Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Мария Гимбутас

СЛАВЯНЕ

К оглавлению

Глава 1 Происхождение славян

Истоки славян следует искать на территории, простирающейся от бассейна реки Одер в Центральной Европе на западе до Урала или даже Центральной Азии на востоке. Чаще всего географическое местоположение прародины славян определяют следующим образом:

1/район между Одером и Вислой (на территории современных Германии и Польши),

2/Западная часть Украины (территория к северу от Черного моря).

По мнению некоторых ученых эта территория включала центральноевропейскую и севернопричерноморскую части. Другие авторы полагают, что зона первоначального расселения славян ограничивалась Полесьем (современная Белоруссия), или Подольем в западной Украине, или частью восточной Германии и Польши, соответствующей распространению лужицкой культуры эпохи Позднего бронзового и Раннего железного века.

Некоторые гипотезы основывались на тенденциозных выводах, менявшихся в соответствии с переменой политического климата или отношения к археологическим и лингвистическим исследованиям. В период накопления огромного археологического материала и выработки методик датировки, не было возможности для научно обоснованных выводов о прародине не только славян, но и всех индо-европейских народов.

Исследования последних десятилетий показали, что прото индо-европейцы некогда мигрировали в Европу и на Ближний Восток из степей Евразии. По мере расширения зоны расселения племен и их продвижения на запад происходила дифференциация более или менее однородной протокультуры и протоязыка. Первое перемещение из Южной России на Украину и в бассейн нижнего Дуная произошло не позднее 4000 года до нашей эры и повторилось в миграциях и опустошении прибрежных территорий Эгейского моря, Средиземнорья и Анатолии, происходивших около 2300 года до нашей эры.

Прото-индо-еврепейцы занимались скотоводством и вели полукочевой патриархальный образ жизни. Они выращивали лошадей, возможно, использовали их и для верховой езды. Их высокую подвижность может объяснить тот факт, что уже в начале третьего тысячелетия до нашей эры им было известно колесо.

Прото-индоевропейцам понадобилось менее одного тысячелетия, чтобы завоевать или ассимилировать ряд сельскохозяйственных балканских и центральноевропейских культур, а также подчинить своему образу жизни североевропейские племена охотников и рыболовов. Расселяясь по Центральной или Северной Европе, на Балканском полуострове или на Ближнем Востоке, индоевропейские племена приносили особенности, которые легко выявляются в ходе археологических раскопок в социальных и экономических отношениях, конструкциях жилищ, религиозной символике, погребальных обрядах и традициях искусства.

Проникновение пришельцев с Востока открыло новую эру в развитии Европы. Великие цивилизации сложившиеся в пятом и четвертом тысячелетиях на Балканском полуострове, побережье Черного и Эгейского морей распались. Первой пришельцы с востока ассимилировали северопонтийскую культуру. Затем уступили высокоорганизованные культуры балкан и запада Центральной Европы, такие как Кукутены\Триполье в западной Украине и Молдавии, Гумельница в южной Румынии, Болгарии и восточной Македонии, Винча в Центральных Балканах, Бутмир в Боснии, Бодрог/Керештур в районе Тиссы и Лендьел в среднем течении Дуная. Все эти крупные энеолитические и халколитические культуры в конце концов исчезли, так же, как и культуры Медного века. Похожая судьба ожидала и культуру узкогорлых кубков северо-западной Европы с ее коллективными погребениями в коридорных могилах. Изменения прослеживаются даже в культурах восточной Балтии и южной Скандинавии.

На территориях, занятых индоевропейцами, в течение нескольких столетий сформировались новые культуры, отличавшиеся от предшествующих. Уклад, который принесли с собой индоевропейские племена резко контрастировал с жизнью мирных земледельцев предшествующего периода.

Они нуждались в пастбищных землях для своего скота, требовавших защиты и периодического обновления. Военные вожди располагали поселения в местах, защищенных самой природой – излучинах рек и прибрежных холмах, обеспечивающих широкий обзор. Выбранные для поселений места они укрепляли высокими стенами и насыпными валами.

На территории, расположенной к северу от Карпатских гор и в среднем течении Днепра, там, где, как полагают, вначале поселились славянские народы, можно проследить непрерывную преемственность культур, начиная с появления индо-европейских курганов до времени сарматских и восточно-германских миграций.

Характерными чертами индоевропейской курганной культуры является пастбищное скотоводство с элементами сельскохозяйственной культуры, укрепления на холмах, небольшие поселения, состоящие из маленьких прямоугольных домов, особые погребальные обряды, включавшие захоронения в деревянных сооружениях, напоминающих жилища, поверх которых насыпали курганы. Сюда же относятся простые глиняные изделия, украшенные отпечатками, насечками или разрезами. Их экономика, правила общежития, социальная структура, архитектура или отсутствие интереса к искусству резко контрастировали с местными элементами, известными по трипольской культуре и культуре колоколовидных кубков.

Очень похожие предметы материальной культуры обнаруживаются в курганах, расположенных далеко на западе: в долинах рек Ондавы и Лаборца, в юго-восточной части Польши, в Галиции и в Подолье, на северо-западе Украины, в Буковине и Молдавии, а также в среднем течении Днепра южнее Киева. Большая часть этой территории относится к восточным Бескидам и Волыно-Подольской возвышенности. С юго-востока район естественно отделяется степным поясом, на юго-западе – Карпатами и на севере Припятской низменностью и лесами.

 

Разновидность курганной культуры северо-карпатского региона обычно относится к «ленточной керамике», существовавшей в Центральной и Северной Европе на рубеже третьего-второго тысячелетий до нашей эры.

Поскольку в данное время продолжала существовать культура Бронзового века, курганы Северо – Карпатского региона можно рассматривать как прародину протославянской культуры.

Выявленную археологическими раскопками связь культур Бронзового и Раннего Железного веков в данном районе подтверждается данными лингвистических исследований. Уже в 1837 году словацкий ученый Шафарик установил, что прародина славян находится к северу от Карпатских гор и включает в себя районы Галиции, Волынии и Подолья.

Чешский славист Любор Нидерле, автор «Славянских древностей» (1902) разместил праславян в среднем и верхнем течениях Днепра. Однако, мнение Нидерле о том, что родиной славян является верхнее течение Днепра не подтверждается топонимикой. Названия рек и археологические разыскания показывают связь с балтийской культурой.

Другой выдающийся славист М.Фасмер пришел к похожим результатам на основании исследования названий русских рек. По его мнению прародиной славян является район Галиции, Волыни, Подолья и среднее течение Днепра.

Изучение топонимики рек показывает, что славянские названия прослеживаются в среднем течении Днепра и северных притоках Припяти. Они располагаются в треугольнике, находящемся между рекой Припять, южной частью Среднего Днепра и района восточнее Среднего Днепра.

Область распространения старых славянских названий рек почти точно совпадает с районом распространения культур Бронзового и Раннего железного веков, расположенным к северу и северо-востоку от Карпатских гор и в среднем течении Днепра. Изучение названий этих рек имеет особое значение, потому что они отражают постоянные особенности развития этноса в регионе.

Однако названия Днепра и Днестра не славянского происхождения. Исследователи установили, что они были заимствованы от фракийцев (даков). Все лингвисты сходятся в том, что названия Дон и Донец являются иранскими. Ряд других названий рек северного причерноморья также имеют иранские корни. Подобный факт представляется вполне закономерным, поскольку иранские племена, скифы и сарматы неоднократно появлялись в северопонтийском регионе начиная примерно с 700 года до нашей эры и до IV столетия нашей эры.

Общие индо-европейские названия деревьев, такие как береза, дуб, ясень, ольха, осина, вяз, клен и граб являются праславянскими и сохранились в языках всех славянских народов. Это подтверждает ту точку зрения, что возможно родина славян была расположена в той климатической зоне, где природные условия немногим отличались от их индо-европейской родины.

Вышеупомянутые лиственные деревья характерны для лесостепной и степной зон умеренного пояса. Древняя или общеславянская терминология растений совпадает с археологической реконструкцией окружения доисторической славянской культуры, расположенной на север и северо-восток от Карпатских гор и в среднем поднепровье. Она связана с умеренным поясом, а не с североевропейскими хвойными лесами или вечнозеленой средиземноморской зоной.

Первоначальное незнакомство славян с определенными видами деревьев прослеживается в названиях, которые они заимствовали от своих западных и юго-западных соседей. Название для «букового дерева», славянское слово «бук», вероятно, было заимствовано из германского языка примерно в начале первого столетия нашей эры. В «Записках о галльской войне» Юлия Цезаря встречается слово baca в выражении “ Silva bacens ” (буковые леса).

Лиственница, латинское larix , польское modrzew , возможно, было заимствовано из готского * madra . Название для «тисса», латинское taxus , славянское «тисъ» возможно происходит от корня * tog , означающего на кельтском и германском языках «объемный», «толстый».

На основании того факта, что у ранних славян не было собственных имен для бука, лиственницы, тиса и некоторых других деревьев можно сделать вывод, что протославянская территория находилась вне той зоны, где росли эти деревья. Действительно, районы, где произрастают бук, лиственница, тис расположены западнее и даже юго-западнее той территории, которую мы определили как родину славян.

В поисках места происхождения славян мы находим еще одну подсказку, изучая местоположение индоевропейских народов, которые говорят на языках, почти родственных славянам по грамматической структуре и словарю. Лингвисты уже давно пришли к выводу, что ранние славяне были окружены следующими индо-европейскими группами: Балтами на севере, иранцами (или индоиранцами) на юго-западе, фракийцами (даками и гетами) на юге, илирийцами на юго-западе и германоязычными народами на западе.

Если бы не эти изыскания, нельзя было бы установить, что по отношению к территориям расселения данных народов родина протославян находилась на юге. Чтобы быть более точным, отметим, что неславянская зона включает:

1/ Протобалтийский регион, расположенный между Померанией на Балтийском море до центральной России, включающей северную и восточную Польшу, восточные балтийские земли, Белоруссию и западную центральную Россию,

2\ Южную Россию и восточную Украину к северу от Черного моря была заселенную доисторическим киммерийцами, прото-скифами, скифами и сарматами,

4/ бассейн средней части Дуная и верхней Эльбы и Одера которые принадлежали к протоиллирийцам и другим группам говорившим на индоевропейском языке во время Бронзового и раннего Железного веков,

и 5/ прото-германской территории в северо-западной Европе, включая Данию, Голландию, северную Швецию и северо-западную Германию. Северный карпатский регион не входит ни в одну из этих индо-европейских территорий.

Карпатские горы отделяли славян от Дакии, однако на протяжении Бронзового Века и Раннего Железного Века по-прежнему существовали тесные взаимоотношения между ними. На востоке соседи славян постоянно менялись. Если населявшие северное побережье Черного моря киммерийцы принадлежали к иранской группе индо-европейских языков, как показывают немногие сохранившиеся названия, тогда ранние ирано-говорящие народы на юго-восточных границах славян были тоже киммерийцами.

В конце VIII века киммерийцы были покорены скифами, которые, в свою очередь, спустя пятьсот лет, были замещены другой иранской группой сарматами. И скифы, и сарматы имели огромное влияние на культуру и язык славян.

Большую часть доисторического периода славянская территория граничила с немецкими племенами. Во время Бронзового века они были отделены от них индо-европейскими народами из Центральной Европы. Контакты восстановились после появления германских племен в бассейне Вислы и в третьем веке нашей эры на Украине.

Самые тесные взаимоотношения сложились между славянскими и балтийскими группами, представленными сегодня литовским и латвийским языками, в античности также древним прусским и несколькими восточно-балтийскими языками ныне исчезнувшими.

В доисторические времена балты занимали значительную часть территории между Померанией на Балтийском море и верхним течением Москвы реки, Оки и Сейма в центральной России. Южные границы пролегали, как показывает изучение названий рек центральной Европы и распределение археологических комплексов, по южной части лесной зоны, включающей бассейн Верхнего Днепра, южнее реки Припять и Киева.

На протяжении большей части Бронзового Века западно- балтийская зона включала восточную часть современной Польши. Во время Бронзового и Раннего железного веков славянский и балтийский ареалы простирались на многие сотни километров и не имели четких границ.

Общее происхождение и относительно взаимосвязанный ритм культурного процесса, завершившиеся образованием общности славянских языков позволили некоторым ученым говорить и о существовании балто-славянской лингвистической общности.

В соответствии с этой гипотезой подобное объединение могло существовать, в то время, когда предки современных славян и балтов уже отделившиеся от остальных индо-европейских групп все еще говорили на общем языке или диалекте. Однако, другие лингвисты не принимают данную точку зрения.

К сожалению, письменные источники отсутствуют, а археологические методики не позволяют проследить процесс расхождения языков. Поэтому проблема единства или параллелизма (существование двух родственных языков до дифференциации) является только вопросом терминологии и хронологии.

На основании археологических данных период сближений должен быть определен как первая половина второго тысячелетия до нашей эры. За долгую историю взаимоотношений между балтийскими и славянскими народами существовали периоды независимого и параллельного развития.

Балтийские земли покрывают огромную территорию лесистой части Европы. И археологические и лингвистические данные показывают различия отдельных частей балтийской области. В то же время прото-славяне селились более компактно, и у них следы культурных и лингвистических расхождений менее заметны, а значит и сами расхождения менее значительны. Славянские языки гораздо ближе друг к другу, чем к балтийским языкам, несмотря на обширные миграции, происходившие в VI - VII веках до нашей эры.

Ранние исторические источники совпадают с лингвистическими и археологическими сведения, согласно которым территория расселения славян устанавливается между бассейнами Вислы и Среднего Днепра. К несчастью, именно в этом районе уровень археологических раскопок отстает от изысканий, проводившихся в большинстве районов Европы.

Археологи XIX и начала XX веков прежде всего интересовались находками эффектных скифских фигурок животных, иногда изготавливавшихся из золота и обнаруживаемых в погребениях к северу от Черного моря или в Центральной Европе, приписывая их протославянам. Невзрачные археологические находки, сохранившиеся от мигрировавших фермеров и скотоводов, которые не строили ни домов, ни храмов из камня или глины и не создали примечательного стиля в искусстве, не привлекли их внимания и не стимулировали национальную гордость.

Скрупулезная научная реконструкция праславянской культуры является несомненной заслугой современных исследователей. Описанная в следующей главе общая картина развития Северо-карпатской культуры на протяжении Бронзового века и Раннего Железного века представляет собой мозаику, основанную на множестве скупых археологических данных. Чтобы добиться максимально возможной полноты, необходимо привлекать даже самые незначительные свидетельства. Археологические материалы позволяют реконструировать материальную культуру древних славян, установить хронологию, выявить фазы ее развития и культурные взаимоотношения.

Глава 2 Северокарпатская культура Бронзового и Раннего Железного веков

Общий ход культурного развития в северокарпатском регионе был практически таким же, как и на всей североевропейской равнине. До 1200 года нашей эры этот район находился под влиянием центральноевропейской культуры, основанной на обработке металлов.

Видимо около 1200 года до н.э. произошла миграция степных народов на запад из района Нижней Волги. После их перехода в нижнее приднепровье и нижнее приднестровье в развитии северного Причерноморья начался новый этап. С этого времени северокарпатская культура стала развиваться под влиянием пришельцев с востока.

Несмотря на перемены в культуре, образ жизни северокарпатских народов практически не изменился. В отличие от центральной Европы у них не было развитой металлургии и торговли. Взаимодействие культур продолжалось на протяжении почти двух столетий, что подтверждается археологическими находками, погребальными обрядами, сельскохозяйственной деятельностью, экономикой, устройством жилищ и архитектурой.

Хронологическая периодизация

Рассматриваемый период можно приблизительно разделить на пять этапов (см таблицу на странице…)

•  Начало второго тысячелетия до 1500 года до нашей эры – Ранний Бронзовый век. Продолжает существовать северокарпатская курганная культура с шнуровой керамикой

•  1500 до 1200 года нашей эры – Средний Бронзовый век.

Данная стадия известна как «комаровская культура», названная по курганным захоронениям в Верхнем Днестре. Увеличивается влияние центральной Европы, но в то же самое время начинает развиваться и местная металлургия.

•  1200 до 750 до нашей эры – Поздний Бронзовый век.

Белогрудовская культура (по поселению на реке Верхний Ингулец), содержащая протославянские элементы. Ее также называют «культурой зольных скоплений», содержащих множество предметов, указывающих на оседлый образ жизни населения. Влияние центральной Европы начинает уменьшаться.

•  С 750 до 500 до нашей эры – Ранний Железный век.

Эта культура, известная как «чернолесская» соответствует ранне скифскому периоду. Скифские поселения VI - VII веков до н.э. обнаруживаются к востоку от среднего поднепровья, а также в бассейнах Сулы, Псела и Воркслы.

•  С 500 до 200 до нашей эры.

Та же самая культура, одновременная по времени бытования со скифской, которая и оказывала на нее влияние, продолжала развиваться до прибытия сарматов из нижнего поволжья.

В таблице (с.29) перечисленные этапы показаны более подробно:

1.  Начало второго тысячелетия до 1500 года – Ранний Бронзовый век.

Единственными источниками сведений о культуре первой половины второго тысячелетия до н.э. являются курганы и единичные находки. Широкие раскопки мест поселений еще не проведены. На основании раскопок поселений, относящихся к Раннему Бронзовому веку, известно, что они были небольшими, занимая не более 3000 - 3500 квадратных метров и располагались на берегах рек. Остатки домов указывают, что в плане они составляли прямоугольник размером примерно 4х5 метров.

В середине ХХ века было раскопано несколько хорошо сохранившихся курганов в бассейне Верхнего Днестра. Представляют интерес курганы Кочановки и Остапье, расположенные около Скалаты в тернопольской области. Они имели высоту в один-два метра и более двадцати метров в диаметре, погребения были окружены кольцом из камней.

Умершие располагались на боку, со сложенными конечностями (в позе эмбриона) внутри каменной гробницы. В каждой могиле обнаружен боевой топор или орудие из кремня или скребок, а также горшок. Иногда присутствуют медные украшения, как правило сережки в форме спирали.

Примерно к середине второго(?) тысячелетия (?) нашей эры появляется другая разновидность погребений. После обнаружения кладбища в окрестностях Черткова близ Тернополя, в долине Верхнего Днестра, она была названа белопотоцкой культурой.

К ней также относятся находки примерно из двадцати курганных погребений, находящихся в Подолии и северной Молдавии. К этой же группе относится крупное укрепленное городище Костица, расположенное на берегу реки Быстрицы в Словакии. Внутри каменных гробниц были обнаружены двуручные горшки с рубчатым орнаментом, каменные боевые топоры, кремневые ножи и другие предметы, типичные для культуры курганного происхождения.

С середины второго тысячелетия до нашей эры белопотоцкая культура в Молдавии сменилась индоевропейским типом курганов, представленным в Монтеору на северо-западе Румынии. В районе Верхнего Днестра эта культурная группа продолжала развиваться до середины Бронзового века.

2. С 1500 по 1200 годы до нашей эры – Средний Бронзовый век

Примерно с 1500 по 1400 годы до нашей эры в бассейне Верхнего Днестра появляется центрально европейская культура курганов бронзового века. Количество находок резко возрастает. Бронзовые инструменты нередко заменяют каменные и костяные изделия, усложняется орнаментация бронзовых украшений и оружия.

Примерно в 1400 году до нашей эры произошло перемещение населения центральной Европы. Жители современной восточной Словакии, Моравии и возможно Баварии продвинулись на юго-восток, через Венгрию в северную Югославию и западную Румынию.

За пределами основных путей их миграции остались лесные и лесостепные регионы, расположенные к северу от Карпатских гор. Данный вывод подтверждают единичные находки бронзовых ограждений центральноевропейского «курганного типа», обнаруженные в северном прикарпатье.

Однако, влияние пришельцев с севера Европы проявляется в развитии металлургии и торговли. Появился ряд бронзовых предметов с орнаментацией, типичной для районов северного прикарпатья и Среднего Днепра. Назовем булавки с плоскими пластинами ромбовидной формы и разные виды длинных булавок с выпуклыми или коническими головками. Ряд спиральных браслетов и шейных колец, заканчивающихся спиралевидными пластинками, видимо изготовлены местными мастерами.

Время от времени в богатых могилах находят золотые спиралевидные серьги, которые изготавливались в Раннем Бронзовом веке наряду с бронзовыми или деревянными рукоятками кинжалов с насечкой.

Следы поселений обнаруживаются в песчаных дюнах, на мысах и побережьях рек. Раскопки поселений позволяет сделать вывод, что большинство домов относилось к подземному типу, то есть было землянками, размером примерно 3 на 5 метров . Но некоторые дома возвышались и над землей.

О сельскохозяйственной деятельности и разведении животных свидетельствуют посевы ячменя и двух типов пшеницы (однозерновка и двузерновка), обнаружение кремневых серпов, каменных жерновов и ручных мельниц, костей коров, лошадей, овец и свиней.

В Комарове, в районе Станислава на Верхнем Днепре, было раскопано одно из самых больших погребений, насчитывающее 56 курганов. Кладбище состоит из низких курганов, обычно высотой в один метр и примерно двадцать метров в диаметров, расположенных на площади порядка 2, 5 километров вдоль горной карпатской гряды. Умершие, как и в других погребениях, обычно располагаются в покрытых деревом или камнями могилах со сложенными или вытянутыми вдоль тела конечностями. Иногда обнаруживаются пустые могилы и могилы со следами кремации.

Погребения в составе кладбища относятся к различным периодам Бронзового и раннего Железного веков, но наиболее богатые относятся к Среднему Бронзовому веку, что совпадает с «курганным» периодом в Центральной Европе. Следовательно, весь северо-карпатский комплекс, который существовал между XV и XII веками мы можем определить как «комаровский».

Комаровская керамика ничем не примечательна, основную массу изделий составляют грубые тюльпановидные горшки, иногда украшенные насечками вдоль горлышка. Встречаются также бочкообразные или шарообразные горшки, чаши, блюда и тонкостенные изделия, изготовленные для погребальных целей. Это вазы с двумя ручками, некоторые из них украшены резьбой, очень похожей на ту, что встречается на вазах, обнаруженных в центральноевропейских курганах. и трансильванских (так называемых оттоманских) вазах, хотя данный Карпатские горы и отделяют данный район от центральной Европы и оттоманцев. Шнуровой орнамент полностью отсутствует.

Погребальные обряды и керамика позволяют типологически расположить комаровский комплекс между его северо-восточными соседями, «тржинецким комплексом», обнаруженным в Чехии, и «комплексом Монтеору», находящимся в Молдавии. Чешский и комаровский комплексы действительно имеют общие черты, но для каждого из них характерен собственный стиль керамики и изделий из металла. Погребальные обряды также немного отличаются друг от друга.

Чешское население обитало на равнинах и в лесистых районах, в то время как население Комарова жило на возвышенном плато. В обоих районах общие черты развития можно наблюдать на протяжении Бронзового и Раннего Железного Веков.

3. 1200 до 750 до нашей эры – поздний бронзовый век.

Относящиеся к данному периоду находки известны на всей территории лесостепного пояса и отличаются удивительно однородным характером, хотя и имеют разные названия.

Белогрудовская культура существовала в Подолье до начала первого тысячелетия до нашей эры. Она названа по поселению, расположенному на реке Верхний Ингулец к западу от Днепра.

Существовавшая в конце Бронзового и в начале Железного Века в бассейне Верхнего Днестра культура была названа «высотской». Имя образовано по погребению обнаруженному около города Броды на Волыни, где нашли 141 ингумационное погребение и могилы со следами кремации.

Огромное число поселений раскопано в бассейнах рек Ингулец, и Умань, расположенных к западу от Среднего Днепра (в Подолье). Здесь обнаружены зольники - низкие курганы, высотой от одного до двух метров и диаметром от 20 до 30 метров , состоящие из пепла, костей животных, глиняных черепков и остатков утвари. Обычно курганы образуют прямую линию или располагаются по окружности или полукругу, соответствующему речной террасе. По этим курганам из пепла Поздняя Бронзовая и Ранняя Железного века культуры получили название «культура пепельных скоплений» или «зольников».

Жители данного района занимались земледелием и скотоводством. В находках выявлены кости коров, овец, коз, свиней и собак. Вероятно для погребальных пиршеств и для подношений мертвым использовались конина и свинина, поскольку в горшках с кладбища в Высоцком обнаружены следы сала и кости лошадей и свиней. Кроме горшков с мясом в курганах находились также буханки хлеба, некоторые из которых были обожжены. Хлеб не был посолен, сорт зерна не удалось установить. В одной из могил погребения в Золочеве нашли горшок, наполненный размолотым зерном. По-прежнему изготавливались кремневые серпы, хотя среди находок есть и бронзовые серпы центрально-европейского типа.

Находки бронзовых изделий свидетельствуют о регулярных контактах с западом и в то же время отражают главные типы изделий местных северо-карпатских мастеров, металлические резцы, ножи, серпы, браслеты, шейные кольца и фибулы. Иногда в могилах находят лезвия в форме полумесяца и круглые рукоятки. В Подолии был найден шлем, возможно, происходящий из Виллановы. Однако, большинство металлических предметов местного происхождения.

Почти в каждом погребении из Высотского и других мест встречаются различные бронзовые украшения: прямые булавки с закругленными головками, серьги, браслеты с заходящими друг на друга концами, перстни и височные кольца с спиралевидными концами.

Интересно, что в погребениях нет оружия, что является общей особенностью всех культур, предшествующих Железному веку, когда оружие практически не было известно. Отмеченный факт указывает и на резкое различие между военизированным укладом индо-европейских племен северной Европы, протоскифскими воинами-всадниками из причерноморских степей и мирными скотоводами и землепашцами Волыни и Подолья.

Форма керамических изделий стала немного более изысканной, чем в период Среднего Бронзового века. Кухонная утварь состояла из огромных тюльпановидных горшков, украшенных у горлышек оттисками пальцев или покрытыми узором из двух параллельных отрезков. Последний орнамент встречается в протоскифской «культуре деревянных погребений», распространенной на нижней Волге и в южной части России.

Встречаются также огромные блюда и кувшины с закругленными краями. Лучшие изделия – высокие чаши с ручками и низкие двухконусные сосуды были окрашены в серый, черный и желтый цвета. Орнамент состоит из насечек или белых выдавленных треугольников, выразительность которых усиливается зубчатыми линиями.

Раскопанные на берегах рек Верхний Ингулец и Часмина в Кировоградской области поселения на укрепленных холмах относятся к «белогрудовской стадии» позднего Бронзового века, но большая часть находок относится к более позднему периоду.

Примерно в 1200-1100 годах протоскифская культура русской степи стала доминировать по всему северному Причерноморью. Постоянные набеги кочевников на запад закончились занятием районов Нижнего Днепра и степного района Днестра.

В конце VIII века до нашей эры всадники с востока продолжили экспансию на запад, их следы обнаруживаются по всей восточной части Центральной Европы. В конце бронзового века восточное влияние в центральной Европе постепенно вытесняется употреблением железных инструментов и оружия.

4. С 750 до нашей эры до 500 нашей эры – Ранний Железный век

Совершенно очевидно, что переход от Бронзового Века к Железному происходил постепенно. Культура Волыно-подольской возвышенности в период, хронологически соответствующий Гальшатту С в Центральной Европе и «фрако-киммерийскому» (раннескифскому) периоду в восточной части Центральной Европы в русской научной литературе известен как «чернолесская культура». Ее название происходит от укрепленного городища, раскопанного в Кировоградской области Украины на берегу реки Чернолес, притока Ингульца,.

Эта культура является продолжением «культуры зольников», потому что неукрепленные поселения с расположенными поблизости кучами золы и отбросов продолжают существовать с позднего Бронзового века.

Исследование деревень показывает, что они занимали площадь примерно в 10 гектаров . Деревня Мачуха, находившаяся в районе Полтавы, состояла из 22 жилищ, расположенных по окружности диаметров 250 на 300 метров , что типично для круговых поселений. Однако, в других местах «зольники» вытянуты в линию почти на полкилометра вдоль побережья рек. Кладбища или поля урн располагались поблизости от поселений. Расположение погребений вдоль речных берегов традиционно для всех культур курганного типа на протяжении всего тысячелетия. Происходившие изменения касались лишь погребальной обрядности: ингумация постепенно сменилась кремацией, во многих местах исчезли курганы над могилами. В некоторых погребениях соседствуют захоронения в земле и кремационные могилы.

Поселения на небольших укрепленных городищах обычно располагались в местах с хорошей естественной защитой: на высоких берегах и в излучинах рек, в местах слияния двух рек, их распространение на восток отражает проникновение чернолесской культуры и вытеснение прото-скифского влияния.

Наибольшее количество круглых городищ обнаружилось в долине реки Тясмин. Большая часть из них представляет собой круглые крепости диаметром от 40 до 100 метров . По верху земляного оборонительного вала располагался деревянный частокол. С напольной (противоположной реке) стороны укрепление окружал ров, нередко заполненный водой.

Классическим образцом считается укрепление на холме Тясмин. Оно состоит из глинобитного вала высотой в один и шириной 12 метров . При раскопках у подножия вала обнаружены обгорелые остатки деревянных укреплений.

На основании этих останков становится очевидным, что укрепление состояло из коробчатых срубов, между которыми располагался деревянный частокол. Снаружи был ров шириной 9 и глубиной 3.75 метров . С южной напольной стороны, противоположной реке, подходы были укреплены еще одним крепостным валом и рвом.

Первоначально чернолесские городища представляли собой небольшие круглые укрепления размером примерно 100х70 м, внутри которых располагались жилые землянки. Постепенно городище увеличивалось и оно становилось племенным центром. В городище Субботов около Чигирина было обнаружено семь землянок. Поскольку поблизости располагались деревни, укрепления могли использоваться как резиденция вождей в мирное время, становясь убежищем для мирного населения во время вражеских набегов.

Места поселений и укрепления предоставляют многочисленные доказательства сельскохозяйственной деятельности их обитателей: там обнаружены ручные мельницы, жернова, мотыги из бронзы, железа и оленьего рога, кремневые и железные серпы. Возможно использовались и железные лемехи, хотя ни одного так и не было найдено.

Они возделывали пшеницу, ячмень и просо. Множество костей, обнаруженных внутри укреплений и в других местах, свидетельствует о разведении домашних животных, в основном свиней, коров, овец и коз.

На использование лошади в качестве верхового животного указывает значительное количество бронзовых уздечек и удил, изготовленных из костей или оленьего рога. О ритуальной функции лошадей можно судить по глиняным фигуркам и костям, находимым в могилах и на жертвенниках. Вместе с ними обнаружены скелеты собак, позволяющие предположить, что это животное также приносили в жертву.

Охота и рыболовство занимали подчиненное место в экономической системе чернолесья. Только около 8% всех найденных в поселениях костей принадлежало диким животным. Большей частью это обитатели лесов - лоси, олени, бизоны, кабан, медведь, волк, лисица, заяц, бобер, куница и выдра. Для охоты использовались бронзовые наконечники гарпунов и рыболовные крючки.

Металлургическое производство развивалось медленно. Обнаруженные в чернолесских поселениях бронзовые изделия сочетают местные черты и особенности, заимствованные от ранних скифов. В некоторых укреплениях обнаружены мастерские с сотнями глиняных форм для отливки орудий, масок, браслетов и других изделий. Украшения обычно изготавливались из меди. Олово экспортировалось, и оловянные слитки помещались в могилы.

Представленный на этой странице орнамент на браслете был достаточно распространен в VII веке до нашей эры. Браслеты, заколки со спиральными головками, серьги и височные кольца были основными украшениями чернолесских женщин.

Кроме металлических предметов, явно относящихся к местной традиции, в районах Среднего Днепра и Верхнего Днестра встречаются части уздечек и бронзовые сосуды кобанского (кавказского) и ассирийского типа. Они датируются примерно концом VIII века. Возможно, их принесли сюда скифы, после того, как они завоевали киммерийцев, живших на побережье Черного моря, а затем установили свое господство над всеми причерноморскими степями, продвинувшись затем на запад, в Центральную Европу.

Скифские элементы очевидно вошли в культуру лесостепной зоны, их влияние выявлено на востоке среднего поднепровья в бассейнах Сулы, Псела, Сейма и Северского Донца, в том же самом районе, где зафиксированы названия рек иранского происхождения.

Контакты между Балтийскими и иранским языками, четко подтверждены лингвистическими исследованиями. Они также относятся к периоду, когда скифы заняли западную часть чернолесской территории, вступив в непосредственный контакт с юхновской культурой, относящейся к восточно-балтийской группе.

Меньше всего изменилась керамика: тюльпановидные или двуконусные горшки с вогнутым горлышком и ручками, блюда и чашки с ручками почти не отличаются от тех, которые встречались в Бронзовом веке.

Кухонная утварь не отличалась особым изяществом, она была полированной или покрывалась кварцевой крошкой. Вместе с тем встречаются и тщательно отделанные вазы грушевидной формы с высокими горлом и узким основанием, хорошо обожженные и украшенные бороздками, инкрустацией, насечками или сосцевидными выпуклостями. Они напоминают изделия фракийской Бессарабии.

Обожженные горшки были черного, желтого или красного цвета. По сравнению с керамикой предшествующего периода чернолесская посуда отличается большим разнообразием форм и способов отделки.. В ряде мест обнаружили фрагменты греческих ваз родосско-микенского типа, датируемые периодом c VII до VI веков нашей эры, они помогли установить дату основания поселения

На протяжении VII , VI и последующих столетий до нашей эры отмечаются резкие различия между культурой лесостепных и степных районов. Геродот упоминает о примечательной культуре людей, живших к северу от Скифии.

В шестой книге «Истории» он описывает поход, который предпринял персидский царь Дарий против Скифов в 515 году до н.э. В его дни «Скифия» была огромной этнически неоднородной страной,. В приведенном Геродотом списке подчиненных Скифии народов, те, что я определяю как славян, названы «скифскими земледельцами или землепашцами». Геродот указывает, что они селились вдоль реки Днепр:

«Ближе всего от торговой гавани борисфенитов обитают каллипиды – эллинские скифы, за ними идет другое племя под названием ализоны. Севернее ализонов живут скифы-земледельцы. Они сеют зерно не не только для пропитания, но и для продажи. Выше них обитают невры». (Геродот, кн.4,17)

«За Борисфеном (Днепром), со стороны [Черного} моря простирается Гилея, а на север от нее обитают скифы-земледельцы. Эти земледельцы населяют обширную территорию, чтобы пересечь ее, нужно ехать три дня. Остальные земли представляют собой пустыню, но за пустыней обитают андрофаги, особое, но не скифское племя» (Геродот, кн.4,18).

Из данного описания следует, что территория, на которой обитали «скифы-земледельцы» занимала часть бассейна Днепра и возможно бассейн Верхнего Днестра. Их северный сосед, которого Геродот называет неврами, возможно являлись восточными балтами. Об их распространении в верхнем поднепровье, бассейне Припяти и южной части бассейна Десны (на территории современной Белоруссии и центральной России), свидетельствуют названия рек и гребенчатая керамика, найденная в Милограде и Юхнове.

Как установил Томашек в начале ХХ века, андрофагами Геродот скорее всего называет мордовские племена, относящиеся к группе восточных финно-угров. Антропологические исследования также подтверждают, что те, кого Геродот называет «скифами-земледельцами» были протославянами. Физические измерения жителей лесостепной зоны показывают, что они отличаются от кочевых скифов и четко соотносятся с средневековыми восточными славянами.

5. С 500 г . до 200 г. до нашей эры

Начиная со второй половины V века и на протяжении IV и III веков прослеживаются тесные связи культуры лесостепной зоны со скифской степной культурой и с культурой греческих городов северного Причерноморья. Но уже в этот период, несмотря на общую основу, проявляются отличия лесостепной культуры в типах поселений, экономических и общественных отношениях, религиозных верованиях.

В тех районах лесостепной зоны. где в предшествующий период сложилась культура Чернолесья, обнаружены сотни укрепленных и неукрепленных поселений, городищ и мест захоронения (курганов и плоских могил).

Большое количество поселений было обнаружено во время систематических раскопок по берегам рек Тясмины, Роси, Ингульца, Верхего течения Южного Буга, Сулы, Псела, Ворсклы, Сейма и Северского Донца. Некоторые стратегически выгодно расположенные укрепления располагались на местах более ранних. Поверх слоев соответствующих поселениям VII и VI веков расположены следы, относящиеся к периоду с V по III века до нашей эры. Одним из таких многослойных укреплений является Бельское городище, расположенное в районе Полтавы, раскопанное В.А. Городцовым в 1906 году. Это огромное укрепление на протяжении нескольких веков являлось племенным центром. Как стратиграфия, так и эволюция типов изделий указывают на непрерывное развитие культуры на протяжении многих веков.

По уровню развития сельского хозяйства жители лесостепной зоны превосходили и скифов, и процветающие греческие колонии, расположенные по северному побережью Черного моря. Археологические раскопки показывают, что скифы и протославяне не смешивались. Скифы вели полукочевую жизнь в понтийских степях время от времени появляясь на территориях северной Европы. Свойственный их искусству «звериный стиль» соответствовал подвижному характеру их жизни.

В то же время праславяне, расселившиеся на востоке, занимались земледелием и животноводством. Возможно, скифы интересовались своими северными соседями только как источником разнообразных сельскохозяйственных продуктов, поскольку целью их миграций был район нижнего Дуная, фракийскую территорию (современные Румынию и Болгарию).

Культура земледельцев отличалась известным консерватизмом. За исключением немногих скифских зеркал, стеклянных бусинок, так называемых скифских пуговичных серег и небольшого количества фрагментов греческих ваз, изготовленных на гончарном круге, влияние иностранной культуры практически не ощущается.

Керамика стала более грубой: исчезла глазурь и упростилась отделка, в частности инкрустация и аппликация по краю горла и вокруг ручек. Доминируют сосуды цилиндрической и шарообразной формы, а также чаши, украшенные отпечатками или процарапанными насечами и углублениями. Иногда среди декоративных элементов встречаются символические знаки, например выгравированные изображения змеи.

Несмотря на то, что во многих раскопанных поселениях обнаруживаются греческие вазы, датируемые VI (из Ольвии) или IV - III веками до нашей эры (с Босфора), они не повлияли ни на форму, ни отделку местной керамики.

На высоких и плоских речных террасах обнаружены неукрепленные поселения открытого типа. На рост населения указывает увеличение размеров деревень и количества жилищ. Часто поселения насчитывают не менее шестидесяти «зольников», размещенных на площади примерно в 90000 квадратных метров. Образцы подобных поселений раскопаны в Пересечном и Островерховке в Харьковской области.

Остатки жилищ, обнаруженные в деревне Островерховка показывает, что все поселение состояло из пяти групп, причем в каждой было более десятка строений. Возможно, подобная структура отражает уклад жизни больших патриархальных семей.

Большая часть жилищ представляла собой землянки или полуподземные строения, углубленные на 30- 70 сантиметров ниже уровня земли, с одним очагом внутри и другим расположенным снаружи. Раскопаны и остатки наземных жилищ с глинобитным полом.

По сравнению с предшествующим периодом увеличивается число укрепленных поселений. Обычно для них выбираются высокие прибрежные холмы, обеспечивающие хороший обзор местности. Появляются укрепления, расположенные на опушке леса или в самом лесу. Их размер колебался от одного до пяти гектаров.

Вместе с тем появляются и огромные укрепленные комплексы, такие как Бельск на берегу Ворсклы ( 4400 гектаров ), Матренино в долине реки Тясмин ( 200 гектаров ) или Базовка в долине реки Сулы ( 119 гектаров ).

Очевидно, что в этих огромных укреплениях сосредотачивалась власть: меньшие укрепления возможно принадлежали младшим вождям. Вокруг огромных фортификационных комплексов обнаружены целые комплексы архитектурных сооружений, относящиеся по времени к тому же периоду.

В бассейне Верхнего Дона, на берегу реки Одринке было раскопано гигантское укрепление Городище. Его территория составляла примерно полкилометра в поперечнике, с напольной стороны (противоположной реке), оно защищено тремя рядами крепостных валов. На расстоянии от трех до четырех километров от него находилось городище меньшего размера, занимавшее всего 4- 5 гектаров . Поблизости от этих двух укреплений были расположены три открытых поселения.

Аналогичный комплекс раскопан близ поселка Караван в районе Харькова. Вокруг укрепленного городища там располагаются три деревни и огромное курганное кладбище, все сооружения относятся к концу пятого и четвертому векам нашей эры.

Фортификационные сооружения состояли из внушительных крепостных валов, достигавших десятиметровой высоты и иногда простиравшихся на несколько километров. Параллельно валу шел ров, глубина которого могла достигать четырех метров. Каждое укрепление точно приспосабливалось к особенностям местности, поэтому форма и структура оборонительной системы также менялась. Не существует даже двух похожих друг на друга укреплений. Внутри укреплений располагались небольшие прямоугольные дома. Они возвышались над землей или были слегка углублены. Во многих укреплениях были обнаружены остатки глиняных мазанок с плетеными стенами и крышами из прутьев.

Анализ огромного количества костей животных, обнаруженных в обоих поселениях и в крепостях, показывает, что на 90% они принадлежат домашним животным. Преобладают коровы и свиньи, кости лошадей, овец, коз и собак встречаются реже. Отпечатки пшеницы, ячменя и проса и явные следы муки позволяют сделать вывод о развитии сельского хозяйства. Геродот пишет о том, что «скифы-земледельцы» сеяли зерно не только для еды, но и на продажу, то есть говорит о достаточном количестве сельскохозяйственных продуктов. Хотя основную часть зерна выращивали для домашнего употребления, собранного хватало для продажи и уплаты племенной дани.

Уникальное открытие было сделано в районе Харькова в городище Караван. В центре укрепления археологи обнаружили глиняное возвышение с тремя овальными углублениями. Вначале ученые решили, что это остатки очага. Затем внутри и вокруг него нашли глиняные черепки, весы, куски веретен, железные ножи, серебряную подвеску и бронзовую головку от стрелы. Одновременно были найдены миниатюрные горшки, небольшие тигли и маленькие хлебные буханки, причем все они были изготовлены из специальным образом приготовленной глины.

Использованная для горшков глина оказалась прекрасного качества и очень чистой, без примесей песка. В толще глиняных буханок обнаружили зерна злаков, мякину и листья. В некоторых буханках внутри глины обнаружены остатки соломы.

Наибольший интерес представляли собой глиняные копии зерен различных растений. Они были выполнены так тщательно, что ботаники смогли установить виды растений – пшеницу, рожь, ячмень, горох, просо. Стало очевидно, что раскопанное сооружение - жертвенник.

Похожие жертвенники обнаружили в укреплении Пастерское в районе Кировограда, где миниатюрные хлебцы были изготовлены из настоящих зерен проса, а рядом с ними обнаружили остатки настоящей муки. В других укреплениях нашли алтари из обожженной глины с остатками сгоревших зерен и желудей.

Не менее важны и находки сельскохозяйственных орудий, исследование которых дало интересные результаты. В торфяном болоте близ деревни Токари в Сумской области в 1921 году нашли деревянный плуг. Поскольку поселения близ торфяных болот преобладали в западной Европе с раннего Железного века, археолог Шрамко предположил, что оно скифское.

Плуг изготовлен из единого куска дерева. Один конец его сломан, возможно, поэтому его и выбросили в болото. Прямоугольное отверстие в верхней части, возможно было сделано для размещения железного лемеха (правда, он отсутствует).

Похожие плуги встречаются в Северной Европе: на находку в Сумах очень похож деревянный плуг из Даберготца (Германия), в котором сохранился деревянный нож. В захоронениях лесостепной зоны неоднократно обнаруживали железные «ножи», некоторые из них имели крючки или отверстия в рукоятках. Шрамко считает что это ножи от плугов.

После вспашки примитивным плугом было необходимо разрыхлить землю. Для этого применялись мотыги, изготовленные из железа, рога или кости, прикреплявшиеся к деревянным рукояткам. Подобные орудия использовалась и в Греции, о чем свидетельствуют сельскохозяйственные сцены на чернофигурных вазах.

Лесостепной пояс обеспечивал хорошие условия для сельского хозяйства. Во многих районах до наших дней сохранились огромные участки леса, которые защищали землю от засухи, оказывалось и достаточно безлесных участков для вспашки. Благоприятными были и климатические условия.

Земледельцы занимались и различными ремеслами. Встречающиеся в поселениях сотни веретен указывают на ткачество и прядение. Отпечатки нитей на дне керамических изделий также указывают на развитие ткачества.

Обнаруживаемые во время раскопок в деревнях и укреплениях глиняные формы, шлак, тигли, форсунки свидетельствуют о постоянном совершенствовании приемов обработки металлов. Увеличивается и количество железных предметов: топоров, серпов, иголок и удил для уздечек. Появляются разные виды украшений: бронзовые или железные булавки с плоскими, круглыми или загнутыми в форме пастушьего посоха головками, браслеты, ожерелья, серьги. Обычно их находят в захоронениях.

Порядок погребения людей и животных в курганах не менялся. После кремации или ингумации могильные ямы накрывались бревнами или, в некоторых случаях, кровлей, встречаются могилы представляющие собой отдельные погребальные комнаты. Обычно украшения обнаруживаются в захоронениях женщин, а также воинов, с которыми клали уздечки и оружие. Мужские погребения значительно беднее. В большинстве случаев захоронения одиночные, но встречаются и двойные погребения (мужчины и женщины, двух мужчин) или тройные (мужчины и двух женщин).

В качестве выводов попробуем проследить общие особенности культуры данного периода, чтобы составить общее представление о протославянской культуре.

Образцы поселений

К несчастью систематических раскопок поселений первой половины Бронзового Века еще не проводилось, поэтому все попытки составить цельно представление о культуре этого времени могут носить только предварительный характер.

Относительно поселений более позднего времени точно известно, что они размещались на речных террасах, что дома в основном относились к землянкам и что деревни строились по кольцевому принципу или вытягивались вдоль побережья реки.

Размещавшиеся в стратегически выгодном положении городища имели деревянные стены, земляные валы и оборонительные рвы.

Иногда внутри укреплений обнаруживаются жилища, но чаще жилые поселения располагались поблизости от укреплений. Это позволяет предположить, что укрепления использовались в основном как укрытия в случае военной угрозы и как резиденции племенных вождей.

Остатки жилых поселений указывают, что они располагались группами, отражая структуру патриархальной семьи. Тот факт, что протославяне в основном занимались сельским хозяйством объясняет консервативный характер их культуры и сравнительно медленное развитие ремесел и технологий.

В конце Бронзового века и вначале Раннего Железного века отмечается рост поселения. Праславяне двинулись на восток и расселились по берегам Сулы, верхнего течения Сейма, Псела и бассейне Ворсклы незадолго до вторжения скифов примерно в 700 году до нашей эры.

В течение ряда столетий праславяне находились под влиянием скифов и, возможно, даже под их владычеством, откуда и происходит их наименование «скифами - земледельцами», о которых пишет Геродот.
Металлургия

Во время раннего Бронзового века металлургия в основном развивалась под влиянием расширявшейся торговли с районами Центральной Европы. Начиная с середины второго тысячелетия до н.э. орнаментированные металлические предметы постепенно вытесняют изделия камня и кости.

Интересно отметить, что в течение всего периода освоения металлургии протославяне почти не изготавливали оружие. Этот факт отличает их от индо-европейских соседей, живших в центральной Европе и южной России. Развитие технологии обработки железа началось только после возникновения угрозы со стороны скифов.

Керамика

Изменения в характере изделий из металла дают общую картину развития культуры в данный период, а эволюция керамических изделий подтверждает непрерывность культурного процесса на протяжении раннего бронзового века.

Шнуровой орнамент постепенно исчезает и заменяется насечками или пересекающимися узорами на горлышках тюльпановидных и бочкообразных горшков и тонкостенной посуды.

Все названные виды изделий продолжают существовать в Бронзовом и Раннем железном веках, изменяется лишь их отделка. Великолепно отшлифованные и глазированные изделия, которые быи так разнообразны на протяжении Бронзового века уступают место более грубой посуде скифского периода, украшенной процарапанным или тисненым орнаментом. Праславяне, как и большинство народов индоевропейской группы не очень увлекались искусством керамики.

Погребальная обрядность

Погребальная обрядность также свидетельствует о продолжающемся культурном взаимодействии. Она отражает сложившуюся систему религиозных верований, в которой не заметно влияние окружающих культур. На протяжении Бронзового века практиковались захоронения трупоположением в невысокие курганы, ограниченные каменными ограждениями. Во время захоронений сложенное или вытянутое тело укладывали в каменную или деревянную конструкцию, располагали внутри деревянного сруба или в могиле, покрытой деревянной крышей.
В это время места погребений находились неподалеку от поселений. Обычно курганы располагались вдоль речных берегов. В Позднем Бронзовом веке появляются захоронения трупосожжением (кремацией) и безкурганные погребения. Переход от одного ритуала к другому не был резким, и в местах массовых захоронений обнаруживаются разные виды захоронений, расположенные рядом друг с другом. Насыпные курганы с ингумационными захоронениями (трупоположением) продолжали существовать в восточной части протославянского региона.

Геродот. История. М.,1993. – С.191-192.

           

Глава 3

Названия славянских племен в исторической литературе первых веков нашей эры

До первых веков нашей эры в исторической литературе названия славянских племен не упоминаются. Названия, отождествляемые со славянами, появляются после того, как заселенные ими территории были захвачены сарматами и германскими племенами. Ни в одном описании нет точного указания на местоположение территории, заселенной славянскими племенами.

Славяне

Первым название «словены» употребил Птолемей (100-178 годы нашей эры), причем написал его как « soubenoi ». Поясняя переогласовку, К.Мощинский пишет, что труднопроизносимый для грека твердый звук Л стал звучать как краткое u , в то время как сочетание ou заменяло звук У и b произносилось как v .

Птолемей практически ничего не пишет о славянах, но само их упоминание примечательно. Согласно его точке зрения, вся северная часть Скифии до неисследованных земель на севере и Имаоса (Уральских гор) была населена скифами (сарматами), аланами, словенами и аварами. Он довольно точен, поскольку Скифией в античные времена называли всю территорию, расположенную к северу от Черного моря.

После Птолемея название «славяне» почти на четыреста лет исчезает из исторических сочинений. Только в VI веке византийский историк Прокопий Кесарийский (умер в 56), упоминает о «скловенах» в труде «Война с готами» (536-37). Прокопий пишет, что их племена захватили район Нижнего Дуная. Таким образом получается, что «скловены» были самыми ранними южными славянами, зафиксированными историками.

Современник Прокопия, римский историк Иордан, также пишет о скловенах в своем труде «О происхождении и деяниях гетов» (551 год до нашей эры), указав, что они заселяют территорию между карпатскими горами и Вислой и распространяет ее границы на восток до Днепра. Историки установили, что Иордан позаимствовал эти сведения из сочинений Кассиодора, автора конца V - начала VI века н.э. В общих чертах указанная им территория соответствует Подольско-Днепровскому региону Черняховской культуры. Из сочинений двух названных историков мы знаем о миграции славян, их происхождении и особенностях.

Сообщения историков II - VI веков, в которых упоминаются люди, носившие имя «скловины» («славяне») служат достаточными свидетельствами для признания древности названия, ставшего позже обозначением всех славянских племен. Множество племен, расселившихся на запад, юг и северо-восток, разнесли это название далеко от своей прародины: словенцы в северо-западной Югославии, словаки в Словакии, словинцы в Померании, славяне на псковской и новгородской Руси.

Многие лингвисты и историки пытались объяснить происхождение корня «слав». Основываясь на «склавинах» и «склавенах» упоминаемых Иорданом и Прокопием, некоторые связывали его с латинским словом sclavus , означающим «раб». Это, возможно, и объясняет, почему «ск» было заменено на «сл» в этих источниках, но, конечно, не объясняет происхождение слова «словене».

Другие ученые указывают, что славянское «слава» означает «известный», «знаменитый». Другие видят источник в корне «слов», имеющем значение «речь», поскольку славяне использовали для межплеменного общения единый, понятный для всех язык. Таким образом, этноним возник как противопоставление названию «немцы» (от слова «немой»), используемому для обозначения их северных соседей, германских племен, которые говорили на непонятном для славян языке. Некоторые исследователи предлагали гипотезу, что корень «слов*» означает «болото».

Нельзя не учитывать существующие славянские топонимы, прежде всего названия рек, в которых отразились древние религиозные верования и общественные отношения. Наиболее серьезное обоснование этимологии слова «славяне» принадлежит К.Мощинскому, крупнейшему исследователю древней славянской культуры.

Согласно его точке зрения, «словени» являются единственно возможным наименованием всей протославянской общности до ее рассеивания. Он связывает происхождение названия с греческим словом « flax » (лен): польское « slowien , slawian », словацкое « slovien », украинское «словин». Мощинский предложил, что древние греки высоко ценили лен за его качества, поэтому совершенно естественно, что они давали рекам названия по тем местам, где произрастал лен.

Он соотносит название и с тем, что соответствующий индоевропейский корень * k ' leu , * k ' lou -, означает «быть чистым, непорочным». Встречается река Славутица, один из притоков Нижней Припяти и в украинских песнях рассказывается о Славуте, Славутиче, как о чистых, священных реках. Похожие названия распространены в районе Днепра, в Подолье и на Украине. Обитавшие в бассейнах данных рек племена могли принять их названия, а затем перенести его на новые реки и , в равной степени, на те районе, куда они мигрировали.

Сербы и хорваты

Возможно, Птолемею была известна и другая разновидность славян, чье название, без сомнения, связывается с современными сербами. Описывая Сарматию (в пятой книге своей «Географии») Птолемей упоминает тринадцать племен, среди них сербов, описывая их следующим образом: «между Керинейскими горами [определяемыми как северо-восточные предгорья Кавказа] и рекой Ра [Волгой] живут оринеи, ваои и Сербы.

Мощинский считает, что название «сербы» образовано от индоевропейского корня * ser -, * serv -, означающего «стражник» «защитник», выводя его из латинского servus , полагая, что в устной речи произошло озвончение и V сменилось на b . По его мнению, первоначально слово сербы, возможно, означало «пастухи», «охранители животных».

Возможно, общаясь со славянскими народами, сарматы использовали похожее слово, в качестве обращения к славянам. В ираноязычной среде сарматов славянское « serv » могло превратиться в « ks а rv ». Если добавить к нему суффикс / at , то получится слово, очень близкое к Hrvat , так называют современных хорват.

Сходные названия можно найти в северо-восточном причерноморье и низовьях Дона. Написания Xoroathos ( Xorouathos ) встречаются в двух грекоязычных надписях из Танаиса, относящимся к II - III векам н.э., расшифрованным Погодиным в 1901 году.

 

Анты

Плиний Старший в своей «Естественной истории» ( VI век) упоминает антов среди народностей, живших между Азовским и Каспийским морями. В то время эта территория находилась под властью сарматов.

Во втором веке Птолемей и греческие надписи, относящиеся к III веку н.э. (обнаруженные в Ольвии, на Керченском полуострове) указывают, что анты обитают в Крыму и в устье Дона. Историки лишь упоминают этот этноним, но не указывают национальную принадлежность национальности антов.

Иордан называет антов и славян как два основных племени многочисленного народа «венедов» и подчеркивают, что обе группы говорили на одном и том же языке. Он пишет, что анты заселяли территорию «от Данастра до Данапра, там, где Понтийское море образует излучину», то есть к востоку от славян, между реками Днестр и Днепр.

Знакомый с славянскими подразделениями в византийской армии Прокопий пишет: «Славяне и анты по внешности немногим отличаются друг от друга: все они высокие и очень сильные, их кожа и волосы ни светлые, ни темные, все они имеют красноватый цвет лица. Они ведут тяжелую жизнь, как и Массагеты принадлежат к диким народам и так же грязны, как они. Он также говорит об общем языке, и о том, что «некогда даже название у славян и антов было одно и то же».

Многие ученые определяют антов как славянское племя на основе лингвистических исследований. Некоторые видят сходство этнонима « anti » с историческими названиями других восточнославянских племен: вятичи, восходящему к заимствованному финскому слову venat ( j ) a (город) и сохранившемуся в названии современного города Вятки. Название племени «вятичи» могло означать «принадлежащий к земле вентов» и его можно связать с Ven ( e ) t ( Veneti ).

Арабские и персидские географы и историки, такие как Джейхани, Ибн-Русте и Гардизи знали название в форме Wantit , хотя его написание сильно отличается от произношения. В славянских языках распространен корень vent . Он означает «большой», в «Беофульфе» встречается германское слово enta , обозначающее великана. В старославянском «большой» образует сравнительную степень «велий» и «вещий» (самый большой). На основе этого корня возникли личные славянские имена – Венцитеслав, Венцеслав, Вячеслав. Польское слово « wiecej » означает «больше».

Жившие на территории современной Украины анты были уничтожены аварами. Начиная с VII века этноним «анты» перестает упоминаться историками, но вполне возможно, что этот народ был предком исторических вятичей. Русские историки и археологи, прежде всего Г.Вернадский и Б.Рыбаков, считают «антов» прямыми предками русичей.

 

Венеды (Венеты)

Иордан сообщает, что многочисленный народ венетов, живший на северных склонах карпатских гор и в верховьях Вислы,

был завоеван готским королем Германариком (Эрменрихом). В другом абзаце он пишет, что «венеты» в его время были известны под тремя именами – «венетов, антов и склавинов». В заключение он говорит, что все они были родственниками, «одной крови». Таким образом, этноним венеды/ венеты в сочинении Иордана можно рассматривать как обозначение славян.

Однако, далеко не все упоминания этого народа в ранних исторических сочинениях (Геродотом, Тацитом, Плинием Старшим и Птолемеем) могут быть так же легко соотнесены с славянами.

Согласно «Германии» Тацита, венеды были бродягами, похожими на разбойников, которые осуществляли вылазки ( latrociniis pererrant ) в лесах и горах, расположенных между Печчини (немецким Бастарном) на территории Восточных Карпат и Фенной (современная Россия). Он говорит, что в отличие от сарматов, которые ведут кочевую жизнь и сражаются на лошадях, венеды строят дома и сражаются пешим строем, защищаясь щитами.

Несмотря на фрагментарный характер ранних исторических описаний славянских племен, их ценность неоспорима для периода, от которого сохранилось не так много археологических данных, позволяющих реконструировать славянскую культуру.

 

Глава 4

Протославяне во время сарматских и готско – гепидских вторжений

II век до нашей эры – IV век нашей эры

В результате иностранных вторжений и захватов протославянская цивилизация утратила свои индивидуальные особенности. Период изолированного развития славянской культуры постепенно завершился. Ирано-говорящие сарматы вошли с востока, опрокинув власть скифов и даже проникли в лесостепную зону. С северо-запада (территории современной Польши) в бассейны Припяти, Волыни, в Подолию, Молдавию и Днепровско-донской регион хлынули волны германских племен – бастарнов и скиров, готов и гепидов.

Археологическая картина причерноморских степей и лесостепного пояса значительно изменилась. Теперь Северное причерноморье напоминало причудливую мозаику разнородных элементов. На остатки скифской эпохи и греческих городов, соседствовавшие с романским влиянием из Дакии и Молесии, наслоились черты культуры сарматов и германских племен.

Казалось, что лавина чужеродных элементов погребла под собой протославянскую материальную культуру. Однако, исторические описания и лингвистические свидетельства показывают, что славянские племена продолжали существовать.

Западное нашествие сарматов

В конце скифской эры примерно в 200 году до нашей эры в северном Причерноморье появилось племя степных кочевников-сарматов, До начала массированной миграции на запад во втором веке нашей эры сарматы жили к востоку от Дона. Однако, уже в четвертом веке до нашей эры они начали осваивать его западный берег и с этого времени их поселения встречаются на обоих берегах этой реки. Уже Плиний упоминает множество сарматских племен, заселивших западный берег Дона.

На карте Агриппы, составленной в первом столетии нашей эры, показано, что территорию к востоку от Днепра заселяют не скифы, а сарматы. Данные археологических раскопок показывают, что они могли достичь излучины Днепра примерно в 200 году до нашей эры. Их первые поселения сосредоточились в районе порогов Днепра, к северу от Азовского моря и в бассейне верхнего Дона, там, где сохранилось более 50 курганов заволжского типа.

Основная масса археологических свидетельств о продвижении сарматов относится к I столетию нашего века. На северо-западе сарматские племена расселились к западу от Днепра, к югу от Киева, вдоль рек Рось, Розава, Тясмин, Турья и Весь.

Страбон (63 до нашей эры-23 нашей эры) приводит названия некоторых сарматских племен: язиги, роксоланы, аорсы, сираки и аланы. Видимо, представители всех этих племен и основали большинство сарматских поселений на территории Румынии и восточной части Центральной Европы. Они датируются началом III века нашей эры. К этому времени сарматы достигли Молдавии, земель Нижнего Подунавья, венгерских пастбищ и даже дошли до Польши.

На карте (с.65) показано распространение сарматов по славянской территории, в основном к западу от Среднего Днепра. Их присутствие оказало влияние на славянскую культуру. Лингвисты и мифологи говорят о появлении многочисленных иноязычных слов в славянском языке. Именно в это время славяне заимствовали из иранского словаря такие лексемы, как бог - ( bog *), «рай» - ( raji *) и «святой» – ( svetu *) – «священный».

Приход сарматов внес изменения в археологические культуры северного Причерноморья и лесостепной зоны. Контакты с греческими городами, расположенными на побережье Черного моря и в низовьях Дуная проявляются в неоспоримом греческом влиянии на сарматскую культуру и искусство. В то же время, сарматские элементы можно найти в культуре Боспорского царства, сарматские названия встречаются на боспорских надписях.

По-видимому, часть сарматов осела и стала постоянными жителями греческих городов, постепенно слившись с иноэтнической средой. Со временем сарматы потеряли свои отличительные черты, и все Северное причерноморье приобрело однородную материальную культуру.

 

Зарубинецкий комплекс,

II век до нашей эры – I век нашей эры.

 

Название «зарубинецкий» происходит от села Зарубинцы, расположенного около Переславля Хмельницкого, где в 1899 году археолог В.В.Хвойко открыл древний могильник. Зарубинецкая культура занимала территорию среднего и отчасти верхнего Приднепровья и басейна Припяти и Нижней Десны.

Зарубинецкие поселения легко распознать по кремационным погребениям и по наличию в захоронениях бронзовых фибул с треугольным щитком позднелатенского стиля. Зарубинецкая керамика гораздо разнообразнее местного волынско-подольского типа. Зарубинецкие сосуды имеют тщательную отделку, лощеную поверхность и удобную форму. Зарубинецкий погребальный комплекс относится к колоколовидным курганам померанского типа (закрытых урн), V века нашей эры. Пдобные погребения, возможно имеющие западно-балтийское происхождение, в IV веке нашей эры распространились почти по всей территории Польши и вдоль Западного Буга.

Чаще всего считают, что зарубинецкий комплекс является славянским. Однако В.Я.Кухаренко доказал, что зарубинецкий комплекс не имеет ничего общего с культурой существовавшей в данном регионе на протяжении скифской или в доскифскую эпоху, то есть с культурой «скифов-земледельцев» и чернолесья. Генетически он может быть соотнесен только с померанской группой.

В основном ареал распространения зарубинецкой культуры охватывает восточную Балтию и лишь небольшую часть исконно славянских земель западнее Среднего Днепра. Большая часть зарубинецких поселений относится к периоду с I века до нашей эры до I века нашей эры. Возможно, в приднепровье носители данной культуры ассимилировались с восточнобалтийскими племенами (находки балтийского происхождения отмечаются в поселениях III и IV веков нашей эры).

Готы в северном причерноморье и черняховский комплекс

По сведениям историков основные миграции готских племен происходили после 166 года нашей эры. Их восточная часть, так называемые остроготы, достигли северных берегов черного моря и покорили Ольвию, Тиру и Пантикапей. В середине III века до н.э. они добрались до Дона. Примерно в 214 году готы начали воевать с румынами у границ Дакии и вскоре после того покорили страну. Готское государство просуществовало почти 200 лет, пока не пало под ударами гуннов в 375 году нашей эры.

Археологические раскопки показывают, что в первом веке нашей эры готско-гепидская культура распространилась из бассейна Нижней Вислы на юго-восток через Польшу вверх по долине Западного Буга на Волынь и Подолье. На направление миграции указывает ряд, изолированных захоронений, могильников и предметы так называемого «тришинского» типа, названного от могильника, расположенного в Брестской области, где В.Я.Кухаренко обнаружил находки безусловно германского происхождения.

Гото-гепиды прокладывали себе путь между территориями, занятыми южнобалтийскими племенами и Пршеворской (вандальской?) группой в Польше. На юге они столкнулись с даками и сарматами. Иордан рассказывает, что прежде чем готы достигли Черного моря, они покорили «спалов», возможно сарматское племя, с которым должны были контактировать древние славяне.

Название племени, происходящее от индоевропейского * Spolin , стало славянским словом, означающим «великан». С начала III века сарматские памятники постепенно уступают место смешанному культурному комплексу, названному «черняховской культурой» от могильника, расположенного у села Черняхов Кагарлыкского района Киевской области. В..Хвойко в 1900-1091 годах раскопал там 247 могил и отнес их к периоду между II и V веками нашей эры. 24 погребения богаты находками, а в 69 вообще нет никаких предметов. Только в начале 1964 года В.Петровым был опубликован детальный отчет о раскопках и проведена точная датировка.

Поселения черняховского типа III и IV веков найдены между Нижним Дунаем на юге, лесостепной зоной на севере и рекой Дон на востоке. Их структура отличается единообразием, которое не может быть объяснено исключительно готским влиянием. Трудно представить, чтобы завоеватели, пришедшие с северо-запада, в течение столь короткого времени, практически сразу, уничтожили или поглотили местное население.

Плотность с которой расположены жилища в черняховских поселениях говорит о постоянном увеличении численности населения. На всей территории, куда проникли готы, то есть в восточной Румынии и западной и восточной Украине, бок о бок сними жили славяне, сарматы, эллинизированные скифы, романизированные греки, даки, геты и венеды. Данный вывод подтверждает и «Певтингерова карта» - копия римской дорожной карты IV века (« Tabula Peutingeriana »), на которой показано, что территория между Днестром и Дунаем заселена даками, гетами, венедами и другими племенами. Даки и геты были исконными жителями данного региона, венеды (венедские сарматы), жившие к северу от даков, возможно, были славянами.

Судя по погребениям, обнаруженным в Молдавии, сарматы слились с местным населением и к этому времени сменили кочевой образ жизни на оседлый, начав заниматься сельским хозяйством. После захвата данной территории готы установили на ней единое правление, игнорируя этнические различия между жившими там народами. Данное обстоятельство могло привести и к унификации культуры на занятой ими территории.

Исторические источники позволяют судить о черняховских поселениях и их обитателях. На основе находок, сделанных в последние десятилетия, и выявленного единообразия керамических изделий, изготовленных на гончарном круге и отличающихся сходством отделки, и того факта, что северные границы черняховских находок совпадают с границей между лесной и лесостепной зонами, некоторые археологи заявили, что черняховские поселения являются славянскими (или, если точнее восточнославянскими). Это означает, что археологические находки не подтверждают вторжение готов.

В настоящее время известно более 1000 черняковских поселений и существует огромное количество исследований, посвященных анализу сделанных там находок. Накопленные благодаря систематическим исследованиям сведения позволяют представить основные особенности данного культурного комплекса.

Устройство черняховских поселений, отсутствие массивных фортификационных сооружений и курганных захоронений отличает черняховский период от других культур первого тысячелетия н.э. Неукрепленные поселения располагаются на склонах и прибрежных песчаных террасах вдалеке от качественных сельскохозяйственных земель.

В отличие от Раннего железного века, для которого характерно большое количество укрепленных поселений и фортификационных сооружений с общими особенностями, в этот период не сложился тип единого укрепленного поселения, даже в районе, расположенном к востоку от Днепра, для которого характерны минимальные перемены в устройстве жилищ и организации хозяйства.

Раскопанные на Волыни, в Подолье и в Молдавии поселения состоят из построек, архитектура которых не соответствует славянским традициям средневекового периода. Деревни отличаются своей величиной, некоторые простираются более, чем на несколько километров, они расположены на террасах реки и состоят не менее, чем из семидесяти домов. Жилища, из которых состоят деревни в Волыни и Молдавии включают в себя жилые дома со службами. Каждая усадьба насчитывает от двух-трех до десяти или более построек, каждая из которых имеет конкретное сельскохозяйственное назначение: амбаров, зернохранилищ, конюшен, хлевов и др.

Прямоугольные дома располагались над землей и имели прочные стены из обмазанных глиной прутьев. В них были плотно утрамбованные глинобитные полы, усиленные деревянными настилами. Многие из домов состояли из двух комнат, в одной, жилой половине располагался очаг, во второй половине находились конюшни и клети для животных. Подобная планировка характерна для жилищ германцев. Длина дома могла превышать 12 метров .

В Нижнем Поднепровье и нижнем течении Южного Буга обнаружены укрепленные поселения с каменными многокомнатными сооружениями внутри. Скорее всего, они были оставлены греками, покинувшими этот район после прихода сарматов. Данный тип сооружения не имеет аналогов ни на Волыни и Подолье, ни в среднем поднепровье.

В районе днепровских порогов обнаружены неукрепленные поселения с прямоугольными жилищами типа землянок с стенами из прутьев, поддерживаемых столбами. Иногда подобные дома строились и на земле. Поселения раскопанные в районе Кантемировки в Среднем Поднепровье состоит из надземных домов и полуземлянок сарматского типа с бескурганными могильниками со следами трупосожжений и трупоположениями в глубоких ямах.

Отмечается и развитое производство керамических изделий. Времена индивидуального медленного гончарного производства прошли. Специально обученные гончары изготавливали в огромных печах горшки и, возможно, даже продавали эти сосуды на рынке. В одном из горнов в Будешты (Молдавия) можно было одновременно обжигать сто пятьдесят изделий. Находки, сделанные на Украине, в Молдавии, в районе Нижнего Дуная и в Трансильвании показывают, повсеместное распространение гончарного производства. Возможно, гончарное искусство распространилось в северные районы с юга, из румынской провинций Дакия или из прибрежных городов Северного причерноморья.

В предшествующую черняховской скифскую эпоху изготовленная на гончарном круге керамика попадала в лесостепную зону только как в результате торговых контактов, тогда как теперь в восточную Европу и в северные леса распространилось само гончарное искусство. В большинстве поселений гончарная керамика преобладает над лепной. Горшки как правило серого цвета, изготовлены из глины, смешанной с грубым песком и имели слегка шаровидную форму, отчетливо выраженные выступы, невысокое горло и четкие насечки.

Наибольшим разнообразием форм отличалась столовая посуда. Обычно ее делали из глины лучшего качества без каких-либо примесей. Изделия с гладкой или лощеной поверхностью были красного, оранжевого или желтого цвета, отличаясь огромным разнообразием форм в зависимости от назначения: блюда, миски без ручек, миски с тремя ручками, чашки, стаканы и элегантные кувшины.

Самые простые образцы имеют аналогии с продукцией прибрежных городов и румынскими провинциями. На Волыни, в бассейне Верхнего Днестра и районе Днепровских порогов шаровидные типы иногда перемежаются с глиняными, смешанными с грубым песком. Техника снова указывает на северо-западное влияние, поскольку оно имело особое значение на территории Вислы.

Черняховская керамика представляла собой своеобразную смесь элементов, заимствованных из многих источников. Изготовленная на круге керамика больше не может служить ключом для атрибуции поселений, помогавшим археологам определять границы расселения племен.

Опись предметов, обнаруженных в захоронениях, отличается единообразием в большинстве раскопанных погребений. В богатых женских могилах в основном встречаются не серьги или булавки, а находятся одна или две фибулы, стеклянные кубки, бусы из драгоценных камней бусы или янтаря и костяные гребни.

В богатых могилах обнаружено большое количество горшков. Удивительно хорошо оборудована могила, которая возможно принадлежала готскому вождю IV века нашей эры, обнаруженная в 1935 году около поселка Рудки в Тернопольском районе в верхнем течении Днестра.

 

В яме глубиной более двух метров лежит вытянутый скелет. Около него обнаружили двое серебряных шпор, серебряный нож, несколько бронзовых сосудов римского типа, римскую стеклянную чашу и стеклянное блюдо, глиняное блюдо и вазу, изготовленные на гончарном круге.

В черняховских погребениях обнаружены как кремационные, так и ингумационные захоронения в урны или в ямы, причем их количество примерно одинаково. Все могилы расположены в одном длинном ряду, независимо от того, к какому типу погребения они относятся. В ходе раскопок не удалось выявить никаких социальных или этнических причин, обуславливающих применение того или иного обряда.

Аналогичные кладбища периода римского владычества с погребениями, выполненными по двум ритуалам, выявлены во многих частях Европы. В Черняховских кладбищах кремация характерна для более древних могил. Около 300 г . н.э. были одинаково распространены оба типа погребений. В более поздних черняховских кладбищах, относящихся к IV веку и находящихся в Румынии, преобладают трупоположения, наконец, заменившие кремацию. В постчерняховские времена сосуществование двух погребальных ритуалов не встречается. На ранних славянских кладбищах VI и VII веков нашей эры захоронения состоят из кремационных погребений, в которых останки кремированных располагались в ямах.

К концу IV века нашей эры черняховские поселения и погребения внезапно исчезают. Видимо, быстрые изменения связаны с нашествием гуннов, тюркского кочевого племени, пришедшего из Центральной Азии.

В 375 году они заняли территорию между Доном и Дунаем, вытеснив готов к границам римской империи. Римский историк Аммиан Марцеллин сообщает, что вначале готы, побежденные гуннами, отступили к Днестру и построили укрепленный лагерь около стен Гретунги. Там гунны еще раз разбили их, после чего готы отступили к Дунаю.

Следы разрушений обнаружены в поселениях всего приднепровского региона, степной и части лесостепной зон. Марцеллин пишет, что «люди неизвестной расы, пришедшие издалека с востока, двигались как лавина и крушили все, что встречали на своем пути».

Торговые отношения с югом были прерваны и центры производства разрушены. Возможно, некоторые племена были полностью стерты с лица земли. Другие, так же как готы, переместились на запад или стали искать убежища на Крымском полуострове. Возможно племена, жившие в лесостепной зоне, спаслись от нашествия, спрятавшись в лесах. С конца IV и на протяжении всего V века этническая картина к северу от Черного моря полностью изменилась. Именно после происшедших потрясений славяне появились на бывшей территории черняховской культуры, принеся туда собственную культуру. Она не только сохранилась, но и в последующие столетия распространилась на запад, юг и север.

Различия в выборе мест для поселений, архитектуре и внутреннем устройстве жилищ, погребальных обрядах показывает, что уже в период миграции славян черняховские традиции прекратили свое сущствование.

Черняковская культура представляла собой самоценное явление, возникшее в результате взаимодействия многих компонентов. Она могла развиваться только при условии единой политической власти, процветающей торговли, развитого производства, постоянной подпитки новыми элементами из Римской империи, смешения южных, западных, северных и восточных влияний.

Даже наиболее ранние славянские находки, извлеченные из-под руин, не могут относиться к классическому черняховскому комплексу. В них видно влияние традиций Раннего Железного века, которые четко прослеживаются на изолированных территориях во время сарматского, зарубинецкого (западно-балтийского) и готического завоеваний.

Хотя известны лишь единичные места поселений и погребений, относящиеся к периоду c III до V веков нашей эры, обнаруженные в них находки четко доказывают, что именно они принадлежат настоящим предшественникам славян с V до VII веков нашей эры.

Только тщательное изучение поселений, экономического уклада и погребальных обрядов, а также и выявление эволюции антропологического типа поможет понять, что произошло со славянами во время господства готов.

Как свидетельствуют историки, после захвата готами славянские племена не погибли. Иордан пишет, что потерпев поражение от гуннов, готский король Винитар напал на антов и распял их короля Боса вместе с его сыном и семьюдесятью его людьми. Сведения Иордана чрезвычайно важны, поскольку подтверждают существование многочисленных славянских племен на территории, захваченной готами. Тесные отношения германцев и славян подтверждаются и заимствованиями из древнегерманского в славянском языке.

Древнегерманские заимствования в славянском языке

Ранние контакты между славянскими и германскими народами начинаются с черняховских времен, но не ограничиваются только территорией распространения черняховской культуры. Русский славист С.Бернштейн обнаружил две группы германских заимствований в славянском языке. К первой группе он относит заимствования от готов в Днепровско-Днестровско-Балтийском регионе, между II и V столетиями (что примерно соответствует черняховской культуре). Во вторую группу входят заимствования из древних западно-немецких языков (севрогерманского и богемского) появившиеся в III и IV веках.

В раннюю группу готских заимствований входит ряд терминов, связанных с домашним хозяйством: xyza – дом, hlevu – конюшня, загон для скота, возможно полуподземный, поскольку готское слово hlaiv означает «могила»; hlebu – «Хлеб, буханка», bljudo – «блюдо», от готского biuls ; kotilu - (медный) котелок (ср. с copper – медь).

Также встречаются экономические термины: dulgu – «долг», lihva «интерес, доход, ростовщничество», от готского * leihve – заем, глагол hyniti – «обманывать», возможно пришел в готский от гуннов.

Военные слова: hosa – «набег» от готского hansa – «отряд воинов», meci – «сабля» от * mekeis и * selmu (старославянское шлемъ, древнерусское шеломъ) от готского Helm , возможно относится к другому заимствованию, восходящему к hulmu – «гора, холм».

Названия экзотических животных osilu – «осел» и velbodu – верблюд», безусловно произошли из латинского.

У языка древних западных германцев были также заимствованы названия предметов досмашнего обихода, среди них Tunu – «стена», сохранившаяся в названиях таких современных городов как польский Tyniec и чешское Karluv Tyn , происходит от германского tuna – твердая изгородь родственного английскому слову town - «город», и pila – «пила» (режущий инструмент с зубцами), ср. немецкое Feile ).

Экономические термины: penedzi – «деньги, серебряные или медные монеты», от германского * pennings – кусок металл, использовавшийся в качестве денег, родственное с английским penny и myto – налог, пошлина, сбор, дань, от старогерманского muta .

Военные термины: vitedzi - «Рыцарь, герой» от германского viking или hvetingr , и troba - «труба» (инструмент для извлечения звука).

Два религиозных слова, возможно, греческого происхождения, видимо они были заимствованы славянами от германских миссионеров: * cirky – «церковь», от старобаварского kirko , происшедшего от греческого kyrialkon и popu – «священник», возможно от старогерманского pfaffo, происходящего от греческого papas .

По утверждению Бернштейна в VI и VII веках в славянском появилась еще одна группа заимствованных от готов слов, но теперь они пришли из языка моэзских готов, живших вдоль Дуная, на территории современной Болгарии, в то время как их славянские соседи только что прибыли на Балканы.

В эту группу входят: vino – «вино» и vinogradu – «виноградник»; smoky – «смоковница», от греческого слова smakka ;, useredzi – «серьга», от готского * ausihrigg ; skuti – подол, от готского skauts – кромка одежды;, buky – «письмо, писать» от готского boka – «книга».

Первый готский епископ Ульфила изобрел готский алфавит и в середине IV века перевел на готский язык текст Библии. Поэтому представляется вполне возможным, что слова «писать», «священник», «церковь» и другие религиозные термины с равной вероятностью могли войти в славянский язык в IV и V веках как из готского, так и из западнонемецкого языка .

Бернштейн приводит группу подобных заимствований, которые, могли прийти как от готов, так и с запада: pulku – «военное образование» из обще германского * fulkaz – «группа вооруженных людей»; zeldu – «штраф, налог», соответствующее готскому gilds – «налог», общегерманское yeldan – «платить налог», kupiti – покупать, соответствующее готскому kaupon , skotu – «рогатый скот, собственность, деньги» из общегерманского * skattaz – «собственность, обладание, богатство», nuta – «бык, рогатый скот» из обще германского «владение скотом».

Германские заимствования в славянском свидетельствуют, что пришельцы стали своего рода донорами, способствующими развитию культуры. Количество славянских заимствований в германских языках незначительно по сравнению с количество заимствованных германских слов в славянском. Политически и культурно превосходившие славян, готы оказали сильное влияние на материальную и духовную культуры своих подданных.

Сделаем выводы:

Исторические, археологические и лингвистические данные подтверждают наличие славянских элементов на древней протославянской территории. Это соответствуют по времени с периодом наибольшего могущества римской империи. Однако, политическое давление и сильное влияние с юга и северо-запада делают невозможным самостоятельное развитие славянской культуры и ее утверждение. Славяне выжили физически, но только в последующие столетия, в период миграции, их возможности развернулись в полную меру

           


Глава 5.  

Восстановление. Ранние славянские поселения на Украине и в России

Начиная,  примерно с 500 года нашей эры,  мы можем с полным правом использовать термины «славяне», «славянские поселения» и «славянские захоронения». Именно с конца V века археологические данные безусловно подтверждают существование славянских поселений, задолго до того времени, когда названия и места обитания славянских племен начинают упоминаться в сочинениях историков.

Начиная с конца V , VI , и VII веков нашей эры в поселениях встречаются небольшие квадратные землянки и изготовленная вручную керамика, которые принято обозначать как «древнеславянские». Их распространение ограничено лесостепной зоной западной Украины. Как правило, поселения располагаются в районах, покрытых лесами. Ясно, что, опасаясь нападений, древние славяне избегали селиться на открытых местах, в частности, в степи. Славяне предпочитали земли, которые можно было обработать плугом, предназначенным для легких земель. Почвы степной и черноземной зон не подходили для их земледельческих орудий.

Находки, относящиеся к раннему этапу истории восточных славян, впервые описал чешский археолог И.Борковский, назвавший культуру пражской. Позднее ее разделили на западную и восточную группы. представленные культурами пражско-корчакского и пражско-пеньковского типов. Корчакские поселения расположены к западу от Днепра в бассейне реки Тетерев вокруг города Житомир на Волыни и простираются на восток до юго-западной Польши (отсюда эту культуру иногда именуют житомирской). Пеньковские поселения сгруппировались на территории днепровских порогов и разбросаны между Днепром и Средним Прутом в Молдавии. Именно из этих территорий славяне распространились на север, юг и запад.

Пражско-корчакская (житомирская) культура.

Прежде всего она известна по селищам, расположенным на прибрежных террасах или на склонах песчаных дюн на некотором расстоянии от рек. Деревни окружены небольшими защитными сооружениями, предназначенными исключительно для оборонительных целей. Едва заметные культурные слои в этих населенных пунктах указывают на то, что поселение просуществовало здесь недолгий срок. Дома были небольшого размера и не требовали больших усилий для возведения.

Рассмотрим поселение, обнаруженное близ села Корчак, расположенное на прибрежной террасе реки Тетерев. Оно состоит из полуподземных домов квадратной формы, беспорядочно разбросанных на площади примерно в 100 метров длиной и от 30 до 50 шириной.

Раскопанные археологами 12 домов отстоят на расстоянии от 10 до 15 метров друг от друга и примерно на метр углублены в землю. В северо-западном углу каждого дома расположен открытый очаг, сложенный из больших камней. В одном жилище обнаружили следы от шестов, поставленных двумя рядами для поддержки крыши наклонной крыши (см.план). В других жилищах были отверстия от опорных столбов расположены по углам или вдоль стен. У некоторых хижин имелись входы со ступеньками.

Около поселений расположены могильники с кремационными захоронениями. Среди них встречались бескурганные погребения, которые, видимо, относятся к более раннему времени, чем курганные вытянувшиеся вдоль речных берегов.

Они располагаются группами от десяти до тридцати низких курганов, высотой не более одного метра. В раскопанных жилищах и в захоронениях встречается изготовленная без гончарного круга керамика, причем в составе глины находится песок и раздавленные части насекомых. Это горшки, расширяющиеся к вершине с закругленными выступами и вертикальными или перевернутыми насечками, высотой до 20 сантиметров . Данный тип керамики известен под разными названиями - житомирская, корчакская или пражская.

Поселения, раскопанные в житомирском регионе, чрезвычайно походили на селища, расположенные в Верхнем приднестровье и восточной части бассейн р.Буг, на Волыни и в юго-восточной Польше. Прекрасные находки обнаружены в результате систематических раскопок деревни Рипнев, расположенной на берегу р. Буг в Львовской области, и селения Незвиско на Верхнем Днестре.

В обоих поселениях встречаются небольшие квадратные землянки с глиняными или каменными очагами. Внутри жилищ была найдена изготовленная вручную керамика. Аналогичные предметы встречаются в Молдавии, Чехии и даже в Центральной Германии (как отмечается в следующей главе, посвященной миграциям славян).

Несколько жилищ в поселении Рипнев построены на культурном слое позднего черняховского типа, датируемого по фибуле IV или началом V века. Следовательно, приходится считать, что данные славянские кладбища использовались в V и особенно в VI веке.

Лучше всего сохранилось раннеславянское погребение, находящееся в небольшом укреплении Зимно на Волыни. Там обнаружены круглые бронзовые тарелки, пряжки от ремней, браслеты и византийская монета времен правления императора Юстина I (518-527) или Юстиниана (527-565).

Комплекс, относящийся к немного более позднему времени, примерно к рубежу VIII и IX веков, расположен близ селения Лука - Райковецкая в Житомирской области. Он состоит из нескольких открытых поселений и укрепленного городища. В VIII веке появились мощные укрепления, их строительство продолжалось и в дальнейшем, вплоть до появления славянских государств. Аналогичные сооружения относящиеся к данному времени (периоду укреплений) характерны для Балкан и центральной Европы.

В это время отмечается появление керамики, изготовленной на гончарных кругах, которая использовалась наряду с керамикой, изготовленной вручную. Керамика украшалась резьбой или волнистыми линиями с помощью инструмента, похожего на расческу. Изготовленные вручную горшки обычно были высокими. Единственным украшением горшков, изготовленных вручную, были неглубокие вдавления на ободке или ряд точек, нанесенных на горлышко. Ободки на горшках VIII и IX веков более выпуклые, чем в VI и VII веках.

Расположенные на высоких берегах рек в относительно неприступных местах укрепления занимали площадь от 1000 до 3000 квадратных метров. Возможно, они служили местом поселения племенных вождей, поскольку их всегда окружали поселения открытого типа. Одним из наиболее богатых и лучше всего исследованных укреплений считается Хотомельское, расположенное на берегу реки Горынь в Брестской области. Оно было круглой формы и укреплено двойными крепостными валами и рвами с напольной стороны (противоположной реке).

Из своей центральной зоны житомирский комплекс распространялся на юг, запад и север, подтверждая вывод о том, что это была территория первоначального расселения славян. Постепенно на данной территории возникли племена полян, древлян и дреговичей. В IX - X веках племя дреговичей двинулось на север вдоль реки Припять вглубь балтийских земель и распространилось вплоть до Западной Двины (Даугавы).

На основании отрывочных упоминаний в трудах Иордана, Прокопия, Маврикия Стратега и Менандра, начиная с VI века, можно реконструировать время появления, обычаи, особенности хозяйственного уклада «склавинов». Согласно Иордану, их земли простирались далеко на север, они были труднодоступны из-за густых лесов, множества диких животных и огромного количества рек.

Деревни располагались в основном вдоль рек на небольшом расстоянии друг от друга. Дома в основном были бедными, больше напоминали хижины, беспорядочно разбросанные по территории хижины, их местоположение часто менялось. При появлении врагов все жители прятались в лесах и болотах, заманивая туда нападавших как в ловушку.

Византийский автор VI века Маврикий Стратег сообщает, что славяне «обладали большим количеством различного скота и их дома были набиты зерном, в основном пшеницей и просом». Различные авторы отмечает, что славяне были физически сильными людьми: они легко переносили жару, холод или дождь и были способны противостоять различным неблагоприятным жизненным условиям лучше, чем франки, лангобарды и другие люди со светлыми волосами.

Пеньковская группа

Основные поселения славян данной группы расположены вокруг города Черкассы к северо-западу от Кременчуга между Днепропетровском и Запорожьем и в среднем течении Южного Буга.

Название происходит от деревни Пеньковка, на реке Тясмин в Кировоградской области. В этой деревне в пятидесятые годы Д.Т.Березовец раскопал пять поселений. В последующие годы другие исследователи обнаружили и описали более шестидесяти поселений пеньковского типа.

Поселения пеньковского типа всегда размещались вблизи источника воды, на низких берегах или первичных речных террасах. Как и для корчакской культуры для них характерна небольшая толщина культурного слоя, указывающая на короткий срок существования поселений. В одном поселении насчитывалось не более десяти землянок, только примерно пять или шесть из них существовали постоянно.

Жилища, обнаруженные в Пеньковке представляют собой небольшие квадратные дома-землянки, их длина редко превышала три метра, обычно в одном из углов размещался каменный очаг или печь-каменка. В некоторых домах обнаружены остатки деревянных досок, использовавшиеся для укрепления земляных стен. Крыши были преимущественно двускатными и состояли из жердей, перекрытых слоем утрамбованной глины. Обнаружены и дома с центральным опорным столбом, имевшие четырехскатную крышу.

Для поддержки досок и крыши использовались деревянные столбы. Тщательное изучение стратиграфии ранних славянских землянок построенных на Украине показывает, что они существовали недолго. Д.Т.Березовец установил, что землянки могли простоять не более пятнадцати-двадцати лет, а каждые шесть-семь лет им был необходим капитальный ремонт. В каждом жилище могли разместиться семьи не более чем из шести или семи человек, как только число жильцов увеличивалось, приходилось строить новое жилище. По-видимому, гнезда поселений составляли территориальные общины, а группы домов на поселениях – патриархальную семью.

Вокруг пеньковских поселений обнаружено всего несколько погребений. В основном практиковалась кремация, пепел помещали в урны или ямы, в закрытых горшках. Самое большое кладбище на территории Пеньковки состоит из 37 урн и 14 ям. Курганов над могилами не насыпали.

Корчакскую и пеньковскую группу можно рассматривать как две региональные разновидности одной и той же культуры. Устройство поселений было практически идентичным, экономический уклад и общественные отношения также имели много общего.

В то же время нельзя не отметить и некоторые различия между ними прежде всего в качестве керамических изделий. Пеньковская керамика представлена большими округлобокими или биконическиими сосудами, изготовленными без помощи гончарного круга, которые не встречаются в корчакских поселениях. Кроме них обнаружены выпуклобокие или почти шаровидные горшки, двуконусные кубки с легкими перевернутыми насечками или одноручные кувшины с лощеной поверхностью. Некоторые горшки имеют орнамент, выдавленный вокруг горла.

Самой известной находкой пеньковской группы считается клад из железных инструментов и оружия, обнаруженный Березовским в 1956 году в одном из домов на Макаровском острове. Изготовленные из железа резаки, серпы, долота, топоры, наконечники для бороны и копий, ручки для деревянных ведер позволяют представить повседневную хозяйственную утварь земледельцев, живших в восьмом-девятом веках нашей эры.

Видимо, данное поселение появилось позже окружающих его деревень, поскольку в нем обнаружена керамика, изготовленная на гончарном круге. Форма некоторых инструментов, в частности, серпов и лемехов, сохранилась и в период Киевской Руси, причем изделия похожих форм встречаются на территориях, заселенных южными и западными славянами.

Пеньковские поселения представляют собой основную часть культуры восточных славян, возможно, антов. Данная территория была заселена племенами уличей и тиверцев.

 

Поселения восточного Приднепровья

Волынцево и Ромны

Распространение пеньковской культуры к востоку от Днепра подтверждается существованием поселений VI - VII веков типа волынцевского селища и группы укрепленных городищ VIII - IX веков, обнаруженных близ города Ромны, на территории, которую ранние историки указывали как район расселения племени северян.

Основную информацию, связанную с бытованием ранней славянской культуры в этом районе дает исследование селищ, обнаруженных вблизи поселка Волынцево в долине реки Сейм около Путивля в Сумской области. Оно располагается на пологом речном берегу в непосредственной близости от воды. Видимо, выбор данного места определялся тем, что с трех сторон поселение было защищено почти непроходимыми болотами.

В три ряда располагались землянки, некоторые квадратной формы, 6х6 метров. В центре территории находилось огромное сооружение с тремя очагами в центре, возможно, это была мастерская.

По своей конструкции дома встречались двух типов: одни строились из горизонтально расположенных бревен, другие из вертикально расположенных столбов, которые поддерживали стены, изготовленные из прутьев, обмазанных глиной. В поселении обнаружен один сгоревший дом. В нем видны явные следы пожара, но основные части - бревенчатые стены и фрагменты остроконечной крыши, сложенной из круглых бревен, сохранились хорошо.

Строительство дома начинали с рытья ямы, немного превышавшую по размерам саму бревенчатую постройку. Углубление прекращали, как только доходили до песка. На него насыпали и утрамбовывали глинобитный пол. В северо-восточном углу находился открытый очаг, построенный из пористой местной глины. У дома была плоская крыша, труба отсутствовала.

Иногда площадь очага отделялась от основной части дома стеной, построенной из гладко выструганных досок. Конические или грушевидные ямы для хранения продуктов имели глиняные оштукатуренные стены. Некоторые ямы были покрыты деревянными настилами. Мастерские и амбары размещались в специальных помещениях, в некоторых мастерских было три очага. В деревнях обнаружены железные ножи для плугов, серпы и точильные камни.

Рядом с деревней размещалось кладбище, занимавшее площадь в 1, 6 гектара. Могилы были плоскими, пепел после сожжения помещали в урны. В большинстве могил находятся дополнительные вазы. Кроме того, в могилах встречаются стеклянные и пастовые бусины, браслеты с утолщенными концами, железные ножи и кольца.

Кремация происходила вне мест для погребения. В погребениях, обнаруженных близ г. Сосницы в Черниговской области, раскопаны две площадки для сожжения размером 1, 2 х 1,85 метра . Они окружены стенами из толстых деревянных бревен, укрепленных по углам вертикальными столбами. Внутри находился слой угля и пепел, смешанный с фрагментами сгоревших погребальных принадлежностей.

Начало IX века отмечено появлением укрепленных общинных деревень, расположенных на крутых речных мысах и укрепленных рвами и валами. Волынцевские поселения, обнаруженные в разных районах характеризуются набором устойчивых особенностей, как в архитектуре, так и в хозяйственном укладе.

Поселения, обнаруженные по побережьям рек Десны, Сейма, Псела, Сулы и Воркслы называются роменскими от укрепленного городища, раскопанного в 1901 году близ города Ромны. Возможно, его обитатели принадлежали к племени северян, о котором в «Повести временных лет говорится: «седоша по Десне, по Семи и по Суле и нарекошася северъ».

Другая группа аналогично укрепленных поселений была найдена на Верхнем Доне вокруг города Воронежа. По одному из первых исследованных городищ и кладбища, обнаруженных близ села Боршево Воронежской области они были названы боршевскими. Историческое постоянство поселений в этом районе позволяет приписать боршевские поселения к племени вятичей.

Население волынцевских и роменских поселений выращивало скот, лошадей, коз, овец и свиней, ловило рыбу в близлежащих реках. От диких пчел получали мед и воск. В доме, раскопанном в городище Вишневая гора, обнаружен сосуд, внутри которого находится деревянная чаша, наполненная желтоватым веществом. Химический анализ показал, что это мед и воск.

Хорошо развивались ремесла. Изделия из железа не отличаются от периода Киевской Руси, но кроме них встречаются медные, серебряные и золотые вещи. В кладах обнаружены разнообразные ювелирные изделия, часто искусно сделанные. Некоторые клады, найденные на территории расселения восточных славян, содержат драгоценности и другие предметы явно сделанные в подражание иностранным образцам готско-гепидского кавказского, иранского (сасанидского) или византийского происхождения. Наиболее крупные клады VI - VII веков – Мартыновский, Хацкинский и Новосуджанский. (илл.15)

В них встречаются серебряные фибулы, массивные браслеты с утолщенными концами, антропоморфными и зооморфными фигурками, орнаментированные накладки для украшения поясов, аналогичные встречающимся на юго-востоке, звездчатые или бобовидные серьги, диадемы, подвески, изготовленные из серебряной проволоки, изготовленные по византийским образцам. Блюда, серебряные ложки и украшения, привезенные их Византии.

В погребении кремированного вождя, расположенном на берегу реки Сухой Ташлык, притока Южного Буга, были обнаружены золотые украшения, серебряные сосуды, упряжь и оружие. Большинство предметов, найденных в этой могиле, встречаются повсеместно и не могут быть определены как исключительно славянские.

Однако, некоторые предметы являются имитацией известных прототипов, причем в них заметны черты, внесенные местными мастерами, как северянами, так и из других племен. Например, в кладе, найденном в селе Харивка около Путивля, в Сумской области, в урне волынцевского типа находились золотые и серебряные предметы, фибулы, браслеты, серьги, подвески, ожерелья, украшения для пояса и другие предметы, изготовленные вручную. Они отличаются от украшений, ввезенных издалека. (ил.11-14)

На протяжении нескольких веков на славянских территориях были широко распространены подвески, в которых имитировался византийский стиль. По образцам из Византийского Средиземноморья серьги в форме звезды и в виде вертикальной полоски изготовлялись и на Украине и на Дунае. По мере миграций на юг, запад и север славяне приносили с собой типы ювелирных украшений, прежде всего серьги, подвески и пряжки для застежек. Данное обстоятельство объясняет распространение сходных типов изделий в Центральной Европе и на Балканском полуострове. (илл.16-21)

Перемены, произошедшие в культуре восточных славян в значительной степени стали результатом сильного влияния салтовской культуры, в которой соединились хазарские, булгарские и аланские черты. В районе распространения данной культуры – Причерноморье от низовий Дона и Донца, до Северного Кавказа, была развитая торговля, большие города и установившаяся система феодальных отношений.

Видимо постоянная угроза нападения со стороны хазарского каганата заставляла славян уделять особое внимание обороне. В «Повести временных лет» говорится, что восточно-славянские племена платили дань хазарам. Следовательно, не удивительно, что салтовская культура оказывала влияние на славянскую территорию.

Хорошо укрепленные поселения могли служить как оплоты власти хазар, предназначенные и для получения дани с северян и полян. В этих обширных поселениях обнаружено огромное количество керамики, изготовленной на гончарных кругах, и драгоценности, которые имеют аналогии в салтовской культуре.

Влияние хазар, видимо, заставило славян переместиться на север на балтийские территории. В «Повести временных лет» говорится, что радимичи расселились в низовьях реки Сож: «и седоста Радим на Соже и прозвашася радимичи», а также на его притоках Ипути и Беседе. Все относящиеся к этой территории славянские археологические материалы относятся только к IX веку нашей эры, нет и ономастических данных. В то же время расселение племени дреговичей к северу от припятских болот и в балтийские земли ранее IX или X столетий подтверждается и летописями, и археологическими данными.

Другие исторические племена, такие как кривичи и славяне, жившие на территории современной Белоруссии и северной Великороссии возможно отличались от западного славянского блока. В XI - XII веках кривичи распространились между от верховьев Немана на западе до Верхней Волги (район Костромы) на востоке, и от Чудского озера на севере до верховьев Сожа и Десны на юге.

Самые древними археологическими сооружения кривичей являются длинные курганы, достигающие 60- 80 метров в длину с могилами кремационного типа. Их можно датировать периодом между VI и IX веками. В районе Смоленска, там, где расположены поздние поселения кривичей, все находки, относящиеся к славянам, датируются временем не ранее VIII века. В формировании кривичской культурной общности ведущую роль играли балтийский и финно-угорский субстраты.

Вплоть до Х века территория современной Белоруссии, на которой и сегодня говорят на одном из восточнославянских языков, была заселена восточными балтами (предками современных литовцев и латвийцев), причем балтийский этнический компонент сохранился даже после того, как там утвердились славяне. Упомянутое в Начальной русской летописи балтийское племя голядь (голинцы) жили в бассейне Верхней Оки к юго-западу от Москвы вплоть до XII века.

Медленную ассимиляцию балтов славянскими племенами подтверждают археологические находки и данные антропологических исследований. Погребальные обряды балтов, приемы изготовления одежды и украшений обнаруживаются в бассейне Верхнего Днепра на протяжении X и даже до начала XI века.

Белорусский физический тип сходен с балтийским: долихоцефалический (удлинненный) лицевой тип с средним размером черепа, не похож на мезоцефалический (широколицевой) тип людей, живших на Западной Украине. Различие можно объяснить тем, что местные жители некогда ассимилировали балтов. Отметим, что распространение балтийских названий рек, типов погребений и физического типа ограничивается границами Белоруссии.

Пока не ясно, как славянские племена распространились так далеко на север. Лингвистические исследования позволяют предположить, что они пришли через восточную Польшу и бассейн верхнего Немана, потому что в диалектах псковской и новгородской областей содержатся западнославянские элементы.

Вторжение славян с Россию не завершилось с началом IX века. На карте, помещенной на странице 96, показано распределение славянских племен в России на начало IX века нашей эры.



Глава 6.  

Миграции славян в Центральную Европу и на Балканский полуостров

Опустошение Европы гуннами, булгарами и аварами подготовило почву для широкого распространения славян. Но независимо от того, насколько успешной были их вылазки, после каждой компании захватчики возвращались на свои равнины, поскольку селились там, где были хорошие пастбища для их лошадей.

Вот почему ни булгары, ни авары так и не колонизировали Балканский полуостров в V и VI веках. После вторжения во Фракию, Иллирию и Грецию они вернулись в придунайские степи.

Процесс колонизации завершили славяне, огромные массы которых, путешествуя целыми семьями или даже племенами, занимали опустошенные земли. Поскольку их главным занятием было сельское хозяйство, они постоянно искали место для прокормления растущего населения.

Испытав тысячелетний гнет со стороны скифов, сарматов и готов, славяне были оттеснены на небольшую территорию, теперь когда ограничений больше не было, они начали бурно развиваться.

Исторические свидетельства

Большинство ученых разделяют мнение о том, что «славянское присутствие» стало ощущаться в Европе одновременно с приходом гунном в первой половине V века, хотя ни исторических, ни археологических данных, подтверждающих эту гипотезу не обнаружено. Возможно, что первые славяне заселили венгерскую равнину столетием раньше, когда орды сарматов вытеснили их с родных мест.

После опустошения причерноморья полчища гуннов двинулись на придунайскую равнину, достигнув пушты – равнины, прилегающей к реке Тиссе., где они обнаружили идеальные условия для кочевой жизни. На равнине, где, как пишет византийский историк Приск, «не было ни камня, ни дерева», Аттила устроил свою резиденцию, поселение из множества круглых деревянных домов с крышами из холста. Отсюда гунны совершали набеги на весь бассейн Дуная и Иллирию. В 452 году они захватили Италию, но их влияние закончилось со смертью Аттилы в 453 году.

Иордан пишет, что похороны Аттилы стали поводом для праздника, который гунны называли «страва», используя слово славянского происхождения. Если для названия погребального пира гунны заимствовали славянское слово, то можно предположить, что славяне составляли какую-то часть их населения. Данный факт служит еще одним указанием на возможное присутствие Славян.

Проследовавший в 448 году в составе византийской делегации ко двору Аттилы историк Приск, называет живших на этой территории людей «скифами», однако, это название он использовал также и для гуннов. Он пишет, что эти люди жили в деревнях, использовали «моноксилы»,  т.е. лодки-однодеревки (изготовленные из выдолбленных древесных стволов), пили мед и ячменный напиток, который они называли камоном. Они говорили на собственном варварском языке, а также на гуннском, готском или латинском.

Начиная с VII века источники часто упоминают славян, использующих «моноксилы» для передвижения по воде. Мед и камон, напитки изготовленные из меда и ячменя, были в ходу у славян на протяжении всей их истории. Следовательно, установлено, что некоторые славяне участвовали в компаниях гуннов как союзники или в составе вспомогательных войск.

После смерти Аттилы племена гуннов (скорее всего утигуры и кутригуры) остались на территории между Днепром и Уральскими горами. Они образовали ядро булгарской группы. Под этими двумя названиями булгары упоминаются в описаниях византийских историков, охватывающих период правления Зенона (474-491) и Анастоса (491-518). Их вторжения в Фракию отмечены в 493, 499 и 502 годах.

В 517 году «варвары» вторглись в Македонию и Фессалию, дойдя до Фермопил, то есть до границ Греции. Установлено, что «варвары» на самом деле были болгарами, к которым присоединились славяне и, возможно, анты.

В конце V и в начале VI веков набеги кочевников на Византию сократились, но во времена правления Юстиниана (527-565) угроза вторжения со стороны славян вновь увеличилась. Юстиниан был сильно занят на западе и не смог противостоять захватчикам, обеспечивая должную безопасность северных границ империи.

Прокопий сообщает, что «склавины» двинулись из Славинии (так назывались их земли, расположенные к северу от Дуная) на запад. С собой они несли тяжелые щиты, пики, луки и отравленные стрелы. Прокопий сообщает, что у них не было доспехов. В некоторых источниках упоминается, что славянам не нравилось сражаться на открытых равнинах, предпочитая использовать пересеченную местность, прятаться в лесах или укрываться в узких горных проходах, за скалами и деревьями. Они специализировались на неожиданных атаках, прежде всего ночных вылазках. Славяне считались хорошими пловцами и умели прятаться под водой, дыша через длинные камышинки. Еще на родине они научились плавать по рекам.

Во время первых набегов славяне, так же как болгары и авары не смогли покорить укрепленные города. Однако, вскоре они научились штурмовать замки и городские стены, используя лестницы и осадные машины. Прокопий описывает жестокость славян во время их вторжений на территорию римской империи. Если они не хотели обременять себя пленными, то просто сжигали их вместе со скотом и овцами.

Некоторых римлян они проткнули острыми кольями или размозжили головы, привязав к столбам.. В Иллирии и Фракии, после одного из вторжений, дороги были заполнены непогребенными трупами. Согласно византийским источникам, славяне обычно описывались как «варвары» и «дикие люди».

Почти все время правления Юстиниана Фракия, Иллирия и Греция подвергались постоянным нападениям со стороны славян и булгар. Они появились в Фракии в 528 году и в последующие годы их давление усилилось. Однако начальник фракийского войска Хилбудий успешно противостоял им до тех пор, пока его не убили в 533 году.

Начиная с 540 года болгары и славяне постоянно совершали набеги на Фракию, Иллирию и Фессалию. В лучшее время года, с 550 по 551 славяне опустошали Балканы, угрожали Константинополю и Фессалоникам. В 558-559 годах славяне совершили большой набег вместе с кутригурами. Переправившись через Дунай, они разошлись в разные стороны: через Македонию и Грецию достигли Фермопил, через Херсонес вышли во Фракию и двинулись направлению к Константинополю.

Об этой угрозе свидетельствуют разнообразные фортификационные сооружения, встречающиеся на территории Греции, полагают, что они были построены, чтобы противостоять вторжению. Во время всех этих вторжений пришельцы сеяли разрушения, занимались мародерством и забирали большую добычу, увозя ее в свои земли, расположенные к северу от Дуная.

В течение веков византийский мир жил в страхе и ощущении нестабильности. Ежегодные нападения приводили к обнищанию и уменьшению населения страны. Казалось, не будет конца вторжениям кочевников и славян. В середине VI века появились авары, сильная и хорошо организованная группа кочующих всадников. Их вторжение ознаменовало новую стадию миграции славян.

Около 550 года авары появились на Кавказе где вступили в контакт с римлянами. Задолго до этого римский император пытался направить их против варваров, живших на севере Черного моря и на Кавказе.

Вначале авары покорили утигуров, а затем славянских антов. Менандр пишет, что потерпев поражение, анты послали к аварам послов, чтобы провести переговоры об освобождении пленных. Миссию возглавлял Межамир, сын Идаризи и брат Келагаста. Отличаясь вспыльчивым характером, Межамир не смог договориться об освобождении пленных. Он был убит аварами, которые с тех пор открыто начали опустошать земли антов, никого не оставляя в живых.

После покорения антов, которые жили в северном причерноморье между Днепром и Дунаем, авары распространились за пределами Кавказских гор вплоть до Центральной Европы. В 561 году под руководством кагана Баяна они достигли Дуная, захватив южную часть территории Византийской империи. В 567 году лангобарды с помощью аваров завоевали гепидов и полностью уничтожили их государство.

В результате авары стали контролировать бассейн Тиссы в восточной Венгрии, западной Румынии и северной Югославии (Банат и Бачку). Полагают, что в то же самое время другую часть территории гепидов (между Оршовой на Дунае и рекой Олт в Румынии) заняли славяне. Отход лангобардов в Италию позволил аварам распространиться по долине Среднего Дуная в Паннонию, Моравию, Богемию и Германию вплоть до бассейна Эльбы.

К тому времени, как началась Персидская война, Византийской империи угрожали со всех сторон. Менандр отмечает, что император Тиберий (538-582) убедил кагана Баяна начать войну против славян, чтобы выгнать их с римских земель.

Войска наемников прошли через римскую территорию и на лодках спустились по Дунаю. Примерно 600000 тяжеловооруженных всадников переправились из Иллирии в Скифию (район Добруджи). Затем они пересекли Дунай, Баян раазрушил множество славянских поселений, мародерствуя и уничтожая все на своем пути. Славяне спаслись в густые и холмистые леса.

Одновременно Баян послал к ним гонцов с требованием и добровольно подчиниться аварам и платить им дань. Ответ славян был следующим: «Разве есть на земле человек, который осмелился бы насмехаться над таким народом, как наш. Мы привыкли подчинять другие народы, но не признавать их власть. Мы не позволим никому править нами, пока можем сражаться и держать в руках оружие». Произнеся похвальбу, они убили послов Баяна.

Действительно, славяне разбогатели за счет постоянных грабежей римских земель, и до этого времени их территория не была покорена. Баян надеялся отомстить на оскорбление и обогатиться за счет грабежа.

Описанный нами эпизод показывает, какими самоуверенными стали славяне ко второй половине VI века. Несмотря на сильный удар, нанесенный им аварами, они постоянно угрожали соседям. Менандр упоминает, что независимо от нападений аваров славяне продолжали грабить Грецию.

Только со временем аварцы и славяне стали союзниками во множестве балканских кампаний. В более поздних источниках славяне нередко отожествляются с аварами, что видно по упоминаниям: «славяне или авары», «славяне, называемые аварами».

В 582 году Баян захватил Сирминум (современный город Стремска Митровица на реке Славе). С этого времени авары и и славяне распространились по всему восточному причерноморью, Балканскому полуострову и южной части Греции. Иоанн Эфесский в своей «Истории церкви» (584) отмечает, что славяне разорили византийскую территорию, начиная с Константинополя и пройдя сквозь Фракию, Фессалию и Элладу. В течение четырех лет они оставались на захваченных землях и только потом ушли за Дунай. На долгих четыре года славяне задержались на Балканском полуострове.

Приход захватчиков в конце VI века привел к утрате Афинами положения древнего торгового центра, хотя сам город продолжал оставаться под контролем византийцев. Когда император Маврикий (582-602) выиграл в 591 году войну с персами, он смог сосредоточить свои усилия на аваро-славянах.

Благодаря постоянной уплате большой дани аварам, он смог сохранить северную границу империи по Дунаю на всем протяжении своего правления. Вскоре после того, ка в 602 году Маврикий был убит в результате заговора, весь полуостров был захвачен, особенно пострадали Македония и Фракия.

Во второй книге «Описания чудес Святого Димитрия Солунского» описаны нападения славян на острова Эгейского моря, прибрежную Гецию и осада Салоник в период с 610 по 626 годы. В этих походах участвовало пешее войско, состоявшее из дреговичей, садидатов, велегезитов, ваунитов, берзитов и представителей других племен.

Славяне захватили всю Фессалию, затем, пересев на лодки, захватили острова Киклады, Ахею, Эпир, почти всю территорию Иллирии и часть Малой Азии, оставляя за собой разоренные города и деревни. Им не удалось взять Фессалоники, потому что неожиданный шторм уничтожил их корабли.

В союзе с аварами славяне совершили еще один поход, который продолжался в течение 33 дней, но снова не смогли взять город. В результате под их контролем осталась вся Иллирия, за исключением Фессалоник. Только в 626 году объединенные войска аваров, славян, болгар, гепидов и персов, (пришедших со стороны Азии) потерпело поражение в битве под Константинополем, приведшее к ослаблению аваров.

По мере того, как их власть ослабевала, усиливалась самостоятельность славян. Он постоянно расширяли свое присутствие на Балканском полуострове. На севере, в Богемии, моравы и другие славянские племена, возглавляемые франком по имени Само, успешно в 623 году восстали против аваров. Само признали королем освобожденных территорий. Однако, независимость славян длилась недолго, после смерти Само в 658 году королевство распалось.

В «Истории» Исидора Севльского (ок.570-636), говорится о том, что славяне взяли Грецию у римлян (« Sclavi Graeciam Romanis tulerunt ») в первые годы правления Геракла, в то время, когда персы заняли Сирию и Египет (611-619) . Спасаясь от славян, жители Пелопонесса отступали под защиту Тайгетских гор на востоке Спарты или уплыло на юг. На скалистом мысу на восточном побережье Лаконии беглецы из Спарты основали поселение Монемвасия. В «Монемвасийской хронике», составленной около 806 года, сохранились описания бегства жителей Византии при появлении славян.

В островных поселениях в заливах Пера и Порто Рафти около Афин и в Наваринском заливе на побережье Пилоса на западном побережье Пелопонесса обнаруживаются следы оккупации VI и VII вековх. О том, что позже эти поселения были заняты византийскими греками, свидетельствует найденная там византийская керамика.

В большинстве исторических источников отмечаются набеги славян и аваров на южную и восточную части Балканского полуострова. Совершенно иная жизнь была на западном, адриатическом побережье. В то время, когда славяне разрушали города и опустошали земли в восточной части Греции, почти до конца VI века здесь жили относительно мирно. Орды наемников не пытались пересечь горы, отделявшие Адриатическое море от придунайской равнины. Только в конце VI века масса славян из Паннонии двинулась через восточные Альпы в Истрию, а затем в Далмацию. Об этих событиях мы узнаем из переписки папы Григория I (590-604) и солонского епископа Максима. В 600 годук он сообщает папе о большой опасности, которую представляет движение славян ( de Sclavorum gente ) . Действительно, в это время в Истрии появились лангобарды, авары и славяне .

Лангобардский историк Павел Диакон (720-ок.800) сообщает в «Истории Лангобардов», что в 603 году авары послали славян из Каринтии и Паннонии на помощь лангобардскому королю Агиульфу, чтобы тот смог захватить Кремону, Мантую и другие итальянские города. В 611 году славяне нанесли поражение римским войскам в Истрии и сильно разорили страну. Спустя год они уже находились у стен Салоны (около современного Сплита), самого большого римского города на Андиатическом побережье. К 614 году он был полностью уничтожен и больше не восстанавливался.

В руинах остались и другие крупные поселения – Скардона, Нарона, Рисиний, Доклея, Эпидавр. Спасавшиеся от опустошений беглецы основывали новые города, например Рагузу (совр. Дубровник) и Каттаро (Котор). Только к середине VII века набеги славян прекратились.

Краткий комментарий о ходе славянской колонизации можно найти в «Географии Армении» составленной в 670-680 годах и приписываемой Моисею Хоренскому (407-487) . В ней названы двадцать пять славянских племен, живших в Дакии (то есть к северу от Дуная). Позже они пересекли Дунай, покорили земли в Фракии и Македонии и распространились на юг в Ахейю и на восток в Далмацию.

Византийские хронисты Феофан и Никифор пишут, что в 679 году между Дунаем и Балканскими горами находилось семь славянских племен. Однако, названное ими число семь нельзя считать точным указанием на их реальное количество. Во всем античном мире и в период христианского средневековья его считали магическим. Поэтому, можно считать, что ив данном тексте оно употреблено как символ большого количества.

Процесс колонизации и, следовательно, образования славянской культуры в Румынии и Болгарии прервался с появлением булгар, пришедших из северного Причерноморья после распада племенного союза, вызванного смертью хана Кубрата.

Вытесненные хазарами из междуречья Дона и Донца, булгары, возглавляемые ханом Аспарухом, двинулись на юго-запад, к Балканам. В течение некоторого времени они перемещались по Бессарабии, затем захватили Добруджу и к 670 году достигли района Варны (Болгария).

Славяне столкнулись с болгарами к югу от Одессы в районе Херсона, в восточной Румынии и Болгарии. Перед проникновением болгар в Моэсии существовал союз нескольких славянских племен, ставший зародышем славянского государства на Балканах. В результате покорения славян булгарами и проникновения их культуры в это время зародилась славяно-болгарская культура.

Вторгаясь в пределы Византии, булгары стали нападать на города и деревни. В 681 году им удалось подписать договор с императором Константином IV , после чего византийцы начали выплачивать им ежегодную дань и признали их независимость от империи.

Начиная с этого времени болгаро-славянское государство стремительно увеличивалось. Между 803 и 814 годами были покорены славянские земли к северу от Дуная вплоть до Венгерской равнины, а затем всю Македонию до озера Охрид на западе. Вплоть до VIII века византийские источники различали славян и болгар, но затем Болгария была признана страной со славянской культурой, основанной на византийских традициях.

Главным направлением славянской колонизации стало северное, в центральную Югославию и Македонию, а затем в Грецию и Лаконию. В труде «Об управлении Империей» (середины Х века) Константин Багрянородный упоминает милингов и езеритов - два славянских племени, находившихся в южной части Пелопонесса.

Другой мощный поток славянской колонизации шел вверх по Дунаю из западной Словакии, нижней Австрии, Моравии и Богемии в район Эльбы-Саара в Германии. К началу VII века нашей эры славяне уже расселились вдоль западного побережья Балтийского моря.

В первой половине VII века византийский историк Феофилакт Симокатта упоминает о трех безоружных славянах, бродивших по румынской территории с кифарами (видимо он имеет в виду гусли или цитры). Когда император спросил их, откуда они родом, они ответили, что они – склавены, пришедшие с Западного океана (балтийского моря).

Третий маршрут славян пролегал из Паннонии вдоль рек Савы и Дравы к их истокам, находившимся в восточных Альпах и затем на побережье Адриатики.

Лингвистические свидетельства

Имена славянских рек и названия мест служат убедительным доказательством проникновения славян на Балканский полуостров. На основе названий, упомянутых в «Хронике» Прокопия Кесарийского болгарский лингвист В.Георгиев составил карту распределения ранних славянских топонимов в первой половине VI века.

Названия славянского происхождения в основном обнаруживаются в районе рек Тимок и Моравия и на территории Ниш-София. Гораздо реже они встречаются на юго-востоке Болгарии, включая район Добруджи. Частота упоминаний славянских мест в этих районах и присутствие славянских диалектов в Греции указывает на проникновение славян на Балканский полуостров через Варну и Струму.

В восточной части Фракии встречается совсем немного славянских названий, вдоль побережья преобладают греческие и римские имена. Распределение славянских названий рек в Болгарии соответствует названиям географических пунктов: славянские названия рек часто встречаются на западе и северо-западе но практически отсутствуют в восточной и юго-восточной частях страны.

Статистический подсчет показывает, что в бассейнах больших рек сконцентрировано порядка 70 % фракийских названий и только 7 % славняских, а в районах средних по величине рек встречается 56 % славянских названий и только 15 % фракийских.

В источниках IX , X и XI веков топонимические и этнические названия хорватского происхождения известны в восточной Галиции, области верховьев Вислы около Кракова (древней Белой Хорватии), Саксонии, долины реки Сааль, верховьев Эльбы, окрестностей Оломоуца (Богемия), Штирии и Каринтии, а также на территориях, населенных в настоящее время хорватами.

Все названия подтверждают, что хорваты заселяли данные территории до того как поселились в современной Хорватии. Названия, сербского происхождения, распространенные на территории между Малой Польшей и Померанией, также связаны с ранними продвижениями сербских племен.

Название «зиряне», которое употребляет анонимный автор «Географии Баварии» в середине девятого века для жителей территории между Чарнковым и Знином в западной Польше похожеотражает тот же процесс. Очевидно, что на ранней стадии раселения славян названия их племен были широко распространены на обширной территории. Одни и те же названия встречаются на совершенно разных территориях.

В результате медленной ассимиляции иллирийского, дако-моесского, фракийского и римского населения славянские племена распространились на огромной территории, простирающейся от истоков Савы до Черного моря. В Греции славяне не выжили, однако вплоть до XV века несколько племен говорили на славянском языке.

Южные славянские диалекты, распространенные между Альпами и Черным морем тесно взаимосвязаны между собой. Данные лингвистических исследований полностью совпадают картиной о миграциях славян, восстановленной на основе исторических источников.

Видимо, до своего распространения по Европе славянские племена говорили на языках, которые различались не более, чем тесно взаимосвязанные диалекты. Существование старославянского языка, основанного на ранних болгарских и македонских диалектах, показывает, что даже в IX веке славяне говорили на общем языке приспособленном для миссионерской деятельности в Великой Моравии. Усилившийся процесс разъединения и образования самостоятельных славянских языков произошел после окончания миграций.

Археологические свидетельства

Археологические исследования предоставляют обширную информацию о славянских поселениях на Балканском полуострове и в Центральной Европе. В районах, где известна славянская топонимика и там, где исторические источники подтверждают существование славян на протяжении VI и VII веков, были раскопаны славянские поселения.

Отметим относительное единство ранние славянских материалов найденных между Эльбой и Сабой на западе и Черным морем на юго-востоке – на юге и западе их исконной территории. Подобное сходство позволило археологам ввести термин «славянская культурная общность», с небольшими изменениями она продолжала существовать на протяжении нескольких последующих столетий.

Ранние славянские поселения на Балканском полуострове и в Центральной Европе опознаются по наличию кремационных могил с горшками или урнами, деревням, расположенным на террасах рек, небольшим землянкам квадратной формы и простейшей керамике, изготовленной без гончарного круга.

Керамика как правило коричневого или серого цвета, с шершавой недекорированной поверхностью. У сосудов в основном округленная верхняя часть и слабые насечки, горлышко расширяется. Полученный материал из германской, иллирийской, греческой, фракийской и дакийской территорий показывает, что славяне везде сохраняли собственный жизненный уклад.

В 1940 году чешский ученый И.Борковский опубликовал монографию о керамике, найденной в поселениях, обнаруженных на территории и в окрестностях Праги, в которой назвал простейшие неукрашенные орнаментом горшки из кремационных могил «пражской керамикой». Термин продолжает использоваться и в настоящее время для определения ранней славянской керамики, независимо от того, где она олбнаружена, в Центральной Европе, на Украине или на Балканском полуострове.

Сама по себе керамика предоставляет незначительные свидетельства о характере славянской колонизации. Подобные поделки могли появиться где угодно и в самое разное время. Однако, состав глины из грубого песка с остатками насекомых позволяет определить их как типично славянские.

Особое значение имеет ее связь с кремацией и землянками, небольшими, квадратными домами с каменным или глиняным очагом или плитой, окруженными с одной стороны камнями. Термин «пражский тип» можно использовать по отношению ко всему культурному комплексу.

В Молдавской СССР, Румынии, Болгарии, Югославии, Венгрии, Чехословакии, Польше и центральной Германии были обнаружены небольшие деревни, состоявшие из подземных иди полуподземных жилищ и кремационные кладбища, в которых содержались остатки кремированных в горшках или в урнах. Они обозначаются как «ранний славянский» и датируются периодом между 500 и 700 годами нашей эры. Большая часть из них относится к VI веку.

Во всех странах при раскопках ранних славянских поселений и погребений находят подобную грубую керамику, изготовленную без гончарного круга и крайне мало других предметов – жерновов, глиняных пряслиц. Металлические предметы железные ножи и инструменты, серпы, топоры и шила, железные или бронзовые пряжки для поясов, костей домашних животных и глиняные фигурки также немногочисленнны. Немногие из этих находок можно точно датировать, особую ценность для датировки представляют византийские монеты, драгоценности и некоторые разновидности фибул.

Систематические раскопки ранних славянских поселений постоянно ведутся на территориях, где в древности жиди даки и геты. Очевидно, что поселения, типы домов и погребальные обряды в Молдавии, Румынии, Мунттении и Олтении и в Болгарии практически совпадают с украинскими.

Поселения располагались на низких речных террасах, иногда вытягиваясь вдоль реки на километр, они состояли из квадратных землянок-жилищ с каменными или глиняными очагами и посудой житомирского или пеньковского типа. Их существование документально подтверждено в бассейне Среднего Днепра, бассейнах Прута и Сирета (Румынская Молдавия), на придунайской низменности (в Румынии) и в северо-восточной Болгарии.

Некоторые поселения датируются VI - VII , другие VIII и IX веками. Одна из ранних деревень раскопанная в Сучаве (северная Молдавия) состоит из квадратных жилищ (23 из них без крыш), углубленных примерно на 1, 3 метра, в других найдены остатки столбов, поддерживавших крышу,. Очаги в основном каменные.

Керамика изготовлена без гончарного круга и неукрашена, глина смешана с грубым песком, и остатками насекомых. Кмнемногим другим находкам относится головка фибулы.

Аналогичное поселение было обнаружено в поблизости от Сучавы в Боточанах, где находилась деревня рубежа V - VI веков, видимо принадлежащая к местному дакскому населению.

Обнаруженные в славянских поселениях византийские стеклянные бусы и монеты времен правления Юстиниана (527-565) показывают, что поселение датируется концом VI или началом VII века нашей эры. Находки из сучавского и боточанского поселений имеют аналогии с поселением Незвиско, расположенном на Верхнем Дунае, на территории, с которой славянские племена могли выйти в Молдавию.

В восточной Мунтении, близ Карпат расположено поселение Сарата-Монтеору, рядом с которым находится обширное (почти 2000 могил) погребение, раскопанное И.Нестором и Е.Захарией. Они считали, что по составу населения поселение является римско-славянским.

Кремационные могилы располагаются в плоских ямах глубиной от 40 до 20 сантиметров . В отдельных могилах находится несколько погребальных урн, в других рядом с урнами обнаружены грунтовые захоронения.

Керамика в основном изготовлена вручную, но некоторые сосуды сделаны на примитивном круге. Находящиеся в могилах предметы не отличаются разнообразием. В женских погребениях находили заколки или их головки в виде масок, бусы и бронзовые или серебряные подвески, украшенные зернью. В мужских могилах встречаются бронзовые или железные пряжки, железные ножи и кресала. Оружия нет, за исключением нескольких трехзубых наконечников для стрел. (илл.29)

Находки (византийские украшения и тринадцать фибул с головками в виде масок) позволяют датировать большинство могил VI и началом VII века. Радиально-геометрический узор аналогичен готско-гепидским фибулам V и VI веков. Они распространены на обширной территории Европы от Украины до Пелопонесса и Балтийского моря.

Большая часть этих фибул была найдена в восточной Украине между Кримымом и рекой Окой и в западной Украине в долине реки Рось к западу от Днепра. В Румынии они были известны в Молдавии, Мунтении, Олтении и Трансильвании. (илл.30-31)

Многие фибулы аналогичны найденным на территории северной Югославии. На юге похожие образцы обнаружены в Спарте и Неа Анхеалосе около Волоса в Греции. Находки в могилах и сопутствующие предметы показывают, что ими пользовались женщины.

Девять похожих фибул обнаружили в Венгрии, причем лишь некоторые из них в погребениях. Полагают, что они также славянского происхождения. В Венгрии, там, где сохранилась аварская культура, одновременные с ней славянские погребения можно отличить по кремации (аварцы предавали умерших земле) и по специфическому славянскому типу орнамента.

Кроме маскообразных типично славянскими считаются трапециевидные, ромбовидные фибулы и булавки с головками в виде сердечек орнаменты с точечным узором по краям. К этой группе относятся подвески в виде двойной спирали, они встречаются и на Украине. Деревянные ведра, используемые как емкости для погребальных предметов покрывались бронзовыми пластинами и разукрашивались в точечной технике очень похожей на ту, что использовалась на подвесках. (рис.44, с.113)

В Югославии славянские материалы обнаружены в руинах римских и византийских городов, как в погребениях, так и в составе отдельных находок, хранящихся в различных музеях. В руинах базилики V - VI веков, расположенной в Нерези около Чаплина в долине Неретвы (Герцеговина) обнаружили керамику пражского типа.

Эти находки подтверждающие, что славяне двигались по реке Неретве от Адриатического побережья, соответствуют описаниям историков, которые упоминают об уничтоженных на побережье Адриатического моря римских городах.

К несчастью, благодаря недостаточности систематических исследований с помощью археологических находок нельзя реконструировать ход славянской колонизации в Югославии. Похожая ситуация сложилась и в Македонии, где казалось бы можно было встретить находки тоже периода и характера.

К югу от Македонии, в Олимпии, в западном Пелопонессе, в ходе раскопок немецкие археологи обнаружили погребение примерно с 15 могилами, где размещены урны и ямы. Погребение аналогично славянским могилам, находящимся в Румынии и в Центральной Европе.

Поселение состоит из 63 землянок разбросанных на площади в 3700 квадратных метров и рядом с погребением, содержащим могилы с урновым погребением, оно было раскопано в Попине, к югу от Дуная, в северо-восточной Болгарии. Очевидно, что здесь жили с VIII по XI века.

Сделанная вручную и на гончарном круге керамика и другие материалы, обнаруженные при раскопках поселения похожи на находки в молдавских поселениях, особенно с Глинчей (около Яссы в Румынии) и Лука-райковецким комплексом, расположенном в Западной Украине. (илл.45-46)

Во всех ранних славянских деревнях, встречающихся в восточной части Балканского полуострова, дома были частично утоплены в землю и обычно имели размер три на четыре метра. Изготовленный из камней или утрамбованной земли очаг подковообразной формы находился в углу.

В Центральной Европе выявлены сотни поселений пражского типа. В Словакии подобные поселения сосредоточены на среднедунайской равнине и в Богемии вокруг Праги. Большое количество общих деталей подтверждает вторжение славян в Центральную Европу и колонизацию проживавших там народов. (илл.47)

Предположительно самые ранние следы славян, относящиеся еще к римским временам, обнаруживаются в восточной Словакии в районе Кошице, где в I веке нашей эры распространилась культура, называемая «пуховской», в которой видны кельтские элементы. Во II веке с юга вошли элементы дакийской культуры, возможно, в ходе их вторжения.

В третьем веке, возможно в результате перемещений вандалов и готов по территории современной Польши, в восточной Словакии появились северные культурные элементы «пршеворского типа», аналогичные находкам сделанным в юной части Польши. Этот археологический комплекс явно охватывает несколько этнических групп, как германских (вандальских), так и славянских.

К востоку от Кошице, в Прешове, были раскопаны поселения, датируемые периодом с III по V века нашей эры, по которым можно судить о ранних славянских поселениях на этой территории. Основные предметы материальной культуры, полученных из этих поселений, относятся к польскому пршеворскому типу, но обычно включают грубую, изготовленную вручную керамику, похожую на найденную на Украине и в румынской Молдавии. Считается, что она относится к пражскому типу, продолжавшему существовать в VI и VII столетиях.

Подобная изготовленная вручную керамика медленно заменялась изготовленной на гончарном круге серой керамикой романтизированной кельтской традиции, распространенной в Словакии в период между 200 и 400 годами нашей эры.

Постепенно данная керамика изготовленная вручную вытеснялась изделиями, сделанными на гончарном круге из глины серого цвета относящимися к романизированной кельтской традиции, распространенной в Словакии в период между 200 и 400 годами. Она изготавливалась в Паннонии, но ею торговали на севере и на востоке, очевидно, что ее экспортировали и гончары, которые эмигрировали в восточную Словакию. Например, в Блажице, к востоку от Кошице, на террасе реки Олшавы обнаружили гончарную мастерскую с изделиями серого цвета паннонского типа.

Поселения прешовского типа показывают, что жители занимались скотоводством и земледелием. Там обнаружены жернова, фрагменты железных серпов, горшки для хранения припасов и множество костей одомашненных животных, прежде всего коров, овец, коз, свиней и лошадей.

Археологические находки показывают, что население Прешова вело оседлый образ жизни и не принадлежало к мигрирующим группам воинов. Чешский археолог В.Будинский-Кричка, раскопавший поселения в Прешове, пришел к выводу, что сделанные им находки указывают на длительное существование моноэтнической группы, хотя и не дают оснований для определения ее точного этнического состава. Начиная с VII века поселения и курганные погребения с кремационными захоронениями на той же территории безусловно принадлежат славянам.

В западной Словакии примерно 30 погребений и 20 поселений относится к раннему славянскому периоду. Поселения сосредоточены вдоль рек Моравы, Вага, Дудвага, Нитры, Грана и Эйпеля на лессовых террасах и песчаных дюнах. В некоторых местах над покинутыми славянскими поселениями обнаружены деревни римских времен.

Славянские поселения не были укреплены, они состоят из небольших землянок, отстоящих друг от друга на небольшое расстояние, так же как и Корчаке. Землянки без крыш, обнаруженные в поселении Нитранский Градок около Нитры, были очень небольшими, их размер колебался от 2Х2,5 до 5,5Х3,8 метров. В углу располагался каменный очаг, но не были обнаружены следы деревянных столбов. Отмечена только керамика, изготовленная вручную. Поблизости от домов были обнаружены круглые силосные ямы.

Полностью раскопанные поселения в Седалице на реке Ваг так же состоят из домов без кровли. Они имеют тот же размер, все каменные очаги размещаются в северо-восточном или северо-западном углах. В обнаруженных поблихости небольших кладбищах найдена такая же керамика пражского типа, отражающая сходный путь развития, вплоть до того времени, когда появилась раскрашенная керамика, изготовленная на гончарном круге.

В 1962 году чешский исследователь Бялекова датирует ранние славянские могилы в Западной Словакии концом V и VI века нашей эры. Новая волна славян могла вторгнуться в этот район вместе с аварами. Раннее славянское орнаментальное искусство впитало аварские элементы, и именно со времен аваров известны большие кладбища.

Самое большое кладбище находящееся близ поселка Девинска Нова Вес в Нижней Моравии на северо-западе от Братиславы, было раскопано немецким археологом И.Эйснером. В нем находится почти 1000 могил, датируемых периодом с 625 по 800 год. Среди них 27 кремационныхпогребений, остальные ингумационые. Некоторые из них могут принадлежать аварам.

Погребение расположено на восточной оконечности зоны проникновения авар. Влияние их культуры подтверждают находки уздечек с S -образными удилами, стремен, ножен для сабель, копий с узкими наконечниками и кончиками и трехзубыми наконечниками для стрел. Все названные предметы были найдены в могилах мужчин. В других могилах обнаружены славянские находки, не относящиеся к культуре кочевого типа - железные ножи и серпы, топоры, луки и стрелы, железные или бронзовые щиты. В женских погребениях обнаружены серьги, заканчивавшиеся завитками в форме буквы S и стеклянными бусами.

Самая ранняя керамика, найденная в Девинска Нове, относится к пражскому типу, она не расписана и изготовлена вручную, но встречается и керамика изготовленная на гончарном круге с отогнутыми краями и украшенная гребенчатым орнаментом. Подобную керамику Эйснер относится к «дунайскому типу» и полагает, что она типична для аварской культуры, распространенной в Австрии, Паннонии и в бассейне Тиссы.

В могилы клали мясо, кости овец и лошадей, иногда находят останки свиней и оленей. Встречаются яичные скорлупки и кости кур. Все эти погребальные обычаи хорошо известны по средневековым и поздним славянским погребениям. В Словакии встречается керамика, изготовленная вручную и на гончарных кругах, украшенная волнистыми и горизонтальными линиями.(табл.33-34)

Кроме погребения в Девинска Нова Вес и еще одного, расположенного близ Житавска Тонь в восточной Словакии, раскопанном в сороковые годы ХХ века, в пятидесятые-шестидесятые годы в Словакии были раскопаны семь огромных погребений: Голяре, Штурово, Прша, Дворы над Житавой, Шала, Желовце и Нове Замки. (табл.37). Похожие кладбища обнаружены на территории Венгрии в среднедунайской равнине. В некоторых кладбищах насчитывается от 500 до 1000 могил, большинство из них охватывают период в 150 лет. На основании типологии находок, прежде всего подвесок и украшенных орнаментом поясных пластинок все могилы могут быть подразделены на три группы:

а/ конца VI -начала VII века, для них характерны серпообразные и звездчатые подвески, для Украины – чеканные серебряные пластинки мартиновского типа (табл. 11-14),

б/ с середины VII до начала VIII века, пластины с чеканным и литым орнаментом,

в/ с начала VII по IX века, когда появлялись пластины только с литым орнаментом с геометрическими, растительными и животными мотивами.

Во всех вышеупомянутых погребениях похоронные ритуалы были достаточно единообразны: преобладали ингумационные погребения, скелеты размещались в деревянных конструкциях срубного типа, покрытых досками. Умершие лежали внутри сруба или располагались в деревянных гробах. Как правило, голова умершего направлена на северо-запад или на юго-запад. Кремационные погребения встречаются редко и относятся к периоду не ранее середины VII века.

Изменения в погребальном ритуале и появление находок, имеющих восточные и византийские аналогии, указывают на рост населения и сложное развитие славянских поселений в районе Среднего Дуная.

Очевидно сильное влияние аварской и византийской культуры: изображения грифонов, растительные мотивы на орнаментированных пластинках, которые украшают пояса азиатского кочевого типа имеют аналогии на большой территории, вплоть до Алтая и Самарканда.

Погребения лошадей и стремена, загнутые луки и украшения различных типов имеют восточное, кочевое происхождение. Орнаментированные пластины и серьги (звездчатые и украшенные зернью) относятся к позднеархаическому периоду. Смесь стилей, которая характерна для археологических находок объясняется массовыми миграциями народов.

Вряд ли когда-либо удастся наверняка опознать людей, похороненных на кладбищах среднего Дуная. Поэтому нельзя с абсолютной уверенностью говорить о том, что сотни и даже тысячи могил принадлежат исключительно к людям, говорившим на славянских языках. Как правило археологи считают, что в данном районе было смешанное население, включавшее славян, аварцев и, возможно, германоязычных людей, живших на данной территории во время господства аварцев.

Сельскохозяйственные орудия указывают, что большая часть населения вела оседлый образ жизни, возможно, за прошедшие сотни лет приняв славянский образ жизни. Данный вывод подкрепляется и тем, что археологические данные из разных погребений подтверждают непрерывное развитие культуры «аварского периода» и Моравской империи IX века.

Возникшие в ходе исследований многочисленных погребений в районе Среднего Дуная VII и VII веков разнообразные этнические проблемы вызвали многочисленные дискуссии и обсуждения между чешскими и венгерскими учеными.

Чешские ученые поддержали «славянскую теорию», венгерские ученые основывались на «аварской теории». Истина, возможно, находится посередине, поскольку в этих погребениях похоронены как славяне, так и авары. Опознаны несколько скелетов монголоидного типа, что подтверждает сведения древних историков о том, что аварское войско состояло из представителей различных этнических группы, а авары являлись их командирами.

Исключительно богатые могилы с восточными украшениями и оружием появляются среди погребений VII века и отсутствуют в последующие периоды. Удивляет и отсутствие в них оружия и поясных пластин характерных для культур кочевников.

Раскопки погребений, датируемых VII - IX веками, показывают, что в погребальный обряд входило захоронение мертвых с пищей. Часто в могилах обнаруживают кости овец, коз, лошадей, коров, свиней, индюков, кур, а также яичную скорлупу. В некоторых случаях в могилах встречается от пяти до восьми яиц. Известно, что славяне помещали в могилы мясо и яйца на протяжении всего Средневековья и в последующее время. Возможно, это указывает на наличие славянского этнического элемента в аваро-славянских погребениях.

Итак, огромное количество свидетельств подтверждает что славяне присутствовали в районе Среднего Дуная между VI и IX веками нашей эры. Если славяне на самом деле были похоронены на этих кладбищах, тогда, вероятно, их культура во многом подвергалась влиянию аварской. Кроме того, они подверглись византийскому и германскому влиянию. Все эти элементы и образовали ту славянскую материальную культуру, которая позже стала частью культуры Моравской империи.

Похожая картина складывается и на основании археологических раскопок, произведенных в славянских поселениях Моравии и в Богемии. Об одном из них, находящемся близ Брезно к северо-западу от Праги, еще не раскопанном до конца, следует упомянуть отдельно. На раскопанной части находятся 32 дома. В отличие от других славянских поселений, состоящих исключительно из одинаковых квадратных землянок, в Брезно представлены разные типы жилищ. Только 22 землянки из 32 относятся к традиционному славянскому типу, остальные жилища более длинные и имеют прямоугольную форму. На каждой короткой стороне расположено по три столбовые ямы. На плане самый северный дом как раз относится к данному типу. (илл.50)

Керамические изделия также двух типов, славянского и германского. В большинстве домов обнаружена керамика пражского типа, которую можно отнести к разным периодам. Серовато-черные осколки двуконусных горшков, украшенные рядом насечек характерны для периода миграций и имеют явно германское происхождение. Предполагают, что поселение создавалось германцами еще до прихода славян. Наиболее поздние находки – орнаментированная керамика, изготовленная на гончаром круге - соответствуют периоду укрепленных поселений.

Сравнивая осколки изделий германского происхождения с аналогичными находками из поселений, расположенных в центральной Германии, Плейнерова установила, что ранние славянские поселения появились в Брезно в первой половине VI века.

Соединение германских и славянских элементов в одном селении может указывать на то, что часть немецкого населения продолжала в нем жить и после появления славян. И те, и другие занимались сельскими хозяйством и возможно существовали параллельно, пока славяне не поглотили германцев. Раскопки четко свидетельствуют о существовании ранней славянской культуры и в период создания укрепленных поселений. Квадратные землянки с очагом, расположенным с расположенным в углу очагом продолжают строить внутри укреплений на протяжении всего VIII века.

Возможно, славяне мигрировали в центральную Германию через долину Верхней и Средней Эльбы вскоре после того, как они поселились в Богемии. По крайней мере об этом говорят похожие археологические находки. Это могло случиться примерно в 500 году нашей эры, в первой половине VI века или после аварского вторжения в район Элбы - Зале в 565-566 годах нашей эры, что остается только подтвердить более достоверными материалами.

В долинах Средней Эльбы обнаружен ряд небольших погребений, состоявших из кремационных могил в виде горшков или урн и включавших грубую, изготовленную вручную керамику пражского типа. Самое большое погребение находится в Дессау-Мозигкау и состоит из 45 могил. Другие поселения сосредоточились в районах Виттенберга, Цербста, Биттерфельда, Котхена и Тангерхюта в центральной Германии.

Поселение, раскопанное в Дессау-Мосигкау, расположено на дилювиальной террасе Эльбы и состоит из 44 квадратных домов раннего славянского типа, расположенных по кругу. В северо-западном углу каждого дома находится сложенный из камней очаг. Вход размещался посредине дома. Анализ образца угля из этого поселения позволяет определить время его образования примерно как 590 + 80 лет.

В Грибене в районе Тангерхута, расположенном на реке Эльбе, находится самая северная тока в центральной Германии, где встречаются поселения с маленькими домами квадратной формы, в которых была найдена керамика пражского типа.

Первый славянский комплекс в центральной Германии появился как совершенно чужеродный элемент, его появление не согласуется с поздними меровингскими материалами. Принявшие христианство франки хоронили своих умерших в земле, помещенные в их могилы предметы отличаются от других. Нет прототипов у изделий пражского типа и среди германских находок.

В исторических источниках упоминается колонизация сорбами (видимо под этим названием обозначены сербы) долины Эльбы и территории, расположенная между реками Эльба и Зале. В 630 году Фридегар упоминает сорбов, жилвших к востоку от тюрингцев, то есть в районе междуречья Эльбы и Мульды.

Эйнгард, автор «Хроники королевства франков» (« Annales Regni Francorum ») с 782 по 806 годы упоминает сорабцев, «чьи поселения располагались между Эльбой и Зале» и «в верховьях Эльбы».

Изучение славянской топонимики показывает, что славянские поселения распространены восточнее района Эльба-Зале а также примерно до линии Эрфур – Арнштадт - Веймар. Севернее славянские названия встречаются до Ильбменау. Во время правления Шарлеманя западная граница распространения славянской топонимики соответствует восточной границе Франкской империи.

Ранняя славянская керамика, относящаяся к пражскому типу, известна по неукрепленным поселениям и городищам, расположенным в районе Нижней Эльбы и в Мекленбурге. В некоторых местах она располагается в слоях, предшествующих VIII веку. Поэтому время появления славян в северо-западной Германии можно отнести к VI веку, как и в районе бассейна Средней Эльбы.

Для славянских поселений VIII века нашей эры, обнаруженных в восточном Гольштейне, в западном Мекленбурге и в районе реки Шпрее-Гафель характерна так называемая менкендорфская керамика, восходящая к пражскому типу.

Другая группа славянских поселений, отмеченная большими высоко расположенными укреплениями, располагалась в восточном и среднем Мекленбурге. Отличительной особенностью этой территории является керамика «фельденбергского» типа. Письменные источники VIII и IX веков позволяют связать фельденбергскую группу с Вислой, поселениями в Нижней Эльбе и племенем ободритов.

Другая группа колонистов, состоявшая из мильчанских, лужицких и сельпольских племен расселилась в лузатии и южном Бранденбурге. В этой области обнаружен ряд небольших поселений в долинах. Типичное поселение раскопано в Торнове близ Калау, по которому весь археологический комплекс получил название «торновская группа».

Керамика из этих укреплений и открытых поселений относится к вильчанской (фельдбергской группе) и к ранним славянским поселениям, расположенным в Польше. Находки показывают, что данные поселения появились в VI - VII веках и, постепенно расширяясь, просуществовали до начала VIII века .

Керамика торновской группы включает изделия, изготовленные на гончарному круге, и возможно происходит из поздних римских центров производства керамики, расположенных в южной Польше. Сокращение числа находок германского происхождения можно объяснить тем, что в V - VII веках нашей эры славяне начали расселяться между Эльбой и Одером. Этим периодом датируются некоторые славянские поселения в западной Польше. В них встречаются грубые изготовленные вручную и на гончарном круге изделия, полученные из керамических мастерских, расположенных в южной Польше, где сохранялись римские традиции производства керамики.

Миграция привела к образованию пяти больших славянских групп: в Германии и западной Польше:

1 – сорбской в междуречье Эльба – Зааль (керамика пражского типа),

2 – ободритская в западном Мекленбурге и восточном Гольштейне, относящаяся к сербской, в которую входят некоторые полабские и поважские племена,

3 – вильчанская в Мекленбурге (фельдбергская группа керамики), состоящая из ряда малых племен,

4 - группа в районе Шпрее и Гафеля, включающая племена стодоран (на Гафеле), шпреван и плонцев (южнее Гафеля),

5 – лужицкая и одерская группы, к которым относятся западно-польские племена лужичан, мильчан, додочан, сленчан, ополян и другие. К ней относится тырновская керамическая группа (не путать с лужицкой культурой бронзового века).

Происходившие в течении столетий миграции славян привели к захвату территории, в восемь раз превосходившую по площади ту, из которой они вышли. В истории славян началась совершенно новая эпоха. Из небольшой группы земледельцевони превратьились в интенсивно развивающийся народ с постоянно увеличивающейся численностью. В ходе активной миграции распространялся их язык и культура, одновременно ассимилировались местные элементы. Широкое распространение и приспособление славянских пелмен к различным природным условиям и культурному окружению привело к дифференциации языков, образованию новых племенных объединений и государств и обусловило формирование характерных черт славянского народа.

Сегодня психические и физические типы хорват, словенцев и чехов отличаются от украинцев и русских. Первые формировались под влиянием адриатического и альпийского окружения и итальянской и центральноевропейской культуры. Вторые – культурой российских степей и равнин и влиянием Азии.

Хорваты с территории Сплита или Дубровника (побережье Средиземного моря) предпочитали, чтобы их называли «иллирийцами», а не «славянами», поскольку многие их культурные традиция восходят к иллирийцам, которые жили в западной Югославии во время Бронзового и Раннего Железного века вплоть до оккупации их территории римлянами.

Славяне из северо-западной Югославии также гордятся своим иллирийским происхождением и чувствуют себя более связанными с неславянами из Центральной Европы, чем с сербами, македонцами и болгарами.

Из-за расселения на крайнем юго-востоке славянской зоны они представляют другую комбинацию культурных традиций и влияний. Их национальный характер и язык во многом подверглись влиянию фракийцев, римлян и византийского субстрата наряду с примесью монгольских (булгарских) элементов.

Дальнейшее отделение болгар, македонцев и сербов от их северных соседей было вызвано сильным четырехсотлетним влиянием турецкой культуры. Турецкое влияние привело к разделению югославнской культуры на северо-западную и юго-западную зоны.

Процесс постепенной дифференциации начался вскоре после расселения, несмотря на физические связи между широко разбросанными славянскими группами.

Анализы скелетов, проведены в ряде средневековых славянских погребений. Расположенный в Бледе словенский некрополь из более 200 могил датируемый рубежом VIII и XI веков, показывает, что древние словене, которые жили по крайней мере 1000 лет тому назад были среднего роста, имели большие головы, сильный скелет и мускулатуру.

В ходе колонизации и ассимиляции славяне распространили свой язык у народов Балканского полуострова, центральной и северо-западной Европы. До настоящего времени славянский язык сохранился в Болгарии, Югославии, Чехословакии и Польше. В Греции славянский язык по-прежнему в ходу в некоторых деревнях Македонии. В Румынии романские элементы оказались сильнее, чем славянские.

Даже после миграции славян в VI веке, местное население в Румынии упорствовало и их культура, существовавшая с IX по X века приписывалась романским носителям, но не славянам. Однако, в румынском языке легко различимы следы временного пребывания славян: он влючает больше славянских, чем румынских слов, но структура и морфология являются романскими. Мадьяры сменили славян в Венгрии в IX и X веках, но в венгерском языке сохранились также ряд слов из славянского языка.

Славянское влияние также прослеживается в Албании. Благодаря процессу германизации славянский язык исчез из северной Германии и сохранился только в ряде мест в Центральной Германии.

Полабский и померанский языки наряду с польским образовали огромную группу западных славянских лехитских языков, которые почти не сохранились в настоящее время. Последние остатки полабских западных славян из Нижней Эльбы умерли к середине XVIII века и этот язык известен теперь только по некоторым словарям и коротким текстам, датируемым началом восемнадцатого века.

Померанская группа, которая в начале Средних веков расселилась от Нижнего Одера до Нижней Вислы, теперь сохранилась на небольшой территории северо-западной Польши: на кашубском языке теперь говорит около 200000 человек, живущих к западу от нижней Вислы.

К северо – западу, в районе Столпа некоторые семьи все еще говорили на словинском языке, архаическом варианте кашубского. Кашубцы и словинцы являющиеся потомками померанской группы поочередно находившейся под властью поляков и германцев, подверглись как сильной германизации, так и влиянию польского языка.

И сегодня в верхем течении Шпрее в Центральной Германии около сохранилось около 150000 человек говорящих на сорбском языке. Сохранившийся в германском окружении, представлен двумя разновидностями: северной, распространенной в Нижней Лузатии в Пруссии и Саксонии с центром в Коттбусе, и южной в Верхней Лузатии и Саксонии с центром в Баутцене.

В Средние века сорбы граничили с Полабией на севере, Польшей на востоке и Чехией на юге.

На прилагаемой карте (с.131) показано современное распространение славянских языков в Европе.

От греч.слов моно – один и ксилос – дерево.

В то время Грецией называли Иллирию.

На самом деле ее автором является армянский ученый Анания Ширакаци.

           




 




 

 

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова