Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Cергий Голубцов

Профессура МДА в сетях ЧК и Гулага. 1999.

Книга о семье Голубцовых в 20-м веке.

Московское духовенство в преддверии и начале гонений, М., 1999 г.

Голубцов С. Первый московский процесс 1922 года по делу "церковников" // Богословский сборник. Вып. 2. М., 1999.

Голубцов С.А. Московская Духовная Академия дореволюционного периода. Т. II. Кафедры и личный состав академии. Ч. 2. Биоблиографический словарь сотрудников академии в 1814-1870 г.г. М., 1987. 223 с.

О свящ. Вл.Смирнове. О Пименовской церкви в Москве.

О "Церковной Московии" в 1935-1965 гг.

В мемуаре Фортунатовой.

Некролог:

 

«В ПАМЯТЬ ВЕЧНУЮ...»

Протодиакон Сергий Голубцов

(1932-2006)

Человек живого предания, подвижник церковной науки, горячий поборник правды... Сергей Алексеевич приходился внуком известному профессору Московской Духовной Академии А.П.Голубцову и племянником архиепископу Сергию (Голубцову). Потомственный церковный ученый...

Он скончался на Всенощной под пророка Илию в Николо-Хамовническом храме, совершив каждение по 8-ой песни канона пред чудотворной иконой «Споручница грешных»...

Болезнь сердца заставляла его беспокоиться о судьбе своих многочисленных трудов. В начале февраля он позвонил мне и заметно взволнованным голосом – собирался ложиться в больницу – попросил приехать и посоветоваться. До этого я был у него только однажды...

Крохотная, сыроватая квартирка, с приснотекущими кранами неразделенной ванной, на первом этаже чертановской хрущобы... Вся доверху завалена книгами и рукописями. Матушка окончательно вытеснена на кухоньку, откуда смиренно обеспечивает тылы широчайшего фронта научной деятельности Сергея Алексеевича.

Труды свои С.А. самостоятельно доводил на стареньком компьютере до оригинал-макета и по большей части издавал за счет собственных сбережений. Академическая ученость относилась к нему с прохладцей, хотя он столько сделал для истории МДА, сколько не всякой корпорации под силу осуществить за несколько десятилетий. В недолгий срок моего редакторства в «Богословском Вестнике» я опубликовал несколько его статей – но это, конечно, лишь капля в море... Научная общественность отметила заслуги о. Сергия дипломом Макарьевского комитета – без денежной премии, о чем он не без иронии рассказал мне года три назад...

На главный вопрос С.А. – как распорядиться с наследием? – я, по совести говоря, не знал, что ответить. Старался обнадежить... Ясно, что найдутся и незваные соавторы, и лихие борзописцы, которые разве в примечании упомянут, что «использованы материалы С.А.Голубцова»... Бескорыстных издателей сыскать будет непросто... А ведь тут и история Троице-Сергиевой Лавры и Сергиева Посада, и подробнейшие биографии профессоров и преподавателей Академии, и...

2 июня С.А. вновь попросил меня приехать, «забрать несколько книг». Голос был звонче, но невольно подумалось, что это может быть последняя встреча – и я взял с собой сына. Чтоб увидел живого подвижника... В числе даров оказались экземпляры из библиотеки А.П.Голубцова, в том числе редкая монография А.Струнникова. Мало сегодня тех, для кого значимо это имя... Несколько собственных работ о. Сергий передал для Минской Духовной Академии...

Спустя несколько дней в Жировицах в узком кругу был обсужден вопрос о присуждении С.А. почетной степени, и оставалось только представить список трудов и curriculum vitae... Он начал готовить актовую речь, оживил белорусские воспоминания...

Не успели...

О.Сергий был горячим, нередко вспыльчивым, скорым на резкие обличительные интонации, радикальные суждения. Спокойно воспринимать его в таких состояниях могли только те, кто его любил, т.е. понимал. Ибо нет понимания без сопереживания. А кто любил, тот знал, что вся горячность о. Сергия – от горения к Истине и ненависти ко всякой лжи, лицемерию, лукавству, равнодушию...

С.А. не любил позерства и пристрастия к внешней форме. Когда звонил по телефону, никогда не представлялся, не дай Бог, отцом или протодиаконом, а просил просто передать, что «звонил Голубцов». Жеманство вокруг греческих ряс и камилавок ему было совершенно чуждо, как и смешение служения с «онтологическим статусом»...

Объем осуществленной им работы – всегда по архивным источникам – просто невероятен. Но, увы, книги не заменят живого общения, и его пронзительный голос уже не будет побуждать нас к деланию...

Остается – вечная память, вечная память, вечная память!

Николай Гаврюшин



 

 

 


Яндекс.Маркет

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова