίσματα πρῶτον ὁ ψάλτης, ετα ὁ λαός. Δόξα καὶ νὺν: θεοτοκίον; C. 516, 525.

[66] Там же. C. 544–546.

[67] См. рукопись из Шарфета под редакцией Рахмани: Ordo quo episcopus urbem inire debet / Rahmani I. E. (ed.) // Studio Syriaca. Fasc. III. Charfeh, 1908. № 121, f. 167v.

[68] Typicon II, index liturgiques, s. v.

[69] См. прим. 31.

[70] Именно эти тропари выражают исконный смысл этих богослужений. Тропарь третьего часа говорит о ниспослании Святого Духа, согласно Отцам: Тертуллиану (De Oratione 25 // CCSL I, 272), Киприану (De oratione dominica 24 // PL 4, 541), Василию Великому  (Interr. 37, 3 // PG 31, 1013). Шестой и девятый час посвящены распятию и смерти Господа Иисуса Христа по Псевдо-Ипполиту (Апостольское предание 41 // Botte B. La Tradition Apostolique de s. Hippolyte. Essai de reconstruction // LQF. Münster, 1963. № 39. S. 90–92) и Киприану (указ. соч).

[71] Среди тропарей без славословия можно назвать песнопения константинопольской вечерни, где славословие никогда не упоминается, хотя может подразумеваться, как нечто само собой разумеющееся: Typicon II, index liturgique, s.v. troparion IV, a. У ипакоев, сохранившихся в утрени, правда, без стихов псалмов, Слава отсутствует, несмотря на то, что название ипакои было дано тропарям, заканчивающимся славословием, см. Typicon II, index liturgiques, s. v. troparion IV, a.

[72] См. Engdahl R. Beiträge zur Kenntnis der byzantinischen Liturgie. Berlin, 1908.

[73] Св. Ефрем Сирин, между тем, называет онитой припев мадраса (дидактического стихотворного произведения, аналогичному древнему византийскому кондаку), см. Carmina Nisibena / Beck E.d.) CSCO. Vol. 218 (Scriptores Syri 92). Louvain, 1961. P. 1, строка 17; p. 7, строка 4; p. 11, строка 13, etc. Настоящее название этого рефрена — уннайя. Отметим, что повторение клаузулы после псалмических стихов, присущее византийским тропарным композициям, у халдеев неизвестно.

[74] Древние эньяне обладали одной или двумя строфами; затем они развились в композицию, включающую отдельные строфы для каждого библейского стиха. Вероятно, именно повторение клаузулы спровоцировало составление новых строф, заканчивавшихся, так же как и клаузула. Довольно яркий пример проявляется в антифоне (м’ирана) четверга (Shima. Charfet, 1937. Р. 286–289), где каждая строфа заканчивается славословием: Господи всех, слава Тебе, но только первая строфа имеет черты строфы полунощницы (minuit).

[75] Традиционный псалом для этих кале — Пс. 116, который есть в богослужении маронитов. Первоначальное количество строф трудно определить: вероятно, одна строфа, повторяемая неоднократно. У сирийцев добавилось кале фимиама в виде серии строф в честь Пресвятой Богородицы, святых и т. д.

[76] В начале церковного года, 2-е, 3-е и 4-е воскресенье Адвента (Предрождества), сочельник Рождества, 2-я, 3-я месса Рождества, св. Евангелиста Иоанна, в воскресенье после Рождества, 1-го января, Имени Иисуса, Богоявления и т. д. 

[77] О сходстве свидетельствует их место в богослужении. Каждый римский ноктюрн располагает свои элементы в таком порядке: псалмодия, чтения (каждое с респонсорием), а  византийская полунощница имеет следующий состав: псалмодия, молитва, кафисма (= респонсорий), чтения, см. Mateos J. Quelques problème. Р. 23.

[78] Typicon II, index liturgique, s.v. antiphonon II A e.

[79] Симеон Солунский De Sacra precatione 348 // PG 155, 632С.

[80] Три степенных антифона на воскресной утрени – константинопольский элемент, вставленный в палестинское богослужение, см. упомянутую статью Mateos J. Quelques problème. Р. 208–210.

[81] Рукописный типикон Sabas gr.1096 (XII в.), Дмитриевский III, 23: ψάλλομεν κοινώς ἑξάψαλμον; рукописный евхологий Sinaît. gr. 973, (XII), Дмитриевский II, 88: καὶ… εὐθὺς ὁ λαός ἄρχονται (sic) τὸν ἑξάψαλμον.

[82] Иоанн Кассиан De Instit. Caenob. II, 12 // CSEL XVII, 27 = Писания преподобного отца Иоанна Кассиана Римянина.  М., 18922 С. 19–20.

[83] Mateos J. L'office monastique à la fin du IVe siècle: Antioche, Palestine, Cappadoce // OC. 1963. № 47. P. 83.

[84] Феодор Студит Катехеза 99 / Mai A. (ed.) // NPB. Rome , 1888. Vol. Χ. P. 230–231.

 

 
 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова