Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Джон Вулман

ХОДАТАЙСТВО О БЕДНЫХ

См. 18 век. Рабство. США. Бедность.

По изд.: Вулман Дж. Дневник. Ходатайство о бедных. М., 1995. Пер. Т.Павловой.  334 с. Тир. 50 тыс. экз.

Текст целиком (но без нумерации страниц).

Номер страницы перед текстом на этой странице.

1720-1772.

Трактат сочинён в 1762. Идея – на десять лет ранее.

Джон Вулман

Ходатайство о бедных,

или

Слово Напоминания

и Предостережения Богатым

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Богатство, к которому стремятся ради самого богатства, препятствует умножению добродетели, и большие владения в руках себялюбивых людей ведут ко злу, ибо посредством их слишком малое число людей заняты производством полезных вещей; и потому они, или некоторые из них, вынуждены работать слишком много, тогда как другие желали бы зарабатывать себе просто на жизнь, если бы не были выдуманы такие занятия, которые, не имея реальной пользы, служат только для того, чтобы доставить удовольствие праздным душам.

Ренты, взимаемые с земли, часто настолько высоки, что лица, имеющие лишь небольшое состояние, неспособны арендовать плантацию; и когда арендаторы здоровы и дело их процветает, они часто находят способы работать больше, чем предназначено нашим всемилостивым Создателем.

254

 

Часто можно видеть за работой быков и лошадей, у которых из-за жары и слишком тяжелого труда глаза и все телесные чувства выражают тот факт, что их жестоко притесняют. Груз на их повозках часто столь тяжел, что когда они утомляются от дальних перевозок, погонщики при въезде на холм или по трясине подымают их дух бичом, чтобы они двигались дальше. Многие бедные люди вынуждены так суетиться вокруг своего бизнеса, что им трудно обеспечить своим животным подходящее укрытие на время непогоды.

Это все вещи обычные для здоровых людей, но из-за болезни и неспособности работать, из-за потери скота и неудач в бизнесе многие находятся в стесненных обстоятельствах; и такая большая часть их дохода ежегодно идет на уплату ренты или процентов, что они тем самым не могут арендовать столько земли, сколько требует их дело. Таким образом, одна бедная женщина, ухаживая за своими детьми, обеспечивая свою семью и помогая больным, делает столько, сколько за то же время должны бы делать двое или трое; и честные люди часто слишком стеснены в средствах для того, чтобы дать своим детям достойное образование. Деньги, получаемые богатыми от бедных, которые, чтобы заработать эти деньги, делают больше, чем было бы надо при правильном распределении обязанностей, часто уплачиваются другим бедным людям за исполнение дела, которое противно истинному использованию вещей.

Люди, кои имеют большие владения и живут в духе милосердия, кои внимательно исследуют обстоятельства тех, кто занят в их владениях, и безотносительно к обычаям времени умеряют свои требования согласно всеобщей любви, — они, придерживаясь прин-

 

255

ципов справедливости, делают добро бедным, не считая это актом щедрости. Их пример в отказе от излишеств может и других побудить к умеренности. Их доброе стремление не требовать того, в чем законы или обычаи их поддерживают, открывает пути к умеренному труду в полезных делах и ослабляет те ветви бизнеса, которые не имеют оснований в истинной мудрости.

Заниматься тем, что служит суете и удовольствию нестойких душ, значит заключить соглашение с теми, кто поощряет эту суету, и является ловушкой, в которой запутались многие бедные ремесленники. Быть занятым делами, служащими добродетели, более всего согласно с характером и склонностями честного человека.

Пока трудолюбивые, бережливые люди придавлены нищетой и угнетены слишком большим трудом в вещах полезных, путь к приложению денег без того, чтобы поощрять гордыню и суетность, остается открытым для тех, кто воистину сочувствует им в их разнообразных трудностях.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Творец земли является ее владельцем. Он дал нам бытие на ней, и природа наша требует пропитания, которое она производит. Поскольку Он добр и милостив, мы как его создания, если живем соответственно замыслу нашего творения, получаем право на достойное существование, которое не может быть отнято У нас ни одним человеком. Согласно соглашениям и договорам наших отцов и предшественников и путем собственных дел и предприятий некоторые из нас требуют гораздо большей доли в этом мире, нежели

256

 

другие; и поскольку такие владения действительно усовершенствованы на благо целого, это соответствует справедливости. Но тот, кто в стремлении к самовозвеличению побуждает других вместе с их домашними животными неумеренно работать и на деньги, добываемые таким путем, нанимает других для своей роскошной жизни, действует противно милостивому замыслу Того, Кто является истинным владельцем земли; и никакое владение, будь то приобретенное или полученное по наследству от предков, не оправдывает такого поведения.

 

Добро остается добром, и всем разумным созданиям надлежит подчиняться наставлениям чистого разума — что законы и обычаи не должны являться правилом нашего поведения, если они не основаны на всеобщей справедливости.

Хотя бедные занимают нашу землю по договору, на который они в своем бедственном положении согласились, и мы просим даже меньше, чем точное выполнение их соглашения, все же если наше стремление — накоплять богатства или жить, примиряясь с обычаями, которые не имеют своего основания в Истине, и наши требования таковы, что вынуждают их на более тяжелый труд или вовлеченность в дело, чем совместимо с чистой любовью, то мы, значит, вторгаемся в их права как жителей того мира, владельцем которого является добрый и всемилостивый Бог, под кем все мы — арендаторы.

Если бы все излишества и жажда внешнего величия были отброшены, и повсюду было бы достигнуто правильное использование вещей, то такое число людей могло бы быть занято полезными вещами, что умеренный труд с благословения небес отвечал бы всем добрым целям, относящимся к людям и живот-

 

257

ным, и значительное число их могло бы иметь досуг, дабы посвятить себя соответствующим делам гражданского общества.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Когда силы наши и дух наш возвышенны, мы с бодростью проходим через все дела. Слишком большое или слишком малое дело утомляет, но правильная пропорция несет здоровье нашему телу и находится в согласии с честной душою.

Там, где люди имеют большое состояние, они занимают место, облеченное доверием. Иметь власть вести жизнь без затруднений таким манером, который требует большого труда, и в то же самое время ограничивать себя таким пользованием вещами, которое предписано нашим Искупителем и подтверждено Его примером и примером многих других, которые жили в ранние века Христианской церкви, дабы можно было более широко оказывать помощь объектам благотворительности — жить таким способом требует от людей, владеющих большими состояниями, пристального внимания к божественной любви.

Наш милосердный создатель заботится обо всех своих творениях и обеспечивает их. Его многие милости видны во всех делах Его; и до тех пор; пока любовь Его воздействует на наши души, мы проявляем интерес к Его мастерству и чувствуем стремление использовать всякую возможность, чтобы уменьшить бедствия несчастных и умножить счастье всей твари. Здесь именно появляется перспектива общей пользы, от которой наша собственная польза неотделима: оборотить все ценности, которыми мы владеем, в средство всеобщей любви становится делом нашей жиз-

258

 

ни. Люди больших состояний, чьи сердца смягчились таким образом, подобны отцам для бедняков, и видя своих братьев в бедственном положении и наблюдая свои собственные, более легкие условия жизни, они найдут возможность для смиренных размышлений и почувствуют силу тех обязанностей, которые возложены на них — быть к ним добрыми и мягкосердечными.

Бедные люди, испытавшие облегчение своих тягот и освобожденные от слишком плотного вовлечения в бизнес, получают возможность нанять других для помощи себе, хорошо заботиться о своем скоте и могут найти время, чтобы навестить своих знакомых, что является принадлежностью хорошо устроенной общественной жизни.

Когда они размышляют о возможностях, открытых перед богатыми для их угнетения, и видят доброту их обращения, они находят это приятным и совместимым с братством; и когда человек, чья душа обратилась ко всеобщей любви, возлагает всю свою веру на Бога и находит твердое основание, на котором стоит в любых переменах и переворотах, случающихся среди людей, то и доброта его поведения приводит к распространению доброго, благожелательного расположения во всем мире.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Наш благословенный Искупитель, наставляя нас в том, как вести себя по отношению друг к другу, обращается к нашим собственным чувствам: «Итак во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними» (Мф. 7. 12). Ныне там, где люди живут полностью за счет труда других, сами

 

259

никогда не испытав тяжести труда, там часто существует опасность, что они не почувствуют, в каком положении находится их работник, и потому, неспособные беспристрастно судить в своем деле, не зная, что они сами пожелают, если будут тяжко работать из года в год, дабы добыть средства к существованию и кроме того платить огромную ренту — так вот хорошо было бы для тех, кто живет в изобилии, трудиться над тем, чтобы смягчить свое сердце, чтобы использовать каждую возможность познакомиться с тяготами и усталостью тех, кто зарабатывает себе на жизнь, и серьезно задуматься: Истинно ли действует во мне милосердие, когда я заявляю свои требования? Не имею ли я желания поддерживать для себя дорогостоящие обычаи, потому что мои знакомые подчиняются этим обычаям? Если бы я работал, как и они, чтобы поддерживать их и их детей в положении, подобном моему, таким образом, как они и их дети работают для нас, смог ли бы я, при такой перемене, перед тем, как заключу соглашение о рентах и процентах, назвать некоторые высокие статьи расходов из моего обихода и обихода моей семьи, которые по существу не используются и стоимость которых можно уменьшить? И не испытывал ли бы я в таком случае сильное желание прекратить эти ненужные расходы, дабы благодаря меньшим расходам условия соглашений для меня стали бы легче?

Если богатый человек по серьезном размышлении найдет в своей собственной совести свидетельство, что он делает какие-то расходы, потакая своему желанию подчиняться известным обычаям, которые можно сократить, если устроить жизнь должным образом, и которые, если бы он поменялся местами с теми,

260

 

кто арендует у него землю, он бы желал, чтобы они прекратили, — кто пробудится таким образом и почувствует все это, тот с необходимостью вспомнит предписание, обязывающее: «Так поступайте и вы с ними». Божественная любовь не отдает суровых или неразумных приказов, но милосердно указывает нам на дух братства и на путь к счастью в достижении того, что необходимо, чтобы мы могли порвать со всем тем, что есть себялюбие.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Все те невзгоды и тяжесть угнетения, через которые проходят люди, приводит их к определенному знанию этих вещей. Дабы укрепить обязанность людей быть мягкосердечными по отношению к бедным, вдохновенный Законодатель напомнил детям Израиля опыт из их собственного прошлого: «Вы знаете душу пришельца, потому что сами были пришельцами в земле Египетской» (Исх. 23. 9). Тот, кто был пришельцем среди недобрых людей или под правлением жестокосердных, знает это чувство; но человек, который никогда не чувствовал тяжести власти, которой злоупотребляют, не приходит к этому знанию иначе, чем через внутреннюю нежность, в которой сердце приуготовляется к сочувствию другим.

Мы можем поразмышлять о положении бедного, невинного человека, который трудом своим содержит другого такого же человека, более богатого, чем он сам, и на кого богатый человек из желания богатства и роскоши возлагает тяжкое бремя труда. Когда этот бедный работник рассмотрит способы наложения на него этого тяжкого бремени и увидит, что этот великий

 

261

труд и работа по хозяйству возложены на него для того, чтобы поддерживать то, что не имеет оснований в чистой мудрости, мы можем очень хорошо себе представить, что в душе его поднимается недовольство тем, кто мог бы обращаться с ним, без всякого неудобства для себя, более благожелательно. Когда он увидит, что благодаря его трудолюбию его собрат по творению получает выгоду и что вдобавок этот человек, имеющий большое богатство, недоволен, если его содержат более скромным образом, — но дабы ублажить ложные желания и подчиниться ложным обычаям, до крайности умножает труды тех, кто арендует его землю, — мы с полным основанием можем заключить, что он будет думать, что его используют во зло.

Когда он увидит, что поведение богатых согласно с обычаями наших времен, и не усмотрит в мире сем путей исправления, тогда внутреннее воздыхание невинного человека подымется к престолу того великого, благого Существа, Кто создал нас всех и постоянно заботится о своих творениях. Беспристрастно рассмотрев эти вещи, мы можем получить некоторое ощущение того, в каком состоянии находятся невинные люди, сверх меры нагружаемые богатыми. Но тот, кто тяжко трудится год за годом, дабы снабжать других богатством и излишками, кто трудится и думает, думает и трудится, пока от чрезмерного труда не станет усталым и удрученным, такой человек понимает смысл речения: «Вы знаете душу пришельца, потому что сами  были пришельцами в земле Египетской».

Так как многие в наши дни, кто не знают сердца .Пришельца, потворствуют себе в том образе жизни, (Который требует большего труда в мире сем, чем

262

 

Бесконечное Добро предназначило человеку, и все же сочувствуют тем терпящим бедствие, кого встречают на своем пути, — если бы они немного изменили положение тех, кто работает на них, если бы они регулярно ходили путями познания души пришельца и почувствовали, и узнали бы стеснения и тяготы, через которые проходят много бедных, невинных людей в своей спрятанной от других, безвестной жизни, если бы те, кто ныне каждый день великолепно играют на другой стороне сцены, пока время семижды не пройдет над ними и они не вернутся в прежнее состояние, — я полагаю, многие из них приветствовали бы гораздо менее дорогой образ жизни и облегчили бы тяжкое бремя, лежащее на тех, кто ныне работает в поте лица, чтобы содержать их и пройти через трудности, которые им знакомы очень мало.

Когда мы видим наших собратьев по творению в больших трудностях, в которых мы ни в коей мере не являемся соучастниками, то это пробуждает нежность в душах всех разумных людей, но если мы рассмотрим положение тех, кто угнетен, выполняя наши требования,  кто трудится вне нашего поля зрения и часто работает на нас, в то время как мы проводим дни в изобилии, если мы увидим, что много меньше, чем то, что мы требуем, обеспечит нас всем, что действительно нам необходимо, какое сердце не смягчится, или какой разумный человек воздержится от того, чтобы уменьшить то горе, коему он сам стал причиной, когда он может сделать это без всяких неудобств для себя? Я заключу словами Иезе-кииля пророка (гл. 34, стих 18); «Разве мало вам того, что пасетесь на хорошей пажити, а между тем остальное на пажши вашей топчете ногами вашими?»

263

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Люди, растрачивающие много сил на работе, часто употребляют крепкие напитки, дабы привести себя в чувство. Если бы большее число людей было занято полезным делом и меньше бы было тех, кто едят хлеб как награду за дела, не являющиеся полезными, тогда пища или одежда по разумным расчетам будут больше соответствовать затраченному труду, чем происходит ныне. При поведении, согласном со здравой мудростью, небольшое количество ежедневного труда может быть достаточным для того, чтобы поддерживать правильное обращение соответствующих потоков по всем каналам общества; и это количество труда может быть так распределено и включено в самые благоприятные части дня, что люди не станут иметь ту потребность использовать крепкие напитки, которую они имеют в настоящее время.

 

Вопрос: Если 4 человека, каждый работая 8 часов в день, вырастят 200 бушелей ржи за 60 дней, сколько часов должны работать 5 человек, чтобы выполнить то же самое дело в то же самое время?

4 чел.

5 чел.

Ответ: 6 час. 24 мин.

 

264

Количество рома и спиртного, ввозимого и производимого в этих колониях, очень велико! Мы даже не можем себе представить, сколько тысяч бочек этой жидкости выпивается каждый год в нашей стране, не оказывая благотворного воздействия на наши манеры. Когда люди, растрачивая себя на работе, употребляют такие напитки не только чтобы освежиться по окончании работы, но чтобы поддержать себя, продолжая трудиться, ибо они не имеют достаточного времени для отдыха, то постепенно это отвращает их от того спокойствия в мыслях, которое имеют те, кто стойко прилепляет свои сердца к истинной мудрости. Если дух рассеян по причине слишком тяжелой телесной работы на жаре и вновь взбадривается крепкой выпивкой, — то, что это делает человека неспособным к серьезным мыслям и размышлениям о божественном, я думаю, никто не станет отрицать; и так как массы людей в обычной жизни не употребляют спиртного столько, чтобы это помешало им выполнять свои земные обязанности, то этот обычай требует нашего серьезнейшего рассмотрения. Но так как благодаря божественной благодати я нашел, что существует более спокойный, мирный и счастливый путь, намеченный для нас, то я собираюсь выразить то, что я чувствую относительно этого в сердце моем.

Так же, как лелеять дух любви и кротости является нашей обязанностью, так и избегать того, что, как мы знаем, противно этому — тоже наша обязанность. Каждая степень роскоши, какого бы ни было рода, и каждое требование денег, несовместимое с божественным порядком, имеет некую связь с ненужным трудом. Слишком большой труд истощает дух, и люди ищут помощи, выпивая крепкие напитки; а час-

265

тое употребление крепких напитков воздействует на душу противно Духу Святому. Ясно, когда люди принимают слишком много, дабы временно воздержаться от пользования своим разумом, и хотя имеются степени такого состояния и сильно пьяный человек может более всего удалиться от того состояния духа, в котором приемлемо молиться Богу, но все же человек, часто почти совсем растраченный от слишком большой работы и возрождающийся к жизни с помощью спиртных напитков, без того чтобы слишком сильно напиться, приучает себя к тому, что является меньшей степенью того же самого зла и что в случае продолжительного употребления с неизбежностью повредит и телу, и духу. В природе людей есть некая мера подобия с той пищей и воздухом, к которым они привыкли с самой юности своей. И часто случается, что те, кто удален от своего родного воздуха и обычного питания, становятся от недостатка их слабыми и нездоровыми. Неразумно также предполагать, что столько тысяч бочек этого огненного напитка могут выпиваться нами каждый год и обычай этот сохраняется из века в век, не изменяя до какой-то степени саму природу человека и не делая его душу менее восприимчивой к чистой Истине в любви к ней.

Так как многие из тех, кто проявляет некоторое стремление к благочестию, в то же время в какой-то мере соглашаются с тем образом жизни и накопления богатств, которые сверх меры увеличивают труд, ограниченный божественной мудростью, я желал бы, чтобы они рассмотрели связь вещей, в которых следует Проявлять осторожность, чтобы не взыскивать с бедных людей более, чем совместимо со всеобщей справедливостью, — они выказывают это своим поведением, хотя на словах осуждают это.

266

 

Сохранять богатства для других поколений путем неумеренного труда тех, кто в какой-то мере зависят от нас — значит творить зло в настоящем, не зная о том, что наше богатство, собранное таким образом, может быть употреблено во зло, когда мы уйдем. Работать слишком тяжко или заставлять других делать это, дабы мы жили в соответствии с обычаями, которым противостоял своим примером Христос, наш Искупитель, в те дни, когда был во плоти, и которые противоречат божественному порядку, это значит удобрять почву для посева в землю семян зла.

Те, кто углубятся в рассмотрение этого вопроса и будут жить под тяжестью его, почувствуют, что он так тяжел и его дурные последствия столь сильны, что необходимость подчинения одной только божественной мудрости станет очевидной и тем самым будут направлены к правильному использованию вещей, в противовес обычаям сих времен, и поддержаны в том, чтобы терпеливо выносить укоризны, сопровождающие необычное поведение. Даже небольшое подчинение ложному пути усиливает руки тех, которые доводят дурные обычаи до их крайнего выражения; и чем более человек проявляет себя как добродетельный и возвышенный душою, тем более мощно его согласие потворствует злодеям. Отбросьте в сторону проповедь благочестивой жизни, и люди будут ждать немного или совсем никаких наставлений путем примера. Но в то время как мы проповедуем, что во всех случаях следует жить в постоянном противодействии тому, что противно всеобщей справедливости, какие выражения могут соответствовать этому предмету или какой язык будет достаточным, чтобы дать силы для исполнения наших обязанностей ос-

267

терегаться, чтобы путем нашего примера мы не повели других по ложному пути.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

«Сей же род изгоняется только молитвою и постом»

(Мф. 17. 21).

Если в заботе нашей о детях мы уступим пристрастности в делах, касающихся того, что может случиться, когда мы уйдем, то после смерти мы уже не сможем смотреть на пристрастность с удовольствием. Если с помощью своего богатства мы дадим им внешнее величие без полного понимания того, что мы не могли одарить их лучше, и тем самым да-. дим им власть жестоко обращаться с другими, более добродетельными, чем они, то после смерти это даст нам не больше удовлетворения, чем если бы с помощью этих сокровищ мы вознесли бы кого-то другого над нашими собственными детьми и дали бы им власть угнетать наших.

Если бы человек владел таким количеством хорошей земли, какое могло бы вполне обеспечить двадцать трудолюбивых, бережливых людей, и считал бы себя ее законным наследником и собирался бы передать это большое состояние своим детям, но нашел бы, исследуя документы, что половина этого состояния без сомнения являлась собственностью некоторого числа бедных сирот, кто по добродетели и уму своему представлялись столь же подающими надежды, как и его собственные дети, — открытие это дало бы яу возможность задуматься над тем, не ищет ли он какой-либо выгоды, отличной от выгоды этих детей.

268

 

Некоторые из нас имеют состояния, достаточные для того, чтобы обеспечить наших детей и еще такое же число людей, если бы они все использовали свое время на дела полезные и жили в той простоте, которая соответствует характеру истинных учеников Христовых и не имели бы оснований верить, что наши дети будут после нас использовать их в целях добра более, чем некоторые бедные дети, кого мы знаем, если бы они его имели; и все же верим ли мы, что после нашей смерти это состояние будет разделено поровну между нашими детьми и таким же числом этих бедных детей; похоже, это поставило бы нас в трудное положение. Это может показать внимательному человеку, что дабы искупить себя от всех остатков себялюбия, дабы иметь одинаковое отношение ко всем нашим собратьям по творению и любить их, как любит их наш Небесный Отец, мы должны постоянно обращаться к воздействию Его духа.

Когда сердца наши ширятся в созерцании природы этой божественной любви, мы зрим ее гармонию; но если мы внимательно рассмотрим те движения себялюбия, которые делают для нас затруднительным понимание того, что само по себе разумно, и которые, если отделить их от всех прежних понятий и ожиданий, предстанут пред нами как они есть, мы сможем увидеть в этом непоследовательность, ибо причина такой затруднительности находится в будущем и не окажет воздействия на наших детей до тех пор, пока мы не перейдем в такое состояние бытия, где не будем иметь возможности получать наслаждение от чего бы то ни было, противоположного чистому принципу всеобщей любви.

Так как живущее в нас естественное желание превосходства, если дать ему волю, перейдет на тех из

268

наших любимцев, кто, как мы надеемся, станут нашими преемниками, и так как погоня за богатством и властью для них весьма многое прибавляет к бремени, лежащему на бедняках, и усиливает зло жадности в этом мире, я часто втайне желал, чтобы глядя на потомков, мы могли помнить о чистоте того покоя, который приуготован для народа Господня, о невозможности нам получать удовольствие в чем бы то ни было, отличном от всеобщей праведности, и каким суетным и слабым является желание передать богатство и власть тем, кто кажется неспособным применить его для всеобщего блага, когда мы покинем мир сей.

Так как мы христиане, все, чем мы владеем, является дарами Божьими. Ныне, распределяя их среди людей, мы действуем как Его слуги, и нашей обязанностью становится действовать согласно с той божественной мудростью, которую Он милостиво дарует рабам своим. Если слуга в большой семье из себялюбивого тяготения к каким-то вещам возьмет то, что ему доверено, и расточительно одарит этим кого-либо к ущербу других и к убытку того, кто нанял его, он отделит себя и станет недостойным своей должности.

Истинное блаженство человека в этой жизни и в той, что должна последовать, — в том, чтобы стать внутренне единым с источником всеобщей любви и блаженства. Когда мы обеспечиваем наше потомство и заключаем соглашения, которые не будут иметь результата до тех пор, пока мы не переместимся в иное состояния бытия, если мы в них действовали противно всеобщей любви и праведности, то такое Поведение, должно быть, исходит из ложного, себялюбивого удовольствия от дурного направления дел,

270

 

в котором нам невозможно будет получать удовольствие в то время, когда наши указания будут приведены в исполнение. Ибо если мы после такого соглашения, когда уже будет слишком поздно изменить его, достигнем того очищенного состояния, о котором наш Искупитель молился своему Отцу, чтобы народ Его достиг этого состояния, — соединяясь с Отцом и Сыном — то искреннее раскаяние во всем, что мы сделали по своей воле, отделенной от всеобщей любви, должно предшествовать этому внутреннему освящению; и хотя в такой глубине раскаяния и примирения все грехи простятся и печали уйдут, так что преступления наши, совершенные до тех пор, более не смогут ввергать нас в скорби, все же отдельные наши решения в пользу тех, кого мы любили себялюбивой любовью, не смогут доставить нам никакого удовольствия. И если после такого себялюбивого решения воля наша будет по-прежнему противоречить источнику всеобщего света и любви, непреодолимая пропасть между душой и истинным блаженством сохранится, и ничто, совершенное до тех пор в этой отчужденной воле, не доставит нам удовольствия.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Трудиться для утверждения в божественной любви, где душа выпуталась из власти тьмы, — великая задача жизни человеческой. Собирать богатства, покрывать тело прекрасно выработанными, дорогостоящими одеждами и иметь великолепную мебель, — все это направлено против всеобщей любви и стремится напитать эгоистическое «я», так что желание всего этого принадлежит не детям Света.

271

Тот, кто послал воронов, чтобы накормить Илию в пустыне, и умножил жалкие остатки еды и масла у бедной вдовы, ныне столь же внимателен к нуждам народа своего, сколь и всегда, так что когда Он называет нас среди своего народа и говорит: «И вы будете моими сынами и дщерями» (2 Кор. 6: 18) — никакого большего счастья не могут желать те, кто знают, какой Он щедрый отец.

Большая часть того, что необходимо для жизни, настолько подвержено порче, что каждое поколение имеет случай трудиться для этого; и когда мы смотрим на грядущий век с душою, наполненной всеобщей любовью, мы не пытаемся избавить кого-то от тех забот, которые с необходимостью имеют отношение к этой жизни, и не пытаемся дать им власть «для того, чтобы угнетать других, но желаем, чтобы г они все были Господними детьми и жили в таком смирении и порядке, чтобы стать Его семьею. Когда наши сердца открываются и ширятся таким образом, то мы чувствуем согласие пользоваться вещами, столь же далекими от роскоши и величия, как те, что Искупитель наш положил нам за образец.

Когда человек желает богатства для власти и отличий, которые оно дает, и собирает его, основываясь на этих соображениях, тот человек справедливо может быть назван богатым, чья душа побуждаема планами, отличными от замыслов Отца,  и не может чиниться с небесным сообществом, где Бог является силой жизни, до того, как отвергнется этого противного [божественному] плана

«Удобнее верблюду, — говорит наш Спаситель, — пройти сквозь игольные уши, нежели богатому войти Царствие Божие» (Мк. 10. 25). Здесь Господь наш употребляет наставительное уподобление, ибо как вер-

272

 

блюд, рассматриваемый в этом свойстве, не может пройти сквозь игольное ушко, так и человек, который доверяет богатству и держит его ради власти и отличий, сопутствующих ему, не может в этом духе войти в Царствие. Даже и ни одна часть верблюда не может быть настолько уменьшена, чтобы пройти через отверстие, столь малое, как игольное ушко, и все же такова величина этого создания и твердость его костей и зубов, что его нельзя расчленить без тяжкого труда. Так и человек должен отвратиться от того духа, который жаждет богатств, и сократить их до другого состояния, перед тем как он наследует царство, так же решительно, как верблюд должен отказаться от формы верблюда, чтобы пройти сквозь игольное ушко.

Когда наш Спаситель сказал богатому юноше: «Пойди, все, что имеешь, продай, и раздай нищим» (Мк. 10. 21), хотя без сомнения его долгом было так поступить, все же считать долгом каждого истинного христианина продать все, что он имеет, значило бы ограничить Святое. Послушные дети, которым доверено много внешнего достояния, ждут мудрости, чтобы распорядиться им соответственно воле Того, в Ком «милосердие для сирот» (Ос. 14. 4). Может не быть долгом каждого сразу передать все, что он имеет, в другие руки, но скорее время от времени оглядываться вокруг, на многочисленные ветви единой семьи, как слуги Его, которые говорили: «Оставь сирот твоих, Я поддержу жизнь их, и вдовы твои пусть надеются на меня» (Иер. 49. 11). Но как ученики Христа, хотя и наделенные многим добром, они не могут согласиться на роскошную и великолепную жизнь. Ибо если бы владение многими сокровищами было достаточным резоном для того, чтобы явить

273

миру прекрасный фасад, тогда Господь наш Христос, который имел надежные запасы и, в каком-то смысле превзойдя обычные природные процессы, снабдил тысячи людей пищей, не жил бы в такой скромности.

То, чем мы по справедливости владеем, — это дар нам от Бога; но все было создано Сыном. Ныне Тот, Кто творит вещи из ничего — Кто создает и, создав, владеет — поистине более богат, нежели тот, кто владеет, получая дары от другого. Если бы глубина знаний и высокий титул были существенными основаниями для того, чтобы явить великолепный вид, Он сделал бы это. Он говорил женщине из Самарии разные вещи, относящиеся к ее прошлой жизни, упомянул о кончине Лазаря и ответил книжнику, обвинившему Его в богохульстве, не имея на то оснований, и имея в себе духа без меры, знал, что творится в душе человека. Он носил титул Господа — никому, никогда титул этот не давался с большей справедливостью, ибо на земле не было равного Ему в богатстве, и мудрости, и величии; и так как Он жил в совершенной скромности и простоте, самый больший в семье Его не может, по добродетели своей, требовать права жить в мирском величии, не противореча учению Того, Кто сказал: «Довольно для ученика, чтобы он был, как учитель его» (Мф. 10. 25).

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Если глаза наши будут настолько проницательны, чтобы ясно различать дух себялюбия,.мы узрим, что он — величайший из всех тиранов. При каком-то из римских императоров многие тысячи невинных людей, которые были утверждены в истине Христовой

274

 

религии благодаря могучему воздействию на них Его Святого Духа и совестились подчиниться языческим церемониям, были по этой причине преданы смерти путем различных жестоких и медленных пыток, как это подробно описано Евсевием. Теперь если мы всмотримся в Домициана, Нерона или какого-нибудь другого из этих императоров-гонителей, человек, как бы ни был он жесток в свое время, будет тираном малых последствий в сравнении с духом себялюбия. Ибо хотя оковы его тяжелы, все же большая часть мира была вне пределов его досягаемости; и хотя он причинял скорбь телам невинных людей, все же души многих получали божественную поддержку в своей ужасной агонии, и оставаясь верными до самой смерти, были избавлены от его тирании. Правление его, хотя и жестокое, продолжалось лишь некоторое время и скоро окончилось, и он, даже в своем пышнейшем величии, был просто рабом своему духу себялюбия. Таким образом, тирания, что касается человека, поднимается и скоро перестает. Но если мы рассмотрим многообразное угнетение во многих государствах и бедствия, вызываемые спором одного народа с другим в разные времена и в разных местах мира сего, и будем помнить, что себялюбие было первопричиной всего этого; если мы рассмотрим, что те, кем в конце концов владеет этот дух себялюбия, не только причиняют несчастье другим, но сами находятся в несчастье и не имеют подлинного покоя ни в этой жизни, ни в будущей, но согласно речению Христа имеют свою долю в том нелегком положении, «где червь их не умирает, и огонь не угасает» (Мк. 9. 48); при всех этих обстоятельствах не ужасным ли кажется дух себялюбия?

275

Если мы рассмотрим опустошения, сделанные в нынешнем веке, и как многие и многие люди спешат, стремясь собрать сокровища, чтобы потешить тот дух, который отклоняется отдуха покорности, и в той мудрости, которая есть безумие пред Богом, извращают истинное употребление вещей, работая словно бы в пламени, ссорясь друг с другом даже до кровопролития и осуществляя свою власть для того, чтобы поддержать пути жизни, чуждые жизни Того, Кто полностью распялся миру сему; если мы рассмотрим, какое огромное число людей наняты в различных государствах, чтобы готовить орудия войны, и тяжкий труд армий предназначается для того, чтобы оборонить их территории от вторжения извне и страшных несчастий, которые им сопутствуют; тогда как многие из тех, кто возделывают землю и заняты другими полезными вещами — содержа самих себя, содержа тех, кто занят военным делом, и тех, кто владеет землей — несут тяжкое бремя, вынужденные выносить слишком многие труды; тогда как другие в разных королевствах заняты тем, что для помощи в труде ловят людей в отдаленных уголках земли, чтобы те провели остаток своей жизни в невыносимой доле рабов, и их «я» в расчет при этом не принимается — среди всей этой неразберихи и этих сцен печали и отчаяния, можем ли мы помнить Царя Мира на земле, помнить, что мы — Его ученики, и помнить тот пример смирения и скромности, который он дал нам, не чувствуя при этом серьезного желания отринуть все, что связано с себялюбивыми привычками в еде, одежде, в домах, во всем остальном: чтобы будучи из Христовой семьи и ходя по Его стопам, мы могли бы держаться той праведности, в которой

276

был создан первый человек, и не иметь ничего общего с теми выдумками, которых ищут люди в падшей мудрости.

В духе себялюбия возникает идолопоклонство. Разве благословенный наш Искупитель не дал в те времена семье своей способность выносить ужасные поношения и терпеть жестокие, даже смертные мучения за свидетельства против идолопоклонства; и можем ли мы взирать на засилье идолопоклонства, хотя и в другом обличий, без того, чтобы взревновать к самим себе, пока по неосмотрительности не допустили его сами? -

Те верные мученики отказывались бросать ладан в огонь, хотя сделав это, они могли избегнуть жестокой смерти. Бросить благоуханный кусочек в огонь, дабы ощутить приятный аромат — если рассматривать это отдельно от всех сопутствующих обстоятельств — покажется событием с незначительными последствиями; но так как они тем самым продемонстрировали бы, что принимают идолопоклонство, то верные неизбежно отказывались от этого. Мы также ни в коей мере не можем отступить от чистой всеобщей праведности и открыто продолжать делать то, что несогласно с Истиной, не усиливая неправедных и не делая того, что по природе вещей подобно курению фимиама идолу.

Об Оригене, христианине древних времен4, говорят, что он по невниманию и в очень тяжелый момент взял ладан в руку, и один язычник, дабы принудить его, схватил его руку и заставил выронить ладан в огонь перед жертвенником, и эта уступка избавила его от внешних мучений, но после этого он горько оплакивал свое состояние, как состояние падшего человека, перешедшего от хорошего состояния

 

277

к худшему. Таким образом, очевидно, что даже малая степень добровольного подчинения тому, что ложно, очень опасно, и дело Оригена несет в себе это наставление, которое нам стоит заметить.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

«Не две ли малые птицы продаются за ассарий? И ни одна из них не упадет на землю без воли Отца вашего»

(Мф. 10. 29).

Ведение войн, обычное для мира сего, настолько отличается от чистоты христианской религии, что многие совестятся в них участвовать. Те, кто искуплены от любви мира сего настолько, что не владеют ничем в духе себялюбия, их «жизнь сокрыта со Христом в Боге» (Кол. 3. 3), и Он хранит их в смирении, даже во времена волнений. Так как они ничем не владеют, кроме того, что принадлежит Его семье, беспокойные мысли о богатстве или власти не обременяют их, и они научаются соглашаться на то, чтобы ими распоряжалась воля Того, Кто, будучи вездесущим и всегда помнящим о чадах своих, все обращает им во благо. Но там, где действует тот дух, который любит богатства, и подчиняясь ему, человек собирает добро и прилепляется к обычаям, которые коренятся в самоублажении, этот дух, отделившийся от всеобщей любви, ищет помощи у той силы, которая являет разделение; и каким бы именем его ни назвать, он постоянно стремится защитить сокровища, полученные таким образом. Это подобно цепи, где одно звено включает в себя другое. Возникновение

278

желания достичь богатства — это начало. Это желание, если его взлелеять, превращается в действие, и богатства, таким образом добытые, доставляют удовольствие себялюбию, а когда в них живет себялюбие, оно желает защищать свои богатства.

Богатство сопровождается властью и поддерживается путем этой сделки и действий, противных всеобщей праведности; и тут угнетение, осуществляемое с мирским умением и порядком, облекает себя именем правосудия и становится подобным семени раздора, упавшему в почву; и так как этот дух, удалившийся от чистой обители, побеждает, то семя войны разбухает, и прорастает, и растет, и становится сильным, пока не созреет множество плодов. И так приходит время урожая, о котором сказал пророк, что «в день собирания не куча жатвы будет, но скорбь жестокая» (Ис. 17. 11).

О, дай, чтобы мы, кто выступаем против войны и признаем веру только в одного Бога, могли ходить в свете и в нем рассматривали основания и мотивы владения большими состояниями! Дай, чтобы мы смотрели на сокровища наши и на обстановку наших домов, и на одежды, в которые облекаем себя, и проверяли, питаются ли семена войны этими нашими владениями или нет. Обладание сокровищами в духе самоублажения — это сильное растение, и плоды его созревают быстро. День внешнего истощения грядет, и божественная любовь зовет нас быть готовыми к его приходу! Внемлите, о вы, дети, кто знаете Свет, и идите! Оставьте все, что не принадлежит Господу нашему Иисусу Христу! Не думайте, что его пример слишком прост или слишком груб для вас. Не думайте, что маленький отрезок Его жизни слишком мал, но давайте жить в Его духе и ходить

279

по Его стопам, и Он сохранит нас во времена величайших потрясений.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

«Небо - небо Господу, а землю Он дал сынам человеческим»

(Пс. 115. 16).

Так как мы рабы Божий, вся земля или состояние, которыми мы пользуемся, мы пользуемся от Него, как даром Его; и извлекая прибыль, мы должны действовать в соответствии с замыслом нашего благодетеля. Несовершенные люди могут давать, побуждаемые безотчетной любовью, но Совершенная Мудрость и Благо дает согласно Его собственной природе. Дар этот не абсолютен, но обусловлен тем, чтобы мы владели им как послушные дети, и не иначе, ибо Он один является истинным владельцем. «Господня земля, — говорит Он, — и все что наполняет ее» (Пс. 24. 1).

Вдохновенный Законодатель повелел, чтобы те из израильтян, кто продал свое наследие, продали бы его только на время и чтобы они или их дети снова могли наслаждаться им в Год Урочный, приходящийся на каждый пятидесятый год. «Землю не должно продавать навсегда, ибо Моя земля, — говорит Гос-. подь, — вы пришельцы и поселенцы у меня» (Лев. 25. 23), что по замыслу Его должно было помешать богатым угнетать бедных, слишком увеличивая размеры своей земли. И наш благословенный Искупитель сказал: «Доколе не прейдет небо и земля, ни одна йота или ни одна черта не прейдет из закона, пока не исполнится все» (Мф. 5. 18).

280

 

Там, где божественная любовь поселится в сердцах людских и они постоянно будут действовать, основываясь на началах всеобщей праведности, там истинный смысл закона будет исполнен, хотя внешние способы действий могут различаться один от другого. Но там, где люди дали овладеть собой духу, на который намекает пророк, и глядя на свои богатства, говорят в сердце своем: «Не своею ли силою мы приобрели себе могущество?» (Ам. 6. 13), — здесь они отходят от божественного закона и не столь строго считают свои владения владениями Бога, а также не признают роли слабых и бедных в приумножении его, но требуют только, чтобы они потакали их деланиям в подчинении мирской пышности. И таким образом там, где дом присоединяется к дому и поле к полю, пока вовсе не останется места и бедняки не будут тем самым поставлены в стесненные обстоятельства, хотя это может быть сделано путем сделки и покупки, все же пока это не соответствует всеобщей любви, то скорбь, предсказанная пророком, будет сопровождать их в делах их.

Так как Тот, Кто впервые сотворил землю из ничего, стал тем самым истинным ее владельцем, то Он им и остается; и хотя Он дал ее чадам людским, чтобы множество народов, пока обитают здесь, могли иметь от нее пропитание, все же Он никогда не отчуждал ее; но право Его дать нам ее столь же благо, как и в самом начале, и никто не может требовать увеличения своих владений противно всеобщей любви, ни распоряжаться землями таким путем, который, как они знают, приведет к возвышению одних за счет угнетения других, без справедливого воздаяния за узурпацию.

281

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Если мы вернемся на полтора столетия назад и сравним жителей Великобритании с коренным населением Северной Америки на равных основаниях, индейцы, я полагаю, мало уступят первым. При открытии этого плодородного континента, когда многие, жители тех густонаселенных краев только пришли сюда, коренные жители поначалу обращались с ними по-доброму, и когда те привезли с собой железные орудия и много разных вещей, удобных для пользования, они с радостью приветствовали возможность обмена и поощряли этих иностранцев у них поселиться. Я говорю только об улучшениях, сделанных мирным путем.

Таким образом наш милосердный Отец, который в одно и то же время зрит положение всех своих созданий, открыл путь переселения из тех густонаселенных земель и дал им место здесь. Теперь если мы внимательно рассмотрим мановение десницы Божией, давшей нам место на этом континенте, и что - потомки этих древних владельцев земли (в чьих гла-зах мы являемся пришельцами)  все еще являются владельцами и обитателями земли, прилегающей к нам; и что их образ жизни, требующий больше места, передан был им их предшественниками и, возможно, установлен обычаем с незапамятных времен; рассмотрев это, мы можем увидеть необходимость возделывания земель, уже полученных от них, и просить увеличения их только с истинной мудростью, так J   чтобы разместить наибольшее число людей, которое возможно вместить, перед тем как мы получим право просить, как члены одной большой семьи, чтобы они выделили нам еще больше из того, что им

282

 

принадлежит, и жили таким образом, который требует меньше места.

Если бы мы все ходили так, чтобы следовать за нашим благословенным Спасителем, если бы все плоды нашей страны, созревшие в ней, которые посылаются заграницу в обмен на крепкие напитки, столь дорого стоящие, и на другие роскошные вещи, которыми мы впоследствии не будем пользоваться, и труд, и стоимость ввоза и вывоза употреблены были на земледелие и полезные ремесла, гораздо большее число людей, чем живет здесь теперь, могли бы удобно жить с благословения Божия на этих землях, уже дарованных нам древними владельцами страны.

Если мы верно служим Богу, который дал нам место на этой земле, я верю, что он сделает кого-то из нас полезным среди них, как в проповеди учения Сына Его, нашего Спасителя, так и в ознакомлении их с преимуществами пополнения земли и покорения ее.

Некоторые, я полагаю, позаботятся о тех бедных людях заграницей, которые зарабатывают себе на хлеб, производя и торгуя теми вещами, которые мы, как истинные ученики, живущие в скромности подобно нашему Небесному Примеру, не должны употреблять. Но, отставив в сторону все излишества и роскошь, — поскольку люди в одних местах селятся намного гуще, чем в других, торговля некоторыми нужными вещами может приносить взаимную выгоду и может вестись со значительно большей регулярностью к удовлетворению искренних христиан, чем ныне дело обстоит с торговлей.

Один человек, продолжающий жить в обществе противно истинной мудрости, обычно втягивает дру-

283

гих в общение с ним; и там, где эти люди принимают тот путь, который этот первый избрал для себя, дела их подобны дикой виноградной лозе, которая, выросши из одного семени и ставши крепкой, протянула вокруг свои ветви, и их маленькие вьющиеся усики обвиваются вокруг всех трав и ветвей деревьев, куда  только могут достать, и так укрепляются и обосновываются на них, что без особого труда или большой силы их невозможно распутать. Так и эти обычаи, малые в своем начале, по мере того, как они усиливаются, способствуют увеличению бизнеса и передвижения, и многие зависят от них в добывании хлеба насущного. Но так как очевидно, что всякий бизнес, не имеющий основания в истинной мудрости, не подобает верному последователю Христа, который любит  Бога не только всем своим сердцем, но и всею своею . силой и способностью трудиться и действовать в мире; и так как Господь может и будет поддерживать тех, чьи сердца пред ним совершенны, способом, соответствующим Его безошибочной мудрости; она  побуждает нас размышлять о преимуществах чад Его, помнить, что там, где присутствует дух Господа, сущесгвует свобода и что участвуя в обычаях, которые, как мы знаем, ложны, мы отходим от чистоты Его правления и в определенной мере допускаем отчуждение ют Него.

Отбросить искусные, дорогие одеяния и пользо-^ваться лишь теми, которые просты и легки в употреблении, отказаться от всех излишеств и слишком крепких напитков, — согласно с учением нашего Благословенного Искупителя, и если в целомудрии наших сердец мы так поступаем, мы в какой-то степени делаем вклад в сокращение того бизнеса, который

284

 

имеет основания в ложном духе; и так как некоторые добропорядочные люди вовлечены в такой бизнес и временами желают освободиться от него, прекращение нами этих обычаев может оказать им помощь; и хотя в течение некоторого времени их бизнес будет терпеть убытки, все же если они смиренно попросят мудрости у Бога и воистину покорятся Ему, Он не подведет их и не покинет их. Тот, Кто сотворил землю и обеспечил пропитанием миллионы людей в прошлые времена, и ныне столь же внимателен к нуждам своих детей, как и всегда. Идти вперед, к совершенству, — наш долг, и если в этом стремлении мы сократим какой-то бизнес, благодаря которому некоторые бедные люди зарабатывают себе на хлеб, то Господь, зовущий отказаться от таких вещей, позаботится о тех, чей бизнес в связи с этим пришел в упадок, если они искренне стремятся к Нему.

Если взаимоотношения с другими жителями этих провинций и наши собственные интересы, рассматриваемые как отличные от интересов других, привлекут нас к тому, чтобы вести скромный образ жизни, дабы обогатить нашу страну, то хотя скромная жизнь и является сама по себе наилучшей, но ведя скромную жизнь в духе себялюбия мы не продвинемся вперед в истинной религии. Божественная любовь, которая вообще открывает сердце навстречу всему человечеству, одна может по праву остановить любое греховное движение и открыть такие пути для бизнеса и'коммерции, на которых не действует ничто, что не чисто, и так утвердить пути наши, что когда в труде своем мы размышляем о всепоглощающей любви Божией и о гармонии святых ангелов, этот

285

наш душевный покой никогда не затуманится воспоминанием, что какая-то часть нашего дела поддерживает обычаи, имеющие своим основанием дух себялюбия.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Когда души наши расположены в пользу обычаев, отличных от совершенной чистоты, мы подвергаемся опасности потерять устремленность к тому Свету, который открывает нашему взору природу всеобщей праведности.

В делах густонаселенной страны имеется множество разнообразных занятий, помимо возделывания земли: для некоторых людей иметь не больше земли, чем это необходимо для застройки и удовлетворения нужд семьи, отвечает чувству братства; и из всех разнообразных даров, которыми Бог наделил тех, кто занят
земледелием, для некоторых владеть и занимать гораздо больше земли, чем другие, может показаться этому подобным. Но там, где кто-либо силою своих владений требует такой ренты или таких процентов, которые вынуждают тех, кто им должны, к теснейшей сосредоточенности на бизнесе, чем назначил нам наш всемилостивый Отец, то это приводит в беспорядок механизм совершенного братства и ведет к такой загруженности, которая не принадлежит семье Христовой, чей пример везде был образцом мудрости, так что скромность и простота Его внешнего вида может вполне устыдить нас, когда мы поклоняемся своему телу и одеваем его в дорогие одежды или высоко ценим богатство, добытое ценою даже наименьшего угнетения.

286

 

Земля приносит нам пропитание и прибыльна для человека; и хотя одни имеют большую прибыль от нее, чем другие, это может быть совместимо с гармонией истинного братства, и все же с тем, что беднейшие, но честные люди, пока они остаются обитателями земли, должны получать определенную часть этой прибыли в таком же ясном и абсолютном смысле, как те, кто унаследовали много, я думаю, согласятся все те, чьи сердца открыты всеобщей любви.

Первые люди, которые населяли землю, были первыми, кто владел землею. Всемилостивый Создатель и собственник ее дал плоды ее им в пользование. И когда одно поколение ушло, другое пришло и приняло владение; и таким образом в течение многих веков бесчисленные множества людей обеспечивались плодами земли. Но всемилостивый Создатель наш является таким же абсолютным собственником ее, каким Он был, когда впервые творил ее из ничего, до того, как человек стал ее владельцем. И хотя из-за требований, основанных на праве первого владения, среди людей возникло большое неравенство, все же наставления великого собственника земли необходимо учитывать во всех делах наших как владельцеь или претендентов на прибыль от земли.

«Господом утверждаются стопы праведного человека» (Пс. 37. 23), и те, кто руководствуются этим чьи сердца открыты Его любви, дают соответствен ные указания относительно своих владений;  и то притязание, которое основывается на всеобщей спра ведливости, имеет под собой доброе право, но продол жение этого права зависит от должного употребления прибылей.

Слово право обычно используется в отношении к нашим владениям. Мы говорим «право собственности на такой-то дивиденд от провинции» или «ясное, несомненное право на землю» внутри определенных границ. Таким образом, это слово продолжает напоминать нам о первоначальном намерении разделить землю рубежами и подразумевает, что было задумано разделить ее поровну или по праву, разделить согласно справедливости. В этом — то есть в равенстве и справедливости — состоит сила наших притязаний. Если мы усматриваем несправедливые притязания и находим, что дарения или предоставления доказаеы соответствующими печатями или свидетельствами, это не дает заявителю права, ибо то, что противно справедливости, неверно, и природа его должна изменена, прежде чем оно сможет быть правильным.

Предположим, двадцать свободных людей, открыто считающих себя последователями Христа, нашли остров, не известный никому из людей, и со ими женами, независимо от кого бы то ни было, и владеть им и, разделив его поровну, вносить улучшения и умножаться. Предположим, что эти первые владельцы, постоянно испытывая воздействие истинной любви, с родительской любовью смотрели на улучшающиеся условия жизни обитателей и к концу своей жизни дали такие указания относительно своих владений, какие лучше всего отвечали благополучию целого и стремилось сохранить любовь и гармонию и что потомки их при постоянном умножении народа в целом следовали их благочестимому примеру и применяли самые эффективные меры к тому, чтобы угнетение не было допущено

288

в пределы их острова. Но [предположим], что один из этих первых поселенцев из чрезмерной привязанности к одному из своих многочисленных сыновей, заслужившего не больше, чем остальные, отдает львиную долю своей земли ему, и путем документа, должным образом засвидетельствованного, с силой выражает свое желание и волю. Предположим, этот сын, став лендлордом по отношению к своим братьям и пленникам, потребует такую долю плодов земли, которая может обеспечить его самого, его семью и некоторых других; и что эти другие, получающие обеспечение из его закромов, наняты им для того, чтобы украшать его здания искусной резьбой и росписями, готовя кареты для поездок, сосуды для его дома, изысканные блюда, прекрасно сделанные одеяния и мебель, — все это для того, чтобы подчеркнуть различие между ним и другими обитателями; и что благодаря абсолютному распоряжению всеми этими многочисленными усовершенствованиями власть его настолько увеличилась, что во всех совещаниях относительно общих дел острова тем простым, честным людям, которые стремились к справедливым установлениям, стало очень трудно добиться решений, отвечающих их праведным склонностям, так как он во всем им противоречил. Предположим, он, из любви к одному из своих сыновей, поддался желанию продолжать все это величие под своим собственным именем и вручил ему львиную долю всех своих владений, и таким образом в течение многих веков на двадцатой части острова правил один великий лендлорд, а остальные были бедными угнетенными людьми; для некоторых из них по причине их воспитания, к которому присоединялось сознание величия

 

289

их предшественников, тяжелый труд казался невыносимым; и они поэтому хитроумными ссылками на слабость, неосмотрительность и развращенность других, в стремлении получить от них содержание, усилили среди них затруднения; тогда как жители других частей, которые остерегались угнетения и в единстве друг с другом воспитывали своих детей в скромности, бережливости и полезном труде, жили более гармонично.

Если мы проследим притязания девятого или десятого из этих крупных лендлордов вспять, к первому владельцу, и найдем, что притязания эти подтверждаются документами, правильно составленными и засвидетельствованными, то в конце концов мы не сможем признать в наших сердцах, что он имел право на такую большую долю земли после такого многократного умножения жителей.

Первый собственник этой двадцатой части, как мы полагаем, держал в своих руках не больше, чем равную с другими долю; но когда Господь, который впервые дал этим двадцати людям во владение сей остров, неизвестный другим, дал бытие многочисленным людям, которые населили эту двадцатую часть, чье естество требовало ее плодов для своего пропитания, этот крупный претендент на землю не мог иметь права на всю часть, дабы распоряжаться ею, удовлетворяя свои случайные желания; но они, как создания Высочайшего Бога, собственника неба и земли, имели право на часть того, чем владел этот крупный претендент, хотя они не имели документов, подтверждающих это право.

Таким образом, угнетение, доходящее до крайностей, кажется ужасным, но угнетение в более рафи-

290

нированном обличье все же остается угнетением, и там, где малейшая мера его поощряется, оно становится все сильнее и распространяется вширь: так что трудиться для совершенного искупления от этого духа угнетения — великое дело всей семьи Христа Иисуса в этом мире.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

О ШКОЛАХ

Когда нас тщательно наставляют в царстве Божием, мы соглашаемся с таким использованием вещей, на которое указывает Его мудрость, как для себя самих, так и для наших детей, и не заботимся о том, чтобы научить их искусству достигать богатства, но заботимся о том, чтобы любовь Божия и правильное отношение ко всем их братьям по творению овладела их душами и чтобы в ходе учения происходило совершенствование их в чистой мудрости. Так как Христос, Пастырь наш, может и хочет наставить свою семью во всех вещах, которые им надлежит знать, нашим долгом остается терпеливо ждать Его помощи в обучении наших семей и не пытаться продвинуть их в обучении с помощью того духа, во искупление нас от которого Он отдал свою жизнь.

Это Он сказал, что дети мира сего в своем роде мудрее, чем дети Света, и из опыта явствует, что пробуждая и лелея в детях дух гордыни и любви к похвалам, иногда их можно научить быстрее, чем другими способами; но когда в изучении какого-либо искусства или науки они привыкают не слушаться чистого Духа и возрастают в той мудрости, которая есть глупость перед Богом, им предстоит болез-

 

291

ненный труд разучиться тому, чему они таким образом научились, чтобы быть принятыми в божественную семью. И потому нам следует стойко придерживаться в школах и в других средствах воспитания принципа всеобщего Света и терпеливо ждать их улучшения на путях истинной мудрости, не пытаясь получить помощь от того духа, который ищет чести от человеков. [Отходя от чистого Света, люди желают помощи от духа мира сего, подталкивая своих детей в учении, дабы они могли благодаря своему образованию вести жизнь менее скромную и простую, чем предназначил нам наш Святой Пример].

Дети, достигшие возраста, когда их надо отдавать в школу, находятся в той стадии жизни, которая требует осторожного и терпеливого внимания наставников и такого прилежного наблюдения над их различными характерами и нравами, чтобы обрести способность правильно и своевременно подойти к каждой личности.

Если бы мы добросовестно отучились от любви к богатству и отбросили все излишества в нашей жизни, то так как работа ради тщеславия прекратилась бы и осталась бы нужда только в работе ради вещей, совместимых со смиренной, самоотверженной жизнью, разумный список расходов позволил бы тратить на воспитание и образование детей столько, что простой, смиренный человек с семьей, подобной ему, мог бы обеспечить себе жизнь обучением и наблюдением за таким малым числом детей, которое позволило бы ему должным образом и своевременно уделять внимание каждой отдельной личности и мягко вести их вперед, насколько откроет ему

292

 

путь Евангельский Дух, не поощряя среди них гордыни или злого соперничества.

То, что забота о детях иногда вверяется людям, которые не живут в подлинной добродетели Истины, является делом, требующим нашего серьезного рассмотрения, ибо наш неизменный долг — использовать все возможное в их образовании, дабы познакомить их с внутренней работой милосердия; и там, где наставники не имеют опыта в такой работе, их дух и поведение в наставлениях и распоряжениях, отдаваемых детям, часто производят впечатление на их нежные, неопытные души к великому их ущербу.

И опять, там, где этим занимаются благочестивые люди, им часто трудно содержать свои семьи без того, чтобы взять под свое попечение такое большое число детей, что они не могут столь полно вникать в дух и нрав каждой личности, как это было бы полезно для детей. Большое число детей в школе часто является тяжким бременем для души честного наставника, и когда мысли его и время настолько больше заняты внешними делами школы, что он не может так вникнуть в дух и характер каждой личности, чтобы вести их правильно и своевременно по линии истинных суждений, — там души детей часто страдают и ложный дух набирает силу, что часто умножает трудности в школе и подобно инфекции передается от одного к другому.

Человек под воздействием духа Истины, занимающийся воспитанием детей, когда он имеет только такое число их, что проявление божественной силы в нем превышает их нестойкость, то добрый дух, в котором он правит ими, в свою меру воздействует

 

293

на их души и стремится вести их вперед в христианской жизни. Но когда стесненные обстоятельства, соединенные с низкой заработной платой, влияют на обучение детей, в его сердце проникает такое искушение, что он берет под свою опеку слишком мало для меры его дара, или, там, где желание достичь богатства так развращает сердце других, что они берут под опеку слишком многих, — там истинный порядок христианского обучения теряется. Но там, где человек несет ответственность за слишком большое число для той меры сил, которую Господь ему отпустил, то страдает не только его душа, но и дети страдают тоже; и так как управление не поддерживается в истинном христианском духе, то чистое свидетельство в душах детей не достигается.

Воспитать детей в истинном благочестии и добродетели — обязанность, возложенная на всех нас, кто их имеет; и наш Небесный Отец не требует от нас иных обязанностей, чем те, на исполнение которых Он дает нам силы, когда мы смиренно ищем Его: что хотя на разумный взгляд трудности во многих местах, где наставляют наших детей в полезных знаниях, весьма велики, все же если мы покорно вникнем в ту мудрость, которая идет свыше, наш милосердный Отец откроет нам путь для того, чтобы дать им такое воспитание, какого Он от нас требует.

И здесь я могу сказать, что душа моя с печалью обратилась к тем, кто из желания богатства, из желания подчиниться образу жизни, отличному от истинно христианского духа, осуществляют себя в вещах, касающихся этой жизни, и недостаточно кладут на сердце те страдания, которые во многих краях испытывает

294

 

молодежь из-за недостатка благочестивых примеров и наставников, чьи души находятся в согласии с духом Истины.

Свершаются ли великие труды для того, чтобы добыть богатство для потомков? Многие ли зарабатывают себе на жизнь, снабжая нас изысками и роскошью?

Расходуются ли деньги на краски, дабы порадовать наши взоры, что делает наши одежды менее удобными в носке? Куплены ли одежды затейливой выработки за высокую цену по причине их изысканности?

Не являются ли различные виды ремесла всего лишь украшательством — в строительстве наших домов, завешивании стен и перегородок, и чтобы его видели в нашей мебели и одеяниях? И среди всех этих расходов, которых не требует от нас чистая Истина, не посылаем ли мы наших детей в обучение к людям, которые, как мы полагаем, не испытывают влияния духа Истины, вместо того чтобы ждать смиренно мудрости от Господа, дабы Он направил нас в их воспитании?

Отдать детей в обучение к людям, кои, как мы полагаем, не достаточно подготовлены для того, чтобы ввести их в истинно христианскую жизнь, — я думаю, ни один благочестивый человек не скажет, что этого требует наш долг. Творить зло для того, чтобы из этого вышло добро, — противно христианскому учению; дабы когда времена столь смутны, что мы -не можем идти вперед по путям ясности и чистоты, нам надлежит в глубине смирения молитвенно внимать Господу, чтобы узнать Его волю относительно нас и наших детей.

295

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

О ХОЗЯЕВАХ И СЛУГАХ

«Рабы, повинуйтесь господам своим по плоти со страхом и трепетом, в простоте сердца вашего, как Христу»

(Еф. 6. 5).

Можно видеть в нескольких местах, где Апостол пишет, обращаясь к рабам, что он старается направить их души к истинному Свету, дабы работая в услужении, они могли бы, как Апостол это выражает, «исполнять волю Божию от души» (Еф. 6. 6), так чтобы они не уподоблялись человекоугодникам, но трудились в простоте сердца и страхе Божием, и чтобы они ни делали, они могли бы «делать от души, как для Господа, а не для человеков» (Кол. 3. 23).

Так как чистый принцип справедливости — это основание, на котором стоит чистый сердцем, действия их соответствуют этому; и в то время как они поощряют честное исполнение каждой разумной обязанности с одной стороны, то с другой они стоят на страже против того, чтобы слуги не выполняли несправедливые приказы, а служили бы «как для Господа, а не для челбвеков», что направляет нас к необходимости смиренно ходить пред Богом, дабы верно исполняя наставления Его Святого Духа, чувства наши могли быть «приучены к различению добра и зла» (Евр. 5. 14). И как справедливые приказы хозяев следует исполнять, потому что они справедливы, так и, наоборот, такие приказания людей, которые не могут быть осуществлены без того, чтобы ослушаться Бога — не достаточное основание для того,

296

 

чтобы рабы Христовы его исполняли; здесь им надлежит повиноваться Богу, а не человекам.

Нынешняя забота души моей — это чтобы все, кто находятся в положении хозяев, могли серьезно рассмотреть это дело и не требовать от слуг ничего, что неразумно или при исполнении чего они по необходимости должны были бы действовать противно всеобщей справедливости.

Благочестивый отец сознательно заботится о своих детях, дабы его трудами они могли быть правильно воспитаны и имели некоторые вещи, которые необходимы для их первоначального устроения в этом мире. Но там, где человек видит, что его справедливые намерения извращены и труды его обращены на служение целям, которые не являются справедливыми, и он не надеется на исправление, дело его весьма плачевно; ибо тут, хотя он и расположен трудиться, он не может трудиться «от души, как для Господа, а не для человеков».

Подчиняться требованиям, которые несправедливы, значит причинять горе благожелательной душе, а для человека, облеченного властью, требовать услужения от другого, не предлагая справедливой награды,  представляется мне своего рода притеснением. Честные люди, трудясь в мирских делах, имеют в виду тем самым сделать добро; они трудятся, потому что убеждены, что это их долг. Но там, где труд, не надлежащий по справедливости, требуется для того,  чтобы ублажить  алчные,  тяготеющие к роскоши или амбициозные замыслы других, то это ставит совестливых людей перед огромными трудностями.  Если они не подчинятся,  их подвергнут наказанию, а если они сделают то, что,

297

по их мнению, неправильно, они ранят собственные души.

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

Держать негров в качестве рабов до того, как им исполнится тридцать лет, и распоряжаться прибылью, получаемой от последних девяти лет их труда, как нашей собственной, на том основании, что они иногда I могут ввергнуть нас в расходы, — это такой ход дела, который, очевидно, нуждается в исправлении.

ПРЕДЛАГАЕМЫЕ ОСНОВАНИЯ

1.   Взрослые мужчины, которые соблюдали установленный порядок и не заключали соглашение о рабстве — я думаю, все согласятся, что им следует дать свободу, и заставлять их служить в рабстве на девять лет дольше может означать содержать их в рабстве в течение всей их жизни. Они могут умереть до окончания этого срока и не заставлять нас тратиться, и могут оставить детей, кому они с полным основанием могут, заболев, пожелать оставить .те деньги, которые они заработали после того, как заплатили за свое образование.

2.  Труд здорового, трудолюбивого негра в течение девяти лет, по умеренным подсчетам, может дать не менее чем пятьдесят фунтов денег, за вычетом питания и одежды. Теперь если бы эти деньги были заработаны либо в услужении у человека, который его обучил, или разложены пропорционально годам под наблюдением этого человека и положены под умеренные проценты для использования этим негром и предназначены для его будущих нужд или для таких чест-

298

 

ных целей, которые он мог бы указать в своем завещании, это казалось бы нам более братским поведением, если бы мы очутились в положении этого негра.

3. Чистое добро рождает себе подобное; и там, где люди убеждены, что поведение тех, кто имеет власть над ними, справедливо, это естественно поощряет их обеспечить себя в старости. Когда достигается чистое свидетельство, тем самым возникает забота о том, чтобы не стать бременем для имения тех, кого они считали честными людьми и своими истинными друзьями. Но там, где люди работали без заработка девятью годами дольше, чем обычно бывает с другими людьми, среди которых они обитают, и после того отпущены на свободу, и при этом уверились, что те, кто так задержали их, в большом долгу перед ними, но не собираются отдавать тот долг, разве что те впадут в нужду, когда не смогут содержать сами себя — такие люди естественно будут убеждены, что такое обращение не является братским, и будут думать, что разумно было бы когда-то вернуть им заработанное, и думать, что имение, в котором они работали, могло бы в разумных пределах помочь им в старости, и таким образом испытать искушение уклониться от мудрого вовлечения в дело.

4. Если я вижу, что человек нуждается в пособии, и знаю, что в моих руках находятся его деньги, кото рые должны быть когда-то выплачены для разумно го пользования или ему самому, или другим, кого он укажет, в этом случае не остается искушения удержи вать их долее в то время, как я вижу, что он хоче-i получить их. Но если себялюбие так охватило меня, что я смотрю  на деньги,  которые мне доверены, с желанием скрыть их от подлинного владельца, и из

 

299

за силы желания, соединенной с ожиданием, что так как наконец это является частью моего имения, я могу употребить их на пользу самому себе или моей семье в мире сем и тем самым ввести себя в расходы, которых смиренный последователь Христа постарался бы избегнуть, — и тут, поддавшись одному искушению, мы сталкиваемся с великой опасностью поддаться еще большему и не вникнуть в нужды человека, который имел деньги в моих руках, с той заботой и усердием, кои я мог бы проявить, если бы искуситель не нашел путь к моей душе.

5.  Если мы по справедливости подсчитаем деньги, которые имеем в сохранности, и, разумно, с бережливостью используя их, потратим всю сумму, помогая человеку, который их заработал; и если понадобится больше, а общество откажется нести какую-либо часть расходов; если имение наше до того времени не извлекало прибыли из труда его отцов или предков, это будет тем случаем,  когда праведный страдает за свидетельство доброй совести и от чего,  если с верностью выполняют его, они со временем, верю могут надеяться получить освобождение от этого дания.

6.  Негры были страдающим народом, а мы как зажданское общество — те, от кого они страдали. Ныне там, где людям нанесен вред, касающийся их анешней сущности, и они умерли, не получив компенсации, то дети их, очевидно, имеют право на то, что по траведливости должны были получить их отцы, но было отложено. Сердце мое охватывает печаль, когда я пишу об этом, от сознания великого ущерба, анесенного этим язычникам и их детям, которые рождены были в таком плену, который является не-

 

300

справедливым пленом. Когда предки этих людей ввозились из Африки, некоторые, я полагаю, покупали их с намерением обращаться с ними по-доброму как с рабами. Они покупали их, как будто те жестокие люди имели право продавать их, но я полагаю, так как природа и намерения такой сделки не были основательно рассмотрены и таким образом строительство велось на несправедливом основании, то пелена постепенно затянула эту очень плачевную и бедственную для большого числа язычников деятельность. Сейчас во многих местах возрождается забота о том, чтобы эта пелена была в дальнейшем сорвана и чтобы такой непорядок исследован был до самого дна; а я забочусь о том, чтобы мы могли не только держать в уме, что негры являются страдающим народом в нашем гражданском обществе, но чтобы в истинном смирении чувствовали то истинное воздействие, которое одно способно вести нас путем, на коем испытаем исцеление и обновление.

7. Говоря до сих пор о неграх как о людях, имеющих равное с нами право получать прибыль от своего труда, я чувствую в душе, что должен упомянуть о том долге, который нам надлежит отдать в наше время многим неграм. Где люди в определенных границах так организованы в общество, что становятся подобными большому телу со множеством членов, там любой ущерб, причиненный не принадлежащим к этому обществу членами этого общества, если общество, в чьей власти это находится, не использует всех разумных попыток вершить суд и право и не отрекается публично от неправедных предприятий, несправедливость отдельных лиц ложится бременем на все гражданское общество, в котором они продол-

301

жают пребывать. И там, где нанесен ущерб внешней сущности отдельных людей и они умерли, не получив компенсации, так что дети их не получают того, что по справедливости должно принадлежать их родителям, здесь такие дети должны по праву получить компенсацию от того гражданского общества, в котором страдали их родители.

Сердце мое охватывает печалью, когда я пишу сие, из-за великой несправедливости, творимой против этих язычников и их детей, рожденных в плену. Если бы активные члены гражданского общества объединились в твердом противодействии жестоким деяниям, когда несправедливости еще только начинались, если бы те, кто, поддавшись духу себялюбия и пытаясь творить подобные дела впоследствии, встречались бы с твердым противодействием, и если бы их заставили воздавать лицам, которым они нанесли ущерб, по справедливости до тех пор, пока перспектива получить выгоду от таких несправедливых деяний не покажется столь сомнительной, что больше не будет предприниматься никаких попыток — насколько луч- это было бы для наших Американских колоний и островов?

Некоторые, как я полагаю, купили бедных страдальцев с намерением обращаться с ними, рабами, по-доброму. Они покупали их так, как будто те жестокие люди имели право продавать их, но, думаю я, не вникая достаточно глубоко в рассмотрение последствий таких деяний. Другие, я думаю, купили их, имея в виду внешнее облегчение и выгоду; и таким образом те жестокие люди нашли лиц с хорошей репутацией, которые купили их добычу и на этой куплe, как на основании, стали строить свою власть,

302

 

власть хозяев, и тем самым поощряли их в этой жуткой торговле, пока деяния их не получили такое одобрение гражданского общества, что оно стало рассматривать этих людей как своих членов, не пытаясь наказать их за их преступления; и отсюда некая пелена в какой-то мере покрыла это дело, весьма чуждое справедливости, и лик вещей оказался настолько скрытым, что при самой прискорбной несправедливости очень немногие кажутся встревоженными ею или усердно работают для того, чтобы воздать справедливость страдальцам и их потомству.

У этих бедных африканцев странный язык, и с ними нелегко разговаривать, и их рабское положение сильно сокрушило ту братскую свободу, которая часто существует между нами и безобидными чужестранцами. В этих неблагоприятных условиях не разумно ли будет предположить, что они рассмотрят в своих изможденных душах все несправедливости, совершенные против них, и заплачут! — заплачут, не имея никого, кто бы их утешил?

Хотя из-за постоянного повторения несправедливостей многие умы дошли до отупения, все же природа вещей не изменилась. Долгое угнетение не делает угнетение совместимым с братской любовью, и долгота времен протяженностью в несколько сто летий не дает воздаяния потомкам этих оскорблен ных чужестранцев. Многие из них жили и умерли без того, чтобы дело их было выслушано и решено согласно справедливости; и с печалью об этой распущенности, тщеславии и излишествах, слишком привычных в нашем гражданском обществе, даже когда на нас лежит тяжелый груз несправедливых деяний, я ныне говорю все это с чувством любви ко всем и в горя-

303

чей заботе о действительных интересах моих собратьев — членов общества, как и об интересах моих собратьев по творению вообще.

Представьте себе, что безобидный юнец сорок лет назад был насильственным образом захвачен в Гвинее, продан здесь в рабство, тяжко трудился до старости и имеет детей, которые живы до сих пор. Хотя ни одна сумма денег не может стать справедливым воздаянием за полное лишение свободы, все же если будет подсчитано, что страдания этого человека стоят не более, чем пятьдесят фунтов, я думаю, что беспристрастные люди признают, что это не выходит за пределы разумного и что его дети по справедливости имеют на это право.

Пятьдесят фунтов при росте в три процента, прибавляемые к основной сумме раз в десять лет, за сорок лет увеличат всю сумму до более чем ста сорока фунтов.

Общая сумма 50 фунтов 50
Процент за 10 лет при 3 процентах годовых 15
  65
Процент за 10 лет 19
  84
Процент за 10 лет 25
  109
Процент за 10 лет 32
  141

Теперь, когда души наши усердно очищены от сяких предрассудков в отношении различий в цвете ожи и любовь Христова, в которой нет предвзятости, атила нас, я полагаю, что нам как гражданскому

304

 

обществу будет предъявлен внушительный счет за угнетение, осуществлявшееся против людей, которые не сделали нам вреда, и что если бы частные дела многих лиц были обнародованы, то оказалось бы, что с них причитается внушительный долг.

Я заключаю словами справедливого судьи Израильского: «Вот я; свидетельствуйте на меня пред Господом и пред помазанником Его, у кого взял я вола, у кого взял осла, кого обидел и кого притеснял, у кого взял дар и закрыл в деле его глаза мои, — и я возвращу вам» (1 Цар. 12. 3).

 

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова