Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

 

Владимир Русак

История Российской Церкви

См.библиографию.

К оглавлению

 

Архиерейский Собор 1961 года

18 июля 1961 года в Троице-Сергиевой Лавре открылся Архиерейский Собор, который должен был произвести изменения в "Положении об управлении Русской Православной Церкви", принятом на Соборе 1945 года.

Но решать-то оказалось нечего, потому что еще 18 апреля Синодом было принято Постановление "О мерах по улучшению существующего строя приходской жизни", которое сразу же вошло в церковную жизнь, как обязательный документ.

Согласно этому Постановлению, власть в приходах передавалась "исполнительным органам", которые, как известно, назначались местными органами советской власти. То есть, практически управление приходами отдавалось ставленникам безбожников. Настоятель оказывался не только не председателем этого исполнительного органа, но даже не его членом.

Настоятель с этого времени имел статус "рабочего по договору", который (договор) исполнительный орган заключал в каждом отдельном случае и который он мог расторгнуть в одностороннем порядке в любое угодное ему время.

Для никого не было секретом, и патриарх Алексий отметил это еще на апрельском заседании Синода, что инициатива этой реформы исходила от Совета по делам религий, поэтому основной докладчик на Соборе, архиеп. Тульский Пимен (впоследствии патриарх), в заключение своего выступления прямо призвал архиереев утвердить решение Синода. Не обсудить, а именно утвердить. (Тех архиереев, которые могли выступить с возражениями против реформы, на Собор не пригласили).

Архиеп. Пимен в своем выступлении необходимость реформы аргументировал следующими соображениями: "Как известно, в настоящее время в нашей стране последовательно осуществляются широкие демократические преобразования, в результате чего все возрастает роль самих трудящихся в общественной жизни страны. В этих условиях нельзя признать нормальным, что в приходских общинах до сих пор продолжает иметь место положение, при котором отцы настоятели сосредоточили в своих руках всю полноту власти".

Со своими соображениями выступил на Соборе и архиеп. Минский Варлаам, явный пособник безбожников. Он легко мог подписать любой документ, если известно, что он на руку советской власти.

Патриарх Алексий в оправдание реформы искусственно притянул слова Священного Писания: "Нехорошо нам, оставив слово Божие, пещись о столах". Патриарх Алексий был достаточно богословски образован, чтобы совершить здесь ошибку. Это — подлог, поскольку дальше в Писании говорится, чтобы людей, которые пеклись бы о столах, избирали, во-первых, из среды учеников Апостолов — диаконов, а, во-вторых, — из людей, изведанных и исполненных Святого Духа и мудрости, с возложением апостольских рук.

За богословско-церковное обоснование реформы архиеп. Пимен принял следующее:

1. Книгу Правил... 2. 3. Положение об управлении Русской Православной Церкви, принятое на Поместном Соборе 1945 года. 4. 5. Журнальное Постановление Священного Синода от 18 апреля 1961 года 6. 7. Постановление ВЦИК и СНК РСФСР "О религиозных объединениях" от 8 апреля 1929 года. 8. На самом деле, ни одна из приведенных ссылок, кроме четвертой, не дает ни малейших оснований для такой реформы.

Храмами с тех пор полностью завладели креатуры местных органов власти, часто не только мало церковные люди, но и вовсе неверующие.

 

Патриарх Пимен

После кончины в 1970 году патриарха Алексия патриаршим Местоблюстителем стал митрополит Крутицкий Пимен, тот самый Пимен, который так "искусно" приплел каноны к антицерковной реформе приходской жизни в 1961 году.

Жесткий селекционный отбор иерархии советской властью уже давно не позволял выходить на такие высокие посты людям, преданным Церкви и готовым идти ради нее на жертвы. Все предстоятели церковные советского времени отличаются друг от друга разве что размером куколя, как кто-то трагически пошутил. Та же пышность, внешний блеск и... та же покорность безбожным властям. Семидесятые и первая половина восьмидесятых годов, как известно, были временем жестокой расправы с "инакомыслящими". В эту категорию входили сотни верующих, которые попытались разорвать преступный узел связи Церкви с государством.

Патриарх Пимен и все его помощники, во всех без исключения случаях расправы над такими людьми, становились на сторону советской власти.

По логике и по постановлениям Соборов, в том числе и Русской Церкви, Патриарх "имеет долг печалования пред государственной властью".

"Журнал Московской Патриархии", который отражает каждое слово патриарха и каждое его передвижение, журнал, который отражает, кажется все, вплоть до поездки какого-нибудь священника в банановую республику или награждение в провинциальной епархии очередного служителя камилавкой, не дает ни одного свидетельства такого печалования со стороны патриарха Пимена. Подобно патриарху Алексию, свое правление патриарх Пимен ознаменовал глубокой покорностью советской власти.

 

Патриарх Алексий II

Взлет карьеры и становление патриарха Алексия II, возглавившего Русскую Церковь в 1990 году, приходится на скорбные 60-е годы. Уже одно это обстоятельство заставляет с осторожностью относиться к его публичным заявлениям.

Но... Время обязывает. Коммунисты ушли с политической сцены, нет прежнего Советского Союза с его многочисленными централизованными учреждениями, осуществлявшими контроль за деятельностью Церкви, и в первую очередь всемогущего КГБ, рядовые члены Церкви пробуждаются от многолетнего сна, сковывавшего их церковное самосознание...

Патриарх вынужден реагировать на объективные процессы, происходящие в стране. Заигрывание с Церковью новых правительств привело к тому, что некоторым высоким иерархам, в том числе и патриарху, позволено играть в парламентах роль свадебных генералов... Патриарх начинает осторожно высказываться о возможном прославлении Новомучеников, иногда у него проскальзывают нотки покаяния в прежних грехах, недавно предпринята попытка начать диалог с Русской Зарубежной Церковью...

Пока еще трудно сказать что-то определенное о том, насколько решительно изменение ситуации в стране отражается на ситуации церковной. Но надежда есть. С Божией помощью в, хочется верить, недалеком будущем Русская Православная Церковь освободится от тех наносных явлений, которые были порождены печальной памяти эпохой социализма, и засветит миру чистым светом Евангельской Правды.

 

Современное состояние Московской Патриархии

Церковное Управление

В работе Всероссийского Собора 1917-18 гг., как известно, принимали участие 68 архиереев, из них: 4 митрополита, 21 архиепископ и остальные — епископы.

Сразу же после октябрьской революции епархиальное устройство Русской Церкви пришло в сильное расстройство. Епархии номинально существовали, но (по причине расстрелов или арестов) часто без епископа или епископы сменяли друг друга с такой быстротой, что даже сама Патриархия теперь вряд ли сможет установить их последовательность.

Наступивший обновленческий раскол привнес в жизнь Церкви еще большую смуту. Нет ни малейшей возможности установить (за исключением обновленческих активистов и исповедников), кто из епископов какую занимал позицию: некоторые, оставаясь в душе православными, вынуждены были для выживания формально разделять обновленческую платформу, некоторые, и не разделяя ее внешне, были по существу обновленцами.

Следовавшие друг за другом аресты архиереев привели к тому, что к моменту Декларации митроп. Сергия 1927 года на его стороне было немногим более десяти епископов.

В тридцатых годах ежегодно арестовывались от десяти до двадцати архиереев. К началу войны на свободе оставались пятеро, вместе с митроп. Сергием. Церковное устройство было полностью парализовано.

Изменившаяся тактика отношения Сталина к Церкви во время войны привела к тому, что за несколько военных лет количество архиереев увеличилось в десять с лишним раз. Были восстановлены многие епархии. Но по-прежнему бывшие некогда самостоятельными епархии, из-за отсутствия храмов, присоединялись к соседним (Марийская, Казанская, Днепропетровская, Ульяновская...).

К концу 60-х годов количество епархий и архиереев выровнялось и достигло дореволюционного уровня. По состоянию на сентябрь 1990 года в Московской Патриархии имелось 80 епархий.

В некоторых епархиях в помощь правящему архиерею существуют викарии: 9 викариатств в Московской епархии (Клинское, Дмитровское, Солнечногорское, Орехово-Зуевское, Каширское, Можайское, Звенигородское, Истринское и Подольское), 1 викариатство в Киевской (Переяслав-Хмельницкое), 1 — в Ростовской (Азовское), 1 — в Рижской (Даугавпилское), 1 — в Сурожской (Керченское), 2 — в Кишиневской (Бельское и Бендерское). Таллинское викариатство является патриаршим.

Весь епископат Московской Патриархии состоит из: 14 митрополитов, 35 архиепископов, 46 епископов.

Украинскому и Белорусскому Экзархатам недавно была дарована Московской Патриархией автокефалия. Таким образом, это уже самостоятельные Украинская — 20 епархий (глава — митрополит Владимир Сободан) и Белорусская — 6 епархий (глава митрополит Филарет Вахромеев) Православные Церкви.

Кафедральным патриаршим собором является Богоявленский, что в Елохове в Москве (до революции — восьмой по размерам), в который в 1948 году с согласия гражданских властей, тайно, под покровом ночи, были перенесены из Кремля мощи святителя московского Алексия.

Патриарх имеет несколько личных резиденций: в Троице-Сергиевой Лавре, в Одессе, в Переделкино под Москвой, пользуется в своих поездках правительственной автомашиной "Чайкой". В настоящее время все основные учреждения Патриархии размещаются в отстроенном к 1000-летию крещения Руси Даниловом монастыре.

При патриархе существует Священный Синод, который по "Положению об управлении Русской Церкви" 1945 года должен состоять из шести членов — епархиальных архиереев при Председателе Патриархе. Трое из них — постоянные (митрополиты Крутицкий, Киевский и Санкт-Петербургский), трое — временные, по вызову из епархий. Временные члены вызываются для присутствия на одной сессии Синода, согласно списку архиереев, по старшинству хиротонии, по одному от каждой из трех групп епархий, на которые разделены все епархии Русской Церкви.

Синодальный год разделяется на две сессии: летнюю (март-август) и зимнюю (сентябрь-февраль). В настоящее время Синод состоит из пяти постоянных членов и двоих временных. Для руководства отдельными сторонами церковной жизни, при Синоде учреждены отделы: Управление делами, Внешних церковных сношений, Издательский, Учебный Комитет, Хозяйственное Управление, Пенсионный Комитет.

Управление делами, как административный орган, приводит в исполнение распоряжение высшей церковной власти (патриарха и Синода) и осуществляет связь с епархиями. Управляющий делами присутствует на заседаниях Синода и ведет журнал его решений. По первоначальному замыслу Отдел внешних церковных сношений должен был служить для связи высшей церковной власти с заграничными Экзархатами, епархиями, благочиниями, миссиями, приходами и со всеми Поместными Православными Церквами и инославными конгрегациями. Но очень скоро он превратился в инструмент (весьма эффективный) откровенной советской пропаганды и оболванивания иностранных гостей, приезжавших в бывший Советский Союз по церковной линии.

Учебный Комитет ведает духовными учебными заведениями, осуществляет подбор (до недавнего времени в полном согласии с Советом по делам религий) преподавательского корпуса, в конечной инстанции одобряет программы и методику преподавания и вообще надзирает за направлением и жизнью духовных школ.

Издательский Отдел осуществляет выпуск ежемесячного журнала ("Журнал Московской Патриархии"), Священного Писания, богослужебных книг, в очень ограниченных тиражах и с предельно высокой ценой.

Пенсионный Комитет, согласно официальной версии, "занимается рассмотрением прошений о предоставлении пенсий и пособий престарелым или потерявшим здоровье священно-церковнослужителям, их вдовам, работникам духовных школ и других церковных учреждений. Как видно, цель Пенсионного Комитета — не предоставлять нормальную пенсию нуждающимся, а "рассматривать прошения" о таковой. Достаточно сказать, что еще недавно месячная пенсия начислялась из расчета полтора рубля за год священнослужения.

Хозяйственное Управление руководит хозяйственной жизнью епархий и приходов, контролирует церковные средства. На эти средства содержится высшее церковное управление со всеми его отделами, духовные школы, оплачиваются расходы по созыву Соборов, церковных Совещаний, приему церковных делегаций, поездки за границу.

Хозяйственный Отдел выпускает необходимые для жизни Церкви предметы. Недалеко от Москвы (пос. Софрино) построены новые корпуса свечного завода и мастерских по изготовлению церковной утвари. В Троице-Сергиевой Лавре и других монастырях имеются иконописные мастерские. Все необходимые материалы Хозяйственное Управление заказывает в государственных организациях и оплачивает за счет фондов Патриархии.

Руководство мастерских до недавнего времени было ставленниками Совета по делам религий и, естественно, занималось хищениями в огромных размерах. Некоторые из руководящих работников Хозяйственного Управления за такие хищения отбывали (впрочем, как правило, небольшой) тюремный срок. Некоторые вовсе отделывались легким испугом (митрополит Мефодий Немцов, архиепископ Алексий Кутепов).

Несколько лет назад при Синоде были образованы новые Комиссии:

• по канонизации святых и • • по изучению материалов, касающихся реабилитации клириков и мирян, репрессированных в советский период. • В своей работе эти комиссии взаимодействуют, уже есть ощутимые результаты их работы. Епархиальное деление совпадает с гражданским территориальным делением. Еще во время местоблюстительства митрополита Сергия было принято постановление, по которому епархии должны называться согласно новым названиям городов, областей и краев (Ленинградская, Калининская, Куйбышевская и т.д.).

Епархиальный архиерей носит титул по своему кафедральному городу. Избрание архиереев до недавнего времени производилось Синодом под председательством патриарха с разрешения или по рекомендации Совета по делам религий. Епархиальные архиереи, по канонам обладающие в своей епархии полнотой власти, по традиции Московской Патриархии не могут решать более или менее важные вопросы без согласования с высшей церковной властью, а до недавнего времени и с гражданскими властями, в первую очередь с представителями Совета по делам религий.

Викарные архиереи также назначаются патриархом и Синодом. Круг их обязанностей устанавливается по усмотрению епархиального архиерея. При архиерее может быть образован Епархиальный Совет из 3-5 лиц в священном сане. Каждая епархия разделяется на некоторое количество благочиннических округов, во главе которых стоят благочинные. Они являются надзорным органом епархиального архиерея.

Согласно решениям Собора 1917-18 гг., во главе прихода должен стоять настоятель. Это положение было подтверждено и Собором 1945 года. Распорядительным органом прихода было приходское собрание, на котором избирались два других органа: исполнительный — церковный совет, и контрольный — ревизионная комиссия. Церковный совет возглавлял настоятель (по должности), входили в него староста, его помощник и казначей.

Но постановлением Архиерейского Собора 1961 года вся эта приходская структура была сломана и настоятель оказался в роли "работника" по договору. Он не входил ни в один приходский орган даже в качестве рядового члена. Нормальное положение в приходах восстановлено лишь несколько лет назад с принятием нового Приходского Устава.

Миряне номинально имеют право предложения епархиальному архиерею кандидатов в священнослужители, но, с одной стороны они никогда этим правом не пользовались, а с другой — архиерей вовсе не обязан принимать во внимание их рекомендации.

 

* * *

На лето 2002 года Русская Православная Церковь насчитывала 130 епархий. Число архиереев — 153, из них 126 епархиальных и 27 викарных, 10 архиереев находятся на покое.

Имеется 569 монастырей, из них 272 мужских и 297 женских, не считая 148 монастырских подворий. Число приходов — 13 907 (с Украиной — около 22 000), на приходах служат 13 048 священников и 1 905 диаконов, всего 14 953 священнослужителя.

Количество Духовных школ на конец года составляет: 5 Духовных академий, 30 Духовных семинарий, 45 Духовных училищ, 1 Богословский институт, 2 Православных университета, 9 Подготовительных пастырских курсов, 3 Епархиальных женских духовных училища, 7 школ катехизаторов, 3 школы псаломщиц. Кроме того, имеются 11 регентских и 4 иконописные школы и отделения, а также только в Москве 123 церковноприходских воскресных школ.

Православных храмов и часовен в Москве — 556.

Богослужения совершаются в 436 храмах, не считая 65 часовен и 25 монастырских храмов, в 30 храмах оно еще не возобновлено, 34 храма не освобождены от прежних арендаторов.

На приходах Москвы совершают свое служение 888 священнослужителей, из них 645 священников, 243 диакона. В ставропигиальных монастырях совершают служение 365 священников и 169 диаконов. С духовенством Москвы общее число священнослужителей составляет 1422 человека.

 

Зарубежные представительства Московской Патриархии

Московская Патриархия имеет довольно обширную паству в разных странах, объединенную в Экзархаты (Западно-Европейский, Среднеевропейский, Северной и Южной Америки), в епархии (Бельгийская, Венская, Дюссельдорфская) или благочиния. В Иерусалиме она имеет Духовную Миссию. После второй мировой войны зарубежные владения Московской Патриархии представляли собой следующую картину.

Китайская Автономная Церковь. В 1945 году православные приходы в Манчжурии были объединены в Восточно-азиатский округ под управлением митрополита Харбинского и Восточно-азиатского Мелетия. В 1946 году, после смерти митроп. Мелетия, округ был преобразован в Экзархат с назначением на должность Экзарха архиепископа Нестора, возведенного в сан митрополита с титулом Харбинский и Маньчжурский.

В том же году в состав Экзархата вошла Пекинская епархия с Шанхайским викариатством, управляемая начальником Русской Духовной Миссии в Китае архиепископом Виктором.

1950 году архиепископ Виктор был назначен Патриаршим Экзархом Восточно-азиатского Экзархата. После его отъезда в Советский Союз, церковными делами в Китае заведовал архимандрит Василий (Шуан), китаец, возведенный в 1956 году на Пекинскую кафедру. Тогда же Синод утвердил Положение об автономии Китайской православной Церкви.

В результате "культурной революции", Православие, впрочем, как и другие религии были полностью вытеснены из жизни китайцев. Внешне, во всяком случае.

Западно-Европейский Экзархат. В 1921 году управляющим приходами Западной Европы был назначен (Заграничным руководством) архиепископ Волынский Евлогий (Георгиевский). После ухода его в константинопольскую юрисдикцию в 1931 году, верными Московской Патриархии приходами управлял митрополит Литовский и Виленский Елевферий (Богоявленский). Среди оставшихся в подчинении Москвы были епископ Вениамин (Федченков) с несколькими священниками и группой мирян во Франции и настоятель Князь-Владимирской церкви в Берлине прот. Г. Прозоров с общиной.

В марте 1931 года в Париже был освящен главный престол Трехсвятительского Подворья. В декабре 1937 года во Франции был учрежден Благочиннический округ западных православных приходов во главе со священником М. Бельским, а в марте 1939 года возникло единое Благочиние западноевропейских приходов Московской Патриархии во главе с игуменом Стефаном (Светозаровым).

В 1945 году в ведение Московской Патриархии перешел из Зарубежной Церкви митрополит Серафим (Лукьянов) со своими приходами, который был назначен Экзархом. Его сменил в ноябре 1949 года архиепископ Литовский Фотий (Топиро), а через два года исполняющим должность экзарха был назначен архиепископ Берлинский и Германский Борис (Вик).

С 1954 года Экзархатом Московской Патриархии в Западной Европе управлял архиепископ Николай (Еремин), впоследствии митрополит.

Помимо приходов, находящихся во Франции, Англии, Швейцарии, Марокко и Алжире, в Западноевропейский Экзархат на правах благочинии входили приходы Германии и Голландии.

С 1950 года Совет при Экзархате издает на русском и французском языках квартальный журнал "Вестник русского Западноевропейского Патриаршего Экзархата". Кроме того, в Париже выходит информационный бюллетень "Хроника жизни Русской Православной Церкви в Западной Европе". Экзархат имеет в Париже двухгодичные богословско-пастырские курсы.

Экзархат Северной и Южной Америки. В 1918 году в Американской епархии числилось: 271 храм и 51 часовня с 257 священнослужителями.

Первый русский храм в Южной Америке был открыт в 1889 году в Буэнос-Айресе. В 1924 году, после объявления митрополитом Платоном Американской епархии самоуправляемой, приходами, сохранившими верность Московской Патриархии, в 1933 году был назначен управлять архиепископ Вениамин (Федченков) с титулом архиепископа Алеутского и Североамериканского, Экзарха Московской Патриархии в Америке. Вскоре он был возведен в сан митрополита.

В 1946 году на территории Экзархата московский Синод учредил четыре архиерейские кафедры: Филадельфийскую во главе с епископом Адамом, Аргентинскую во главе с епископом Феодором, Нью-йоркскую во главе с архиепископом Макарием и Сан-францисскую во главе с епископом Антонием. В этом же году Экзархат начал издавать на русском и английском языке ежемесячный журнал "Единая Церковь".

Митроп. Вениамин в августе 1947 года был переведен на Рижскую и Латвийскую кафедру, а на его место назначен архиепископ Макарий, возведенный в 1952 году в сан митрополита.

После кончины Макария его сменил митрополит Гермоген (Кожин), а в мае 1954 года на пост Экзарха был назначен архиепископ Берлинский Борис. Его поведение в Америке не дало возможность американским властям продлить ему визу и в управление Экзархатом вступил его заместитель архиепископ Дионисий (Дьяченко).

Впоследствии на кафедре Американского Экзархата побывали многие архиереи, в т.ч. и ныне здравствующие.

Духовная Миссия в Иерусалиме. После революции 1917 года Духовная Миссия вышла из юрисдикции Московской Патриархии и перешла в ведение Зарубежной Церкви.

В 1948 году Московская Патриархия получила во владение ту часть, которая оказалась на территории новообразованного государства Израиль. Тогда же в Иерусалим была отправлена миссия во главе с архимандритом Леонидом (Лобачевым). В 1955 году Горненская обитель была пополнена монахинями из различных монастырей Советского Союза.

С июня 1946 года русский Николаевский приход в Австралии управлялся викарием Западноевропейского Экзарха архиепископом Сергием (Королевым), а после его назначения на Берлинскую кафедру — архимандритом Арсением (Шиловским) в должности благочинного. В декабре 1950 года благочиние в Австрии возведено в ранг ставропигии. В настоящее время у Патриархии в Австралии имеется два прихода: в Сиднее и в Мельбурне.

Благочиние в Венгрии. В 1949 году несколько православных приходов, возникших в различных городах Венгрии, были приняты в юрисдикцию Московской Патриархии и образовали благочиннический округ, во главе которого был поставлен прот. Иоанн Кополович. С 1954 года благочинным венгерских приходов Московской Патриархии является протоиерей Николаевского храма в Будапеште Фериз Берки. Он перевел на венгерский язык богослужебные книги Православной Церкви. С 1952 года благочиние издает "Церковную летопись".

Приходы в Хельсинки. В 1926 году финское правительство утвердило устав частной Покровской православной общины г. Выборга (в 1940 году она переехала в Хельсинки). Вначале она находилась в ведении митрополита Евлогия. В 1927 году в Хельсинки был основан Николаевский приход под началом настоятеля Покровской общины прот. Григория Светловского. С уходом митроп. Евлогия в юрисдикцию Константинопольского патриарха в 1931, эти общины прекратили общение с Московской Патриархией и воссоединились только в 1945 году.

В 1953 году был освящен новоустроенный Покровский храм общины. До 1954 года они находились в ведении митрополита Ленинградского и Новгородского, с 1954 года — митрополита Крутицкого и Коломенского. В настоящее время патриаршие приходы в Финляндии управляются викарием Санкт-Петербургской епархии, епископом Выборгским.

Подворье в Бейруте. Община Московской Патриархии в Бейруте была основана в 1946 году. С благословения митрополита Бейрутского Илии Салиби она была приписана к Благовещенскому храму города и окормлялась священником Антиохийской Церкви. Сегодня в Бейруте имеется постоянное полномочное представительство Московского Патриархата.

Подворье в Белграде. До 1950 года приходы Московской Патриархии в Югославии, объединенные в ставропигиальное благочиние, возглавлялись прот. Иоанном Сокаль, а с 1950 года — прот. Виталием Тарасьевым. В ноябре 1954 года Синод Московской Патриархии принял решение об упразднении благочиния и передаче ее храмов, клира и приходов в юрисдикцию Сербской Православной Церкви, с сохранением за Патриархией лишь Троицкого русского храма-подворья в Белграде, настоятелем которого с тех пор был прот. Виталий Тарасьев.

Подворье в Софии. Решением московского Синода от 10 ноября 1952 года русские приходы в Болгарии и их клир, а также русские монашеские обители были переданы в юрисдикцию Болгарской Православной Церкви. В ведении Московской Патриархии остался Николаевский храм-подворье в Софии, настоятелем которого был назначен игумен Сергий (Канабеев).

Японская Православная Церковь. После кончины просветителя Японии равноапостольного Николая (Касаткина), с 1912 по 1940 год Японскую Церковь возглавлял епископ, впоследствии митрополит Сергий (Тихомиров). В 1940 году, согласно новому японскому закону, он был отстранен от управления Церковью и остался только начальником Русской Духовной Миссии. Церковное управление возглавил епископ Николай (Оно).

В 1945 году в Японской Церкви произошло разделение. Из Москвы был послан представитель для ознакомления с ситуацией на месте, но японские власти не дали ему визы. На очередном Соборе Японской Церкви было решено расторгнуть связь с Московской Патриархией и войти в подчинение митрополиту Американскому Феофилу. В ведении Патриархии остались два прихода: в Токио и в Муса (о-в. Хоккайдо).

Духовная Миссия в Корее. С 1917 по 1930 год Миссию возглавлял архимандрит Феодосии (Перевалов). В 1936 году митрополит Сергий командировал в Сеул иеромонаха Поликарпа (Приймака). В 1941 году он был назначен начальником Миссии с возведением в сан архимандрита. В 1948 году он был отстранен полицейскими властями от управления Миссией и в июне 1950 года выслан за пределы страны. Имущество Миссии было передано во владение митрополита Американского Феофила.

Недавно структура зарубежных представительств Московской Патриархии была преобразована и на сегодняшний день представляет собой следующее: Аргентинская и Южно-Американская епархия, Баденско-Баварская епархия, Берлинская и Лейпцигская епархия, Брюссельско-Бельгийская епархия, Венско-Австрийская епархия, Гаагско-Нидерландская епархия, Дюссельдорфская епархия, Корсунская епархия, Сурожская епархия, Патриаршие приходы в Канаде, Патриаршие приходы в США, Цюрихское викариатство, Представительство Патриарха Московского при патриархе Антиохийском, Представительство Русской Православной Церкви при Всемирном Совете Церквей, Подворье Русской Православной Церкви в Карловых Варах.

Японская Автономная Церковь представлена одним главой — митрополитом Токийским и всей Японии Феодосием .

 

Храмы и монастыри

На 1 января 1918 года в России насчитывалось 1253 монастыря и скита. На каждый монастырь приходилось в среднем 70-80 приходских, домовых церквей и часовен, т.е. в общей сложности около 80.000 молитвенных зданий.

Согласно Декрету от 20 января 1918 года, все молитвенные здания (храмы) стали собственностью государства. Осенью того же года начали "работу" особые комиссии по ликвидации церквей. За 4 года было закрыто или уничтожено почти 20.000 храмов.

В 1922 году в Советском Союзе насчитывалось 60 тысяч действующих церквей (соборных, приходских, кладбищенских и домовых), 1313 монастырских храма и 4 лавры. За этот год Церковь потеряла еще 10 тысяч.

Июнь 1923 года. Храмы Троице-Сергиевой Лавры в Загорске, в которых уже два года назад было прекращено богослужение, превращены в музей. В Свято-Троицком соборе открыто лежат мощи одного из величайших русских святых — преподобного Сергия Радонежского. Комсомольцы и комсомолочки хихикают, отпускают иронические реплики. Юноши демонстративно стоят в шапках. Рядом — сотни людей, не только русских, преклонив колена, молятся у поруганных мощей и благоговейно лобызают останки преподобного. Картина обычная для того времени.

1924 год. НЭП. В городах и селах начался ремонт давно запущенных храмов. Для восстановления и исправления кремлевских храмов в Москве, "пострадавших во время междоусобной брани", Собор еще 17 ноября 1917 года постановил провести по всей России (5-7 января 1918 года) тарелочный сбор. Кроме этого, Собор постановил устроить с этой же целью Всероссийский сбор пожертвований по подписным листам. Ощутимыми оказались и усилия московского купеческого общества, собравшего и пожертвовавшего десятки тысяч рублей на восстановление Кремля, поврежденного во время революционных событий. Но попытки эти не имели успеха, так как Кремль после этих дней оказался недоступен для церковных людей.

В 1924 году, при иезуитски хитром сопротивлении, начался повсеместный ремонт храмов на нэповские средства (у Церкви к тому времени все основные ценности и средства были изъяты). Но процесс закрытия, тем не менее, не прекращался.

К ноябрю 1925 года оставалось немногим более 21 тысяч. Многие храмы насильно отнимали у православных и передавали обновленцам, переживавшим в это время бум фаворитизма. В результате подобной государственной политики обновленцам на 1 октября принадлежало 16 тысяч храмов. Далее цифры на некоторое время увеличиваются за счет храмов, вначале переданных обновленцам, а потом перешедших в Православную Церковь. В конце 1927 года в 84-х епархиях из 28.743 церквей обновленческому Синоду принадлежало всего лишь 6.245 храмов .

В 1929 году городским советам "было предложено" более энергично проводить в жизнь "постановления избирателей о закрытии церквей". В то же время прокатилась волна снятия церковных колоколов для нужд индустриализации и коллективизации. Многие местные власти начинали организацию коммун-артелей со снятия колоколов с церквей. "По всему Союзу прокатилась и была успешно завершена кампания по сдаче храмовых колоколов в фонд индустриализации и механизации сельского хозяйства". Вначале следовало запрещение колокольного звона, затем — конфискация самих колоколов. В Тифлисе, например, церковный колокол был торжественно передан на переплавку для сооружения обезьяньей клетки в зоопарке.

Массовое закрытие церквей в 1930 году происходило в обстановке такого грубого насилия, что по этому поводу нашел нужным выступить сам Сталин в статье "Головокружение от успехов".

И все же, несмотря на сильнейшую волну массового закрытия "культовых зданий" 1928-30 гг., в 1932 году православные имели еще 28 тысяч церквей, около 500 монастырей, 350 тысяч духовенства, около 120 тысяч монашествующих, около миллиона церковного актива.

В 1932 году большевики приступили к осуществлению так называемой "безбожной" пятилетки. Согласно резолюции Всесоюзного Съезда "Союза воинствующих безбожников", к концу этой пятилетки, т.е., к 1937 году, в стране должен был быть закрыт последний храм и слово "Бог" исключено из словаря русского языка.

Вновь началось массовое закрытие церквей вопреки желанию верующих. Число действующих храмов резко сократилось. Люди ходили в тот храм, который уцелел в их местности. Принадлежность храма той или иной ориентации (обновленческой или тихоновской) определялась случайными факторами. Мало кто думал в то время о церковных разногласиях. Уцелевшему духовенству было не до теоретических и даже догматических споров...

Особенно разнузданный характер принял этот процесс в годы ежовщины (1937-39 гг.). В огромных городах с миллионным населением не осталось ни одной церкви (Ростов-на-Дону, Баку), в других — оставлены были по одной небольшой церквушке типа часовни (Новосибирск, Ташкент и др.).

Безбожники почти достигли своей цели. Некоторые епархии остались без единого храма. Но епархия без храма — не епархия. "Епархии" без храмов присоединялись к соседним (Марийская, Казанская и др.). На огромном пространстве от Москвы до Астрахани была только одна действующая церковь — в Рязани.

Во время войны, в связи с резко усилившимся религиозным настроением народа, Сталин разрешил открыть некоторые давно стоявшие "мертвыми" храмы. Согласно свидетельству митроп. Алексия (Симанского), за 1944 год по Союзу было открыто более 200 храмов .

Очень интенсивно шло открытие храмов на оккупированных территориях. В Одессе, например, где до войны действовала одна церковь, во время оккупации было открыто 19, а по другим источникам — 30 храмов.

В Киеве была открыта Киево-Печерская Лавра, еще два мужских и три женских монастыря, 26 храмов.

Во время войны на территории, оккупированной гитлеровцами, были и случаи разрушения храмов в процессе военных действий. Согласно официальным данным, на "совести" немецкой армии 42 разрушенные церкви в тринадцати оккупированных районах. Авторы книги "Правда о религии в России" утверждали, что они располагали сведениями о 70-ти разрушенных немцами храмах в Московской, Тульской, Калининской и Смоленской областях. Конечно, это ужасно. Но эти случаи имеют хоть какое-то оправдание: шла война, военные действия.

Однако авторы упомянутой книги должны были тем более располагать и другими сведениями, о беспримерном в истории нового времени вандализме, когда в течение одной пятилетки, например (с 1928 по 1932 год) были разрушены тысячи церквей своей "родной" властью. В мирное время!

Многие из открытых при немцах храмов и монастырей некоторое время действовали и после войны. Точнее — до 1958 года, когда к власти в стране пришел Хрущев. На момент его прихода в Русской Церкви было около 20 тысяч храмов с 30.000 духовенства и 69 монастырей.

На момент его "ухода" осталось около 8 тысяч с 10.000 духовенства. Было закрыто, кроме того, около 60 мужских и женских монастырей, в том числе и колыбель христианства на Руси — Киево-Печерская Лавра, и пять из восьми семинарий. Таким образом, к 1965 году было закрыто две трети всех храмов. В приволжских районах, в Сибири, многие деревни находились за сотни километров от ближайшего храма.

Храмы и монастыри закрывались с удивительной жестокостью. Часть закрытых храмов уничтожалась с еще большей жестокостью. И... "использовались". В самых различных целях. Большинство было переоборудовано под клубы, многие приспособлены под театры, кинотеатры, книгохранилища, планетарии, лекционные залы, музеи... Снимали кресты и на их место устанавливали красные знамена. Большевики умудрялись использовать храмы даже в целях "коммунистического воспитания молодежи". В этих целях использовались даже сооружения Киево-Печерской Лавры с ее знаменитыми пещерами, которую ежегодно посещало до полумиллиона "туристов".

В Казанском соборе Ленинграда и в некоторых провинциальных церквах были устроены музеи истории религии и атеизма.

Но все это, так сказать, "культурное" использование храмов. Не менее распространенным было и использование их под склады, гаражи, мастерские, заводские корпуса и тому подобное. В церкви XVII века с великолепными росписями и фресками устраивали склад химических удобрений, цемента. Рядом — свалка мусора. Иконами, которым нет цены даже с чисто художественной точки зрения, мостили проходы, заколачивали оконные проемы.

В Донском монастыре в Москве был устроен первый в стране крематорий. То же самое хотели сделать и в Александро-Невской Лавре в Петрограде. В церкви Рождества Богородицы в Москве (XV век), в которой погребены герои Куликовской битвы иноки Пересвет и Ослябя, размещена компрессорная завода "Динамо". Рядом со входом в Покровский монастырь на Таганке, в помещении часовни устроена общественная уборная.

У алтаря церкви св. Климента (метро "Новокузнецкая") — тоже общественная уборная. Остряки-антирелигиозники издевательски прозвали этот храм "спас-на-моче". В Новгороде в Ефремо-Перекопском монастыре был расположен племенной рассадник и кирпичный завод.

Подобные случаи невозможно перечесть. Их тысячи. В закрытых и использованных храмах интерьеры варварски разрушались, иконы и книги сжигались, утварь и имущество расхищались при закрытии.

Еще более печальна судьба тех храмов, которые разрушены и которых уже не восстановить. Материалы из разрушенных церквей шли на строительство коровников, всевозможных хозяйственных построек, ими мостили улицы. Большевики, подобно Маяковскому, гордились тем, что возненавидели сразу — все древнее, все славянское, все церковное.

На конец "периода застоя" официальные данные показывали, что в Русской Православной Церкви на почти 50 миллионов верующих действовали только 7,5 тысяч православных храмов. Но и эта цифра подвергается сомнению со стороны осведомленных западных историков, в частности, прот. Д. Константинова, который указывает цифру 5 тысяч. Но и в том, и в другом случае их явно недостаточно для многомиллионного общества православных верующих. Эти храмы обслуживали 8.100 священников и диаконов и 2.400 псаломщиков.

За период перестройки (на время Поместного Собора 1990 года) на территории Союза были открыты 2.200 храмов и общее количество действующих церквей, согласно официальной статистике, дошло до 10.000. К существовавшим 18 мужским и женским монастырям, согласно докладу митроп. Владимира на Соборе 1990 года, добавилось 13 вновь открытых.

В настоящее время дать точную статистику затруднительно, потому что храмы и монастыри продолжают интенсивно открываться.

 

Духовное просвещение

Согласно Декрету о "свободе совести", школа отделялась от Церкви.

"Преподавание религиозных вероучений во всех государственных и общественных, а также частных учебных заведениях, где преподаются общеобразовательные предметы, не допускается".

24 августа 1918 года, на основании этого Декрета, все духовные учебные заведения (около 300 академий, семинарий, училищ) были закрыты.

Правда, в сентябре в Петрограде, по специальному разрешению Наркомпроса, было открыто богословско-пастырское училище, а 4 декабря — Богословский институт. Он просуществовал три года, сделал один выпуск (23 человека) и "самостоятельно закрылся".

Примечательно, что из ста человек, поступивших на первый курс института в 1920 году, тридцать два имели высшее светское образование. Богословско-пастырское училище в 1925 году было преобразовано в Высшие богословские курсы. Но... курсы остались курсами и "высшие" по-прежнему оставались единственными (без "низших").

Они тоже просуществовали 3 года, успев сделать один выпуск, и в 1928 году были закрыты. Как наука, богословие прекратило свое существование. Часть богословов добровольно покинула Союз сразу после революции, другую часть большевики в 1922 году насильно выслали за границу, третью — уничтожили. Последний ученый богослов, отец Павел Флоренский, погиб в лагерях во время войны и даже сегодня точная дата его смерти неизвестна.

Настоящее духовное образование отсутствовало в Русской Церкви в течение почти 30 лет.

Летом 1944 года в Москве были открыты Богословский институт и Пастырские курсы, преобразованные в 1946 году в Семинарию. В том же году открылись Духовная Академия и Семинария в Ленинграде. Начали действовать Семинарии в Киеве, Жировицах, Одессе, Саратове, Луцке и Ставрополе. В некоторых епархиях после войны были открыты краткосрочные богословские церковно-певческие курсы с начальными элементами богословия в программах.

Но возможности всех духовных заведений, учитывая масштабы Русской Церкви, были мизерными, студенты в них исчислялись единицами, иногда десятками человек.

В начале 60-х годов все Семинарии, за исключением Московской и Ленинградской, были Хрущевым закрыты.

Что касается религиозного воспитания, то в первые годы родители еще как-то умудрялись давать его своим детям, но вскоре антирелигиозная кампания достигла таких масштабов, что стало небезопасно заниматься таким делом, а в государственных школах был принят курс на антирелигиозное воспитание. Согласно закону, родители стали обязанными воспитывать своих детей в духе "морального" кодекса строителя коммунизма.

За нарушение — родителей лишали родительских прав, а детей отправляли в детские дома, где воспитание строилось на чистых антирелигиозных основах. Упорных — отправляли в тюрьмы и лагеря.

На 1990 год в Русской Православной Церкви было 19 духовных учебных заведений, из них: 2 Духовные Академии (в Троице-Сергиевой Лавре и Санкт-Петербурге), 1 Аспирантура, 6 Духовных Семинарий, 5 Духовных Училищ, 2 Сектора заочного обучения, 2 Регентских Класса, 1 Иконописная Школа.

Общее количество учащихся в духовных школах — около 3 тысяч человек. В Семинариях изучаются следующие предметы: Священная история Ветхого Завета, Священная история Нового Завета, Священное Писание Ветхого Завета, Священное Писание Нового Завета, Катехизис, Догматическое богословие, Нравственное богословие, Основное богословие (Апологетика), Сравнительное богословие, Практическое руководство для пастырей, Гомилетика, Церковный Устав, Литургика, Общая Церковная История, История Русской Церкви, Разбор учений русского раскола и сектантства, Конституция СССР, Церковно-славянский язык, Греческий, латинский и еврейский языки (один по выбору), Английский, немецкий и французский языки (один по выбору), Церковное пение, Русский язык (факультативно).

В Духовных Академиях некоторые семинарские предметы продолжаются и некоторые вводятся вновь: Священное Писание Ветхого Завета, Священное Писание Нового Завета, Патрология, Основное богословие (Апологетика), Догматическое богословие, Нравственное богословие, Пастырское богословие и аскетика, Гомилетика, Литургика, Церковная археология в связи с историей христианского искусства, История Древней Церкви, История Русской Церкви, Византология и История славянских Церквей, История и разбор западных исповеданий, История и разбор учений русского раскола и сектантства, Церковное право, Конституция СССР, Церковное пение, Древнееврейский, греческий и латинский языки (по выбору), Английский, немецкий и французский языки (по выбору).

В Духовных Академиях используется лекционная система преподавания. На первых трех курсах студенты пишут по два семестровых сочинения, а на четвертом — курсовое (кандидатское) сочинение. Успешно защитившие свою работу перед Ученым Советом, получают Диплом соответствующего образца и степень Кандидата Богословия.

Те, кто не писал такого сочинения, получают документ о том, что они прослушали полный курс Академии. Через три года после получения степени Кандидата Богословия желающие могут подавать научную работу на следующую ученую степень, Магистра Богословия, без дополнительных испытаний. Учащиеся Духовных Семинарий и Академий живут, как правило, в общежитиях и обеспечиваются всем необходимым: питанием, одеждой, бытовыми принадлежностями. Они также получают небольшую стипендию, размер которой зависит от успеваемости.

За последние годы духовенством и мирянами открыты десятки Воскресных школ, в которых обучаются тысячи детей. Священники имеют доступ в высшие светские учебные заведения и в общеобразовательные школы для чтения религиозных лекций церковно-исторического и духовного содержания.

 

Издательская деятельность

Если в 1913 году Церковь издавала 1764 журнала и газеты общим тиражом 5 миллионов 731 тысяча экземпляров, то в конце 1918 года... — ни одного регулярного издания.

Первое "издание" от лица Церкви появляется только в 1931 году — "Журнал Московской Патриархии", но назвать это журналом нельзя, поскольку на этом выпуске издание и прекратилось.

В 1942 году Патриархия выпустила великолепную в полиграфическом смысле книгу "Правда о религии в России". Уже одно то, что вышла она в тяжелейшее для страны время, да в количестве 50 тысяч экземпляров, наводит на многие вопросы. Существует мнение, что первоначально она планировалась к изданию государственным издательством, но в самый последний момент "инициативу" издания, для большей авторитетности, передали Церкви.

В сентябре 1943 года вышел первый номер нынешнего ежемесячного "Журнала Московской Патриархии". В редакционной статье по поводу начала выхода журнала было сказано, что курс его будет в направлении любви к Родине, к ее Правительству. До недавнего времени он выходил чуть более десятитысячного тиражом.

Журнал печатается в государственных типографиях. Историческая типография Почаевской Лавры была разрушена большевиками еще в 1917 году. Синодальные, академические и епархиальные типографии были "реквизированы" после Декрета 1918 года.

По договоренности со Сталиным, Церкви разрешалось иметь свою типографию. В 1945 году она закупила полное импортное типографское оборудование, которое без действия пролежало на территории Новодевичьего монастыря до 1960 года, когда о типографии уже нельзя было и мечтать. С помощью Совета по делам религий его уничтожили.

Издательский отдел Московской Патриархии, возглавляемый на протяжении почти 30 лет митрополитом Волоколамским Питиримом, издает в основном Священное Писание (очень ограниченными тиражами), богослужебные книги и пропагандистскую и подарочную литературу (такую — даже на многих языках).

Для богословия остается только сборник "Богословские труды" (тираж 3 тысячи, объем 20 печатных листов), выходящий нерегулярно, в котором могут печататься только самые именитые авторы. Разрешение на само издание сборника в 1956 году мотивировалось тем, что отсутствие такового наносит ущерб советскому государству на международной арене. Точно так же аргументировалась просьба издать ограниченным тиражом Новый Завет в 1974 году. Ограниченные тиражи, скудный ассортимент изданий, баснословные цены... Все это печально, но еще печальней, что каждая строка этих изданий проходила до недавнего времени строжайшую цензуру в Совете по делам религий.

Принципиальная установка во всей редакционной работе Издательского отдела была — видимость конкретности. Как ни плохо было Церкви на протяжении всего существования "Журнала Московской Патриархии", напрасно искать в нем хоть слабый голос протеста. Любовь к советской власти покрывала все. Равно как редакционный "палаццо" прикрывает скудость продукции, производимой Издательским отделом.

В настоящее время во многих епархиях начинают возобновляться издания "Епархиальных ведомостей" под разными названиями. Существует также масса религиозных изданий неофициального характера. К сожалению, отсутствие духовной цензуры и слабая богословская подготовка некоторых таких издателей могут привнести в православное богословие многие проблемы.

 

Церковное пение. Иконопись

Как уже было сказано, существует два трехгодичных Регентских класса, при Московской и Петербургской Духовных Академиях. Открыты они были в конце 70-х годов.

Принимаются в классы в основном церковные девушки с музыкальным образованием. Наряду с чисто регентскими предметами (дирижирование, устав...) в классах преподают основы богословия и церковной истории, правила хорошего тона.

По замыслу основателей эти классы должны были подготовить одновременно и хороших регентов, и возможных матушек для будущих священнослужителей. Разумеется, Регентские классы ни в малой мере не могут обеспечить регентами существующих и вновь открывающихся храмов. Многие хоры управляются самоучками или светскими регентами.

Иконописная школа, находящаяся в Троице-Сергиевой Лавре при Академии, была основана выдающимся иконописцем Марией Николаевной Соколовой (в монашестве Иулиания) в начале 70-х годов. И технология, и иконная графика ее — в полном созвучии с лучшими иконографическими образцами времен преп. Андрея Рублева. Ей самой и лучшим ее ученикам доверялись самые ответственные работы по реставрации древней живописи, иконописи и фресок.

Многие монашествующие занимаются писанием икон, и теперь уже не редкость видеть в храмовых ларьках иконы не литографические, а написанные по традиционным древним канонам. Многие выпускники светских художественных студий часто переключаются на религиозную живопись или иконопись и, обладая уже навыком обращения с красками, быстро достигают высоких успехов.

 

Миротворческая и экуменическая деятельность

Особенно ценной для советского правительства стало участие Московской Патриархии в так называемой "борьбе за мир". Делегация Патриархии была приглашена уже на первую Всесоюзную конференцию сторонников мира в 1949 году. Глава делегации митрополит Крутицкий Николай (Ярушевич) вошел затем в состав постоянного "Советского комитета защиты мира".

И на всех последующих аналогичных конференциях (1950, 1951, 1952, 1955) Патриархия тоже была представлена своими делегатами. На трех последних с речами выступал сам патриарх Алексий. Все эти конференции и комитеты сторонников мира, действовавшие в пределах Советского Союза, состояли до последнего времени из представителей различных коммунистических организаций и учреждений и были подчинены руководству советского правительства. Вливаясь в них, Московская Патриархия тем самым показывала не свою искренность в стремлении к миру (хотя у здоровой Церкви это стремление органично присуще ей), а свою подчиненность в вопросах внешней политики советской власти.

Вскоре участие Патриархии в миротворчестве перешло в область международных отношений, в участие во Всемирных ассамблеях мира, сессиях Всемирного Совета Мира. Наиболее активно действовал митрополит Николай. Его выступления бывали так откровенно пропагандистскими, что в 1950 году английское правительство отказало ему в визе на въезд в Шеффильд для участия во Втором Всемирном конгрессе сторонников мира. В "борьбе за мир" Московская Патриархия занимала руководящее положение и среди всех других исповеданий на территории Союза, и в семье международного церковного содружества.

В 1952 году по инициативе патриарха Алексия в Загорске была проведена "Конференция церквей и религиозных объединений в СССР в защиту мира". Эта инициатива положила начало целому ряду подобных мероприятий, которые ничего, кроме баснословных расходов и благосклонности правительства, Патриархии не принесли. Но эта благосклонность стоила того. Особенно усердно старался проявить себя на поприще миротворчества патриарх Пимен. Так старался, что на одной из подобных конференций он ни с того, ни с сего вдруг встал и провозгласил многолетие "первому миротворцу Леониду Ильичу Брежневу". Не зря ведь тоже получил орден Красного знамени.

При штаб-квартире Христианской Мирной Конференции в Праге Московская Патриархия имеет своего постоянного представителя, входящего в руководство ХМК.

В контексте участия Патриархии в миротворчестве, высшие иерархи рассматривались на уровне советских сановников. Их награждали орденами, приглашали на официальные приемы по случаю приезда высоких зарубежных лиц, они являлись непременным атрибутом и на приемах в различных посольствах.

С точки зрения советской идеологии и политики, миротворческая деятельность Московской Патриархии являлась единственным оправданием ее существования в рамках атеистического государства.

Отношение Московской Патриархии к инославным также часто определялось политическими представлениями, которыми руководствовалось советское правительство.

В первые послевоенные годы, годы резкой борьбы Сталина с Униатской Церковью, которая для него символизировала независимый Ватикан, а протестантские исповедания — свободный западный протестантский мир на территории Союза, Патриархия также резко выступала против всякого диалога с Римом и протестантами.

Но по мере того, как представители и руководство католической и протестантских церквей в странах "народной демократии" стали признавать коммунистические правительства, стала меняться и позиция Патриархии. Впервые появилось утверждение, что "не в каждом католике Православная Церковь видит непримиримого своего врага...."

С выдвижением советским правительством лозунга о мирном сосуществовании капиталистической и коммунистической систем, позиция Патриархии медленно, но последовательно стала склоняться к двусторонним и многосторонним диалогам со всеми западными исповеданиями.

В 1956 году Патриархия уже принимает у себя делегацию "Национального Совета Церквей Христа" в США. И хотя переговоры не принесли ожидаемых результатов (позиция гостей осталась критической по отношению к Патриархии), это было начало будущей большой экуменической "работы" Московской Патриархии в международном масштабе. В том же году состоялся визит делегации Патриархии в США.

В августе 1958 года делегация Патриархии впервые встретилась в Утрехте (Голландия) с представителями Всемирного Совета Церквей. Советская делегация теперь постаралась сгладить то резко враждебное отношение к экуменическому движению, которое она высказала в постановлениях Московского совещания 1948 года.

Сношения Московской Патриархии с протестантскими церквами не ограничивались только Соединенными Штатами. В Москву (в 1955) приезжала делегация Экуменического Совета Церквей Голландии, делегация движения "Христианское Действие", президент Евангелической церкви Рейнской области.

В 1956 году Москву посетила делегация богословов Англиканской церкви. Особая делегация Патриархии ездила в Восточную Германию.

Начавшиеся чрезвычайно оживленные сношения Патриархии с инославными церквами имело прямую связь с "миротворческим заданием" и преследовали совершенно определенные цели. "Налаживание добрых контактов с инославными церквами и через них — с народами других стран является важным вкладом Русской Православной Церкви в дело мира, в развитие духа братства и взаимопонимания, в дело преодоления атмосферы недоверия и предубеждения, в чем так нуждается мир", в чем так нуждалось советское правительство.

Утрехтская делегация ВСЦ предложила своему руководству пригласить делегацию Патриархии в качестве наблюдателей в Центральный Комитет ВСЦ, а вскоре, в 1961 году, по рекомендации Совета по делам религий, Московская Патриархия вступает во Всемирный Совет Церквей в качестве полноправного члена.

Не исключено также, что вступление Московской Патриархии во Всемирный Совет Церквей рассматривалось ею как возможность получить некую, пусть символическую, защиту свободных Церквей от давившего ее коммунистического катка, хотя поведение некоторых делегатов на экуменических встречах дает не много оснований для такого предположения.

Коммунистическое правительство Союза очень скоро поняло, что религиозный канал является несравненно более эффективным, чем его собственная пропаганда, а Московская Патриархия так же быстро сообразила, что экуменическая деятельность может принести наиболее эффективные результаты, ожидаемые советским правительством.

С этого времени экуменическая деятельность Патриархии с космической скоростью начинает развиваться вширь и вглубь. Представители Московской Патриархии завладевают ключевыми постами во всех международных экуменических организациях и начинают проводить политику, угодную советскому правительству.

Делегаты Московской Патриархии ведут диалоги и участвуют в собраниях не только с христианами, но и с мусульманами, синтоистами, иудаистами.

 

Русская Православная Церковь за границей

Канонические основы

Оторванные от центрального церковного управления фронтом гражданской войны, юго-восточные части России должны были как-то урегулировать свое церковное управление.

С этой целью 6 мая 1919 года в Ставрополе Кавказском состоялся Южно-Русский Церковный Собор, который образовал Временное Высшее Церковное Управление на Юго-востоке России, объединившее под своим началом несколько епархий.

Постановления этого Церковного Управления получили впоследствии косвенное признание патриарха Тихона и органов его управления в различных проявлениях его власти: в посвящении епископов (Серафим Лубенский, Андрей Мариупольский), в назначении епископов на кафедры (в Южной России, в Екатеринославе, в Европе и в Америке), в церковном суде над епископами (Сергий Лавров, Агапий Екатеринославский) в увольнении на покой (Иоанн Кубанский).

Решение Ставропольского Собора, возможно, натолкнуло патриарха Тихона на мысль позволить, в условиях разрушенных гражданской войной всех нормальных церковных связей, каждому епархиальному архиерею (или нескольким) управлять своими епархиями самостоятельно, независимо от центральной церковной власти потому что буквально вслед за Ставропольским Собором, 7/20 ноября 1919 года патриарх Тихон, Священный Синод и Высший Церковный Совет Православной Российской Церкви издают постановление за № 362, в котором говорилось:

"В случае, если епархия окажется вне всякого общения с Высшим Церковным Управлением или само Высшее Церковное Управление во главе со св. Патриархом, почему-либо прекратит свою деятельность, епархиальный архиерей немедленно входит в сношение с архиереями соседних епархий на предмет организации высшей инстанции церковной власти..., в случае невозможности этого, епархиальный архиерей принимает на себя всю полноту власти".

Это постановление оказалось мудрым предвидением ближайших событий: в ходе гражданской войны огромные области и миллионы православных людей вначале были вне влияния советской власти на территории России, а вскоре, после поражения Белой Армии, оказались в чужих странах. Они требовали нормального духовного окормления, для чего необходимо было нормальное церковное устройство и управление.

После окончания гражданской войны, в конце 1920 года за границу выехало огромное количество русских беженцев (до двух миллионов) со своими епископами и священниками. Они нашли приют в разных странах и частично влились в прежние русские приходы, но главным образом начали составлять новые. Со временем русская православная паства оказалась не только во всех государствах Европы и Америки, но и в Китае, Корее, Персии, Палестине, Южной Америке, Австралии, Африке.

Потребность иметь централизованное церковное управление была очевидна. Поэтому в ноябре 1920 года, с благословения Вселенского Патриарха, русские архиереи созвали Первый Заграничный Архиерейский Собор, который, учитывая изменение ситуации, переименовал Временное Высшее Церковное Управление на Юге России в Высшее Русское Церковное Управление за границей.

Этот Собор составился на основе добровольного вхождения в него всего наличного состава русских архиереев за границей, причем, некоторые из них (Финляндский, Литовский, Харбинский и Пекинский) имели постоянные кафедры и автономное управление.

Личным или письменным согласием в Соборе участвовали 34 епископа: митроп. Киевский и Галицкий Антоний (Храповицкий) (председатель Собора и Высшего Церковного Управления), епископ Алеутский Антоний, архиеп. Кишиневский Анастасий, архиеп. Северо-Американский Александр, епископ Адам, епископ Белгородский, управляющий Иерусалимской Миссией Апполинарий, епископ Белостокский Владимир, епископ Севастопольский Вениамин, епископ Челябинский Гавриил, епископ Екатеринославский, управляющий церковными делами в Греции, Африке и на о. Кипре Гермоген, епископ Царицынский, начальник пастырского Богословского училища Дамиан, архиеп. Литовский Елевферий, архиеп. Бруклинский Евфимий, митроп. Западно-Европейский Евлогий, архиеп. Пекинский Иннокентий, епископ Урмийский Map-Илья, епископ Тяньцзинский Иона, архиеп. Харбинский Мефодий, епископ Забайкальский Мелетий, епископ Александровский Михаил, епископ Владивостокский Михаил, епископ Камчатский Нестор, архиеп. Пинский Пантелеймон, митроп. Северо-Американский Платон, архиеп. Финляндский Серафим, епископ Лубенский, управляющий церковными делами в Болгарии Серафим, епископ Бельский Сергий, епископ Черноморский Сергий, архиеп. Японский Сергий, епископ Питсбургский Стефан, епископ Шанхайский Симон, архиеп. Полтавский Феофан, епископ Курский Феофан (архиеп. Иоанн Латвийский был лишен возможности участия в Соборе по местным политическим условиям).

Создавшееся на Соборе объединенное Управление приобрело всю полноту церковной власти над всей заграничной частью Русской Церкви до тех пор, когда она сможет влиться в состав Церкви на Родине.

ВРЦУ избрало Архиерейский Синод во главе с митрополитом Антонием (Храповицким), который явился исполнительным органом Собора в межсоборное время. В 1921 году, по приглашению Сербского патриарха Димитрия, Управление переехало в Югославию. По инициативе митрополита Антония здесь было решено созвать Всезаграничный Русский Церковный Собор. В "Положении о созыве Заграничного Собрания Русских Церквей", принятом ВРЦУ 12/25 июля 1921 года, в частности, говорилось:

"В состав Собрания входят в качестве членов представители всех заграничных автономных Церквей, епархий, округов и миссий, пребывающих в подчинении святейшему Патриарху Всероссийскому...

Собрание признает над собою полную во всех отношениях архипастырскую власть Патриарха Московского... Собрание состоит из епископов, клириков и мирян... Выборы в Собрание производятся по следующим 15 округам и 15 районам.

Округи: Северная Америка, Япония, Китай, Финляндия, Эстляндия, Латвия, Литва, Польша, Германия, Франция, Италия, Сербия, Болгария, Турция и Дальний Восток.

Районы: Швеция, Дания, Нидерланды, Бельгия, Испания, Англия, Швейцария, Чехия, Венгрия, Австрия, Румыния, Палестина, Александрия, Греция, Бизерта".

Собор состоялся с 8 по 20 ноября (ст. ст.) в Сремских Карловцах (Югославия). На Собор было приглашено 155 человек, которые за редким исключением и прибыли.

Почетным председателем Собора был избран патриарх Сербский Димитрий. Среди почетных членов были: председатель Совета Министров Югославии г. Пашич, Главнокомандующий Русской Армией генерал Врангель и другие. Председателем Собора был председатель ВРЦУ митроп. Антоний. Архиереи-члены Собора (они же — члены ВРЦУ): митроп. Херсонский и Одесский Платон, архиеп. Полтавский и Переяславский Феофан, епископ Челябинский и Троицкий Гавриил, епископ Александровский, управляющий Ставропольской епархией Михаил, епископ Севастопольский и всего христолюбивого воинства, управляющий военным и морским духовенством Вениамин; управляющие русскими православными общинами за границей: архиеп. Кишиневский и Хотинский Анастасий (от Константинопольского округа), епископ Лубенский Серафим (от Болгарского округа), архиеп. Волынский и Житомирский Евлогий (от Западной Европы); пребывавшие за границей русские епископы: Курский и Обоянский Феофан, Белгородский Апполинарий, Сухумский, временно управлявший Черноморской епархией Сергий, Царицынский Дамиан, Сумский Митрофан, Аксайский Гермоген.

Среди членов Собора были: князь Васильчиков, Е. Ковалевский, протопресвитер Г. Шавельский, проф.-прот. А. Рождественский, князь Г. Трубецкой, А. Карташев, прот. Г. Ломако, граф П. Апраксин, прот. В. Востоков, граф Олсуфьев, граф М. Граббе, граф П. Граббе, граф Бобринский, проф. Погодин, генерал Юзефович, князь П. Путятин, проф. Новгородцев, проф. Троицкий, проф. Вернадский, князь А. Ширинский-Шахматов и многие другие выдающиеся церковные, военные, научные и политические деятели.

В "Наказе" этому Собору были очень важные пункты:

"Особые обязанности и главная ответственность пред Богом и Церковью лежат на епископах. Им священными канонами присвоены и преимущественные полномочия и особая власть, а потому епископы образуют Совещание Епископов Церковного Собрания...

Все решения Общего Церковного Собрания, Совета Собрания и Пресвитерского Совета восходят на утверждение Совещания Епископов и имеют силу лишь после подписания ими постановлений... В случае необходимости Епископское Совещание имеет право закрыть Церковное Собрание".

Собрание (или, как его вскоре стали называть, Собор) открыл митроп. Антоний, охарактеризовавший положение Российской Православной Церкви в Советской России и за границей. Единогласно было решено послать приветственные телеграммы святейшему патриарху Тихону, святейшему Сербскому патриарху, Сербскому Королю, Государыне Императрице Марии Федоровне, Главнокомандующему Русской Армией генералу Врангелю и другим высоким лицам. Была заслушана масса приветствий.

На заседании 13/26 ноября архиеп. Анастасий выступил с речью по поводу голода в Поволжье. Он, в частности, сказал:

"Теперь позволю себе остановить Ваше внимание на вопросе о том, как помочь голодающему населению, нашим страждущим братьям в России. Просить, убеждать палачей оставить, прекратить мучения — это все равно, что желать, чтобы тигр выпустил из зубов свою жертву; обращаться с пожеланиями к самому страждущему населению, конечно, бесполезно; но у нас есть одно средство — обратиться с воззванием ко всему миру; он не должен допустить вымирания русского народа. Конечно, мы не можем сказать красноречивее того, что сказал св. патриарх Тихон в своем Послании, но мы должны и можем сказать сильнее то, чего не мог сказать он в своем положении: мы должны сказать, что бедствия, переживаемые русским народом, есть результат дикого, развратного, кровавого режима палачей России; англичане, например, уже узнали, что такое большевизм; Вашингтонская Конференция стремится к миру, но этого мира не будет до тех пор, пока не придет к миру Россия. Если бы мы были в состоянии, мы должны были бы разослать всюду миссии, которые, подобно Петру Амьенскому, обошли бы весь свет, открывая ему глаза на русские дела... Некоторые склонны идти на примирение с большевиками или по мягкосердию, или из карьеры, но мы должны решительно сказать: нон поссумус (не можем). Никто из нас не имеет права переступить порог советский для союза, ибо это уже не союз, а вражда против Бога. Мы должны противодействовать этому соблазну. Должны также мы установить моления в церквах за всех погибших за веру, царя и Отечество, начиная с Царя-мученика Николая II-го и замученных святителей".

Были заслушаны также доклады о миссионерской работе, о путях к духовному возрождению России.

Среди многочисленных документов, посланий и резолюций, принятых Собором, особенное значение имели: "Послание чадам Русской Православной Церкви, в рассеянии и изгнании сущим" и "Послание к мировой Конференции" (Генуэзской).

Собор, ставший известным под названием "Карловацкого", вызвал бешеную злобу среди большевиков (в первую очередь, из-за обращения к Генуэзской конференции).

От патриарха Тихона они потребовали репрессий против заграничной Русской Церкви. Надеясь достигнуть уступкой ослабления гонений против всей Русской Церкви на Родине, патриарх издал 5 мая 1922 года указ о закрытии Высшего Церковного Управления за границей. В ответ на этот указ, 31 августа заграничный Архиерейский Собор постановил:

"Во исполнение Указа Патриарха и его Синода и Совета — Высшее Церковное Управление упразднить. На основании же постановления Патриарха и тех же органов управления при нем от 7(20) ноября 1920 года за № 362 — образовать Временный Священный Архиерейский Синод Русской Православной Церкви Заграницей".

По поводу образования Архиерейского Синода на новых канонических основаниях, ни патриарх, ни органы его управления никакой реакции не проявили.

С момента образования Архиерейский Синод проводил большую работу по объединению отдельных русских церквей в разных частях света. Особенно значительным явилось вхождение в Зарубежную Церковь русских православных дальневосточных епархий. Средоточием православных в тех областях был Пекин, где во главе Русской Духовной Миссии стоял архиепископ, затем митрополит, Иннокентий, и Харбин, где многочисленные русские приходы возглавлял архиепископ, затем тоже митрополит Мефодий. Их заместителями позднее явились архиепископ Симон, ранее викарий Шанхайский, и митроп. Мелетий.

В Пекине издавался "Китайский Благовестник", в Харбине "Хлеб Небесный". В Харбине же создался "Институт св. Владимира", богословский факультет которого имел потом огромное значение для зарубежья. Духовенство и паства на Дальнем Востоке проявили особую стойкость в верности Архиерейскому Синоду.

Синоду подчинились и русские приходы в Южной Америке, из которых самым замечательным был в Буэнос-Айресе. Развивала свою деятельность Православная Миссия в Палестине, во главе которой стоял архиеп. Анастасий.

 

Декларация митроп. Сергия и Зарубежная Церковь

Декларация митрополита Сергия 1927 года потребовала от Зарубежной Церкви определить свое отношение к новому курсу московского церковного руководства и к самому руководству. Ответом на Декларацию явилось Постановление Собора русских архиереев за границей:

"Заграничная часть Всероссийской Церкви должна прекратить административные сношения с Московской Церковной властью, в виду невозможности нормальных сношений с нею и в виду порабощения ее безбожной Советской властью, лишающей ее свободы в своих волеизъявлениях и свободы канонического управления Церковью.

Чтобы освободить нашу иерархию в России от ответственности за непризнание Советской власти заграничной частью нашей Церкви, впредь до восстановления нормальных сношений с Россией и до освобождения нашей Церкви от гонений безбожной Советской власти, заграничная часть нашей Церкви должна управляться сама, согласно священным канонам, определениям Собора 1917-1918 гг. и Постановлением Патриархии от 7 (20) ноября 1920 г. за № 362, при помощи Архиерейского Синода и Собора Епископов. Заграничная часть Русской Церкви почитает себя неразрывной, духовно-единой ветвью Великой Русской Церкви. Она не отделяет себя от своей Матери Церкви и не считает себя автокефальной. Она по-прежнему считает своей Главой Патриаршего местоблюстителя митрополита Петра и возносит его имя за богослужением.

В ответ на заявление "Декларации" митрополита Сергия: "мы потребовали от заграничного духовенства дать письменное обязательство в полной лояльности к Советскому правительству во всей своей общественной деятельности; не давшие такого обязательства или нарушившие его будут исключены из состава клира, подведомственного Московской Патриархии" (Послание от 16/29 июля 1927г.), Собор Архиереев заграницей, в том же определении заявил: "Решительно отвергнуть предложение митрополита Сергия и его Синода дать подписку о верности Советскому правительству, как неканоническое и весьма вредное для святой Церкви..." Если же последует постановление митрополита Сергия и его Синода об исключении заграничных епископов и клириков, не пожелавших дать подписку верности Советскому Правительству, из состава клира Московского Патриархата, то таковое постановление будет неканоническим" (Окружное Послание Архиерейского Собора от 27 августа 1927 г.).

9 мая 1928 года указом московского Синода за № 104 заграничный Архиерейский Собор и Синод были объявлены упраздненными и все их действия отмененными. На практике это распоряжение, конечно, не могло иметь никакого реального значения.

22 июня 1934 года, после длительной бесплодной переписки с Сербским патриархом Варнавой, которого митроп. Сергий пытался привлечь на свою сторону, московский Синод решил "Карловацкую группу, как ослушников законного священноначалия и учинителей раскола, предать Церковному суду с запрещением в священнослужении впредь до суда или раскаяния".

 

Второй Всезарубежный Собор 1938 года

2 января 1935 года, за полтора года до своей смерти, Председатель Архиерейского Синода Русской Зарубежной Церкви Блаженнейший Митрополит Антоний сделал доклад Архиерейскому Синоду о желательности созыва Второго Всезарубежного Собора с участием представителей клира и мирян. Он предложил создать при Архиерейском Синоде Предсоборную Комиссию под председательством архиепископа Анастасия. Такая Комиссия была образована и Собор предложено было созвать в 1936 году. Однако, по целому ряду обстоятельств, созыв Собора был отсрочен. В 1936 году скончался митрополит Антоний, что тоже помешало своевременному созыву Собора.

Председателем Архиерейского Синода был избран (предъизбранный самим митрополитом Антонием) его заместитель митрополит Анастасий (Грибановский). В сан митрополита он был возведен еще при жизни предшественника и более чем за год до его кончины принял на себя руководство Зарубежной Церковью. Первым его делом стало осуществление переорганизации Церкви в связи с новыми потребностями заграничной жизни русской эмиграции.

В 1935 году было принято Временное Положение, по которому Зарубежная Церковь разделялась на четыре, затем — на пять митрополичьих Округов: Ближневосточный, Дальне-Восточный, Северо-Американский, Западно-Европейский и Среднеевропейский.

Митрополит Анастасий приложил немало сил к изживанию зарубежной церковной смуты и восстановлению единства церковной организации, что и было одно время почти достигнуто.

Второй Всезарубежный Собор был созван в 1938 году. По примеру Московского и Карловацкого Соборов, было образовано Совещание епископов, которому принадлежал решающий голос по всем постановлениям Собора. Все решения общего собрания Собора подлежали утверждению Совещанием епископов и принимали силу только после подписания их этим Совещанием. В Соборе 1938 года принимали участие: митрополит Анастасий, Председатель Архиерейского Синода, архиепископ Серафим, управляющий Русскими православными церквами в Западной Европе, архиепископ Гермоген, член Архиерейского Синода, Мелетий, архиепископ Харбинский и Манчжурский, архиепископ Феофан, Секретарь Архиерейского Синода, архиепископ Виталий, Восточно-Американский и Джерзийский, архиепископ Богучарский Серафим, управляющий Русскими православными общинами в Болгарии, архиепископ Нестор, Камчатский и Петропавловский, архиепископ Тихон, председатель Учебного Комитета при Архиерейском Синоде, епископ Вест-Вирджинский и Питтсбургский Вениамин, епископ Шанхайский Иоанн.

Кроме 13 архипастырей, членами Собора были 26 пастырей и 58 мирян (всего: 97 человек). Заседания Собора продолжались с 1 по 11 августа (ст. ст.) 1938 года. Были представлены многочисленные доклады, а в заключение Собор принял два замечательных, потрясающих душу послания: "К Русскому народу в Отечестве страждущему" и "К Русской пастве в рассеянии сущей".

При Архиерейском Синоде был учрежден Учебный Комитет и было издано "Положение" о нем.

 

Зарубежная Церковь во время и после войны

Во время войны Митрополит Анастасий оставался в Югославии. Во время оккупации немцами гестапо в один из обысков в покоях Митрополита изъяло делопроизводство Синода. Владыке было настойчиво (с угрозами) предложено издать специальное послание к русскому народу с предложением содействовать немецкой армии. Владыка отверг такие требования.

В октябре 1943 года под председательством митрополита Анастасия в Вене состоялось совещание восьми заграничных архиереев, признавшее незаконным избрание митрополита Сергия (Страгородского) патриархом. К концу войны, в виду угрозы советской оккупации, владыка переехал в Вену, затем в Карлсбад и, наконец (после окончания войны), в Мюнхен, который в 1945-50 годы оказался центром русской церковной и общественной жизни в Европе.

После войны, в 1945 году за границей начали появляться делегации Московской Патриархии и распространять "Обращение" патриарха Алексия от 10 августа ("К архипастырям и клиру так называемой Карловацкой группы"), предлагая ей принести покаяние (иначе подтвердится решение 1934 года).

В октябре того же года председатель Архиерейского Синода митрополит Анастасий в специальном "Послании к русским православным людям" дал обстоятельный ответ на "Обращение" патриарха Алексия. В своем Послании митрополит Анастасий, в частности, писал:

"Как епископы, так и клирики и миряне, подчиняющиеся юрисдикции Заграничного Архиерейского Собора и Синода, никогда не считали и не считают себя "находящимися вне ограды Православной Русской Церкви", ибо никогда не разрывали канонического, молитвенного и духовного единения со своей Матерью Церковью.

Представители Зарубежной Церкви вынуждены были прервать общение только с Высшей Церковной властью в России, поскольку она сама стала отступать от пути Христовой Истины и Правды и через то отрываться духовно от православного епископства Церкви Российской, о которой мы не перестаем возносить свои моления за каждым богослужением, и вместе, и от верующего народа русского, издревле оставшегося "хранителем благочестия на Руси".

За время войны связь руководства Зарубежной Церкви с отдельными ее частями расстроилась. Многим казалось, что Зарубежная Церковь переживает последние дни. Владыка Анастасий добился разрешения на поездку в Женеву (Швейцария), откуда в короткий срок письменно наладил общение со всеми странами мира и восстановил церковную организацию. К Пасхе 1946 года он возвратился в Мюнхен и приступил к руководству Зарубежной Церковью.

23 апреля 1946 года он смог собрать в Мюнхене Собор Русской Зарубежной Церкви, объединивший 26 епископов, из которых 16 присутствовали лично. Собор, среди прочего, определил свое (тем самым всей Зарубежной Церкви) отношение к Московской Патриархии:

"Высшее Церковное Управление в России, в лице нынешнего Главы Русской Церкви Патриарха Алексия, неоднократно уже обращалось к зарубежным епископам с увещанием войти в каноническое подчинение Патриархии, но, повинуясь велениям своей пастырской совести, мы не находим для себя нравственно возможным пойти навстречу этим призывам до тех пор, пока Высшая Церковная власть в России находится в противоестественном союзе с безбожной властью и пока вся Русская Церковь лишена присущей ей по ее божественной природе истинной свободы...

Прежде всего власть большевиков обязана раскрыть двери темниц и концентрационных лагерей, чтобы освободить томящихся там до ныне архипастырей и пастырей, явивших себя истинными исповедниками Православия и предоставить духовенству полную свободу устной и письменной проповеди Слова Божьего и религиозного воспитания молодых поколений.

Глубоко сожалея о тяжелом и зависимом нынешнем положении иерархии и духовенства в России, мы не хотим требовать от них непосильных жертв и возлагать на их рамена непосильного бремени, однако не можем со скорбью не указать на то, что высшая иерархия Русской Церкви стала на неверный и опасный путь, поскольку она с одной стороны замалчивает горькую для Советской власти правду, представляя положение церковной и общественной жизни в России не таким, каким оно есть в действительности и забывая изречение Григория Богослова, что в таких случаях "молчанием предается Бог", а с другой — сознательно утверждает кощунственную неправду, будто гонений на Церковь не только нет, но и никогда не было в России со стороны большевицкой власти, и таким образом глумится над страдальческим подвигом множества священномучеников и мучеников, которых она дерзает приравнивать к политическим преступникам, понесшим якобы справедливую кару со стороны правительства. Это есть подлинно великий грех хулы на их священную память и клеветы на нашу Матерь Церковь, за которой иерархия и особенно возглавитель дадут тяжкий ответ перед Богом и судом истории.

Склоняясь с благоговением перед образом наших великих страстотерпцев, пострадавших за Веру и Божию Правду, мы усердно молимся об их упокоении, как и других многочисленных русских людях, особенно о тысячах военнопленных, принявших мученическую кончину от жестокой руки так называемых немецких нацистов. Уповаем, что жертва тех и других была не напрасна, что на их мученических костях воздвигнется новая свободная Русь, сильная своей Православной Правдой и братской любовью, которой она искони светила миру. И тогда все ее рассеянные сыны без всякого принуждения и насилия, но свободно и радостно устремятся отовсюду в ее материнские объятия. В сознании своей неразрывной духовной связи с нашей Родиной, усердно просим Господа, чтобы Он возможно скорее залечил раны, нанесенные нашему Отечеству столь тяжелой для него, хотя и победоносной войной и благословил его миром и полным благоденствием".

Подписали: Председатель Архиерейского Собора Митрополит Анастасий; Члены: архиепископы — Пантелеймон, Венедикт, Филофей; епископы — Леонтий, Димитрий, Афанасий, Стефан, Евлогий, Григорий, Феодор, Александр, Нафанаил. Секретарь — епископ Серафим.

Огромную работу проделал Митрополит Анастасий в послевоенные годы в помощь тысячам беженцев (Ди-Пи). Он писал бесчисленные письма во все мировые учреждения, лицам, имеющим авторитет, право или власть, в защиту русской эмиграции (особенно — новой, военной).

В 1948 году исполнилось 50 лет пастырской деятельности Владыки Анастасия. Он категорически отверг попытки устроить праздничные торжества по этому поводу.

В ноябре 1950 года Архиерейский Синод во главе с Митрополитом Анастасием переехал из Мюнхена в Северную Америку. Вместе с ними на американский континент прибыла и "Спутница" Русского зарубежья — 700-летняя святыня, чудотворная Курская ("Знамение") икона Божией Матери.

Через несколько дней после прибытия Синода в Америку, в Свято-Троицком монастыре в Джорданвиле (штат Нью-Йорк) начал свою работу Очередной Собор Зарубежной Церкви. В дни работы Собор переехал в местечко Могопак, временную резиденцию Митрополита Анастасия и Синода. В работе Собора, кроме Митрополита, принимали участие: архиепископы: Виталий, Иоасаф, Иоанн, Иероним; епископы: Евлогий, Григорий, Серафим, Нафанаил, Тихон, Никон.

Остальные епископы Зарубежной Церкви прислали свои доклады и отчеты.

В Свято-Троицком монастыре был совершен Чин Мироварения и освящен новый храм во имя Пресвятой Троицы. 2 декабря Собор выпустил специальное Послание — "Возлюбленным во Христе чадам в рассеянии сущим".

 

Раскол Зарубежной Церкви

Западно-Европейский Экзархат

В конце гражданской войны, в феврале 1920 года, архиепископ Евлогий был в Сибири, откуда по поручению Высшего Церковного Управления на Юге России выехал в Европу.

По его же просьбе в октябре 1920 года ВЦУ назначило его временно управляющим заграничными приходами в Западно-Европейской епархии (прежде бывшими в ведении Петроградского викария).

Настоятель парижской посольской церкви о. Иоанн Смирнов, желая иметь подтверждение полномочий ВЦУ от центральной московской церковной власти, запросил Москву через Финляндского архиепископа. 2 марта 1921 года патриарший Синод в Москве, под председательством митроп. Евсевия, признал законными действия ВЦУ и факт назначения им архиепископа Евлогия на Западно-Европейскую епархию в таких словах:

"В виду состоявшегося постановления Высшего Церковного Управления заграницей, считать церкви в Западной Европе временно под управлением Преосвященного Евлогия".

Закрывая ВЦУ в мае 1922 года, Патриарший Синод и Совет мотивировал свое постановление следующим образом:

"Принимая во внимание, что за назначением тем же Управлением Преосвященного митрополита Евлогия заведывающим русскими православными церквами заграницей, собственно, для Высшего Церковного Управления там не остается уже области, в которой оно могло бы проявить свою деятельность, означенное Высшее Церковное Управление упразднить, сохранив временно Управление Русскими заграничными приходами за митрополитом Евлогием и поручить ему представить соображения о порядке управления названными церквами".

Патриаршее управление исходило из соображений, что права митроп. Евлогия, как управляющего Западно-Европейской епархией, покрывают права Управления (даже не расширяясь, а оставаясь в тех же рамках). Возможно, патриаршее управление не знало, что в ведении Заграничного Управления состояли 9 епархий при 12 правящих и викарных архиереях во всех частях мира.

Митрополит Евлогий, в нормальном случае, должен был искать "соображения о порядке управления" (в пределах своей епархии) у того, от кого он и получил свои права (тем более, что патриарх в это время уже был арестован).

Согласно Указу № 362 епархиальный архиерей воспринимает на себя полноту власти только в случае невозможности войти в контакте другими архиереями. За границей оказались самые благоприятные условия для реализации Указа, тем более, что Высшее Церковное Управление уже существовало, а митроп. Евлогий принимал от него свое назначение.

На одном из заседаний ВЦУ в августе 1922 года епископ Вениамин предложил передать полноту высшей церковной власти митрополиту Евлогию. Все двенадцать архиереев вместе с самим Евлогием высказались против. 8 августа 1922 года он подал Собору заграничных Архиереев записку следующего содержания:

"Предлагаю теперь же закрыть означенное Управление и немедленно всем собравшимся заграничным русским епископам приступить к организации нового центрального органа Высшего Церковного Управления заграницей или к восстановлению старого, действовавшего до Карловацкого Собора". Вместе с Собором он и принял новое основание (Указ № 362) для учреждения Архиерейского Синода и подписал за Председателя извещение об этом (31 августа, за № 1).

На этот Указ он сам ссылался неоднократно, как на действующий закон. Еще в июле он писал митрополиту Антонию (по поводу Указа патриарха Тихона о закрытии ВЦУ: "Несомненно он был дан под давлением большевиков").

На притязания Вселенского Патриарха в 1923 и 1924 году он отвечал защитой позиций Архиерейского Синода. В Послании к пастве 23 июня 1924 года митроп. Евлогий доказывал каноничность Собора и Архиерейского Синода за границей.

Но наряду с этим с 1922 года митроп. Евлогий, тайно от Архиерейского Синода, начинает посылать патриарху Тихону доклады, записки и проекты, направленные против митрополита Антония и Архиерейского Синода (то через Афины и Вену, то через Финляндию). 8 января 1924 года он через архиепископа Финляндского просит патриарха Тихона об упразднении Архиерейского Синода и подтверждения его прав. Просит также о переводе Иерусалимской Миссии из ведения Синода в ведение его епархии. О том же просит он и митрополита Петра в 1925 году. Все эти обращения остались без ответа.

Синод имел сведения об этих тайных посланиях митрополита Евлогия, но на заседаниях Синода и Собора Евлогий отрицал этот факт.

Получив от ВЦУ Западно-Европейскую епархию, митроп. Евлогий стремился управлять ею независимо от Синода, расширяя свои права и создавая в некоторых местах двоевластие, путаницу и смуту, хотя Архиерейский Собор еще в 1923 году принял разработанный самим митроп. Евлогием проект Западно-Европейского митрополичьего округа, предусматривавший его почти автономию.

Но митроп. Евлогий продолжал вторгаться в пределы компетенции других церковных органов. Некоторые его шаги далеко не украшают такого авторитетного иерарха.

В Австралии, например, с благословения митроп. Антония, открылась церковная община и была включена, естественно, в юрисдикцию Архиерейского Синода. Митроп. Евлогий вторгся туда. То же самое случилось в Парагвае и Уругвае.

В Финляндии, несмотря на то, что с 1918 года это была автономная епархия, митроп. Евлогий в 1926 году начал открывать свои приходы (без согласия правящего епископа), призывал финляндскую паству подчиниться лжеепископу Герману, категорически отвергнутому патриархом Тихоном (1923) и русским епископатом в целом (1925).

Бежавший из России в Персию (с женой и двумя дочерьми) обновленческий "митрополит" Василий Смелов, отвергнутый в Персии архимандритом Русской Духовной Миссии (юрисдикции Архиерейского Синода), был принят митрополитом Евлогием с поручением начать "в далекой Персии дело устроения Церкви Христовой".

Неоднократно митроп. Евлогий выступал с церковными посланиями в качестве Главы Заграничной Церкви, не будучи на это уполномоченным, позволял себе делать распоряжения общецерковного характера, не входя в сношения с Архиерейским Собором и Синодом.

Архиерейский Синод нашел необходимым, выделить от митрополии Евлогия шесть приходов в Германии в самостоятельное викариатство под управлением епископа Тихона.

Митрополит Евлогий ответил на это письмом, в котором резко и открыто отказался опубликовать и исполнить Указ Синода. 26 июня 1926 года он демонстративно покинул заседание Собора заграничных архиереев. С этого времени начинается долгий спор о полномочиях Синода, которые митроп. Евлогий до сих пор признавал и защищал. В Послании от 6 августа 1926 года он пишет:

"22 апр./5 мая 1922 г., после осуждения Патриархом Карловацкого Собора, мои полномочия не только были подтверждены, но и значительно расширены: мне предписывалось закрыть существовавшее тогда в Карловцах Заграничное Церковное Управление, взять в свои руки все русские церкви и о порядке управления ими представить свои соображения. Этим Указом мне, собственно говоря, передавалась вся власть над русскими православными церквами заграницей".

В дальнейшей полемике с Собором епископов митроп. Евлогий выставил себя стороной, равной Собору, на что митроп. Антоний ответил:

"Ваше заявление, что вы считаете себя и Архиерейский Собор равными сторонами, Архиерейский Синод признает кощунственным. Не только кто-нибудь из архиереев, но даже Патриарх, не может становиться в положение, равное Собору Архиереев".

Неожиданно митроп. Евлогий совершенно поменял поведение и письменным заявлением от 4 августа 1926 года, с выражением сожаления о своем уходе с заседаний Собора, признает каноническую судебно-административную власть Архиерейского Собора и делегирует двух своих викарных епископов для улаживания несогласий.

Но... Не ожидая ответа и решения Собора епископов, он, к смущению своих делегатов, издает 6 августа "Обращение к пастве", утверждающее его исключительные права и оскорбительными для Синода выражениями целиком перечеркивает только что сделанный шаг к примирению. После этого он выезжает в Германию и пытается возбудить приходы против власти Архиерейского Синода.

Из 35 архиереев, участников Собора, за исключением нескольких своих викариев, митроп. Евлогий сторонников не имел. Для упрочения своего положения и дискредитации Синода, он начал широкую кампанию агитации. Всем приходам юрисдикции Архиерейского Синода он рекомендует подчиняться Поместным Церквам, на территории которых они находятся.

После семимесячной бесплодной полемики Архиерейский Синод 13/26 января 1927 года постановил предать митрополита Евлогия суду Священного Собора, отстранить его от управления епархией с назначением другого епископа, и запретить его впредь до суда в священнослужении.

Это постановление, равно как и последующее аналогичное постановление митроп. Сергия по отношению ко всем заграничным священнослужителям, не имело реальной силы в пределах Экзархата митроп. Евлогия. Раскол за рубежом стал очевидностью. Митрополиту Евлогию нужно было теперь урегулировать свое каноническое положение.

Митроп. Евлогий обращается к их защите Вселенского патриарха. Вселенский патриарх, незадолго до этого объявивший митроп. Евлогия неканоническим и не упоминавший при его имени даже титула, теперь поощряет его и осуждает действия Синода. Патриарх Александрийский и митрополит Элладский тоже посылают ему одобрительные грамоты.

Отвергая каноничность власти Архиерейского Синода, образованного вследствие Указа патриарха об упразднении ВЦУ, митроп. Евлогий должен был с логической необходимостью отбросить мысль о насильственных причинах этого Указа и признать его за свободное волеизъявление патриарха со всеми вытекающими отсюда последствиями, т.е. с подчинением Московской Патриархии, что он и сделал.

1/14 июля 1927 года митрополит Сергий послал митрополиту Евлогию Указ № 93, в котором предлагалось ему и через его посредство всем архипастырям и пастырям за границей дать подписку о лояльности советскому правительству, в противном случае они подлежали увольнению из ведения Московской Патриархии. Деваться было некуда. С Архиерейским Синодом связь разорвана. На слишком тяжелых условиях митроп. Евлогий получил подтверждение своих прав.

Но история слишком явно посмеялась над митрополитом Евлогием. Буквально через две недели митроп. Сергий выпускает свою Декларацию и всем стало ясно, куда попал митроп. Евлогий.

Положение митроп. Евлогия и его паствы оказалось весьма тяжелым. Требования московской власти все росли, а исполнять их становилось все труднее. Кончилось все это тем, что московский Синод запретил митроп. Евлогия и все его духовенство в священнослужении до суда или раскаяния.

Тогда митроп. Евлогий переходит в непосредственное подчинение Константинопольского патриарха. Константинопольский патриарх Фотий грамотой от 17 февраля 1931 года объявил, что устроена "Временная Патриаршая наша Российская Православная в Европе Экзархия". При этом не было сказано, почему она временная? Потому ли, что со временем епархия будет возвращена Русской Церкви, или потому, что когда-нибудь перейдет в постоянное управление Константинопольского Экзархата в Европе.

Митрополит Евлогий понял в свою сторону и объявил, что нынешнее положение сохраняется до того времени, когда в России восстановится общепризнанная законная церковная власть при которой он и его паства вернутся к Матери-Церкви. При этом создалась довольно странная ситуация "двойственной" юрисдикции (находясь формально и фактически в ведении константинопольского патриарха, митроп. Евлогий мыслил себя и епархию частью Русской Церкви).

Новообразованный Экзархат представлял собой явно ненормальное явление. Митроп. Евлогий не мог этого не понимать. 17 марта 1934 года он, в своем письме к митрополиту Антонию признал, что в защите своих прав ему не следовало прибегать в 1926 году к разрыву с Собором, что он очень жалеет об этом и просит простить его, снять с него и его клира наложенные прещения. Архиерейский Собор пошел навстречу митроп. Евлогию и 28 августа 1934 года снял с него и клира наложенные прещения.

Получив прощение, митроп. Евлогий в своем Послании к пастве 11 сентября 1934 года выразил радость по этому поводу и отметил, что "принципиальные основы нашего церковного положения остаются незыблемыми и непоколебимыми". "Дипломатия" оказалась удачной: и запрещение снято, и единения не состоялось.

Неожиданное событие произошло в ноябре 1935 года: вышло Послание ко всей русской пастве совместно от имени Архиереев Синода и митрополита Евлогия. Оно сообщало, что глава Сербской Церкви патриарх Варнава, желая восстановить русское церковное единство за границей, пригласил четырех наиболее авторитетных иерархов на Совещание, которое и решило создать четыре митрополичьих округа, "прочно объединенных в общем центре — Соборе заграничных русских иерархов и его исполнительном органе св. Синоде".

На первом Совещании митроп. Евлогий выражает готовность соединиться со всеми частями Зарубежной Церкви, если на то последует благословение константинопольского патриарха. Сербский патриарх предлагает свое посредничество в этом, митроп. Евлогий принимает его с благодарностью.

Но сразу после Совещания в печати появляется его письмо к Вселенскому патриарху с просьбой... не отпускать его из своей юрисдикции.

Осенью 1944 года, когда уже ясна была победа СССР над Германией, митроп. Евлогий через советского посла в Париже вступил в переписку с Москвой и заявил о своей готовности немедленно воссоединиться с Патриархией.

После избрания в Москве патриарха Алексия он издает Указ по епархии о поминовении его за богослужением, как законного главу Церкви. Вопрос взаимоотношений с Константинопольским Патриархом остается открытым.

29 августа 1944 года в Париже состоялось информационное собрание духовенства. Представителем от Московской Патриархии на собрании был митрополит Николай. Несмотря на сопротивление видных членов Собрания, решение о воссоединении с Московской Патриархией было принято.

30 августа митроп. Евлогий послал телеграмму патриарху Константинопольскому, прося его благословения на возвращение его епархии Русской Церкви. На просьбу ответить немедленно, ответа не последовало.

Митроп. Николай заверил, что вселенский Престол в переговорах с Москвой уже якобы дал на это согласие. 2 сентября 1944 года совместная Литургия торжественно запечатлела единение.

2 октября митроп. Евлогий издает циркулярное распоряжение о подчинении его Экзархата Московской Патриархии с одновременным поминовением его за богослужением "Экзархом Патриарха Вселенского". Это щекотливое положение должно было продолжаться до получения канонического отпуска от Вселенского Престола.

11 октября патриарх Алексий издал Указ о воссоединении Западно-Европейской епархии и образовании из нее Московского Экзархата. Такое положение длилось почти год.

8 августа 1945 года митрополит Евлогий скончался, но инерция, приданная событиям покаянным шагом митроп. Евлогия нарастала.

На следующий же день Московская Патриархия известила патриарха Вселенского телеграммой, что она "определила считать временную юрисдикцию Святейшего Вселенского Престола над Западно-Европейскими приходами прекратившейся". 12 августа, специально на похороны митроп. Евлогия, из Москвы прибыл митроп. Григорий, который и отпел усопшего в сослужении иерархов Экзархата, вошедших теперь в Московскую юрисдикцию.

Согласно письменному завещанию митроп. Евлогия, в управление Экзархатом вступил архиеп. Владимир, но 14 августа митроп. Григорий вручил ему Указ из Москвы, в котором говорилось, что на место почившего назначен экзархом митроп. Серафим (Лукьянов).

Ссылаясь на ожидание решения Вселенского Патриарха, архиеп. Владимир принял этот Указ к сведению, но не к исполнению. Патриарх Алексий призвал архиеп. Владимира к повиновению телеграммой, а паству — Посланием, но безуспешно. Большинство оказалось против подчинения Москве.

Произошло вторичное подчинение Константинополю.

16 октября 1945 года состоялось Епархиальное Собрание, которое постановило: "Не принимать к исполнению указа Московского Патриарха, не канонически посягающего на упразднение над нами власти Вселенского Патриарха". Все действия митроп. Евлогия по воссоединению с Москвой были объявлены "как бы не бывшими".

6 марта 1947 года Вселенский Престол определил, чтобы Русский Экзархат "сохранял свою непосредственную от него зависимость" и уже ни одним словом не напоминает о временности такого положения.

В таком юрисдикционном состоянии Западно-Европейский Экзархат существует и поныне. Параллельно ему есть Западно-Европейский Экзархат, подчиненный Московской Патриархии и состоящий из симпатизантов советской церковной политики.

 

Американская Митрополия

(Православная Церковь в Америке, OCA)

В 1870 году русская православная архиерейская кафедра из Аляски была перенесена в Сан-Франциско и именовалась Православной Миссией. Затем Миссия превратилась в Алеутскую и Северо-Американскую епархию.

До 1919 года правящие епископы в Америку назначались Российским Священным Синодом. В этом году, на основании постановления Всероссийского Собора, Американская епархия избрала для себя архиереем Александра (Немоловского).

Вся последующая послереволюционная история американской епархии тесно связана с именем митрополита Одесского Платона.

В январские дни 1920 года в одесском кафедральном соборе митроп. Платон, воодушевленный и авторитетный проповедник, произносил громоносные речи против большевиков, организовал отряд для спасения Родины с поименным списком каждого члена. 24 января, когда большевики, ворвавшись в Одессу, бросились к архиерейскому дому, митроп. Платона там не оказалось. Он успел укрыться на иностранном крейсере.

По спискам, найденным среди документов митрополита, большевики в ту же ночь расстреляли около тысячи человек молодых людей, изъявивших желание защищать Родину.

Прибыв к Высшему Церковному Управлению на Юге России, митроп. Платон получил от него командировку в Северную Америку для приведения в порядок расстроенных дел Американской епархии.

3 мая 1922 года находившийся в Москве американец г. Колтон передал патриарху Тихону полученную им из Америки просьбу о назначении митрополита Платона правящим епархиальным архиереем, на что патриарх Тихон ответил, что дает рекомендацию, которую г. Колтон пусть сообщит "Собору беженцев епископов заграницей, которые управляют заграничными делами Церкви".

Присутствовавший при этом разговоре в качестве переводчика протоиерей Феодор Пашковский, прибыв за границу, подал рапорт Архиерейскому Синоду об этом 1 июля 1922 года.

23 августа Архиерейский Синод назначил митроп. Платона временно управляющим Северо-Американской епархией. Через год, 29 сентября 1923 года, и патриарх Тихон издал указ о назначении митроп. Платона, ссылаясь на свое определение 1922 года.

Действия митроп. Платона в Америке привели к тому, что 16 января 1924 года патриарх Тихон уволил митроп. Платона от управления епархией и даже вызвал его в Москву для суда над ним.

В связи с таким Указом, 2 апреля 1924 года в Детройте был созван Собор из духовенства и мирян, который решил ввести автокефалию, избрав митрополита Платона главой Американской Церкви. Председательствовал на этом Соборе священник. От 300 приходов в качестве делегатов было 110 священников и 37 мирян.

Решение это было сформулировано таким образом:

"Временно объявить Русскую Православную Епархию самоуправляющейся Церковью с тем, чтобы она управлялась своим избранным архиереем, при посредстве Собора епископов, совета, составленного из выборных мирян и периодических Соборов всей Американской Церкви". Назначенный Архиерейским Синодом на Американскую епархию и только что прибывший с дороги на Собор епископ Апполинарий, не смог разобраться в происходящем и никакого участия в прениях и голосовании не принимал.

О постановлении Детройтского Съезда митроп. Платон довел до сведения Президента Америки.

В октябре 1924 года митроп. Платон участвует в работе Архиерейского Собора в Сремских Карловцах, и специальное Послание к американской пастве от имени Собора говорит о борьбе с разными раскольниками и поддерживает права митроп. Платона.

На Архиерейском Соборе 12-14 июня 1926 года, который покинул митроп. Евлогий, митроп. Платон сделал подробный доклад о состоянии Церкви в Америке и заверил Собор, что он никогда не проводил и не проводит идею автокефалии Русской Церкви в Америке, более того, что он является решительным врагом автокефалии своей епархии.

Свидетельствуя свою преданность заграничному Собору, он просил дать ему, за собственноручной подписью всех членов Собора, заготовленную его адвокатами грамоту ко всем Патриархам и к Русской Церкви в Америке, в которой подтверждались бы его права и полномочия на управление Православной Церковью в Америке и которая ему нужна была для судебного процесса против живоцерковников о церковном имуществе.

Собор такой грамоты ему не дал, подозревая его в неискренности и в стремлении к учреждению в Америке автокефалии, после чего митроп. Платон оставил соборные заседания. Собор постановил членом Архиерейского Синода его не считать, пока он не отвергнет постановления Детройтского Собора и не подчинится Заграничному Собору и Синоду.

Таким образом, в 1926 году оба митрополита — Евлогий в Западной Европе и Платон в Северной Америке — вышли из состава Архиерейского Собора русских заграничных епископов.

На решение Архиерейского Собора 10 сентября 1926 года последовало ответное послание епископов Северо-Американской епархии в таких оскорбительных, грубых и дерзких выражениях, что даже митроп. Платон счел нужным прислать извинения и отказаться от него, прося возвратить его авторам.

1 февраля 1927 года митроп. Платон вызвал епископа Апполинария и потребовал от него неподчинения Архиерейскому Собору. После его отказа — уволил его с должности и запретил в священнослужении.

Архиерейский Синод объявил 18 марта действия митроп. Платона неканоническими и недействительными, отрешил митроп. Платона от должности и запретил его в священнослужении. Епископ Апполинарий был назначен управляющим Американской епархией. 23 августа он был утвержден в должности правящего архиерея.

2 февраля митроп. Платон собрал Собор епископов. Председателем его назначил сиро-араба Евфимия (Офиеш), епископа Бруклинского, кстати, того самого который участвовал еще в первом заграничном Архиерейском Соборе 1920 года. Собору было предложено составить конституцию "Святой Восточной Православной Кафолической и Апостольской Церкви в Северной Америке".

Через шесть месяцев, 14 сентября, новый Собор, в составе митроп. Платона и пяти епископов: Евфимия, Феофила, Амфилохия, Арсения и Алексия, одобрил и принял эту конституцию. Затем она была утверждена гражданским путем по законам штата Массачусет и 1 декабря объявлена.

19 декабря от имени "Святейшего Синода Американской Православной Кафолической Церкви" было разослано главам всех Поместных Церквей уведомление об основании в Америке "нового и юнейшего члена семьи Православной Кафолической Церкви" — независимой Православной Церкви в Америке. Учредители этой автокефалии имели целью объединить все национальные православные группы в Америке под своим руководством.

Декларация об этом гласит:

"Принимая во внимание, что Русская Церковь теперь неспособна нести ответственность за Православие в Америке и должным образом проявить свой авторитет, по причине патриаршего хаоса в России, который может продлиться неопределенное время..., эта ответственность за Православие и за проявление сего авторитета Церкви в Америке фактически остается на нас, как канонических русских епископах в Америке..., мы повелеваем одному из наших членов, архиепископу Евфимию Бруклинскому, позаботиться о благоустройстве Американского Православия в собственном смысле православного кафолического народа, рожденного в Америке и главным образом говорящего по-английски, или других американских жителей и народов, какой бы то ни было национальности или лингвистической группы или происхождения..., тех, которые пожелают сами присоединиться к автономной независимой Американской Кафолической Церкви..., уполномочиваем учредить, организовать, основать, возглавить, вести, контролировать и поддерживать определенную, независимую и автономную ветвь Православной Кафолической Церкви, которая да будет известна, законно установлена и общепризнанна, как святая, восточная, кафолическая и апостольская Церковь в Северной Америке".

Из этой затеи ничего не вышло, поскольку, с одной стороны, она встретила осуждение всех Православных Церквей, а — с другой, первый Председатель Синода этой "автокефальной" Американской Церкви, архиепископ Бруклинский Евфимий, в 1933 году женился и был лишен сана.

Но еще до этого, 7 марта 1928 года, митроп. Платон обратился к митроп. Сергию в Москву с просьбой удостоверить, что высшая церковная власть над американской епархией принадлежит митрополитам Петру, ему самому и патриаршему Синоду, что якобы нужно для представления в суд по тяжбе из-за церковного имущества.

Митроп. Сергий потребовал от него доказательств верности Московской Патриархии. В частности, он предложил митроп. Платону дать обязательство об уклонении от политических выступлений, на что он принципиально согласился (июнь 1929), но обещал их официально дать позднее, вместе со всеми американскими епископами.

Выполнение обещания затянулось надолго. Митроп. Сергий не став больше ждать, в июле 1933 года известил Американскую епархию об увольнении митроп. Платона от должности.

За месяц с небольшим до этого, 6 июня 1933 года, скончался Владыка Апполинарий, управлявший с 1927 года верной Зарубежной Церкви частью Американской епархии (в мае 1929 года он был возведен в сан архиепископа). Зарубежная Церковь на американском континенте к этому времени (1935 год) году имела 68 приходов.

Собравшиеся на похороны митроп. Платона архиереи и духовенство избрали своим главой епископа Феофила (б. прот. Ф. Пашковский). Он был возведен в сан митрополита всея Америки и Канады.

Сразу после смерти митроп. Платона, Архиерейский Собор снял с него и его викариев прещение, наложенное в 1927 году, в надежде, что этот акт облегчит Американской епархии возвращение в единство с Русской Зарубежной Церковью.

В 1935 году митроп. Феофил принял участие в Совещании в Сербии, созванном по инициативе Сербского патриарха Варнавы для выработки "Временного Положения" о Русской Зарубежной Церкви, где он признал возглавление Архиерейского Синода над Американским митрополичьим округом.

Казалось, восстановился мир, и после 12-летнего самостоятельного существования Американская епархия, именовавшаяся Митрополичьим округом, снова вошла в состав Зарубежной Церкви. Возвратившись из поездки в Сербию, митроп. Феофил дал интервью, в котором заявил:

"Положение Русской Зарубежной Православной Церкви укрепилось в связи с достигнутым единением и миром. Теперь у нас единый центр церковного управления в лице Заграничного Архиерейского Синода в Сремских Карловцах, где Американский митрополичий округ будет представлять наш выборный представитель".

На вопрос интервьюера как он смотрит на будущее положение Русской Православной Церкви в Америке, митроп. Феофил ответил: "Наша церковная жизнь налажена, под нее теперь подведен прочный канонический фундамент".

От всеобщего единения Зарубежной Церкви отказался только митроп. Евлогий.

5-8 октября 1937 года Всеамериканский Собор из клира и мирян принял "Временное Положение" и исповедал себя частью Русской Поместной Церкви.

Архиерейский Собор 3 января 1938 года предоставил Северо-Американскому митрополичьему округу автономию в объеме, установленном "Временным Положением".

Но и это единение оказалось непрочным. После избрания митроп. Сергия на московский патриарший престол, Собор епископов Северо-Американской митрополии 26-27 октября 1943 года предложил митроп. Феофилу возносить его имя за богослужением, наряду с поминовением "Православного епископства гонимыя Церкве Российския..." и именем митроп. Анастасия. Митроп. Феофил вслед за тем издает распоряжение творить такое поминовение во всех храмах митрополии.

На Московский Собор 1945 года, для избрания патриарха, митроп. Феофил приглашения не получил, но тем не менее митрополия отправила свою делегацию с наказом испросить у Собора для Американской митрополии автономию и объяснить, что русские православные, как американские граждане, живущие полтора столетия в Америке, никакой лояльности советской власти обещать не могут.

Делегация прибыла в Москву только по окончании Собора. К совместному служению ее не допустили, объяснив, что американская иерархия находится под запрещением с 4 января 1935 года. Она уехала домой с Указом, в котором, среди прочего, содержалось требование к Американской Церкви с отказом от политических выступлений против Советского Союза.

Собор американских епископов в Чикаго в мае объявил, что принять этот Указ к исполнению он не может.

16 сентября 1945 года из Москвы в Америку прибыл делегатом от Московской Патриархии архиепископ Алексий. Он пробыл здесь до 5 марта 1946 года, внося смуту и беспокойство в церковную жизнь. Он усиленно добивался признания главой Американской Церкви патриарха Алексия и прекращения молитвенного и административного общения с Заграничным Синодом.

На Архиерейском Соборе 12-14 декабря 1945 года четверо из одиннадцати епископов высказались против признания патриарха Алексия своим главой и прекращения общения с Архиерейским Синодом. На одно из заседаний Собора прибыл и архиеп. Алексий и представил письменные условия объединения, первым из которых было требование разрыва с митрополитом Анастасием. "Это предварительное условие для снятия запрещения".

Собор ответил, что не признает самого запрещения, а потому отказывается обсуждать и условия его снятия. Но митроп. Феофил еще до Собора послал митроп. Анастасию телеграмму, в которой потребовал от него сложить свои полномочия Председателя Заграничного Синода и Собора и передать все русские приходы в Европе, Азии, Африке и Америке ему, митрополиту Феофилу.

На Соборе была оглашена ответная телеграмма митрополита Анастасия:

"Предложенное Вами воссоединение с Патриархией имеет не только духовный, но и канонический характер и обязывает Вас последствиями: оно возможно только после тщательного обсуждения вопроса на общем соборе. Подавляющее большинство архиереев, духовенства и верующих, эвакуировавшихся в Европу, решительно против единения с Патриархией, которая не свободна. Существование Синода необходимо для поддержания единства русских православных приходов заграницей и предотвращения анархии. Администрация Американской Церкви не может заменить Архиерейский Синод из-за отдаленности и недостаточной осведомленности в жизни заграницей".

Майский 1946 года Собор американских епископов назначил созыв Всеамериканского Собора клира и мирян на ноябрь в Кливленде. В период подготовки Собора церковные деятели, которые переехали в Америку из Европы, активно выступили за переход в Московскую юрисдикцию и за откол от Архиерейского Синода.

Хотя этот Собор сообщил Первоиерарху Зарубежной Церкви, что американский округ "будет продолжать братски сотрудничать с Заграничным Синодом", но фактически связь с Синодом стала только номинальной.

В итоге Кливлендский Собор вынес резолюцию: "Постановляем просить его святейшество Патриарха Московского воссоединить нас в свое лоно и пребывать нашим духовным отцом, при условии сохранения нашей полной автономии, существующей в настоящее время... Так как священноначалие патриаршее несовместимо с священноначалием Заграничного Синода Русской Православной Церкви, Американская Церковь прекращает какое-либо административное подчинение Заграничному Синоду... Нашей высшей законодательной инстанцией должны оставаться всеамериканские периодические церковные Соборы; на них мы вырабатываем свои уставы и всецело руководим своей жизнью".

Митроп. Феофил сообщил резолюцию Собора московскому патриарху Алексию. Патриарх телеграммой принимает его епископат и клир в общение и обещает прислать делегата для "миролюбивого обсуждения вопросов автономии". Митроп. Феофил в своем ответе выражает надежду на скорый Указ об автономии, но и против делегата "препятствий не имеет" и верит в мирный исход. Но, послав последнюю телеграмму, тут же пишет совершенно иное: "Вести какие-либо соглашения или ставить какие-либо условия — бесполезно... нет смысла в личном разговоре... красные слова мало имеют силы".

Когда же в Америку приехал как делегат Патриархии митроп. Григорий (июль 1947), митроп. Феофил, официально уже принятый патриархом Алексием, не захотел с ним даже встретиться для разговора. Митроп. Григорий терпеливо дожидался встречи, запрашивал митроп. Феофила, где и когда будет ему угодно встретиться. Ответа не было. Через десять дней митроп. Григорий отправляет ему телеграмму. Опять молчание. Тогда митроп. Григорий посылает Указ "духовного главы", т.е. патриарха Алексия, объясняя, что он прибыл от автора Указа с проектом самой широкой автономии, предельной, какая допускается канонами.

Только после этого к митроп. Григорию является делегация митроп. Феофила из двух новопосвященных епископов-викариев, зачитывает текст Кливлендской резолюции и спрашивает, согласен ли московский патриарх дать "такую автономию?" Митроп. Григорий указал на каноническую неграмотность резолюции: то, о чем она говорит, на языке канонов называется не автономией, а автокефалией. Делегаты настаивают на своем, переговоры прерываются. В результате — снова угрозы суда и прещения.

На Кливлендском Соборе победило не такое уж большинство: от 300 приходов, вместо полагавшихся 600 делегатов, было только 248, а резолюция была принята только 187 голосами.

Четверо архиепископов Митрополии (Виталий, Тихон, Иоасаф и Иероним) отказались принять Кливлендскую резолюцию и сохранили верность Архиерейскому Собору и Синоду. Они были исключены из состава Митрополии.

В связи с этим, в журнале "Православная Русь" было опубликовано следующее заявление архиеп. Виталия от 1 апреля 1947 года:

"Прошу опубликовать нижеследующий полученный мною документ об исключении меня из состава Северо-Американской Митрополии, возглавляемой митрополитом Феофилом.

"Его Высокопреосвященству, Высокопреосвященнейшему архиепископу Виталию... Мая 28 дня 1947 г.

Ваше Высокопреосвященство.

Согласно определения Собора епископов, состоявшегося 19 декабря 1946 г., подтвержденного постановлением соединенного заседания Собора епископов и Митрополичьего Совета от 27 марта 1947 г., ввиду непризнания Вами постановления Всеамериканского Церковного Собора в Кливленде, признано считать Вас выбывшим из состава возглавляемого мною Северо-Американского митрополичьего округа.

Сообщая Вам о сем, прошу Вас уведомить меня о получении сего извещения. Вашего Высокопреосвященства покорный богомолец — Митрополит Феофил".

Считаю долгом с своей стороны пояснить, что мне неизвестно из кого именно состояли упоминаемые в приведенном документе собрания 19 декабря и 27 марта. Я не только не был позван для объяснений, но и узнал об этих заседаниях только из указанного письма. Постановления Кливлендского Собора не были рассмотрены Совещанием епископов, как того требует утвержденный Архиерейским Собором и официально опубликованный в Русско-американском Вестнике — наказ, и вообще владыка митрополит на все мои попытки обменяться с ним мнениями по данному вопросу ответил отказом. Очень печально, что 12-летние наши усилия объединить заграничную Русскую Церковь потерпели неудачу, и Американская ее часть совершенно обособилась и обращается, по примеру Польской, явочным порядком в автокефалию. Однако, не взирая на это, наш архипастырский долг повелительно понуждает нас под руководством Русского Архиерейского Синода заграницей продолжать по прежнему работать на объединение свободных частей Русской Церкви и в дни испытаний не отступать от ее тысячелетнего пути непрерывно идущего от времен св. Владимира".

4 марта Архиерейский Синод Зарубежной Церкви постановил: Возобновить в Северной Америке и Канаде деятельность Соборной Православной Церкви и назначить представителем Архиерейского Заграничного Синода в Соединенных Штатах и Канаде архиепископа Восточно-Американского и Джерсийского Виталия.

15 мая в журнале "Православная Русь" была напечатана пространная статья архиеп. Виталия, которая заканчивалась такими словами:

"Американская Русь. Пред тобою два великих искушения: 1) присоединиться немедленно к подневольной Московской Патриархии и через нее попасть и самой под контроль безбожной коммунистической власти; 2) пользуясь несчастием и беспомощностью Матери-Церкви, оторваться от нее и завести свою "автокефалию", с тем, чтобы оторвавшись от тысячелетнего корня, через 2-3 поколения выродиться в "протестантство восточного обряда".

Берегись идти этими прельщающими, но гибельными путями.

Православная Русь! Вместо тех искушений Господь ставит тебе великую и благородную задачу. Не отрываясь бессердечно от страждущей Матери-Церкви, ты, живя в свободной Америке, можешь быть в дни пленения ее единственной на весь свет твердой хранительницей веры отцов, тысячелетнего наследия их талантов, трудов и подвигов, достойной ее представительницей и защитницей. Вот твой благородный и священный долг, пока не помилует Бог русского народа и Церкви: не освободит их от тяжкой власти коммунистов и не возвратит им свободу и христианский порядок".

"Постановление" Совещания Архиереев Русской Православной Церкви в Северной Америке и Канаде (юрисдикции Архиерейского Синода) по поводу резолюции Кливлендского Собора гласило:

Духовное возглавление Московской Патриархии при настоящем порабощенном ее положении мы признать не можем;

Признание общих собраний церковных Соборов в Америке самих по себе за высшую церковную законодательную и административную власть противоречит самой природе устроения св. Православной Церкви, которая управляется преемственно от Апостолов епископами, ответственными пред Богом и Церковью;

Разорвать беспричинно административную связь с нашим Зарубежным Первоиерархом митрополитом Анастасием и с Архиерейским Синодом, на верность которому мы присягали и по отношению к которому дал обязательство митрополит Феофил, не только с точки зрения христианской, но и с точки зрения общечеловеческой морали невозможно".

Постановление подписали: архиепископ Виталий, архиепископ Иоасаф, архиепископ Иероним, епископ Серафим, архиепископ Тихон (лично не присутствовал, но присоединил свою подпись).

В вопросе "кто есть кто?" (Американская Митрополия и Зарубежная Церковь) примечательна резолюция Высшего Американского Суда 1948 года по делу об имуществе Спасо-Преображенской церкви в Лос-Анжелосе. Прежде, чем вынести свое решение, американский суд должен был при помощи квалифицированных экспертов-канонистов детально рассмотреть вопрос о Русской Зарубежной Церкви в целом. В итоге решение гласило:

"Суд находит, что Заграничная Церковь никогда не выходила из состава Русской Православной Церкви и продолжает быть неотделимой частью Церкви; а также, что Северо-Американская епархия, или Северо-Американский округ продолжает быть неотделимой частью Русской Православной Церкви. Суд находит, что церковная организация, возглавлявшаяся митрополитом Феофилом в течение всего времени, начиная с названного Кливлендского Собора 1946 г., не были, и не являются, частью Русской Православной Церкви, но вышли из состава таковой, и были организованы, существовали и функционировали незаконно, как отдельные единицы или организации, независимо от Русской Православной Церкви...

По принятии названным Кливлендским Собором резолюции, митрополит Феофил и все епископы, священники и миряне, а равно и все приходы и конгрегации, которые были и находятся в союзе с ними, которые порвали все сношения с Заграничной Церковью и ее административными органами, и которые отказались признавать авторитет Заграничной Церкви, сделались и с тех пор всегда продолжали быть раскольничьей и незаконной фракцией или группой...

По законам Церкви, никакая часть таковой, будь то приход или конгрегация, или епархия, или округ, а равно и никакой член или никакая группа членов Церкви, будь то духовенство или миряне, не могут законно выйти из состава Церкви и образовать из себя отдельную единицу или организацию, независимо от органов управления Церкви. Если это происходит, таковая отдельная часть или группа становится раскольничьей, и не имеет законного церковного существования" ("Решение Высшего Суда по Лос-анжелесскому делу". Джорданвиль, 1949; имеется издание и на английском языке).

После переезда Архиерейского Синода в Америку, с его стороны была предпринята попытка встретиться с новым главой Американской Митрополии митроп. Леонтием, но он не согласился на такую встречу.

На описанных выше "канонических основаниях" Американская Митрополия существовала до 1970 года, когда в результате длительных переговоров Московская Патриархия даровала ей автокефалию.

В настоящее время Православная Церковь в Америке возглавляется архиепископом Вашингтонским, митрополитом всея Америки и Канады Феодосием. Помимо епархии митрополита в ней имеются 9 епархий:

• Нью-Йоркская и Нью-Джерзийская (архиеп. Петр). • • Питсбургская и Западно-Пенсильванская (еп. Кирилл). • • Далласская (еп. Димитрий). • • Филадельфийская и Восточно-Пенсильванская (еп. Герман). • • Ситкинская и Аляскинская (еп. Григорий). • • Детройтская (еп. Нафанаил). • • Хартфордская (еп. Иов). • • Сан-Францисская (еп. Тихон). • • Оттавская (еп. Серафим). • Имеются различные отделы: Законодательный, Миссионерский, Пастырской жизни, Богословского образования, Молодежный, Богослужебный.

Комиссии: Каноническая, Финансовая, Плановая...

Богословские школы:

• Свято-Германовская семинария на Кодьяке. • • Свято-Тихоновская семинария в Южном Ханаане (Пенсильвания). • • Свято-Владимирская семинария в Крествууд (Нью-Йорк). • Из монастырей можно указать:

• Новый Валаам на Кодьяке. • • Четыре в штате Калифорния (Калистога, Сайта Роза, Пойнт Риес Стэйшн, Вэмон Айланд). • • Два в Нью-Йорке (Кембридж, Отего). • • Два в Пенсильвании (Южный Ханаан, Эллвуд). • • Пять в Канаде (Монреаль, Оттава, Камлунс, Фитч, Роудон). • • В Вудсток Валлей (штат Каннектикут). • • Два в Майами (Райвс Джонкшон, Рисака). • Имеются также различные богословские общества (6), организации (21), лагеря (18). 23 центральных и епархиальных изданий. 560 храмов с более чем 700 священнослужителями (исключая более 100, которые находятся на покое).

 

Современное положение Русской Зарубежной Церкви

В 1964 году многолетний глава Русской Зарубежной Церкви митрополит Анастасий по состоянию здоровья и по возрасту ушел на покой. Собор архиереев Зарубежной Церкви избрал на первосвятительский престол епископа Брисбенского (Австралия) Филарета (Вознесенского), который управлял Церковью в течение 21 года. При нем, в 1974 году, состоялся Третий Всезарубежный Собор.

22 января 1986 года, в связи с кончиной митрополита Филарета, первосвятительский престол Зарубежной Церкви занял архиепископ Монреальский и Канадский Виталий (Устинов) — 1910 года рождения, уроженец Петербурга, из семьи офицера Черноморского флота. В 1940 году он принял иноческий постриг, в 1951 году хиротонисан во епископа.

В 2001 году Архиерейский Собор в г. Нью-Йорке избрал новым митрополитом и главой Русской Зарубежной Церкви Архиепископа Лавра (Шкурла), Сиракузко-Троицкого.

В настоящее время Русская Зарубежная Церковь состоит из 9 епархий с четырьмя викариатствами. На всех континентах она имеет храмы, духовно окормляющие и объединяющие русских людей, которым дорога судьба Русской Православной Церкви и Родины-России.

1. Восточно-Американская и Нью-йоркская (Первоиерарх, Митрополит Виталий; он же — архиепископ Монреальский и Канадский). 2. • Викарий: епископ Манхеттенский Иларион. • • Викарий: епископ Ирийский Даниил. • • Викарий: епископ Бостонский Митрофан. • 3. Лос-Анжелосская и Южно-Калифорнийская (архиепископ Антоний Синкевич). 4. 5. Женевская и Западно-Европейская (архиепископ Антоний Медведьев). 6. • Викарий: епископ Каннский Варнава. • 7. Западно-Американская и Сан-Францисская (архиепископ Антоний). 8. • Викарий: епископ Сиаттлийский Кирилл. • 9. Сиднейская и Австралийско-Новозеландская (временно вдовствующая). 10. 11. Сиракузская и Троицкая (архиепископ Лавр). 12. 13. Чикагско-Детройтская (архиепископ Алипий). 14. 15. Берлинско-Германская и Великобританская (архиепископ Марк). 16. 17. Буэнос-Айресская и Аргентинско-Парагвайская (вдовствующая). 18. На покое находятся архиепископ Серафим (б. Каракасский и Венецуэльский), епископ Константин (б. Британский) и епископ Григорий (б. Вашингтонский и Флоридский.

Более 330 храмов с их настоятелями и священно-церковнослужителями, с их богослужениями и активной внебогослужебной приходской деятельностью, несут Зарубежью свет Христовой Истины и духовные и культурные традиции России. Все же кадровая проблема в Зарубежной Церкви существует: иногда архиерей вынужден окормлять другую, вдовствующую кафедру, а священник обслуживать два прихода, что, естественно, не может сказываться благоприятно на духовной жизни прихода.

Многие из этих храмов построены усердием и жертвой членов Церкви в недавнее время. Можно назвать такие великолепные сооружения, как Храм-Памятник в Брюсселе, Храм-Памятник на Владимирской Горке в штате Нью-Джерзи (США), кафедральный собор в Сан-Франциско, Иоанно-Предтеченский собор в Вашингтоне, Покровский собор в Оттаве (Канада).

Некоторые из новоустроенных храмов расписывал и писал для них иконы известный в Зарубежье и на Родине иконописец архимандрит Киприан, насельник Свято-Троицкого монастыря в Джорданвиле.

16 монастырей (7 мужских), с общим числом насельников около 200 человек, продолжают за рубежом духовные и аскетические традиции Русской Церкви. Три из них находятся в Святой Земле (Хевронский — мужской, Елеонский и Гефсиманский — женские), один — на святой Горе Афон (Ильинский скит; в настоящее время за непоминовение Вселенского патриарха насельники изгнаны из скита греческими властями). Есть монастыри в Канаде и Чили, Германии и Франции, Англии и Австралии.

Некоторые из монастырей напрямую продолжают историю и традиции духовного делания российских монастырей, закрытых или разрушенных коммунистами. Таковы Ново-Дивеевская женская обитель и Новая Коренная Пустырь под Нью-Йорком, Леонинская обитель во Франции. Во многих монастырях ощущается нехватка монашествующих. Нескольким, случается, не вполне трудоспособным насельникам или насельницам приходится иногда обслуживать огромный монастырский комплекс.

Наиболее известен в Зарубежной Церкви, пожалуй, Свято-Троицкий монастырь в местечке Джорданвиль, штат Нью-Йорк, своеобразный центр зарубежного Православия. Здесь 35 насельников, помимо богослужебной жизни, несут различные послушания, начиная от хозяйственных работ и кончая преподаванием в расположенной здесь Семинарии.

В Семинарии обучаются студенты из различных уголков мира. Семинария имеет статус высшего учебного заведения по законам штата Нью-Йорк с правом выдачи после успешного окончания диплома бакалавра богословия. Здесь преподавали многие выдающиеся профессора, в том числе и окончившие в свое время высшие духовные школы в России: архиепископ Виталий (Максименко) — основатель Семинарии (Казанская Духовная Академия), архиепископ Аверкий — многолетний ректор, протопресвитер Михаил Помазанский (Киевская Духовная Академия), М. А. Горчуков (Московская Духовная Академия).

Нельзя не упомянуть и таких профессоров, как Н. Тальберг, И. Андреев, о. А. Колесников, ученик старца Нектария Оптинского И. Концевич (автор книги "Оптина Пустынь и ее время"), о. М. Зноско-Боровский (ныне — епископ Бостонский). Каждый из них является автором многих научных богословских трудов, список которых занял бы немало страниц.

Из стен Семинарии вышли многие ныне здравствующие иерархи и священнослужители Зарубежной Церкви: настоятель Свято-Троицкого монастыря архиепископ Лавр, архиепископ Алипий, заместитель секретаря Архиерейского Синода епископ Иларион, епископ Даниил, многие священнослужители. В последние годы Семинария получает немало прошений о поступлении от молодых верующих людей из России, и в настоящее время руководство рассматривает возможности увеличения квоты абитуриентов.

Здесь же, в Джорданвильском монастыре, находится известная типография преп. Иова Почаевского, в которой печатаются многочисленные периодические издания и различная духовная литература. За годы своего существования в монастыре, помимо Священного Писания, типография выпустила около 700 различных духовных книг, тиражом до 5.000 экземпляров. Среди них — различные руководства по изучению Священного Писания (30 наименований), творения святых Отцов и подвижников благочестия, жития святых и новомучеников Российских (323), богослужебные книги и богослужебная литература (134), богословская и историческая литература (70), словари и учебники различного назначения, в том числе и для детей и юношества (57).

Кроме того, в типографии издается множество различных альбомов, календарей, открыток, пластинок и кассет с записью духовных песнопений и проповедей. Здесь же издается четыре периодических издания — "Православная Русь" (вышло уже более 1.000 номеров), "Православная жизнь" (и на английском языке) и "Православный Путь".

Кроме того, церковно-издательским делом занимается Братство преп. Иова Почаевского в Монреале (Канада), под непосредственным руководством митрополита Виталия. Братством было издано много книг и брошюр, а за последнее время были перепечатаны такие ценные издания, как Полная Библия, Толкование на Псалтирь Евфимия Зигабена, Новый Завет, Библейская История, Земная жизнь Господа нашего Иисуса Христа и многие другие.

Печатное дело ведется в монастыре преп. Иова Почаевского в Мюнхене (Германия), где были напечатаны краткие жития Святых и много различных брошюр духовного содержания.

Активной издательской деятельностью занимается Комитет Русской Православной Молодежи Заграницей, который, несмотря на короткую биографию и малочисленность сотрудников, успел издать более 40 великолепно оформленных книг, среди которых есть поистине редчайшие.

Австралийской епархией также изданы ценные книги: Толкование на Евангелие, "Благовестник" блаж. Феофилакта, другие книги для своих нужд и для посылки в Россию: Катехизис митроп. Антония, Смысл и значение христианского богослужения, Толкование молитвы "Отче наш".

Много ценных книг издано издательством "Заря" (Канада): Основы христианской православной веры, Оптинские старцы, Блаженная Ксения и другие.

Монастырское издательство "Луч" при Богородице-Владимирской женской обители в Сан-Франциско тоже напечатало много акафистов и душеполезных листков.

До недавнего времени монастырь ежедневно получал десятки писем с просьбой прислать в Россию хоть какую-нибудь духовную книгу и по возможности высылал просимое. Достаточно сказать, что ежегодно монастырь отправлял в Россию около 1.500 бандеролей с духовной литературой на сумму около пятнадцати тысяч долларов только почтовых платежей.

Братство "Православное дело" посылало духовную литературу из Австралии. Пересылкой книг на Родину занимались многие приходы и частные лица.

Русская Зарубежная Церковь имеет немало святынь. Здесь находится известная всему православному русскому народу икона Божией Матери "Курская-Коренная", явленная миру в 1295 году.

Здесь находится и мироточивая икона Божией Матери Иверской, обретенная Зарубежной Церковью 24 ноября 1982 года в Монреале в доме православного чилийца Иосифа Муньоз. Она обильно источает благовонное целительное миро и помогла уже сотням людей, отвечая на их молитвы. Даже копии этой иконы иногда источают миро и исцеления. Она участвует во всех главных торжествах Церкви, освящая праздники, торжества, прославления.

Жизнь Зарубежной Церкви в последние десятилетия ознаменована многими благодатными событиями и, в первую очередь, новыми канонизациями русских святых.

В 1964 году Собором Архиереев был канонизован великий светильник земли Русской, чудотворец, всегда почитавшийся русским православным народом на Родине и за рубежом, праведный отец Иоанн Кронштадтский (Сергиев). Его именем назван Благотворительный фонд при храме в г. Ютика, штат Нью-Йорк, и детский приют в Чили.

В 1971 году канонизован преподобный Герман, просветитель Аляски.

В 1978 году прославлена св. блаженная Ксения Петербургская, Христа ради юродивая, особо почитаемая петербургскими верующими, получающими от нее благодатную помощь.

В 1981 году произошло событие, которого долго ждали русские православные верующие и которое не могла совершить при советской власти Московская Патриархия — был канонизован сонм Новомучеников и Исповедников Российских во главе с Императором Николаем II (Романовым) и патриархом Тихоном. Икону Новомучеников написал выше упоминавшийся архимандрит Киприан. Тысячи великолепно выполненных типографским путем копий этого образа посылались, по их просьбам, верующим в России. В штате Орегон построен храм в честь Новомучеников Российских. В других местах имеются часовни или приделы, посвященные Новомученикам.

10 мая 1990 года на Соборе епископов в Канаде, были прославлены преподобные старцы Оптинской Пустыни.

 

Катакомбная Церковь

Еще патриарх Тихон, незадолго до своей кончины, с ужасом убеждаясь, что предел "политическим" требованиям советской власти лежит за пределами церковной свободы и верности канонам, высказал мысль о том, что единственным выходом для Православной Русской Церкви в ближайшем будущем будет уход ее в катакомбы. Он же благословил профессора, доктора медицины М. Жижиленко, принять тайное монашество, и в случае прихода таких обстоятельств стать тайным епископом.

После Декларации митроп. Сергия епископ Максим (Жижиленко) стал первым тайным епископом Катакомбной Церкви с титулом Серпуховской.

Принявшие Декларацию получили с тех пор название "сергиан", а не принявших стали называть "иосифлянами" (по имени митроп. Иосифа), хотя это название ничуть не отражает существо дела. Правильнее было бы называть их "тихоновцами".

Нe имея в первые годы своего существования ни организации, ни администрации, разрозненная географически и физически, Катакомбная церковь объединялась только именем митрополита Петра.

Первый катакомбный епископ Максим в 1928 году был сослан в соловецкий концлагерь, а в 1930 году вывезен в Москву и расстрелян.

С 1928 года в Соловецком и Свирском лагерях, в Белбалтлаге и во многих сибирских лагерях, где сидели многие епископы, стали совершаться тайные хиротонии. В соловецком их совершали епископы Максим, Виктор, Иларион и Нектарий.

После смерти в ссылках митрополитов Петра и Кирилла духовным главой Катакомбной церкви, получившей к этому времени некоторое подобие организованности, стал митроп. Иосиф (тоже находившийся в ссылке). В конце 1938 года именно за возглавление Катакомбной церкви митроп. Иосиф был расстрелян. После его смерти Катакомбная Церковь стала еще более строго хранить свои тайны, особенно имена и местопребывание своих руководителей. Преследование членов Катакомбной Церкви особенно интенсивно продолжалось до послевоенного времени.

После войны Катакомбная Церковь, как Церковь, прекратила свое существование. Последние единичные епископы либо были репрессированы, либо, тоже единицы, доживали свои дни в лагерях и тюрьмах, практически не имея никакой связи с паствой.

Епископское преемство было прервано. Церковной организации, даже в зачаточной форме, не было. Кроме того, внутри этого катакомбного общества образовались группы, которые, не имея между собой никакого общения, отрицали друг у друга истинную "катакомбность".

Фактически, к 60-м годам Катакомбная Церковь представляла собой отдельных священников, объединявших вокруг себя небольшие группки своих приверженцев, и еще более отдалившихся друг от друга.

В 80-х годах одна из таких групп наладила контакт с Русской Зарубежной Церковью и получила епископа, начальную организацию, управление и название Российской Православной Свободной Церкви. Вскоре у нее уже было трое епископов: архиепископ Тамбовский и Обоянский Лазарь, епископ Суздальский Валентин и епископ Краснодарский и Черноморский Вениамин.

Под их омофором на сегодняшний день находятся десятки приходов с легальным существованием. За богослужениями в Катакомбной Церкви поминается имя Первоиерарха Русской Зарубежной Церкви, так что формально они находятся в юрисдикции Зарубежной Церкви.

Накануне Архиерейского Собора Зарубежной Церкви во Франции в 1993 году между Зарубежной Церковью и Церковью Российской Свободной произошел раскол, и архиепископ Лазарь вышел из административного подчинения зарубежному церковному центру.

Часть "непатриархийных" общин по-прежнему находится в "катакомбах" и не желает вступать в общение ни с какой русско-церковной юрисдикцией.

 

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова