Ко входуЯков Кротов. Богочеловвеческая история
 

Яков Кротов

К ЕВАНГЕЛИЮ

Мф. 1, 25и не знал Ее. Как наконец Она родила Сына Своего первенца, и он нарек Ему имя: Иисус.

№10 по согласованию. Фразы предыдущая - следующая.

Cм. о. А.Меня о "братьях" Христа. Комментарий Златоуста;

См. Рождество - Гал 4, 19 (Павел рождает верующих) -
 

Почему Иисус назван "первенцем" Марии (Мф. 1, 25)? Означает ли это, что были и последующие дети?

Слово "первенец" в древнем мире не обязательно означало "первый из многих". Важнее было не то, что за первым последовали другие дети, а то, что первый увенчал добродетель родителей. Бездетность (не малодетность!) считалась наказанием Божиим, и достаточно было одного ребенка, чтобы отпало подозрение в греховности, которая отождествлялась с бесплодностью. Если на фиговом дереве была хотя бы одна фига, уже было не так уж фигово, и эту первую фигу следовало пожертвовать Богу даже, если последующих фиг не последовало.

Якорный Бейби

В Америке, как и в некоторых европейских странах, сохранилось "право земли": рожденный в Америке - гражданин Америки, даже если родился случайно ("право крови" тоже есть, так что родившийся у американцев за границей ребёнок - тоже гражданин США). Есть даже термин "ребёнок-якорь", напоминающий о том, как плавали в полярных широтах. Если парусник застревал во льдах так, что силы ветра не хватало для движения, то матросы заносили якорь вперёд, насколько хватало цепи, врубали в лёд, возвращались на корабль и начали крутит барабан, словно поднимают якорь - но не якорь поднимался, а корабль подтягивался. Не снизу вверх шло движение, а по горизонтали.

Что такое застрять во льдах греховных, видно из готтентотской морали. Американский правый политик Бобби Джиндал [Jindal] в 2015 году заявил, что нужно отменить "право земли", чтобы не было "якорных детей", "anchor babies". Проклятая политическая конкуренция! Довольно быстро враги выяснили, что родители Джиндала приехали в США, не имея американского гражданства, за четыре месяца до рождения ребёнка, так что он сам - типичный "якорь".

"Божественный младенец" и "якорь спасения" - это ведь один и тот же Иисус. Грех, гибель, от которых надо спасаться, это вовсе не людоедство с прелюбодейством, а самоуверенность, двойные стандарты, самообман. Чтобы спастись от очевидных грехов, Бога вообще не нужно, и благодати не нужно. Достаточно хорошего психолога, Десяти шагов для распутника или Двадцати шагов для реакционера. А вот спастись от того, что ты сам не замечаешь, что ты не то грехом не считаешь, а полагаешь даже добродетелью... Ведь наверняка у Джиндала в голове какие-то железобетонные объяснения есть, почему его родителям было хорошо то, что плохо для родителей других людей. Вот из этого железобетонного ледостава и можно выбраться только вот так - вглядываясь в Младенца Иисуса. Или, если человек неверующий или нехристианин (хотя для американских консерваторов это маловероятно) - в любого младенца. В идеале, конечно, вглядываться в сперматозоид или яйцеклетку, но зрения не хватит. Впрочем, младенцы утипуснее, и сколько их не разглядывай, не обнаружишь гражданства, вероисповедания, этнического и национального. Вот в XIX веке Шерлок Холмс легко бы определил по младенцу, какого он гражданства, но за полтораста лет Британия выбралась из льдов империализма-расизма. Но Британия выбралась, а британцы - не очень, хотя и впереди многих, впереди...

Впрочем, даже когда все новорожденные мира будут с рождения гражданами единой страны, это не упразднит того прискорбного факта, что все мы рождаемся с гражданством греха. Не с двойным гражданством, а вполне себе ординарным. И у каждого из нас должен быть якорь в небеса, и он есть, хотя не мы его туда занесли. Не надо раздувать паруса самоуверенности - они лишь свидетельствуют, что в душе ледяной штиль. Делать всё то, что делают и неверующие, крутить те же ручки, вытягивать ту же цепь, только делать с верой в то, что мы не от земли, а для неба, тем более, что так оно и есть, только недоказуемо - и слава Богу, Который ничего не доказывает и ничем не доказывается, а просто забросил в мир Своего Сына и крутит, и крутит, подтягивая мир к Себе.

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова